Ты нормальный?

Итан с беспокойством очнулся от сна, резко сев в кровати и интенсивно встряхнув головой, пытаясь прогнать остатки кошмара. Часы на тумбочке показывали начало шестого, взглянув на половину кровати, где должен был спать Крис, Итан обнаружил лишь смятые простыни и пустоту. Сон стал превращаться в реальность, а сердце тревожно сжалось...

Найдя свой телефон на полу гостиной, он дрожащими руками набирал знакомый номер. Три долгих гудка, каждый из которых отдавался в груди тяжелым ударом.

— Ты где? — со страхом спросил Итан, когда тихий голос, наконец, ответил на том конце провода.

— Дома.

— Дома? — Итан осел на пол, не в силах одновременно говорить уверенно и поддерживать свое тело. Его свободная рука от напряжения судорожно вцепилась в джинсы, — Но почему?

— Я не смог уснуть и решил потратить время с пользой, нежели просто лежать, — невозмутимость голоса еще больше потрясла Итана.

— А разбудить меня ты не посчитал нужным? — голос Итана дрогнул, он прикусил нижнюю губу, стараясь сохранить самообладание. — Тебе не пришло в голову, что я могу беспокоиться?

— Почему?

Итан прикрыл динамик рукой, выругавшись на ответ Криса, его лицо исказилось гримасой отчаяния. Он резко провел рукой по волосам, сжав их у корней, как делал всегда, когда был на грани срыва.

— Я люблю тебя, мы не смогли поговорить ночью, и я надеялся получить ответы утром, а ты просто сбежал, — Итан не контролировал тон, но было уже все равно. Его глаза заблестели от подступающих слез, которые он отказывался выпускать. — Почему бы мне не испытывать беспокойства, когда, поругавшись, на утро я не обнаружил тебя в своей кровати? Ты бы хоть записку оставил или просто разбудил!

— Хорошо, в следующий раз я оставлю записку, — после небольшой паузы ответил Крис. — Прости, я сейчас очень занят, можем мы связаться позже?

— Да, — сдерживая всю обиду и злость, Итан завершил разговор.

Сидя на полу и глядя на потухший экран, Итан не мог понять логику поступка любимого. Он уронил голову на колени, сжимая телефон так сильно, что суставы побелели. Неужели Крис откажется от него только потому, что он раз оступился? Итану безумно хотелось выяснить, что именно случилось этой ночью, почему вместо привычной жажды изучения нового Крис встретил его предложение таким категоричным отказом?

***

День в университете превратился в бесконечную пытку. Лекция по психологии, обычно захватывающая всё внимание Итана, сегодня казалась бессмысленным набором терминов. Он сидел на последнем ряду, то и дело поглядывая на телефон, который упрямо молчал.

На перерыве между первой и второй парами Итан снова набрал номер Криса. Гудки... Длинные, монотонные гудки, каждый из которых словно вбивал гвоздь в его самооценку. «Абонент временно недоступен», — механически сообщил голос оператора.

— Черт! — выругался Итан, привлекая внимание проходящих мимо студентов.

Он открыл мессенджер и написал: «Можем поговорить? Пожалуйста, это важно» .

Сообщение было доставлено, но не прочитано.

Во время семинара по истории Итан несколько раз проверял телефон под столом, пропуская важные моменты обсуждения. Профессор бросила на него неодобрительный взгляд, когда Итан не смог ответить на элементарный вопрос.

В обеденный перерыв он отправил еще одно сообщение: «Крис, я беспокоюсь. Если я сделал что-то не так, давай поговорим об этом. Я весь день пытаюсь до тебя дозвониться».

К концу четвертой пары отчаяние сменилось гневом. Итан отправил короткое: «Игнорировать меня — не решение проблемы. Позвони, когда перестанешь вести себя как ребенок».

Сразу после отправки он пожалел о своих словах, но было поздно. Еще одно сообщение : «Прости. Я просто волнуюсь», — так же осталось без ответа.

По пути на последнюю лекцию Итан столкнулся с Берром. Тот сразу заметил его убитый вид: опущенные плечи, потухший взгляд, а еще Итан нервно покручивал телефон в руке.

— Эй, ты как будто на похоронах побывал, — Берр хлопнул его по плечу.

— И чувствую себя соответственно, — Итан провел рукой по лицу, стирая невидимую маску усталости. — Слушай, не хочешь вечером в бар заглянуть? Мне нужно... отвлечься.

— Проблемы со студентом-гением? — Берр сразу понял, в чём дело.

Итан лишь кивнул, его челюсть напряглась, а глаза предательски заблестели.

— О-о-о, друг... До вечера нет смысла ждать. Щас, позвоню Рону и Алексу, пошли.

— Буду благодарен, — слабо улыбнулся Итан, чувствуя легкое облегчение от того, что не придется переживать этот вечер в одиночестве.

***

— Не берет? — спросил Берр, сидя в кафе и наблюдая, как Итан в очередной раз набирает номер Криса.

Бар был их традиционным местом после матчей, шумным, слегка потрепанным, но родным. Стены были увешаны вымпелами их университетской команды и фотографиями игроков разных лет. Обычно это место ассоциировалось у Итана с радостью и победами, но сегодня даже знакомая атмосфера не могла поднять ему настроение.

— Нет, сам же сказал, свяжемся позже. Что теперь-то... аж бесит, — делая большой глоток пива, Итан в раздражении бросил телефон на стол. Его руки дрожали от смеси злости и отчаяния, лицо приобрело болезненно-бледный оттенок, кроме ярко-красных пятен на скулах.

