Глава 7

   Харрисон

   Я смотрю на ярко освещенный ресторан перед собой и колеблюсь. Желудок сжимается, и я испытываю странное чувство. Кожа словно натянута и покалывает статическим электричеством. Я поднимаю взгляд на быстро темнеющее небо и вижу, как по зловещим черным тучам пробегает вспышка молнии. Надвигается гроза, и очень сильная. Ветер немного ослаб, он уже не такой штормовой, как в начале дня, но его все равно достаточно, чтобы трепать мою аккуратную одежду и толкать тело, заставляя меня слегка покачиваться.

   Мне следовало сказать «нет».

   Я снова переключаю внимание на ресторан. Из-за погоды я опоздал на несколько минут, и предполагаю, что они уже пришли. На самом деле, я уверен, что могу разглядеть дикую копну вьющихся волос Тристана, он стоит у барной стойки с красивым высоким светловолосым мужчиной.

   Я не знаю, почему чувствую себя так не в своей тарелке. Это правда, я не особо общительный. Мне не нравится иметь дело с людьми. Некоторых я могу терпеть, но незнакомцы мне неприятны.

   Я чувствую, как магия гудит в венах, и обнаруживаю, что сжимаю кулаки по бокам. Людей так легко читать. Я стараюсь отгородиться от них, насколько это возможно, но большинство из них похожи на огромные мигающие неоновые рекламные щиты. Каждая мысль и желание транслируются в HD-качестве. У меня от этого голова болит.

   Тристан не такой. Я вообще не могу его прочитать. Это должно заставлять меня нервничать, но все происходит с точностью до наоборот. В нем есть что-то успокаивающее. Как прохладное прикосновение к разгоряченному лбу.

   Может, поэтому я согласился. Может, поэтому я помог ему на прошлой неделе и даже не взял денег за свои услуги. Думаю, мне придется потерпеть его парня несколько часов. Надеюсь, он не будет слишком громким, и я не имею в виду тон его голоса. Я нахожу, что большинство людей транслируют каждую маленькую мысль и чувство, и это как будто они постоянно кричат ​​на меня. Поэтому я предпочитаю одиночество. Именно поэтому я никогда не вступал в шабаш - не так уж много их теперь существует, во всяком случае, настоящих.

   Нас, ведьм, рожденных с истинной магией, осталось так мало. На самом деле, я никогда не встречал ни одной, а я искал. Я часто задаюсь вопросом, не один ли я такой.

   Выбросив из головы эту мрачную мысль, я поднимаю глаза, когда первые крупные капли дождя начинают падать, стуча по тротуару по обе стороны от меня. Сгорбившись, я делаю шаг вперед и берусь за дверную ручку, проталкиваясь внутрь, когда небеса разверзаются.

   Уровень психического шума обрушивается на меня как кирпич, вызывая легкое головокружение и подавляя чувства. Я сую руку в карман своего темного пальто и обхватываю кулаком кристалл, который храню там. Я чувствую, как он теплеет и пульсирует на моей изогнутой ладони, и на меня накатывает волна спокойствия. Этого недостаточно, чтобы отгородиться от всего, но оно переходит на более управляемый уровень.

   Это была плохая идея.

   Я уже собираюсь развернуться и выйти обратно за дверь, когда Тристан замечает меня, машет рукой с таким энтузиазмом, что чуть не бьет своего партнера по лицу, но, похоже, привыкший к Тристану, он легко уклоняется и улыбается, посмеиваясь про себя.

   Тристан широко улыбается и выглядит таким счастливым, что я не могу заставить себя уйти. Выдавив из себя неловкую улыбку, которая, вероятно, больше похожа на гримасу боли, я направляюсь к ним.

   – Харрисон, привет! – Тристан приветствует меня, когда я приближаюсь.

   – Привет, – отвечаю я, чувствуя себя неловко.

   – Это Дэнни. – Он обхватывает руку своего парня, словно не может не прикоснуться к нему. – Дэнни, это Харрисон.

   – Очень приятно, – говорит он, наклоняясь вперед и предлагая свою руку.

