32. Глушь

Хуань в этот раз не видел ничего. Когда он отключился при виде мохнатой морды недалеко от себя — он просто погрузился во тьму. Это был длинный сон, в котором не было ни звука. Он не мог пошевелиться и лишился всех своих чувств. Однако когда он открыл глаза, то обнаружил, что лежит на постели.

Они разве не шли к Снежному Бедствию? Разве там не было той трехголовой псины?

Чу Хуа смотрел на покрытый зеленью потолок. Несколько бабочек порхали около цветов на лозе. Знакомый болотный балдахин, так же покрытый лозами и вышивкой заставил Хуаня задуматься. Он не ложился спать в покоях сестры.

Повернувшись, юноша заметил дремлющую девушку рядом. Глаза ее были плотно закрыты, а черты лица разгладились. Она явно наконец смогла позволить себе расслабиться после напряженного дня. За ней полулежал демон, опирающийся спиной на изголовье кровати. Он читал очередную книжку с яркой обложкой и взгляд его был прикован к словам в ней.

Чу Хуа завозился и вывернулся из одеяла, после чего сел на постели и растерянно смотрел на Мо Чжуна, ожидая ответов на немые вопросы. Тот, видимо, обнаружил, что юноша очнулся, но намерено не обращал на него внимания. Однако когда ему надоело, что Хуа на него так долго пялится, он тихо произнес:

— Поговорим, когда Киу проснется.

Тогда юноша кивнул и перевел взгляд на свои руки. Он был собой, не было причин для беспокойства. Но он до сих пор находился в царстве демонов. Вторые сутки? Третьи?

Юноша стал считать. Ему казалось, что время здесь тянется медленно, тягуче. И он просто хотел уже наконец вернуться.

Хуань впервые за столько времени спокойно поспал. Он все еще ощущал некоторую усталость, но она не была такой уж неприятной. Куда больше беспокоило то, что вся его левая часть тела просто онемела, а каждое движение сопровождалось невероятной болью.

Серьга в его ухе подавила не только безумие, но и часть его демонических сил, из-за чего доселе притупленная его способностями боль теперь вернулась к нему. Хуань болезненно застонал и сжал зубы, нахмурившись. Он не мог пошевелить рукой. Она не слушалась его. Буквально весь путь на гору к Бедствию он использовал копье без проблем, но теперь даже пальцы его не могли двинуться.

Киу проснулась, когда услышала голос брата. Она открыла глаза и тут же села, смотря еще полусонно, но все равно взглядом ища причину чужого беспокойства.

— В чем дело? — тут же спросила демонесса. Ее зеленые глаза потускнели и было видно, что она потратила много сил и сама была ослаблена после пути. Прошло не так много времени с того момента, когда она задремала. Хуань проснулся буквально спустя палочку благовоний.

— Я в порядке, — растерянно отозвался Хуа. Он неловко улыбнулся и старался не двигаться лишний раз. — Просто немного болит плечо, вот и все.

«Мне раздробили кости, какого черта я говорю, что все в порядке?» — негодовал про себя юноша. Но лгать он уже приноровился, пусть и не понимал, с каких это пор. О своем состоянии он всегда отзывался одинаково, однако говорить это так легкомысленно сестре... Неужели он так приноровился лгать Шэню, что теперь и в адрес Киу подобные слова столь легко слетали с его губ?

— Может, все же стоит снять корсет? — поинтересовался Чжун.

— Он удерживает его в одном положении. Если он его снимет — станет хуже, — Киу нахмурилась. Ее лицо вновь помрачнело, хотя она и предпочитала улыбаться в присутствии брата и не давать ему лишних поводов для беспокойств. — Если тебе больно, я бы могла найти несколько снадобий. Я попрошу Цзян заняться ими, — Ши поднялась с постели. Она лениво отправилась на выход, на ходу потирая виски.

— Братец, — Мо Чжун потянулся, отложив книгу. — Мы толком ничего не узнали, поэтому было принято решение переждать здесь пока ты не восстановишься еще немного и не освоишь хотя бы базовые техники. Как только ты научишься скрывать свою сущность — мы сможем отпустить тебя. Ну, почти.

— Что ты имеешь в виду под «почти»? — с подозрением отозвался Хуань. Обычно, если Чжун говорил что-то подобное — добром это не заканчивалось. Или же имелось весомое «но», которое могло сильно ограничивать Чу Хуа.

