Глава 4.

— Профессор Райнер, доброе утро! Взгляните, пожалуйста, верен ли ход вычислений? — подлетел первокурсник к угрюмому мужчине, как только тот вышел из машины.

Александр поморщился от резкого солнечного света. Голова раскалывалась после двух бутылок вина, выпитых. Трехдневная щетина осталась нетронутой — руки дрожали настолько, что о бритье не могло быть и речи. Мятная жвачка едва скрывала запах перегара, а две таблетки от похмелья пока не оказали должного эффекта.

— Это не терпит до нашего занятия? — хрипло спросил он, потирая висок.

— Пожалуйста, — мальчишка взмахнул веером ресниц, изобразив самое невинное выражение лица. — Пара с вами только после обеда, а я никак не могу разобраться с этими формулами.

Александр смерил первокурсника строгим взглядом, но папку с вычислениями и ручку всё же взял. По пути к центральному входу он делал пометки, быстро объясняя ошибки.

— Простите, юноша, но я украду у вас профессора Райнера на несколько минут, — раздался за спиной ледяной голос.

По позвоночнику Александра пробежал холодок, когда он почувствовал на своём плече крепкую хватку. Лиам Хоффман был настолько взбешён, что не думал, как эта сцена выглядит в глазах окружающих. Он бесцеремонно отвёл Александра к своему автомобилю и практически впихнул на переднее сидение.

— Какого чёрта ты творишь? — воскликнул Алекс, потирая плечо.

Лиам, едва усевшись на своё место, утопил педаль газа и на большой скорости вылетел со стоянки перед университетом.

— У меня к тебе тот же вопрос. Какого чёрта, Алекс?! — перешёл на крик Лиам, костяшки его пальцев побелели от напряжения на руле. — Ты сошёл с ума на старости лет? Мне показать тебя психиатру? Я предоставил тебе беспрецедентную возможность, а ты послал специалиста ЦЕРН? Ты хоть знаешь, сколько сил и денег я потратил, чтобы наладить там контакты?

— Я тебя об этом не просил! — Александр был возмущён тем, как Лиам с ним разговаривает, как ему в голову пришло шпионить, если он и так бы узнал первым. Как он посмел без его ведома заявлять о таком серьёзном открытии.

— Алекс! Прекрати валять дурака! — сбавив скорость, Лиам свернул в район многоэтажек. — Любое промедление сейчас, и ты лишишься дела своей жизни! Упустить возможность сделать мировой прорыв в физике — всё равно, что подписать себе смертный приговор. Наш университет ещё на полвека останется вторым, а давление попечительского совета уже сейчас невыносимо. Ты не единственный гений в этом мире, молодые специалисты уже наступают тебе на пятки!

Лиам прошёлся по лицу ладонями, давая себе мгновение на успокоение.

— Меня бесит, что ты наши личные отношения ставишь поперёк профессиональной деятельности. Ведь именно ты пострадаешь первым! Доверие к твоим разработкам снизится, и никакие молодые умы и новая кровь, в которые университет вливает миллиарды, не смогут удержать нас на плаву.

— Лучше признайся, что дело в твоей карьере, а не в моей, — съязвил Александр. — Как всегда думаешь только о себе.

— Давай нормально поговорим? — проигнорировал выпад Лиам. — Согласись на предложение ЦЕРН, это твой единственный шанс! Заявить о твоём исследовании надо до поездки в Цюрих.

Видя сопротивление в собеседнике, Лиам потер щеку, придумывая как убедить мужчину.

— Эмили за лето переведёт свои активы во Францию, и мы можем развестись, — вдруг тихо произнёс Лиам, резко меняя тему.

— Какое это имеет ко мне отношение? — ехидно протянул Алекс. — Уйдёт Эмили, ты заведёшь себе новое «прикрытие». Я тебя как облупленного знаю: ты никогда не выйдешь из шкафа и меня туда же тянешь.

Лиам тяжело вздохнул, крепко сжав руль.

— И вообще, я решил, что хочу заключить брак с одним очень милым мальчишкой. Ты его сегодня видел. Правда, хорошенький? — продолжал свою язвительную речь Алекс.

— Значит, я его сегодня отчислю, — процедил сквозь зубы Лиам.

— Отчисляй, и я перейду в университет, где он будет учиться, — рассмеялся Александр, внутренне содрогаясь от собственной лжи. Как будто Лиам поверит, что человек, любящий его семнадцать лет, сможет куда-то деться.

Александр, пристегнул ремень безопасности, и хлопнув себя по коленям демонстративно изобразил улыбку .

— Профессор Хоффман, все рабочие вопросы я предпочитаю решать в своём кабинете или лаборатории. Если вы продолжите вести себя в том же духе, я сообщу в администрацию университета о давлении со стороны руководства, а также на следующем собрании попечительского совета объявлю всем, что большая часть публикаций, на которых стоит твоё имя как соавтора, сфабрикованы.

