Глава 2

Винсент

В спорте тебя учат терпеть боль раньше, чем ты начинаешь чувствовать счастье.

Дамиан молча вел машину по пустой дороге. Слышен, лишь звук двигателя и шум морской воды. Я сидел на пассажирском сидении чуть откинув кресло назад и прикрыв глаза. Виски все еще неприятно жгло в горле, клубный дым въелся в одежду, а внутри было ощущение, что вечер еще не закончен.

Брат не трогал меня всю дорогу, именно это послужило причиной звонка ему. Я то и дело лез к дверце, чтобы достать бутылку воды, которую после крутил в руках.

– Ты серьезно решил напиться в центре Сан-Диего после ужина с семьей Хартман? – наконец спросил Дамиан не открывая взгляда от дороги.

– Я не пьян, Дамиан, просто слегка веселый, – улыбнувшись я продолжил пялить на дорогу.

– Не пьян, потому что ни с кем не подрался? – он завалит свой рот?

– Отвали, – я махнул рукой куда-то в сторону, не давая отчета действиям.

Квартира встретила кромешной темнотой и возможным сном на лестничной площадке. Пять минут ушли на поиски ключей среди карманов, под смирительный взгляд брата.

Большое, дорогое, минималистичное пространство, как для человека проводившего тут большую часть своей жизни между сезонами. Панорамные окна с видом на такие же частные территории, холодные оттенки и идеальный порядок, который я наводил почти не замечая.

– Дамиан, ты же останешься на чай? – тихо хмыкнув я, бросил ключи на кухонный остров и направился к холодильнику.

– Тебе нужна вода и ничего крепче, Маклин, – попытался возразить старший.

– Спасибо, доктор, сегодня без советов.

Я достал бутылку холодной воды и оперевшись на столешницу начал пить, большими и жадными глотками.

Дамиан стоял рядом, будто личный надзиратель, сложив руки у груди.

– Она тебе понравилась? – выпалил тот неожиданно и я чуть не подавился.

– Я знаю ее несколько часов, братец, – закрутив крышку на бутылке я взял ее с собой в комнату.

– Этого вполне достаточно, Винсент, – чувствовал его тяжелый взгляд на своей спине, но из принципа не оборачивался.

– Ты слишком много времени проводишь с психологами из Апекс, – пауза, как тонкая нить, которая вот-вот оборвется. – Пора завязывать.

– А ты слишком много времени проводишь, Fingendo di non sentire nulla. – он искусно переходил на итальянский.

– Жизнь Италии плохо на тебя повлияла, – я врал и себе и ему.

Я не слышал, как он покинул квартиру, не слышал тиканье часов на стене перед кроватью, меня обволакивала и забирала в свои объятия пустота.

Уснуть получилось лишь на рассвете, но сон прервался большой неожиданностью.

Свет падал жаркими лучами прямо в лицо, от чего хотелось закрыться подушкой и уснуть еще на несколько часов. Телефон на тумбочке вибрировал уже в четвертый раз подряд.

Тренер – игнор. Отец – игнор. Новости – тоже в игнор.

Пустая бутылка из под воды валялась где-то сбоку от кровати, а глаза слипались. Я поднял пластик и направился в сторону кухни, чтобы сделать кофе и отправиться в душ. Нужно было смыть вчерашнюю тягость.

Пару кнопок на машине и кофе было готово. Горькое, крепкое, но такое необходимое. Я оставил кружку на островке и двинулся в сторону ванной.

Холодные капли воды моросили по моей коже, в мыслях всплывали отрывки вчерашних событий и образ сероглазой брюнетки перед пустотой.

Я вышел из душа и качнул головой, разгоняя мысли и сосредотачиваясь на плане сегодняшнего дня.

В университет нет смысла ехать к четвертой паре, к нудному старику, даже, если они уже осведомлены яркими новостями о моем возвращении. Дождутся дня, когда я решу самостоятельно заявить о возвращении в университете.

Включив первый попавшийся канал на большой плазме в своей гостиной, я присел на диван включая телефон и игнорируя пропущенные.

Я зашел в instagram и черт меня заставил открыть эту поисковую строку и вбить ее имя.

Селеста Хартман.

Я листал ее фото, просматривал актуальные. На фото с друзьями и семьей она была другой, будто более живой, чем вчера в том ресторане. Не томив я щелкнул по синей кнопке в профиле подписываясь.