— Ты уверен, что не обидел его? — осторожно поинтересовался Берр, поглядывая на друзей, которые обменялись обеспокоенными взглядами.

— Обидел? Я его обидел? — возмутился Итан, резко выпрямляясь на стуле и взмахивая руками так, что чуть не сбил бокал с пивом. Его глаза расширились от возмущения, а люди с ближайших столиков недовольно оглянулись. — Берр, да я с него пылинки сдуваю, как с фарфоровой куклы. Я схожу с ума, если этот парень просто нахмурится.

Итан подался вперед, понизив голос и нервно постукивая пальцами по экрану, активируя заставку, на которой красовался спящий Крис: — Чем я его обидел? Тем, что сказал, как тащусь от его проявления власти в постели? Что предложил ему трахнуть меня? — он провел ладонью по лицу, оставляя красные следы от пальцев на щеке. — Ты бы вот обиделся, предложи тебе партнёр такое в постели?

Берр пожал плечами, смущенно разглядывая свой бокал: — Откуда мне знать то? Только не забывай, что твой Крис... в общем, он другой, и у него могут быть причины.

— Может, у него был плохой опыт, — предположил Рон, наклоняясь ближе и сочувственно сжимая плечо Итана. — Ну, знаешь, член там упал в самый неподходящий момент, и его высмеяли?

— Я тебя сейчас ударю, и у тебя вообще никогда не встанет, понял? — тут же бросился в защиту Итан, полувставая со стула, его лицо исказилось гримасой гнева. Но за этой вспышкой ярости друзья видели боль и страх потери.

— Эй, полегче, — Алекс, самый спокойный из компании, положил руку на плечо Итана, заставляя его сесть обратно, он целый день сегодня наблюдал за Итаном на парах, но даже не предполагал, что всё настолько серьезно, — Рон просто предлагает варианты. Мы все здесь, чтобы поддержать тебя.

Итан обмяк, словно из него выпустили весь воздух. Он уронил голову на руки, плечи его поникли.

— Прости, Рон. Я просто... не знаю, что делать. Я люблю его, понимаете? Переживаю,— его голос дрогнул, а когда он поднял взгляд, друзья увидели в его глазах такое отчаяние, что каждый невольно сглотнули. — Я никогда ни к кому не чувствовал ничего подобного. И мысль о том, что я мог всё испортить одним глупым предложением...

— Послушай, — Берр серьезно посмотрел на друга, — если он действительно любит тебя, а я уверен, что так и есть, судя по тому, как этот парень на тебя смотрит, ты ничего не испортил. Дай ему время разобраться в себе.

— А пока, — Рон поднял свой бокал, — мы здесь, чтобы отвлечь тебя от мрачных мыслей. За нашего форворда, который забил решающий гол в последнем матче!

Друзья чокнулись, и на лице Итана появилась слабая, но искренняя улыбка благодарности. Пусть его личная жизнь сейчас висела на волоске, он был не один, и это давало ему силы держаться.

— Спасибо, ребята, — тихо сказал он, чувствуя, как комок в горле слегка ослабевает. — Не знаю, что бы я без вас делал.

— Бухал бы пока твой гений не пришел на твои похороны, — усмехнулся Берр, но в его глазах читалась искренняя забота.

Телефон Итана так и лежал на столе, экраном вниз. Он знал, что продолжит проверять его каждые несколько минут в надежде увидеть сообщение от Криса, но сейчас, в окружении друзей, это ожидание казалось чуть менее мучительным. Когда приятели предложили перейти к более крепким напиткам, он благоразумно отказался, не хотел быть пьяным, если Крис всё-таки решит связаться с ним.

Около одиннадцати вечера, когда они уже собирались расходиться, телефон Итана, наконец, завибрировал. Он схватил его так резко, что чуть не опрокинул остатки пива.

«Прости, что не отвечал. Весь день сдавал досрочно экзамены на экономическом. Необходимо разгрузить график для работы над статьей и диссертацией».

Итан перечитал сообщение трижды, пытаясь уловить в нем какие-то эмоции, какой-то намек на их ситуацию , но текст как всегда был сухим и деловым, словно отчет.

— Ну что, объявился? — спросил Берр, заметив, как изменилось лицо друга.

— Да, — Итан слабо улыбнулся, — говорит, был занят учебой.

— Видишь, — Рон хлопнул его по плечу, — Зря ты себя накручивал. Просто твой парень — заучка.

Итан кивнул, стараясь выглядеть убежденным, но червячок сомнения уже пробрался в его сердце. Криса не говорил, что собирается раньше завершать сессию... Не собирается ли Крис сбежать?

«Можем встретиться?» — напечатал он.

Ответ пришел почти сразу: «Завтра не получится. Есть окно в обеденный перерыв послезавтра?»

«Хорошо. Где?»

«Я напишу тебе утром. Спокойной ночи».

Итан положил телефон в карман, чувствуя странную смесь облегчения и тревоги. Крис не игнорировал его намеренно, у него была веская причина. Тогда почему от его сообщений веяло таким холодом?

— Ладно, ребята, спасибо за вечер, — Итан поднялся, доставая кошелек. — Я, пожалуй, пойду.

— Уверен, что все будет хорошо? — спросил Алекс, внимательно глядя на друга.

— Конечно, — Итан натянул улыбку, которая не коснулась его глаз. — Просто небольшое недопонимание.

***

Следующий день тянулся бесконечно. Итан механически посещал лекции, делал заметки, отвечал на вопросы преподавателей, но мысли его были далеко. Он проверял телефон каждые несколько минут, хотя знал, что Крис сегодня не напишет, он всегда делал то, что говорил.