— Тебе придется почаще навещать нас. Ну или хотя бы отправлять письма. Твоя сестрица места себе не найдет, если не будет знать, что ты жив и здоров. Тебе и без того довольно неплохо досталось, не так ли? — Мо Чжун пододвинулся еще ближе и пальцем ткнул в больное плечо. То почти сразу отозвалось тупой ноющей болью, разрядами дошедшей до самых кончиков пальцев. Хуань стиснул зубы и издал не то всхлип, не то рык. — Так как ты не используешь элементальные заклинания — для тебя проблемы в обнаружении нет. Просто сражайся как раньше.

Хуань обреченно взглянул на все такого же невозмутимого демона, пока перед собственными глазами все плыло от боли. Ранение нельзя было запускать и нужно было как можно быстрее восстановиться, но юноша прекрасно помнил, что любая его рана затягивается слишком медленно. Даже И Чэн отметил это. Чтобы полностью восстановиться на пике, Хуа требовалось очень много времени. Больше, чем остальным заклинателям.

— В любом случае, я все еще планирую поесть с тобой в человеческих забегаловках. Говорят, в вашей столице есть парочка занятных мест.

Киу вернулась с несколькими баночками в руках. Она выглядела действительно вымотанной и, стоило ей опуститься на постель, она прикрыла глаза, делая глубокий вдох.

— Мо Цзян займется твоими ранами. Она сейчас придет. Мне стоит озаботиться делами, поэтому я пока оставлю вас.

Хуань кивнул. Он понимал, что Ши не желает наблюдать его рану, а потому найдет любой способ уйти от ее созерцания. И одной из подходящих отговорок были ее демонические дела царства, которые наверняка уже были решены.

Зашедшая в тихую комнату девушка казалась слепой. Ее взгляд словно был прикован к одной точке, а сама она на некоторое время застыла, как бы собираясь с мыслями. Киу ушла прямо перед ее приходом, и она, видимо, хотела ей что-то сказать, но не решилась.

В руках девушки был мешочек. Она торопливо прошла к постели и попросила юношу снять верхние и нижние одежды, чтобы она могла посмотреть на весь объем трагедии. Хуань что-то невнятно пробормотал, снял с горем пополам верхнюю рубашку и корсет, но с нижней не получилось: пальцы совсем перестали слушаться. Тогда Цзян сама сняла ее и стала избавляться уже от бинтов.

Чжун поморщился. Картина перед ним оставляла желать лучшего: сплющенное плечо, где от кости явно ничего не осталось, месиво вместо кожи, и нарастающая новая плоть. Последнее было демоническим преимуществом. Но кожа, которая нарастала так или иначе отличалась тем, что была куда светлее.

Цзян видела нечто подобное впервые, но не растерялась, дала несколько склянок, попросив их выпить, и когда Хуань совсем перестал соображать под их действием или вообще что-либо ощущать — приступила к нанесению мазей, выданных по рекомендациям принцессы. Киу явно разбиралась в лечении, потому что Чжун знал, что при такой ране кожа юноши должна была нарастать минимум через еще несколько дней. Он понятия не имел, как принцессе удалось стимулировать рост плоти, но он стал чуть больше побаиваться ее и ее ядов.

Чу Хуа не мог думать. Он смотрел только на девушку с светлыми волосами и слепыми глазами, которая словно со знанием дела наносила мазь. Она явно смогла отдохнуть в царстве демонов, потому что выглядела куда здоровее, нежели когда жила в деревне. Но логическую цепочку юноша выстроить сейчас не мог, только вспомнив из-за ее светлых глаз о глазах Шэня. Они у него красивые, лучше всех тех драгоценных камней, а еще он совершенно не умеет подавлять во взгляде все свои эмоции.

— Молодой господин, — Цзян приступила к перебинтовыванию. Она не поднимала взгляда со своей работы и старалась вовсе не смотреть юноше в глаза. — Я сопровожу вас на пик, когда придет время.

— А метка? — полубессознательное состояние не помешало Хуа задать вопрос, хотя он ни слова не понял. Его рот работал за него, пусть в голове ничего и не задерживалось. Он уже не смог бы сказать, что именно произнесла девушка и что она пыталась до него донести.

— Я могу скрыть ее, это не проблема.

— А.

Хуань растерянно кивнул, и его тело опасно наклонилось. Не поддающееся контролю, оно подалось еще ближе, но девушка удержала его за здоровое плечо и помогла сесть как раньше.

— Сейчас тело вас не слушается, — Цзян продолжила накладывать повязки. Взгляд ее скользнул в сторону Ледяного принца и она столкнулась с чужим пристальным вниманием по отношению к ее действиям. Ничего не сказав, девушка закончила с раной, помогла юноше надеть одежду и корсет обратно, после чего покинула спальню.

