Глава 3

Селеста

Камеры любили фамилию Маклин, но любил ли их Винсент?

Я медленно шла вниз по дубовым ступенькам, теребя в руках край шелковой пижамы. Дом уже жил своей жизнью. Наверху работал персонал, на кухне гремела посуда и были слышны голоса.

Отец сидел во главе стола, что-то печатая на ноутбуке, держа в руках чашку с явно остывающим кофе. Даже дома он выглядел так, будто через пару минут должен подписывать многомиллионный контракт. На нем была белая, идеально выглаженная рубашка, расстегнутая на пару пуговиц у горла.

Мама сидела рядом в своем излюбленном белом костюме, перебирая в руках какие-то документы и ставя подписи. Рядом лежал ее телефон, который, каждый раз поблескивал от новых уведомлений. Даже сидя дома мои родители продолжали работать.

– Доброе утро, – тихо произнесла я и двинула стул.

Мама сразу же подняла на меня свой взгляд и мягко улыбнулась, отодвигая стопку бумаг в сторону.

– Доброе, Селеста. Ты сегодня рано

– Просто не спалось, мам, – я присела на стул в ожидании своего завтра.

Одна из работниц тут же оказалась рядом и поставила передо мной тарелку с круассаном и карамельный латте. От чашки поднимался теплый, сладковатый запах, смешиваясь с ароматом свежей выпечки и кофе.

Внутри, было странно тяжело ощущение. Будто груз весом в несколько тонн давил на мои органы, не давая покоя.

Отец отодвинул свою работу и взглянул на меня.

– Сегодня ты едешь в Апекс, не как студентка, Селеста, – он вернул чашку на блюдце и послышался тихий, едва уловимый звон.

– Я помню, пап, – я не начинала есть под этим тяжелым взглядом, к горлу подходил тяжелый ком.

– Нет, – спокойно продолжил он. – Ты представляешь нашу компанию. Это большая разница.

В их «мире» всегда существовала разница между «дочерью» и «наследницей».

Я сделала глоток кофе, чувствуя, как теплый напиток обжигал мое горло.

– Это просто пресс-конференция, – во взгляде отца была уверенность и доверие, но он не спешил это показывать

– Для остальных – да, – вдруг вмешалась мама. – Для тебя, показать себя внутри Апекс, – она продолжила разборку документов. – Натаниэль доверил нам очень много.

– Вы же знаете, что я умею работать, – я перевела взгляд к окну.

– Ты – умеешь, но причина в другом, – мягче произнес отец. – Винсент сложный человек.

Я совсем тихо усмехнулась. Сложный – легко сказано для того, кто смотрел на весь мир, будто ненавидел каждого вокруг.

– Он просто не любит журналистов, – не успев поработать со мной, он уже успел возненавидеть.

– Он не любит людей, которые пытаются залезть в его голову, – поправила мама и я посмотрела на нее.

После завтрака я поднялась к себе, чтобы собраться. В комнате витал прохладный воздух, а тонкая тюль, то и дело подрагивала от открытого окна.

Открыв шкаф и уперев руки в бедра, я начала оглядывать гардероб. Сегодня будет не просто студентка. Сегодня будет журналистка от Aurevia Media и никакой Маклин не создаст мне проблем.

В конечном итоге я остановилась на черных брюках, молочном топе и такого же оттенка приталенном жакете. Волосы оставила распущенными, лишь несколько раз провела расческой, выпрямляя длину.

Несколько украшений из той же маминой шкатулки сверкали на мне, словно маленькие звезды. Макияж был спокойным и нежным, лишь подчеркивая красоту.

Попрощавшись с родителями и выходя на улицу я увидела, что Нэлиус уже ожидал меня у ворот. Пасмурное небо затянулось над всем городом. Для Сан-Диего это было необычайной редкостью. Пальмы качались от ветра, а воздух пах дождем и океаном.

Машина плавно двигалась по еще сухому асфальту, пока я смотрела в окно стараясь сосредоточиться над предстоящей работой.

