На балу графа Линкольн

Белль тихонько пробирается по коридорам, оглядываясь по сторонам и стараясь не шуршать платьем, приподняв подол.Никем не замеченная, она прошла в самое дальнее крыло дома. Туда, где узкая винтовая лесенка уходила вверх, на чердак.

Девушка осторожно взошла по ступеням, в нерешительности останавливаясь перед дверью. Сначала хотела постучать костяшками пальцев по старому рассохшемуся дереву, но передумала: дверь была приоткрыта.

-Билли, ты как?- спросила она, заглядывая внутрь.

Хотя чердак и не приспособлен для жизни на нём и лишён каких-либо удобств, Билл худо-бедно его обустроил: большие, почти во всю стену окна были тщательно вымыты, дощатый пол - чист. Даже имелись в наличие стол, пара стульев и книжная полка, полностью заваленная вещами. Правда, кое-где на полу встречались ведра или тазики, что свидетельствовало о том, что в дождь крыша имеет свойство протекать. Да углы и некоторые щели были не очень аккуратно забиты клочьями ваты.Видимо, в холода тут тоже проблемы.

Брат лежал в подвешенном между балок стареньком полосатом гамаке, закинув руки за голову и раскачиваясь, отталкиваясь босой ногой от стены. Вид у него был крайне спокойный, но через эту каменную маску чувствовалось раздражение.

-Билл,- снова позвала сестра, так и не дождавшись отклика в первый раз.

-Чего тебе?- неохотно отозвался он, не поворачивая головы.

Белль подошла и села рядом с ним на гамак, из-за чего парню все же пришлось подняться. Теперь он исподлобья, напряженно посматривал на неё, как лисёнок, ожидающий от деревенских мальчишек только выстрела из рогатки.

-Это правда?- тихо спросила девушка, глядя не на него, а на свои сложенные на коленях руки.

-Что именно?

-То, что ты наговорил отцу?

-А...- мальчишка невесело хмыкнул.- Знаешь, это не важно. Он всегда, всю жизнь меня терроризировал. "Билл, сделай то, подай это, принеси чашку, нет, другую, иди помогай на кухне, стирай, убирай, готовь, стриги, мой, драй..." Я ему не Золушка на побегушках! У него слуг больше, чем золотых зубов, так что он именно меня вечно припахивает?!

-Может... Хочет тебя воспитать?- абсолютно неуверенно предположила Белль.

Билл иронично поднял бровь.

-Ну да, это вряд-ли,- согласилась она.

-Если и хочет, то не как своего сына.- парень снова лёг, заложив руки за голову и глядя в потолок.- А как сына шлюхи, которая случайно понесла от него ребёнка.

-Ну так не давай ему лишнего повода срываться на тебе. Перестань...- сестразапнулась, пытаясь охарактеризовать вызывающе накрашенные глаза брата.- Быть таким.

-Ну уж нет!- в гордой улыбке, адресованной старому графу, оскалился он.- Я буду таким, каким хочу быть! Остальное неважно.

-Ну хорошо,- не стала спорить Белль, опуская глаза.

Спорить с Биллом порой было бесполезно. Поэтому она просто перевела тему, снова вскидывая голову.

-Кстати, я чего пришла... Ты ведь хочешь попасть на бал?

Билл продолжал внимательно на неё смотреть.

-Знаю, что хочешь!- улыбнулась она.- Представь: музыка, свет, танцы. И ты в бальном платье кружишься по зале, вместе с кавалером...

-Эмм... Погоди. Я?!

-Билл!- лицо сестры резко оказалось так близко, что парень чуть не свалился с гамака.-Мне нужна твоя помощь! Я очень, очень не хочу ехать на бал!

-Не хочешь?- искренне подивился брат.- Ты ведь любишь балы.

-Там будет Линкольн...- ответила она, и уши девушки покраснели.

Билл всё понял, хмыкая:

-Хорошо. Допустим, намёк понят. Но что ты предлагаешь? Я не девчонка, чтобы...

-Об этом не беспокойся!- отозвалась Белль, быстро замахав руками.- Я уже предложила этот план своим фрейлинам. Они похихикали немного и согласились принарядить тебя вместо меня. Вот здорово будет!

-Ну не знаю...- всё ещё сомневался Билл.

Тогда Белль сдёрнула его с гамака и подвела к большому, во весь человеческий рост зеркалу, вставая рядом. В зеркале отражались почти совершенно одинаковые лица, одинаково черные смольные волосы и одинаково распахнутые тёмно-карии глаза. И в добавок ко всему - почти одинаковый рост и фигуры. Вследствие того, что Билл был на год младше сестры, но уже несколько выше.

-Видишь: никто и не заметит подмены!- продолжала радостно щебетать девушка.-Пожалуйста, Билли, соглашайся! Это ведь только на один раз, ради меня!

-Ну... Хорошо,- со вздохом согласился парнишка.- Но учти, он приказал мне драить кастрюли!