Пребывая в прострации, Хуань даже не заметил, что снова погрузился в сон. Возможно, тому поспособствовали настойки, но он уже не мог ясно мыслить или противиться усталости, которая никуда не делась даже за то время, пока его тащили с одного места в другое.

***

Приступить к тренировкам с больной рукой и плечом не получилось. Для выполнения техники нужны были обе руки, а левая его не поддавалась контролю, поэтому довольно много времени юноша провел наедине с собой, терзаясь мыслями о том, как же там себя чувствует И Чэн. Возможно, его учителю было все равно и он просто продолжал пребывать в медитации, а возможно он поднял на уши весь пик в попытках найти своего ученика. Или же ему пришлось молчать, чтобы сохранить лицо перед другими наставниками. Последнее, впрочем, Шэня мало волновало. Редко он придавал значение такой вещи как «статус». Он не имел его, будучи всего лишь приглашенным главой учеником.

Чу Хуа не мог спокойно спать. Иногда, под действиями лекарств, его сны становились еще более-менее похожими на нормальные, человеческие; иногда ему снились такие кошмары, что он не мог потом подняться с постели или закрыть глаза — все тело сковывала судорога, мысли бегали одна к другой и он не мог сфокусироваться ни на одной вещи; иногда это были странные сны, от которых поутру бросало в жар из-за их откровенности и необъяснимости.

Рука уже не болела так сильно. Как и частенько говорил Чжун — кожа нарастала стабильно, а значит, что у юноши останется разве что шрам. Кости, как ни странно, появились новые, скрепились сами собой, и Хуаня пугала подобная регенерация, однако Киу выразилась довольно просто: «Демоны — не люди, нам не нужно столько же времени для полного восстановления».

Мо Цзян стала ответственной за раны юноши, и Хуаню ничего не осталось, кроме как каждый раз принимать ее работу, постоянно извиняясь за неудобства или же растерянно благодаря ее за старания. Сама девушка ничего на это не отвечала, только отстраненно соглашалась. Только один раз она попросила как-нибудь встретиться с ее братом. И Хуань охотно согласился. Это была не первая ее просьба, да и единственным, о чем она беспокоилась, явно был ее брат.

За полторы недели у Хуаня уже были силы для того, чтобы приступить к обучению. Ши удивилась, когда увидела, что рана в самом деле почти перестала беспокоить юношу и тот теперь без судорог мог двигать левой рукой. Пальцы его слушались, и теперь он мог их сложить в печать. Тогда Киу согласилась начать тренировки, однако вмешался Мо Чжун и сообщил, что для этого дела в любом случае придется использовать его демоническое «я», которое тоже важно взять под контроль. Хуань отличился тем, что его демоническая сущность почти не ощущалась. Ее дикая природа подавляла других демонов, она была сильна для окружающих, но из-за неспособности совладать с этим, Хуань не был способен даже сформировать свои силы.

Грубо говоря, Хуаню предстояло создать еще одно ядро демонического типа, не слив его с собственным и скрыв глубоко в своем теле. Так, чтобы энергия его поддавалась контролю.

Когда юноша осознал, что именно от него требовалось, он открыл рот, не зная, возмущаться ему, или просто прокричать от отчаяния.

— Все будет в порядке. Демоническое ядро создать проще. Тем более, так как ты нуждаешься в подпитке демонической кровью, то с ее помощью это можно будет сделать еще быстрее.

— Я не спросил Сюя Цзая о том, насколько капризна молния, — отстраненно пробормотал Чжун. Он нахмурился, пытаясь собраться с мыслями. — Управление льдом или ядом довольно простое и понятное, но как быть с природным элементом, который образуется только при определенных условиях? Ему нужно отправиться туда, где всегда молния и гроза, разве нет?

— Только не говори, что ты хочешь отправиться туда, — Ши Киу фыркнула. Она никогда не одобряла идеи этого демона, пусть большая их часть была достойна того, чтобы быть признанной.

— Царство Молнии исчезло, но их земли никто не тронул, так в чем проблема? — фыркнул парень, подражая девушке. Он так же скрестил на груди руки и смотрел теперь уже на Хуа. Выбор стоял за ним. Он уже слышал, что именно нужно сделать.

— Это разве не противоречит природе? Два ядра... — Хуань вздохнул. Он все еще пытался разобраться в ситуации.

— Для демонов это допустимо. Или ты можешь слить их. Но тогда ты не сможешь использовать свою еще чистую энергию, а на пике это все же нужно, — Чжун неоднозначно пожал плечами. — Отправишься ли ты в свои родные земли или нет — выбор только твой. Твой элемент — молния, поэтому там тебя природа примет как своего, даже если ты и не рос в тех местах.

