XII. Чëрная роза

«...С каждым днем я всё больше забываю твое лицо, твой звонкий смех и тепло твоих прикосновений. Но я никогда не забуду, как сильно я тебя люблю...»

Отрывок из письма. Автор неизвестен.

     Улицы Эрвалда, как и обычно, были полны людей. Они не создавали толпы, но при этом пустующих место было бы совсем немного. Погода благоволила к прогулкам и бесцельному броду по улицам, чем и занимались десятки прохожих. Солнце то скрывалось за облака, похожие на разбросанную по небу вату, то выглядывало, во всю озаряя светлые улицы, зелёную траву и бурые стены домов. Ветер был лишь чуть прохладным, приятно освежая открытые участки кожи. Воздух тут и там был наполнен ароматами выпечки, свежескошенной травы, корицы, гвоздики и роз. На центральной площади всё так же возвышалась серая башня с конической крышей, с которой можно было осмотреть весь город. На одном из балконов, выступающем на южной стороне башни, стояла, опершись на деревянную, украшенную розами перегородку, Иналия. Розы, то-ли от отсутствия надлежащего ухода, то-ли от жары, завяли, и сделались на несколько тонов темнее. Мрачная картина, тем не менее, украшала неизменный образ девушки, придавая чарующий окрас её тёмному платью, волосам цвета вороньего крыла, и леденящим голубым глазам, обеспокоенно буравящими горизонт.      Протоптанная тропа, уходящая от городских ворот, отдаляясь всё тускнела и разделялась на множество маленьких тропинок. К горизонту и сами зелёные луга, и голубое небо казались блеклыми и безжизненными. Виной тому была подозрительная едкая дымка, которой просто неоткуда было бы взяться в таких масштабах. Она не сходила уже несколько дней, но огня, при этом, видно не было. Отряд охотников направлялся именно в ту сторону, и уже должен был если не вернуться, то хотя бы показаться где-то на горизонтн. Что-то неладное в душе всё же нарастало, но дел было слишком много, что бы думать об этом сейчас. За спиной раздался стук, а затем – скрип открывающейся двери.      – Ярл.. – Кратко отозвался стражник. Его свободный кожаный дуплет был укреплён металлическими пластинами на самых важных частях – груди, плечах и руках, – что позволяло сохранить легкость и обеспечить нужную свободу движений при необходимости. – В лазарет вчера поступило ещё несколько больных. Всё то же самое. Лекари уже не справляются..      – Сколько уже больных?      – Двенадцать. Как мне сказал один из лекарей – у пятерых осложнения. А лекарей всего двое.     – Двое?!      – Ещё двое слегли с болезнью.. – Откашлялся стражник.     – Пошли. – Вздохнула девушка, закрывая дверь балкона, и пересекая комнату в направлении выхода.     Выйдя на улицу, Иналия почувствовала, что воздух здесь заметно теплее и тяжелее, чем наверху. Но он по-прежнему был куда свежее, чем в душной башне. Стражник, идущий рядом, за всю дорогу не проронил ни слова, лишь изредка поглядывая на красивое, но мрачное лице Иналии. Сперва они прошлись по рыночной площади. Многие прилавки и магазины были закрыты, но те, что работали – пользовались довольно большим спросом. Пройдя среди нарастающей толпы, собирающейся у двух прилавков с овощами, они направились к прилавку, практически не украшенному никакими броскими навесами или украшениями. Даже вывеска "Золотые дары", и та была нарисована от руки на тонкой деревянной доске, и с неуверенным скрипом покачивалась от редких порывов ветра. На лице Иналии отразилось заметное удивление, когда она увидела, что за прилавком никого не было, и его хозяин сегодня не работал.     Оставалось надеяться, что Венкарт находился либо у себя дома, либо в таверне, где любил до беспамятства напиваться за вырученные на рынке деньги. Ближе всего был его дом – нужно было лишь пройтись чуть выше по улице, миновать переулок, и выйти к прилично заросшему кирпичному строению, подпертому тёмными досками. Сперва могло показаться, что за этим домом не следит вовсе никто: окна везде были завешены или забиты; углы поросли мхом, соседствуя с множеством ящиков, мешков и глиняной посуды, валяющийся на земле; Кусты были величиной практически с полтора метра, и за ними вполне реально можно было бы спрятаться. Но хозяин этого дома был алхимиком, и подобного рода творческий беспорядок был ему, видимо, безоговорочно необходим.     Постучав по двери несколько раз, Иналия ответа не добилась. Дернула за дверную ручку – и та не открылась. Но на этот раз, обитатель хижины подал голос, а за дверью послышался какой-то шорох. За ним посоедовали крип и глухой стук, после которого начался недолгий поток брани. Наконец, дверь открылась, и в пороге показался Венкарт Рейн. Длинные сальные волосы ещё сильнее подчёркивали бледное лицо. Из-за очень слабого освещения и кругов под глазами оно казалось больше голым черепом, чем живым лицом.     – А.. Иналия.. – Осекся Венкарт, окинув гостей взглядом. Его голос звучало изрядно охрипшим, будто он впервые с кем-то заговорил за долгое время. – Ярл Иналия. Я что-то успел натворить?      Иналия заметила взволнованный взгляд, которым алхимик время от времени буравил стоящего рядом стражника. Она повернулась к нему, до последнего не сводя взгляда от удивленного алхимика. – Пойди, разгони толпу на рынке. Нельзя допускать таких больших скоплений. – Спровадила стражника девушка. Тот сразу же кивнул, и быстрым шагом отправился в ту сторону, откуда они пришли.      – Венкарт. – Наконец поздоровалась Иналия, когда стражник отошёл на достаточное расстояние. – Я могу войти?      – А? А.. Да, да. – Алхимик отошёл от двери, освобождая проход, и как только девушка вошла в дом – неплотно закрыл дверь. – Вам что-то от меня нужно?      – Я ожидала увидеть тебя на рынке. – Сказала Иналия, осматривая скромное, но жутко захламленное жилище парня. – Ты какой-то бледный. Всё в порядке?      – Да.. Нормально, просто не спится слегка. – Бросил Венкарт. – И все-таки?      Девушка, слегка погодя, вздохнула и продолжила.      – В лазарет всё поступают больные. А лекари не справляются, двое так вообще больные лежат.     – Больные? А что.. В городе эпидемия что-ли? – Произнёс алхимик.      – А ты не знаешь? – Девушка посмотрела на него удивленным взглядом. – Уже как три дня в лазарет больные ложатся. Кашель, слабость, жар и тошнота у всех.      – Эва как.. Я неделю из дома не выходил. – Пожал плечами Венкарт. – Стало быть, хотите, что бы я помог?     – Ясное дело. – Вздохнула девушка. – Понимаю, что ты не лекарь, но сможешь снадобье как-то приготовить?      Венкарт ненадолго задумался.      – Не узнаю, пока не попробую. – Хмыкнул он. – Могу я на больных глянуть?      – Пошли.

