Глава 11. Снова и снова

До сих пор не могу отойти от факта того, что у меня была галлюцинация, как Кристиан приковал меня наручниками к кровати. Я слишком хорошо все помню, в то время, как галлюцинации с Амандой остаются в моей памяти размытым пятном, как мигрень. От этой раздирающей головной боли сложно избавиться, а еще голову сдавливает с такой силой, что в глазах начинает темнеть. Примерно такие ассоциации у меня с Амандой. Но вот с Крисом все чуточку иначе, у меня до сих пор болят запястья и если приглядеться, то можно увидеть покраснения на коже. Может, в приступе паники я сама нанесла себе увечья? Пожалуй, об этом стоит расспросить Лемми, а сейчас не засорять голову.

— Почему она должна идти с нами? — склоняю я голову к Алексе, чтобы Сюзанна нас не услышала, хоть мы и сидим в одной машине.

— Она играет роль наживки, пока мы с тобой ищем договор и дело Аллена.

— Хорошо, тогда почему я должна идти с вами? — все также продолжаю интересоваться я полушепотом.

Алекса пожимает плечами, поворачивая руль вправо, и в лобовом стекле мне открывается вид на чертов замок, потому что домом это не назовешь. Здесь живет Альвар?

— Если тебя это утешит, то мне она тоже не нравится, — намекает Алекса на ту, что сидит сзади и скролит ленту TikTok.

— Смотри какой щеночек! — пищит Сюзанна от умиления, тыча мне своим телефоном в лицо.

Я вжимаюсь в кресло, хмуря брови.

— Убери от меня телефон, или я его разобью, а у тебя будет перелом руки в двух местах, — угрожаю я.

Девушка возвращается на свое место, пока я смотрю на нее через зеркало заднего вида. Сюзанна очень инфантильная, а еще я называю ее пубертатной язвой, которая вешается на Криса, как стриптизерша на шест.

— Ты такая злая, — вздыхает она, надувая по-детски губы. — Как только с тобой люди разговаривают?

Сейчас я хочу занять место Алексы, вывернуть руль и вылететь в кювет.

— А с тобой, видимо, не разговаривают, сразу трахают? — поворачиваю я голову на девушку.

Она ошарашенно хлопает ресницами, размыкая свои пухлые губы от уколов гиалуроновой в них кислоты.

— Да как ты смеешь?! — возмущается та. — Я никогда и ни с кем не занималась этим!

Я вскидываю бровь:

— А как же Кристи? — специально я выдавливаю из себя голос, пытаясь повторить Сюзанну.

— Если я так говорю, то это не значит, что я действительно так делаю! Я всего лишь на него работаю! — продолжает она протестовать.

— Она трахалась с Крисом? — подключается Алекса.

— Я с ним не трахалась! — уже хнычет та, ударяя себя по лбу ладонью.

— Почему мы вообще говорим про его половую жизнь? — негодую я, смотря уже на Алексу.

Она пожимает плечами, натягивая на лицо язвительную улыбку.

Ненавижу, когда она так делает.

Машина останавливается напротив огромных золотых ворот на верхушках которых, расположены острые пики, словно их специально затачивают каждое утро. Когда я вышла на улицу, то заметила, что по бокам ворот стоят статуи львов, на чьих головах расположены короны. Я закатываю глаза, фыркая от яркого пафоса, который так старается показать Альвар.

К нам подходят двое мужчин в костюмах, но Алекса перехватывает их, что-то показывая перед их носами в телефоне. Они переглядываются между собой, а на их лицах смятение и недоверие столкнулись в жестокой схватке, но в конечном итоге двое мужчин разворачиваются и просто уходят, а Алекса возвращается к нам.

— Что ты им показала? — интересуюсь я, пока ворота открываются перед нами тремя.

— Матушка меня научила очень интересным приемам со своим клубом, — подмигивает она. — Клуб очень популярен, даже здесь. Я просто показала им, кем является моя мать, — пожимает Алекса плечами.

Я щурю глаза, не веря ни единому ее слову, но все же киваю.

Мы проходим во двор, всех троих сопровождает уже другой мужчина. Он довольно пожилой, может, какой-нибудь дворецкий Альвара. Но когда мы зашли в особняк, то в мои уши, словно отверткой в глаз, врезалась громкая музыка. И эта не та спокойная музыка, которую я ожидала услышать. Из динамиков, которые разбросаны по углам огромнейшего зала, звучит песня группы «SEREBRO», а именно: «Mi Mi Mi».