Киу бросила в сторону демона осуждающий взгляд. Но она смогла сделать лишь это. В любом случае, как бы она ни лелеяла надежду на то, что причиной всему их кровь, она до сих пор не могла найти достойного подтверждения со стороны опытных целителей. Воин-демон сюда не годился. Бедствие вряд ли разбирался в подобном, а его слова были лишь смелыми предположениями, и Ши была уверена в этом.

Чу Хуаню осталось только принять то, что ему нужно было отправиться в какие-то земли, чтобы просто сформировать ядро. Он считал, что на это дело уже не могло уйти много времени. Если Киу сказала, что демоническое ядро формируется довольно быстро, то он предпочитал верить ее словам и тому, что это в самом деле так. Он не мог уже дольше находиться здесь: мешки под его глазами, казалось, стали даже больше, чем у самой Киу, которая порой совсем не высыпалась из-за беспокойства или же своей работы. Хуань даже был готов поклясться, что его мешки под глазами даже больше, чем у того слуги в Огненном царстве, о котором когда-то упоминали Чжун и Киу.

Подготовки для отправления не было. Мо Чжун просто вручил юноше новое копье, ибо от старого ему пришлось избавиться. Еще когда они были в пещере, Чжун просто уничтожил его, чтобы им не пришлось тащить с собой лишние вещи. Он все равно в любой момент мог изготовить новое. И Хуань понимал это, да и знал, что сейчас он не был в состоянии сражаться, поэтому от нового копья Хуа тоже пришлось отказаться. Чжун только кивнул, и оружие в его руке рассеялось на снежинки, растаяв на полу-траве в комнате Киу, где они и собрались.

Чу Хуа не до конца восстановился, но он слишком сильно хотел вернуться на пик. Там был тот, кто ждал его. Да и он не был готов покинуть его так надолго. Конечно, Хуань хотел увидеться с сестрой и другом, но он не планировал оставаться с ними так долго. Чжун проявлял излишнее любопытство по отношению к личной жизни юноши, из-за чего тот неминуемо краснел или бледнел — зависело от откровенности вопроса. Мо слишком сильно интересовали отношения ученика и учителя, за которые сам Хуань цеплялся так, словно это было всем его смыслом существования. Ведь именно ради него он сейчас раненый, без возможности схватиться за какое-либо оружие кроме демонической лозы, собирается отправиться в земли своего народа, который был давным давно истреблен. Так, по крайней мере, думали.

Хуаня нарядили в соответствии с местом посещения. Так как его прошлые одеяния пришли в негодность, хотя, по сути, он не тренировался, то ему выдали новые. Ши Киу всякий раз удивлялась тому, с какой поразительной скоростью ткань на ее брате превращается в тряпки. А ведь он даже не покидал границ ее царства! Эти полторы недели юноша провел только в разговорах с Маршалом, Мо Чжуном и еще кучкой каких-то мелких демонов, с которыми Киу никогда лично не разговаривала. У нее не было на это времени. Основная ее задача как принцессы состояла в бумажной работе и изготовлении зелий по просьбе представителей других царств.

Темные одежды неплохо смотрелись на юноше. Серый корсет, выглядывающий из-под не запахнутых верхних одежд выглядел довольно эффектно, но Киу настояла на том, чтобы все было как положено, а потому Хуа ничего не осталось, кроме как все же поправить одеяния и повязать для надежности пояс.

Отправление было неблизкое. Мо Чжун предложил сократить путь с помощью заклинания перемещения, но предупредил, что их может закинуть только на пограничные земли, но не на саму территорию. Царство Молний даже после своего падения представляло собой странную загадку, разгадыванием которой никто не занимался. Чжуну тоже не было интересно, по какой такой причине он не способен перенестись сразу в центр уничтоженного демонического города, он просто принял это к сведению и сообщил об этом другим. Киу отстраненно кивнула. Она шла туда явно только ради брата, а тайны самого царства ее интересовали мало, за исключением, разве что, некоторых растений, которые там можно было найти. Громовые цветы — находка довольно исключительная, произрастающая только в пределах Царства Молний. Ранее не было повода туда заявиться, но теперь у нее была причина. Причем довольно достойная.

Чжун в этот раз для перемещения использовал печать на полу. Им пришлось выбрать зал, где был хотя бы деревянный пол, который демон для надежности покрыл льдом. На нем он рисовал печать собственной кровью. Хуа поморщился, боясь представить, что его может ждать в землях молний. Но в его воображении сами собой всплывали картинки из кошмаров: пустынные земли с лысыми деревьями, где нет ни травинки, где вечно громовые бури и дождь.

