XIII. Мятежный ветер

«Чем больше раздается голосов, тем сильнее в них задыхается чей-то один.»

- Автор неизвестен.

     Пустыня казалась бесконечной. Ещё никогда Лайлу так не выматывала дорога до бескрайним песчаным просторам, хотя она знала эти золотые дюны с самого детства, и уже привыкла к длительным переходам по пустыне. Всё из-за ран и ушибов, противно ноющих и пекущих под бегло наложенными повязками. Но чувствовать эту боль было всяко лучше, чем думать о том, что произошло в руинах пирамиды. Меньше всего хотелось вспоминать, с какой лёгкостью тот гигантский драуг расправлялся с воинами из её отряда, и из отряда Камала. Меньше всего хотелось вспоминать, как они пытались выбраться из пирамиды под натиском немыслимого количества тварей: от скорпиев и драугов, до десятков сотен крыс, что гигантским полотном устилали весь пол помещения, и у неё на глазах за живо съели лучшую из её воительниц. Её вопль, наверное, никогда не сотрется из памяти. Ком вставал в горле при мысли о том, что Камал остался наедине с тем монстром, приказав уходить из пирамиды. Наверное, сейчас он уже был мертв. Может, лучше бы она была рядом? Эта абсурдная мысль билась в голове до последнего. Вплоть до того, как она почувствовала, что её глаза закрываются, а плечо касается обжигающе горячего песка. А потом приглашённый голос.. Чей? А потом десятки голосов, и снова всего один..      – Принесите воды, быстро! – Раздался приглушенный женский голос. Она попыталась открыть глаза, и увидела лишь тусклый солнечный свет, проживающийся через деревянную крышу, укрытую множеством широких листов. Не пересилив себя, она снова потеряла сознание, уже не разбирая, о чем говорят, и кто говорит.      – Эйда, принеси мазь.. Там, слева на полке. И бинт, там в ящике. – Взволнованно обращалась Зира, обтирая раны Лайлы мокрой тряпкой.     Эйда, с прытью змеи маневрируя в тесном пространстве дома, нашла искомое, и всё же едва не споткнувшись, поставила на стол слегка смятую жестяную банку с мазью и несколько мотков бинта.

     На светло-голубом небе стал нарастать золотой градиент заката. За облака можно было принять разве что дым, тут и там рассеивающийся в границах города. Некоторые дома по-прежнему горели, хотя битва закончилась ещё несколько часов назад. Гвардейцы, которых не добили во время битвы, сейчас были либо связаны, либо скрывались среди руин старых деревень, погребëнных в песке недалеко от города. Альвийцы тут и там слонялись по городу, в поисках оставшихся сандийских воинов или мирных жителей. Правда, и тех и тех в случае обнаружения, участь ждала незавидная: Солдат либо пленили, либо убивали, женщин зачастую связывали и насиловали, а детей группами запирали вместе с остальными пленными, ожидая приказов, куда их дальше девать. Хватало среди альвийцев тех, кто не был доволен таким раскладом. В основном, самые жестокие бесчинства творили те, кто ещё во времена прошлой войны, в составе Илланеи, штурмовал центр Мидариса и восточные окраины Хальгарда. Но те, кто ожидал встретить не кипящий жизнью Сандис, а погребённый в песках старый город, кишащий корраптидами, действовали строго по приказам, стараясь если не убивать, то хотя бы минимизировать жертвы. Деваться было некуда - за дезертирство, как в старые добрые, полагалось строгое наказание, как и за саботаж в рядах батальона.     Джейми, стоящий во главе изрядно возросшего отряда Искры, внедренного в ряды альвийских войск, был потрясён и глубоко раздражен тем, что ему доводилось видеть. Как бы не хотелось перерезать глотки некоторым из солдат, рисковать было рано. Хорошо ему известный план должен быть приведён в действие уже совсем скоро. По мере того, как солнце опускалось за горизонт, в душе нарастало странное, тошнотворное волнение. Если уж здесь, на востоке творилось ТАКОЕ, то какой масштаб это приобретало на другой части континента, западнее Сегримского Хребта? Оставалось надеяться, что направленные туда отряды Искры смогут смягчить обстановку и выполнить свою часть плана.     Когда ночь опустилась на пустыню, в городе зажглось множество костров и фонарей. В здании академии, полуразрушенном и частично осыпавшемся, держали всех пленных. Окрестности патрулировали двое солдат. Как и полагалось по плану, они были членами Искры, и всего-навсего исполняли деятельность, готовясь к распоряжениям командира. Ждать пришлось не слишком долго - Джейми материализовался у главного входа академии, практически незаметно. Это была его отличительная черта. Он направился вправо по коридору, к полуоткрытой двери аудитории, в которую скидывали пленников. Тусклый свет из окна отчётливо выделял на сером полу тёмную лужу крови, очерчивающую чистым пятном силуэт человека, которому, видимо, эта кровь и принадлежала. Но самого трупа не было.     