Глава 3. Твоя судьба - служить мне подстилкой

- Вы, должно быть, вернулись за серебром? - не глядя ему в глаза, спросил Гань Цзяо.

- О чём это ты? - непонимающе посмотрел на юношу мужчина.

- Ну как же, тем утром я обнаружил на столе серебряные слитки, - объяснил даос. - Я приберёг их, на случай вашего возвращения.

- Я пришёл не за этим, - отмахнулся мужчина.

На вопросительный взгляд юноши, он замялся и тихо сказал:

- Мне понравилось то, что ты со мной делал. Я здесь, чтобы это повторить.

Гань Цзяо не поверил своим ушам.

"Надо же, да ты, оказывается, действительно, та ещё шлюшка", - улыбнулся он про себя.

- Ну а чего вы раньше не приходили?

- Я не мог, - смутился мужчина ещё сильнее. - Не мог нормально ходить.

"Я довёл его до такого состояния, а он приходит за добавкой?"

Пользуясь случаем, Гань Цзяо тут же выпросил новый постельный комплект, предвкушая нормальный ночлег. По просьбе мужчины, они вновь обнажились, прежде чем лечь в постель.

Несмотря на то, что они не собирались делать ничего, чем не занимались ранее, оба чувствовали себя несколько неловко.

- Могу я попросить ещё кое о чём? - молодой человек посмотрел на юношу из-под полуопущеных ресниц.

- Всё, чего пожелаете, - бросил дежурную фразу даос.

- Мог бы ты снова обозвать меня в процессе?

"Да ты чокнутый!" - думал Гань Цзяо, но от мысли об этом он чувствовал накатывающее на него возбуждение.

Решив на этот раз не калечить больше своего клиента, даос был крайне осторожен и обходителен. Он запрокинул ноги молодого человека на свои плечи и принялся аккуратно входить в его нежное отверстие, едва успевшее восстановиться от надругательства недельной давности.

Тело мужчины под ним трепетало, на лице застыло выражение беспокойства. Глаза были закрыты, а дыхание участилось. Видно было, что молодой человек не может расслабиться, ожидая в любой момент получить вспышку боли от проникновения.

Тогда Гань Цзяо решил, что нужно сперва унять волнение и предложил:

- Почему бы вам не подготовиться самостоятельно?

- Это как?

- Ну... засуньте туда палец, - отведя взгляд, пояснил даос. Он мог бы и сам это сделать, но посчитал, что это ниже остатков его достоинства. Должно же быть хоть что-то, до чего он не опустится в этой жизни.

- Только один?

- Сперва да, а потом, попытайтесь добавить ещё, - всё ещё не смотря в сторону мужчины, отвечал Гань Цзяо.

Вскоре до его слуха донеслись хлюпающие звуки и слабые стоны. Он тут же повернул голову и обнаружил, что мужчина несколько увлёкся и, раздвинув ноги, конкретно ублажал сам себя.

Даос широко распахнул глаза и шумно сглотнул. Почему-то эта картина заставила его сию секунду возжелать овладеть этим человеком. Он мгновенно приблизился и, отшвырнув его руку, подтянул мужчину к себе и пристроился сам.

Клиент блестяще справился с подготовкой своей промежности. Она была горячей, влажной и податливой, впуская член Гань Цзяо практически так же легко, как делала это задница самого даоса, принимая в себя орудия любви.

- Слишком нежно, - услышал он томный голос мужчины. - Я хочу, чтобы ты был жестоким. Отомсти мне за всех своих клиентов.

Мужчина попал этими словами в точку - от мысли о мести возбуждение даоса усилилось, и он схватил клиента за шею, слегка надавливая пальцами, пока тот не начал задыхаться. Убрав руку, он позволил мужчине отдышаться и влепил ему пощёчину.

- Ты - ничтожество, заслуживающее быть наказанным! Попроси меня об этом снова!

- Умоляю, накажи меня!

