44. Семейная встреча

Хуань понятия не имел, каким таким чудесным образом он смог отключиться, но у него это получилось, и он проснулся только утром, когда наступило время сборов. Как и следовало ожидать — Нинъин уже покинула постоялый двор, и в комнате ее не было. Когда Хуа зашел туда, то не обнаружил совершенно ничего, словно бы демонесса там и не ночевала.

Что ж, Хуань не будет удивлен, если так и было.

В конце концов эта девушка слишком много думает. По одному только выражению ее лица, Хуа понял, что та если не в курсе его сложных отношений с учителем, то хотя бы что-то слышала от Киу. Та любила поболтать. Не было демона, который бы не слышал о ее брате, а значит, что не было и тех, кто не слышал о том, что этот самый брат совсем умом тронулся и влюбился в мужчину. Нет, девушка не акцентировала внимание на личности — просто расплывчато сообщала суть, из-за чего взгляды демонов становились какими-то странными. Ну, они не люди — у демонов не было предрассудков относительно того, кому отдать всего себя или кого присваивать, как этого требует их природа. Если им нравился кто-то — они их подчиняли или сами отдавались на чужую волю. Взгляд Нинъин скорее был таким потому что она не очень хорошо понимала причину, по которой юноша никак не мог решиться на что-то.

Хуань с самого утра раздумывал над планом проникновения. Он не успел еще переодеться и напроситься на аудиенцию, поэтому и ходил по коридорам постоялого двора в своих обычных одеяниях, если так вообще можно называть то, во что он обычно одевался.

Хуа вернулся в комнату после посещения другой, опустевшей. Он мельком бросил взгляд на постель, где лежал его учитель, что-то читая. Юноша прикупил несколько книг во время вчерашней прогулки с демонессой, но большая их часть имела содержание весьма превратное. Скверные романчики без детализации. Благо, он предвидел, что его учитель решит что-то почитать. Но он и подумать не мог, что он продолжит это делать даже после того, как увидит, как все это описано.

— Учитель, это просто ужасная вещь, почему вы читаете нечто подобное? — тихо спросил Хуа, вздохнув. Он достал из мешка свои новые одеяния и стал облачаться уже в них. Шэнь оторвал взгляд от текста и откинул книжку на край кровати, теперь наблюдая за переодевающимся юношей.

— Почему нет? Должен признаться, что описание плохое, но на пике едва ли можно достать что-то подобное.

— Почему вы ведете себя так? — в очередной раз задал этот вопрос Хуань. Он никак не мог смириться с тем, что его наставник стал совершенно другим человеком после ухода на войну и после ее начала. Неужели его и правда по голове на поле боя ударили?

— Что-то не так? — мужчина вскинул бровь. Хуань не знал, какие слова подобрать, чтобы правильно описать чужие изменения и чтобы его поняли.

Просто дело было в том, что не так было абсолютно все: от слов, до действий. До войны мужчина не совершал так часто двусмысленные вещи, не говоря уже о том, что в те короткие моменты откровенности, Чу Хуа просто слишком много надумывал.

— Учитель, когда вы сошли с пика, вы стали другим человеком.

— О. Так дело в этом? — Шэнь немного подумал. Он вздохнул.

И Чэн многое упустил, когда остался на пике. Естественно, что с этим мальчишкой ему всегда было легко, ведь тот не мог особенно осудить его, будучи его же учеником.

— Что именно тебе не нравится? — поинтересовался мужчина. — Я исправлю.

— Да в общем-то ничего, — тихо пробормотал юноша, не зная, как точно выразиться. Учитель вел себя странно и как-то неправильно, но неправильно это выглядело только в мыслях и сознании юноши, ведь тот не мог до сих пор ровно дышать, когда этот человек был рядом.

Вернуть все как было раньше? Но ведь тогда он держал ненастоящую маску равнодушия. По факту, он остался таким, каким был, просто перестал сдерживаться. Что здесь можно исправить?

— Неважно. Учитель, прошу, оставайтесь здесь, что бы ни случилось. Я в любом случае выберусь живым. Если я не вернусь сюда — ищите меня там, где мы встретились, когда я был в этом облике. Цяньюань, пошли.

