52. Ведущее безумие

На постоялом дворе было довольно спокойно. Хуань, вернувшись в уже знакомое здание, попрощался с Чэн Ли, после чего сразу же направился к свою комнату.

На постели, скучающе созерцая стены, сидел мужчина. Сложно было сказать, медитировал ли тот, но сам Чу Хуа предпочел думать, что тот был более чем в сознании. И оказался прав: Шэнь И Чэн почти мгновенно повернуся к нему, стоило двери закрыться. Он не выглядел обеспокоенным, просто немного уставшим.

Осмотревшись, Хуа отметил в углу свои лук и копье. Мальчишка счастливо улыбнулся и прошел к ним.

— Спасибо, учитель, — поспешно поблагодарил Чу, погладив древко копья. Цин Мин почти сразу задребезжала, приветствуя. Хуаньшу ревностно дрогнула, как бы напомнив о том, что копье здесь не одно, и она соскучилась не меньше. Тогда мальчишка издал тихий смешок и погладил рукоять лука. Его взгляд стал теплым, и видя, что ученик расслабился, И Чэн тоже перестал беспокоиться.

Пока Хуань был цел, пока он был в хорошем расположении духа — Шэню тоже не стоило беспокоиться.

Так как уже было довольно поздно, а солнце клонилось к закату, Хуа подумал, что неплохо было бы искупаться. Он был категорически против совместного купания, а потому хотел как можно скорее предложить разделиться, пока учитель не принял решение за него.

Однако когда мальчишка уже открыл рот, чтобы озвучить свои мысли, он столкнулся взглядом с наставником и застыл. Тот, кажется, был чем-то сильно обеспокоен.

— Хуа, — голос мужчины был тише, чем обычно, поэтому мальчишка его едва расслышал. — На пик напали, нам нужно идти туда.

— Нам? — переспросил мальчишка. Не то чтобы его сильно волновала судьба пика, на котором он когда-то обучался. Пока его учитель был с ним — он даже не задумывался о возвращении в то место. На то имелось много причин, среди которых была одна самая весомая: не будь на пике И Чэна — он бы и не остался там дольше, чем на пару месяцев. Как минимум потому что учитель очень любил его, и Хуа сам чувствовал его привязанность. А так как он испытывал схожие чувства, он ощущал себя довольно комфортно рядом с ним. Естественно, он уже не являлся учеником пика, будучи принцем Царства Молний. А это значило, что и на пик ему отправляться незачем.

Однако если Шэнь И Чэн сказал бы ему отправиться с ним — Хуа не стал бы спорить. Он бы просто пошел следом.

Но все же имелся один весьма затруднительный момент: Чу Хуань был обессилен. Он был в уязвимой форме, и убить его мог даже самый слабый демон, не говоря уже о том, что он сам мог ненароком прикончить себя, где-нибудь споткнувшись. Все же какими бы неуязвимыми демоны Царства Молний ни были — Хуань имел куда более сильный талант наносить себе увечья.

Поняв ход чужих мыслей, мужчина замер. Он еще раз взглянул на мальчишку. А потом встал с места и прошел к нему, взяв того за руки.

— Сколько духовных сил тебе нужно, чтобы полностью восстановиться?

— Учитель, вам вовсе необязательно вливать в меня силы. Я понятия не имею, сколько мне нужно. Да и, на самом деле, демонических сил у меня в избытке...

У Хуа в самом деле иссякли обыкновенные духовные силы из его еще человеческого ядра. Демоническое же ядро на самом деле сейчас разгоняло энергию по всему телу, но из-за того, что оно было ослаблено, силы так же были подавлены, растворяясь незначительными всполохами ауры вокруг мальчишки. Грубо говоря, он истратил только свои человеческие возможности, а его тело приняло это на свой счет и для реабилитации стало таким.

— Тогда, выходит, тебе достаточно будет восстановить твои духовные, человеческие?