     В носу застыл запах пороха, горячего камня, крови и пота. Будто весь воздух сплошь пропитан этим смрадом, и от него никуда нельзя было деться. Боль, то и дело бьющая в левое плечо и правое бедро, отзывалась и била молнией при каждом движении. Попасться незамеченным при таком количестве людей – просто чудо из чудес. Но видимо, в тот момент было построение где-то на набережной, так что главная площадь, с которой даже не удосужились убрать трупы, практически пустовала. В каких-то домах ещё слышалось движение, но Ярену удалось выбраться из под давления упавшей на него лошади, которая перестала дышать совсем недавно. Он постарался перебросить вес на левую ногу, и кое-как превозмогая храмоту и боль, затеряться в одной из улиц. До Эрвалда он при всём желании не смог бы дойти на своих двоих, так что нужно было найти какую-то живую лошадь.      Ещё никогда он так не радовался бродящей недалеко лошади, которая сбежала во время стрельбы на площади. Судя по пятнами крови – её наездник был среди тех, кто сейчас гнил на площади. Но конь, на удивление, Ярена не испугался. Словно понимая, где он находится, скакун старался не издавать лишних звуков. Ярен, погладив коня по гриве, и дрожащим шепотом произнеся успокоительные слова, что больше предназначались ему самому, чем коню, с большим трудом оседлал его, попутно издавая многочисленные ругательства и нечленораздельные шипения, и галопом направился на север, к выходу из города. Он не мог думать ни о чем другом, кроме как о том, как выбраться из руин Альд'Альфира, и сказать всем о готовящемся нападении.     Последний рубеж он преодолел под крики солдат и многочисленные выстрелы. Стрелы и пули то и дело свистели над головой, встревали в землю и дырявя болтающиеся полы плаща. Одна стрела все-таки достигла цели, и с неприятным глухим звуком вошла неглубоко между левым плечом и лопаткой. Боль теперь, казалось, растекается вообще по всему телу, от чего дрожали обе руки, и содрогался взгляд. Картинка перед глазами то размывалась, то становилась чётче, будто приобретая большие краски. Он слышал взволнованное фыркание лошади, а вместе с тем – своё собственное сердцебиение, словно ставшее в пару раз громче, и отсчитывающее секунды до остановки.      «Ещё чуть-чуть.. Город скоро покажется.. Я скоро доберусь.. Давай, лошадка, не подведи.. Пожалуйста..» – Словно мантра, он повторял одно и тоже, просто что бы не отключиться, что бы быть в сознании. Чем дальше он отдалялся от города, тем больше нарастало чувство злости, которое питала режущая боль. Конь, тем временем, не сбавлял темп, хоть и казалось, вот-вот начнет уставать.     Ярен уже потерял счёт времени. Картинка стала замыливаться, становиться неясной и однообразной. Глаза стали смыкаться, руки обмякать, а ноги не чувствовались вообще. Он едва чувствовал, как задняя часть и рукав рубашки промокли от крови и пота, и мерзко прилипли к спине. В сознание привёл резкий голос коня. Ярен нашёл в себе силы чуть приподняться, и посмотреть вперёд. Стены города, а за ними - черепичная коническая крыша башни, чуть выглядывающая в центре. Он добрался до Эрвалда. Наконец-то.. Наконец-то.. Добрался..     Взволнованный крик стражников и протяжный скрип ворот – всё это было где-то далеко, словно за толщей воды. Он уже погрузился во тьму, не в состоянии смыслить ничего.     В большинство коек в лазарете были заняты больными. Почти все одинаково лежали на спине, буравя безучастным взглядом потолок. Двое стариков, чьи места были рядом, не смотря на откровенно паршивое состояние и соответствующий вид, задорно резались в карты, и час от часу наполняли помещение хриплым смехом и колкими шутками.     Венкарт и Иналия стояли в пороге, и на них практически никто не обращал внимания. Лекари суетились, бегая от одной койки к другой.      – Батюшки.. – Протянул удивленный алхимик. – А я думал, их поменьше..      – Говори, если что нужно. Ингридиенты там, травы, всё в таком духе. Ну и.. Во сколько нам твоя помощь обойдется? – Ярл сложила руки на груди.      – Бесплатно. – Без раздумий отрезал Венкарт. Он подошёл к больному пареньку, положил ему тыльную сторону ладони на лоб, измеряя температуру, и что-то невнятно буркнул. – Малой, ты как? Что болит, что не болит?      – Болит.. Голова, горло и.. Живот.. Вот здесь. – Он чуть приподнялся, и указал дрожащей рукой на середину живота. Через мгновение он прислонил ту же руку ко рту, и зашелся кашлем. Когда кашель прекратился, юноша посмотрел на ладонь, на которой красовалось красное пятно. – Ну и.. Вот.      – Твою ж.. – Сглотнул Венкарт. Иналия заметила, что его лицо стало ещё бледнее. Он слегка потрепал парня по волосам, и отошёл. – Ладно, малой. Ща че-нить придумаем. Не кисни.     Мельком осмотрев остальных пациентов, он зацепился со стариками-картëжниками, по очереди взглянув на их карты, и мысленно прикинув, кто из них в этой партии победит. Если бы не окружающая их обстановка – Венкарт бы понаблюдал до конца, но находиться в лазарете ему мало хотелось. Он наконец направился к выходу, сняв тканевую маску, и с небывалым удовольствием вдохнул свежий воздух. Иналия, сделав то же самое, направилась за ним.      – Что скажешь? – Взволнованно произнесла она.     – У меня есть с собой болеутоляющее, но при таких симпомах едва ли на одного хватит, да и не думаю, что в таком состоянии они способны что-то подобное употребить. Но я что-нибудь придумаю. У меня дома есть еще другие снадобья. Они, думаю, хотя бы облегчат их состояние. Покопаюсь в заметках, может смогу сделать что-то, что поможет. Но.. Не знаю.      – Бери все, что нужно. В лазарете есть травы и лекарства, можешь брать оттуда.     Венкарт на мгновение задумался.      – Постарайтесь ограничить движение на улицах. Нельзя допускать, что бы.. – Он внезапно протяжно зевнул. – Что бы.. Э-э.. Что бы было больше больных.     – Хорошо. – Кивнула Иналия. – Как раз этим занимаемся.      Венкарт кивнул, и направился к выходу из коридора.      – Ты сам-то как? – Спросила Иналия, догоняя парня у самого входа. – Сонный ты какой-то. Да и из дома не выходишь. Что-то случилось?      – Да не, – Отмахнулся Венкарт. – Просто не высыпаюсь. Уснуть не могу, а как засыпаю – какой-то бред снится.      Их разговор внезапно прервался.      – Эй! Эй, с дороги! – Кричал стражник, на пару с товарищем тащущий раненного Ярена.     Иналия и Венкарт расступились, и стражники пронеслись мимо них дальше по коридору. Из общей палаты выскочил один лекарь, и с ужасом взглянув на потрёпанного, мертвецки-белого Ярена, устремился вслед за стражниками.     – А это не из тех, что недавно на вылазку отправлялись? – Отозвался Венкарт.      – Кажется.. Да..      Они без лишних слов пошли вдаль по коридору. Миновали общую палату, из которой недавно вышли. Напротив была ещё одна такая же, но там было гораздо меньше людей. В самом конце коридора, рядом со складом с травами, находилась кое—как оборудованная операционная. Стражники уже уложили Ярена на стол, а лекарь, пытался спровадить их, попутно собирая нужные ему инструменты.     – Ярен? Что случилось? – Воскликнула Иналия, протиснувшись между выходящими стражниками.      – Ярл.. – Прохрипел Ярен. – В порту.. Войско.. Скоро.. Придут..     – Эй! Эй! Тише, – Раздражённо процедил лекарь, пытаясь утихомирить мужчину. – Береги силы, тебе сейчас нельзя разговаривать.. – Он резко повернулся к стоящим в проходе Иналии и Венкарту. – Ярл, пожалуйста, можете уйти? Я дам вам поговорить, как только ему станет лучше.       Иналия молча кивнула, и покинула палату. Венкарт же остался, взволнованно осматривая Ярена.      – Извините.. Я могу помочь как-то? Я алхимик, может.. – Он стал копаться в небольшой набедренной сумке, и достал из неё два небольших мешочка. – Вот, есть сильное болеутоляющее и кровоостанавливающее.. Кажется.. А, нет, вот оно.      – Во, славно. Давай сюда. – Лекарь, чуть оживившись, потянулся за мешками, но в последний момент осëкся. – Точно сработает?      – Да, точно. Только позавчера заготовил. Только оно очень сильное! – Не успел алхимик предупредить лекаря, как тот выхватил у него оба мешочка, достал из каждого по паре небольших зеленоватых шариков, и аккуратно стал скармливать их Ярену по одному, давая ему запивать каждый несколькими глотками воды.

     У небольшой сторожки, пристроенной к городской стене, стояли и оживленно болтали три стражника. У всех на слуху был Ярен, вернувшийся едва живой, и без своего отряда. Совсем скоро, если уже не сейчас, слухи про это распространятся по всему городу. Тем не менее, людей на улицах стало поменьше. Поручение Иналии было выполнено весьма оперативно, и толпы людей разогнались очень быстро. А вместе с этим, и желающих бесцельно бродить по городу стало поменьше. На слегка опустевшей улице темнел силуэт Иналии. Прокручивая в голове слова, которые смог выдать обессиленный Ярен, она практически не замечала, как сильно цокает каблуками по вымощенному тротуару. Услышав это, стражниеи почти сразу заметили её, но беседу прекращать не стали.      –.. Стрела в плече торчала, а спина вся в крови была. Это ж сколько он крови потерял–то..     – Стрела? Чёрная, как у этих, страхочудищ?     – Не, самая обычная. Деревянная, с пером.     – Это как так? Это его человек подстрелил?     – А может они там всем отрядом как–то переругались, да стрельба началась.     Когда ярл подошла довольно близко, стражники все–таки прервали свои рассуждения и выстроились в ряд.     – Здравия. – Синхронно воскликнули все трое.     – Сколько сейчас в городе стражников? – Сходу начала девушка.     – Кажется.. Сорок, или пятьдесят. – Задумался лысый стражник. – Кариг точно знает, но его сейчас самого нет.     – Ладно, значит так.. – Иналия бросила на всех троих оценивающий взгляд. – Соберите всех. Вообще всех. Пусть будут готовы, в случае чего, защищать город. Снарядите следопыта, пусть сгоняет до порта. Нужно сделать это скрытно и тихо.     На лице двух остальных воинов отразилось заметное беспокойство. Такое внезапное распоряжение не могло сулить ничего хорошего. Пускай в городе было достаточно людей, способных держать оружие, Кариг все же забрал с собой в экспедицию лучших из лучших, и они до сих пор не вернулись. Ярен явился спустя несколько дней израненный, совсем один, так что трудно было сказать, что сейчас с остальными членами отряда.     – Ярл.. – Внезапно отозвался другой стражник, с кудрявыми чёрными волосами.     – Хм?     – Не изволите послать гонца в Фодгард? – Неуверенно произнёс он.     – В Фодгард? – Задумалась Иналия. – Да, правда. Я сейчас напишу письмо. Выполняйте распоряжение, я скоро вернусь.     Девушка резко развернулась, махнула рукой и направилась в сторону башни. За спиной уже были слышны оживленные голоса, шум и множество шагов. Она же, не оборачиваясь, обдумывала всё происходящее и пыталась набросать в голове письмо, с которым бы отправила гонца в Фодгард. Но, прежде всего, стоило вновь заглянуть в лазарет. Благо, было по пути. Иналия пересекла половину улицы, свернула в переулок и, пройдя ещё несколько домов, подошла к светлому кирпичному зданию.     Изнутри было всё так же темно, зато воздух от этого, если не обращать внимания на запах травяных смесей, казался ещё прохладнее, чем на улице. Глаза быстро привыкли к приглушённому освещению, и ярл направилась в самый конец коридора. Приоткрыв деревянную дверь, за которой была «операционная», она заглянула в образовавшуюся щель. Лекаря, опекавшего Ярена, там не оказалось, но сам мужчина был в сознании и, слегка покачиваясь, сидел на койке.     – А где лекарь? – В полтона, сама не зная почему, спросила Иналия.     – Занимается больными, как и полагается. – Слегка насмешливо бросил Ярен.     – Вижу, уже поправляешься. – Вздохнула Иналия, и на её лице появилась небольшая тень улыбки. Она вошла в палату, закрыла дверь и оперлась о дверной косяк. – Можешь рассказать, что было в порту?     Ярен ответил не сразу. Чуть отодвинулся на койке, прошипев от резкой боли, и почесал затылок забинтованной рукой.     – Пока мы приближались к руинам, ничего толком странного и не было. – Начал Ярен. – Но как только мы заехали на площадь – нас окружили. Солдаты. Человек, может, с полторы дюжины. У некоторых ружья были, как те, которыми солдат снаряжали до катаклизма. Во время войны с Илланеей было прилично южан с такими пушками. Да и среди них, ну, этих солдат в порту, прилично сильфов было. Все в чёрных доспехах и масках. В общем, мы стали, и Кариг спешился. Ему навстречу пошёл какой–то сильф, седой такой, в плаще и с большим мечом на поясе. Кариг перед ним на колено встал и назвал его.. Э–э.. Генерал Арон, кажется, или Альран. Они так немного словами перекинулись, и этот Альран дал приказ стрелять. Тем, кто нас окружил. Ну и.. Я не знаю, выжил ли кто–то вообще. Меня лошадью придавило, когда суматоха началась, я не шевелился, пока с площади никто не ушёл.     Иналия какое–то время обдумывала услышанное. В голове было столько вопросов, что даже было не совсем понятно, какой стоит задать первым.     – Кариг, значит.. – Буркнула она. – ..Думаешь, они нападут на город?     – Я не знаю. Но их до чёртиков, и вооружены до зубов. Если они и правда нападут – мы не выстоим.     – Ох–ох.. – Вздохнула девушка, направляясь к выходу. – Ладно, Ярен. Отлеживайся, с тебя на сегодня достаточно.

     Варис Герхард, изъявивший желание подежурить на стене, уже успел трижды пожалеть о своём решении. Обычно его в этот день можно было увидеть только на тренировочной площадке, или вовсе за стенами Фодгарда. Но патруль сегодня взял на себя отряд охотников, и уже успел вернуться, а проигранный накануне спор вынудил его осматривать окрестности со стены на протяжении всего дня. Наискучнейшее занятие, особенно для любящего приключения Вариса. Его широкие плечи и крепкий торс, казалось, вовсе не нуждались в какой-либо защите, но на плечах всё же виднелись светлые наплечники, украшенные кристаллами этериса, а тело обтягивал плотный кожаный дуплет. Золотисто-светлые волосы, точно колоски на пшеничном поле, слегка покачивались в такт порывам ветра, а скучающие карие глаза с золотистым отливом внимательно выискивали на горизонте хоть что-то необычное. И эти поиски наконец закончились, когда со стороны Лувы показалась движущаяся темная точка. По мере приближения в ней можно было всё отчётливее различить гнедого коня, галопом скачущего в сторону Фодгарда.     Скакун остановился перед самыми воротами, и наездник наконец посмотрел на выглядывающего из–за стены Вариса. Словно предупреждая его вопрос, совсем молодой гонец по имени Ханн решил заговорить первым.     – Я посланник из Эрвалда. У меня письмо от ярла Иналии. – Громко произнёс он.     Варис принялся спускаться со стены, и ворота тотчас же начали открываться. Гонец неспешно вошёл в город и слез с лошади. Варис подошёл почти сразу, и посланник только сейчас понял, насколько он высокий. Стоя сейчас, он внушал небольшой страх, но его лицо всё же казалось довольно приятным и симпатичным. Гонец покопался во внутреннем кармане своей куртки, достал небольшой свиток, скреплённый красной печатью, и показал его Варису.     – Ярл поручила доставить письмо некому.. Э–э.. Кальдвину. – Заметил гонец. – Не знаете, где я могу его найти?     Получатель этого письма, казалось, удивил Вариса, но особого внимания он этому не придал.     – В баре, в середине следующей улицы. – Он указал пальцем за спину паренька. – Такое тёмное двухэтажное здание, сразу заметно.     – Благодарен. – Поклонился Ханн и резким разворотом направился в указанном направлении.     