— Что за херня? — практически кричу я Алексе, чтобы она меня услышала, а она сама качает головой в такт музыки.

— Не знаю! — кричит она в ответ, — Но мне уже нравится!

Это не гостевой прием, это какая-то подростковая вечеринка с Блэкджеком¹ и шлюхами.

Сюзанна покидает нашу компанию, смешиваясь в толпе танцующих и пьяных людей. Если она не будет действовать по плану, то все пойдет коту под хвост.

Я попыталась пойти в след за девушкой, чтобы вытащить ту и напомнить про план, но меня остановила Алекса, схватив за локоть и притянув к себе.

— Оставь ее! Пошли, у нас мало времени!

Я практически не слышу ее, потому что в голове звучат строчки из песни.

Call me dandy candy cause I'm high, high!

Мы просачиваемся через толпу, направляясь к лестнице, пока я оборачиваюсь по сторонам, чтобы не потерять Алексу из виду, которая пританцовывая, плетется за мной, и чтобы не наткнуться на Альвара.

I am so super pupper drupper

I'm the front girl in round!

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, мимо нас пробегает девушка, которая очень похожа на ту, что была в доме Криса и искала договор. Мы пересеклись с ней взглядами и она просто проскочила вниз, затерявшись в толпе. Если это и она, то я буду молиться всем богам, чтобы она не узнала меня.

I am so cool with my awesome big tits

On the ground!

Кабинет Альвара находится на третьем этаже, но даже здесь, отдаленно можно услышать музыку. Еще немного, и я переломаю руки диджею, хотя, если смотреть на ту же Алексу, то ей нравится вся эта ситуация, которая больше походит на какой-то цирк без клоунов.

Я первой захожу в кабинет. Тут тихо и темно. Нащупав выключатель и, включив свет, я прохожу к рабочему столу, начиная искать договор и личное дело Тома. Алекса тоже не стоит без дела, она проверяет все: шкафы, ящики и тумбы, которых довольно много для одной комнаты.

— Странно, что половина ящиков и полок пустует, — недоумевает девушка, продолжая рыться в стопках бумаг.

Действительно, странно. Будто кабинет обустроили недавно и просто не перенесли сюда некоторые вещи, а может, так и задумано?

В одном из ящиков в столе, мой взгляд бросается на папку без названия. Достав ее, я переворачиваю обложку и вижу фото двух девушек, которые очень сильно засели в моей памяти.

— Алекса, — отвлекаю я девушку с каким-то непонятным страхом в голосе.

Она оборачивается на меня с вопросительным выражением лица, ожидая от меня последующих действий и объяснений.

— Разве это не те девушки, которых мы перехватили в последний раз?

Я разворачиваю папку на Алексу, показывая той фотографии. Теперь ее лицо одаряют множество эмоций, но доминирует замешательство.

— Твою мать, — ругается она, зарываясь пальцами в свои волосы на макушке. — Сука, как я не догадалась? — вскидывает девушка голову, глубоко вздыхая.

— О чем ты? — недоумеваю я, начиная листать страницы папки.

— Тех девушек должны были передать Альвару. — с ее губ сорвался нервозный смешок. — Вот почему те двое просто ушли, они знали.

Пока Алекса вела свой монолог, я читала личное дело тех двоих девушек. Обе из неблагополучной семьи, а одну из них насиловал собственный отец на протяжении пяти лет. Мне становится тошно от прочитанного, но я читаю до конца, сама не понимая зачем я вообще это делаю.

Когда я переворачиваю страницу, то замечаю на ее обороте послание, которое адресовано мне: «Добро пожаловать в мафию, мисс Франкс».

Мисс Франкс?

Так ко мне обращались лишь несколько человек, а именно: Сильвестр Морнинг и Том Аллен.

Морнинг мертв, он физически не мог написать это, но вот Аллен. Его выдает собственный почерк.

Если это написано самим Алленом, значит он знал о моем приходе, знал, что я приду сюда, поэтому оставил мне новое сообщение, как и два года назад.

Игра все еще не закончена, она просто стоит на паузе и выжидает.