   Я сопротивляюсь желанию съежиться, прикосновение к кому-то обычно усиливает связь, и я избегаю этого, если могу, но Тристан выглядит таким довольным, а у Дэнни такое милое приветливое выражение лица, что я не хочу обидеть ни одного из них, что странно, потому что обычно мне все равно.

   Протянув руку, я быстро пожимаю ее, но вместо того, чтобы поддаться потоку запутанных и часто тревожных образов и чувств, меня охватывает... волна спокойствия. Я с любопытством смотрю на Дэнни и позволяю себе читать его. То, что я получаю, удивляет меня. Он просто излучает комфорт и легкость. В нем есть доброта, врожденное чувство справедливости, но больше всего - любовь. Когда он смотрит на Тристана, то светится от этого.

   Аргх, у меня такое чувство, что они точно идеальная пара.

   – Эм, мы должны кое в чем признаться, – немного смущенно говорит Тристан. – Мы с Дэнни... ну, произошло небольшое недопонимание, и, скажем так, мы, возможно, совершили небольшой промах.

   Я чувствую, как мое лицо превращается в лицо отдыхающей сучки, и ничего не могу с этим поделать. Мой желудок подпрыгивает и начинает завязываться узлом от мысли, что он собирается на меня обрушить.

   – Когда я пригласил тебя сегодня на ужин, я не знал, что Дэнни также пригласил своего друга Сэма.

   Я ничего не говорю, продолжая смотреть на него.

   – Это не подстава, не двойное свидание или что-то в этом роде. Боже, я даже не знаю, что тебе нравится. Я бы никогда не стал подстраивать кому-то свидание вслепую. Я просто не хочу, чтобы ты думал... то есть...

   – Трис хочет сказать, - мягко перебивает Дэнни и ободряюще улыбается Тристану. – Мы нечаянно забронировали двойную встречу, но я надеюсь, что ты не будешь возражать. Сэм - хороший парень. Он только недавно переехал в Лондон из Лидса, и сегодня у него день рождения. Я не хотел, чтобы он проводил его в одиночестве, а он упрямая задница.

   – Упрямая задница? – Глубокий голос с нотками юмора раздается позади меня. – Похоже, ты говоришь обо мне.

   Я оборачиваюсь и резко вдыхаю. Он весь такой сексуальный и растрепанный, его рубашка под распахнутым плащом слегка помята, воротник небрежно расстегнут, а галстук ослаблен. Его руки небрежно засунуты в карманы, а лохматые черные волосы выглядят так, словно он постоянно проводит по ним пальцами. На челюсти темная щетина, а от уголка глаза по щеке тянется шрам. А вот глаза такие темные, что почти не видно зрачков.

   Он великолепен.

   Я испытываю шок, когда низкий гул возбуждения проносится по моим венам, согревая кровь и вызывая румянец на коже. Я подозревал, что, скорее всего, гей. Женщины меня вообще не интересовали, в то время как мужчины всегда казались мне объективно привлекательными, но я никогда не чувствовал тяги к кому-то конкретному. Я думал, может быть, я асексуал, потому что меня никогда не интересовал секс. Но этот мужчина передо мной сейчас нажимает на кнопки, о которых я даже не подозревал.

   – Сэм, – усмехается Дэнни. – Это Харрисон, Харрисон, это Сэм.

   – Приятно познакомиться, Харрисон. – Он берет меня за руку, и я слишком взволнован, чтобы сделать что-то еще, кроме как позволить ему.

   Черт возьми, даже его голос — низкий сексуальный хрип, который бьет где-то к югу от моего живота. Темные глаза пробегают по моему лицу, задерживаются на губах, а затем спускаются к горлу, и я с трудом сглатываю.

   – Я всегда питал слабость к веснушкам, – бормочет он, легкая улыбка изгибает уголок его рта, и впервые в жизни мне хочется наклониться вперед и прижаться губами к чужим губам, чтобы проверить, вкусны ли его губы, проверить, такие ли они мягкие и манящие, как выглядят.

