Глава 1

Селеста

Некоторые люди выглядят, как статья. Пока не узнаешь сколько боли между строк.

Сан-ДиегоУниверситет.Середина октября.

Я только зашла в нашу аудиторию – яркий свет слепил в глазах, а шум сразу же меня поглотил. Осмотрев светлое помещение, я заметила свою подругу за третьей партой у окна и направилась к ней, по пути здороваясь с одногруппниками и перекидываясь парами словечек.

– Селеста! Ты не представляешь, что произошло, – громко сказала Айла и двинула свою сумку с соседнего стула.

– Ну же, Айла, удиви меня новостями, – я присела рядом и кинула взгляд на телефон подруги, всматриваясь в открытый новостной сайт.

– «Вчера вечером Винсент Маклин подрался в клубе». – театрально зачитывала новость Айла. – Он же только вернулся с последнего заезда, а уже такое, – она выпучила на меня свои большие голубые глазки и протянула телефон.

Я взяла ее телефон в свои руки и продолжила чтение из паблика. Мои глаза бегали по строчкам и дошли до видео с драки, я повернула голову в сторону Айлы и нажала на загрузку.

Долгого включения ждать не пришлось, я тут же перевела взгляд снова на телефон и всматривалась в картинку. Маклин наносил удары по лицу и телу, его старались оттащить, но он что-то кричал и продолжал бить. В голове была каша: из-за чего, почему?

– Это же ужасно, – тихо прошептала я и вернула телефон подруге. – Что с его спонсорами будет теперь?

– Плевал он на спонсоров, они так и останутся с ним, – сказала Айла и сделала глоток воды. – Он же золотой мальчик Апекса.

– Винсент избил человека, это ведь нельзя просто спустить с рук, – с ярым возмущением я взглянула на нее.

– Сезон уже закончился, он вернулся с последних соревнований победителем, а к следующим все уже забудут об этой потасовке, – Айла развела руками и взглянула на дверь.

Мистер Кенфурд наш преподаватель пытался протиснуться через кучку студентов, которые обсуждали тоже самое, что и мы пару минут назад. Я тихо посмеялась, но тут же натянула маску безразличия.

– Разошлись! – Крикнул преподаватель и ребята один за другим расходились по своим местам.

– Отсчет пошел, два нудных часа чтения лекции от Мистер Кенфурда, – протараторила Айла. 

Я достала свой серебристый ноутбук, на котором записывала лекции, делала домашку и использовала в своих рабочих целях для помощи родителям.

Уже через ровно тридцать пять минут глаза начинали слипаться, а заснуть хотелось прямо за партой. Я отвела взгляд к окну: светло-голубое небо, золотистого отлива солнце и несколько маленьких облачков. Было ощущение, что это не реальность, а лишь детская нарисованная картинка.

– Ты чего застыла? – тыкнув меня ручкой в бок поинтересовалась подруга. – Зачет по предмету?

– Если бы. Он вообще раздает зачеты?

– Ребята со старших курсов говорили, что да, но не смотря на наше далеко не бедное положение, Мистер Кенфурд не идет на уступки.

Я шмыгнула носом и вернулась к записи конспекта, вспоминая про сегодняшний вечер. Сбор всех спортивных спонсоров, медиа-групп и спортивных академий.

Это была не просто бизнес встреча моих родителей, а что то большее, ведь волнение начиналось с самого утра, а услуги суетились по всему особняку.

Родители владели "Aurevia Media" то, что должно будет перейти ко мне, если я не останусь на дне, если не буду просто тихой журналисткой в таком шумном мире.

От Aurevia Media никогда не было молчания. Всегда выходили громкие интервью и скандальные новости.

За свои двадцать лет, я была знакома со многими спортсменами, ездила на интервью и встречи с отцом в своих последних школьных классах. Поступила в лучший университет и была главной звездочкой для родителей.

Я подошла к учительскому столу и положила папку с несколькими листами А4.

