30. Майя мочит боевых

- Чувствуй воду внутри себя. Ты и есть вода - плавная, спокойная, гармоничная. Расслабься. Прими дар, поддайся течению и стань его продолжением.

Майя изо всех сил зажмурилась и растянулась ещё сильнее. Она лежала прямо на поверхности воды, раскинув руки и ноги в стороны. Водница попыталась приподнять таз, чтобы не провисать, и тут же начала барахтаться, забрызгивая всё вокруг капельками белой пены.

- Расслабиться, Майя, а не напрячься ещё сильнее, - на выдохе процедила Вересна. Декан опустилась к студентке на самый край бортика и добавила: - Вода должна стать для тебя местом спокойствия, как тёплая постель, а не пыток раскалёнными углями!

- Ну как, как можно расслабится, лёжа на воде? Я не понимаю! - она броском откинулась назад, взмахнув руками, после чего тут же вынырнула и подплыла к мисс Мартьян.

Где-то с трибун послышалось хмыканье Оскара, оторвавшегося от чтения.

- Может, это ты её смущаешь, Эртон? - Вересна обернулась к огневику, побледневшему при одном только виде глубин бассейна. - Я, конечно, понимаю твоё переживание по поводу нападений, но разве кому-то хватит ума избить хрупкую Ульянову?

- Я в целом сомневаюсь в наличии мозгов у наших дорогих собратьев, - фыркнул Оскар, посматривая на Ульянову. Он делал это рывками, отводил взгляд, как только тот соскальзывал с бледной фигуры худощавой девушки на тёмные воды.

- Ось, ты точно уютно себя здесь чувствуешь? - Майя подтянулась и вылезла из бассейна. Она подошла к лавочке у подножья трибун, оставляя за собой мокрый след от капавшей на камни воды и встала на неё, приподнявшись на цыпочки, коснулась предплечья огневика и сказала: - Со мной ничего не случится, правда! Я могу и сама ходить на пары и дополнительные!

- Нет-нет, Майя, ни в коем случае! - он покачал головой, взял в руки книгу и раскрыл ту где-то посередине. - И вообще, у тебя занятие! Марш в воду!

Майя шумно вздохнула и соскочила с лавочки, после чего засеменила обратно к Вересне, попутно бормоча извинения.

Никто на самом деле не знал наверняка, почему патлатая шпала, или же фриковатый практикант, как любили именовать Эртона почти все студенты, начал сопровождать опозоренную на весь замок первокурсницу, куда бы та не направлялась. Дело было в преследовавших её по пятам издёвках, нападении, которое произошло около месяца назад - оставалось только догадываться, и только сам загадочный огневик знал ответ на этот вопрос.

На самом деле, после ритуала по избавлению Оскара от многолетних проблем со сном, жизнь у обоих стихийников начала действительно налаживаться. Арнольд не делал ничего такого, что могло бы вызвать малейшие подозрения по поводу чистоты его намерений, и даже на тренировках с более слабыми водниками не издевался над изгнанной из сильной группы студенткой, не пытался её убить где-то за поворотом или случайно утопить, списав всё на несчастный случай. Насмешки среди однокашников тоже мало-помалу прекращались - в коем-то веке Финн принялся отстаивать прежде всего свою честь, закрывая обидчикам Майи рты. Только это совсем не помогало девчонке взять и простить бывшего друга.

- Вы уверены, что именно это мне действительно поможет? - спросила Майя, устало глядя на умиротворённое покачивание волн у самого бортика бассейна.

- Тебе нужно стать единым целым с водой, и только потом начать тренировать заклинания: так они станут мощнее и даваться будут значительно легче. И потом, хорош ли страж, который не может найти общий язык со своей же стихией? - прогремела Вересна. Она стояла со скрещёнными на груди руками и поглаживала пальцами сжатый в ладони стальной свисток. - Если дела будут так же плохи, я верну тебе медитации и поставлю их вместо плавания!

"Только не это! - подумала Майя. - Так, Ульянова: расслабляемся, закрываем глазки, и..."

Водница раскинула руки в сторону, стала спиной к бассейну и подошла на самый его край.

- Может, отдохнёшь пару минут? - отозвался с трибун Оскар.

- Ни в коем случае! - запротестовала она и опустила веки, на что Вересна обменялась с практикантом взглядами и довольно ему кивнула.

"Следуй за водой, представь её волнение, течение... Ты и есть вода, руки, ноги - её продолжение. Одно целое, - мысленно произнесла Майя, сделала неосторожный шаг назад и канула вниз, к самому дну. - Ничего не делай. Ты - вода, волны, каждая частичка тебя - это капля. Голова пустая, конечности - те же волны, а стихия..."