   Я настолько околдован этим мужчиной, что не сразу понимаю, что он держит меня за руку, а я ничего не чувствую от него. Мой взгляд падает на наши руки, а затем на его лицо. Я вообще ничего от него не чувствую. Он как Тристан - пустая пустота. Только с Тристаном она прохладная и успокаивающая, желанная передышка от хаотичных мыслей других, а с Сэмом она трещит и искрится электрическим током. В моей голове звенят тревожные колокольчики, и я чувствую, как мой позвоночник напрягается, когда я вырываю свою руку из его.

   – О, кажется, наш столик готов, – перебивает Тристан, но когда его взгляд останавливается на мне, он хмурит брови. – С тобой все в порядке, Харрисон? Ты выглядишь сильно покрасневшим. Здесь немного жарко. Может, тебе нужно выпить?

   – Нет, я... – Я качаю головой. Ищу самый быстрый выход из этого места подальше от этой троицы странных мужчин. – Я не должен...

   – Пожалуйста, останься, – мягко говорит Тристан, видя, как я смотрю на дверь.

   – Тристан, – хмыкает Сэм, продолжая наблюдать за мной. – Почему бы вам с Дэнни не пойти и не присесть. Дадите нам минутку?

   Взгляд Тристана вопросительно обращается ко мне, и я резко киваю, чувствуя, как мои волосы встают дыбом под пристальным взглядом Сэма.

   Я наблюдаю, как Дэнни берет Тристана за руку, и официантка ведет их в ресторан. Я оборачиваюсь к Сэму, и на мгновение мы замираем в молчании.

   – Я заставляю тебя нервничать, – наконец говорит он, и я хочу, чтобы он вообще замолчал, потому что этот его гребаный голос идет прямо к моему члену, который, кажется, внезапно очнулся от двадцатилетней комы.

   – Может, ты мне просто не нравишься, – сухо говорю я.

   Его губы кривятся в усмешке, прежде чем он издает легкий вздох.

   – Послушай, я не хочу причинять тебе неудобства, что, по некоторым причинам, мне кажется, и происходит. Это из-за шрама?

   – Нет. – Я хмурюсь. – Почему это должно вызывать у меня дискомфорт?

   Он пожимает плечами.

   – Некоторые люди реагируют на него и делают предположения о том, кто я, какой я человек.

   – Люди - идиоты.

   – Чаще всего. – Он широко улыбается, и на секунду я чувствую себя слегка пришибленно и теряю равновесие, будто земля уходит у меня из-под ног. – Но ведь такова природа человека, не так ли? Вопиющая глупость. Это то, что делает нас такими привлекательными.

   Я тихонько хмыкаю, почти забавляясь.

   – Послушай, – искренне говорит он. – Как я уже сказал, я не хочу причинять тебе неудобства. Ты рассчитывал провести вечер с Дэнни и Тристаном, так что я просто скажу им, что мне позвонили по работе.

   – В такое время? – спрашиваю я, не удержавшись.

   – У меня необычный график работы. – Он снова пожимает плечами и внимательно изучает мое лицо. – Приятно было познакомиться, Харрисон. – То, как он произносит мое имя, звучит как-то многозначительно. – Не мог бы ты передать Дэнни, что мне очень жаль и что я заглажу свою вину на следующей неделе.

   Я смотрю, как он поворачивается к двери, несмотря на то, что дождь яростно стучит в окна. Ради всего святого, почему он должен был быть таким милым? Почему он не мог просто быть засранцем, неужели я слишком многого прошу? Теперь моя совесть взяла меня за горло и готова сразить меня таким приемом, которым мог бы гордиться Скала.

   – Подожди, – выпаливаю я, и он оборачивается. – Останься, все в порядке. Я просто... – Я качаю головой, не находя слов.

   – Просто?

   – Я не умею общаться с людьми, – признаю я, краснея. – Мне не хватает навыков и терпения, но ты не должен пропускать ужин с друзьями из-за меня.

   – На самом деле, это первый раз, когда я по-настоящему встречаюсь с Тристаном, – признается Сэм.

   – Как и я, – бормочу я.

   – Правда? – Он слегка наклоняет голову, наблюдая за мной.