Всплыло новое сообщение из чата «Золотая пятерка Апекс» и я тыкнул на сообщение.

Logan Reeves:Все видели новости или я один проснулся в цирке?

Mateo Valens:Если ты про «Маклин был замечен в центре Сан-Диего в клубе Ревильн» то, да, я тоже в цирке.

Kai Morgan:Это называется эмоциональная регуляция, Логан, попробуй.

Jayden Brooks: Поздно, это уже обсуждают спортивные паблики, в Апекс начался кризис.

Kai Morgan:Кризис был, когда ты выбрал белый шлем и сказал «это эстетика»

Jayden Brooks: Просто кто-то безвкусен, Кай.

Я вздохнул, пятерней пальцев проводя по своим волосам.

– Придурки, им нечем заняться? – вопрос растворился в пустоте квартиры.

Logan Reeves: Он сегодня будет на тренировке или снова разгрузка?

Jayden Brooks: Будет.

Kai Morgan: Будет Винсент сегодня.

Vincent Maklin:Доброе утро, идиоты. Я буду в Апекс сегодня, прекращайте гадать.

На меня вновь обвалился шквал сообщений и в чате мелькнул Матео, после своего последнего отправленного сообщения, он стал таким же зрителем этого беспредела, как и я.

Mateo Valens: Наш золотой мальчик проснулся.

Vincent Maklin:Встретимся через час, как обычно.

Я раскинулся на диване, продолжая тупеть в телевизор. Но экран телефона продолжал светиться от сообщений из общего чата Апекс.

Сборы всегда занимали меньше времени, чем попытки заставить себя покинуть квартиру. Я направился к большому трехстверчатому шкафу в коридоре и двинул дверцу в сторону.

Черная форма, экипировка Fox. Шлем, перчатки, джерси и штаны – все лежало на своих местах. Я застегивал защиту по инерции и навыкам отточенными годами.

Я щелкнул замком квартиры и подошел к лифту тыкая на сенсорную кнопку. Он не заставил себя долго ждать, я зашел внутрь и нажал минус первый этаж – парковка, где меня ждал мой мотоцикл.

Серое большое помещение с дорогими машинами, блестящими до отражения их хозяев. Я подошел ближе к мотоциклу и сунул ключ. Не ездил на байке последние две недели, передвигаясь, лишь на машине с водителем. Глаза горели, а желание брало вверх.

Я только заехал на территорию клуба, как в нос сразу ударил запах пыли, бензина и горящей резины. Солнце отражалось от металлических конструкций боксов, где механики уже работали, проверяли мотоциклы и спорили. Апекс жил все той же прежней жизнью.

Доехав до последнего бокса, больше похожего на ангар, я услышал знакомые голоса и смешки. Стоило снять шлем, как впереди появился Логан в похожей защите и с бутылкой воды в руках.

– Золотой мальчик теперь с нами, – громкий смех протиснулся сквозь шум мотора, я заглушил мотоцикл.

– Сам Винсент Маклин решил нас посетить, – из бокса вышел Матео ведя мотоцикл рядом.

Джейден стоял чуть в стороне оперевшись корпусом о железные ворота ангара и сложив руки на груди. Он сначала оценивающе смотрел и только потом комментировал.

– Сегодня весь состав будут собирать по частицам, Винсент, – Джей двинулся в мою сторону и провел рукой по номеру на мотоцикле.

– Этого и стоило ожидать после сезона, – я надел шлем на руку и смиряющим взглядом посмотрел на парней. – Где Морган затерялся?

– Он уже в боксе у механиков, – Матео надел шлем и дернул лапку на мотоцикле газуя. – У него что-то с мотоциклом.

Я обернулся назад и увидел бежавшего Кая к нашему боксу. На его лбу были видны испарены, а шлем болтался в руках. Только бега в такую жару в полной экипировке не хватало.

– Колин рвет и мечет, – высказался Морган оседая на гравий и тяжело дыша. – Механики ждут мотоциклы на проверку.

Матео выехал вперед и махнул рукой призывая нас ехать следом. Джей лишь кивнул и зашел в ангар, чтобы выкатить мотоцикл.

– Винс, не хочешь меня подбросить? – с невыносимой отдышкой произнес Кай.