С губ первокурсницы сорвался пузырёк воздуха, а затем и ещё несколько. Она выгнулась и замерла, только вытягивалась кончиками пальцев в разные стороны и думала только о прохладе родных объятий воды, полностью окутавшей тело. Волосы распушились, словно одуванчик.

И тогда Майю искусственным течением, поднявшимся с самого дна, поднесло к поверхности и уложило точно на ней так, что даже спина едва касалась воды, и ни одна часть тела не тонула.

- Ну вот, совсем другое дело! - всплеснула ладонями Вересна. - Теперь-то я знаю, какой подход к тебе нужен.

- Да, она любит подобные... Угрозы, - усмехнулся Оскар и, бегло окинув Майю взглядом, снова уставился в книгу.

***

Журчание фонтанчика да плеск воды в его чаше нарушали тишину, опустившуюся вместе с лёгким туманом на коридоры теплицы.

Между рядов с многочисленными растениями в горшках сновала Майя в охапку с раскрытой толстенной книгой в потрёпанном кожаном переплёте. Она листала пожелтевшие страницы, что-то шептала под нос, сверяясь с названиями на бирках, прикреплённых к стеблям.

- Да для этого ритуала столько всего надо! Пятнадцать настоек, из которых нужно сделать пять, причём некоторые нужно настаивать при полной луне, другие же - при молодом месяце и дважды... А материалов для них... - Майя прикрыла рот ладошкой и покачала головой, после чего запрокинула её и посмотрела прямо в прищуренные эртоновские глаза. - Может, ну его? Я, конечно, очень хочу наконец-то узнать правду, но всё-таки дёргать по этому поводу тебя... Сама управлюсь, думаю.

- Ни в коем случае! - Оскар выхватил из рук водницы книгу и сам принялся читать. - Самое важное и сложное у нас уже есть - две родственные, связанные между собой души. Да, ритуал сам по себе непрост в исполнении, но и назвать его архисложным нельзя. А учитывая то, что ты переговорила со всеми, с кем только можно было, и никто ответ на вопрос толком-то и не дал, а мисс Одли только подсказала провести ритуал... Скорее всего, информация, которую мы получим, действительно того стоит.

Огневик перелистнул несколько страниц назад, наклонился к Майе так, чтобы та могла видеть текст, ткнул пальцем в нужную строчку и добавил:

- Тем более, что он не опасен. Даже несмотря на то, что его суть в том, чтобы появиться в Облачном царстве, при этом не умирая.

- А возвращаться как? - она привстала на цыпочки, и один из тёмно-зелёных листков скользнул по рыжей макушке.

- А для этого нужен посредник, - Оскар повернулся к Майе. - То есть, я. Пока твоя душа будет рядом с облачными, стану мостом в наш мир, с помощью которого можно будет вернуться в любой момент, просто заявив об этом.

- А как докажем то, что Александра - действительно моя мама?

- Помимо того, что у тебя на запястье появится знак Познания как доказательство того, что ритуал мы провели... Никак. Но уже только лишь владея информацией можно многого добиться.

- Теперь всё вроде бы становится немного яснее, но в тот же момент - запутаннее, - водница прикусила нижнюю губу и предложила, переведя взгляд с книги сразу на огневика: - А давай мы лучше сейчас изучим всё, что касается ритуала, чтобы быть уверенными в том, что как минимум сумеем его провести?

- Разумно, - хмыкнул он и кивнул в сторону толстых широких бортиков фонтана. - Вот видишь, как позитивно влияет на тебя общение со мной - соображать быстрее начала.

- А твоя вредность, смотрю, так никуда и не испарилась, - наигранно надулась Майя, сгорбилась и отвернулась от Оскара.

А затем раздался его холодный, сорвавшийся с сухих потрескавшихся губ хохот. Водница в недоумении уставилась на огневика исподлобья, оглядывая его снизу вверх с нахмуренными бровями.

- Ты приболел, Ося? - она приподнялась на кончиках пальцев и коснулась его лба тыльной стороной ладони, на что тот рассмеялся ещё сильнее. - Смеяться он умеет, оказывается... Не пугай меня так!

- Никогда не говорил об этом, но когда ты начинаешь сердиться, становишься похожа на... - Оскар прикрыл рот кулаком. - На хомяка!

- Я? - Майя указала на себя и нахмурилась ещё сильнее, круглые щёки, казалось, стали ещё больше и круглее.