Парнишка сразу отыскал нужное здание. Двухэтажный дом из резных кирпичей и лакированных досок местами выглядел весьма потрёпанным, но всё ещё надёжным и крепким. Над тёмно–дубовой дверью покачивалась слегка потресканная табличка с надписью «Белый волк». Подойдя к бару, он несколько раз постучал в дверь – скорее просто для приличия – и просто открыл дверь. Внутри освещение было чуть приглушённым, но глаза быстро к нему привыкли и смогли различить пятерых посетителей, оживлённо болтавших и осушающих кувшины со спиртным. В центре стоял стеллаж с множеством бутылок и бочек, затеняющий вход на второй этаж. К нему была приставлена барная стойка с несколькими стульями. За одним сидел мужчина в пальто и о чём–то беседовал с барменом, стоящим по ту сторону. Ханн прикрыл за собой дверь, подошёл к барной стойке и, не став садиться, сразу обратился к бармену.     – Доброго вечера. – Вежливо поздоровался тот. – Где я могу найти Кальдвина?     Мужчина, сидящий рядом, тут же окинул его оценивающим взглядом и практически сразу понял, что он не местный. Бармен же, неспешно протерев стакан, поставил его на стойку и посмотрел на посланника.     – Доброго вечера. – Поздоровался он серьёзным, пожалуй даже чуть напряжённым тоном. – Уже нашёл. Что–то нужно?     – Да.. Аа.. – Гонец покопался в куртке и снова вытащил свиток. – Я из Эрвалда. Ярл Иналия Лиаф поручила передать вам письмо.     Тут уже взгляды двух мужчин сделались одинаково удивлёнными и недоверчивыми.     – Ай–ай–ай, уже письмами обмениваетесь. – Протяжно сказал мужчина в пальто, опершись локтем на стойку и натянув ехидную улыбку. – А Мираэль небось ревнует.     – Всё, Люц, я тебе больше наливать не буду. – Вздохнул Кальдвин, затем обратившись к посланнику. – Ты уверен, что мне?     – Ну.. Да. – Сказал Ханн и протянул ему свиток.     Кальдвин повертел его в руках, ещё раз одарил гонца недоверчивым взглядом и, сорвав печать, стал читать содержимое.     – «Кальд. Недавно мы отправили отряд разведчиков в Альд'Альфир. Во главе стоял Кариг, он забрал с собой десятерых лучших воинов. Так вот, вернулся только один. Израненный, со стрелой в плече. По его же словам – в порту армия. Вооружены как илланейцы. Не знаю точно, но буду готовить город к обороне. Будут ли они идти на Фодгард – я не знаю, но думаю стоит вас предупредить.»     Он читал это тихо, но Люциан и посланник всё отчётливо услышали. На мгновение повисло молчание, затем Люциан сел ровно и устремил чёткий, практически трезво–серьёзный взгляд на помрачневшего Кальда.     – Это что.. Опять война что–ли? – Обеспокоенно буркнул Люциан.     – Да чёрт его.. – Вздохнул Кальдвин, бегло перечитав письмо.     – Велите передать ответ? – Вклинился Ханн.     Кальд на мгновение задумался. Затем посмотрел на часы и, выйдя из–за стойки, молча направился на второй этаж. Люциан хотел уж было пойти за ним, но парень вернулся через несколько минут со свёрнутым в трубочку листом бумаги.     – Пошли. – Сухо сказал он, кивнув Люциану и посланнику.

     Возвращаться домой Ханну пришлось той же ночью. Лошадь, вверенную ему эрвалдским конюхом, пришлось оставить на сохранение в Фодгарде, и дать ей все же отдохнуть после почти суток непрерывного пути. В городе ему поручили крепкого мерина, а вдовесок – целых два мешка снаряжения, включая и знаменитые этерис-ружья, и виолитовую броню, и несколько крепких виолитовых клинков. Что не говори, а фодгардские мастера знали толк в оружии. Ханн, в силу своего не слишком крепкого телосложения, даже не смог закинуть их во вьюки, и пришлось заручиться помощью двух стражников. На небе не было ни облачка, и убывающая луна со звёздами ясно освещали протоптанную дорожку, ведущую до моста на Луве, а за ним – до Эрвалда. Не смотря на ясное небо, ветер был прохладным, и дул с юга. Обычно он приносил хвойный аромат эрвалдских деревьев или сырой запах скорого дождя. Но теперь с юга веяло едва заметным запахом дыма. Сердце Хана было неспокойно. Он прекрасно помнил, какой была война, предшествующая загадочному катаклизму, и меньше всего хотел её повторения. Он беспокоился за своего отца, что сейчас лежал в лазарете с перевязанным плечом, и за брата, что был ещё слишком мал, что бы оказать сопротивление, если на город действительно нападут.      На горизонте наконец показалась совсем маленькая светящаяся точка. Её можно было бы спутать со звездой, но на утро все звезды исчезли, а точка лишь почернела и увеличилась в размерах. Да, это был Эрвалд. Сонный разум Ханна уже стал мутнеть, но перспектива скорого возвращения его слегка приободрила. Он чуть дернул поводья, и конь, успевший слегка замедлиться, снова набрал былую скорость, недовольно фыркнув. Почти к полудню, Ханн добрался до городских врат. Завидев знакомое лицо, стражники тут же впустили паренька. Он уж было подумал оставить коня на попечение старого конюха, но вспомнив о содержимом вьюков, тут же одумался, и решил проехаться до самой ратуши. Охраняющий её стражник, узнав посланника, даже не подумал загораживать ему дорогу, так что Ханн, привязав лошадь к ближайшему столбу, быстрым шагом поднялся наверх, в кабинет ярла.     