Ночью Итан почти не спал, ворочаясь в постели, которая казалась слишком большой и пустой без Криса. Он прокручивал в голове их последний разговор перед ссорой, пытаясь понять, что пошло не так, где он переступил черту. К утру у него болела голова, а под глазами залегли темные круги.

Сообщение от Криса пришло ровно в 8:00: «Встретимся в «Звёздном кафе» в 16:30?»

Итан нахмурился, глядя на текст. «Звёздное кафе» было самым популярным местом в кампусе, шумным, многолюдным, с огромными окнами, выходящими на центральную площадь университета. Крис, всегда предпочитал уединенные места, где можно было спокойно поговорить. Этот выбор был настолько нехарактерен для него, что тревога Итана только усилилась.

«Конечно. Буду ждать. Люблю тебя », — ответил он, чувствуя, как сердце сжимается от недоброго предчувствия.

Ещё один день прошел как в тумане. На тренировке Итан дважды пропустил мяч, что вызвало недоумение у тренера и товарищей по команде. Он отшутился, списав все на недосып, но Берр бросил на него понимающий взгляд.

К «Звёздному кафе» Итан пришел на пятнадцать минут раньше. Он выбрал столик у окна, заказал американо для себя и эспрессо для Криса, и стал ждать, нервно постукивая пальцами по столешнице.

Ровно в 16:30 дверь кафе открылась, и вошел Крис. Как всегда безупречный, строгие брюки, черная водолазка, волосы аккуратно уложены. Он двигался с обычной уверенностью, кивая знакомым преподавателям, но когда их глаза встретились, Итан не увидел привычной теплоты.

— Привет, — Крис сел напротив, заметив заказанный кофе. — Спасибо.

— Привет, — Итан жадно всматривался в его лицо, пытаясь прочесть эмоции. — Как прошли экзамены?

— Хорошо, — Крис сделал глоток кофе. — Освободил почти две недели для работы над статьей.

Разговор не клеился. Они обсуждали учебу, последние новости кампуса, погоду, словно малознакомые люди, случайно оказавшиеся за одним столиком. Итан чувствовал, как между ними растет невидимая стена, и это было больнее, чем полное игнорирование.

Наконец, когда пауза затянулась, Итан не выдержал.

— Ты хочешь расстаться со мной? — спросил он напрямую, его голос дрогнул, несмотря на все усилия казаться спокойным.

— Почему? — взгляд Криса был непроницаем, и даже Итану, привыкшему, распознавать тонкие грани его мимики, было непонятно, что он на самом деле чувствует.

— Ты ведешь себя иначе, — Итан подался вперед, понизив голос, чтобы их не слышали за соседними столиками. — Ты сбежал без предупреждения, потом игнорировал меня, а теперь мы встречаемся в самом людном месте кампуса, где невозможно нормально поговорить. Это не похоже на тебя.

Крис медленно опустил чашку, его пальцы на мгновение сжались вокруг ручки.

— Я был занят. И выбрал это место, потому что оно ближе всего к библиотеке, куда мне нужно после встречи.

Итан покачал головой, не веря этому объяснению. В глазах защипало, но он не позволил себе слабости.

— Я прошу прощения за ту ночь, — сказал он тихо, но твердо, глядя прямо в глаза Криса. — Я больше никогда не проявлю инициативы и буду всегда всем доволен, — пылко пообещал Итан, желая увидеть хоть какую-то эмоцию на лице любимого.

Крис на мгновение замер, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, но он быстро взял себя в руки.

— Это невыполнимое условие, — сказал он ровно. — Ты умышленно лжешь. В этом нет необходимости, я не планировал разрывать наши отношения.

Итан почувствовал, как каменная тяжесть на сердце немного ослабла, но напряжение не исчезло полностью.

— Тогда что происходит, Крис? Почему ты так отдалился? Если дело не в моём предложении, то в чем?

Крис сделал еще один глоток кофе, словно выигрывая время для ответа. Впервые за все время их знакомства он подбирал слова, и это пугало Итана больше, чем его холодность.

— Мне нужно пространство, чтобы разобраться в некоторых вещах, — наконец сказал Крис. — Просто мне нужно время.

— Время для чего? — Итан чувствовал, как в груди растет паника. — Крис, ты говоришь загадками. Если есть проблема, давай решать её вместе.

— Не все проблемы можно решить вместе, Итан, — Крис впервые за встречу смягчился, в его голосе проскользнула нота тепла. — Некоторые вещи человек должен прояснить для себя сам.

Итан провел рукой по лицу, чувствуя смесь облегчения и фрустрации.

— Хорошо, — сказал он после паузы. — Я дам тебе столько времени, сколько нужно. Но обещай, что когда будешь готов, мы поговорим. По-настоящему поговорим, а не... это, — он обвел рукой шумное кафе.

— Обещаю, — Крис кивнул, и впервые за встречу уголок его губ дрогнул в подобии улыбки.

Они допили кофе, обсуждая нейтральные темы. Напряжение немного спало, но Итан чувствовал, что Крис по-прежнему держит дистанцию.

— Я люблю тебя, — сказал Итан тихо, глядя ему в глаза. — Что бы ни происходило, это не изменится.

Крис на мгновение поджал губы.

— Я знаю, — сказал он, и в этих двух словах было больше тепла, чем во всем их предыдущем разговоре.

Итан смотрел, как Крис уходит в направлении библиотеки, его стройная фигура растворялась в толпе студентов. Что-то подсказывало ему, что за внешним спокойствием Криса скрывается глубокая внутренняя борьба. И хотя не знал, с чем именно борется его возлюбленный, он был полон решимости помочь ему, даже если для этого придется просто ждать и надеяться.