Здесь нет и не было Альвара. Это гребаная ловушка.

Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на Алексу, но она смотрит на меня ошарашенными глазами и не двигается. Обернувшись в сторону, мои глаза слепит яркий инфракрасный луч. Прямо сейчас между моих глаз наведен прицел винтовки через окно, и я замираю на месте. Все было продуманно изначально, а мы просто попали в мышеловку. Здесь нет ни договора, ни личного дела. Здесь будет два трупа с простреленными головами.

— Ким! — кричит Алекса.

Я не могу двинуться с места, мое тело снова сковал страх. Все, что мне остается — закрыть глаза и ждать своей смерти.

Буквально секунда отделяет меня от свинца. Меня отталкивают в сторону, я валюсь на пол, пока мое тело накрывает Алекса.

Пуля пробивает стекло, рекашетом отскакивая от сабли, которая висела на стене над нашими головами, а сейчас падает вниз. В моменте я отталкиваю от себя девушку, а сама переворачиваюсь на живот, пока напротив моего лица на пол, с оглушающим звоном, падает острое лезвие сабли. Еще бы немного, и Алексе просто бы отсекли голову, как огромное лезвие гильотины.

Я встаю на ноги и побегаю к Алексе.

— Ты как? — интересуюсь я.

— Нормально. — она показывает мне договор, а мои глаза расширяются от шока. — Личного дела тут нет, забираем Сюзанну и сваливаем. Живо.

Алекса передает мне лист, и я прячу тот во внутреннем кармане кожаной куртки. Мы выходим из кабинета, направляясь к лестнице, пока Алекса начинает кому-то звонить.

— Крис, в Ким стреляли, пришли своих людей, — тараторит она. — Что? Нет! Она в порядке... Хорошо, ждем.

Пока я спускаюсь по лестнице в след за Алексой, то врезаюсь в ее спину.

— Чего ты встала?

Выглянув из-за спины девушки, я вижу, как внизу лестницы стоит мужчина и направляет на ту пистолет.

— Ничего не забыли?

Я оборачиваюсь назад. Передо мной стоит та самая девушка, которую я видела на лестнице. Она держит за волосы Сюзанну, упирая в ее висок дуло, пока та хнычет, пытаясь вырваться.

— Отпусти ее, она ничего не сделала, — прошу я, а моя рука тянется за спину, чтобы вытащить пистолет.

Но звук выстрела и пролетающая пуля мимо меня, заставляет отдернуть руку.

— Ким, не надо, — шепчет Алекса.

— Обмен. Я отдаю тебе ее, а ты мне отдаешь договор, — требует девушка, только сильнее надавливая дулом на голову Сюзанны.

— Кимберли, не отдавай договор.

Я в растерянности. Если не отдам договор, то мозги Сюзанны окажутся на полу. Да, эта сучка не симпатизирует мне никаким образом, но она, мать вашу, человек. Еще один человек, который может из-за меня умереть. Я не хочу, чтобы кто-то страдал из-за меня, из-за моих решений и действий. Я потеряла слишком много, чтобы вот так просто смотреть на то, как сквозь голову Сюзанны вылетает свинцовая пуля.

— Решай, Карма.

Снова это чертово прозвище. Оно как бремя, которое мне нужно нести на своих плечах всю оставшуюся жизнь.

Я протягиваю руку ко внутреннему карману куртки и достаю эту бумажку, из-за которой люди готовы перебить друг друга.

— Кимберли, какого черта? — шипит Алекса.

Либо я отдаю договор, либо нас тут троих убьют. На Сюзанне они не остановятся.

Поднимаясь вверх по ступеням, я протягиваю договор девушке, смотря на ту исподлобья.

— Умница. — она толкает Сюзанну на меня.

Я ловлю девушку и завожу за свою спину, снова отходя назад, ведь на меня направлен пистолет.

— И что теперь? — интересуюсь я, — Убьете нас?

— Нет, только вон ту, светловолосую, — намекает она на Алексу.

— Алекса, сколько еще до прихода людей Криса? — шепчу я.

— Две минуты, — шепчет она в ответ.

Я смогу потянуть время.

— Сюзанна, — обращаюсь я к напуганной девушке за своей спиной, — У меня под курткой пистолет, аккуратно вытащи его, а как только я подам знак, то ты мне его отдашь. Понятно?

