Ритуал завершён

Коридор за дверью был тёмным, влажным, пахнущим старым камнем и чем-то ещё — чужим, острым, тревожным. Они шли молча. Только шаги отдавались гулким эхом, будто кто-то, кого они не видели, шёл рядом. Или следом.На полу блестела вода. Потолок уходил в тень. Магия здесь была другая — вязкая, тянущаяся, как паутина. И замок молчал. Как перед бурей.

— Ты это чувствуешь? — тихо спросил Чимин, не оборачиваясь.

— Да. Здесь что-то ждёт. И оно не любит гостей, — отозвался Чонгук. Он шёл ближе, чем нужно было. Плечо почти касалось спины Чимина.Свет появился внезапно: не огонь, не магия — как будто кто-то открыл глаза в темноте. Зал. Огромный, сырой, окружённый зеркалами. Множество зеркал — высоких, покрытых трещинами, но отражающих чётко.

— Ну прекрасно, — пробормотал Чонгук. — Я ненавижу зеркала.

— Потому что они показывают правду? — Чимин взглянул на него искоса.Но в этот раз в его голосе не было ни насмешки, ни колкости. Только... беспокойство.Их отразили зеркала. Но в отражении Чимин стоял один.

— Где... — начал он, обернувшись. Но Чонгук был рядом.

— Я здесь. — Он схватил его за запястье. — Это иллюзия.

— Добро пожаловать в Испытание Потери, — раздался женский голос. Но не как раньше. Теперь он шептал отовсюду — из стен, из воды, из зеркал.

— Здесь вы увидите то, чего боитесь больше всего. Потерять. Не выбраться. Не быть вместе.

— Подожди, мы что, опять должны... — Чимин осёкся, потому что зеркала зашевелились.

Отражения ожили.Он увидел себя — стоящего в одиночестве, залитого кровью. И Чонгука — на полу. Не двигающегося.

— Нет. — Его голос сорвался. — Это не...

— Это не будущее, — сказал Чонгук твёрдо. — Это страх.Он встал между Чимином и зеркалом. Слишком быстро. Слишком близко.

— Посмотри на меня. Не на них.

— Но если я тебя потеряю...

— Ты не потеряешь. — И в голосе Чонгука было то, чего Чимин не слышал прежде. Тепло. Сталь. Обещание.В этот момент зеркала затрещали. Из одного вышло отражение Чонгука — и оно было... не мёртвым. Оно было пустым. Холодным. Без него.

— Они атакуют, — сказал Чонгук. — Держись рядом. Что бы ты ни увидел — это не я. И я не позволю им коснуться тебя.Отражения начали окружать. Тени, похожие на них, но исказившиеся. Искривлённые болью, страхом, одиночеством. Одно из них почти коснулось Чимина.Чонгук оттолкнул его — и отражение ударило его вместо этого. Магия вспыхнула на его груди, выжигая ткань, оставляя след.

— Чонгук! — Чимин подбежал, схватил его за плечи. — Ты идиот. Ты обещал!

— Я и сдерживаю обещание. Пока ты цел — всё остальное неважно.

Он пошатнулся — отражения снова приближались.

— Чонгук, послушай. — Чимин сжал его лицо в ладонях. — Я не боюсь потерять тебя, потому что не могу тебя потерять. Ты... слишком важен.

Глаза Чонгука чуть расширились. Потом он выдохнул — как будто услышал нечто, чего не мог поверить.

— Тогда держись за меня.

Чимин кивнул — и их руки сомкнулись.

Свет вырвался из места их касания. Яркий. Чистый. Всё задрожало. Зеркала закричали — будто сами не могли вынести этого.Они разлетелись. Трещины пошли по стеклу. Отражения исчезли. Остались только они.Дверь открылась сама собой. Без слов. Они вышли — Чонгук прихрамывая, с выгоревшей полосой на груди. Чимин — держась за его руку, не отпуская ни на шаг.

— Сколько ещё... — прошептал Чимин.

— Пока не выберемся. Или пока не поймём, зачем нас здесь держат.

Они остановились.

— Но я скажу тебе одно, — сказал Чонгук. — Ты был моим страхом.

Чимин медленно кивнул.

