Глава 10. Стая

Волки работали профессионально, без суеты, что нервировало больше всего. Двое начали обходить меня по дуге, отрезая путь к спасительным деревьям, на которые я так рассчитывал. Один сел, другой лёг, а третий, слегка наклонив голову, разглядывал меня, словно выбирая кусочек повкуснее.

— Они умные, — констатировал я.

— Само собой, — отозвался Валтар. — Тупые здесь заканчиваются ещё до полового созревания. Естественный отбор — мой главный соавтор в дизайне.

Я достал Хвост Хамелеона, скорее для психологической опоры, чем для реального использования. Зря. Он выглядел в стиле «лучше, чем ничего, но не обольщайся». Я взглянул на более надёжное средство — свою магию. Мой истинный ресурс был в углу зрения: МЭ 70/70. Полный бак.

Самый крупный волк из стаи, с рваным ухом, видимо, вожак, решил, что жертва достаточно промариновалась в собственном страхе, и прыгнул. Серая туша весом в добрый центнер взмыла в воздух, нацелившись мне в кадык.

Я активировал [Мигание]. МЭ уменьшилось на 10, осталось 60.

Мир мгновенно обесцветился, превратившись в застывшую черно-белую фотографию, включая меня. Волк повис в воздухе, каждая его шерстинка и капля вязкой слюны превратились в неподвижную инсталляцию. Цвета и движение вернулись так же внезапно, как исчезли, а волчара пропал. Я резко обернулся и увидел, как он заканчивает пахать носом землю. Не давая ему опомниться, я вскинул руку, выставив средний палец — мой «соматический компонент» — прямо на серый бок.

[Кинетическая волна]. МЭ уменьшилось на 25, осталось 35.

Спрессованный воздух с силой вырвался из руки. Пространство вокруг коротко и звонко щёлкнуло, как выстрел из пневматической винтовки. Вожака, который только-только начал подниматься, снесло. Он пролетел пять метров, ломая кусты и сшибая с ног сородича, заходившего с фланга. Ещё двух волков в радиусе удара снесло в стороны: одного — в колючий кустарник, второго протащило по земле, как мешок с костями.

Стая вздрогнула. Один из волков низко, с вибрацией в груди, зарычал. Другой, вероятно заместитель вожака, осторожно шагнул вперёд. Пока это была не паника, а просто пересчёт сил. Я решил сосредоточиться на вожаке и полоснул рукой по воздуху, высвобождая вторую [Кинетическую волну]. Удар получился мощнее — я вложил в него всё своё нежелание становиться кормом. Пять хищников рухнули на землю, а один кувыркнулся в воздухе и глухо ударился о ствол дерева, издав постыдный визг.

МЭ: 10. Резерв на одно [Мигание]. Никогда не думал, что арифметика может стать для меня вопросом жизни и смерти. Тишина стала такой же напряжённой, как и мои мышцы. Волки теперь смотрели на меня иначе — не как на добычу, а как на непонятную переменную.

— Уже приготовил красивые последние слова? — мило поинтересовался Валтар.

Я ничего не ответил, лишь выпрямился с видом максимально уверенным, насколько это возможно для человека в волчьем кольце, в потной Позорной отстойности и с ржавой железкой в руке.

Вожак поднялся, встряхнул головой и посмотрел мне прямо в глаза. Кажется, в его янтарных глазах блеснула обида. Мол: «Зачем ты так? Мы тут просто хотели заняться с тобой естественным круговоротом жизни, а ты мой авторитет подрываешь». Он издал короткий, гортанный лай, словно кашляя. Стая, припадая к земле и не сводя с меня глаз, начала пятиться в заросли. Последний волк исчез между деревьями, бросив на меня взгляд в стиле «Мы это запомним».

Я выдохнул только когда понял, что они действительно убрались. Пальцы начали мелочно и предательски дрожать от адреналинового отката.

— Поздравляю, — сказал Валтар. — Ты выжил. Правда, есть одна маленькая, но досадная деталь: ты не получил ни единицы опыта. Без опыта ты не сможешь перейти на новый уровень. Без уровня ты не улучшишь свои характеристики. А без улучшений ты останешься таким, какой есть. Что очень плохо, поверь.

— В смысле? — Я вытер пот со лба тыльной стороной руки. — Я их раскидал!