— Вот значит как? — брови Лиама сошлись к переносице. — Хорошо. Я тебя понял.

Лицо Лиама исказилось в болезненной ухмылке. Заведя автомобиль, он тронулся в сторону университета. Бостон — город, что обычно радовал Лиама своей живостью и активностью, — в одно мгновение потерял все краски.

***

По дороге в университет они не сказали друг другу ни слова. Лиам вышел из машины, громко хлопнув дверью, и стремительно направился к административному крылу. Александр, наблюдая за его удаляющейся фигурой, почувствовал знакомую тяжесть в груди. Эффект от таблеток наконец начал действовать, но эмоциональная боль только усиливалась.

Тяжело вздохнув, он направился к своей лаборатории. Приветствуя коллег дежурной улыбкой, Александр пытался выглядеть собранным и профессиональным, хотя внутри всё кипело от недавней ссоры. Семнадцать лет отношений, сокрытых от внешнего мира, превратились в молчаливую войну двух упрямцев.

В лаборатории его ждала небольшая группа аспирантов, погруженных в свои исследования. Увидев профессора, они оживились, но быстро уловили его настроение и предпочли держать дистанцию.

— Профессор Райнер, — осторожно обратилась Кэрол, его лучшая аспирантка, — Вам пришло письмо из ЦЕРН. Они снова запрашивают данные вашего эксперимента.

Александр резко взял конверт, разорвал его и пробежал глазами по строчкам. Именно этого он боялся — официальный запрос с подписью директора коллайдера. Кто-то уже сообщил им о предварительных результатах. Лиам не терял времени.

— Чёртов Хоффман, — пробормотал он, скомкав письмо.

— Что-то не так? — осторожно поинтересовалась Кэрол.

— Всё в порядке, — Александр натянуто улыбнулся. — Просто некоторые люди слишком торопятся прославиться за чужой счёт.

Он прошёл к своему рабочему столу и опустился в кресло. На экране компьютера мигало уведомление о новом электронном письме — от Лиама. «Совещание у ректора в 15:00. Обязательно присутствие всех заведующих кафедрами и лабораториями. Тема: Стратегическое партнёрство с ЦЕРН».

Александр сжал зубы. Ситуация становилась критической. Его открытие теперь стало разменной монетой в университетской политике. И в их отношениях с Лиамом.

***

К трём часам дня голова Александра прояснилась, но желудок всё ещё бунтовал. Он стоял перед зеркалом в туалете, поправляя галстук и пытаясь придать своему отражению хоть какой-то презентабельный вид.

— Выглядишь паршиво, — раздался голос за спиной.

В отражении Александр увидел Дэвида Коулмана, профессора теоретической физики и давнего друга.

— Спасибо за комплимент, — сухо ответил он.

— Снова поцапался с Хоффманом? — Дэвид подошёл ближе и понизил голос. — Весь факультет уже в курсе вашей утренней сцены на парковке.

Александр закрыл глаза и глубоко вдохнул.

— Он перешёл черту, Дэвид. Связался с ЦЕРН за моей спиной.

— И это плохо потому что?..

— Потому что мои расчёты ещё не закончены! — Александр повернулся к другу. — Ещё месяц работы, и я бы сам представил результаты. А сейчас они получат сырые данные, которые могут интерпретировать неверно или, что ещё хуже, присвоить себе.

— Ты параноик, Алекс, — покачал головой Дэвид. — Лиам пытается тебе помочь. Он всегда тебя поддерживал.

— Он поддерживает только свою репутацию, — горько усмехнулся Александр.

Дэвид внимательно посмотрел на друга.

— Знаешь, я никогда не вмешивался в ваши... хм... дружбу. Но сейчас скажу прямо: вы оба ведёте себя как упрямые подростки. Хоффман сделал ход, который может обеспечить тебе Нобелевскую премию, а ты готов всё разрушить из-за своей гордости.

— Дело не в гордости, — Александр нервно провёл рукой по волосам. — Он хочет, чтобы я снова был его тенью. Хоффман и Райнер — гениальный тандем. Только на этот раз я хочу быть просто Райнером. Без него.

— И поэтому ты отказал ему в соавторстве?

Александр побледнел.

— Откуда ты...

— Стены в этом университете имеют уши, друг мой, — Дэвид положил руку ему на плечо. — Идём на совещание. И постарайся не наделать глупостей. Твоя карьера зависит от следующих нескольких часов.

Они вышли из туалета и направились к кабинету ректора. В коридоре Александр заметил того самого первокурсника с утра, который сейчас оживлённо беседовал с группой студентов. Поймав взгляд профессора, юноша улыбнулся и помахал рукой.