— А ты — моей слабостью.Они шли по длинному коридору, окутанному тишиной. Свет за их спинами угасал, оставляя после себя только шорох шагов и слабое эхо. Воздух казался густым, насыщенным пылью времени и чужими воспоминаниями. Чонгук шёл впереди, иногда бросая взгляд на Чимина, всё ещё не отпускавшего его руку. Его пальцы дрожали.Они прошли мимо зала, где раньше стояли зеркала. Теперь там остались лишь осколки и темнота. Всё внутри замка будто затаилось — как зверь, ожидающий, когда жертва оступится.— Нам нужно идти глубже, — сказал Чонгук, останавливаясь у развилки. — Эта часть замка никогда не была отмечена на картах.Чимин кивнул, молча. Его губы были сжаты, глаза метались в темноте, словно он слышал больше, чем мог объяснить.Они свернули в левый коридор, и вскоре перед ними появилась массивная дверь, украшенная выцветшими символами. Она выглядела древней, но в то же время живой. От неё веяло холодом, словно за ней было не просто помещение, а сама ночь.Чонгук протянул руку и прикоснулся к металлу. В тот же миг его ладонь обожгло, и он отдёрнул руку. Дверь заскрипела и медленно открылась сама по себе.

Они вошли.

Комната была наполнена алым светом, исходившим от символов на полу. В центре лежал круг, выложенный из чёрного камня. Вокруг него — старинные предметы ритуала: кинжал с потемневшим лезвием, потухшие свечи, книги с обгоревшими страницами. На стене — барельеф, изображающий фигуру без лица, окутанную тенями.

— Это она, — прошептал Чимин, подойдя ближе. — Тень.

Слово повисло в воздухе, как заклинание.

— Думаешь, это всё ещё работает? — спросил Чонгук, подходя к кругу.

— Я не знаю... Но что-то здесь всё ещё живо.

Внезапно свет в комнате погас. Осталась только тьма. Чимин почувствовал, как что-то чужое скользнуло рядом. Оно не касалось его, но было слишком близко. Он зажал уши, будто пытаясь заглушить чьи-то шёпоты.

— Чимин! — Чонгук схватил его за плечи. — Эй! Посмотри на меня!

Глаза Чимина стекленели, взгляд скользил мимо. Он дрожал, а на его висках выступил пот.

— Она... она здесь... — выдохнул он. — Она говорит со мной... показывает...

И тут Чонгук понял. Замок питался эмоциями. Страхами. Болью. Виной. И чем сильнее становилось это чувство — тем мощнее была сама Тень.

Он обнял Чимина крепче, прижав его к себе.

— Слушай меня. Ты не один. Это всё — иллюзия. Мы сильнее этого.

Но голос Тени уже проникал в его собственные мысли. Он слышал, как она шепчет: Ты не сможешь спасти его. Ты снова потеряешь того, кого любишь. Как и раньше.Чонгук сжал зубы.

— Хватит, — произнёс он, глядя в темноту. — Я знаю, кто ты. Я знаю, чего ты хочешь.Из тьмы появилась фигура. Высокая, искажённая, словно состоящая из дыма и пепла. Её лицо было пустым, но взгляд — ощутимым.

— Я питаюсь вами, — прошептала она голосом, похожим на тысячу голосов одновременно. — Вашими страхами. Вашей болью. Я вечна.

— Нет, — сказал Чонгук, вставая между Тенью и Чимином. — Ты — всего лишь отголосок. Остаток того, что было.

Он шагнул вперёд, в круг.— Ты питаешься страхом? Тогда возьми мой. Возьми всё, что у меня есть. Но ты не получишь его.Тень вздрогнула. Казалось, воздух задрожал вместе с ней. Чонгук закрыл глаза и представил всё, чего боялся: потерю Чимина, боль, одиночество. Все свои слабости он вытолкнул наружу — и направил в центр круга.Пол начал светиться. Символы вспыхнули алым пламенем.

— Что ты делаешь?! — крикнул Чимин, очнувшись.

— Завершаю сделку, — ответил Чонгук, не открывая глаз. — По своим правилам.Тень закричала. Её крик разнёсся эхом по всей комнате, по замку, по самому воздуху. Она дрожала, теряя форму, распадаясь.Чимин бросился к Чонгуку, обнял его, как будто пытался удержать.

— Нет! Не оставляй меня!

— Я не уйду, — прошептал Чонгук, — если ты будешь держать меня.Свет вспыхнул с новой силой. Мир содрогнулся. Замок вскрикнул, как живое существо, потерявшее свою душу.А потом всё исчезло.Тишина.

Они лежали на холодном полу. Чимин дышал тяжело, но он был в сознании. Рядом — Чонгук, измученный, но живой.Они посмотрели друг на друга. Впервые за долгое время — без страха. Без иллюзий.

— Она ушла? — выдохнул Чимин.

Чонгук кивнул.

— Да. Мы разрушили ритуал. Проклятие снято.

Он помог Чимину подняться, и они вышли из зала, оставляя за собой пепел былого ужаса.Но замок всё ещё жил. Где-то в его глубинах шептали стены, и древние тени продолжали скользить по углам. Но они уже не могли причинить вреда.

Потому что двое, прошедшие через них, больше не были прежними.