Хуа слабо кивнул. Он уже хотел было отстраниться от И Чэна, однако тот, взяв его за руки, стал вливать в него духовную силу. Мальчишка ощутил тепло и непроизвольно прижался ближе, оперевшись головой на чужое плечо. На него накатила одновременно слабость и какое-то возбуждение. Хотелось схватиться за копье и разнести все вокруг, однако вместе с тем не хотелось ничего вовсе.

— Я думаю, что ты сможешь распугать других демонов после того случая. Они, по крайней мере, убеждены в том, что существует опасный принц своего царства, уничтоживший половину территории Ледяных Земель.

— Не напоминайте мне об этом, это слишком жестоко, — бормотал Хуа, вздыхая и закрывая глаза. Мысли перестали слушаться его, и он невольно вспомнил, как разносил одно место за другим.

И Чэн замолк. Он передал достаточно духовной силы, чтобы Хуа в один момент стал меняться. Его окружила плотная, непроглядная аура, более похожая на смоляной туман, а потом она рассеялась, словно бы ее и не было, а перед Шэнем был уже тот самый юноша, только выглядел он уставшим. Вокруг него искрилась молния, змейками бегающая по плечам, а иногда — по талии или ногам. Она перемещалась с место на место, появляясь то тут, то там. Хуа вздохнул. Он подавил собственную энергию, и молния исчезла. А потом он ойкнул, когда хотел что-то сказать.

Увидев кровь на уголке чужих губ, Шэнь почти сразу протянул руку, чтобы стереть ее пальцем, но в этот момент юноша слизал ее, приоткрыв рот. В глаза бросились длинные клыки.

— Я порезался о них. Снова.

— Ты... Спиливал их? — все же решил задать волнующий его вопрос Шэнь. Хуа кивнул.

— Они появились сразу после моего пробуждения в качестве демона, и я попросил Чжуна помочь мне с ними. Я постоянно резал о них язык. Видимо, когда я превратился в ребенка, они восстановились. А сейчас они снова отросли.

— Не спиливай, — неожиданно произнес мужчина. Хуа вскинул бровь, ожидая, пока ему объяснят причину, по которой он не должен этого делать, однако Шэнь так и молчал, явно не собираясь удостаивать юношу ответом. Демон тихо вздохнул, призвав Хуаньшу и Цин Мин. Первую он убрал за спину, а вторую взял в руки, встав на ноги. Удивительно, но за время его отсутствия не отошла ни одна пластина.

— Я не знаю, что от меня требуется. Да и вряд ли барьер пика меня пропустит.

— Он разрушен. Сейчас главы сражаются с кем-то. Мне не предоставили точную информацию о нападающих.

Хуань вздохнул. Он покрутил копье в руках, прежде чем ощупать свою талию, перехватив Цин Мин одной рукой.

— Без корсета будет сложно, — тихо произнес юноша.

Тогда Шэнь достал с пояса тот самый мешочек и из него извлек корсет юноши, который тот ранее носил, но более не мог из-за того, что стал младше.

Хуа кивнул, отложив оружие вновь. Он не хотел торопиться на пик. На самом деле лично он ничего не потеряет от того, что задержится. Ну, разве что нарушит обещание, данное Инь Цинъю о том, что он защитит Ци Сю и Фэй Ву.

Юноша, решив все же не заставлять лишний раз беспокоиться И Чэна, поторопился с тем, чтобы надеть корсет. Однако его пальцы никак не могли подцепить правильно серебряную застежку, из-за чего корсет не застегивался. Тогда, встав за спиной Хуа, Шэнь обхватил его руками, прижав к себе. Корсет же оказался плотно зажат между спиной юноши и грудью мужчины. И Чэн подцепил пальцами застежку, быстро опустил ее, отчего раздался щелчок. Уши Хуа стремительно краснели против его воли, пока он старался смотреть если не на чужие длинные пальцы, то на пол. И, главное, он старался не повернуться в сторону наставника.

— Одевайся скорее и не заставляй меня помогать тебе.

Хуань рассеянно кивнул, быстро накинув на себя одежды обратно, после чего, схватив оружие, направился на выход вслед за мужчиной. Тот казался все таким же невозмутимым, из-за чего юноша ощутил себя довольно странно. Он один, видимо, испытывал нечто подобное, находясь близко к своему наставнику.

