Глава 129 Люди из Духовного храма

Дорога Ченсянь в Небесный город Доу проходила через Закатный лес. Там, где было убежище Дугу Бо.

Закатный лес встретил Бай Ченсянь тишиной, в которой не было покоя. Тут, среди старых стволов, под сводами шуршащих листьев, чувствовалось, будто сама земля слушает шаги, а воздух хранит память о тех, кто больше никогда не вернулся на проторённые тропы. Она выбрала этот путь сознательно. Длинная дорога — лишние встречи, вопросы, внимание. Лес — короче, быстрее, тише. Ветер играл в её волосах, вплетая в фиолетовые пряди запах хвои и сырой коры. Её ранг теперь был 67. Она ощущала спокойное давление силы под кожей, но не выпускала её наружу. Иногда именно тишина — лучший плащ.

В глубине леса, где деревья стояли особенно густо, Ченсянь остановилась. Тут не было зверя, достойного шестого кольца — она уже получила его. Здесь было другое: место, где можно позволить телу и духу снова выровняться. Она опустилась на сухой мох, скрестив ноги, и прикрыла глаза. Тонкие каналы в теле раскрывались один за другим, пропуская энергию сквозь меридианы. Она убрала защиту. На мгновение — полностью. Так, чтобы её почувствовали лишь те, кто способен понимать, что значит дыхание Небытия.

Нуар внутри неё вздрогнул, словно расправил крыло, древнее и чёрное, как тень между звёздами. Энергия Ворона Небытия, холодная и беспощадно-чистая, растеклась по лесу. Ни один зверь не приблизился. Лес дышал — но осторожно. Только самые сильные могли чувствовать её силу. Только самые глупые могли после этого приблизиться.

Она закончила культивацию. Медленно открыла глаза... и уже знала, что не одна.

Четверо. Их шаги были тихими, но не для неё. Она почувствовала их раньше, чем они сами поняли, что подошли слишком близко. Двое — Духовные Доуло, 82 и 85 рангов. Двое — Императоры, 60 и 63 ранга. Сила, которой достаточно для вырезания небольшого города. И всё же... они шли к ней без малейшей осторожности.

Она не поднялась сразу. Сделала вид, что слишком погружена в культивацию. Опустила плечи, замедлила дыхание, будто была на границе истощения. Нуар тихо шевельнулся внутри сознания.

«Они думают, что ты добыча», — произнёс он.

Она едва заметно улыбнулась.

«Так и должно быть».

Когда их силуэты были уже в десяти шагах, Ченсянь будто только тогда «заметила» их. Подняла голову резким, испуганным взглядом и встала, отступив назад, прижимая ладонь к груди.

— Я... простите... — её голос дрогнул. — Я заблудилась. Я ищу зверя для пятого кольца... я думала... тут... помогут...

Она опустила голову, и на ресницах блеснули слёзы. Искренние? Нет. Убедительные? Безусловно.

Старший из них усмехнулся, не скрывая намерений.

— Пятидесятый ранг? Девочка, тебе повезло. Мы из Духовного храма и можем помочь тебе... успокоиться.

Смех остальных был грязным, тяжёлым. Ченсянь дрожала маленькими, театральными вдохами. Внутри же — холодно считала расстояние. Шесть шагов. Пять. Четыре.

Когда их осталось три, они одновременно замерли. Как будто воздух вокруг них густо застыл, превратился в вязкую мёртвую воду.

Нуар раскрыл крылья в её внутреннем мире.

Домен Жизни и Смерти.

Тонкая, едва серебристая рябь разошлась по земле. Трава перестала шевелиться. Лес замолчал. В три шага от неё четверо мужчин, мастера, охотники, вершители чужих судеб — превратились в беспомощные сосуды, в которых плескался страх.

Ченсянь подняла голову. Слёзы исчезли. Её взгляд стал ледяным.

— В такой Духовный Храм... меня звала Бибидун? — она произнесла это спокойно, почти с сожалением. — Смешно. А вы умрёте здесь. Медленно. И бесполезно.

За её спиной сомкнулись серебристые крылья. Не украшение — орудие. Они коснулись кожи мужчин, но не оставили ран. Просто начали пить их энергию. Глоток за глотком. Неспешно, как будто у смерти было всё время этого мира.

Старший Доуло пытался сопротивляться. В его глазах мелькнуло осознание:

«Титулованная...?»

Но ответом ему была пустота.

Ченсянь раскрыла ладонь. В ней возник меч — тонкий, искрящийся, как разорванный луч заката.

— Жить вы уже не будете. Но будете полезны.

Одно движение — и горла разрезаны. Ни капли крови не упало на землю. Крылья впитали всё до последней капли, как будто мир решал стереть сам факт их существования.

Тела начали крошиться. Кости распадались. Плоть превращалась в серый порошок. Она усилила четвёртое кольцо, и ветер унёс останки. Несуществующие люди, исчезнувшие навсегда.

Перед тем как исчез последний след, Ченсянь наклонилась. В ноге одного из Духовных Доуло сияла кость духа. Правая нога. Сила ветра и скорости. Она забрала её — бесшумно, как вор, который имеет на это право.

Лишь тогда её ноги подломились. Внутри всё было опустошено. Домен Жизни и Смерти — сила, способная сокрушить, но и сломать, если держать слишком долго. Нуар поддержал её, впустив в тело немного тьмы, обволакивающей и холодной, как лунный лёд.

Она дошла до речушки неподалёку и опустилась в воду. Холод снял остатки напряжения. Она смыла следы боя, постирала одежду, вымыла кость. Высушила ткань потоком духовой силы и снова оделась.

Кость легла в мешочек.

Нуар шепнул:

«Ты стала холоднее».

— Я стала честнее, — ответила она тихо.

Она поднялась и, не оглядываясь, пошла дальше. Ветер знал её имя. Лес запомнил её шаги. Дорога к Небесному Городу Дуо ждала её — и тот, кто был там, даже не подозревал, что тень уже приближается.

Её тень. Тень, что умеет решать — кому жить, а кому умереть.