Надев шлем и зацепив внизу защелку, я поднял взгляд на все еще сидевшего Моргана и указав на амортизатор, склонил голову.

– Чертов Винсент, у тебя всегда с амортизацией проблемы, – он показал средний палец, то ли мне, то ли моему мотоциклу.

Я завел пылающую под палящем солнцем Yamaha и рванул с гравия. Теплый и едва заметный ветер, мелкими лучами просачивался сквозь ткань спортивной джерси.

У бокса механиков стояло несколько мотоциклов и несколько мужских фигур, одна из них – Колин наш тренер. Он был близким другом моего отца и тем, кто не давал нам и шанса на силы, после тренировки.

Колин Хадсон, тренировал меня и всю «золотую пятерку» еще с подросткового возраста, когда мы выпустились из рук моего отца, словно птенцы.

Колин подошел ближе ко мне указывая на мотоцикл, все понималось без слов. Я заглушил мотор и провел рукой по рулю, слезая с байка. Он сверлил во мне темную дыру, а я чувствовал нарастающее напряжение внутри.

– Сегодня без геройства, Винсент, – сказал тренер. – За эти дни, как ты вернулся в Сан-Диего его вполне достаточно.

– Я не геройствовал, – Yamaha катилась рядом, а Хадсон смотрел мне в спину, пока я закатывал мотоцикл в бокс.

Один из моих лучших механиков – Лео Ривера, он работает с техникой, как хирург. Приняв мой байк, я вложил в его руку ключи. Лео что-то сказал про подвеску, но я уже не слушал, только кивал.

Я сел на мягкий пуф у ворот бокса в ожидании проверки, как подъехали еще два мотоцикл Логан с Каем и Джейден. Они загнали байки внутрь и разместились рядом.

Через пятнадцать минут мы стояли на старте сидя на своих проверенных мотоциклах. Поломка KTM которым владел Кай не была легкой и сменив его на другой байк, он разместился по левую сторону от меня.

Мы выехали на трассу, мир тут же сузился до одного состояния – скорость и адреналин. Рев мотора перекрывал все остальное, воздух стал плотным, пыль за колесами байков поднималась, забивая легкие.

На мгновение мысли спутались и я переставал думать, но каждый прыжок, каждый поворот, каждый разгон будто возвращали меня назад.

Сегодняшний день слишком паршивый, но трассы это не должно касаться. Нет, не сейчас.

Отец. Спонсоры. Контракты. Имя. Апекс. Она.Все это был, как жуткий мазут, что заполнял собой все пространство вокруг.

Я резко вошел в поворот, слишком агрессивно, почувствовал, как заднее колесо заносит. И в этот момент смог выдохнуть, не потому что стало легче. Сейчас я на трассе и мысли не должны быть забиты другим.

Прямая до финиша.

Набирая скорость до предела, я не переставал чувствовать мотоцикл, только скорость. Матео старался обогнать и вылезти вперед, но я прибавил газу, оставляя за собой дымку пыли и песка.

– Вот это уже наш Винсент, – громко произнес Матео, останавливаясь рядом.

– Тогда тоже я был, – защелка щелкнула и я снял шлем, а следом подшлемник.

– Раздвоение личности, – с глупым смешком произнес притормозивший Логан.

Я промолчал и вытер испарину со лба. Бесконечный цикл, который выводил из себя: гонка, отец, контроль и давление.

Джей проехал дальше, чем стояли мы и самым последним черту пересек Кай, на своем новом монстре. Все были в предвкушении эмоций о его заезде на другом мотоцикле.

– Отвратительно, – крикнул Морган, ударяя рукой по пластику. – KTM едет бодрее, чем он.

– Не заводись, Кай, – произнес Колин подходящий к нам с несколькими бутылками воды.

Холодная жидкость приятно ощущалась внутри горящего организма, хотелось встать под ледяной душ, чтобы смыть эту пыль и пот. Но в ближайшие два часа это было мечтой.

– Ждем Эрика и будем расчитывать тактику вашего заезда, – Колин прошелся рукой по своим уже заметно седым волосам. – Не особо радует, как вы катаетесь.

Эрик – еще один наш тренер. Он моложе Колина на несколько лет, но держит нас мертвой хваткой.

Все два часа тренировки были будто в тумане. Я просто садился и ехал, не думая, не концентрируясь, а после заезда жадными глотками опустошал бутылки с водой.