- Особенно сейчас! Действительно ведь - вылитый хомяк!

- Который очень больно кусается, если его разозлить, - пробурчала она. - Я-то думала, ты считаешь меня просто симпатичной девушкой, а вот оно как оказалось - мелким грызуном!

- Хомячки милые, как ты, а ты маленькая и лохматая, как они, - он дотронулся до её плеча, и девичьи щёчки налились багрянцем.

- И живут два года, - произнесла Майя, глядя в пол, после чего выхватила книгу из эртоновской руки. - Давай-ка лучше изучим ритуал, а не мою схожесть с глупыми грызунами! Причём глупыми не от личной неприязни - у одной моей знакомой был такой хомячина, и он только и делал, что ел, гадил и грыз всё, что только видел!

- Ну, тогда ты хорошенький и умный хомячок, который при всём этом очень красивый и добрый, - Оскар бережно погладил подругу по голове. - И жить будешь долго! Не обижаешься ведь на меня?

- Ось, ты чего? Из-за такой ерунды? - водница повернулась к огневику, прижав раскрытую книгу к груди и виновато добавила: - Это я с тобой переобщалась и тоже ворчливой врединой стала!

- А давай действительно поизучаем ритуал, Майка-хомяк?

- Давай, Ося-вредина!

По-напускному рассерженная Майя и всё ещё слабо хохотавший Оскар разместились на бортике чаши фонтана и принялись сосредоточенно читать.

Из книги выяснилось, что ритуал проводился в три этапа: на рассвете, в полдень и на закате, причём в зависимости от ситуации время начала и длительность обрядов могли меняться. Чем сильнее Майя углублялась в процесс, тем больше глаза лезли на лоб, а рот приоткрывался в немом изумлении. Почти в самом конце описания заключительных действий, водница вскочила с места и воскликнула, взмахнув руками со всей силы:

- Обнажённый гость должен искупаться в горячем расслабляющем отваре? Зачем? Я понимаю все пункты с порезами и кровью, но это...

- Послушай, всё не так критично, как тебе кажется, - Оскар сосредоточенно поправил соскользнувшие очки и зачитал, перелистнув вперёд: - "Купание в отваре и переодевание в свежие одежды несут символический характер очищения и нужны, чтобы полностью обнажить душу гостя перед путешествием в облачное царство, лишиться всего ненужного и мешающего правильному перемещению".

- Это всё, конечно же, проводится в каком-то отдельном запертом на замок помещении, да?

- Нет, всё тот же Ритуальный зал и та же пентаграмма в его центре, только небольшая купель, - практикант проследил, как быстро покраснела студентка и как сильно она была готова разразиться причитаниями и возражениями, а потому сжал её ладонь в своей и серьёзно заверил: - Во-первых, в том помещении вечно царит полумрак, во-вторых, у меня критически низкое зрение, в-третьих, я в конце-концов не поехавший извращенец и спокойно отвернусь и не стану смотреть, пока не вылезешь из воды и не переоденешься!

- А выйти ты не?.. - взмолилась она.

- Нельзя покидать Ритуальный зал до окончания ритуала, - Оскар сказал это так, будто бы процитировал всем известную истину. Всем, кроме "глупой Майки-хомяка".

- Ты у нас юноша умный, порядочный, не нахальный... - пробормотала водница, сдавшись. - Думаю, я примирюсь с этим. Только убедительная просьба: сними очки.

- Могу даже завязать глаза платком, если захочешь, - предложил он. - И отойти в другой конец зала. Так что, ты согласна?

- Думаю, мне будет достаточно, если ты снимешь очки и отвернёшься, - улыбнулась Майя и, призадумавшись, тихо спросила: - А если бы я позволила тебе смотреть, то что было бы?..

- Я бы всё равно не смотрел, - пожал плечами Эртон. - Ты ещё маленькая и, более того, не в тех отношениях мы находимся. Но даже если бы и случилось так, что увидел бы тебя нагой - ничего не произошло бы. Абсолютно ничего. Потому что твои чувства для меня куда важнее, чем какие-то, скажем, личные желания, которые я могу легко держать при себе.

- Мне даже не верится, что такое бывает...

- Это называется воспитанностью, Майя, которой многим не достаёт.

***

По лесу Санктуса легко можно было сказать, что наступило долгожданное начало солнечного месяца апреля. Почки на кустах и деревьях потихоньку распускались, и маленькие острые листочки пробивались наружу, чтобы отогреться в тёплых весенних лучах. Земля окончательно высохла после высоких сугробов, а с неба ушли почти все тучки.