   – Я помог ему... кое с чем. – Я колеблюсь, не то чтобы это большой секрет, что я ведьма, но я знаю, что большинство людей не верят, что это реально. – В общем, он вбил себе в голову, что хочет меня отблагодарить. Я пытался сказать ему, что в этом нет необходимости, но теперь, кажется, он решил, что хочет подружиться со мной, и, похоже, не собирается принимать отказ.

   Сэм усмехается.

   – Я знал, что он мне понравится. Он действительно кажется тем типом, который убивает добротой. Они с Дэнни идеально подходят друг другу, судя по тому, что я видел до сих пор.

   – Тошно, не правда ли? – усмехаюсь я.

   – Совершенно тошнотворно. – Он ухмыляется в знак солидарности, и я думаю, что мы достигли некоего взаимопонимания.

   – Я правильно понимаю, что у тебя сегодня день рождения? – спрашиваю я. – Дэнни упоминал об этом ранее.

   Он снова пожимает плечами, и я понимаю, что это, похоже, его запасной способ общения.

   – Наверное, нам стоит пойти и присоединиться к ним, пока они не решили, что мы оба сбежали, – говорит он, избегая разговоров о своем дне рождения, и это заставляет меня задуматься, почему, не то чтобы я особенно праздновал свой день рождения, учитывая, что в этот день меня бросила родная мать.

   Я не должен быть заинтригован этим человеком, но я заинтригован, и у меня нет намерения что-либо с этим делать.

   – Пойдем. – Он поднимает руку в направлении стола и ждет, когда я начну двигаться.

   Я собираюсь сделать шаг, когда слышу сильный грохот, и мы оба поворачиваемся к окнам ресторана. На улице уже совсем темно, но дождь льет сплошным потоком, барабаня по стеклу так сильно, что кажется, оно вот-вот разобьется. Свет над нами яростно мерцает, прежде чем погаснуть.

   – Вот это гроза. – Сэм хмурится.

   – Да, – бормочу я, глядя на окна. – Похоже, гроза.

   Что-то мелькает в глубине моего сознания, что-то предупреждает меня, что это неестественно. Воздух кажется тяжелым, в нем чувствуется треск энергии и слабый запах озона.

   Мой взгляд падает на Сэма, наши глаза встречаются, и на короткую секунду мне кажется, что он тоже это чувствует. Странное предчувствие, но звук резкого треска молнии, за которым следует раскат грома, встряхивает нас обоих.

   – Это прозвучало очень близко. – Сэм хмурится.

   – Да. – Я судорожно сглатываю. Я совсем не боюсь грозы. Я всегда любил гром и молнии, и вообще, чем угрюмее погода, тем лучше, как по мне, но в этой буре есть что-то такое, от чего мое тело наполняется всплеском адреналина, а мою кожу потрескивает от статического электричества.

   – Что ж, – Сэм выпрямляется, – здесь мы в безопасности. Думаю, нам нужно выпить, что скажешь?

   – Пусть будет двойная порция, – бормочу я, и Сэм смеется, пока мы пробираемся через столы, чтобы занять место рядом с Тристаном и Дэнни.

   – Все в порядке? – спрашивает Дэнни.

   – Все хорошо. – Сэм кивает. – Хотя на улице бушует адская буря.

   – Ты не шутишь, – стонет Тристан, глядя на дождь за окнами. – Квартиру затопит к тому времени, как мы вернемся домой. Такими темпами нам придется купить Джейкобу Марли гидрокостюм и трубку.

   – Джейкоб Марли? – спрашиваю я.

   – Мой кот, или я должен сказать, наш кот. Джейкоб Марли, похоже, усыновил Дэнни. Он буквально не выпускает Дэнни из виду. – Тристан кивает.

   – У тебя есть кот по имени Джейкоб Марли? – Сэм усмехается, прежде чем я успеваю ответить.

   – Не спрашивай. – Тристан закатывает глаза.

   – Добрый вечер. – Наша официантка появляется с улыбкой и вручает каждому из нас меню, а затем тянется в карман своего фартука и достает блокнот. – Могу я предложить  вам какие-нибудь напитки?

   – Скотч, пожалуйста, – отвечаю я, когда она смотрит на меня.