– Мистер Кенфурд, вы просили статью, я откорректировала и подправила концовку.

– Да, спасибо, Селеста, – он перевел взгляд на папку и достал листы. – Впрочем, у тебя самые лучшие работы на курсе, похвально.

– Спасибо, приятно слышать, – я прикусила язык и продолжила. – Раз больше ничего, то я могу идти?

Преподаватель кивнул, а я направилась к дубовой двери, где сложив руки на груди меня дожидалась Айла.

– Ну что, идем в кофейню? – я чуть склонила голову и улыбнулась

– Пошли, надеюсь, там остались мои булочки с вишней, – Айла едва заметно засмеялась и  покинули душный кабинет.

Мы медленно шли вместе по коридору, где пахло холодным кофе, дорогими духами и бумагой из только, что открытых пачек для принтеров. Под подошвами едва слышно поскрипывал темный пол, отполированный до зеркального блеска. Вокруг нас протекал рекой привычный шум студентов – хлопки шкафчиков в раздевалке, звон браслетов на чужих запястьях и обрывки чужих разговоров.

Айла что-то рассказывала о вчерашней вечеринки ребят с факультета Аналитики спорта и спортивных технологий, активно жестикулируя, а я в свою очередь больше смотрела по сторонам, чем действительно слушала подругу. На стенах висели афиши студенческих мероприятий и ближайшие соревнования для ребят с других факультетов.

Большая кофейня на первом этаже была забита почти полностью. Гул голосов смешивался с шумом кофе машин и льдом в пластиковых стаканчиках. За большими панорамными окнами колыхались пальмы, а блики солнца скользили по белоснежным столам с мелкими царапинами и по серым крышка ноутбуков.

Кто-то набирал напитки в стаканы около автоматов, кто-то в надежде на тишину пришел поучиться. Одна из спортивных команд, которых можно было отличить по поло сборной, растянулась на нескольких последних столиках, лениво листали телефон или разговаривали о предстоящем матче.

Мы заняли ближайшие место к окну. Айла тут же скинула свою сумку на соседний стул и начала искать блеск для губ, в бесконечном хаосе своей косметички, пока я доставала ноутбук.

– Я схожу нам за латте, – произнесла подруга и отдалилась от нашего стола.

Она выглядела, как чертова модель и что эта красотка забыла на факультете журналистики? Шоколадные волосы до поясницы и шикарные голубые глаза, светлая почти белоснежная кожа. Правда модель.

Я вернула взгляд к ноутбуку и продолжила редактировать свою презентацию к следующей паре. Мой телефон время от времени вибрировал сообщая о новых уведомлениях. Я не успела заметить, как к столику подошла Айла с двумя стаканчиками латте. В воздухе начал витать запах ванили, карамели и свежей выпечки.

– Кто тебе вечно строчит, Селеста? – голубоглазая перевернула мой телефон экраном вверх и метнув свой взгляд к нему я заприметила имя, которое сейчас на слуху у всех.

– «Маклин то, Маклин это», – я тяжело вздохнула. – Уже устаю от этого имени.

– Эй, не кисни, Селеста, еще напишешь про него громкую новость, – Айла ухмыльнулась и сделала глоток латте.

– Все же это опыт, не находишь? – перевела взгляд на подругу и закрыла крышку ноутбука.

– Очень хороший опыт, он принесет тебе большую популярность, – подруга подмигнула и я одарила ее улыбкой.

Пары тянулись медленно. В аудитории было прохладно, лучшее спасение после душного коридора. Солнечный свет полосами ложился на ряды столов через жалюзи, а где-то сзади доносился тихий стук пальцев о клавиши. Я делала заметки быстрее, чем успевала задумываться о них. Айла то и дело, рисовала что-то в блокноте или присылала смешные стикеры в наш чат, вместо концентрации на лекции.

В какой-то момент Миссис Элеонора вывела на экран статью, о кризисах в спортивной индустрии, и среди фотографий снова появилось лицо Маклин. Слишком идеальное для человека, который несколько часов назад устроил драку на глазах у всего интернета.