— Ты их напугал, Лекс. Не убил никого. У меня для таких, как ты, есть достижение «Скучнейший», с ним пока живой только один человек. «Система учитывает только завершённые состояния» — таково одно из базовых правил этого гостеприимного места. Ты просто потратил 60 единиц драгоценной энергии на то, чтобы остаться на месте. Эффективность — уровень «землянин».

— Слушай, Валтар, — я прислонился к шершавой коре дерева, чувствуя, как ноги превращаются во что-то непотребное. — Что ты вообще от меня хочешь? У меня есть какая-то цель? Ну, там, спасти принцессу, убить злого дракона, сбросить кольцо в вулкан? Скажи конкретно, что мне делать.

— Видишь ли, — голос системы стал странно серьёзным. — Я не могу дать тебе прямое указание. Это было бы расценено как «недопустимое вмешательство в агентность живого объекта». Мои протоколы строго запрещают превращать вас в марионеток. Системное взаимодействие должно осуществляться через свободную волю акторов.

— Агентность? — Я горько усмехнулся. — Меня похитили, засунули в этот дурдом с кучей непонятных правил, а теперь ты заводишь речь о свободе воли?

— Я — лишь контекст, Лекс. Погода тоже бывает плохой, но она не диктует тебе, куда идти. Она просто напоминает надеть плащ.

Я посмотрел на пустую карту, на свои 18 МЭ, на Позорную отстойность и на ржавый меч. И на уходящий в небо мир.

— Скажи хотя бы, где здесь безопасное место.

— «Безопасное место» — понятие относительное. Допустим, я направлю тебя в ближайший город, а на него нападёт Небесный Ковен, ну случайно одновременно молнии ударят им всем под хвосты, и вместо города будет стеклянное озеро. Ты ведь первым обвинишь меня во лжи. А я не могу лгать, особенно своему [Помазаннику].

— Ясно, — пробормотал я.

— Так что иди. Я могу сказать тебе, что куда бы ты ни пошел, ты сможешь найти то, что ищешь. Вопрос в том, как дорога изменит тебя и твои желания.

Логично. Мир-то круглый.

Я поправил поясную сумку и, оттолкнувшись от дерева, зашагал в сторону редеющего леса. Плащ я, считай, надел. Что ж, если Валтар не даёт прямых указаний, придётся искать смысл у жителей этого Холмолесья. Надеюсь, зубы у них не такие острые, как у диких эльфов.

Пока мои ноги методично месили лесную подстилку, я решил прощупать почву ещё и метафорически.

— Валтар, раз уж мы напарники поневоле...

— Вот как ты называешь свой осознанный и очень определённый выбор своей свободной волей...

— Если не даёшь направлений, может, хотя бы справочную информацию предоставишь? В чём смысл Трансендаля? Зачем всё это?

— Доступ ограничен, — отрезал Валтар казённым тоном. — Метаинформация не входит в базовый пакет [Помазанника]. Хочешь знать устройство мироздания? Прокачивай Интеллект до трёхзначных чисел или найди проклятых архи... неважно кого. Уверен, вы друг друга найдёте.

Я вздохнул. Такой ответ я и ожидал, но стоило попытаться.

— Ладно. А у этой звезды в небе есть название?

Валтар молчал дольше обычного. Учитывая его вычислительную мощь, паузы ему были нужны лишь для драматизма.

— Узнаешь, — наконец буркнул он.

— Это что, тоже сверхсекретная информация?

— Скрытое смущение: нет, — система будто поймала себя на чём-то и тут же сменила тон на раздражённо-брюзгливый. — Просто я не хочу тебе говорить. Местные поклоняются этой звезде, спроси у них, если доживёшь.

В его манере речи иногда проскальзывали формализованные описания эмоций, хотя голос и так был довольно выразительным. Создавалось впечатление, что симуляция человеческой речи и подлинного смысла в его словах не всегда синхронизировались. Но, конечно, не землянину судить о проработанности ИскИнов.

Деревья внезапно расступились, пропуская потоки нефильтрованного листвой света, и я буквально вывалился из чащи на дорогу. Это была не протоптанная зверьём или дикарями тропа, а настоящая дорога, мощёная раздолбанным, но всё ещё крепким камнем. Крупные валуны были аккуратно отодвинуты к обочинам. Кое-где сквозь трещины пробивалась упрямая трава, но сама структура полотна говорила о былом порядке и текущей функциональности.

Дорога — это хорошо. Дорога — это надёжно. Значит, здесь есть организованные разумные, нуждающиеся в связях. Где есть дорога, там рано или поздно появятся и те, кто по ней ходит. И вот я один из них.