После встречи в кафе Итан пытался убедить себя, что всё наладится. Крис просил время и пространство — он даст ему и то, и другое. В конце концов, он любил этого человека и был готов ждать, сколько потребуется. Так он говорил себе, засыпая в пустой постели, и повторял, просыпаясь, каждое утро с ощущением неправильности происходящего. Но дни шли, а ситуация только ухудшалась. Их общение свелось к редким сообщениям, каждое из которых казалось всё более формальным и отстраненным.

«Доброе утро! Хочешь встретиться после занятий?» — писал Итан, стараясь сохранять бодрость и терпение.

«Не могу. Занят в лаборатории до вечера», — приходил сухой ответ через час или два.

На третий день после их встречи Итан предпринял еще одну попытку: «Слышал потрясающие новости о вашей исследовательской работе! Может, отпразднуем вечером?»

«Сегодня встреча с научным руководителем. Освобожусь поздно, давай в следующий раз».

Итан ходил как в воду опущенный. Учеба, тренировки, общение с друзьями, всё стало механическим, лишенным настоящих эмоций. Берр и Рон пытались его подбодрить, даже организовали еще один поход в бар, но Итан едва мог заставить себя поддерживать разговор.

На четвертый день он не выдержал и позвонил Крису. Гудки шли одна за другой, пока, наконец, не включилась голосовая почта.

— Крис, это я, — начал Итан, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я понимаю, что тебе нужно пространство, но... я скучаю по тебе. Мне кажется, мы могли бы просто побыть вместе, даже если ты не хочешь говорить о том, что тебя беспокоит. Просто... перезвони мне, хорошо?

Ответа не последовало. Вместо этого через два часа пришло сообщение: «Извини, был на встрече с деканом. Сейчас работаю над статьей, не могу отвлекаться».

В этот момент что-то в Итане надломилось. Он уставился на экран телефона, чувствуя, как внутри поднимается волна обиды и гнева. Это был не просто запрос на «пространство», Крис методично вычеркивал его из своей жизни, прикрываясь учебой и статьей.

Он набрал номер Берра.

— Ты был прав, — сказал Итан без предисловий, как только произошло соединение. — Он избегает меня, я больше так не могу.

— Может, он действительно занят? — осторожно предположил Берр. — Ты же говорил, что у него какая-то важная статья...

— Четыре дня, Берр. Четыре чертовых дня без единого нормального разговора. — Итан нервно провёл рукой по волосам, его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Раньше, даже когда он был по уши в работе, он находил время хотя бы написать что-то искреннее, а не эти отписки.

Наступила пауза.

— И что ты собираешься делать? — тихо спросил Берр.

Итан уставился в окно, где весеннее солнце скрывалось за горизонтом, сменяясь теплым свечением фонарей. Его пальцы сжались в кулак, а на лице застыло выражение решимости.

— Я заставлю его поговорить со мной. Если он хочет порвать — пусть скажет мне в лицо, а не прячется за сообщениями.

— Только не делай глупостей, — предупредил Берр, что-то в голосе Итана его явно встревожило.

— Не обещаю, — коротко ответил Итан и сбросил вызов.

Он сел за компьютер, открыл свою страницу в социальной сети, которую в последнее время редко использовал, и начал печатать: «Кажется, подхватил что-то серьезное. Температура под сорок, голова раскалывается. Врач говорит, может быть воспаление легких. Если завтра не станет лучше, придется лечь в больницу».

Итан перечитал текст, для убедительности приложил фото медицинского чемоданчика, что нашел в интернете и немного пошаманив, вписал в интерьер своей спальни. Конечно, это было низкая манипуляция, но он был в отчаянии, а отчаяние толкает на крайние меры. Он нажал «опубликовать» и закрыл ноутбук, чувствуя смесь вины и мрачного удовлетворения.

Затем он выключил верхний свет, оставив только настольную лампу, и лег на кровать, победно натянув одеяло до подбородка. Пост должен был достичь своей цели примерно через час, Крис редко заходил в социальные сети, но обязательно проверял их вечером перед сном. Это был его ритуал, убедиться, что не пропустил ничего важного за день.

Итан лежал в полутьме, прокручивая в голове возможные сценарии. Возможно, Крис не придет. Возможно, он просто напишет или позвонит. Но внутренний голос подсказывал Итану, что его план сработает. Какими бы ни были проблемы Криса, он никогда не был равнодушным, особенно когда дело касалось здоровья.

Ровно в 21:17 его телефон завибрировал от входящего звонка. Крис...

Итан позволил ему прозвонить трижды, прежде чем ответить слабым, нарочито усталым голосом: — Привет.

— Что с тобой? — голос Криса звучал встревоженно. — Я только что увидел твой пост. Почему ты не сказал мне, что болен?

— А зачем? — Итан закашлялся для большей убедительности. — Ты же занят... учебой, статьей, встречами...

— Я буду через двадцать минут, — отрезал Крис. — Что тебе нужно? Лекарства? Еда?

— Ничего не нужно, — Итан снова закашлялся, его голос звучал слабо и жалобно. Он закусил губу, чтобы сдержать улыбку, и драматично вздохнул. — Я в порядке, правда.

( Все сейчас представили томно вздохнувшего мальчишку, что елозит от нетерпения в постели? А говнюком Итона назвали?)

— Двадцать минут, — повторил Крис и отключился.

Итан положил телефон на тумбочку и широко улыбнулся. План сработал, Крис всё ещё заботился о нём достаточно сильно, чтобы бросить свою драгоценную статью и примчаться по первому зову. Улыбка медленно исчезла с его лица, уступая место новой волне вины. Он манипулировал чувствами человека, которого любил, из-за собственной неуверенности, но отступать было поздно.