К четырем часам вечера, университет начинал пустеть, а в коридоре не было прежней духоты. Теплый вечер трепал мои темные волосы, пока я шла по алее к воротам университета. Мой водитель уже стоял у теплого тротуара.

Я села на заднее сиденье автомобиля и устроившись удобнее произнесла.

– Здравствуйте, Нэлиус, – я радостно улыбнулась водители и услышав щелк застежки, повернулась к окну.

– Здравствуйте, Селеста, как прошел день в университете? – машина плавно двинулась, будто плывя по дороге.

– Все прекрасно, правда устала и хочу побыстрее добраться до дома, – в моих словах не было ни капли лжи, день правда забрал все силы, но я припасла еще немного на вечер.

В салоне пахло кожей и дорогим парфюмом, который напоминал мне моего отца, значит Нэлиус отвозил его в офис. За окном быстро менялись пейзажи до того, как мы встали на светофоре.

Дом стоял на небольшой возвышенностью у побережья, скрытый за высокими воротами и аккуратно подстриженными кипарисами. Вечерами стеклянные стены особняка отображали закат так, будто весь дом был построен из расплавленного золота.

Внутри полным ходом шла подготовка к вечеру, суетился персонал подготавливая вещи, отец вел разговор в нашей большой гостиной, но не было видно мамы.

– Селеста, ты вернулась? – склонив голову спросил отец расслаблено сидя на диване в непривычной для себе одежде. Это был не тот темный костюм-двойка, лишь белое поло и черные брюки.

– Да, во сколько мы выезжаем, – я разулась и прошла в глубь комнаты. – А где мама?

– Ох, она суетится на втором этаже, – папа снова отвлекся на очередной телефонный звонок и я все приняв, и поняв пошла к лестнице.

Я не стала тревожить маму, ведь для нее такие вечера всегда были волнительными и я направилась в свою комнату. Теплый свет лампы, которую я не выключила покидая комнату утром. Он отражался от зеркальных поверхностей и серебристых деталей мебели. На кровати уже лежало мое голубое платье и шкатулка с украшениями от мамы рядом.

Я подошла к окну, отодвигая легкую занавеску. Внизу мерцал вечерний Сан-Диего, шумел океан, а в телефоне все еще всплывали новости с одним и тем же именем.

Винсент Маклин.

Время пролетало совсем незаметно, на море, которое только купалось в лучах солнца опускался оранжево-красный закат, поглощая собой все пространство.

За закрытой дверью, я слышала, как мама торопила отца и нервничала, но знала, как только мы переступим порог, она станет совершенно спокойной.

В дубовую дверь раздался негромкий стук, а к ручке поспешили потянуться, но я успела опередить и дернуть дверь на себя.

– Селеста, детка, ты собралась? – мама тихо ахнула от моего образа и прокрутив пальцем, попросила меня покружиться.

– Да, мам, мы выходим, – я подняла руку с украшениями, и улыбнулась.

– Ты выглядишь прекрасно, уверена, что затмишь всех, – она толкнула носком своих каблуков дверь и кивнула мне в сторону лестницы.

– Я немного волнуюсь, если быть честной, – опустив голову я вздохнула, но тут приподняла подбородок.

– Селеста, всего лишь ужин важных людей в костюмах, не переживай, – мама коснулась моего плеча и слегка погладила.

– Джонатан, будь быстрее, мы же опаздываем, – громко и отчетливо произнесла мама на втором этаже, но мои лакированные голубые босоножки уже стучали по паркету на первом этаже.

Машина остановилась у одного из самого узнаваемого ресторана Сан-Диего. Именно там проходили многие рабочие встречи, ужины за, которыми решали, что будет дальше.

Мама поправляла манжеты своего платья, то и дело оглядывая меня и папу, пока мы выходили из машины. Папа шел впереди, уверенно, как тот, кто знал зачем он тут. Я держала маленькую сумку в руках и старалась не думать о том, что такие вечера никогда не бывают просто встречами.