— Кстати, — усмехнулся Дэвид, — Этот «милый мальчишка», с которым ты якобы собрался заключить брак, сын сенатора Грина. Так что с отчислением у Лиама возникли проблемы. Он, почему то, так зол, так зол, — захохотал Дэвид.

Александр споткнулся от неожиданности.

— Откуда ты... боже, неужели Лиам действительно рассказал...

— Не Лиам, — покачал головой Дэвид. — Эмили. Она звонила мне час назад, плакала. Сказала, что вы с Лиамом окончательно сошли с ума и разрушаете не только свои жизни, но и её. Просила повлиять на тебя, потому что переживает за Лиама.

Александр остановился, ошеломлённый. Эмили знала? Всё это время?

— Идём, — Дэвид потянул его за рукав. — История ваших сложных отношений подождёт. Сейчас на кону стоит будущее не только твоё, но и всего

университета.

***

В просторном кабинете ректора Александр сразу заметил Лиама, сидящего справа от главы университета. Он выглядел уверенным и собранным — идеальный декан. Пиджак с безупречно ровными плечами, аккуратно зачесанные назад седеющие волосы, внимательный взгляд человека, привыкшего контролировать ситуацию.

Их глаза встретились на мгновение, и Александр уловил в них нечто, чего не было утром — беспокойство. Не за себя. За него. Или это было очередное желание Александра принимать желаемое за действительное?

— А, профессор Райнер, рад, что вы присоединились к нам, — профессор Гарднер, грузный мужчина с густыми бровями, указал на свободное место. — Присаживайтесь. Мы как раз обсуждаем ваше открытие.

Александр сел, чувствуя, как напряглись все мышцы его тела. По левую руку от него устроился Дэвид, успокаивающе похлопав друга по колену под столом.

— Итак, коллеги, — продолжил ректор, — Как некоторые из вас уже знают, работа профессора Райнера привлекла внимание научного сообщества. Особенно заинтересовались наши коллеги из ЦЕРН.

Он повернулся к Лиаму:

— Профессор Хоффман любезно поделился с ними предварительными результатами, и они выразили желание сотрудничать с нашим университетом для дальнейшей проверки теории.

Александр почувствовал, как кровь приливает к лицу.

— С вашего позволения, профессор, — произнес он, стараясь контролировать голос, — Я хотел бы уточнить, какими именно данными поделился доктор Хоффман, учитывая, что исследование еще не завершено.

В комнате воцарилась напряженная тишина. Лиам медленно выпрямился.

— Я отправил только общее описание модели и базовые расчеты, — ответил он ровным тоном. — Достаточно, чтобы заинтересовать, но недостаточно для полного понимания или... присвоения идеи.

Последние слова он произнес с особым нажимом, глядя прямо в глаза Александру.

— И вы сделали это без моего ведома, — Александр не смог сдержать упрек.

— Джентльмены, — вмешался ректор, — Давайте не будем превращать научную дискуссию в личные разногласия. Суть в том, что ЦЕРН предлагает нам многомиллионный грант на продолжение исследований. Они готовы предоставить свои мощности для проверки теории профессора Райнера. Это беспрецедентная возможность для университета.

— И для вашей карьеры, не так ли, профессор Хоффман? — тихо произнес Александр.

Лиам сжал челюсти, но промолчал.

— Профессор Райнер, — в голосе ректора появились стальные нотки, — Если у вас есть возражения против сотрудничества с крупнейшей научной организацией мира, я хотел бы услышать их сейчас.

Александр оглядел присутствующих. Двенадцать пар глаз смотрели на него с разной степенью любопытства и раздражения. Он чувствовал себя загнанным в угол.

— Мои возражения касаются не сотрудничества как такового, — наконец произнес он, — А преждевременного раскрытия данных без консультации с автором исследования.

— Автором? — неожиданно вмешался профессор Кляйн, заведующий кафедрой астрофизики. — Насколько я помню, ваша предыдущая совместная с доктором Хоффманом работа по квантовой телепортации имела двух авторов. Разве нынешнее исследование — не продолжение того проекта?

Александр почувствовал, как сердце пропустило удар. Вот оно — момент истины, которого он так боялся. Решающий момент, когда ему придется либо признать соавторство Лиама, либо...

— Нет, — твердо сказал он. — Текущее исследование — это полностью моя инициатива и моя работа.

Лиам вздрогнул, словно от удара.

— Интересно, — протянул Кляйн, поглаживая бороду. — А как же те подготовительные расчеты, которые вы делали вместе с Хоффманом в прошлом году? И его теоретическая база по квантовой гравитации, на которой строится ваша модель?

Александр замер. Откуда Кляйн знал об этом? Эти расчеты они делали в его квартире...