Джейми слегка напрягся. Он старался воздерживаться от убийств. Сейчас это было явно не обязательно, но кто-то думал иначе. Он уже мысленно прикидывал, кто из вверных ему людей мог быть на такое способен, но его думы словно лезвием клинка отсекло, когда он вошёл в аудиторию. В помещении царил полумрак, в котором, к сожалению, было всё ещё прекрасно всё видно. Некоторые женщины сидели в разорванных лохмотьях, едва прикрывающих самые злачные места. Одна из них всё ещё рыдала и тряслась. Глаза детей были заплаканы и пусты, а сами они выглядели чумазыми и потрепанными. Средни них сидели тощие старики, тоже часто раненные. Пленные гвардейцы в углу были связаны, и повёрнуты так, что бы смотреть на эту мерзкую картину. У окна был неброшенно усажен альвийский солдат, чья кровь была в коридоре. Его грудь едва вздымалась, а рана была перевязана, но он был жив. Внимание Джейми привлёк небольшой силуэт в серой накидке, что мельтешил возле стражников. Он не успел подумать об этом, как за спиной раздался щелчок затвора винтовки. Силуэт тут же поднялся, и из-за серой накидки показались чёрные волосы, и миниатюрное светлое лицо. Это была девочка. В её взгляде читалась какая-то странная холодная расчётливость, практически взрослая решимость.     – Не убивай его. – Укоризненно произнесла Фалира, глядя скорее не на Джейми, а на того, кто стоит сзади. Парень тут же заметил, что за спинами гвардейцев материализовался ещё один силуэт – старик с длинной седой бородой и такой же серой накидкой.      – Назови хоть одну причину. – Процедил Самир, нацелив на пепельноволосого солдата ружьё, отобранное у уже почившего часового.     – Он не солдат. – Холодно и твёрдо произнесла Фалира.      – По чём знать? – Хрипло осведомился Салик, пытающийся развязать канаты, которыми связали воинов.      – Малявка дело говорит. Я правда не солдат. – Расслабленным тоном сказал Джейми.     – Не тулись, не тебя спрашивают. – Раздражённо бросил Самир, ткнув дуло ружья чуть ниже лопаток парня.     Двигаться было опасно. Даже если бы Джейми попытался использовать способность, его, скорее всего, опередила бы быстрая виолитовая или свинцовая пуля, которая бы точно прошила его насквозь. Упорно игнорируя этот факт, парень решил всё-таки рискнуть.     – …Самир, не упрямься. Я тебе потом всё объясню. Просто отпусти его. – Продолжала Фалира.     – Фалира… – Наконец хрипло отозвался Салик, с прищуром глядя на Джейми.     Первое, что выдавало парня, – это низко оседающий дым, едва заметной пеленой тянущийся из-под его формы. Именно это и заметил Салик, но всё произошло слишком быстро. За спиной у Самира дым стал подниматься и собираться в чёткую, светло-серую фигуру Джейми. Ещё мгновение – и фигура поменялась с Джейми местами, так что дуло ружья Самира проткнуло неосязаемую спину фантома, а Джейми с хитрой ухмылкой оказался за спиной парня. Самир едва успел обернуться, когда Джейми одним ударом выбил винтовку из его рук, и та через мгновение оказалась у шпиона.     – Ну а теперь можем поговорить… – Всё так же издевательски спокойно сказал Джейми.     – Тварь! – Самир потянулся за винтовкой, но успел лишь услышать несколько резвых щелчков затвора, прежде чем тёмные патроны с грохотом посыпались на пол.     – Джейми Демиссон, да? – Спокойно спросила Фалира, когда стало чуть потише.     На лице Джейми, на котором доселе красовалась лишь игривая беззаботная улыбка, теперь появилось несдержимое удивление, которое парень тут же попытался скрыть. Слова девочки привлекли и внимание Самира, наконец заставив его успокоиться.     – Ты его знаешь? – Отозвался тот.     – Вот-вот. – Вторил Джейми. – Откуда ты меня знаешь?     – Оо, поверь, я очень проницательная девочка. – Мило улыбнулась Фалира, при том заставив Самира и Салика слегка побледнеть. Было в её интонации и поведении нечто странное, чего они до сих пор не могли понять. – Но давайте ближе к делу. Я пока не до конца поняла ваш план, но освобождение пленных – сейчас задача первостепенная. Полагаю, ты пришёл за этим.     – Враг моего врага – мой друг, значит… – Полувопросительно бросил Джейми. Почесав затылок и пожав плечами, он всё же решил не отказываться от такой инициативы, хотя слова девочки казались более чем странными. – Альвийцы вовсю обмывают удачную битву. Если выдвинемся сейчас – успеем до смены патрульного разъезда. Нам крупно повезло, что их военачальник решил сюда не отправляться…      – Куда вы планируете их увести? – Вклинился Салик.     – Насколько я знаю, недалеко отсюда есть заброшенная деревня. Если мы успеем…     – До рассвета можем не успеть.     – Есть другой план?     – Допустим… – Фалира стала размышлять твёрдым и растянутым тоном. – Пленных можно спрятать в катакомбах, где меня держали, и приступить к другой части плана. Шпик, сколько солдат в твоём распоряжении?     – Двадцать два. – Слегка поколебавшись, ответил Джейми, тут же словив себя на мысли, что происходящее попахнет чем-то крайне странным.     – А сколько солдат у… них?     – Шестьдесят…     Самир фыркнул, а Салик отчаянно вздохнул. Взгляды присутствующих при этом пленных, не решающихся что-либо говорить, были то опустевшими, то заинтригованными.     – И как вы вообще собирались устроить диверсию? – Недовольно буркнула девочка.     По спине Джейми пробежала дрожь. Он нервно сглотнул и понял, что уже перестал что-либо понимать. О таком Роберт и Кейтлин его не предупреждали.     – Да откуда ты?.. – Начал было он, как вдруг его прервали раздавшиеся в глубине коридора шаги.     Он первым выглянул в коридор и во всё темнеющем пространстве увидел движущийся в его сторону силуэт. Мужчина был довольно сильно похож на Самира, но в то же время чем-то отличался. Более пристальный взгляд дал понять, что он был одет в облегчённую альвийскую униформу, а его шлем болтался на поясе. Его взгляд был холодным, уставшим и несколько высокомерным.     – Сержант? – Холодно произнёс Рамиль. Джейми заметил, как его взгляд перескочил с пятна крови на него. – Что здесь происходит?     – Да… э-э… Часового ранил сильно буйный пленник. – Твёрдо произнёс он. – Пришлось уладить.     – Ясно. – Сухо буркнул тот, всё сокращая расстояние ко входу в аудиторию.     Наконец, Джейми встал смирно, пропуская Рамиля в помещение. Его план был весьма прост, но он он был приведён в действие даже быстрее, чем парень успел об этом подумать. Приклад самострела в руках Самира с глухим стуком ударился о затылок Рамиля, и парень тот же час повалился на пол. Самир тихо выругался на сандийском диалекте, и одним движением ноги перевернул обмякшее тело своего бывшего друга. Фалира, подойдя к нему, посмотрела на Рамиля сложным взглядом, и тут же плавно повернулась к Джейми, вперив в него не менее сложный и пронзительный взгляд, какого у ребёнка просто быть не может.     – Времени мало. Пошли.

     Последний пленник в сопровождении Салика и одного из легионеров вышел из академии. На стрëме стояли Самир и Джейми, а Фалира и остальные воины контролировали и помогали войти в подземелье. Оно располагалось среди разрушенных построек, к тому же выглядело довольно неприметно, так что прятать туда пленников было не самым плохим решением. А если уж кто-то из альвийцев решит туда заглянуть - ветиеватые коридоры и простор для манёвров даст освобождённым легионерам шанс отбиться.      Было ещё темно, но до рассвета было уже не слишком много времени. А это означало скорое исполнение плана, вверенного Робертом.     Альвийцы, в конец расслабившись, спали в растянутых шатрах или домах, что меньше всего пострадали при захвате города. Бродили по городу только патрульные, при том не все из них были трезвыми.      Фалира вернулась в кабинет, где стояли Джейми и Самир. Салик остался в подземелье - не стал отрицать, что в его состоянии наибольшую пользу он принесёт, присматривая за пленными, вместе с парой солдат.      – Хорошо, какой дальнейший план? – Отряхнув мантию, осведомилась девочка.     – Я займусь нейтрализацией патруля. – В полтона произнёс Джейми. – Остаётся обезоружить и пленить как можно больше оставшихся солдат. Сейчас многие из них либо без задних ног спят, либо вообще не отдают отчёт о происходящем. Главное – минимизировать жертвы, как с их стороны, так и с нашей.     Самир уж было открыл рот, собираясь либо задать вопрос, либо что-то возразить, но быстро передумал.     – Часть патруля возьмем мы с Самиром. – Невозмутимо сказала Фалира.     – Это опасно..! – Наконец возразил Самир, скорее беспокоясь за девочку, чем за себя. – Я пойду один.     – А вот и нет. – Она отрицательно покачала головой. – Мы идём вдвоём.     На лице парня явственно проступило недовольство, но спорить дальше он не стал. Джейми уже в который раз невольно удивился их взаимоотношениям и задумался о странном поведении Фалиры. Конечно, он не был знатоком в детях, но что-то в этом ребёнке казалось странным. Взгляд, речь, поведение и мысли порой казались парадоксально взрослыми. В конце концов, на вид ей было всего десять-одинадцать, но выдержку в такой паршивой ситуации она сохраняла чуть ли не лучше, чем некоторые взрослые.     Дальнейшее обсуждение не затянулось надолго, и новоиспеченные союзники сразу приступили к выполнению плана.     