Чу Хуань закончил одеваться. Взяв лисицу на руки, юноша помог ей залезть к себе на шею, после чего стал использовать одно заклинание за другим, дабы подавить свою энергию и скрыть облик. Шэнь странно смотрел на него, словно бы сравнивая произошедшие изменения, затронувшие его, однако Хуа выглядел точно так же, просто больше не ощущался как нежить и не выглядел соответственно. Обычный молодой господин.

Хуа уже хотел уйти, но его остановили.

— Волосы. Неужели пойдешь с этим безобразным хвостом?

Щеки Хуа вспыхнули и он надул губы.

— Он не безобразный!

Но ошибку признать стоило. Если он хотел идти, то должен был выглядеть собранно. Небрежная прическа не соответствовала его одеждам.

Лисица устроилась на постели, когда Хуа уселся на край и прикрыл глаза, ожидая, пока его учитель сделает ему прическу. У мужчины так же были длинные волосы, поэтому не было ничего удивительного в том, что он умел собирать их.

— Уверен, что хочешь пойти с этой заколкой? — тихо поинтересовался Шэнь, когда оставалось лишь заколоть волосы. Хуань слабо улыбнулся.

— Учитель подарил ее мне, так почему я должен использовать другую?

— Эта не подходит к твоим одеяниям.

— Я хочу эту.

Шэнь И Чэн вздохнул и использовал старую нефритовую заколку. Хуань ощущал себя немного непривычно. Большая часть его волос осталась распущена, передние пряди были свободны как и раньше, но волосы у висков и на макушке были сплетены во что-то. Взглянуть на это не получилось бы при всем желании, но в способностях учителя он не сомневался, поэтому поднялся с места, прихватив лисицу, и отправился на выход.

Мужчина проводил его взглядом и после перевел его на ту кучу вещей, которую приобрел его ученик вчера, прогуливаясь с демонессой. За пару секунд он убрал это все в безразмерный мешочек, после чего покинул постоялый двор. И дураку было понятно, что его ученик после разборок с императором сюда не явится, а привлекать к себе лишнее внимание совершенно не хотелось. Встав на меч, мужчина сразу отправился к месту их будущей встречи.

Чу Хуаня почти мгновенно остановила стража, когда он приблизился к лестнице во дворец. Эта неприступная крепость только казалась таковой, на самом же деле по тому же воздуху пробраться сюда можно было без особенных проблем.

У юноши имелся своего рода яд — его кровь. Его сестрица могла управлять ею, не значит ли это, что и он способен на нечто подобное? Он понятия не имеет, как именно заставить ее функционировать, но подлить ее во что-то не составило бы труда, если бы он решил не убивать никого в открытую.

Все же его план оставлял желать лучшего. Напасть на императора? Чем он вчера вообще думал, отправляя сюда Нинъин?

Не проще ли было просто воспользоваться собственной кровью? Или чем-то, что действовало бы медленно, чтобы никто сразу ничего не понял? Что-то, что не оставило бы следов отравления? Да кровь демона — это же идеальный яд! Он не только не оставит после себя следов, но и подействует только по указке хозяина!

Хуань раздумывал об этом, отправляясь на аудиенцию. Стоило ожидать, что его не примут сразу, но как гостя его оставили в отдельных комнатах. Теперь он мог пройтись по дворцу, или же просто ждать.

Сидеть на одном месте не хотелось: все в нем переворачивалось от одной мысли о том, что ему предстояло совершить. Стоило ли ему просто отправиться на поиск кухни? А что насчет разлива напитков? Если вино будет прозрачным или не в кувшинах — он не сможет ничего сделать.

Весь план шел коту под хвост. Уверенности становилось все меньше. Неужели он и правда навестит императора исключительно как сын Чу Мина — торговца, который неплохо обустроился в этих землях?

Чу Хуа ожидал чего угодно, но не того, что пересечется с этим человеком здесь, во дворце.

Это произошло, когда он искал кухню. Его отец шагал куда-то неторопливо, а в его руках были нагромождены бумаги. Стоило ему завидеть сына — он открыл и закрыл рот, но потом все же решил позвать его:

— Хуань!

В это мгновение юношу прошибло холодным потом. Он медленно обернулся, и взгляд его столкнулся с чужим. Человек был одет так, словно бы был личным советником императора. На его шее даже имелся отличительный знак — подвеска с выгравированными на ней символами. Могло ли быть, что он в самом деле...

— Господин Чу?