Телефон лежащий на коленях вдруг вспыхнул.«Маклин младший впервые появится перед прессой после громкого скандала»

Я тяжело вздохнула, открывая папку с вопросами и документами, быстро бегая по строчками глазами. 

Чем ближе мы подъезжали к Apex, тем сильнее нарастало волнение внутри меня. Я достала бутылку воды, которую Нэлиус всегда возил для таких случаев и сделала глоток.

«Селеста, это всего конференция.» кричал голос внутри, но я не могла сконцентрироваться, нервно кусая нижнюю губу.

Большое здание виднелось из далека. Темное стекло, графитовый металл, гигантский серебряный логотип и колонна дорогих автомобилей.

Я вышла из машины и поправила пресс карту на шее. Кто-то оборачивался на звук хлопка двери, кто-то продолжал гипнотизировать дверь.

Большой просторный холл Apex заливался жгучим белым светом. Где-то наверху сотрудники продолжали работать не обращая внимание на толпу журналистов в холле. На стеклах появлялись маленькие капли моросившего дождя, а солнце пряталось в темных тучах.

– Я думал ты не придешь, Селеста, – раздался голос со стороны и я сразу его узнала.

Дамиан. Это был он.

Я обернулась и мы встретились взглядами. Он выглядел так же собранно, как в тот вечер. Белая рубашка, черный пиджак и брюки с выглаженными стрелками.

– Я тут работаю, – голос был немного нервным и читая по глазам собеседника он все понимал.

– Тогда добро пожаловать в цирк, Хартман, – он хмыкнул и потер переносицу двумя пальцами.

– Не огорчай меня раньше времени, – с лживой тоской произнесла я. – Все настолько плохо, Дамиан?

– Селеста, ты не можешь представить насколько, – Маклин сунул руки в карманы и повернул голову в сторону, оглядывая журналистов и операторов.

Он собирался сказать, что-то еще, но шум толпы в разы увеличился и я повернулась в ту же сторону.

Камеры начали двигаться в одну точку. Журналисты оживились, что-то выкрикивая и я понимала к чему шло дело. Винсент.

Конференция проходила в большом зале, с таким же ярким светом и вспышками камер. На столах журналистов стояло по несколько бутылок воды и запасные ручки.

Когда в помещение зашел он, камеры разом издали громкий щелчок, указывая на появление золотого мальчика.

Он сел за вытянутый по горизонтали белый стол в одной из кофт своего спонсора и заметно уставшим видом. Винсент положил руки на стол и оглядел сидящих журналистов перед ним.

В какой-то момент мы пересеклись взглядами и внутри все неприятно дрогнуло. Этот взгляд похожий на оскал, был пробирающим до дрожжи. Он заострил свое внимание на мне, слишком долго, будто не мог оттаять.

Винсент отвечал спокойно, даже слишком, никак не реагируя на провокации. Но я видела, как напрягается его челюсть, как он сжимал руки в замке.

А потом один из журналистов резко произнес:

– Правда, что у вас проблемы с контролем агрессии?

Тишина обрушилась на весь зал, так, что было слышно чужое сердцебиение под толстой тканью пиджака. Маклин устало разомкнул замок, а следом молчание.

– Нет, – с явным холодом произнес Винсент. – Проблемы только с людьми, которые думают, что знают куда лезут. Могу оспорить в суде.

Он и не повел бровью отвечая на столь каверзный вопрос. Но напряжение стало почти физическим.

Когда дошла очередь до меня, я все равно задала тот вопрос, который совсем не планировала.

– Что тяжелее, Винсент... оправдывать ожидания других или собственные?

Весь зал затих моментально. Не было слышно даже вылетающих птичек из камер. На секунду меня взяли сомнения, что он и вовсе не ответит на мой вопрос.

– Когда ты оправдываешь чужие, то про собственные забываешь, – Маклин пожирал меня своим взглядом не отвлекаясь ни на секунду.

И почему-то именно после этих слов внутри меня что-то изменилось.

Конференция продолжалась, вопросы лились рекой, журналисты, что-то быстро записывали и ставили метки. Камеры продолжали щелкать, каждые пару секунд, будто у этого человека вообще могли быть плохие кадры.