От центра города, где было расположено больше всего шатров, ещё тянулся совсем тоненький столб дыма, исходящий уже не от сгорающих домов, а от небольшого, почти погасшего костра, возле которого прошли трое часовых, о чем-то беседуя в полтона. Один из них слегка покачивался и разговаривал весьма растянуто. Два других же были ещё более-менее в трезвом состоянии. Миновав открытую площадь, они скрылись за переулком. Никто из них не обратил и малейшего внимания на слабо уловимый запах дыма. В конце концов, они брели по улице, добрая часть домов на которой была обожжена или сожжена до тла, да и они только-только прошли мимо костра. В этом была их главная ошибка.     – Ну так во-от… – Растягивал шаткий пьянчуга. – Захжу я, а там этот… ик… – Прервался он.     – Ну, что там в итоге? – Спустя несколько секунд молчания опомнился второй солдат.     – Перес? – Обернулся третий. – Перес, ты где?     Теперь уж опомнились оба. Луна прекрасно освещала слегка устеленную светлой дымкой улицу, но солдата по имени Перес они так и не нашли.     – Перес! Эй, Пе… – Прервался второй солдат.     Третий обернулся. У него ушло какое-то время, что бы осознать, что и второй его товарищ тоже куда-то исчез.     – Бенни?     В его голосе начала появляться паника. Он обернулся и тут же попятился назад. Перед ним стоял хитро улыбающийся парень с пепельными волосами.

     Начало светать. На другой части города, патруль состоял всего из двух солдат. Они изредка перебрасывались парой фраз, и неохотно брели по улице, зевая чуть ли не каждые пару минут. Наконец, кое-что всё же привлекло их внимание. Из-за одного из домов, побрякивая неохотно прокатился какой-то металлический предмет, и остановился прям у ног одного из них. Приглядевшись, они заметили, что это был шлем, часть альвийской униформы. Тот, к кому и упал шлем, кивнул своему товариду, и зашёл за дом, откуда, как ему показалось, и прилетела жестянка. Через несколько секунд с той стороны послышался хрип и глухой стук.     – Луи? – Отозвался солдат, сделав пару шагов на звук и крепче сжав руку на своём копье.     – Дяденька… – Раздался за его спиной певучий голос. – Я, кажется, потерялась.     Он тут же обернулся. Перед ним стояла девочка в серой потрепанной мантии. Её обсидиановые глаза блестели и вместе с тем были поглощающе чёрными. Ошеломленный, он даже не понял, когда за спиной раздался глухой стук, за которым последовала резкая боль в затылке, и его глаза сами по себе закрылись.     – Ну и тяжёлый же этот амбал. – Показался из тени Самир. – Еле усадил его, пока связывал. Давай, смотаем этого до кучи, спрячем их куда-нибудь, и по делом. Эти дальше сами справятся.     Фалира молча достала моток верёвки, который спрятала в кустах, и стала его разматывать. Самир, взяв у неё верёвку, стал связывать солдата. Он прервался, когда услышал щелчок затвора.     – Сильно же ты меня по котелку саданул. – Процедил силуэт, показавшийся за их спинами, откуда только что шли часовые.     И Фалира, и Самир прекрасно узнали этот голос.     – Быстро же ты проснулся. – Бросил Самир, переведя взгляд на Рамиля, державшего заряженную этерис-винтовку, нацеленную на Самира.     – Выстрелишь? – Неожиданно выдала Фалира.     – А что? Думаешь, я не смогу? – Прищурился он, не сводя глаз со своего некогда лучшего друга.     – Да нет, – Хмыкнула она. – Просто всегда думала, что мы для тебя что-то значили.     – Может и так.     – И что изменилось? Что такого тебе пообещали илланейцы, что ты готов убить своего друга?     На это Рамиль не ответил, лишь чуть наклонил голову, фиксируя взгляд на мушке. Сердце Самира забилось быстрее. Он буквально слышал каждый стук. Двинуться он не мог – так и так его ждала бы смерть.      Но вместо выстрела последовал вой горна. Где-то в далеке по слышались крики и возгласы. Рамиль так и не выстрелил, разобрав в криках отчётливое: "Враг приближается с востока!". Секунды замешательства хватило, что бы Самир рывком набросился на друга, точным ударом выбив у него из рук винтовку, и повалив на землю. Ещë за несколько ударов парень избил костяшки в кровь о лицо Рамиля, и наконец удостоверился, что сознание снова его покинуло. За стеной, и по всему городу нарастало множетсв шагов, возгласов и хаотичных звуков. Фалира куда-то исчезла, и это беспокоило парня куда сильнее.      Совсем скоро через брешь в стене начали просачиваться воины и воительницы в золотисто-красных одеяниях. Все были вооружены изогнутыми саблями, серпами или луками. Это были воины На'Саара. Альвийцы были в смятении. Их ряды за ночь заметно проредели, да и нападения с востока никто не ожидал. В городе вновь началась несправедливая и односторонняя резня, только теперь жертвами были преимущественно альвийцы.      