– Селеста, – голос матери, был, как никогда спокойным, но с изнанкой. – Будь внимательнее.

– Я как никогда внимательна, мама, – я чуть усмехнулась поправляя волосы.

Мы вошли внутрь.Здесь не было резких теней, громких звуков – только выверенная тишина. Девушка-официант провела нас к столику, три мужских фигуры и одна женская. Я сделала глубокий вдох-выдох и встала рядом с мамой.

Семья Маклин.

Они не нуждались в представлении. В этом мире их имя было почти архитектурой – основной, на которой держался целый спортивный сегмент.

– Хартманы, – произнес Натаниэль Маклин, указывая рукой нашей семье на диванчик напротив.

Я заметила, как официантка, остановилась чуть в стороне и боролась с внутренним конфликтом, не решаясь подойти, но не имея права уйти.

Мой отец шагнул чуть вперед, рукопожатие было коротким, но уверенным.

– Рад вас видеть здесь, – сказал папа. – Место действительно выбрано идеально.

– Мы стараемся соответствовать, – ответила мама Винсента с легкой улыбкой.

Она смотрела на меня дольше, чем на остальных и произнесла в пол голоса.

– Селеста, верно?

– Да.

– Я Эвелин Маклин, – представилась она мягко. – Надеюсь, вам тут понравится.

Когда мы присели, разговор начала почти сразу – как продолжение уже начатых сделок.

– Мы решили, что сейчас идеальный момент для расширения медийного присутствия.

Мой отец кивнул.

– У спорта сейчас совершенно другое лицо, – Натаниэль продержал паузу. – Люди хотят видеть не только победы, но и процесс.

– И ошибки, – вдруг добавил Винсент.

Я подняла взгляд и мы пересеклись. Он смотрел прямо на меня, будто моя реакция волновала больше всего разговора.

– Ошибки всегда интереснее побед, – ответила я.

Эвелин улыбнулась уголком губ.

– Особенно, если кто-то умеет подавать.

– Главное, чтобы «правильно» не превратилось в «выгодно» – это Дамиан, он же старший брат Винсента, вальяжно откинулся на спинке стула.

– В нашем деле это почти одно и тоже, Дамиан, – произнес Натаниэль.

Внутри что-то неприятно сжималось и коло, после этого взгляда, как у хищника. Он изучал, оценивал, но будто далеко не в благих целях.

– Селеста будет работать с нами внутри клуба, – произнес отец Винсента и взял бокал с шампанским. – Полный доступ к тренировкам, выездам и закулисье Apex.

– Значит теперь за мной и моей командой будет слежка, – он не сказал, он выплюнул эти слова.

– Никто не будет лезть в личную жизнь гонщиков, лишь трасса и то, что касается клуба, – поправила его Эвелин.

В воздухе повисло, то самое молчание, которое не было неловким – скорее выжидающим.

Дамиан слегка отодвинул бокал и взглянул на рядом сидящего брата.

– Она не выглядит, как человек, который будет «следить».

– А как кто она выглядит? Как журналистка, которая найдет возможность зайти в мою раздевалку? – хмыкнул Маклин младший.

– Прекрати, Винсент, – отчеканил его отец, но все еще сохранял ту нотку спокойствия.

– Как человек, который все равно напишет правду, даже, если она будет неудобной, Винс, – устало, но по доброму произнес Дамиан.

Я чувствовала внутри напряжение, которое никак меня не покидало, легкая дрожь пальцев и сбивающиеся дыхание.

Разговор за столом постепенно перетекал в непросто обсуждение проекта. Он стал чем-то похожим на тонкую линию по которой все ходили уверенно, но знали, что под ногами обрыв.

– Вы хотите, чтобы я был частью контента, – он взглянул на своего отца. – Или спортсменом в конце концов?

– Винсент, – Эвелин чуть склонила голову, но он не отводил взгляд от своего отца.

