Глава 27. Черепаха-долгожитель

Когда эти слова прозвучали, все были в шоке. Даже Цзян Сюньи и Юнь Се не знали, как реагировать. Один особо смелый селянин сделал несколько шагов вперед, чтобы внимательно рассмотреть, и действительно вскрикнул от удивления:

— Правда! Разве это не Ван И, который умер два года назад?!

На лице Цзян Сюньи было написано удивление, и он неосознанно встретился взглядом с Юнь Се. Это выражение оживило его ледяное красивое лицо впервые с тех пор, как его личность была раскрыта.

Увидев это, Юнь Се почувствовал, как в его сердце поднялась радость, и не мог не улыбнуться. Тем временем Ван Си уже выпалил самую важную часть, поэтому он не стал ждать, пока они продолжат его допрашивать. Вытерев лицо, он сел и начал рассказывать свою историю.

— В молодости я любил читать книги и учиться, но наша деревня всегда была нищей и бедной. Большинство детей в деревне моего возраста уже давно начали помогать своим родителям обрабатывать землю. Очень немногие могли ходить в частные школы. К счастью, мой отец считался довольно непредубежденным. Он только сказал, что если я сам найду оплату частному репетитору по чтению, он отправит меня в соседний город, и мне не придется помогать на семейной ферме. Услышав это, я подумал о многих способах заработка: выкапывать лекарственные травы, рубить дрова, ловить рыбу... Я пробовал все.В тот день я снова пришел на реку, намереваясь наловить рыбы и принести ее в город для продажи. Я не ожидал, что, раскинув сеть на долгое время, на самом деле вытащу большую черепаху!

Когда он сказал это, Юнь Се не мог не взглянуть на «человека-черепаху». Ван Си заметил его взгляд и горько улыбнулся.

— Да, эту. В то время черепаха была еще обыкновенной, и она еще не выросла такой большой. Единственная разница в его внешнем виде заключалась в том, что его панцирь всегда мерцал красивым слабым белым светом. Я не мог удержаться от того, чтобы протянуть руку и прикоснуться к нему.

Цзян Сюньи сказал: 

— А потом?

Когда он вспомнил, лицо Ван Си словно стало несколько пьяным от экстаза.

— Я никогда не забуду это чувство до конца своей жизни. Ощущение было похоже на погружение всего тела в теплую воду, очень расслабляющее. Мне казалось, что я плыву и порхаю, как будто я вернулся в утробу матери, как будто я лечу по небу и лежу на облаках...

Цзян Сюньи удивленно поднял брови. Не то чтобы он испытывал тоску или удивление по поводу описания Ван Си. Вместо этого он нашел это очень знакомым — земледельцы изучали и стремились к единству между природой и человеком. Каждый раз, когда он медитировал или достигал нового уровня совершенствования, он также проходил через такие переживания. Но он не понимал, почему обычный человек, такой как Ван Си, стал таким после прикосновения к черепашьему панцирю. Если бы все могло быть так просто... Цзян Сюньи оглянулся на зловонную «Божественную черепаху» и почувствовал, что даже если это так, он никогда в жизни не хотел бы прикасаться к этой штуке снова.

Ван Си все еще продолжал:

— Я не знаю, сколько времени прошло, пока белый туман перед моими глазами наконец не рассеялся. После долгих поисков я наконец понял, что на самом деле нахожусь в теле черепахи!

Цзян Сюньи: 

— ......

Должен ли он быть благодарен за то, что Ду Хэн хотя бы человек?

Юнь Се также подумал о том, как Цзян Сюньи менял тела ни с того, ни с сего. Хотя было непонятно, как это произошло, воскрешение Цзян Сюньи было для него чрезвычайно удачным событием. Тем не менее выражение лица Юнь Се стало серьезным, и он спросил: 

— А как насчет твоего собственного тела? Как ты вышел?

Ван Си сказал:

— Я тоже не знаю. Я был невероятно потрясен, обнаружив все это, и задавался вопросом, что происходит. Когда я решил выйти, я необъяснимым образом вернулся в свое собственное тело. — Он глубоко вздохнул и продолжил. — Когда я вернулся в деревню, я обнаружил, что прошло десять лет!

Окрестные жители тоже были в восторге от этой истории, и Сюй Да не мог не спросить: 

— Как это может быть? Очевидно, ты пробыл в теле этой черепахи совсем немного!

