14. Соревнования, 1 часть

Ло Юй долго не находился с ответом, пока, наконец, Цао Ванцзян сам не начал говорить.

- Давай-ка мы с тобой после соревнований поможем нашим учителям встретиться, чтобы они объяснились друг другу. Я знаю, какой мой Учитель упертый, настолько, что они не могут помириться двадцать лет... Было бы так чудесно, если бы Хуанъин Лижэнь вступил в Цао Кайхуа.

- Не думаю, что эта идея его сильно обрадует, - честно признался в своих догадках Ло Юй, - но, конечно, мы можем попробовать.

Наконец, принесли их заказ и, обливаясь слезами счастья, юноша долго любовался сочным куриным мясом.

- Ты что, редко такое ешь? У нас в Цао Кайхуа такие блюда подают, по крайней мере, раз в два-три дня, а про праздники и говорить нечего. Вот что: если Хуанъин Лижэнь вступит в Цао Кайхуа, то и ты, конечно же, тоже; после соревнований позаботимся об этом.

Ло Юй, конечно, о таком мог только мечтать даже при своей жизни в деревне Фэн; с Наставником он питался действительно нормальной едой лишь пару раз, в Тун Чэне, да и на праздник, посвященный сбору урожая. В обычное же время на их импровизированном столе из больших камней, попадавшихся на пути, были дешёвые пирожки, купленные на с трудом заработанные деньги, овощи и фрукты, которые пожертвовали им жители спасённых деревень или домов, иногда кроличье или птичье мясо, раздобытое в лесу. Самое интересное заключалось в том, что Ло Юй не чувствовал себя бедным бродягой, он, наоборот, ощущал богатство, ибо, наконец, смог вести такой желанный им все эти годы образ жизни.

Ло Юй кивнул и начал есть. Вступление в Цао Кайхуа действительно было бы прекрасным, но уговорить Наставника поговорить с Цао Шаном по душам, а после вступить в Цао Кайхуа казалось задачей невероятной сложности. Ло Юю нравилось странствовать и вести свободный образ жизни, но он не считал, что вступление в Секту будет препятствовать этому. Он решил, что научится всему, что не смог или не успел рассказать ему Наставник, а после вновь отправится с ним в странствие, просто действуя от имени Секты.

Поблагодарив Цао Ванцзяна за вкусный завтрак, Ло Юй распрощался с ним, перед этим, конечно, пожелав ему удачи на завтрашнем отборе. Наконец, можно было идти работать вплоть до наступления вечера, поэтому со спокойной душой юноша изучил обстановку на улицах и, наконец, принялся за работу. В первые дни, несомненно, было стыдно и тяжело, но нагло сидеть на шее Хуанъин Лижэня совсем не хотелось, а также было неугасимое желание отплатить Наставнику за его доброту и терпение все эти месяцы.

Ло Юй стал недалеко от обочины, прошептал пару слов в сложенные вместе руки, и вдруг меж его ладоней показался слабый свет, постепенно разгорающийся все больше. Казалось, он хотел поскорее вырваться наружу, словно маленький птенчик из родительского гнезда, и, наконец, у него получилось. Яркими искрами он вознёсся в небо и воспылал десятками хризантем и пионов над крышами домов.

Прохожие тут же обратили внимание на загадочного юношу, некоторые остановились, будто бы размышляя, стоит ли задерживать свой взгляд и послушать, что скажет мальчик. Тогда Ло Юй более смело выступил вперёд.

- Сегодня я хочу рассказать вам одну удивительную историю, - сказал юноша, и по пальцам его руки пробежал маленький светящийся человечек, теряющийся в множестве искрящихся волшебных виноградных ветвях. Конечно же, такая необычная подача истории многих проходящих мимо бездельников заинтересовала, и около десятка человек собрались вокруг Ло Юя. Юноша довольно кивнул и начал, подталкивая ногой блюдце для монет:

- Когда-то давным-давно существовал в Небесах прекрасный город Тяньтан, - каждое его слово сопровождалось яркой искрящейся картинкой, играющей огоньками вкруг него, - и мост туда поддерживало два каменных дракона.

Тяньтан долгое время процветал: не было конца песням, танцам да фестивалям. Божества жили праздно и не беспокоились ни о чем, питая своей энергией ян две статуи.

Однажды в город поднялся Хоу И, прося божеств помочь людям с наводнениями, ведь у них было достаточно сил и могущества для спасения стольких жизней. Те, посмеявшись, прогнали его, говоря, что это совсем не их заботы. Тогда Хоу И ушел ни с чем, поклявшись уничтожить небесный город.