— Хорошо, я постараюсь.

— Зачем тебе убивать Алексу? — кричу я с лестницы.

— Мне не за чем, но вот моему боссу нужно ее убрать.

— Твой босс Альвар?

Мой вопрос вводит девушку в тупик, пока ее глаза бегают из стороны в сторону. Ее босс не Альвар? Тогда кто? Том Аллен?

— Ты работаешь на Аллена?

Девушка подозрительно косит на меня глаза, видимо, я все же оказалась права.

— Довольно разговоров! Эй, — кричит она мужчине внизу лестницы, — Пристрели ту светловолосую!

— Сюзанна!

Девушка вытаскивает пистолет и передает его мне. Я выхожу из-за спины Алексы, возвожу курок и стреляю в мужчину равно три раза. Тот падает на пол, но я не могла предположить, что внизу будут еще люди с оружием.

Двое направляются к лестнице, снимая пистолеты с предохранителя, пока я поворачиваюсь к той, что стоит надо мной, и стреляю ей в ногу. Девушка звонко вскрикивает, падая на пол, держась за кровоточащее бедро, выронив пистолет.

— Алекса! — я кидаю девушке свой пистолет, а сама бегу наверх. — Прикрой нас! — намекаю я на себя и Сюзанну.

Поднявшись к девушке, которая мычит и хнычет от разрывающей боли, я вырываю у нее договор, снова пряча тот в карман, хватаю с пола ее пистолет и стреляю в людей снизу.

— Сюзанна, беги наверх и закройся в одной из комнат! — командую я той.

Девушка пробегает мимо меня, поднимаясь на третий этаж и запирается в одной из комнат.

— Алекса, сюда. Я прикрою.

Алекса поднимается ко мне, пока я стреляю по живим мишеням.

— Нужно спрятаться.

— Тащи ее с нами, — дергаю я подбородком в сторону той, что до сих пор зажимает свою ногу.

— На какой хрен она нам?

— Она работает на Тома! Алекса, бери ее и пошли! — срываюсь я на крик.

Девушка хватает ту под руки и тащит в комнату, пока я прикрываю их.

Мы заходим в комнату, в которой пряталась Сюзанна, и когда она нас видит, то начинает верещать, как в задницу ужаленная.

— Захлопни рот! — кричу я Сюзанне, захлопывая дверь и подставляя к ней несколько небольших тумб.

Я подхожу к Алексе, которая все еще держит раненную, хватаю ту за грудки и прижимаю к стене.

— Имя! — требую я.

— Эмма, — плачет она, еле выговаривая свое имя, — Эмма Скотт.

— Ты работаешь на Тома Аллена?

— Я не знаю.

Я замахиваюсь рукой и бью Эмму кулаком по челюсти.

— Ты работаешь на Тома Аллена? — переспрашиваю я.

— Я не знаю! Все поручения мне дает Альвар, но я не работаю на него самого.

Схватив Эмму за лицо и, впиваясь в щеки ногтями, я рывком притягиваю ее к себе.

— Я могу сломать тебе челюсть одним нажатием, могу свернуть тебе шею одним резким движением своих рук, — угрожающе рычу я, — Выбирай, что больше нравится.

Она судорожно дергает головой, продолжая рыдать сильнее.

— Я правда не знаю, отпусти меня! Я все тебе сказала! — всхлипывает та.

— Кимберли, — окликает меня Сюзанна.

— Что? — оборачиваюсь я на девушку, но потом вижу, как Алекса прижимает к своему животу ладонь. Окровавленную ладонь.

Я отпускаю Эмму, подходя к Алексе.

— Когда тебя ранили? Почему ты не сказала мне?

— Ким, все хорошо, — успокаивает Алекса, улыбаясь, — Просто царапина.

Кэш меня убьет, когда узнает про ее рану. Нет, он не убьет меня — он заставит копать самой себе могилу, а потом прострелит мне башку и закопает.

— Царапина?! У тебя кровоточит живот, и пуля могла застрять! — паникую я.

— Кимберли, успокойся, — тяжело дышит она от боли и морщится.

— Нет!

Мое недовольство прерывают ровно три стука в дверь. Кристиан.