— Вставайте со мной, — Мо Чжун оторвался от рисования печати. Круг вышел довольно объемным, и вместил бы в себя еще одного человека, однако сделано это было явно для того, чтобы они просто не теснились друг с другом.

Киу кивнула. Она сделала первый шаг навстречу, в круг. Хуань смотрел на плавные линии, на слова в круге, где особенно четко было выведено «Восток». Он сделал несколько шагов, перетупив порог и ждал, пока что-то случится, однако они все втроем все продолжали стоять. Когда он уже хотел обратиться к Чжуну, он заметил, что тот внимательно смотрит на него, не сводя взгляда и почти не моргая.

— В чем дело?

— Ты готов к этому? — Чжун повел плечами, переводя взгляд в сторону. Он явно должен был произнести какое-то заклинание, чтобы печать сработала. Киу не имела ничего против задержки, но все же заминка ее не радовала, из-за чего ее выжидающий взгляд был направлен на голубоглазого ледяного демона.

— К тому, чтобы формировать ядро демона? Что в этом сложного? — фыркнул Хуань. Свое-то он как-то сформировал же, и ведь даже не заметил. Вряд ли в этом есть разница. Но Чжуна, видимо, этот вопрос все же беспокоил. Несмотря на свойственную ему во многих вопросах легкомысленность, к этому делу он подошел чуть более ответственно.

— Молния. Это чистый природный элемент. Молния может в тебя ударить и тогда я не знаю, что с тобой может случиться. Пусть ты и демон, а твой элемент соответствует этой стихии — нет гарантии, что ты не поджаришься до золотой корочки.

Хуань выдохнул. Ну, это было довольно ожидаемо. В конце концов одно дело развивать ядро физическими упражнениями и развиваться исключительно в этом плане, а другое — формировать стихийное демоническое ядро, где другого метода развития нет. Пока нет. Чу Хуа не мог сейчас усиленно тренироваться. Все же спину его демоническая сущность не излечит, а его плечо уж и подавно до сих пор не могло восстановиться даже со всеми лекарствами от сестры, над которыми та работала не покладая рук все это время.

Юноша махнул рукой, давая понять, что он готов отправляться, и что его все это не пугает. В конце концов он видел в своих кошмарах в последние дни вещи и похуже. Горящий пик, убийство его учителя, собственная смерть — все это неизменно преследовало его мысли на протяжении как минимум недели. А порой оно сменялось на очень странные сны, о которых Хуань упоминать не собирается.

Чжун сложил пальцы в печать, произнеся необходимое «Проложи путь — веди на восток, яви цветки циня».

Для каждого заклинания перемещения нужно было назвать свою особенность и направление, а заодно четко знать место, куда ты желаешь отправиться. Цветки Циня представляли собой мелкие голубые цветочки с острыми лепестками. Бутоны редко распускались, из-за чего их срывали прямо так, дожидаясь когда они раскроются уже сорванными. Зато те, что распускались, имели очень специфический аромат и не менее сильное действие как противоядие. Закуй такие в лед — они не потеряют своего эффекта. Киу пришла не за ними, но в ее планы так же входило собрать еще несколько экземпляров довольно редкой растительности. Если, конечно, там что-то осталось.

Предсказуемо, их встретила буря. Тучи стянулись на небе, закрыли каждый кусочек. Дождь почти сразу намочил нескольких демонов, пришедших к окраине пустынных земель.

То, что увидел Хуань, полностью соответствовало тому, что он ожидал увидеть: пустынные земли без травы, везде сырость, грязь, а где нет грязи — голые скалы, омытые водой и ею же сглаженные. Деревья в самом деле в большинстве своем были если не горелыми, то лысыми. На них нельзя было увидеть ни листочка.

Молния сверкнула в небе и тут же исчезла, но юноша ощутил как провалилось в пятки сердце в тот момент, когда недалеко от них ударила следующая, расколов камни на утесе.

— Мы можем или перейти границу, или остаться здесь, — предложил Чжун, осматриваясь. Он взглядом отметил утес, откуда только что отвалился кусок после удара молнии.

— Границу. Давайте пройдем дальше, — Хуань желал немного оттянуть момент, когда бы ему пришлось в таких условиях сидеть и медитировать в надежде на чудо. В конце концов медитацией он редко чего-то добивался.

Никто не возражал. Киу по дороге озадаченно оглядывалась, но так и не нашла ни одного цветочка, словно бы все живое было выжжено. И когда Мо Чжун наконец понял, чего ради она сюда пришла, он только тихо рассмеялся.