Студенты мало-помалу семенили на долгожданные прогулки по близлежавшим к замку лесным опушкам, устраивали посиделки на давным-давно усохших поваленных брёвнах, обросших мхом и изредка - грибами. Тёплые меховые плащи и пончо сменились обычными мантиями-ежедневками. Даже преподаватели выбирались наружу и на несколько часов могли затеряться среди многочисленных столбов. Теперь вместо посиделок в комнатах или коридорах между парами и дополнительными занятиями, жители замка старались как можно чаще выбегать на природу и отдыхать там.

Наиболее обожаемым местом был маленький парк у главного входа в коллегию, и располагался он между тремя корпусами, неотрывно друг от друга стоявших полукругом: левым и самым низким из всех целительским, средним учебным и правым - студенческим общежитием, которое плавно перетекало через одноэтажный каменный коридор в крайнее преподавательское.

Сам парк именовался Цветущей рощей, и совсем неспроста: в углублении, куда можно было спустится по крепкой деревянной лестнице, прокатившись по перилам или перескакивая через ступеньки, с весны и до самой поздней осени вокруг круглой чаши высокого керамического фонтана цвели густо растущие кусты роз и прочие нежные бутоны, а также низкие деревья, чьи ветки практически волочились по земле. Сокрытые от посторонних глаз лавочки за те года, что верно стояли меж гущи зелёных листьев, повидали не один десяток влюблённых парочек.

О том, как мило можно было бы провести время на одной из таких скамеечек, думала и Майя, идя по лесу следом за Оскаром.

В один из выходных дней они выбрались на пешую экскурсию по острову, чтобы собрать необходимые травы для ритуала, которые в оранжерее не росли. Водница насвистывала под нос разные строчки, и пение её сливалось с трелью голосистых птиц.

- Нужно однажды попробовать тебе спеть под мою игру на гитаре, - задумчиво произнёс Оскар. - Смотри, ландыши! Они цветут здесь раньше, чем в обычном мире.

Он сорвал несколько цветов и протянул их улыбавшейся Майе. Она поправила коричневую юбочку, что была чуть выше колен, и прижала букетик к груди. Бутоны практически сливались с жемчужинами ожерелья, висевшего на бледной шее.

- Нежные и чистые, прямо как ты, - тихо сказал огневик.

- О-ося! - протянула водница. - Смущаешь меня, как маленькую влюблённую школьницу!

"А ведь так, на самом деле, и есть. Как же сильно я тебя люблю, Оскар Эртон... Ох, если бы ты только!.. Даже не знаю, кто ещё может испытывать настолько сильные чувства к вредным практикантам", - подумала Майя, заправив прядку волос за ухо.

Оскар же, не отрывая взгляда от студентки, расплылся в будто бы зажатой, но такой довольной ухмылке.

- А вот тебя с цветком сравнить сложно, - вместо того пробормотала она. - Да в целом нельзя найти что-то максимально похожее на вас, мистер Эртон!

- Снова выкаешь, девчонка? - хмыкнул он.

- А это на меня так предложение вместе чего-нибудь спеть повлияло! - заявила водница, дёрнув плечом. Следом за ним шевельнулась и сумка, доверху набитая травами и цветами почти со всех уголков острова, тем самым ударив Майю по бедру.

Оскар быстро ухватил вещицу и придержал её, чтобы та больше не шевелилась.

- Тебе ведь нужно будет снять перчатки, чтобы играть на гитаре, - на пониженных тонах произнесла она. - Или мне стоило бы тогда петь с закрытыми глазами?

- Ну почему же, - пожал плечами он, слегка нахмурив брови. - Однажды ты ведь увидишь мои шрамы.

Сердце водницы, казалось, на мгновение застыло, и кровь в жилах перестала течь и вся остановилась где-то в щеках - настолько красными они стали. Взгляд забегал, губы приоткрылись в немом вопросе.

- Но ведь ты сам говорил, что это сможет увидеть только твоя же... - Майя замялась. - Жена.

- Не увидеть, а узнать о том, что скрывают перчатки, глупая девчонка, - теперь брови огневика приподнялись, а очки медленно сползли на кончик носа.

- Погоди, ты этим хочешь сказать, что?..

Договорить водница не успела: со стороны песчаного берега и моря почувствовалось слабое колебание воздуха, и опушку, на которой находились оба стихийника, озарила мерклая вспышка. Оскар резко обернулся, поднялся на ноги и прищурился, после чего на его лице отобразилась бледная тень волнения. Майя же ухватилась за кожаную лямку сумки и выронила букетик ландышей в траву, беспокойно оглядываясь по сторонам. Между столбов сосен и веток кустов показался силуэты тёмно-лиловых плащей с меховыми воротниками. Первокурсница узнала их сразу же, ровно как и практикант - а потому они в один голос выпалили: "Боевая коллегия".