Внутри Апекс был совершенно другим миром, далеко не просто спортивной базой. Там процветала отдельная жизнь, все ради побед, которые наш клуб забирал.

Высокие стеклянные двери открывались автоматически, впуская внутрь запах с трека. Черный мраморный пол отражал свет длинных ламп под потолком, а вдоль стен висели фотографии чемпионов Apex – победные кадры, грязные после заездов лица, кубки и вспышки камер. В самом центре находился огромный серебристый логотип клуба, встроенный в пол.

Слева располагалась зона администрации и рабочие кабинеты. Стеклянные офисы с панорамными окнами, длинными столами и экранами, на которых почти круглосуточно крутились записи заездов, статистика и расписание будущих чемпионатов.

Чуть дальше находилась Vip зона с дорогими диванами, баром, большими экранами и отдельными комнатами для переговоров. Именно там обычно собирались инвесторы и журналисты во время крупных тренировок. Все было слишком спокойным и дорогим, будто люди сидящие там, никогда не слышали рев мотора в живую.

Но настоящая жизнь Apex начиналась глубже.

Спортзал занимал почти целое крыло здания. Огромное пространство с темными стенами, черными матами и жгучим белым светом. Металл тренажеров поблескивал от ламп, а в воздухе смешивался запах пота, спортивного порошка и резины.

На втором этаже находились личные комнаты гонщиков. Не как общежитие, скорее личное пространство внутри клуба. У каждого лучшего спортсмена была своя отдельная комната с душевой, шкафчиками, диваном, рабочим столом и панорамными окнами с видом на трассу.

Именно в одну из таких я направлялся. На двери висела серебристая табличка с надписью «Винсент Маклин – чемпион мира MX2». Не успел вернуться с кубком, а табличку уже сменили. Я хмыкнул и дернул ручку двери заходя внутрь.

Черные стены и приглушенный свет лампы. Спортивные сумки, экипировка от Fox, разбросанные перчатки и запасной шлем на длинной металической тумбе.

За панорамными окнами лил дождь. Редкий для Сан-Диего, тяжелый, холодный дождь барабанил по стеклу так сильно, будто пытался проникнуть внутрь.

Я стоял по середине комнаты, опустив голову, и медленно снимал защиту. Мышцы неприятно тянуло после тренировки, а пропитанная потом и дождем джерси липла к коже. Кромешную тишину разрывало мое дыхание и капли за стеклом.

Я подошел ближе к окну и уперся ладонью в холодное стекло. Снаружи механики натягивали пленки на технику, кто-то спешил вернуться в здание, стараясь скрыться от тяжелых капель.

Шум в голове снова не давал покоя, даже сейчас. Я сильно зажмурил глаза и вздохнул, но точечный образ Селесты вновь всплыл.

Раздражала не она, а то, что я продолжаю думать о ней.

Резко отойдя от окна, я подошел к дивану и скинул остатки одежды вместе с экипировкой. Телефон неприятно завибрировал где-то на столе, лишь усиливая головную боль. Снова глупая статья от чертовых журналистов. Но совсем скоро одна из них будет рядом.

Я стоял под душем не меньше двадцати минут вспоминая все время проведенное на треке, холодная вода спасала от назойливых мыслей. Покинув ванную я подошел к шкафу и открыл одну из створок. Черная толстовка от спонсоров с их логотипом осела на мою кожу.

Дождь все еще бил по стеклу, а время бежало вперед.

Коридоры поздним вечером выглядели совсем иначе. На парковке остались только несколько машин механиков, которые продолжали колдовать над мотоциклами. И мой черный Porsche, который слишком стоял долго без действия. Я не видел его с момента, как покинул Сан-Диего перед началом чемпионата.

Я остановился на улице не доходя до навеса парковки и поднял голову вверх. Серое небо, скрывало теплые лучи солнца. Только прожекторы Апекс светили ярче.

Почему-то именно в такие моменты одиночество ощущалось сильнее всего. Даже в тех местах где мое имя знали все.

Я сел в машину, бросил спортивную сумку на заднее сиденье и завел двигатель.

Теплый свет панели разомкнул темноту салона, пока дворники медленно убирали капли дождя с лобового стекла. В зеркале заднего вида все еще светилось здание Apex.