Итан встал, быстро причесался, плеснул на лицо горячей воды, чтобы выглядеть более «больным», и вернулся в постель. Теперь нужно было решить, как вести себя, когда Крис приедет. Продолжать спектакль с болезнью? Сразу признаться? Вызвать Криса на откровенный разговор?

Он не успел определиться, через восемнадцать минут после звонка раздался шум ключей в замке. Итан глубоко вздохнул, натянул одеяло повыше. Хлопнула дверь... Копошение в прихожей... И вот они долгожданные шаги.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Крис. Он был немного растрепан, что для него было редкостью, в руках держал пакет из аптеки. Его взгляд мгновенно нашел Итана, лежащего в постели, и он быстро подошел к кровати.

— Как ты? — спросил Крис, садясь на край кровати и кладя руку на лоб Итана. Его брови сошлись в беспокойстве, а голос звучал мягче, чем в последние дни. — У тебя действительно температура?

Итан хотел продолжить притворяться, но, глядя в обеспокоенные глаза Криса, не смог. Он резко сел в постели, скидывая руку Криса со лба.

— Нет у меня никакой температуры, — сказал он, и его голос был уже не слабым, а полным сдерживаемого гнева. — Я абсолютно здоров!

Крис отпрянул, его лицо застыло в замешательстве.

— Что? Но твой пост... — он нахмурился, в глазах промелькнуло недоумение, сменившееся осознанием.

— Да, мой пост, — Итан встал с кровати, сжимая кулаки и чувствуя, как внутри закипает все то напряжение, что накапливалось последние дни. — Интересно, что мне потребовалось соврать о серьезной болезни, чтобы ты нашел для меня хотя бы двадцать минут своего драгоценного времени!

Крис медленно поднялся, его лицо приобрело знакомое непроницаемое выражение. Челюсть напряглась, губы сжались в тонкую линию.

— Ты солгал, чтобы манипулировать мной, — сказал он ровно, но в его голосе звучало разочарование.

— А что мне оставалось делать? — Итан взмахнул руками, его глаза блестели от сдерживаемых слёз. — Четыре дня, после нашей встречи, Крис! Четыре дня ты отталкивал меня! «Занят», «учеба», «встреча с преподавателем» — это всё, что я видел в твоих сообщениях. Что я должен был думать?

Итан знал, что его план был недостойным и мелочным, но теперь, когда Крис был здесь, когда он мог, наконец, высказать всё накопившееся беспокойство, он чувствовал только праведный гнев и странное, извращенное удовлетворение.

— Ты сказал, что тебе нужно пространство, и я дал его тебе, — продолжал Итан, нервно расхаживая по комнате, его руки беспокойно жестикулировали, — Но ты просто вычеркивал меня из своей жизни! И даже не имел смелости сказать мне правду!

Крис стоял неподвижно, его лицо стало еще более замкнутым, если это вообще было возможно. Он скрестил руки на груди, словно защищаясь.

— Я говорил тебе правду, — сказал он тихо, — Я действительно работал. И да, я избегал тебя, потому что мне нужно было разобраться с некоторыми вещами.

— С какими «вещами», Крис? — Итан остановился прямо перед ним, его глаза впились в лицо Криса, ища хоть какую-то эмоцию, — Что такого серьезного случилось, что ты не мог сказать мне? Мы же партнеры, разве нет? Или я для тебя просто... удобный компаньон, когда тебе не нужно работать?

Что-то промелькнуло в глазах Криса, боль это или гнев, Итан не мог точно сказать.

— Ты не имеешь права так говорить, — голос Криса стал холоднее, его пальцы сильнее впились в собственные предплечья. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь.

— Я не знаю, потому что ты не говоришь мне! — Итан почти кричал, его щёки пылали от гнева. — Как я могу понять, если ты закрываешься от меня за стеной из отговорок?

Они стояли друг напротив друга: Итан — взъерошенный, разгневанный, с пылающими щеками; Крис — внешне спокойный, но с напряжением, сквозящим в каждой линии его тела.

— Я пришел, потому что думал, что ты серьёзно болен, — наконец произнес Крис. — А ты устроил... это.

Он сделал шаг назад, и Итан внезапно почувствовал, как весь его гнев испаряется, оставляя только страх и сожаление.

— Крис, подожди, — Итан протянул руку, его лицо смягчилось, а голос дрогнул. — Я знаю, что поступил неправильно, но я был в отчаянии. Пожалуйста, давай просто поговорим.

— Не сейчас, — Крис покачал головой, его взгляд стал отстранённым. — Ты прав, мне нужно было быть более откровенным с тобой. Но то, что ты сделал сегодня... это подрывает доверие, Итан.

— Я знаю, и мне жаль, — Итан сделал шаг вперед, его глаза умоляюще смотрели на Криса. — Но я люблю тебя, и я боялся, что теряю тебя. Пожалуйста, не уходи так.

Крис на мгновение закрыл глаза, словно собираясь с мыслями. Его плечи едва заметно опустились.

— Я не могу сейчас об этом говорить, — сказал он, и в его голосе появилась усталость. — Мне нужно вернуться к работе. И подумать... обо всём этом.

Он повернулся к двери, и Итан почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Так ты просто уйдешь? — спросил он тихо, его пальцы нервно теребили край футболки.

Крис остановился в дверях, но не обернулся. Его спина напряглась, плечи стали жесткими.

— Да, — сказал он после паузы. — Но не потому, что я не забочусь о тебе. А потому, что сейчас я не могу дать тебе того, что ты хочешь.