Майя почувствовала, как задрожали коленки, как появились на теле мурашки и даже фальшивое дыхание у затылка. Не долго думая, Оскар стянул с себя мантию и сунул её воднице, скомандовав:

- Иди в замок и жди меня там, если встретишь кого-то из преподавателей - зови на помощь.

Как только практикант спешно бросился к берегу острова, куда и телепортировались выходцы из Боевой коллегии, Майя кинула в траву синюю и алую мантии, сверху - сумку и побежала следом, пригибаясь, чтобы её наверняка никто не смог бы заметить.

"Брошу я тебя, что ли, в самом деле? Даже если бы там был один боевик, то всё равно опасно одному идти в рукопашную!" - думала водница, несясь между зарослями шиповника и лещины. С каждым шагом на ногах и руках появлялись всё новые и новые царапины, только на них она не обращала никакого внимания и продолжала перебегать между зарослей. Скрывшись в кустах у открытой местности, Майя притаилась и прикрыла рот ладонью, задержав дыхание. Взгляд широко распахнутых от страха глаз метался из стороны в сторону в попытке рассмотреть, что всё же происходило на поле боя.

Боевые маги действительно выглядели устрашающе, если не сказать, что своим внешним видом могли довести до состояния крайней паники того, кто впервые повстречал их. Оба юноши в тёплых плащах были выше своего противника примерно на целую голову и шире раза в два, а то и в три.

"Что же делать, что же делать?! - водница трясшимися руками стянула обувь и закатала рукава рубашки, наблюдая за тем, как окружённый Оскар пытался парировать удары пламенем. Взгляд Майи упал на бирюзовую гладь моря, и в голове начал зреть какой-никакой, но всё-таки план: - На них много одежды, а значит, сражаться в мокрых вещах будет очень тяжело даже для таких громил, как они... Если бы я могла отсюда их облить водой!.. А так ведь не достану!"

Она услышала разъярённый стон Оскара, которого только что ударили кулаком в челюсть. Водница тут же выбежала из укрытия и оказалась за эртоновской спиной.

- Дура! Беги отсюда! - крикнул он, обернувшись, когда чуть не наступил на неё.

Один из боевиков резко очутился за спиной у Майи, обойдя огневика со стороны, и грубо схватил ту за ворот. Свободной рукой он вынул из ножен кинжал и уже хотел было полоснуть Оскара по спине, но тот вовремя обернулся, и лезвие прошлось по плечу. Эртон что-то промычал, согнулся, ухватившись за раненое место и махнул ладонью в попытке задеть противника обжигающим языком пламени. Практикант создал вокруг себя высокое защитное огненное кольцо.

Водницу с силой оттолкнули прямо на мокрые камни, и она упала на спину, громко взвыв от боли в местах удара, где, казалось, сразу же появились ссадины. Лицо девчонки перекосилось от гнева, и Майя потянулась к кольцу, зажав его со всей силы.

"Ося! Я попробую обрушить на них воду. Подними пламя выше, чтобы я и тебя не намочила!" - её всю перекосило от гнева, остатки силы собрались где-то в груди закипавшим чувством самой что ни на есть ярости.

Оскар сделал всё в точности, как ему велели. Майя разжала пальцы у кольца и подползла ближе к кружившим у пламени боевикам, сосредоточила магию где-то в ладонях и закрыла глаза.

"Силы хватит только на один удар! Сейчас я соберу такую воронку, что буквально их снесёт с ног! Как я читала в книге... Больше ярости, и атака станет сильнее!"

Водница представила, как из моря поднимается волна длиной и шириной в несколько метров, как та летит в сторону боевиков и обрушивается тем прямо на гладко выбритые головы. Она подняла ладонь так, будто бы замахивалась на увлечённых дракой незваных гостей и открыла глаза.

- Никто не посмеет его тронуть! - крикнула Майя и сделала бросок.

Поднятая из моря водяная воронка тут же метнулась в сторону не ожидавших атаки от, казалось, обезвреженной хрупкой девчонки, и облила тех с головы до ног. Опешившие боевики на мгновение прекратили попытки нанести противнику удары, и Оскар, не колеблясь ни секунды, обжег крупные морщинистые лица.

Майя же обессиленно упала на четвереньки и опустила веки, едва услышав крики боевых магов:

- Портал! Открывай портал!