Место из которого я желал иногда отчаянно сбежать.

Руки расслаблено лежали на руле, а взгляд скользил по длинным дорогам, светофорам и людям у пешеходных переходов с черными зонтиками в руках.

Они спешили куда-то или наоборот, слишком расслаблено шли домой, живя своей обычной жизнью. Иногда я завидовал им. Тем, кто может просто существовать, не задумываясь каждый раз о репутации, контрактах, результатах и чужих ожиданий.

Автомобиль плавно свернул к обочине круглосуточного магазина. Ярко-неоновая вывеска отражалась от окон моей машины, пока двигатель медленно затихал.

Когда я вышел на улицу, прохладный ветер сразу ударил в лицо. Я сунул руки в карманы толстовки и направился внутрь магазина.

За кассой скучающий парень, что-то лениво листал в телефоне, а где-то в углу тихо работал старый холодильник.

Я подошел к витрине с энергетиками и не долго думая взял одну черную банку. Не редко, казалось, что вся моя ежедневная рутина держится, лишь на кофеине и привычки не останавливаться.

Пока кассир пробивал мою покупку, я взглянул на отражение в дверце холодильника. Уставший взгляд, темные круги под глазами, взъерошенная копна темных волос. Человек, которого последние годы называли идеальным спортсменом.

Взяв банку и чек я пожелал парнишке хорошей смены и вновь оказался на улице. Стоило поднять взгляд, как я заметил небольшую компанию подростков около своей машины.

Трое парней лет пятнадцати-шестнадцати. Один держал в руках телефон с открытой фотографией моего профиля в instagram, другой переглядывался с третьим, явно не решаясь подойти.

Я остановился всего в нескольких шагах от них.

– Винсент Маклин? – спросил тот, что выглядел младше остальных.

– Вроде того, – с тяжелой улыбкой ответил я.

Ребятня тут же оживилась.

– Брат, можно фото? – И автограф? Пожалуйста. – Черт, реально ты?

Я смотрел на них несколько секунд. Такие же пацаны, когда-то стояли около трасс и смотрели на профессиональных гонщиков, будто те были кем-то больше, чем просто людьми.

Кивнув я подошел ближе. Они говорили слишком быстро, то и дело перебивая друг друга, но я заметил искру в их глазах. Я слушал о их первых мотоциклах, тренировках и соревнованиях, вспоминая себя в те счастливые, но больные годы.

Один из них признался, что пришел в мотокросс два года назад, после моего легендарного заезда, когда паблики и новостные каналы разрывались. Иногда было странно понимать, что для кого-то ты – причина не сдаваться.

Я расписался на кепке, чехле телефона и даже старой фотографии сделанной после соревнований. Парень с дрожащими руками пытался нормально включить камеру для селфи, а друзья нервно смеялись рядом. И этот момент выглядел так просто, без лишнего пафоса и громких речей.

Несколько пацанов для которых я был кумиром, с которыми нас разделяла одна тяга к мотокроссу.

– Спасибо, Винсент, – тихо сказал один из них напоследок. – Ты реально лучший.

Слабо улыбнувшись я сел обратно в машину. Я открыл энергетик, сделал несколько глотков и откинул голову на сиденье, закрывая глаза.

Дорога домой была такой же тихой, как и начало пути. Лишь редкий шум шин по мокрому асфальту и свет фонарей. Я снова задумался о Селесте, о ее спокойном голосе. О том, как она смотрела прямо в глаза и не пыталась казаться впечатленной мной.

И это почему-то цепляло меня.

Заехав на парковку частного комплекса, я заглушил двигатель и направился в сторону лифта.

В квартире всегда было тихо, даже слишком. Я прошел в спальню и потянул толстовку за ее края, стягивая с тела.

Я сел на край кровати и провел рукой по лицу. Голова гудела от усталости, но сон все равно не приходил. Телефон завибрировал в левом кармане и я потянулся за ним.

Damian Maklin:Ты хоть живой?

Я усмехнулся себе под нос и отбросил телефон к изголовью кровати. Иногда старший брат, был единственным человеком с кем не приходилось быть идеальным.

Включив свет, я завалился в постель, слушая шум океана где-то за окном. И впервые за сутки позволил себе ничего не чувствовать.

Подробности, герои, новые главы в тгк: @CelineMork