— Александр, — мягко произнес Лиам, нарушив тягостную паузу, — Я думаю, коллеги просто хотят убедиться, что при публикации в ЦЕРН будут правильно указаны все участники проекта. Это стандартная процедура.

Их взгляды снова встретились, и Александр внезапно понял: Лиам дает ему шанс отступить. Признать их соавторство, сохранив при этом лицо. Но это означало бы снова оказаться в его тени, снова стать частью «гениального тандема».

— Насколько я понимаю, — вмешался ректор, — Вопрос авторства можно решить позже, в рабочем порядке. Главное сейчас — определить нашу позицию по предложению ЦЕРН. Профессор Райнер, вы согласны продолжить исследование в рамках предложенного сотрудничества?

Все взгляды обратились к Александру. Он чувствовал, как по спине стекает холодный пот. Один неверный шаг, и он потеряет всё — и свое открытие, и, возможно, Лиама.

— Мне нужны гарантии, — наконец произнес он. — Гарантии, что моя интеллектуальная собственность будет защищена.

— Разумеется, — кивнул ректор. — Наш юридический отдел уже готовит соответствующие документы. Доктор Хоффман любезно согласился курировать этот процесс лично.

— Нет, — Александр покачал головой. — Я хочу, чтобы был назначен независимый куратор.

В кабинете воцарилась тишина. Лиам медленно поднялся со своего места, не сводя глаз с Александра.

— Независимый куратор? — переспросил ректор, переводя взгляд с одного ученого на другого. — Вы серьезно ставите под сомнение объективность доктора Хоффмана?

— Именно так, — твердо ответил Александр. — Учитывая нашу... сложную историю сотрудничества, я считаю это необходимой мерой.

Лиам побледнел, его пальцы сжались в кулаки.

— Ректор Гарднер, коллеги, — произнес он неожиданно спокойным голосом. — Прошу простить нас. Я думаю, нам с профессором Райнером необходимо обсудить некоторые вопросы наедине, прежде чем принимать окончательное решение.

— Мне кажется, мы уже всё обсудили, — возразил Александр.

— Нет, — отрезал Лиам. — Не всё.

Ректор окинул присутствующих взглядом и тяжело вздохнул.

— Пожалуй, небольшой перерыв будет кстати. Вернемся через пятнадцать минут.

Члены совета начали покидать кабинет, бросая любопытные взгляды на двух ученых. Последним вышел Дэвид, с тревогой посмотрев на друга.

Когда дверь закрылась, Лиам резко повернулся к Александру.

— Что ты творишь? — прошипел он. — Ты понимаешь, что ставишь под удар не только свою карьеру, но и репутацию всего университета?

— Я? — Александр горько усмехнулся. — Это ты за моей спиной передал данные исследования. Моего исследования!

— Твоего? — Лиам покачал головой. — Ты забыл, кто помогал тебе с первыми расчетами? Кто предложил ключевой алгоритм?

— Это были лишь детали! Основная идея, концепция — она моя!

— Наша, — поправил Лиам. — Как и всё, что мы делали последние десять лет.

Александр почувствовал, как внутри поднимается волна гнева.

— Вот именно! Десять лет я был в твоей тени. «Блестящий тандем Хоффмана-Райнера», где Хоффман всегда на первом месте!

Лиам закашлялся от возмущения.

— Так вот в чем дело? В твоем уязвленном эго?

— Дело в справедливости! — Александр ударил кулаком по столу. — Хоть раз, хоть один-единственный раз я хочу, чтобы меня признали самостоятельным ученым, а не твоим вечным помощником!

— И ради этого ты готов перечеркнуть всё, что есть? — тихо спросил Лиам.

Их взгляды встретились, и Александр увидел в глазах Лиама боль, которую никогда прежде не замечал.

— Я просто хочу признания, — произнес он уже тише.

— Признания? — Лиам горько усмехнулся. — А я-то думал, что мы с тобой выше этого. Что наука для нас важнее личных амбиций.

Он подошел ближе, положил руки на плечи Александра.

— Послушай меня внимательно. ЦЕРН заинтересовался нашей работой. Это шанс, который выпадает раз в жизни. Мы можем изменить представление о темной материи, о строении Вселенной! И ты готов всё это поставить под удар из-за вопроса авторства?

— Я просто хочу получить то, что заслужил, — упрямо повторил Александр.

Лиам отпустил его плечи и отступил на шаг.

— Знаешь, — произнес он с горечью, — Я всегда восхищался твоим умом, твоей интуицией. Думал, что мы дополняем друг друга. Что вместе можем достичь большего, чем поодиночке.

Он покачал головой.

— Но сейчас ты делаешь самую большую ошибку в своей жизни, Алекс. Самую большую ошибку! Я смогу выплыть, а ты так и останешься фальшивым гением.