На пик Хуа отправился на одном мече с учителем. Последний торопился, придерживая ученика за талию. Его взгляд был направлен на горы, едва виднеющиеся вдалеке. Хуа же смотрел под ноги, слегка подрагивая от волнения, причиной которого стал сосредоточенный Шэнь, выглядящий точно небожитель. Мог ли в самом деле на пик спуститься бог, прикинувшийся человеком? Хуа думал, что такой вариант более чем возможен — уж слишком его наставник казался прекрасным и невозмутимым человеком.

А потом Хуань вспомнил тот случай с флейтой, когда он только-только пришел на пик, и его мнение изменилось. Его наставник был далек от небожителя, и назвать его таковым можно было только из-за его совершенного внешнего вида. Пускай мнение юноши было сугубо субъективным, но это не умаляло того факта, что он считал своего наставника идеальным.

Несколько мечтательно вздохнув, Хуа обратил внимание на дым. Неужели пик снова в огне?

— Хорошо горит, — пробормотал Хуань вслух. Невольно в его памяти всплыл рассказ Цинъю о том, как горел пик первые два раза. Не то чтобы Чу вообще испытывал какое-то особенное впечатление от вида пика в дыму и огне, но все же он ощутил некую жалость, связанную, вероятно, с бамбуком, который вновь будет сожжен.

Что ж. Раз это место горит, а не заморожено, можно сделать вывод, что туда пришли явно не ледяные демоны, а огненные. Ну, или же кто-то кроме них, но явно не из Ледяных Пустошей.

Получив несколько осуждающий взгляд от наставника, Хуа вздохнул.

— Учитель, не поймите меня неправильно. Я не испытывал никогда особенной привязанности к этому месту, и был там исключительно потому что там были вы, — честно сознался Хуа. Ему уже терять было нечего как минимум потому что он уже несколько раз прямо сообщил И Чэну о своих чувствах. И тот на них ничего, вроде бы, не ответил. Юноша предпочел думать, что его наставник просто не посвящен в подобные вещи, а значит, что он слишком невинен для них. Ну, или что Хуань не нравится ему в таком ключе, как бы тот ни был похож на девушку.

Хотя, юноша уже, казалось, был готов признать, что он девушка, лишь бы его наставник был с ним. Однако решительно добиваться чужого внимания он не мог найти сил. Всякий раз появлялись дела более важные. Прямо как сейчас.

— Даже если так, ты мог бы проявить хотя бы немного уважения к этому месту. Ты жил там два года.

— Следовало бы, но учитель, мне правда не хочется этого делать.

Решив не убеждать ученика в необходимости проявить хоть долю сочувствия пику, И Чэн вздохнул и просто прижал того ближе к себе, несколько нервным взглядом обводя масштабы катастрофы. С ним связались с помощью заклинания, и как бы он ни хотел ответить или задать интересующий вопрос — не смог бы.

Заклинатель услышал только громкое «Отправляйся на пик, на него напали демоны» и ни слова более. И сейчас он не мог не беспокоиться. Все же он сам провел на пике почти всю свою жизнь. Оставить его гореть, позабыв обо всем на свете, было бы как минимум неуважительно. А как максимум — И Чэн не смог бы перестать винить себя в том, что не пришел на помощь или хотя бы не попытался этого сделать.

— Учитель, вряд ли это кто-то, с кем у людей договоренность, — вздохнул Хуа. Он примерно догадывался о зачинщиках. И если это не были демоны Ледяного, Ядовитого или Огненного Царств, то оставались только демоны с топей или же какие-нибудь безымянные. — Мое царство погибло, так что этот вариант можно отметать сразу. Топи вряд ли стали бы нападать. Эти демоны никогда не вступали в открытый конфликт ни с кем. Сейчас они не стали бы изменять своим привычкам.

И Чэна это не успокоило. Он краем уха слушал ученика, не вдаваясь в суть того, что тот пытался объяснить. Конечно же, мужчина и сам знал, что это не могли быть союзники его ученика. Но так или иначе факт оставался фактом: кто-то напал на пик заклинателей.