Я отодвигаю от двери тумбы и открываю ту, давая Крису войти. Он сразу же заключает меня в такие крепкие объятия, что мои кости трещат от силы сдавливания.

— Как я рад, что ты цела, — облегченно выдыхает он. — Тебя не ранили, с тобой все хорошо?

Крис отпускает меня, но берет мое лицо в свои руки, рассматривая его на наличие ран, как и все мое тело.

— Все со мной нормально! — недовольно верещу я, вырываясь из его хватки. — Алекса ранена.

— Я не ранена! Это просто царапина.

Брэд подходит к Алексе.

— Мисс Брук, пойдемте, здесь вам точно делать нечего.

Брэд выводит Алексу, а Сюзанна плетется за ними.

— А это кто? — Крис переводит свой взгляд на Эмму.

— Та, что работает на твоего папашу.

Крис сразу же направляет на ту пистолет уже готовясь выстрелить ей в голову, но я хватаю того за руку, прикрывая собой Эмму.

— Нет, она нужна нам.

Сама в шоке от того, что не дала кого-то убить и сама ее не убила. С одной стороны, мне стало так ее жалко. Я не знаю, почему во мне проснулась какая-то человечность или милосердие, но я не хочу, чтобы она умирала. По крайней мере, не сейчас и не здесь.

— Ты сказала, что она работает на Тома, но не хочешь, чтобы я ее убивал? — вскидывает он бровь. — Тогда сама ее убей.

Он протягивает мне пистолет, но я не решаюсь его взять.

— Нет, убивать я ее тоже не буду. Она может рассказать нам, где находится Том.

— Ты уверенна в этом?

— Уверенна.

***

Я вернулась домой час назад. Люди Криса отвели Эмму в одну из комнат в его доме. Я не разрешила тащить ее в подвал, потому что она бы могла там замерзнуть. Клэр накормила Эмму, а потом мы просто закрыли ее, перед этим заколотив окна с внешней стороны дома, чтобы та не сбежала, и убрали все колющие и режущие предметы, на всякий случай.

Алексу давно привезли, пуля прошла насквозь, не задев жизненно важные органы. Ей обработали и зашили рану, а потом уложили спать. Кэш точно мне что-нибудь сломает.

Выйдя из спальни, я направляюсь в кабинет Криса, куда он ушел сразу же после приезда. Заходя в кабинет, я увидела, что парень стоит напротив открытого окна и курит, но как только замечает меня — выбрасывает окурок через окно, закрывая его.

— Почему ты не спишь? — спрашивает он, будто ему действительно есть до этого дело.

— Что-то не спится, — пожимаю я плечами, закрывая за собой дверь и проходя в глубь кабинета. — Я достала тебе то, что ты хотел, — протягиваю я ему договор.

Крис тянется за ним рукой, но в эту же секунду я отдергиваю свою руку, поднимаю ту кверху.

— Кимберли, это не игрушка. Это очень важный документ, — все еще стоит с протянутой рукой парень, ожидая, пока я послушно отдам ему листок с чернилами.

— Что мне за это будет? — лукаво улыбаюсь я, щуря глаза.

— Кимберли, ты пьяная? — предполагает он, на что я медленно покачиваю головой в знак отрицания.

— Я совершенно трезвая, Кристиан.

— Тогда, что ты хочешь?

— А что ты предложишь? — усаживаюсь я на его рабочий стол, запрокидывая ногу на ногу.

Давай же, Кристиан, мы оба этого хотим. Но если ты не поймешь мой намек, то я встану и уйду!

Он медленно вздыхает, и я вижу, как его грудь медленно вздымается. Черт, даже под рубашкой я могу разглядеть этот рельеф, который так и манит. Крис надвигается на меня уверенными шагами, ставит руки по бокам, тем самым блокируя мне путь отступления.

— Ты правда этого хочешь? Учти, я не отпущу тебя, пока не получу желаемое, — предупреждает он хриплым голосом, а по моей коже уже бегут мурашки.

— Смотря, что именно ты хочешь. Это, — верчу я перед его лицом листком. — или же это, — намекаю я на себя.

Я бросаю листок на стол, расположив его рядом с собой.

— Выбирай.

Но выбор очевиден.

Кристиан врезается в мои губы своими, медленно укладывая меня на стол.

Забыла уточнить одну важную деталь: я нахожусь в одной футболке, которая еле прикрывает мою задницу, и под ней нет нижнего белья.