Этого в планах не было. О минимальных жертвах теперь и речи не шло. Джейми, стараясь на попадаться на глаза воинам дюны, пытался отыскать своих подопечных. В пылу сражения было практически невозможно убедить нападающих в том, что они не альвийцы. Бордово-черная униформа и знамёна говорили сами за себя.      Самир, выбежав на площадь, чуть не схватил стрелу в бок. Та пролетела в считанных сантиметрах от него, задев только плащ. Парень спрятался за стеной разрушенного дома, судорожно бегая взглядом по площади, просматриваемой в дыру от окна. Нужно было найти Фалиру, как можно скорее. Рысью промчавшись между домами, он оббежал вокруг улицу, где они только что были. Девочки нигде не было. Парня начала одолевать тревога, а вместе с тем и безудержный гнев. Послышался взрыв, за ним - ещё несколько. Каждый этот звук был словно удар кнутом по сердцу. Конечно, прибывшие союзники не навредят ребёнку, но что насчёт альвийцев? Да и что Фалира сможет сделать в суматохе такой бойни? Ему с самого начала не понравилось её поведение. С тех пор, как они побывали в том подземелье, в ней что-то изменилось. Что-то в её поведении было не так, и это явно было как-то связано с тем гигантским соколом-вараком.

     Выбежав на очередной переулок, он почти оказался в центре стычки двух солдат. Чудо, что они его не заметили, и он успел спрятаться за стеной дома. За шумом боя парень отчётливо услышал склизкий звук вошедшего в плоть лезвия, и битва прекратилась. Когда он отважился выглянуть, увидел только один труп в смятой в груди броне, поверх которой была плотная тканевая мантия с множеством красных повязок. Осмотрев по сторонам, он продолжил свои тщетные поиски, стараясь не попасться на глаза солдатам. Что-то подсказывало, что и воинам На'Саара в этом треклятом бедламе доверять нельзя.      Глядя по сторонам, он вовсе не заметил Джейми – то ли из-за собственной невнимательности, то ли из-за умения этого парня появляться без единого звука. Они столкнулись, и издали одинаковый нечленораздельно-удивленный выкрик.      – Шпик! – Наконец пришёл в себя Самир.      Опустив взгляд, он заметил, что поверх его альвийской униформы была накинута потрепанная накидка, а сам доспех, в угоду большей мобильности, лишился нескольких элементов. Парень крепко держался за левый бок, и между его пальцами проступали алые пятна.     – Куда ты уже втаскался? – Джейми прямолинейно кивнул на разбитые костяшки парня и следы крови на лице.     – К тебе тот же вопрос. – Прямо указал Самир на бочину альвийца.     – До свадьбы заживет, – Цокнул языком Джейми. – Малую твою найти надо, и как можно..      – Фалира! – Внезапно воскликнул Самир, прервав собеседника.     Проследив за ошеломленным взглядом Самира, Джейми в пол голоса выругался: между увлеченными битвой солдатами бегала миниатюрная фигурка в серой мантии, под капюшоном которой виднелись тёмные волосы.      – Она всегда такой ненормальной была? – Склонил он голову на бок     Самир, не утруждаясь ответом, лишь буркнул что-то себе под нос, и ринулся прямо в гущу сражения. Джейми, поколебавшись, двинулся за ним.      Архивариус не замечал ничего, кроме снующей в толпе Фалиры. Он злился. На катаклизм, на войну, на каждого из солдат, на Фалиру, на самого себя. Но всё же бежал, потому что не мог не бежать.     На половине его пути, девочка вдруг остановилась, и скинула капюшон.      – Фалира!! – Крикнул он.      Она лишь чуть повернулась, даже не посмотрев на него. И в следующий миг, воздух зазвенел и содрогнулся. По земле вокруг Фалиры посыпались искры и небольшие разряды молний. За её спиной появились два эфирных крыла. В воздухе запахло дымом, кровью и озоном. Самир мельком увидел, как девочка открыла рот, и тот же час его уши, и уши всех, кто находился в городе в этот момент, пронзил истошный соколиный вопль и одновременно с тем - раскат грома. Самир выкрикнул, падая на колени, и сам не услышал свой выкрик. Он понял, что потерял сознание, лишь когда очнулся спустя несколько секунд. Все, кто был на площади, лежали, словно трупы. Лишь мерно вздымающиеся от дыхания элементы брони давали понять, что все они живы.      В центре всего этого стояла Фалира, склонив голову. Самир, преодолевая внезапно прострелившую голову боль, встал на ноги, и направился к ней. Та повернулась, и он заметил на её лице струйку крови, тянущуюся из носа. И сверкающие, по-детски радостные глаза. Она пошатнулась. Если бы не подскачивший Самир, она бы рухнула на землю, но парень схватил её у самого песка. В его глазах было много эмоций - страх, злость, облегчение, недоумение. Может, он и сам не понимал, что именно.      – Братик? – Тусклым, но полным радости и вдохновения голосом спросила она. Да, это была точно она. Это была Фалира.     