На этом моменте, выглядящем особо трагично, люди огорчённо повздыхали. Фигурка Хоу И медленно отдалилась от процветающего Тяньтана и исчезла в глубине облаков.

- Спустя многие годы Хоу И открыто выступил против Небес, и на сторону его вступили все существа, до этого скрывавшиеся во мраке. Боги, жившие без забот все это время, были растеряны, никак не могли собраться и, в конце концов, Хоу И одержал победу.

Зрители наблюдали за разгорающейся битвой маленький искрящихся человечков с восторгом, слушателей собиралось все больше и больше, как и монет на блюдце.

- Наследному принцу, сыну императорской супруги Чанси, удалось скрыться от его стрел. Юный бог бежал в мир смертных по небесному мосту, сообщив двум каменным драконам, что Небеса пали. Духи впервые за всю свою долгую жизнь покинули свои посты, не давая темным силам вернуться назад из разрушенного города, таким образом заперев их на Небесах, окружёнными телами мертвых богов.

Мост, ведущий в некогда процветающий Тяньтан, пал, и духи, верные своей родине, приняли человеческую форму и отправились по следам единственного выжившего принца.

Ло Юй замолк, воцарилась гнетущая тишина и вокруг него. Юноша лишь рассказывал одну из тех увлекательных историй, которые услышал от Наставника. Рассказчиком он был интересным, знал, когда нужно сделать паузу, а когда лучше не останавливаться и продолжать говорить.

- Говорят, - раздался его голос в тишине, - они до сих пор ищут небесного принца. Бродят, обессилевшие, по лесам, не теряя надежды. Как и принц, пытающийся найти пристанище для тела и покой для души. Кто знает, может быть, однажды они найдут друг друга, и встреча их будет радостнее всех, что были до того. И, быть может, их воссоединение изменит мир...

На этих словах два невероятно детальных маленьких дракона вылетели из-за спины Ло Юя, развевая его коротко стриженные волосы, обвились вокруг одинокой фигурки принца, стоящего на ладони юноши, и вспыхнули в мириадах бутонах фейерверков.

Зрители вначале стояли молча, после зааплодировали и набросали мальчишке побольше монеток, говоря теплые слова и хваля его за прекрасную работу. Конечно, находились и ворчливые люди, ожидавшие большего, но Ло Юй игнорировал их, радостный от такой небывалой прибыли.

- А покажи-ка что-то более зрелищное, - вдруг сказал кто-то из толпы, и юноша устремил свой взгляд на голос. Хозяином голоса оказалась юная леди в богатых одеждах и двумя пучками темно-каштановых волос по бокам.

- Если мне понравится, я заплачу сумму в десять раз больше той, что ты уже собрал, - заявила молодая госпожа, пока ее слуги расталкивали людей вокруг нее.

Ло Юй спокойно взглянул на нее и, не намереваясь вступать в конфликт,  решительно кивнул.

Юноша потёр ладонь от ладонь, медленно отступил на несколько шагов назад и направил печать к земле, туда, где и стояла юная девушка. Сейчас он собирался сделать то, что ещё никогда не пробовал, «прыгнуть выше головы», как сказал бы Наставник. Все эти четыре месяца Ло  Юй только и делал, что «прыгал выше головы». До этого он мог показывать только совсем не большие образы, а сейчас собирался сделать нечто более масштабное.

Над самой макушкой девушки завилась горящая алым, но не обжигающим пламенем диадема и неспешно опустилась на ее голову, одежды тут же преобразились - она стала похожей на владычицу огня. На плечи упали ленты, юбки стали пышнее, а в ногах у капризной госпожи распустились огненные цветы. Девушка завороженно рассматривала огненные линии вкруг себя и, наконец, оторвавшись от самолюбования, бросила взгляд на Ло Юя.

- Дайте ему тридцать серебряных монет, - произнесла она, кивнув слугам, но не отрывая глаз от юноши, - и пригласите его в «Небесную обитель» на ужин.

Пламенные чары вокруг нее рассеялись, когда она, блеснув ясными глазами феникса, скрылась в толпе; ее слуги, сделав все, как она и приказала, побежали за ней.

Ло Юй был доволен: есть и деньги, и симпатичная девушка - настолько, что напрочь позабыл, что договорился вечером с Наставником пойти посмотреть на отборочный тур младших участников. Юноша собрал свои деньги и отправился за покупками, чтобы привести себя в порядок к вечеру и к завтрашним соревнованиям.