Хуань редко обращался к отцу в соответствии с статусом родственника, что мужчине явно не нравилось. Никогда юноша не называл его «папа» или как-то так. Он мог лишь в очередной раз взглянуть на сына с упреком, но сейчас не в его силах было заниматься перевоспитанием. Было слишком поздно.

— Одумался наконец и решил пойти в торговцы? — Чу Мин фыркнул, решая не поддерживать своего вежливого образа. Тогда Хуа мысленно отметил, что таким этого человека видеть немного приятнее, чем с извечной неуместной улыбкой на губах, которая была у него исключительно вежливой и никак иначе.

— С чего вы взяли? Может, я подружился с сыном Его Императорского Величества?

Мужчина на это лишь криво усмехнулся, но следующего вопроса не задал. По крайней мере, связанного с темой наследника. Куда больше его интересовало то, почему же на самом деле сюда явился Чу Хуа. Зная любовь сына к пику, он догадывался, что дело тут довольно сложное. Сестра его сына, его приемная дочь, которую он не признавал, была демонессой. Мог ли юноша сейчас вынашивать дурные замыслы из-за того, что продолжал общаться с этой принцессой? Пик был втянут в войну, возможно ли, что он пришел обсудить и это?

Чу Мину и самому не очень нравилась идея втягивать пики в войну. Его жена была там. О ней, впрочем, он совершенно не беспокоился, но вот его единственный родной сын, которому он порочил великое будущее торговца, был на пике заклинателей. А тех отправляли на войну. Он не мог лично убедиться, что Хуаня не отправили прямиком к границе Ледяных Земель.

Мужчина почти сразу предвидел чужой ответ и различные варианты того, что его сын вообще мог ему ответить на несколько вопросов. В конце концов не так уж и много было причин, по которым он мог сюда явиться.

Хуань мог и перегореть в плане увлечения боевыми искусствами. Наигрался — вот и вернулся. Туда, где его всегда примут и обеспечат защиту.

Чу Мину было невдомек о происхождении сына, о его связи с другими царствами демонов, о том, что тот явился сюда в последнюю очередь ради счастья других людей, и в первую — ради защиты его семьи, которая в себя его отца не включала. Он хотел защитить пик, царства демонов, которые едва ли сильно пострадали бы от атак людей, хотел защитить мать и дать ей гарантию того, что она могла заниматься всем, чем пожелает. Он хотел мира, в котором рос в детстве, пока еще не покидал границ поместья. Уединенного, где тебя поймут и примут.

— Что ж, а если честно? — поинтересовался мужчина. Юноша повел плечами, отводя взгляд в сторону и не желая смотреть на него.

— А Вы сами как думаете? — Хуань мысленно переворошил ряд причин, по которым мог бы сюда явиться и которые бы подошли для убеждения отца. И Чу Мин попал в точку с одним из своих предположений. — Пик был втянут в войну. Мой учитель сражается, сражаются главы пика, да и мне удалось побывать на поле боя. Занятное зрелище, когда на небольшую кучку людей набегают полчища демонов.

Этого мужчина и боялся. Он понятия не имел, как обстояли дела на поле боя на самом деле, но слова сына заставили его насторожиться. В самом ли деле все было настолько плохо? Они не могут противостоять демонам даже с заклинателями?

— Господин Чу, чтобы вы просто знали, спешу вам сообщить, что силы заклинателей не вечные. Нам нужно время на медитации и восстановление, в то время как демоны черпают силы из чужих эмоций или, будь то кто-то из личных подчиненных Королевы и Короля Ледяного Царства — из их крови, — юноша натянуто улыбнулся, хотя в его взгляде плескалось недовольство. Он и сам обдумывал это прежде. Это было одной из причин, по которым он не желал начинать войну с демонами, а особенно втягивать в это дело пик Жу Лин. Заклинатели там были по большей части слабые и избалованные. Противостоять могли или те, над кем наставники действительно трудились не покладая рук, или те, кто обучался самостоятельно. Ну и, конечно, сами наставники и главы, пусть одна из них была на пике из-за невозможности биться. Почему Фэй Ву оставили на пике, Хуань плохо понимал, но позже сообразил, что без нее пик останется совсем уж беззащитным. Некоторые демоны не преминут напасть.