Цзян Сюньи кое-что понял и пробормотал про себя:

— В «Чжуанцзы¹» написано: «Утренний гриб ничего не знает о рассвете и сумерках, Летняя цикада ничего не знает о весне и осени». Их жизнь слишком коротка, поэтому для них один миг равен всей жизни. С другой стороны, для тысячелетних черепах, которые могут жить десять тысяч лет, время течет слишком медленно. Когда вы вошли в его тело, ваше время тоже естественным образом замедлилось. Подобное событие кажется странным и немыслимым, но после тщательного обдумывания кажется разумным. На самом деле я никогда раньше не представлял себе такого!

¹ Чжуанцзы (庄子) — древний китайский текст позднего периода Воюющих царств (476–221 гг. до н. э.), содержащий истории и анекдоты, иллюстрирующие беззаботный характер идеального даосского мудреца. Названный в честь своего автора, знаменитого мудреца Чжуан-цзы, он является одним из двух основополагающих текстов даосизма (наряду со знаменитым Дао Дэ Цзин) и обычно считается самым важным из всех даосских писаний. Возможно, вы слышали известную цитату о том, что Чжуанцзы снится, что он бабочка, которая происходит из этого текста!

Учитывая высочайший интеллект Юнь Се, он также кое-что понял, слушая до этого момента. Следуя ходу мысли Ван Си, он сказал:

— Значит, то ваш сын стал таким, было вашим намеренным действием. Вы хотели, чтобы он прожил еще два года?

Ван Си слегка опустил голову.

— Это был момент безумия и одержимости, но у меня не было другого пути! За последние три поколения моей семьи Ван у нас был только один ребенок. У меня был только один сын, когда мне было сорок лет, и я лелеял его как сокровище. Кто бы мог подумать, что два года назад, когда этот ребенок спал, он по необъяснимым причинам перестал дышать. Его лицо стало багровым, и казалось, что он задыхается.

Ван Си глубоко вздохнул, непрекращающийся трепет и страх от этого воспоминания преследуют его даже сейчас. Он подсознательно повысил голос:

— В то время, в то время я был очень напуган. Я нес его тело и несколько раз бегал к врачам, но все они говорили, что его уже не спасти. Когда все мои надежды обратились в прах, я вдруг увидел у реки сияющую божественную черепаху! Скажите мне, если бы это был вы, чтобы вы выбрали, а?! Будь это вы, вы бы спасли его?!

Шумная сцена сразу стихла до полной тишины. Даже у обычно бессердечного Цзян Сюньи не было слов. Никто из них не мог ответить на этот вопрос. Только Юнь Се закрыл глаза и глубоко вздохнул, его мысли были неясны.

Ван Си тяжело хватал ртом воздух. Только после того, как он на мгновение успокоился, он продолжил:

— Он почти перестал дышать. В панике я не мог думать ни о чем другом и прижал руку Маленького И к черепашьему панцирю. В то время у него оставался только последний вздох, и не было даже сил говорить. Он просто смотрел на меня своими широко раскрытыми глазами. Я сказал ему, дитя, это единственный шанс для тебя выжить. Ты должны помнить, несмотря ни на что, ты не должен думать о смерти. Ты должен сказать себе, что ты хочешь жить несмотря ни на что!

Цзян Сюньи посмотрел на Ван И. Он обнаружил, что из этих мутных глаз текла дорожка слез.

Цзян Сюньи не знал, как назвать это чувство в своем сердце, и не хотел раскрывать свои истинные эмоции. Подняв голову, он заметил, что Юнь Се смотрит на него. Цзян Сюньи закатил глаза, а затем притворился беззаботным, чтобы повернуться к Ван Си и спросить:

— Ну, я понял все, что вы сказали до сих пор. Но как вышло, что несмотря на ваше временное пребывание все было в полном порядке, а он сгнил и загноился?

Ван Си горько улыбнулся и покачал головой:

— Сначала черепаха не была такой большой. После того, как Маленький И вошел, он все еще мог сказать мне несколько предложений. Хотя он никогда не мог больше никого встретить, по крайней мере, он мог быть с нами. Я с радостью привел его домой, чтобы вырастить. Но кто мог предположить, что он продолжит расти, а также постепенно приобретет человеческий облик. Я глава деревни, поэтому жители деревни часто приходят и уходят в мой домой. Я понял, что больше не могу продолжать прятать его, поэтому поместил его на этом участке реки. Каждую ночь в темноте я приходил и покормил его. Но я не ожидал, что со временем он не только станет таким, но и постепенно перестанет понимать мои слова. Я заметил, что он больше не приходит вовремя поесть. Сначала я волновался и беспокоился, пока... позже я не узнал, что он ел.