— Значит, я для тебя ничего не значу? — Итан вдруг сорвался на крик, его лицо исказилось от боли, а глаза наполнились слезами. — Ты вот так легко уходишь, видя, как я загоняю себя до унижений притворяться больным? Я всего лишь хочу знать, в чём я провинился, но в твоем видении мира я не достоин этого, да?

— Потому что это обидит тебя! — всё так же, не разворачиваясь, сказал Крис, его пальцы сжали дверной косяк так, что побелели костяшки.

— Но я имею право самостоятельно решать, что меня обижает, — крикнул Итан в спину уходящего Криса, его голос дрожал от ярости и отчаяния.

Он рывком открыл балконную дверь, чувствуя острую необходимость в свежем воздухе. Грудь сжималась, и казалось, что дышать концентрацией боли и отчаяния в комнате было невозможно.

Крис стоял, стоя у двери, наблюдая за этой сценой. В его голове вихрем проносились мысли. Он не знал, как объяснить Итану свои страхи, не задевая его. Сказать правду казалось жестоким, но продолжать избегать разговора было нечестно. Итан заслуживал знать, почему он не может принять его предложение.

— Я не могу согласиться на твоё предложение, потому что брезгую, — Крис стоял в дверях, сложив руки на груди, закрываясь от возлюбленного. Его голос был тих, а в глазах читалась боль, впервые за неделю Итан видел живой взгляд Криса.

— Брезгуешь? Спать со мной? — переспросил Итан, не веря своим ушам. Он даже прикрыл балконную дверь, чтобы ничто не мешало ему услышать ответ.

— Да, — краснея, ответил Крис, его щёки залил румянец, а взгляд метнулся в сторону. — Вернее, я не могу быть активом, так как не могу гарантировать чистоту.

— Ты пошутил? Да? — нервно хихикнул Итан, его брови взлетели вверх, а на лице отразилось неверие.

— Нет, — твёрдо произнёс Крис, хотя его пальцы нервно сжимались и разжимались.

Итан провел руками по лицу, оседая на корточки, не в силах принять такой абсолютный бред. Его плечи дрожали в безмолвном нервном смехе.

— Ты вообще нормальный, нет? — даже не представляя, как обидно сейчас для Криса звучит его вопрос, он поднял голову и посмотрел на парня, который от неожиданности аж опустил руки.

Крис не ответил, его лицо застыло маской. Тогда Итан встал и, почти крича, выдал новую порцию вопросов. Его руки взлетали в воздух, подчёркивая каждое слово.

— То есть сосать член, причмокивая от удовольствия, ты не брезгуешь, целовать меня тоже можешь, а трахнуть нет? В этом вся драма, которой ты не мог поделиться со мной на протяжении недели?

— Преякулят и сперма практически стерильны, как и слюна, — быстро, почти лихорадочно начал объяснять Крис. Его взгляд стал отстранённым, словно он зачитывал научный доклад. — Согласно медицинским анализам, ты не страдаешь вирусными заболеваниями, а значит, они безопасны для моего организма. По моим наблюдениям, ты не пренебрегаешь гигиеной, а я к нашим встречам готовлюсь заранее и могу гарантировать чистоту. Мы используем средства защиты, что делает это абсолютно гигиенично приемлемым.

Итан слушал, и чем больше он смотрел на Криса, тем сильнее ему хотелось его ударить. Его глаза расширились от неверия и гнева. Он рывком открыл дверь балкона и заорал во всё горло. Замолкая на секунду, чтобы набрать воздуха, он продолжал с новой силой кричать, пытаясь выплеснуть на безвинную ночь свои переживания.

Внутри у Криса всё сжималось от боли. Он любил Итана, очень любил, но только от мысли о том, чтобы стать «активом» в их отношениях, вызывала у него панику и отвращение. Не к Итану, к самому акту, к возможной нечистоте, к бактериям и микробам. Он понимал, что те не представляли реальной угрозы при правильных предосторожностях, но его мозг отказывался это принимать.

И вот теперь, когда он, наконец, сказал правду, Итан смотрел на него как на сумасшедшего. Может быть, он и правда сошел с ума? Может, Итан переоценил свои силы и теперь бросит его?

Крис осел у дверного косяка, чувствуя, как слёзы застилают глаза. Он не плакал очень давно и гордился своей способностью контролировать эмоции. Но сейчас, видя, как кричит от отчаяния Итан, как всё рушится из-за его собственных иррациональных страхов, он не мог сдержаться. Тихие рыдания сотрясали его тело, пока Итан продолжал кричать на балконе. Крис обхватил колени руками, пытаясь стать меньше, незаметнее. Его плечи дрожали, а по щекам текли слёзы. Он чувствовал всю боль Итана, как свою собственную, умноженную осознанием, что именно он, причина этой боли.

Он хотел встать, подойти к Итану, обнять его, сказать, что они справятся, что он будет работать над своей проблемой, что найдёт психотерапевта или другого специалиста, который поможет ему преодолеть эти иррациональные страхи. Но тело не слушалось, ноги словно приросли к полу, а горло сдавило так, что он не мог произнести ни слова.

Крис смотрел на кричащего Итана, и его сердце разрывалось от безысходности. Он не знал, как исправить ситуацию, не знал, есть ли вообще путь назад. Единственное, что он понимал с кристальной ясностью, сейчас он может потерять самое ценное в своей жизни. И это осознание было больнее всего.

Итан продолжал кричать, выплескивая свою боль и обиду в ночное небо, пока не почувствовал, что его голос начинает хрипеть. Он замолчал, тяжело дыша, и прислонился лбом к холодным перилам балкона. Весенний ветер остудил его пылающие щеки, и с каждым вдохом к нему возвращалась способность мыслить ясно. Он медленно повернулся к комнате, готовый продолжить разговор, и замер, увидев Криса. Его сердце пропустило удар.