Руки Криса сразу же задирают мою футболку, а потом и вовсе срывают с меня этот бесполезный кусок ткани. Его губы спускаются на мою шею, ключицы, а потом и на грудь. Крис кусает меня за возбужденный сосок, а второй щиплет между двух пальцев, оттягивая его. Я вскрикиваю, выгибаясь в спине и запрокидываю голову назад, но резко прикрываю рот ладонью, ведь в доме полно людей, которые могли бы нас услышать.

Он зализывает место укуса, пока из моего рта вырываются судорожные и приглушенные стоны. Крис спускается губами ниже, к тому самому месту, которое плачет по ласкам его языка. Опускаясь на колени, парень запрокидывает мои ноги себе на плечи, впиваясь губами в мою киску, буквально пожирая и упиваясь моими соками.

Стоны вырываются только громче, а свободная рука прижимает его голову только сильнее. Я сама не осознаю того, как двигаю бедрами, полностью отдавшись в лапы похоти.

Мне хватает лишь языка Кристиана, который так ловко нарезает круги вокруг моего возбужденного клитора, чтобы я кончила лишь от этого, но Крис останавливаться не собирается. Ведь он сам сказал, что не отпустит меня, пока не получит желаемое. Я и сама не собираюсь уходить, пока не получу свое.

Крис отстраняется от моего тела, но не надолго. Он встает на ноги, и я могу слышать звон пряжки его ремня, а потом чувствовать его твердый и разгоряченный член на своей киске. Он водит им по моим складкам, тем самым только сильнее разжигая огонь внутри, а потом входит, сразу начиная двигаться, а в своих руках сжимать мои бедра.

Я обвиваю его талию своими ногами крест на крест, будто боясь того, что он уйдет.

— Убери руку ото рта, — требует он хриплым голосом, на что я отрицательно качаю головой. — Кимберли, кроме меня, тебя никто не услышит и никогда не будет слышать, потому что твои стоны принадлежат только мне.

Убрав руку, я цепляюсь за широкие плечи Криса, впиваясь в них ногтями, начиная громко стонать.

— Вот так, умница, — хвалит он меня, поглаживая большими пальцами мою кожу. — Давай, Кимберли, не сдерживай себя.

Одна из его рук спускается между моих ног, и Крис начинает массировать клитор, давая мне больше удовольствия.

Я не могу сдерживать стоны, не могу сдерживать все те эмоции, что бурлят во мне и пузырятся, как лава в жерле вулкана. Они вырываются из меня с каждым толчком Криса, с каждым его поцелуем или словом. Он полностью овладел моим телом, знает, как довести меня до оргазма так, что мои ноги будут трястись, как проклятые, будто я пробежала марафон. Он знает, как сделать мне лучше, но в тот же момент он может задеть меня словом или действием.

В этом парне присутствуют несовместимые вещи, которые могут завести меня в тупик. Могут ранить и обидеть. Но сейчас, именно в этот момент, я не хочу думать о плохом, не хочу засорять и так свою захламленную голову новыми мыслями и переживаниями. Я хочу полностью отдаться моменту, хочу прочувствовать его. Хочу почувствовать Криса целиком и полностью.

И я знаю, что на следующее утро он снова начнет меня игнорировать. Мы снова станем врагами и будем ненавидеть друг друга с такой неописуемой злостью, что будем готовы перегрызть друг другу глотки. Но это будет лишь завтра. А на данный момент я нахожусь рядом с тем Крисом, которого я помню, который был со мной два года назад.

С последними его толчками, которые буквально врезаются в меня, я кончаю с новой силой, но Крис все еще остается во мне. Он склоняет голову, кладя ту на мое плечо и тяже дышит, пока я сама пытаюсь восстановить свое сбившееся дыхание. Сердце сейчас покинет тело у нас двоих, но нам плевать на это. Я располагаю свою голову на макушке парня, закрывая глаза.

Что с тобой стало, Кристиан Хайдер? Почему ты стал таким же, как и я?

«...Мы с тобой разные, разные, разные, разные

Мы так хотели быть чистыми — стали грязными, грязными

Ночи такие же тёмные, розы красные, красные

Вместе хотели быть навсегда — стали разными, разными»

Quest Pistols — Разные