Девушка сидела сидела за столом, откинувшись на спинку кресла. Можно было бы подумать, что она задремала, если бы не её безучастный взгляд, устремлённый в потолок. Под её глазами были темные круги, а сами глаза покраснели и казались стеклянными, выдавая то-ли прошедший сильный плач, то-ли бессонную ночь. Либо и то и другое. Причиной тому был явившийся с утра следопыт, подтвердивший наихудшие опасения о скоплении заморских солдат в заброшенном порту. Не радовало ещё и то, что в какой-то момент разведчика все-таки заметили, и он лишь чудом смог ускакать от недолгого преследования. Почему-то казалось, что после этого нападения стоило ждать ещё раньше. Трудно было сказать, сколько раз девушка прокрутила в голове все события незаконченной войны: Диверсию на имперской конференции в Мидарисе, последующий распад империи, заключение двух противоборствующих альянсов и жестокая война, цели который были не ясны и туманны до сих пор.      – Ярл.. – Неуверенно произнёс Ханн, войдя в кабинет. – Я принёс ответ из Фодгарда.     – А? А.. Да, давай сюда. – Она покачнулась и выпрямилась в кресле.     Ханн подошёл к столу и, достав из внутреннего кармана куртки свёрнутый в трубочку лист, вручённый ему Кальдвином, протянул его Иналии. Та сразу же принялась читать.     – «От тебя хороших новостей и не жди..» – Начала она читать себе под нос. – «Если это продолжение илланейской кампании – будет весьма прискорбно. Прими мои соболезнования по поводу твоих ребят. В Фодгарде не слишком много воинов, так что помочь могу только оружием. Я послал гонца в Рунхальд. Пусть тоже знают.» Оружие? О чём речь?     – Фодгард поделился снаряжением. – Спешно ответил Ханн. – Два мешка с винтовками, патронами и бронёй, на улице.     – Прекрасно. Пошли, глянем, что там.     На улице скучающий стражник обменивался взглядом с такой же скучающей лошадью. Мешки с фодгардским снаряжением лежали рядом и чуть ли не прорывались от растягивающих изнутри орудий. Выйдя, Иналия присела на одно колено и принялась разглядывать их содержимое. В первом – семь винтовок, по небольшому коробку патронов на каждый. Во втором – сложенные жилеты, брюки и наручи, укреплённые тёмными пластинами из виолитового сплава, и четыре виолитовых клинка, уложенных в ножны. На всех, конечно, не хватит, но это уже было хорошей поддержкой и неплохим подспорьем для будущей обороны.     – Так.. Ну.. Хорошо, уже что–то. – Вздохнула она и обратилась к стражнику и Ханну. – Отведите лошадь в конюшню и раздайте экипировку. Ружья – самым метким стрелкам, мечи – самым умелым рубакам. С бронёй.. Сами разберитесь.     – Есть. – Кивнул стражник.     Едва успели они разойтись, как по городу эхом разнёсся пронзительный вой горна.

     Венкарт был слишком увлечен, что бы заметить странный звук, доносящийся с улицы. Все его мысли были забиты приготовлением снадобий и лихорадочным пролистыванием страниц чьего-то толстенного дневника, доставшегося ему при крайне загадочных обстоятельствах. Здесь было всё, о чем мог мечтать порядочный алхимик: Описания и характеристика ингридиентов, формулы, пропорции, знаки и правила. Фактически, это был не дневник, а полноценный учебник алхимии, что на ряду с другими "старыми законами" была вытеснена новыми технологиями, и едва не канула после катаклизма. В Эрвалде осталось всего несколько алхимиков, но таким золотом, как этот дневник, обладал только Венкарт.      Мужчина даже не удивился, когда нашёл в дневнике записи о похожей хвори, и о методах её лечения. Почти всех ингридиентов было в достатке, а что-то можно было заменить. Жаль, волшебной панацеи и тут не нашлось – только сбор зелий для облегчения, профилактики и частичного лечения. Уже хорошо, есть от чего отталкиваться.     Странный шум привлёк его, только когда за его же окном послышалось множество шагов и бряканье мечей на чьих-то поясах.      Любопытство всё же пересилило, и он отважился выглянуть на улицу. Один за одним, несколько стражников бежали по улице в сторону главных городских врат. Ещё через мгновение послышались взволнованные голоса, и несколько человек, судя по одежде – простых жителей, – быстрым шагом направлялись в обратном направлении. Увиденное ему мало о чем сказало, но ничего хорошего это явно не предвещало. Венкарт схватил ранее заготовленные мешки и склянки, относительно аккуратно сложил их сумку, и перевесив ремень через плечо, вышел из дома. Чем дальше он пробирался к центру города, тем больше становилась суета. Все, кто был с оружием, причём не только стражники, направлялись в стороны, к городским стенам. На смотровых башнях и стенах уже было заметно с десяток стрелков, вооружённых луками, арбалетами и ружьями. Все те, кто не удостоился чести получить оружие, в основном женщины, дети и старики, шли в другую сторону, где располагались едва рабочие и никем не используемые северные врата.     В лазарете народу было заметно поменьше. Стражник, обычно стоящий на входе, видимо был у городской стены, а в одной из палат пропали два старика-картëжника. Остальные же, включая паренька, на которого без слёз не взглянешь, и не менее плачевно выглядящей женщины, куда-то собирались. С их состоянием получалось у них не шибко хорошо, но дело было неотложным.      – Куда вы собираетесь? Где остальные пациенты? Лекари? – Спросил у них Венкарт, зайдя в палату.      – Нам сказали эква.. эвакви.. эвакувироваться. – Хрипло произнёс парень. – Из города ехать вроде как.      – Вот куда ехать только.. В Фодгард что-ли? – Бурчала себе под нос женщина.     Венкарт едва слышно ругнулся и стал копаться в своей сумке. Достал оттуда два стеклянных пузырька и один мешочек, из которого извлёк несколько приятно пахнущих таблеток.      – Выпейте всё это. Должно стать чуть легче. – Сказал он, и вручил каждому по пузырьку и по две таблетки.      Юноша вообще без раздумий проглотил таблетки, и за тройку глотков осушил пузырёк. Женщина посмотрела на обоих с недоверием, но последовала примеру мальца.      – Скоро должно подействовать. Будьте аккуратны, если идете к северным вратам, там толкотня дичайшая. – Проговорил алхимик, выходя из палаты. – Увидимся.      Путь к башне уже был относительно свободен. В голове отчаянно засела мысль о том, что нужно найти Иналию. Даже не столько, что бы узнать, что происходит, – картина уже складывалась сама собой, – сколько узнать, всё ли с ней в порядке. Правда ярл нашла алхимика быстрее, чем он её. Направляясь к башне, он услышал знакомый голос далеко сзади. Обернувшись, он увидел приближающуюся Иналию.      – Что.. Что происходит? – Осëкшись, спросил Венкарт. – Куда едут все эти люди?      – Туда, куда илланейцы, возможно, не доберутся. – Быстро ответила девушка. Алхимик заметил, что её лицо казалось ещё мрачнее, чем раньше. – Там больные. Все, кто был в лазарете. Ты приготовил снадобье?      – Да, приготовил. Времени испытать нет, но я практически уверен, что должно помочь. – Странным тоном ответил Венкарт. – Но безопасно ли отправлять всех, когда под городом уже стоят войска?     – Безопаснее, чем держать всех здесь. – В голосе девушки звучал не то страх, не то отчаяние. – Я не думаю, что мы выстоим. Но мы можем выиграть время. Какую-то часть уже вчера вывезли     Стоило отослать гонца Эрвалд вместе с небольшим набором снаряжения, как на Вариса взвалилась ноша по подготовке строя для возможной защиты города. Едва заметные столбы дыма рассеивались бледной полосой на южном горизонте, и ничего хорошего это не предвещало. Парня не на шутку беспокоила перспектива грядущего продолжения войны, но и отвлечься от назойливых мыслей времени не было. На площади в два ряде выстроились пятьдесят два человека, одетых в одинаковую "кустарную" форму воина, что представляла из себя кожаную куртку с металлическими пластинами на груди, спине и плечах, свободные брюки с пластинами и наручи. Воины преимущественно были вооружены виолитовыми мечами, алебардами, арбалетами и этерис-ружьями, что в узком кругу именовались самострелами. Между рядами ходил Варис.     – Авангард должен быть в любой момент готов выйти за стену и скосить остаток сил противника. – Четко и громко проговаривал Варис, проходя из стороны в сторону. – Стрелки сидят на стенах и стреляют с укрытия. Помните о том, что стрелы и снаряды надобно экономить, покуда количество вояк врага нам неведомо, и в случае чего, безоружными нам оставаться нельзя.     За Варисом наблюдали тихо стоящие в стороне Люциан и Кальдвин. У обоих было при себе оружие. Щетинистый охотник носил при себе уже изрядно пощербленный и потемневший меч, и засунутый в кобуру пистолет. Молодой бармен же держал под пальто ножны с острым виолитовым клинком.      – Опять война? – Вздохнул Люциан. – Они когда-нибудь успокоятся?      – Да чёрт их. Моё дело – напиточки по вечерам разливать. – Явно раздражённо пожал плечами Кальдвин.     Они уже не придавали значения наставлениями Вариса, думая каждый о своём, и в то же время глубинно беспокоясь о возможно грядущей беде. До последнего не хотелось верить в то, что война не была окончена, хотя в какой-то степени это и было логично. Но крик доселе равнодушного дозорного, сидящего на стене, заставил их отбросить даже такие мысли:     – На горизонте! Сотня человек.. Нет, мать их, больше!     Варис, даже сейчас, как казалось, не терявший уверенности, всё же изрядно напрягся, и сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. И задрожали.      – На штандартах не илланейский флаг! – Через какое-то время продолжил дозорных, видно разглядевший чуть ближе флаг.      Варис, не веря его словам, поднялся на стену, и сильно прищурился. И действительно, его ожидания увидеть золотое илланейское дерево на зелёном полотне не оправдалось. Вместо этого, уже потихоньку заходящее солнце обагряло и без того ярко алый штандарт с невнятной фигурой, похожей на ромб с торчащими в бока из верхних граней треугольниками. Отдалённо походило на трезубец.     – Готовьтесь. – Громко произнёс Варис, спускаясь со стены.      За минуту сгруппировавшиеся стрелки уже заняли позиции на стене, прикрываясь кирпичными выступами, и изредка выглядывая из них, в полной готовности стрелять. Кто-то уже заряжал арбалеты, а вместе с тем регулярно слышалось клацание затворов самострелов. Стоило Варису произнести лишь одно слово, и десятки выстрелов, которым вторили приближающиеся крики альвийских солдат, превратился в один неразборчивый грохот. В голове, да и, как Варис подумал, не только у него, пронеслась мысль, что город обречен.