Эти мольбы заставляли Гань Цзяо двигаться быстрее и жёстче, пронзая мужчину так глубоко, как только было возможно, отчего тот не прекращал издавать стоны удовольствия.

- Сделай мне больно!

Услышав эту просьбу, Гань Цзяо тут же, не вытаскивая член, перевернулся вместе с мужчиной так, что даос оказался лежащим на кровати, а клиент - сидящим на нём сверху.

Гань Цзяо схватил его за бёдра и поднял их, почти полностью вытащив из него свое орудие. Затем он с силой резко опустил его ягодицы вниз.

Мужчина вскрикнул и в уколках его глаз тут же показались слёзы, но выражение его лица, напротив, говорило о крайнем удовлетворении.

Гань Цзяо повторил этот приём ещё не менее десятка раз, затем оттолкнул молодого человека так, что тот откинулся на подушки. Глядя на его раскрасневшееся лицо, даос протянул руку и зажал в ней его подбородок:

- Кто-то тут хочет быть послушной игрушкой?

Мужчина посмотрел на юношу глазами, полными преданности и энергично закивал головой.

- Тогда будь умницей и принимайся за работу, - с этими словами Гань Цзяо вновь лёг на спину и, схватив клиента за бедра и усадив его на себя, заложил руки за голову.

Мужчина понял, что должен сам двигать бёдрами, и принялся добросовестно выполнять указание даоса.

Глядя на скачущего на нём молодого человека, Гань Цзяо ощущал себя всецело удовлетворённым. Он стал понимать этих "лентяев", что так любили заставлять его делать то же, что теперь делал его клиент.

Памятуя о предпочтениях мужчины, даос повиновался инстинкту и внезапно сбросил с себя своего наездника. Затем поднялся с кровати, схватил клиента за волосы и потащил к стене. Припечатав его лицом в стену, он упёрся обеими руками в его ягодицы, так, что кожа под пальцами тут же покраснела и, раздвинув их, резко ворвался внутрь.

Гань Цзяо так неистово вбивался в мужчину, что тот едва держался на ногах. Вскоре, не выдержав, его ноги подкосились и клиент сполз на пол, не прекращая подвергаться атакам обжигающего орудия.

- Ты - никчёмная проститутка, на полу тебе и место!

- Ещё!

- Ты годишься только на то, чтобы вылизывать мою обувь!

- Ещё!

У Гань Цзяо внезапно закончились идеи, и он просто смачно шлёпнул ладонью по ягодице молодого человека, на что тот откликнулся особо чувственным стоном, приведшим даоса в экстаз.

- Твоя судьба - служить мне подстилкой! - напоследок выкрикнул юноша и они одновременно пришли к финишу.

На следующее утро, Гань Цзяо обнаружил ещё более внушительное количество серебра на своём столе. Запрятав его к остальным своим накоплениям, он подумал, что с содействием этого клиента он сможет выкупить свою свободу гораздо раньше, чем ожидал.

Мужчина стал его постоянным клиентом, приходя к нему на всю ночь едва ли не через день. Не смотря на их бурное времяпровождение, Гань Цзяо так и не узнал его имени, да и не был уверен, что мужчине известно имя юноши, так как они никогда об этом не заговаривали.

Рутина даоса состояла в том, что днями напролёт он ублажал ненавистных ему людей, пытаясь заслужить побольше чаевых, а в некоторые ночи менялся ролями со своим постоянным клиентом, превращаясь во властного господина с крайне послушным слугой.

Так продолжалось многие месяцы, пока однажды, мужчина просто не перестал появляться. Гань Цзяо, привыкший к такому укладу жизни, весьма разозлился на бросившего его молодого человека. Со временем злость сменилась на беспокойство, в порядке ли его бывший постоянный клиент, а затем даос смирился, что его оставили навсегда.

Спустя год после перерождения, юноша смог-таки накопить сумму, необходимую для выкупа. Собрав немногочисленные пожитки, он, не оглядываясь, покинул публичный дом.