— Сестрица, эти земли были выжжены Огненным царством, а другая часть этих земель — заморожена Ледяным. Ты думаешь, что здесь осталось хоть что-то живое? — парень насмешливо поинтересовался, вскинув бровь, на что получил недовольный взгляд девушки, впрочем, быстро сменившийся разочарованным. — Тайников в этих землях не было. Насколько мне известно, все, что было — только сами демоны и несколько простеньких селений призраков, какие есть почти везде. Ничего особенного.

Хуа молча шел вперед. Но чем дальше он шел — тем сильнее была уверенность в том, что ничего дальше не будет. Все в самом деле оказалось выжжено. Это место было полностью уничтожено и едва ли его можно было восстановить. Как здесь вообще можно было жить, если здесь вечно была подобная погода? Юноша уже промок до нитки, а вероятность того, что молния ударит именно в него, была довольно высока, из-за чего он никак не мог расслабиться. А кто-то ведь с этим элементом столь спокойно жил тут.

В один момент он просто остановился и поднял голову, смотря на небо. Вокруг не было даже намека на что-то живое, за исключением тех двух демонов, что все это время послушно следовали за ним. Не видя более смысла в дальнейшем продвижении, Хуа просто сел на голую землю, по которой шел, скрестил ноги и закрыл глаза, раздумывая о том, как же ему сформировать это самое ядро.

Мо Чжун усмехнулся и махнул рукой принцессе, давая понять, что все в порядке и они могут отойти на приличное расстояние. В конце концов никто из них не желал оказаться поджаренным. И если Хуа сформирует свое ядро посредством удара молнии в него и сможет поглотить энергию без урона, то вон они, ударь в них та же самая молния, окажутся серьезно ранены. А заклинание перемещения юноша явно использовать не умел, только каждый раз просто пользовался меткой сестры на руке чтобы та могла забрать его, которая, впрочем, сейчас все равно исчезла. Метки не было, не было и чужой демонической крови, что немного печалило саму Киу. Она не могла быть уверена в чужой безопасности так же как и раньше, ведь когда Хуа вернется на пик — она уже не сможет проверить, в порядке ли он.

Сидение на месте ничего не дало бы. Хуань пытался собрать мысли в кучу и представить как должно выглядеть это самое ядро. Сев поудобнее и все же насилу расслабившись, юноша погрузился в состояние медитации, которое он столь не любил, но в котором нуждался сейчас.

Хуа удалось представить свое обычное ядро — золотое, сверкающее и чистое, изредка покрывающееся искорками пурпурной и золотой молний; после — темное, почти черное, отливающее фиолетовым блеском и постоянно сверкающее. Отдаленно юноша услышал удар молнии. Где-то далеко, на задворках сознания что-то требовало открыть глаза, но юноша упрямо держал себя в медитативном состоянии, продолжая развивать в воображении ядро. Ядро было не слабым, напротив — подавляюще сильным, едва ли способным расколоться. В него бы умещалось куда больше энергии, чем в его обычное.

Неожиданно представилось золотое его ядро, слитое вместе с этим темным. В груди появилась тупая боль, из-за чего брови Хуа свелись к переносице, но он нашел в себе силы вновь разделить эти два изображения.

Золотое — отдельно, фиолетовое — тоже отдельно. Фиолетовое сверкает, покрыто сплошь искрами и опасно пульсирует, призывая быть кровожадным, призывая испить демонической крови для развития.

Хуань стал понимать, почему другие демоны этого царства убивали. Их ядро, если они усиленно развивали его, требовало, чтобы они поступали подобным образом. Оно просило крови, ныло и пульсировало в груди, сводя с ума. Оно подкидывало в мысли кровожадные картинки, как Хуа выкачивает из других кровь и пьет ее. В горлу подступил ком.

Юноша открыл глаза в тот самый момент, когда вокруг него уже образовалось поле. Вся область вокруг него в пределах одного ли была выжжена, кружили смерчи, в которые били молнии. Они били и мимо, рядом с парнем. Хуа не успел испугаться — его мысли сразу метнулись в сторону Чжуна и Киу. Все ли с ними было в порядке, если погода так разбушевалась? Юноша не успел побеспокоиться о себе, хотя находится в эпицентре бури.