Погода в Аквилоне только-только стала налаживаться. Из свинцовых туч выглянуло золотое солнце, на фоне затянутого неба кажущееся ещё более ярким. И хотя оно и практически не давало тепла, не в силах бороться с северными морозами, все-таки согревало души людей лишь своим присутствуем. Мало кто обращал внимание затянутый дымкой горизонт, но и тех немногих это мало радовало. Но никто из них даже и не догадывался о том, что сейчас происходило на востоке. Самые бывалые следопыты ещё не заходили настолько далеко, что бы наткнуться на Эрвалд, а о существовании Фодгарда знали только по рассказам торговцев и дозорных из Рунхальда.      Дневная рутина началась с построения и распределения обязанностей. Выстроившиеся в два ряда крепкие воины, как один одетые в плащи с кожи фельцев, лютоволков или ревунов, всем свои видом изъявляли желание поспать лишние пару часов, или хотя бы просто оказаться в ближайшей таверне, обогревшись изнутри кружкой крепкого эля, ягодного завара или тёплого мильта. Среди них самым бодрым выглядел только Арден Вергельд, хотя его лицо по-прежнему выражало безразличие вообще ко всему. Голубовато-пепельные короткие волосы были практически одинакового цвета с плащом, украшенным чёрным мехом медведя-ревуна. Серовато-зеленые глаза были такими же холодными и грозными, как необузданная северная метель, а лицо казалось немного мрачнее от проступившей многодневной щетина.      – Ардаш, Зарс и Кайер охраняют обоз в Рунхальд. – Он поочерёдно нашёл взглядом всех троих. – Даэн, Йоан, Урги и Айво – на вас юг и восток. Брон, Олес, Марси и Таарн – север и запад. – Найдя всех перечисленных дозорных, он забегал по строю взглядом, пытаясь найти кого-то ещё. – А где Хильб?     Некоторые из воинов окинули взглядом построение, пытаясь якобы удостовериться, что товарища рядом нет. Затем один из них подал голос:     – Мы вчера отмечали день рождения Йоана, разошлись ближе к вечеру, и я его больше не видел. Но он, кажется, не в сторону своего дома шёл.      – Тц.. Тогда Олес и Урги – бегом его искать. Если найдете – скажите, что возле входа в город его будут ждать Яковис, Джован и Гаршед. Сегодня они четверо патрулируют окрестности. – Арден только произнёс эти слова, как Олес и Урги, кратко поклонившись, убежали на поиски Хильба, а уеомянутые Джован, Яковис и Гаршед недовольство фыркнули.     Арден же, удостоверившись, что никого не забыл, отдал распоряжение расходиться по местам и направился в тренировочный корпус. Внутри было тепло, благодаря установленному внутри довоенному обогревателю, хитроумно переоборудованному под использование этерита в качестве топлива. И несмотря на это тепло, летящие в мишени за оградой стрелы были покрыты льдом, если не созданы полностью из них. Каждая летела с бешенной скоростью, и при попадании, – непременно в самый центр мишени, – создавала на месте удара небольшой ледяной след. Такое, пожалуй, могла сделать только одна лучница во всём Аквилоне. Арден снял меховой плащ, и направился к стоящей у стены перекладине.      – Меня задрали эти салаги. – Бросил он, разминая руки и шею. – Вечно какие-то заспанные и несобранные. Один вообще третий раз куда-то пропадает.      – Холодно нынче, я бы и сама ещё часик под пледом понежилась. – Элиза, достав из мишеней три обледеневшие стрелы, принялась их осматривать и складывать обратно в колчан за спиной, понимая, что скорее всего её очень тонкий и далёкий намёк до цели не дошёл. – В конце концов, сейчас уже не война, не нужно быть с ними настолько строгим.     Арден запрыгнул на перекладину, и стал подтягиваться, но всё ещё, хоть и неохотно, поддерживал разговор.     – Они избрали путь солдата, путь дозорного. И они знали, на что идут. – Холодно парировал он. – Им жизненно необходимо иметь стальную дисциплину и твердую выдержку. А не вот это вот..     – Так говоришь, будто сам никогда ничем подобным не занимался. – Ехидно покосилась на него Элиза. – В жизни не поверю, что ты ни разу не сбегал с патруля, или не хитрил ещё как-нибудь.     На это парню нечего было ответить, так что оставшиеся сорок два подтягивания он выполнил молча. При всей своей дисциплинированности, педантичности и стальной выдержке было трудно отрицать, что порой даже и ему хотелось отвлечься от серой солдатской рутины. Но это желание он привык подавлять очень давно, как и практически всё, что роднило его с обычными жизнерадостными людьми. В глубине души он понимал, что требовать того же от других, порой совсем юных и неопытных дозорных, он не в праве, но его холодное "армейское" воспитание шло с этим вразрез при любой малейшей оплошности с чьей-то стороны.