— Так ты пришел сюда ради обсуждения вопросов с пиком? — мужчина свел брови. Он смотрел на стопки бумаг на руках и раздумывал над тем, стоит ли ему вот так просто отпускать сына. В конце концов, если тот не перегорел — он не мог ему ничего противопоставить. Да и его мать подстегивала его к тому, чтобы он и дальше пытался что-то сделать в этой области как минимум тем, что сама сражалась прямо сейчас.

— Не только, — усмехнулся Хуа. — Так же хочу попросить оставить эту глупую войну. Что толку сражаться с демонами? У Императора зуб на них?

— Эти самые демоны уничтожили прошлый золотой дворец, — пояснил Чу Мин. — Погибли его родные и он остался один. То, что происходит сейчас — сугубо их вина.

— То есть, Господин Чу, вас не беспокоит то, что вы проиграете? — Хуань уже хорошо понимал, что его отец стал личным советником Его Императорского Величества — ему удалось разглядеть жетон на его шее под грудой свитков, пусть мужчина и стоял к нему полубоком. — На наше-, кхм, на стороне демонов три царства и еще парочка менее известных, вы уверены, что в силах противостоять им?

Мужчина окинул взглядом юношу напротив. Тот собирался вести мирные переговоры с Императором от имени демонов? Точно ли тот прибыл только ради обсуждения? Пусть это и был его сын, но сейчас он понятия не имел, чего от того ждать. Юноша перед ним вытянулся, да и за два года неплохо изменился, но все еще имел довольно нежные черты лица, которые скрашивала какая-то дикость его взгляда или действий. Неужели на пике его совсем не учили манерам?

— Это сугубо желание императора. Мне нужно уходить, Хуань. Не знаю, что ты забыл здесь, но постарайся не бродить по дворцу без дела.

Чу Мин просто ушел, бросив напоследок взгляд, полный сомнений. На это Хуа лишь фыркнул, скрестив на груди руки. Вот уж встреча! Так его отец теперь не просто торговец, а личный прислужник императора и его советчик. Куда подевались остальные его родственники, которые так рвались постоять с правителем у трона?

Хуань покачал головой. Лисица вынырнула из-под юбки его одеяний, высунув длинный нос и прищурилась, кидая недобрые взгляды в спину уходящего, пока тот не скрылся за поворотом коридора.

— Цяньюань, спрячься обратно, — тут же шепотом прикрикнул Хуа. Лисица нырнула под подол и юноша продолжил свой путь.

Хуань держал лисицу при себе. Та шагала с ним в ногу, из-за чего даже ее хвоста не было видно из-под одеяний, чему юноша был безмерно рад. Он еще какое-то время бесцельно бродил по дворцу, но найти кухню так и не смог. Что ж, неужели и правда придется ограничиться беседой?

Уставший после похождений, Хуа устроился на небольшом диванчике в коридоре около которого стояло несколько крупных бочек. Наверняка это добро куда-то должны были отнести, но ненадолго отлучились. Хуань бросил на бочки взгляд, но потом откинул голову на стенку, и перевел его в потолок.

— Паршиво. Страдают невинные, а здесь все так же как и обычно.

Лисица высунула нос и тихо фыркнула, косясь взглядом на юношу. Тот не обратил на нее внимания и продолжал созерцать потолок.

— А в самом деле, что же теперь делать? Не могу же я придерживаться первоначального плана?

Цяньюань поморщила нос. Ее, похоже, не интересовали варианты развития событий, она все равно не могла достойно оценить ситуацию. Может, она и понимала людскую речь и то, что от нее просили, но в данный момент она была бессильна. Проблемы такого рода были далеки от нее.

— Господин Чу и в самом деле стал советником. Ситуация усложнилась.

Причина, по которой его отца часто не было дома, теперь оказалась яснее некуда. Конечно же, он просто сближался все это время с Императором, поступая ему в угоду до тех самых пор, пока его не приметили как выгодного союзника. А уж потом он мог делать все, что хотел.

Вероятно, виновата в войне не столько личная неприязнь Императора к демонам, о которой он наслышан, а его отец. Все же он никогда не мог узнать этого человека ближе, да и не желал этого делать. Не его ли отец вечно поступал так, чтобы всё желание Хуа общаться с ним пропадало само собой? Из-за всего этого он теперь понятия не имел, что он за человек. Но он прекрасно понимал одно: он живет контрактами. И самый масштабный его контракт был с его собственной женой который вылился в существование Чу Хуаньхуа.