Молния ударила прямо в него, но почему-то ничего не случилось. Хуань не успел понять, что произошло — в один момент все его тело вздрогнуло, а в груди разлилось странное тепло. В глазах посветлело и он перестал на мгновение видеть, но очень скоро все вернулось на места. Хуань растерянно посмотрел на свои руки. Кончики пальцев зудели, дрожали и хотелось что-то сделать. Он промок с головы до ног, вокруг него трещала демоническая энергия, которая теперь щекотала кончики пальцев, готовая к тому, чтобы юноша воспользовался ею. Взмах рукой породил огромную переплетенную пурпурно-золотую молнию, ударившую совсем рядом и оставившую в земле яму. Хуань никогда бы не подумал, что элементальные способности столь сильны. Он не желал развивать их, считая это довольно трудным делом, но ведь все оказалось куда проще, разве нет? Достаточно просто сконцентрироваться — и молния ударит в нужное место.

— Рассейся, — Хуань махнул рукой. Буря стихла, а еще одна молния ударила в него. В этот раз разряд нанес неприятные ощущения: стихия поразила все его тело, из-за чего он ослаб и свалился на землю, не видя ничего перед собой. Перед глазами было светло, а сам он словно бы потерял возможность ходить. Может ли быть, что то была отдача за прошлый удар?

Что ж, если демоны получали подобную отдачу всякий раз после использования своих техник — неудивительно, что они пытались стать сильнее. Противостоять удару молнии в тело довольно сложно даже будучи владельцем данного элемента.

Хуань валялся в грязи. Его лицо было перепачкано, а глаза закрыты. Тело расслабилось, пока в ушах стоял шум из-за ливня. А потом он услышал шаги и отдаленные голоса.

— Я говорил, что он сформирует его! — возмущался демон.

— Это было слишком долго! — возразила девушка. — Если бы не мои талисманы — черт знает, сколько бы мы еще сидели здесь в ожидании!

— А ты думала, что это так просто?! Лучше займись своей работой и тащи его домой, а там уже разберемся!

Голоса были четкие и громкие, словно бы они пытались перекричать дождь. И правда, ливень стал идти настолько плотным потоком, что Хуа давился водой и едва ли делал короткие вдохи. А потом его сознание отключилось и он совсем перестал слышать какой-либо шум.

***

Сознание вернулось к Хуа уже когда он был в тишине, на постели и в сухой одежде. Кто-то привел его в порядок, пока он был в отключке и несложно было догадаться, кто именно. Обычно этим занималась Мо Цзян. На эту девушку Киу свесила все обязанности по заботе о своем брате, а та никогда не возражала.

Когда юноша открыл глаза, то уставился в зеленый полоток. Что ж, это было ожидаемо. Вряд ли он оказался бы в Ледяном Царстве или на своем пике. Никто бы его не отнес туда, да и в Ледяном царстве ему рад был бы разве что только Мо Чжун.

В комнате оказалось пусто. Хуа, окинув взглядом помещение, не обнаружил никаких признаков жизни за исключением только нескольких бабочек и странноватых пауков, сидящих в углу. Впрочем, местные насекомые ни на кого не нападали, даже если и были ядовиты. Их явно тут чем-то подкармливали.

Поднявшись на постели, юноша взглянул на свои руки. Все то же, что и раньше: красный узелок и кольцо. Узелок за все это время остался таким же ярким как и раньше, но нить то и дело ослабевала. Удивительно, что его вещи или он сам не сгорели, когда ударила молния.

Волосы оказались распущены. Хуань почти сразу взглядом нашел нефритовую заколку на столике рядом с постелью. Киу прекрасно знала о том, кто ее подарил, поэтому озаботилась тем, чтобы она была чистой. После падения Хуаня на нее налипла грязь, но девушка тщательно вычистила украшение и оставила его брату, чтобы тот по пробуждении мог сразу заколоть волосы. Девушка хорошо помнила, что юноша не любил держать их распущенными.

Хуа собрал хвост, наспех заколол его, после чего так же поспешно надел заранее подготовленные вещи. Спал он без корсета, из-за чего вещицу пришлось надевать обратно. Самостоятельно это сделать не так уж и трудно, но в мыслях сразу появилась одна настойчивая: когда это делал учитель — это было лучше. Чужая забота согревала сердце и было приятно осознавать, что И Чэн был готов согласиться не только с его задумками, но и выполнить для него подобную мелочь.

В груди что-то жгло. Но Хуань мог бы с точностью сказать, что ядра теперь у него было два. И одно из них прямо сейчас ныло, умоляя о том, чтобы убить пару-тройку демонов. Серьга в ухе блокировала этот призыв, благодаря чему юноша оставался спокойным и сохранял рассудок без проблем. Довольно поздно Киу объяснила Хуа для чего у него была вторая серьга, которую тот даже не сразу заметил. Ему понадобилась неделя, чтобы он, наконец, понял, что серьги в ухе две, и одна из них явно не была подарком учителя для него.