Уже прибыв туда, Хуа невольно усмехается. Он спрыгивает с чужого меча в толпу сражающихся учеников пика. Те пытались противостоять нескольким демонам, но, видимо, получалось у них паршиво.

Хуань не скрывал более своей энергии, а потому, стоило ему ее выпустить — большинство демонов попросту сами собой упали на колени без возможности встать. Самые слабые же задохнулись и погибли на месте, отдав свою энергию юноше. Тот, лениво опираясь на копье, взглядом обводил поле битвы.

— И что же тут случилось? Может, кто-нибудь расскажет мне?

Хуа вздохнул. Он окинул взглядом всех оставшихся в живых демонов, едва ли способных дышать, и отметил, что ни одного знакомого лица здесь нет. Более того, демоны в самом деле были безымянными, пускай и довольно сильными, раз смогли остаться в живых после высвобождения искрящейся энергии. Даже некоторых заклинателей подкосило.

— И Чэн, почему ты привел его сюда? — почти сразу рядом с Хуа появился глава пика. Тот выглядел мрачным и взволнованным.

— Не беспокойтесь, я больше не его ученик, — юноша посмеялся. — Просто я увидел столб дыма, и мне стало интересно, кто же посмел напасть на мой дом.

Демоны переглянулись. Они прекрасно видели, что перед ними находился единственный выживший принц, а потому боялись вымолвить хоть слово. Они не были способны толком пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы атаковать тех, кто сейчас отходил на приличное от них расстояние, укрываясь.

— Кто здесь главный? — повторил свой вопрос, но несколько иначе юноша. Демоны переглянулись. — Что, никого? — несколько разочарованно произнес Хуа. — Может, тогда мне убить вас всех?

— Я! — тут же выкрикнул, подавив слабость, один из демонов. Губы Хуаня непроизвольно растянулись в хищной улыбке, и он прошел туда, откуда донесся голос. Он столкнулся взглядом с небольшим демоном с голубой меткой на лбу, напоминающей ту, что имелась у слуг ледяного царства. Хуань не был способен с точностью определять чужую принадлежность по одному только взгляду, но посмел уверить себя в том, что этот мальчишка вылез именно из царства его друга.

— И чего же ты добивался, пытаясь разрушить пик заклинателей? — лениво поинтересовался Хуа. Он присел на корточки рядом с коленнопреклонным мальчишкой и ободряюще улыбнулся. Того отчего-то пробрало мурашками, и он затараторил:

— Мой господин приказал мне. Он сказал, что это нужно сделать. Что нужно собрать армию, напасть на этот пик, а потом на другой.

— М-м, — Хуа прикрыл золотые глаза, подавил свою ауру, и многие демоны облегченно выдохнули, но сражаться не рискнули. Они так и стояли на коленях, смотря на своего предводителя.

Мальчишка на самом деле выглядел довольно жалко. Он был похож на ребенка, едва достигшего возраста десятка лет, а его одежды были и вовсе разорваны, больше напоминая сплошную грязную тряпицу, повязанную на перепачканное тело. Весь чумазый, его едва можно было сравнить с человеком, а на демона он был похож еще меньше. Скорее на заблудшую душу.

— Что ж, и кто же твой господин?

Мальчишка молчал. Тогда заклинатели, большинство из которых уже отступило, стали повторять вопрос юноши раз за разом, выкрикивая его во все горло. Хуа поморщился от шума и поднял руку, прося таким образом прекратить. Его жест повторил стоящий поодаль от Хуа Шэнь. Только тогда большинство учеников заткнулись, позволив демону-мальчишке выговорить осипшим голосом:

— Я не знаю.

— Ты не знаешь его имени? — вскинул бровь Хуань, поднявшись с места и немного отойдя от мальчишки. — Что ж. Тогда стоит ли мне сначала перебить всех твоих союзников, а потом уже отправиться с тобой в убежище этого самого господина?

Мальчишка замотал головой.

— Мы не договаривались о встрече, да и произошло это случайно. Он не выйдет за мной. Я ему не нужен.