Крис, всегда такой собранный и контролирующий свои эмоции, сидел на полу у дверного косяка, обхватив колени руками. Его плечи дрожали, а по щекам текли слезы. Он выглядел таким маленьким, таким уязвимым, что вся ярость Итана испарилась в одно мгновение.

— Крис... — прошептал он, делая неуверенный шаг вперед.

Он никогда не видел Криса плачущим. Даже когда они смотрели самые трогательные фильмы, даже когда Крис рассказывал о смерти своей бабушки, он всегда оставался сдержанным. А теперь он рыдал, беззвучно и безутешно, и это зрелище разбивало сердце Итана. В два шага он оказался рядом с Крисом и опустился перед ним на колени.

— Боже, Крис, прости меня, — Итан осторожно коснулся его плеча, не уверенный, примет ли Крис его прикосновение сейчас. — Я такой идиот. Прости, пожалуйста, прости.

Крис поднял на него покрасневшие от слез глаза, и Итан почувствовал, как его собственное сердце разрывается от боли.

— Я не должен был кричать на тебя, — торопливо продолжил Итан, его руки нежно обхватили лицо Криса, большими пальцами стирая слезы с его щек. — Ты и твои чувства важнее всего для меня. Всё, что требовалось — честно сказать, в чем проблема. Мы бы справились с этим вместе.

Крис попытался что-то сказать, но его голос сорвался. Итан покачал головой, нежно прижимая палец к его губам.

— Ш-ш-ш, не нужно объяснять. Всё в порядке. Я люблю тебя. Всего тебя, со всеми твоими страхами.

Он наклонился вперед и мягко поцеловал Криса в лоб, затем в мокрые от слез щеки, в кончик носа, в дрожащие губы. Каждое прикосновение было легким, как крыло бабочки, и полным любви.

— Я люблю тебя, — шептал Итан между поцелуями, его голос был нежным и успокаивающим. — Мы никогда не вернемся к этому вопросу, если ты не захочешь. Я клянусь.

Он взял руки Криса в свои и поцеловал каждую ладонь, каждый палец, а затем снова прижался губами к его лицу, собирая поцелуями оставшиеся слезы.

— Мне так жаль, что я заставил тебя страдать, — прошептал Итан, обнимая Криса и прижимая его к себе так крепко, как только мог. — Я не представлял, что ты переживаешь из-за этого. Почему ты мне не сказал раньше?

Крис молчал, постепенно успокаиваясь в объятиях Итана. Его дыхание становилось ровнее, а плечи перестали дрожать. Наконец, он обвил руками талию Итана и уткнулся лицом в его шею, прячась от мира в самых надежных и теплых объятиях.

— Я боялся, что ты не поймешь, — тихо сказал Крис, его голос был хриплым от слез, — Что подумаешь, что я странный... или сумасшедший. Я знаю, что мои страхи иррациональны. Я ученый, я понимаю, что с точки зрения медицины это безопасно, достаточно использовать презерватив. Но я не могу... просто не могу перешагнуть через это.

— Эй, — Итан отстранился, чтобы посмотреть Крису в глаза, его взгляд был полон тепла и понимания. — Ты не странный. У каждого из нас есть свои страхи и границы. И я уже говорил, что никогда не буду давить на тебя или заставлять делать то, что вызывает у тебя дискомфорт. Никогда.

Он снова обнял Криса, позволяя ему спрятать лицо у себя на плече.

— Я просто хочу быть с тобой, — продолжал Итан, его руки нежно гладили спину Криса. — То, как мы занимаемся любовью, не так важно, как то, что мы вместе. Я люблю тебя не за какие-то действия, а за то, какой ты человек.

Крис поднял голову, его глаза все еще были красными от слез, но в них появился слабый отблеск надежды.

— Правда? — спросил он тихо. — Ты действительно не считаешь меня... ненормальным?

— Правда, — твердо ответил Итан, целуя его в висок. — Если бы ты только рассказал мне об этом сразу, мы бы избежали всей этой боли. Мне не нужно, чтобы ты менялся для меня. Мне нужен ты — такой, какой ты есть.

Крис глубоко вздохнул и сильнее прижался к Итану, его руки крепче обвили талию любимого.

— Прости, что я избегал тебя, — сказал он. — Я просто не знал, как сказать... и боялся твоей реакции.

— А я прошу прощения за свою реакцию, — Итан поцеловал его в макушку, — И за глупую выходку с болезнью. Обещаю, я больше никогда не буду манипулировать тобой.

Они сидели так несколько минут, просто держа друг друга, чувствуя, как страх и напряжение последних дней постепенно уходят, сменяясь теплом и спокойствием.

— Может, перейдем на кровать? — наконец предложил Итан, — Сидеть на полу не очень удобно, а нам нужно еще многое обсудить.

Крис кивнул, и они медленно поднялись. Итан не отпускал его руку, пока они шли к кровати, и сели рядом, плечом к плечу, все еще держась за руки.

— Я хочу, чтобы ты знал, — начал Итан, нежно поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони Криса, — Что я всегда буду рядом с тобой. И если ты когда-нибудь захочешь поработать над своими страхами, обратиться к специалисту или что-то ещё, я поддержу тебя. Даже если нет, это тоже абсолютно нормально. Мы найдем свой путь, который будет комфортен для нас обоих.

Крис посмотрел на их переплетенные пальцы, а затем поднял взгляд на Итана. В его глазах была такая нежность и благодарность, что Итан почувствовал, как его сердце вновь наполняется любовью.