Дорога до покоев сестры прошла в тишине. Но неожиданно в комнате оказалось пусто. В замке в последнее время Хуа ориентировался неплохо, но все же из-за его объемов, количества коридоров, комнат и поворотов, юноша не мог до конца запомнить что к чему. Поэтому сейчас он оказался в довольно затруднительном положении без возможности его исправления: метки на его руке больше не было, и призвать с ее помощью сестру было нельзя.

Оставался только один вариант: просить слуг.

А потом в голове появилась довольно простая догадка. У него все еще оставалась его флейта, а значит по их с маршалом уговору тот все еще мог явиться на ее призыв.

Вернувшись в свою комнату, Хуа порылся среди немногочисленных своих вещей. Флейта почти сразу привлекла его внимание: простенькая, бамбуковая и явно самодельная. Юноша стал играть вместо привычной трели ненавязчивую мелодию. Когда-то давно на занятиях в поместье он мог играть и более сложные мелодии, но прошло много времени, а уроки прекратились, стоило отцу заметить, что Хуа проявил интерес в этом направлении.

На мелодию почти сразу явился мужчина в привычных одеяниях. Его глаза были все так же слепы, взгляд устремлен в никуда. Он не прерывал юношу, слушая мелодию и сосредотачиваясь на своих впечатлениях от нее.

Когда Хуань закончил, мужчина пару раз хлопнул и натянуто улыбнулся — так, как умел и как у него получалось.

— У тебя хорошо выходит.

— Спасибо, дядя. Ты не знаешь, где сестрица? Или Мо Чжун?

— Они временно покинули это место. Не знаю зачем, но пока их не будет здесь. Принц просил тебе кое-что передать, но я понятия не имею что это.

Порывшись в складках одежд, мужчина извлек небольшую книжечку. Хуань уже ожидал увидеть очередной пошлый роман, но вместо этого наткнулся на рукописное руководство по созданию печати для телепортации. Написано явно было в спешке и темноте — так, чтобы принцесса не увидела. Это невольно вызвало у него улыбку как и подпись друга «Смотри, чтобы сестрица не нашла».

— Спасибо. Это просто очередной его роман, ничего важного, он частенько читает такие, — решив не утруждать себя объяснениями о том, что именно за книжку ему преподнесли, юноша просто решил сделать вид, что ничего особенно важного она из себя и не представляет. — Этот выглядит неплохо, я оставлю его у себя.

— Вот оно что. В любом случае, я слышал, что ты был снова ранен. Как каждый раз ты умудряешься вернуться раненым?

— Ну, — Хуань неловко посмеялся. Он отвел взгляд в сторону, словно бы Ян Гуй мог видеть его лицо и осудить за прямой взгляд. — Я очень неловкий и частенько падаю. То, что я снова оказался ранен... В этом нет ничего удивительного. Учитель тоже говорит, что я в любой ситуации нахожу способ вляпаться в неприятности.

— Поверить не могу, что Сэнъшэнь — твоя мать, — по-доброму отозвался мужчина. — Она довольно удачлива в этом плане. На сражениях она редко получала серьезные травмы, а если и получала — то только защищая других.

Хуань смущенно улыбнулся. Ян Гуй всегда хорошо отзывался о его матери. Она явно была вторым по важности для него человеком после ее сестры. Хуань слышал, что у этого мертвеца при жизни осталась невеста, слышал и то, что ее тело исчезло и нельзя точно быть уверенным в том, что ее захоронили. Сам Ян Гуй предпочитал думать, что все так, как сказали воины: ее похоронили вместе с остальными солдатами, не найдя ничего особенного. Но совмещая это с поисками Сэнъшэнь — это не могло быть правдой.

Чу Хуа вздохнул, раскрыл книжечку и приступил к чтению, когда маршал покинул покои, оставив его наедине с собой.

Особенно забавляли пометки в руководстве рода «Если хочешь на пик — сначала выучи это. Это для...» и прочие. Естественно, что из руководства нужно было вызубрить все. Одно заклинание подавляло его демоническое «я», второе — энергию, а третье делало менее приметным и скрывало такие атрибуты как печать и длинные остроконечные уши. Иногда даже меняли цвет глаз для надежности, но Хуа всегда ходил с золотыми, так что не было смысла менять и их.

Хуань не знал сколько провел времени в медитации, но пока не было сестры и друга — он решил заняться теорией. А заодно и испробовать пару заклинаний на практике.