Хуа так же была интересна истинная причина ненависти Императора к демонам. Он ведь на дух их не переносил, так отчего же держал как слуг? Любой разумный человек не позволит ухаживать за своим сыном демону. В самом ли деле тот так их ненавидел?

— Хуа-гэ?

Юноша пихнул лисицу ногой — та скрылась под юбкой. Тогда Хуань повернул голову в сторону источника звука и столкнулся с юношей в золотых одеяниях. Мальчишка выглядел довольно женственно, но в этот раз немного собраннее, нежели в прошлый. Его волосы были убраны в хвост заколкой, какие в поместье Чу Хуаню выдавали только при каких-то масштабных празднованиях. На лбу юноши была киноварная точка, удивляться которой не приходилось. Хуа радовался, что ему самому такую не сделали. В конце концов он уже не был так молод, как этот наследник, да и хотелось показаться чуть взрослее и опытнее. На пике, по крайней мере, эти точки ставили невинным ученикам. В Императорском дворце же это значило примерно то же, но Хуань не мог знать наверняка. Светлые волосы из хвоста мальчишки рассыпались по его плечам, когда он перестал бежать и остановился прямо перед демоном.

— Что ты здесь делаешь? — тут же задался вопросом мальчишка. Он был впечатлен чужим образом. Последний раз ему довелось увидеть Хуа в, мягко говоря, не только паршивом виде, но и в подобном же состоянии.

— Хочу переговорить с твоим отцом, — юноша улыбнулся. Ли Чжунь слабо покраснел и посмотрел в сторону, откуда прибежал. Оттуда тут же выполз демон-полузмей, держа в руках стопки бумаг.

— Ваше Высочество! — змеиный хвост причудливо вился за демоном, в полутьме коридора отливая зеленым блеском чешуи. Изумрудные глаза Чэн Ли так же блестели в темноте, а сам он выглядывал из-под вороха бумаг, пытаясь ниже опустить руки, согнувшись при остановках в спине, чтобы разглядеть путь перед собой. Гора бумаг закрыла ему весь обзор, из-за чего он пытался задрать голову. Несколько свитков упало с горки и он обреченно простонал. — Ваше Высочество, погодите, прошу, перестаньте убегать.

Юноша бросил взгляд на демона и сочувствующе улыбнулся ему. Он поднялся с места и прошел к нему. Присев, Хуа поднял упавшие бумаги и осторожно положил их обратно на ту гору, которую продолжал в руках держать демон.

— Господин Хуа, — по фамилии демон к нему не обращался. Ши Киу предпочла предупредить его о том, что фамилию юноша свою не очень любит, ведь подобным образом он сам обращается к отцу. — Почему вы здесь? — уже шепотом спросил змей. Хуань усмехнулся и повернулся обратно к принцу.

— Почему ты убегаешь от него? — спросил Хуа немного насмешливо. Щеки мальчишки покраснели и он виновато отвел взгляд, припоминая слова старшего о том, что демоны ни в чем зачастую не виноваты. Пусть Чэн Ли и был его слугой — он в самом деле мог бы относиться к нему и получше. Просто выходило именно так. — Он чем-то обидел тебя?

Хуань отметил умоляющий взгляд змея. Тот, похоже, действительно устал уже здесь находиться и был не прочь просто вернуться в царство демонов. Неизвестно, сколько вообще он провел здесь времени.

— На самом деле я просто хотел... побегать, — мальчишка помялся, подошел ближе, не поднимая головы. Взгляд его был направлен в пол, пока Хуа глядел то на слугу, то на мальчишку.

— Ну, что же поделать, — вздохнул юноша, уперев руки в бока. Лисье ухо пощекотало ногу — Цяньюань двинула им. Она явно заинтересованно подслушивала. Хоть где-то она могла обойтись без нытья хозяина и услышать от него адекватную речь. — Этот ученик пика мог бы быть учтивее, но сегодня он так устал... Ли Чжунь, ты как поживаешь? — Хуа улыбнулся, смотря на принца. Тот поднял взгляд и, заметив, что друг его не сердится, тяжело вздохнул.

— На самом деле меня совсем не выпускают отсюда. Хочу хотя бы по городу пройтись.