   – То же самое, – говорит Сэм.

   Она поворачивается к Тристану и Дэнни, но я не обращаю на это внимания. Кажется, что воздух здесь становится тяжелее. Я чувствую, как он давит на меня.

   – Вау. – Тристан моргает. – Это странно.

   – Что именно? – спрашивает Дэнни.

   – Воздух здесь. – Тристан хмурится. – Он кажется странным, тяжелым и потрескивающим. Я знаю, что некоторые люди говорят, что могут чувствовать штормы, но я никогда раньше этого не испытывал. Я всегда думал, что это будет круто, но на самом деле это кажется...

   – Зловещим, – заканчивает за него Сэм, и я смотрю на него с удивлением.

   – Ты чувствуешь это? – шепчу я Сэму, когда его темный взгляд задерживается на мне. Я не удивлен, что Тристан чувствует это, ведь воздух пропитан психической энергией. Он настроен на нее так же, как и я, даже если не осознает этого, но тот факт, что Сэм тоже ее чувствует, вызывает еще больше вопросов.

   – Вот, пожалуйста. – Официантка возвращается и ставит наши напитки на стол. – Вы уже готовы сделать заказ?

   – Не могли бы вы дать нам еще несколько минут? – Дэнни улыбается ей.

   – Конечно. – Она кивает и исчезает в извилистом лабиринте столиков, ее задорный хвостик подпрыгивает.

   Я поднимаю свой стакан дрожащими руками и делаю большой глоток.

   – Ты в порядке? – обеспокоенно спрашивает Тристан. – Харрисон, ты побледнел.

   – Я в порядке, – хриплю я, ставя бокал на стол и упираясь ладонями в безупречно белую скатерть.

   Я не в порядке. Воздух становится тяжелее с каждой секундой, кажется, что он меня раздавливает. В ушах раздается пронзительный гул, заглушающий все остальные звуки, и на затылок накатывает сильное давление. Я слышу, как Сэм резко вздыхает, и, глядя на него, обнаруживаю, что его широкий взгляд прикован к моим рукам.

   Я опускаю взгляд на свои руки, лежащие на столе, и замечаю, как по моим пальцам пробегают крошечные электрические разряды. Сжав кулаки, я засовываю руки под стол, но понимаю, что уже слишком поздно. Я знаю, что они видели.

   Я бы открыл рот, чтобы что-то сказать, но не могу. Моя челюсть сжата, зубы крепко стиснуты, давление в голове нарастает, и воздух душит меня.

   Внезапно ресторан сотрясает громкий удар, гораздо более громкий, чем любой гром, который я когда-либо слышал. Под нашими ногами яростно содрогается земля.

   – Господи Иисусе, это землетрясение? – ахает Дэнни.

   – Землетрясение в Лондоне? – недоверчиво отвечает Тристан.

   В ресторане резко вырубается свет, и мы погружаемся в кромешную тьму. В воздухе раздается множество криков, когда официанты врезаются в столы клиентов, а подносы падают на пол, но я не обращаю на них никакого внимания. Высокий звук в ушах настолько болезненный, что кажется, будто мои барабанные перепонки сейчас лопнут. Я зажимаю уши руками и испускаю панический, полный боли крик. Я не могу дышать, воздух слишком тяжелый. Меня раздавливают, и я знаю только одно.

   Мне нужно выбраться отсюда.

   Спотыкаясь, я встаю на ноги, смутно осознавая, что кто-то зовет меня по имени, но не останавливаюсь. Я на ощупь пробираюсь к выходу, следуя за светом за окнами, который время от времени освещает мой путь. Я натыкаюсь на стулья и мебель, но не останавливаюсь, пока не открываю дверь.

   Я, спотыкаясь, выхожу на улицу, дождь хлещет по мне, как ледяные осколки, мгновенно промочив волосы и одежду. Боже, воздух здесь еще хуже. Повсюду витает запах озона, и он такой тяжелый. Я, шатаясь, иду вперед, словно пробираюсь сквозь патоку.