     Хильб чудом избежал мгновенного наказания, и только лишь потому, что опаздывал на патруль, и задерживать его было бы глупо. Надвигалась метель, и нужно было обойти окрестности как можно быстрее. В такие дни вылезать из города хотелось меньше всего, но с другой стороны – кто их спрашивает? Трудно было сказать, сколько в округе осталось разломов, так что пока искажённые совсем не перестанут шастать вблизи города, у патрульных и прочих дозорных будет достаточно много работы.     К вечеру уже пришло время возвращаться. Ледяная корка на дорогах ломалась достаточно легко, и не доставляла неудобств, а только-только сыпящийся снег лишь едва похрустывал под копытами лошадей. На пути отряд наткнулся лишь на трёх драугов, странно стоящих рядом, и судорожно дергающихся, точно припадочные. Лишь у одного из них было подобие боевого топора, так что драка выдалась довольно быстрой, безо всякого азарта и веселья. Некоторые уже начали забывать, каково это - встречать искажённых без оружия. А тех, кто вспоминал дни до того, как искажённые вообще появились, наверное уже практически не было.      Деревянные ворота со скрипом захлопнулись, дав возможность всем членам отряда наконец-то выдохнуть. На дороге недалеко от города ещë блекло виднелись следы колес и копыт, идущих в направлении Рунхальда. Но с наступлением темноты их уже практически полностью замело.     Такой привычный ветер, со свистом и шелестом разносящий хлопья снега, удачно скрывал приближающихся с юга конников. Альвийцы двигались таким ровным строем, будто ни заснеженный скалистый рельеф пограничья, ни обжигающие лицо и руки снежинки были им вовсе не страшны. Напротив, страшиться нужно было их самих. Патрульные пускай и засекли их практически на горизонте, но поднятая тревога и пронзительный вой горна едва ли смогли как-то помочь.     В столь поздний час многие уже спали, так что добиться реакции от горожан было той ещё задачей. Но спустя какое-то время пробудились почти все. Улицы Аквилона тот же час наполнились людьми, а растерянные дозорные в полном обмундировании уже скапливались у городских стен. Первой мыслью у многих было то, что из ближайшего большого разлома снова приблизилась толпа искажённых, как когда-то это было с хигальдским разломом. Все эти догадки развеивал один лишь вид нарастающего чёрного полотна, которое образовала вражеская кавалерия.      – Вражеская армия на горизонте! – Едва ли веря собственным словам, произнёс Таарн. Впрочем, верь не верь, а они уже приближались, при том слишком стремительно.      Сталь и виолит выскакивали из ножен, трещали затворы самострелов, скрипели арбалеты и луки, звенели латы и стучали копыта. Когда стало ясно, что дипломатия здесь точно будет бессильна, всё в один миг потонуло в цунами криков, выстрелов, лязга металла и ржания коней. Со стороны могло показаться, будто город вдруг загорелся, и всё это пламя поглощала тень, пришедшая из ниоткуда. Не было места мыслям вроде "Откуда они пришли?", "Зачем они напали?", или "Сколько их ещё?". Кому-то было и так всё ясно, а кто-то просто был столь сосредоточен на битве, что единственная мысль, держащаяся в голове, это – "Как бы не напороться на клинок?". Для многих эта мысль была последней.      Арден в числе первых прорезался в ряды противника. Он размахивал своим мечом с такой лёгкостью, будто это был не добрый полуторный меч, а всего-лишь тренировочный, деревянный. Второй рукой он не менее проворно орудовал топором, на раз пробивая им броню врагов. В душе стал разгораться разъедающий огонь. То, что он чувствовал ещё тогда, три года назад, при осаде Сагал'Диха. Жажду крови. То, что он хотел забыть, и больше не вспоминать. От безумия его отделяла тонкая грань, и он больше всего боялся её пересечь.      