-Ничего, справлюсь. Всё лучше, чем танцевать с Линкольном...

***

Билл

То, что предложила мне Белль, казалось просто забавой. Очередной детской шалостью, да и только.

Но когда её молоденькие служанки, не переставая шептаться и хихикать, начали стягивать с меня одежду, я реально забеспокоился.

-Эй, куда!- я одёрнул рубашку, затравленно-ошарашенно глядя на них.

Обернулся в надежде на спасение к сестре, но та только, надув щёки от сдерживаемого смеха, протянула мне основу платья и корсет.Ох, пирата мне в мужья, на что я подписался...

Корсет, туго зашнурованный за спиной, начисто вышибал из лёгких воздух. Это при том, что я и так завидная глиста и он мне нахрен не нужен.А потом ещё всякие юбочки, панталончики, украшения и бантики...

К концу этих изощрённых пыток я уже едва держался на ногах и все думал, когда же по мне нанесут контрольный удар духами и я смогу спокойно свалиться на пол и умереть.

И кто сказал, что женщины - слабый пол? Фи! Да они такое выдерживают, не каждому мужику под силу! Вот например: сможет нормальный мужик ходить по струнке, вежливо улыбаться всем и каждому, скрывая адскую боль в стёртых до крови на каблуках ногах, и при этом ещё и не дышать?

Итак, я Билл Каулитц. Первый парень, который смог.И, боюсь, что последний...

Белль же, наоборот, переоделась в мою одежду. И теперь кайфовала от чувства необычайной лёгкости и свободных, ничем не стеснённых движений.Только грудь ей пришлось туго перевязать бинтами, чтобы не сильно выпячивалась.Эх, а на этот процесс посмотреть мне не дали...

-Белль, ты скоро?- раздался из-за двери голос отца, от чего все мы вздрогнули.- Мы опаздываем!

-Уже...кхм, уже иду!- начав сначала привычным своим голосом, я опомнился и изобразил голос Белль.

Сестрица подняла вверх большой палец.Я выскользнул за дверь, поправляя причёску. Обычно волосы мои торчали во все стороны ежом, либо спадали чёрными прядями на плечи. А сейчас...О да, сегодня мои волосы лишились невинности. Докатился.

Я предстал перед отцом, как можно шире улыбаясь. И только маленькая капелька пота сползала по виску, показывая как мне стремно: а вдруг он не такой дурак и сразу поймёт, что это не Белль, а я?...

Но отец окинул меня лишь мельком, незадерживающимся взглядом. А потом пошёл вперёд, и я за ним.

-Где, чёрт, возьми, Билл?! Этот капуша открыл для нас ворота или нет?!

Белль, ойкнув, подорвалась их открывать. Знаете, а ей идут растрёпанные волосы.Мне же отец галантно открыл дверцу кареты, и я с достоинством села...Тьфу, мать его, "сел"! Уже и забыл, что вообще-то пацан...К хорошему быстро привыкаешь.

Мы ехали в карете, отец рассказывал что-то смешное, постоянно смеялся и улыбался. Офигеть, он улыбаться умеет... При мне он так не делает.Я же, делая вид, что внимательно его слушаю, отрешённо смотрел в окно.Уже вечерело, солнце буквально несколько минут назад село за морской горизонт, и теперь небо разливалось желтоватыми, зелёными и сине-голубыми полосами.

Где-то вдалеке, в недосягаемой вечерней дымке плыл корабль. Отсюда он выглядел крохотной чёрной точкой, у которой едва угадывались паруса.Эх, наверное, хорошо это: вот так вот плавать по морю, не завися ни от чего и ни от кого. Отдавшись на волю ветра и капризных волн...

Ну, не мне об этом судить, я сроду в открытом море не бывал: так, катался пару раз на рыбацкой лодке вдоль берега, вместе с рыбаками. Рыбу им помогал удить, они меня потом ухой угостили... Ох и огрёб же я по возвращению домой.

Пока я предавался ностальгии и мечтаниям о морских просторах и дальних берегах, мы, оказывается, уже приехали.Опомнился я только тогда, когда лошади остановились, а резво подорвавшийся отец спрыгнул с кареты и открыл мне дверцу.

Я галантно подал ему ручку в атласной перчатке и неспешно сошёл вниз. Ох, сейчас бы сорвать с себя платье и показать отцу язык... То-то его инфаркт хватит!Но, увы, я пообещал Белль: без каких-либо шуток.

Ну ок, потом как-нибудь отыграюсь...

Однако, мне было уже не до того: огромный бальный зал, позолоченные люстры с миллионами свечей, огромные окна до потолка, открывающие вид на прекрасныйночной океан, и отражающие не менее прекрасные в своём насыщенном великолепии платья, сюртуки и улыбки.Столы, заставленные всякими блюдами, от первого до десятого, да впридачу большущей пирамидой составленные бокалы с лучшим вином... Мда, Линкольны всегда жили и принимали гостей с размахом.Кстати, о размахе...