   Видение обрушивается на меня, словно грузовой поезд, и я сгибаюсь пополам, раскаленная добела боль пронзает мою голову, когда я крепко сжимаю ее и кричу, мой голос теряется в шуме шторма.

   Образы проносятся в моем сознании, сбивающим с толку калейдоскопом фрагментов.

   Рваная молния, ударяющая в широкую травянистую землю. Земля раскалывается, как мембрана, обнажая человеческие кости.

   Дерево, падающее на дорогу, и машина, виляющая с громким визгом шин, за которым следует звук хруста металла.

   Тикающие часы, и Тристан, стоящий перед странно выглядящей дверью.

   Существо, полностью состоящее из черного дыма, такое огромное, такое необъятное, что я даже не могу представить его истинные размеры.

   Картинки замедляются, боль в голове начинает стихать, но прежде чем я успеваю перевести дыхание, раздается звук клаксона и визг шин. Я поднимаю руки вверх, чтобы избежать слепящего света в глазах, как вдруг чувствую, что меня обхватывают сильные руки, и в следующее мгновение я лечу назад.

   Я тяжело дышу, дезориентирован, и у меня слегка кружится голова. Где-то я слышу, как Тристан в панике зовет меня по имени. Через несколько мгновений я понимаю, что ослепляющий свет сместился, и мое лицо омывается тяжелыми каплями дождя. Я также осознаю, что лежу не на земле, а на твердом теле, обнимающем меня в защитном жесте.

   Я слышу стон и поворачиваюсь, чтобы увидеть, как Сэм поднимает голову.

   – Ты в порядке? – Он хмурится, поднимает руку и обхватывает мое лицо ладонями.

   – Что... – Мое горло пересохло и першит, как будто я кричал. – Что случилось?

   – Что случилось? – Сэм поджимает губы. – Случилось то, что ты остановился прямо посреди дороги, и тебя чуть не сбила машина. О чем, черт возьми, ты думал?

   – Это не твое собачье дело, – огрызаюсь я, защищаясь. Даже зная, что он только что спас мне жизнь и что я, возможно, отобрал у него несколько лет, я не смог сдержать инстинктивной реакции.

   – О Боже, ты в порядке? – Тристан опустился рядом с нами, дрожа, его футболка промокла насквозь.

   – Господи Иисусе, ты нас до смерти напугал. – Дэнни появляется за спиной Тристана, накидывая на его промокшее тело куртку, которую он предположительно оставил в ресторане.

   – Я в порядке, – снова хриплю я, подталкивая себя вверх, пытаясь игнорировать ощущение тела Сэма подо мной.

   Не доверяя дрожащим ногам, я сдвигаюсь вбок и сажусь на тротуар, пока Сэм садится, потирая затылок.

   – Ты в порядке, Сэм? – Тристан суетится над ним.

   – Я в порядке. – Он морщится, когда Тристан ощупывает его затылок. – Просто шишка, вот и все. Я ударился головой, когда мы падали назад.

   – Вам обоим нужно в больницу. – Дэнни хмурится.

   – Мне не нужна больница, – тяжело дышу я, голова кружится. – Но вы должны отвезти Сэма, у него может быть сотрясение мозга.

   – Ты кричал, – тихо говорит Тристан, его голос почти теряется среди грохота дождя. – Ты выбежал из ресторана и остановился посреди дороги, держась за голову. Ты выглядел так, будто тебе очень больно.

   Боже, я измотан. У меня такое чувство, будто меня сбил грузовик, и это почти так. Я бы, наверное, погиб, если бы не Сэм.

   – Спасибо, – говорю я ему хрипло, – за то, что спас мне жизнь.

   – Тебе нужно в больницу, Харрисон, – говорит он, и я качаю головой, морщась от пульсирующей боли. – Они не смогут мне помочь.

   – В чем дело? – пристально спрашивает он. – Что случилось?

   На одну безумную секунду мне хочется свернуться калачиком в его объятиях, хочется рассказать ему все, но я не могу. Мы из разных миров, и если мой опыт чему-то и научил меня, так это тому, что я никому не могу доверить свои секреты.

   Я снова качаю головой.

   – Я просто хочу домой.