Я не испытывала жалость, это было совершенно другое чувство, но я не могла ни назвать, ни описать, то что творилось внутри меня.

Новые расспросы про спонсоров, следующий сезон – чемпионат мира. Вот только я знала, что он не выкинул тот вопрос из головы, так же быстро, как прошлые. Я спросила то, что по настоящему дало право задуматься.

Все закончилось через двадцать минут, но корреспонденты не спешили расходиться. Кто-то обсуждал услышанное и делал срочные подводки к новостям, операторы сворачивали технику. А сотрудники Apex уводили Винсента в сторону закрытого коридора.

Я медленно собрала листы в одну папку и зацепила тонкой лентой край. Обернувшись я увидела Дамиана дышащего мне в затылок.

– Ты лезешь туда куда не следует, Хартман, – он прошелся языком по нижней губе и на его лице появилась ухмылка.

– Разве это плохо для журналистки? – я повернулась к нему полностью и взяла папку в кольцо своих рук, прижимая к груди.

– Для журналиста может и нет, но для Винсента... – Дамиан не договорил, но ведь была такая возможность? Он просто не захотел произносить, то что и так было понятно?

– Он выглядит так, будто ненавидит все это, – тяжелый выдох, больше похожий на хрип, вышел из моих легких.

– Так и есть, Селеста, – Маклин снова засунул руки в карманы своих брюк.

– Так для чего он продолжает это делать? – Глупый вопрос? Но именно он не давал мне покоя. – У него уже есть спонсоры и власть.

Дамиан ответил не сразу, я видела, как он кусал щеку изнутри раздумывая над ответом, но все же произнес:

– Когда тебе с шестнадцати лет говорят, что ты чемпион мира, то перестаешь замечать где твои собственные желания.

Он собирался уйти, но отойдя всего на несколько метров бросил не оборачиваясь.

– Не лезь в это, Селеста, затянет и не успеешь ахнуть.

– Я не собиралась этого делать, Маклин, – внутри что-то неприятно кольнуло и я уставилась на дверь где только, что скрылся широкоплечий мужчина.

Медленно подняв сумку со стула я направилась к двери, чтобы покинуть это помещение, что вызывало во мне странно чувство. Будто кошки скребли и выли внутри меня, но я не понимала причину своего состояния.

Сейчас в голове крутилась, лишь одна фраза сделавшая этот день необычайным.

«Когда ты оправдываешь чужие, то про собственные забываешь»

Я вышла из зала в длинный коридор Apex, где было заметно тише, только редкий звук моторов был слышен в удалении. Этот звук будет со мной еще не мало времени.

Я шла медленно, смотря через панорамное стекло на трассу, пока не послышались шаги и голос сзади.

– Ты всегда задаешь такие вопросы? – Маклин младший. Винсент. Его голос был томным и тяжелым, будто он был без сна несколько суток.

Винсент стоял в нескольких шагах от меня, засунув руки в карманы джинс. Вблизи он выглядел еще более уставшим, не таким, как на камере или в зале, всего в несколько метрах.

– Я задаю то, что меня интересует в первую очередь, – спокойно ответила я и глядела на него так, будто сканировала.

– Значит, выгляжу я ужасно, – Винсент протер лицо рукой и снова взглянул на меня.

– Ты думал, что некоторых журналистов интересуют только громкие заголовки? – он за кого меня принимал, черт возьми? Думал, я буду бегать и умолять рассказать мне про драку в ярких красках? Меня интересовало совершенно другое.

Несколько секунд он просто молчал и я заметила, как его взгляд зацепился на декольте моего топа. Но он продолжил оглядывать меня кусая щеку изнутри так же, как его старший брат. Я чувствовала себя некомфортно под этим оцениваем.

Он пытался меня понять, так же, как и я его всего пятнадцать минут назад в том самом зале среди камер и кучки журналюг.

– И что, Селеста Хартман, – он чуть склонил голову. – У тебя получилось меня прочитать?

– Нет, – едва заметно улыбнувшись.

– Есть опасная привычка у журналистов, – он сделал несколько шагов в мою сторону и я стала прижата к панорамному окну сзади меня. – Они пытаются найти в людях что-то настоящее.