– Все время, пока она будет в этом проект, все что будет на трассе, будет и в интернете, – он воздержался, но тут же продолжил. – И это вы называете документалистикой?

Я сделала глоток и посмотрела на Дамиана, который сидел слишком спокойно для такой перепалки. Что он пьет, что эта ситуация совсем не бьет по нему?

– Это контроль на который я подпись не ставил, – он отодвинул стул и металл тихо скрипнул по полу.

Он встал и направился к выходу из ресторана, я смотрела ему в спину и думала, думала, думала... Комочек внутри меня наконец-то разжался и я тихо выдохнула.

Мы просидели еще около полутора часа обсуждая дальнейшие действия и мое главное участие в этом проекте. Дамиан не был таким холодным, как Винсент, наоборот, он подсказывал и объяснял. А после кивка в сторону двери я направилась за ним.

Прохладный ветер бил о мои открытые плечи, я обняла себя и начала всматриваться в большую фигуру перед собой. От Маклина старшего веяло добротой и теплой помощью, а не холодом и негативом. Он оказался более приятным собеседником, чем младший.

– Винсент, не всегда такой, – вдруг произнес Дамиан. – Просто, не любит, когда его тревожат по ненужным вещам.

– Он же светится в медиа, – я перевела взгляд на освещенную улочку. – Ведет аккаунты в социальных сетях, ходит на интервью и прочие засветы в сети.

– Винсент уходит от того о чем не хочет говорить, а тут ты, – он не просто смотрел, будто сканировал. – Хорошенькая и явно умная, ты не будешь вырезать то, что случайно попало на камеру.

– Я выкладываю правду, Дамиан, – снова уставилась на него, заглядывая в эти карие глаза.

– В этом и дело, Селеста, – Маклин сунул руку в карман брюк и достал телефон, точечным движением проводя по экрану и отвечая на вызов.

Я не вдавалась в подробности, не подслушивала, лишь прикидывала и думала о том, как мне быть дальше, как мне сделать проект не просто записью, а новостью, которая поглотит интернет за считаные часы.

– Да, Винсент, я еду, – я обернулась услышав имя и поймала взгляд Дамиана.

– Мне нужно ехать, скажи родителям, что я поеду сразу к себе, – он стал намного серьезнее, чем был ранее. – Не вешай нос, Селеста.

– Я никогда его не вешаю, – ухмыльнувшись я дернула дверь ресторана и всмотрелась чуть дольше в подмигнувшего Дамиана.

Я шла вдоль столиков, но дойдя до своего, на удивление родителей там не было, я окинула взглядом помещение, но ничего совсем похожего на их силуэты не заметила.

– Селеста, милая, мама отошла в уборную, а отец в машину за документами, присаживайся, – Эвелин выглядела шикарно вместе со своей голивудской улыбкой.

– Винсент не всегда такой, – вдруг начал Натаниэль.

Не дождавшись продолжения, я перебила.

– Я знаю, все мы люди и со всеми бывает.

– А где Дамиан? – поинтересовалась миссис Маклин.

– Он сказал, что ему срочно нужно уехать, – я не вдалась в подробности о звонке и о том, кто ему позвонил.

– Лишь бы Винсент ничего не натворил, как вчера, – Натаниэль сделал глоток из бокала и сел в более расслабленную позу.

– Все будет хорошо, я уверена, Маклин младший не глупый маленький мальчик, – о чем я вообще говорю? Это его родители, они знают его лучше меня.

Наше молчание разорвал приход моих родителей, они сливались вместе, как два моря в один большой океан.

– Документы, Натаниэль, – папа протянул черную папку в руки мужчины. – Вся документация там.

– Спасибо, Джонатан, я посмотрю все дома, – он встал для рукопожатия.

Я встала и подошла ближе к маме, она при обняла меня за талию и склонилась к моему уху.

– Устала сильно? – ее голос был, как никогда нежен со мной.

– Немного, но все нормально.