— Паршиво, — отметил Хуань, косясь на змея. Тот мотнул головой, взглядом говоря, что он не при чем. В конце концов он здесь был не более чем простой прислугой и повиновался воле господ. — Ничего не случилось после того как ты вернулся из города?

— Отчитали, не более, — вздохнул Чжунь. — Хотя, и то не меня.

Юноша очередным сочувствующим взглядом одарил змея. Тот понимающе кивнул, как бы отвечая, что уже привык к этому.

— Что ж. Что ты решил по поводу простых людей? Надумал чего-нибудь?

— Я не понимаю почему отец развязал войну, — шепотом признался мальчишка. — Ты сказал, что они не причастны к всему этому, но раз так, то зачем нападать?

— А что на это говорит Его Императорское Величество? — усмехнулся Хуань. Чжунь нахмурился, бросив взгляд на змея рядом с Хуа.

— На самом деле, когда я спросил его об этом, он попросил меня держаться от этого всего подальше. Мол, дело не мое.

Хуань предполагал нечто подобное, поэтому особенно не удивился. Вряд ли Император стал бы посвящать сына в свои беды в голове. В конце концов юноша сильно сомневается в том, что его сын даже знает о причине, по которой он продолжает все эти нападения.

— Так... Хуа-гэ пришел сюда чтобы навестить моего отца и поговорить об этом?

— Именно так. В любом случае, я жду, пока меня туда пригласят. Пока меня отправили только в гостевые покои, но там так скучно, что помереть можно.

Ли Чжунь помолчал некоторое время, не зная, как продолжить разговор. Не то чтобы ему нужно было куда-то идти, но если его застанут рядом с этим не совсем человеком — могут начать задавать вопросы. Из-за того, что мальчишка прекрасно знал природу Хуаня, он немного беспокоился из-за его визита к отцу. Впрочем, он доверял ему. Сам Хуа тоже знал это.

— Как думаешь, ты сможешь перенять престол, если с императором что-то случится? Вряд ли люди или демоны оставят все как есть. Они могут напасть в любой момент, — юноша ждал чужого ответа. Чэн Ли взглянул на него с сомнением, но он прекрасно понимал, что тот подразумевал этими словами. — А, и да, могу ли я одолжить твою прислугу? Я имел ввиду, одного конкретного демона.

— Его? — Ли Чжунь взглянул на змея. Тот непонимающе смотрел на Хуа и своего господина. — Забирай. А что до престола... Я не знаю. У отца, наверное, много врагов, но разве это повод лишать его жизни?

— Погоди. Твоя мать-

— Ее нет, — отрезал мальчишка раньше, чем демон успел озвучить свой вопрос полностью.

Точно. Не было ни слова сказано о жене императора. А была ли она у него вообще? Была, скорее всего, но то, что говорил Чжунь означало только то, что она погибла. Выходит, если император погибнет, то у этого мальчишки никого не останется.

Хуань ощутил себя отбросом. Он не хотел лишать мальчишку последнего близкого родственника. У него не было дедушек или бабушек, его мать так же погибла, а вскоре он лишится и отца; оставались одни только дяди и тети, да и прочие далекие родственники, желающие забрать у юного наследника трон. А это значит, что он был в опасности.

Ситуация, в которой мог оказаться его друг, была хуже некуда. Все, что мог сделать Хуа — приставить к нему подданных из царств демонов, но вряд ли это представлялось возможным.

— Почему ты спросил о ней? — поинтересовался Ли Чжунь.

Как Хуань мог не спросить об этом? Он хотел узнать, есть ли у мальчишки кто-то, кто присмотрел бы за ним, пока тот не достигнет возраста, когда сможет занять трон. Чэн Ли нахмурился.

— Господин Хуа, Ваше Высочество, мне нужно отнести бумаги в кабинет.

— Да, хорошо, — отмахнулся юноша, смотря на мальчишку перед собой. Тот не говорил больше ничего, пока Хуань размышлял над ответом. Змей вмешался очень кстати, благодаря чему он теперь мог подумать немного подольше. — Мне просто было интересно. Я никогда не слышал о Ее Императорском Высочестве. Теперь, кажется, я знаю причину, — последнее демон произнес тише. Мальчишка напротив вздохнул.