-Его благородие, граф Фридерик Каулитц и его прекрасная, очаровательная дочь - Белль!- объявил наше появление глашатай на входе.

Все обернулись на нас, и я неловко, кривовато улыбнулся в ответ. Потому что отец подхватил меня под руку, от чего у меня возникло внезапное чувство смятения и желание двинуть ему в челюсть. Но я же "девушка", как-никак, да ещё и "дочь"... Ладно, пусть пока живёт.

-Белль!- выдохнул кто-то с восторженным придыханием, и из расступившейся толпы гостей прямо к моим ногам поклонился светлокурый, довольно молодой человек лет эдакдвадцати пяти, в белом изящном смокинге и с белой розой в нагрудном кармане. Голубые глаза его так и сияли, и в них отражались огоньки миллионов свеч... И моя почти напуганная моська.

Ах да, как я сразу не узнал: это же Линкольн! Тот самый, который ухлёстывает за моей сестрой!Интересно, и чем он ей не нравится?Вроде нормальный парень, и стиль в одежде и интерьере ничего так... Сам, правда, не в моём вкусе, но ради бабла сестричка могла и потерпеть.

Как по команде заиграла медленная, романтическая музыка. И Линкольн поднялся с колен, целуя мою руку в перчатке.

-Могу я пригласить прекрасную леди на танец?...- спросил он, в надежде и с лёгкой шалостью снова поднимая на меня взгляд.

Я не успел ничего ответить, как батя уже хорошенько незаметно подтолкнул меня в спину тростью. Да так, что я чуть не грохнулся прямо на своего "ухажёра". Ну спасибо, отец.

Линкольн же, рассчитав это как согласие, мгновенно уволок меня в вихрь танца. И все бы ничего, но уже через десять минут нескончаемого  вальса меня начало подташнивать, а и без того неуклюжие в этих дурацких женских туфельках ноги напрочь отдавили все ботинки Линкольну. Но молодой граф, походу, даже не замечал этого.

Да стрельни у него под ухом пушка, он и тогда бы не заметил: так залип он на моей персоне.Господи, он даже моргать забыл. И где их, таких принцев-биороботов, штампуют?

Я б взорвал этот заводик нахрен.

Теперь ясно, чего Белль его так чурается.

Я всё же кое-как выбрался из плена нескончаемой музыки и его рук.И отошёл в сторонку, дабы просто подышать свежим воздухом. Но нет же: Линкольн за мной. И начал лезть с какой-то чисто для женского понимания лабуденью:

-Белль,- тихо произнёс он, когда мы остались практически наедине, между огромным приоткрытым окном и одним из мраморных столбов.- Я давно хотел у тебя спросить... Знаю, мы знакомы уже много лет, я оказывал тебе всяческие знаки внимания, одаривал драгоценностям и подарками и тебя, и твоих родных...

"Ага. А обо мне чёт ни разу не вспомнил"- отчего-то подумал я с усмешкой.

-В общем...- Линкольн снова встал на одно колено, беря меня за руку.- Белль, согласишься ли ты стать моей...

Но договорить он не успел:

-На абордаж!!!- вдруг закричали откуда-то снаружи, и стёкла окон посыпались вдребезги, разбиваемые стальными крюками, к которым были привязанный верёвки. Кто-то закричал "Пираты!!" и был многовенно убит ворвавшимися через парадный вход морскими разбойниками.Женщины - да и многие мужчины - закричали и заметались. Но многие, вспомнив о своих шпагах, схватились за них.

Я в ужасе прижался к столбу, когда увидел, как из окна высовывается и смотрит на меня ухмыляющаяся пиратская рожа. Потом этот пират резво вскочил на ноги, вытаскивая саблю и надвигаясь на меня...

-Не позволю!- воскликнул кто-то, загораживая меня своей спиной. По белой ткани сюртука я понял, что это Линкольн. А по металлическому тонкому звуку - то, что о вынул свою шпагу из ножен. Увы, пират оказался проворнее:

Я вскрикнул, когда острая сталь пронзила молодого графа насквозь.И похолодел, словно в замедленной съёмке видя, как белый сюртук на спине окрашивается кровью, как на мраморный пол падают первые алые капли, и как Линкольн роняет своё оружие, падая лицом вниз.

-ЛИНКОЛЬН!- в ужасе закричал я, кидаясь к нему.

Он хоть и заёб меня за эти полчаса окончательно, но все-таки человек ведь старался, спасти меня пытался...

Кстати, безрезультатно: не успел я подорваться к упавшему графу, как что-то тёмное и вонючее накинули мне сзади на голову.

-Всё, дело сделано! Валим!!- крикнули у меня над самым ухом, крепко держа моё трепыхающиеся тело стальной хваткой.

Я старался вырываться, кричать, но...Что-то аккуратно, но определённо со знанием дела тюкнуло меня по голове.

И я мгновенно обмяк, окунаясь беспросветную тьму...