     Отыскать всех заражённых в числе претендентов на эвакуацию оказалось не так уж и сложно: Их вполне очевидно усадили в две отдельные повозки. Лекари, ехавшие вместе с ними, метались от одной повозки к другой даже с большей прытью, чем между палатами ещё сегодня утром. Позади слышались гулкие взрывы, резкие выстрелы и леденящий скрежет металла о металл, после которых непременно кто-то в толпе охал и вскрикивал. Венкарт, в очередной раз стряхивая со лба поблескивающий пот то платком, то рукавом, примерял на себя роль врача, и присоединялся к мечущимся лекарям. Из-за создавшейся суматохи, не все повозки успевали уехать, так что перебежки между ними ещё были возможны. Мешки с препаратами стремительно худели и пустели, а содержимое сумки, по мере доставания из неё различного рода колбочек и пузырьков, побрякивала всё менее задорно. Состояние большинства больных было средней паршивости: Захворавшие лекари, не смотря на бледность и плохое самочувствие, всё же предпринимали попытки как самолечения, так и помощи своим коллегам; юнец, всё ещё походящий на полуживой скелет, бросался искрометными шутками и неплохо разряжал мрачную атмосферу; старики, под наблюдением двух подростков, продолжили играть в карты, и попутно принялись учить играть зрителей. Скорее всего, без предварительного одобрения их родителей, что были отвлечены беспокойными разговорами и пересмотром своих пожитков.      Наконец, очередной обоз, в составе которого были и повозки с больными, двинулись. Путь лежал на северо-восток, до загороженного густыми зарослями русла реки Лувы. Многие питали надежду на то, что обустроенный там лагерь илланейские солдаты не найдут. Тихое шуршание речного потока и непринужденный шелест листвы хоть немного, но успокаивали. Но стоило взглянуть на горизонт, и умиротворение как рукой снимало, при виде плотных столбов чёрного дыма, валящих с запада и востока. С Эрвалда и Фодгарда.      Ночь дала о себе знать, как только подул прохладный ветер. И пускай он был не столько холодным, сколько сильным и порывистым, необходимость в обогреве и тёплой еде настигла беженцев довольно быстро. Ветер был беспокойными, так что разводить костёр стали в небольшой ямке от вырванного дерева. Двое парней, побродив по лесу несколько минут, вернулись с двумя добротными охапками палок. У кого–то в толпе оказалась, ко всему прочему, ещё и зажигалка.      Венкарт, вместе с врачами, мельтешили чуть поодаль. За время поездки некоторым стало чуть лучше. Как минимум, двое почти перестали кашлять кровью. И пускай до полноценного выздоровления оставалось ещё много времени, работы чуть-чуть подубавилось. Но вместе с тем убавилось и количество лекарств, которые Венкарт и лекари взяли с собой. Голова алхимика была забита странными мыслями, практически никак не относящимися к работе и сложившейся ситуации. Тревожное предчувствие, навязчивое и странное.     На утро он проснулся от оживлённых голосово других беженцев, и обнаружив себя криво сидящим под деревом, даже не смог сразу как он вчера уснул. Через пару минут, осмотрев чуть подросший и облагороженный лагерь, он вспомнил, как из последних сил, после помощи лекарям, направился помогать обустраивать небольшие палатки и навесы, под которыми сейчас спали, просыпались и суетились беженцы. Под дерево он свалился, видимо, безо всякой силы, от чего и уснул.      Затем в голове внезапно всплыл сон, необычайно реалистичный и яркий. В нём он видел Иналию, окружённую руинами городской площади, окутанную пламенем и людьми в бордово – чёрных доспехах. Вокруг неё росла тернистая лоза, чёрная, будто обагренный кровью пепел. Она кричала. Она была одна. Венкарт чувствовал запах роз, дыма и крови. Не слышал, чувствовал её крик. Всё это было так натуралистично, будто он видел это наяву, стоял прямо там.      «Я должен быть там. Мне нужно туда. Мне нужно.. К ней..» – Лихорадочно крутилась в голове одна и та же мысль.     У лекарей было полно работы, но двое пациентов уже выглядели значительно бодрее, не смотря на круги под глазами и небольшую слабость. Остальные же держались на примерно том же уровне, что и вечером. Никто толком не понимал, что это за хворь, но у некоторых она проходила заметно легче, чем у других. Венкарт обошёл пациентов и врачей, и вручил одному из них остаток препаратов, что были при нём. Их бы хватило ещё на два дня, особенно если попытаться поэкономить. Но у алхимика была надежда, что экономить не придется. Заблаговременно предупредив лекарей, он ещё пару минут выслушивал их попытки остановить его ехать в город. Но видя его непреклонность, те быстро сдались, и просто проводили его взглядом. Конюх стороживший лошадей, оказался куда менее сговорчивым, но его убедил довод о необходимости забрать остаток лекарств и инструментов. Хотя, конечно, в планах алхимика это был не основной пункт.     Чем ближе на горизонте маячил город, тем отчëтливее становился запах дыма. Скрывшись в небольшом пролеске, парень стал ждать и внимательно осматривать стены города. Наверху не было никого, ни спустя полчаса, ни спустя полтора. Что—то заставило его рискнуть буквально всем, и поскакать галопом напролом. Оставив лошадь в высоких зарослях недалеко от северных врат, он, ни на секунду не переставая прислушиваться, вошёл в город. Перед глазами предстала, пожалуй, одна из ужаснейших картин, что он только видел: В городе почти не было целых зданий. Тут и там, практически каждые пять—десять метров встречались трупы. Кровь на них запеклась и потемнела от налипшей пыли. В ком—то по кожаной одежде можно было различить эрвалдских стражей. Те же, на ком были тёмные доспехи с виолитом, без сомнения были илланейцами. Но доставало и тех, кто не был ни тем, ни другим. Венкарт почти почувствовал, как кровь отринула от его лица, когда увидел совершенно нагой и грязный труп женщины, пригвозденной к стене разрушненного дома обломанной пикой, пронзившей её грудь.      Опомнившись, он понял, что его так сильно настораживает. В городе не было живых людей. Или ему так просто казалось. Кроме далёкого треска горящих досок и редких порывов ветра, не было слышно ни одного звука, ни одного шага, ни одного голоса. Это и радовало и пугало одновременно.     Пройдя ещё дальше, он наконец вышел на городскую площадь. Башня, раньше гордо возвышающаяся над городом, сейчас была просто грудой тлеющих обломков, разложившихся по всей площади. В воздухе стоял едкий и забивающий ноздри запах дыма, пыли и крови. И роз. Венкарт вспомнил, что видел это место во сне. Именно здесь, на этих обломках стояла Иналия, кричала и отбивалась от илланейских солдат. Но сейчас её здесь не было. Сейчас среди обломков росла только одинокая чёрная роза. Чёрная, будто пепел, обагренный кровью.