— Я не заслуживаю тебя, — тихо сказал Крис.

— Это ещё что за глупости? Конечно, заслуживаешь, — Итан улыбнулся, наклоняясь, чтобы легко поцеловать его. — Мы заслуживаем друг друга и заслуживаем быть счастливыми вместе.

Крис улыбнулся в ответ, и впервые за много дней.

— Я люблю тебя, — сказал Крис, и эти слова, которые он редко произносил вслух, прозвучали с такой искренностью, что Итан невольно улыбнулся.

— Я тоже люблю тебя, — ответил Итан, и в его глазах читалось обещание: что бы ни случилось, какие бы трудности ни встретились на их пути, они пройдут через них вместе.

Они сидели рядом, всё ещё держась за руки, пока тишина между ними из напряжённой превращалась в уютную. Итан первым нарушил молчание, осторожно поднимая руку и касаясь щеки Криса, словно проверяя, не реален ли он.

— Я так скучал по тебе, — прошептал Итан, Крис подался навстречу прикосновению, прикрывая глаза.

— Больше никаких недомолвок между нами, — сказал Итан тихо. — Обещаешь?

Крис кивнул, его взгляд не отрывался от лица Итана.

— Обещаю, — его голос был тихим, но твёрдым.

Итан улыбнулся и осторожно наклонился вперёд, их губы встретились в лёгком, почти невесомом поцелуе. Крис ответил так же нежно, его пальцы скользнули по шее Итана, замирая на затылке. Их дыхание смешалось, когда они на мгновение отстранились, глядя друг другу в глаза. В глазах Криса всё ещё читалась неуверенность, смешанная с надеждой и облегчением. Итан видел это и снова потянулся за поцелуем, на этот раз более настойчивым, словно пытаясь стереть все сомнения своими губами.

— Я скучал по тебе каждый день, — прошептал Итан между поцелуями. — Каждую минуту.

Его руки скользнули под футболку Криса, нежно поглаживая тёплую кожу. Крис вздрогнул от прикосновения, но не отстранился, а наоборот, подался навстречу, его тело вспоминало ласки Итана, которых так не хватало в последние дни.

— Я здесь, — шептал Итан, его губы скользили по щеке Криса, спускаясь к шее. — Я с тобой.

Крис запрокинул голову, давая больше доступа, его пальцы запутались в волосах Итана. Каждое прикосновение разжигало огонь, каждый поцелуй возвращал их друг к другу после дней тревоги и отчуждения. Итан осторожно потянул Криса на себя, опрокидываясь на спину и увлекая его сверху. Их тела соприкоснулись, и оба вздрогнули от знакомого, но почти забытого чувства близости.

— Мне так тебя не хватало, — прошептал Итан, глядя снизу вверх на склонившегося над ним Криса, — Твоих глаз, твоих рук, твоего голоса...

Крис наклонился и прервал его слова поцелуем, более глубоким и страстным, чем раньше. Его неуверенность таяла с каждой секундой, с каждым прикосновением Итана, с каждым ударом их сердец, которые, снова начали биться в унисон. Их руки скользили по давно изученным телам друг друга, наслаждаясь теплом. Вещи были сброшены на пол, позволяя себе, соприкасаться кожа к коже. Итан выгнулся навстречу, когда Крис опустил голову, целуя его ключицы, грудь, спускаясь ниже.

— Я люблю тебя, — снова и снова шептал Итан, словно эти слова были заклинанием, способным отогнать всё плохое, — Я так люблю тебя, Крис.

Руки Криса скользнули ниже, осторожно расстегивая ремень на джинсах Итана. Он поднял взгляд, безмолвно спрашивая разрешения, и Итан кивнул, его глаза сияли в полумраке комнаты. Их движения становились всё более торопливыми, поцелуи более глубокими и жадными. Словно после долгой засухи, они никак не могли утолить жажду друг друга. Итан притянул Криса ближе, обвивая ногами его бёдра, прижимаясь всем телом, пытаясь слиться с ним воедино.

В порыве страсти Крис резко подался вперёд, и его локоть задел прикроватную лампу. Она качнулась и с глухим стуком упала на ковёр, погружая комнату в темноту, нарушаемую лишь лунным светом, пробивающимся сквозь незакрытую балконную дверь.

— Разбилась, — выдохнул Крис, на мгновение замирая.

Итан тихо рассмеялся, притягивая его обратно к себе.

— Лампа подождёт, — прошептал он, находя губы Криса в темноте, — А я нет.

Крис улыбнулся в поцелуй, его руки продолжили своё путешествие по телу Итана. Темнота только обострила их чувства: каждое прикосновение казалось ярче, а каждый вздох громче.

Ночь укрыла их своим покрывалом, стирая все следы прошлых тревог и переживаний. В этой темноте существовали только эти двое и их любовь. Восстановленная, ставшая сильнее после разлуки, прошедшая через боль и недопонимание, но выжившая и расцветшая с новой силой.

Их тела двигались в едином ритме, находя друг в друге утешение и страсть, нежность и желание. В тишине ночи звучали только их прерывистые вздохи и шёпот невысказанных признаний, которых было так много за дни разлуки. А когда силы закончилось, они лежали, обнявшись, тяжело дыша и чувствуя, как их сердца постепенно успокаиваются, Итан прижался губами к виску Криса.

— Больше никогда не отпущу тебя, — прошептал он, крепче обнимая его.

Крис повернул голову и поцеловал Итана в уголок губ.

— Я и не хочу уходить, — ответил он так же тихо.

Они засыпали в обнимку, найдя друг в друге тепло и безопасность, которых так не хватало.