Шагая вдоль по главной торговой улице города, Ло Юй думал об этом девушке. Она и вправду была настоящей красавицей, чем-то цепляла за душу и тянула к себе. Как день было ясно, что она была избалованна и капризна, ибо выросла в богатой семье; Ло Юй даже допустил, что она приехала на соревнования, но вскоре понял, что даже для девушки-заклинательницы она выглядит чересчур хрупкой и слабой, к тому же, она уже знала места в этом городе, куда можно было бы сходить вечером. Как разведал Ло Юй, та самая «Небесная обитель» была дорогим трехэтажным заведением посреди чистого пруда, в котором всегда отражалось ясное небо, отчего казалось, что здание находится в небесах, от этого и пошло название.

Когда Ло Юй перед ужином вернулся в похоронный дом, где они остановились, Хуанъин Лижэнь все ещё сладко спал, и юноша даже не вспомнил об их планах на вечер. Он быстро переоделся, посмотрелся в мутное медное зеркало, кое-как связав короткие волосы в хвостик, и, довольный, отправился в «Небесную обитель».

Вечерело; у входа, окружённого высокими колоннами с изображениями драконов и гор, горели бумажные фонари. Ло Юй отправился вперёд, осторожно ступая по мосту.

Внутри было также роскошно и даже интимно, как и снаружи. Освещение было довольно ярким, тем не менее атмосфера духовной близости с каждым присутствующим все ещё не терялась. Ло Юй подошёл к работнику и вежливо поздоровался.

– Не подскажете... Где-то здесь меня должна ждать очень красивая девушка и...

– О, вы, вероятно, о молодой госпоже Чжисы Цзилань? Она на крыше.

– Чжисы Цзилань... Спасибо, – улыбнулся Ло Юй и, осмотревшись, пошел вверх по лестнице. Преодолеть пару ступеней для него не было проблемой, и уже спустя пару мгновений он оказался на крыше «Небесной обители». Юноша осмотрел всех присутствующих и, заметив ту самую девушку, мирно ожидающую его за столом, он удовлетворённо кивнул сам себе и подошёл.

– Молодая госпожа, добрый вечер.

Она смерила его изучающим взглядом и быстро отвернулась.

– Садись, – и Ло Юй послушно сел напротив нее, – мое имя Чжисы Цзилань.

– Я Ло Юй.

– Слишком простоватое. Ты уже в том возрасте, когда нужно выбирать второе имя, иначе все тебя запомнят ребенком. Ты же приехал в Доушанеь на соревнования, верно? – Ло Юй кивнул. – Вот что: поскорее выбери себе второе имя.

Это, конечно, звучало очень глупо: какая-то незнакомка указывает Ло Юю, что ему делать. Но юноша спокойно ответил:

– Тогда зовите меня Ло Вэйсяо*. Я уже давно выбрал второе имя.*微笑 – «улыбка»

Чжисы Цзилань некоторое время молчала, потом выпила то, что было налито у нее в чарке, и скучающе махнула рукой.

– Расскажи что-нибудь. Секта, планы на будущее.

– Ох... – Ло Юй был поражен, что такая заносчивая, грубая девушка им интересуется. – Я странствую со своим Наставником. Сейчас мне предложили вступить в одну крупную Секту; я, пожалуй, соглашусь, позанимаюсь там и дальше отправлюсь в странствие с Наставником.

– И наставник, по-твоему, будет тебя ждать? – приподняла одну бровь Чжисы Цзилань.

– Ему тоже предложили вступить. Один из почитаемых учителей той Секты – его давний друг. Но Наставник ещё не дал согласие... Все зависит только от его решения. Молодая госпожа, лучше расскажите о себе.

– О себе? М-м... Я тоже заклинательница, но у меня повреждены духовные каналы, поэтому меня не допускают к соревнованиям. Я живу в Доушане, а мой отец, собственно, всем тут заправляет: и соревнованиями, и городом, и мелкими кланами поблизости, – она махнула рукой так, как будто это были сущие мелочи. – Чжисы Цзилань, ну неужели мое имя тебе ни о чем не говорит?

– Молодая госпожа, – Ло Юй опустил голову, извиняясь, – я живу вдали от мирских сует и совсем не знаю, что происходит вокруг.

– Тогда не так важно, – вздохнула Чжисы Цзилань, – это даже хорошо, что ты ничего не знаешь.

//Да-да, девочки, это все ещё сенен-ай, не горячитесь...//