— И отчего же ты тогда согласился ему помогать, раз ты знал, что вы более не встретитесь, и что ты ему не нужен вовсе?

— Он дал мне имя. И привязал к царству.

— Прелестно.

Хуань призвал Цуо в свободную руку, и буквально за мгновение все демоны, что были вокруг помимо мальчишки, исчезли. Никто даже и опомниться не успел, когда весь пик посветлел, а у всех перед глазами побелело. Мальчишка панически огляделся, но не ощутил даже доли той ауры, что исходила ранее от демонов вокруг. Однако у Чу Хуа она значительно усилилась.

Демон вздохнул. Он окинул взглядом кучки пепла, перевел взгляд на мальчишку и вновь присел рядом с ним на корточки.

— Знаешь ли ты, что с ними случилось только что, и кто стоит перед тобой? — тихо осведомился Хуа, глядя в перепуганные чернильные глаза. Мальчишка закрыл и открыл рот. Если бы он мог, он бы, вероятно, умер от ужаса, потому что вежливая улыбка Хуа совершенно не сочеталась с его тоном, полным угрозы.

— Чу Хуаньхуа, остановись, — потребовала Фэй Ву. Она, видимо, очень долго наблюдала за этой картиной, и этот мальчишка, ранее вызвавший в ней сильное негодование, теперь заставлял ее подойти ближе. Ею управляло недовольство. Она желала напомнить ему, что он был учеником пика и не должен был появляться здесь вновь, однако юноша даже не обратил на нее внимания.

— Я принц Царства Молний, — представился Хуа, улыбнувшись чуть шире. — И, боюсь, все твои союзники только что стали едой для меня.

— Хуань, — на плечо легла ладонь. Шэнь И Чэн склонился над юношей, ближе к его уху. — Уйди с пика, я найду тебя.

— Ох, учитель, — юноша обернулся. Его глаза засияли опасным золотом, и Шэнь перехватил чужое запястье прежде, чем копье успело коснуться его шеи. Буквально за мгновение Хуа обернулся, и если бы не реакция мужчины — снес бы ему голову. — Вы сами позвали меня сюда.

И Чэн на мгновение прикрыл глаза, после, сводобной рукой ударил в солнечное сплетение, из-за чего Хуа согнуло пополам. Следующий удар пришелся в еще одну точку. Юноша отключился, не успев даже ничего возразить. Придерживая Хуаня за талию, Шэнь бросил взгляд на застывшего демона. Тот, видимо, совсем растерялся, не зная, благодарить или проклинать заклинателя.

— Ты отправляешься с нами, — предупредил Шэнь. — Ослушаешься — снесу голову.

— И Чэн, что ты задумал? — поинтересовался Хань Чжу. Тот более не выглядел таким обеспокоенным. Угроза в лице демона из древнего царства была устранена, поэтому и тон его стал более ровным. Фэй Ву, видимо, тоже немного успокоилась, но на ее лице явно отображалось возмущение. Она одним взглядом повторяла тот вопрос, что секундой ранее озвучил глава пика.

— Ничего особенного. Я просто отведу Хуа в безопасное место, а потом разберусь с захватчиком. Думаю, у вас есть более важные дела. Хижины горят, — напомнил мужчина. Тогда Хань Чжу помотал головой, но более ничего не сказал. Фэй Ву же не могла не возмутиться:

— Какого черта ты таскаешься за ним?! У него с головой не все в порядке!

— Он был моим учеником, — И Чэн подхватил юношу на руки, из-за чего лицо женщины перекосилось. Она до сих пор помнила о не самых приятных слухах относительно этого заклинателя, а потому догадывалась о том, в каких тот находился отношениях с учеником. Пусть она была и ошибочно уверена в этом — ее мысли не были совсем уж безрассудными. У нее были основания думать подобным образом.

И Чэн так же невозмутимо, встав на призванный меч, приказал мальчишке забраться следом. Тот, не зная куда себя деть, осторожно забрался на него. У него не было выбора. В любом из случаев он бы погиб, а здесь он хотя бы смог оттянуть время до кончины.