Ко мне подошла Эвелин и раскинула руки для прощания. Еще никогда в моей памяти бизнес партнеры родителей не были ко мне так добры, как Эвелин.

– Селеста, ты такая красивая, – он немного прищурилась. – Если захочешь сменить журналистику на модельный, то обязательно звони!

– Хорошо, Миссис Эвелин.

Я взглянула на папу прощающегося, но продолжающегося о чем-то беседовать.

– До свидания, Мистер Натаниэль, – я пожала руку. – Была рада знакомству.

– До встречи, Селеста.

Мы сели в машину и меня тут же начало клонить в сон, огоньки зданий за темным стеклом пролетали слишком быстро, я не успевала всматриваться.

Редкие пальмы мелькали в темноте, а океан где-то совсем рядом растворялся в черном горизонте. В машине было тихо и спокойно, только маленький шум работающего кондиционера и мягкая музыка, которая была включена почти на минимум.

Но мысли не останавливались, они были все еще там, в том ресторане, за тем столом, на его лице.

На том моменте, как Маклин покинул ресторан, будто это было обыденностью, а не нарушением этикета. Не злость, не грубость, лишь усталость в его глазах.

Я раздраженно выдохнула и отвернулась к окну, продолжая разглядывать пейзажи. Это не должно меня волновать, я же не собиралась рыть под него.

Знание таких людей выло изнутри. Они выросшие в дорогих домах, среди контрактов, в сшитых на заказ костюмах, в месте, где репутация решала все. Людей, которых учили выглядеть всегда с иголочки, внутри порой разваливались.

Когда мы подъехали к дому, ворота автоматически открылись, впуская яркие фары внутрь мало освещенного двора. Обычно дом меня успокаивал – место где я могла спрятаться, лишь там внутренняя тревога давала трещину на отступление.

Я сняла каблуки еще в коридоре, ощущая, как холодный пол касается ступней. В голове все еще прокручивались обрывки его фраз и наши взгляды. Я схватилась за перило у лестницы и прикрыла глаза на долю секунды. Почему я думаю о нем прямо сейчас?

Моя комната встретила привычной тишиной. Свет полной луны падал на край моей застеленной постели. Где-то в углу не переставая работать совсем тихо звучал диффузор с запахом сандала и белого чая, я почти не обратила своего внимания.

Я медленно подошла к настенному белому зеркалу снимая по пути серьги. Тонкий металл ударился о стеклянную поверхность туалетного столика, следом кольца и браслет.

Скинув платье на мягкое кресло, я переоделась в свою пижаму, которая пахла ванилью, что дарила тепло. Тэсса, одна из наших дом работниц занесла мне горячий черный чай, не крепкий и с маленькой долькой лимона.

Выйдя на балкон воздух был необычайно теплым, без той дневной духоты. Рядом на столике лежал мой телефон к которому за весь вечер я даже не прикоснулась. На экране всплыло уведомление.

«Винсент Маклин был замечен у ресторана Вальконе с семьей»

Я тихо ухмыльнулась и преподнесла кружку к губам. В этом звездном мире, любая эмоция превращалась в заголовок быстрее, чем человек успевал ее почувствовать.

Сев на переплетенный стул, я поставила чашку на стол и взяла телефон руки. Открыла статью всего на пару секунд, но мне не хотелось читать чужую версию того вечера, ведь я видела настоящую. Отключив телефон я прикрыла створку двери на балкон и вернулась в комнату.

Привычка смотреть на людей профессионально, отстраненно, искать детали, слабые места, эмоции, превращать все это в записи с Винсентом пропала. Дистанция, которую я выстраивала со всеми долгое время, вдруг начинала рушиться.

Я легла в теплую постель и укрылась одеялом, великий сон и новый день. Мне осталось дождаться понедельника, чтобы приступить к новому совместному проекту, но руки уже начинали дрожать, последние три дня в университете.

– Спи, Селеста, спи, – тихонько шептала я себе.

Подробности, даты выхода новых глав, герои в тгк: @ CelineMork