Винсент почти шептал мне на ухо.

А потом развернулся и двинулся вдаль коридора, будто ничего и не было, я осталась стоять в легком оцепенении еще несколько секунд.

Эта история становится намного сложнее, чем должна была быть по ощущениям.

Я поспешила к выхожу из здания Apex. Мне был необходим свежий воздух, даже, если на улице был проливной дождь. Я выскочила за дверь попадая под тяжелые капли, едва не запутавшись в собственных ногах.

В дали показалась черная машина и я двинулась вперед на встречу, промокая насквозь.

Волосы были намочены на половину, а жакет отображал на себе капли дождя. В автомобиле было тепло и как всегда вкусно пахнуло дорогими духами и чистотой.

– Как прошла пресс-конференция, Селеста? – спросил Нэлиус выезжая за территорию клуба.

– Все отлично, – я положила тетрадь на сиденье рядом и обхватила себя руками.

– Я старался приехать вовремя, но как вижу Вы промокли, – я заметила его взгляд в зеркале и отрицательно покачала головой.

– Просто спешила на свежий воздух, – припав макушкой к тонированному стеклу я закрыла глаза.

Заезжая на территорию дома, мой сон резко пропал и я вернулась в горящую реальность. Попрощавшись с Нэлиусом я поспешила в дом, прикрывая голову пластиковой папкой.

В особняке стояла тишина, не было слышно бегающих пальцев по клавишам, звука пишущей ручки на бумагах, что означало одно. Родители уехали на работу сразу после меня и встретить меня тоже никто не решился.

Теплый, почти огненный душ, смывал душащую тяжесть этого дня. Я вышла из ванной вытирая волосы банным полотенцем и присела на кровать, встряхивая головой.

Не успела открыть ноутбук, как тут же поступил входящий вызов от Айлы. Я тыкнула на клавишу и передо мной всплыло окно, с жующей подругой.

– Привет, Айла, – я капнула масло на левую руку и бережно начала наносить на волосы.

– М, привет, Селеста, – она выглядела очень смешной с набитым ртом, – Я хотела спросить, ну, э, как все прошло?

– Не подавись, Айла! – Воскликнула я и тут же залилась ярким смехом.

Обычно я не отвечала сразу, ведь делала домашку, дописывая все до последней строчки или писала статью. У Айлы явно был расчет, что я не возьму трубку сразу.

– Я поговорила с Дамианом и лично с Винсентом, – я повернула ноутбук и устроилась удобнее. – Знаешь, когда я там сидела, по мне будто холодок ходил.

– Ну конечно, перед тобой Маклин сидит и сзади еще куча журналюг, – наконец прожевав произнесла Айла. – Там не только холодок будет ходить.

На первом этаже раздался хлопок входной двери и голос прислуги. Я скинула звонок с Айлой и поспешила на первый этаж, по пути поправляя края синего топа.

– Селеста, как прошел твой день? – Папа с теплой улыбкой присел за стол и взглянул на меня.

– Я волновалась, но все же задала вопрос, – в голове монотонно крутился его ответ. – Чуть позже начну редакцию над статьей.

– Умница, доченька, – он встал со стула и раскинул руки в стороны. Я тут же помчалась к нему, как маленькая девочка, что получила хорошую отметку в школе. – Я горжусь тобой, Селеста.

Я стояла в его объятиях не отпуская, это просто действие, но такое чувственное и важное для меня.

Мама вернулась чуть позже, но завезла мне букет белых лилий, рисуя на моих стеклянных глазах капли слез.

Мы ужинали в той привычной домашней обстановке, но все ощущалось иначе. Не просто тепло, что-то новое зарождалось внутри меня.

– Селеста, начни редакцию завтра, – мама опустила вилку, оставляя кончик на конце тарелки. – День был тяжелым.

– Я пойду в свою комнату, и правда вымоталась за день, – отец лишь кивнул и я направилась к лестнице.

Совсем скоро мой первый день в Apex, как члена медиа-компании. Сердце начинало биться сильнее.

Подробности, новые главы, герои в тгк: @CelineMork