Большинство присутствующих поняли скрытый смысл его слов: казалось, что люди, исчезнувшие в реке, на самом деле были съедены Ван И. По толпе пробежала дрожь, но, наблюдая за слезами, капающими из постаревших глаз Ван Си, какое-то другое чувство, казалось, смешалось с их негодованием. Все только что видели необычные действия Юнь Се и Цзян Сюньи, и они уже смутно считали этих двух людей богами, спустившимися в мир смертных. Закончив рассказывать свою историю, Ван Си успокоил свои эмоции и заставил себя улыбнуться.

— Как староста деревни, я добросовестно работал для этой деревни все эти годы. Я и представить себе не мог, что на самом деле это мой собственный сын причинил всем боль в конечном итоге... Этот старик слишком стыдится, чтобы говорить что-то еще. Я только прошу, чтобы эти два молодых дворянина пощадили жизнь моего сына.

Цзян Сюньи открыл было рот, чтобы заговорить, но остановился. Взглянув на Юнь Се, он изменил то, что собирался сказать: 

— Я всего лишь безымянная пешка, не имеющая права что-либо говорить. Слова мастера секты Юня имеют значение.

Услышав это от Цзян Сюньи, настроение Юнь Се снова ухудшилось. С улыбкой на лице он сказал:

— Я посторонний и знаю только, как убивать демонов и монстров. Как я могу вмешиваться в эти вещи? Происхождение этого зла я удачно уловил, теперь что касается всего остального... — Его взгляд проворно обратился к двум незадачливым констеблям сбоку, и он тут же сказал. — Это точно дело этих чиновников!

Хуан Вэя был насквозь мокрым, а его сердце тайно наполнилось до краев сожалением. Он всегда считал себя стоящим на вершине мира, учитывая, что он считал себя обладателем высших навыков боевых искусств, а также имел родственным связи с окружным судьей. Он никогда не обращал никакого внимания на жителей этой сельской местности. Как он мог представить, что на этот раз он выбрал не того человека и столкнулся с этими двумя молодыми мастерами, которых он не мог позволить себе обидеть. Изначально он хотел улизнуть, поджав хвост, в конце этого дела. Но он не ожидал, что прежде чем он сможет сделать хотя бы шаг назад, его окликнут.

Он не смел притворяться, что не слышит слов Юнь Се, поэтому мог вернуться только вместе с Дэн Чжи. Осознавая собственное несчастье, он поймал эту горячую картошку.

После этого Хуан Вэй на мгновение заколебался, а затем посмотрел на Юнь Се и чуть дальше Цзян Сюньи:

— Могу ли я занять минутку, чтобы поговорить с этими двумя молодыми дворянами?

Юн Се рассмеялся и сказал:

— Нет. Гадалки и мошенники из Цзянху, такие как я, зарабатывают на разговорах. Если бы я говорил, когда вы мне скажете, разве вы не заставили бы меня мерзнуть и голодать².

² 喝西北风  «пить северо-западный ветер» в основном означает для кого-то мерзнуть и голодать, жить воздухом и т. д.

Хуан Вэй знал, что Юнь Се намеренно усложняет ситуацию, но он никак не мог понять, когда именно он сделал Юнь Се несчастным. Он мог только подыграть Юнь Се:

— В этом вы можете быть уверены. Я обязательно дам вам правильную цену.

Юнь Се радостно сказал:

— После стольких разговоров ты сказал только одно полезное предложение. Вперед, продолжай.

Вдалеке Цзян Сюньи прислонился к дереву, наблюдая, как эти двое ссорятся. Он был озадачено: правда по этому поводу уже должна была выйти наружу³, но по какой-то неизвестной причине он не получил никакого системного сообщения о выполнении задания. Теперь, увидев лицо Хуан Вэя с выражением, присущим исключительно NPC, Цзян Сюньи на мгновение заколебался, прежде чем неохотно встать с дерева, чтобы догнать этих трех человек.

³ 水落石出 «когда вода спадает, скала появляется»

Дэн Чжи также слышал предыдущие слова Хуан Вэя. Удивленный и сбитый с толку, его взгляд переключался с Юнь Се на Цзян Сюньи и обратно, и он прошептал:

— Брат Хуан, ты собираешься рассказать им об... этом деле?

Хуан Вэй кивнул с торжественным выражением лица: 

— Эти два молодых дворянина обладают необычайными навыками. По одному взгляду видно, что вы настоящие мастера. Есть проблема, которая беспокоит меня уже давно, и я хотел бы попросить вас двоих помочь изучить этот вопрос.