За повалившимся на землю солдатом в черном доспехе показалось знакомое лицо. Тот, кого он почти каждый день видел в рядах дозорных, кто патрулировал город и его окрестности. Но сейчас на нём была не меховая форма дозорного, а багрово-чёрный доспех, уже потерявший весь блеск от налипшей пыли и крови. Хильб. В его взгляде не было ничего, кроме холодного презрения и отвращения. Это было то, что заставило пересечь грань. Дальше не было и пелены перед глазами. Не было просто ничего. Он очнулся, окружённый трупами, окровавленной рукой держа чей-то чужой меч, и вытыкая другой рукой топор и пробитой головы Хильба, на разбитом лице которого застыла ужасная гримаса агонии. Плечо противно ныло, в боку что-то покалывало.ьВокруг стало заметно светлее. Наступил рассвет. А в глазах Ардена лишь потемнело. Последнее, что он запомнил – глухой стук собственного тела о землю, прервавший гробовую тишину.      За несколько часов от города осталась только груда тлеющих камней, чернеющих посреди белоснежной пустоши, испачканной трупами и лужами крови.     Элиза, дрожащей рукой доставая из колчана последнюю стрелу, посмотрела на затянутое серым дымом светлеющее небо. Стрелять уже было не в кого. Вокруг были только трупы, кровь и тлеющие руины. Куда все подевались? Может кто-нибудь успел спастись?.. Спастись?..      Картинка начала проясняться, будто небо на рассвете. Опять война. Опять руины, смерть. Опять привкус крови во рту, и едкий запах дыма, заполнивший все лёгкие. И треклятая боль в груди, что поднималась по горлу, и мешала дышать и здраво мыслить, скатываясь по щекам горячими слезами. Похоже, всё закончилось так же, как и три года назад, в её родной деревне, сожжённой до тла. Ей снова некуда идти.

     Элиза брела по опустевшему городу. На пути лежали только десятки трупов. Среди них порой встречались распластавшиеся не снегу живые бедолаги, едва вдыхающие ледяной северный воздух. Но она не видела ничего вокруг. Даже слабо соображала, куда она идет. В голове была лишь одна мысль: Найти Ардена. Не важно, что будет дальше, сейчас она не могла думать ни о чем другом.      Девушка прищурилась, и за парой обгоревших домов, уже превратившихся в тлеющие чёрные колья в земле, разглядела знакомый меховой плащ и голубовато-пепельные волосы. Окровавленный и грязный с ног до головы Арден лежал на снегу, окружённый трупами, и держащий в руках топор. Сердце бешенно застучало. Она направилась к нему, не смотря на боль в ноге.      Краем глаза Элиза заметила движение. Силуэт в чёрном плаще и маске с бирюзовыми полосами спокойным и твёрдым шагом направлялся к Ардену. На его поясе висели ножны. Девушке показалось, что он выглядел точно так же, как и те солдаты. А может ей просто показалось.      – С-стоять! – Произнесла она, стараясь натянуть тетиву, и прицелиться в незнакомца.      Будто и не заметив её, Ви подошёл к Ардену, и одной рукой потянулся под плащ. Элиза, отбросив все мысли, отпустила стрелу, и она со свистом направилась к Ви. Вопреки её ожиданиям, стрела не пронзила его плечо: Мужчина вытянул руку, и схватил стрелу практически у самого плеча. Затем он отбросил её подальше, и склонился над Арденом, достав из кармана мутный светло-голубой камень, похожий на очень плотный лёд.      – Рановато тебе ещё умирать.. – Раздался голос под маской.      Элиза сделала шаг, но не успела. Ви прислонил камень к груди Ардена. Воздух немного задрожал. Камень стал мерцать, и входить в грудь Ардена даже без усилий со стороны Ви. Когда камень исчез под кожей мужчины, на месте соприкосновения не было и намека на рану. Ви лишь молча ждал, что произойдет дальше.     Элиза подошла поближе, всё ещё не зная, чего ожидать от незнакомца. Ви привстал, пристально посмотрел на девушку, и отошёл на пару шагов, переведя взгляд на лежащего без чувств Ардена. Девушка тоже посмотрела на него, и по её спине пробежал холод, от вида его ран. Но все они, как одна, начали затягиваться. Воздух задрожал сильнее. Арден очнулся, широко распахнув глаза. Ярко сияющие голубизной волчьи глаза.