— Хуа-гэ, мне, наверное, стоит уйти, пока кто-нибудь из других слуг или стражи не хватился, что я здесь. Я сдал тебе Чэн Ли, поэтому пойду искать другого демона на замену. Отец не любит, когда я хожу по дворцу один.

«Неудивительно», — мысленно вздохнул юноша. Этот мальчишка, потеряй присмотр, оказывался за городом. Ну или просто пытался сбежать. Впрочем, он отчасти понимал его. Быть запертым в подобном месте — пытке подобно.

— Все в порядке, — демон кивнул, когда мальчишка поспешно зашагал дальше по коридору, скрываясь за одной из дверей. Тогда Хуа вздохнул. Он приподнял край юбки своих одеяний и бросил взгляд на высунувшую нос лисицу. — Я попрошу помочь Чэн Ли. Не знаю, сработает ли, но я хочу использовать свою кровь.

Животное поморщило нос. От одной мысли о том, что ее хозяин — демон, уже было не по себе. А от понимания того, что тот не преминет воспользоваться грязными трюками, становилось тошно.

Чу Хуа дождался возвращения Чэн Ли. Зеленые глаза демона поблескивали, выдавая его волнение.

— Зачем я понадобился Господину Хуа? — немного неуверенно поинтересовался тот. — Госпожа Киу не говорила о вашем прибытии. Да и в целом я в последнее время получал все более расплывчатые сообщения. Что-то произошло?

— План. Про двух демонесс слышал? Те, что используют ядовитых пауков? — Хуань прикрыл лицо рукавом своих одеяний, выпрямляя и без того прямую из-за корсета спину. — Одна из них здесь. И если я не смогу использовать свой план — придется атаковать в лоб. Кто подает императору напитки?

— Обычно этим занимаются определенные, назначенные для того и обученные слуги, — Чэн Ли призадумался. Потом его словно озарило. Он протестующе замотал головой. — Я не смогу! — громким шепотом возразил тот. — Император на дух не переносит одного моего вида!

— Тогда почему ты стал личным слугой его сына? Как он вообще допустил демонов к этому?

— Ну, дело в том, что многие из них были... зомбированы? На них талисманы, подавляющее рассудок. Они не осознают себя как демонов.

Хуань вскинул бровь, окинув взглядом змея. Тот, поняв к чему это, выдохнул.

— На мне личная печать принцессы. Такое слабое заклятие было рассеянно ее кровью. Они считают, что я такой же как и все остальные. В любом случае, я не смогу подавать ему напитки. Он дотошно знает всех тех, кто это делает. И если они поменяются — он заметит это.

— Тогда, выходит, не проще ли просто залить крови в кувшин вина? Или того, что он будет пить?

— Господин желает воспользоваться своей кровью? — змей с ужасом взглянул на него. — Госпожа Киу будет расстроена...

— Что в этом такого?

— Если этот человек умрет от нее — в нем лишится силы ваша кровь. А она — прямой источник ваших сил. Я слышал, что вы только недавно приняли себя как демона. Если все так, как я понял — вы станете куда слабее. Да и управление кровью — дело довольно тяжелое.

— Плевать. Нам нужно прекращать войну. Или это сделает один из пауков, или это сделаю я. В лоб, отрубив ему голову, или же кровью — зависит от удачи.

— Для целого кувшина понадобится много крови, — вздохнул Чэн Ли. — Я могу достать один.

— Буду благодарен, — кивнул юноша. Демон воровато оглянулся. Его хвост свился в спираль за спиной и подтянулся ближе к нему.

— Я слышал, что вы будете приняты только через пару часов. Слуги готовят еду. Вы будете приглашены за стол наедине с императором. Тот, похоже, не знает о вас или о том, что вы желаете с ним обсудить. Будьте осторожнее со словами.

— Без проблем, — махнув рукой, юноша глянул на все еще наблюдающую за ними лисицу. Та носа не прятала и продолжала смотреть. Тогда Хуа пихнул ее слабо ногой. Она спряталась, но укусила в отместку его за лодыжку. — Достань вино, а я подожду в своей временной комнате... Где бы она ни была.

— Я сопровожу вас, — вздохнул змей. — Просто, давайте будем надеяться, что все обойдется?

— Я живу одними надеждами уже довольно долго, мне не привыкать, — посмеялся Хуань.

Что ж, если его новый план сработает — будет просто прекрасно.