ГЛАВА 84

Время текло, а Грейсон так и не давал о себе знать. Меня это всё больше напрягало. Время премьеры фильма приближалось, а вопрос с террористической группой так и не был разрешен.

Я решил сам заехать к нему в особняк. Как же давно я здесь был в последний раз...

Сейчас дом встретил меня практически полным отсутствием людей.

Где-то в кустах копался садовник, но он был больше похож на фотомодель — в рваных джинсах и с полностью обнаженным торсом.

На ступенях меня встретила молодая женщина в униформе горничной.

Глядя на нее, я засомневался: а знает ли она, как пользоваться пылесосом?

Впрочем, это не то, что должно меня волновать.

Грейсон находился на заднем дворе у бассейна.

Он лежал на шезлонге и смотрел в голубое небо. Только маленькие и узкие плавки скрывали его достоинство.

— А, Кит, привет.

Он меланхолично посмотрел на меня и сразу отвернулся.

Я же внимательно рассматривал его фигуру. Сейчас о произошедшей аварии ничего не напоминало. Даже шрама на голове уже не осталось.

— Как ты себя чувствуешь?

Я сел на соседний шезлонг.

Горничная, которая меня сюда проводила, принесла большой поднос с холодными напитками.

Разлив лимонад по стаканам, она бросила в мою сторону заинтересованный взгляд.

Даже не взглянув на нее, Грейсон махнул рукой.

— Ты можешь быть свободна, больше нас не беспокой.

Он сел на шезлонге, потянувшись, как большая кошка.

— Ты редкий гость в моем доме. Чего вдруг?

— Ты не отвечаешь на звонки?

— Да все в порядке, просто где-то телефон потерял. А новый никак не дойдут руки купить.

Я внимательно посмотрел на Грейсона. Его телефон, скорее всего, так и остался лежать в останках спортивного автомобиля. Неужели за те дни, что прошли после того, как он очнулся, он не нашел времени дать задание секретарю или дворецкому купить новый?

— Где вся прислуга?

— А-а-а, я отправил их в отпуск, — он неопределенно махнул рукой, но на меня так и не смотрел.

— Ты работаешь?

— Конечно, не покладая рук. За последнее время у меня прошло несколько крупных сделок. Так что не волнуйся, твои деньги тоже приумножатся.

— Тогда почему ты дома?

— Сейчас я работаю с азиатским рынком. А у них — ночь.

— Так как ты себя чувствуешь?

Он взял запотевший стакан и с интересом стал рассматривать содержимое.

Я вдруг понял, что что-то не так.

— Представь себе мое удивление, когда я очнулся в больнице. А рядом — никого. Никто обо мне не знает, никто меня не разыскивает. Врачи только сказали, что я попал в аварию и пролежал без сознания три дня. Смешно...

Он посмотрел на меня, но в его фиолетовых глазах не было смеха. Он выглядел очень растерянным.

— Ты помнишь, как это произошло? С какого перепуга ты поперся ночью на свое загородное ранчо?

— А ты откуда знаешь?

— Ты мне звонил, — я опять внимательно всматривался в его лицо, и то, что я видел, меня беспокоило.

— Тогда понятно.

— Ты что, об этом не помнишь?

А вот сейчас в его глазах сквозил откровенный испуг.

Он долго молчал, пока решился заговорить.

— Кит, я не помню. Не помню сам момент аварии, где я был и что делал до этого. И несколько предыдущих дней я не могу вспомнить.

Я выдохнул.

— Вот как?

— Даже после нескольких дней в больнице меня никто не навестил. Я так и уехал один домой. У меня даже одежды при себе не было. Представляешь, администрация выделила мне представительский автомобиль, чтобы я в пижаме мог оттуда уехать, — Грейсон хихикнул, но я видел, что ему не смешно.

— Так, а что врачи говорят?

— Что это иногда бывает, что люди не помнят сам момент аварии. Но странно, что из моей памяти выпало несколько дней перед этим событием. Я только помню, как пришел рано утром в больницу, потому что Магдалену, жену брата, увезла скорая помощь... Мы подумали, что она родит в тот день... А потом... ничего не помню. Но мне кажется, там было что-то очень важное.

Грейсон с тоской в глазах посмотрел на меня.

У меня по телу побежали мурашки. Получается, этот олух забыл и Мишель, и ребенка.

Вот ведь как...

Но больше я об этом и слова не скажу. Бедный, неприкаянный Грейсон.

— Натаниэль разыскивал тебя. Но когда произошла авария, ты просил не сообщать об этом родственникам. И возможно, ты все забыл, потому что у тебя наступил гон.

— Тогда понятно. А то я вдруг подумал, что вообще никому не нужен, — Грейсон облегченно выдохнул. — А ты где был? Почему не приходил, раз обо всем знал?

Я вздохнул. Все равно я должен буду рассказать Грейсону, что со мной произошло. Почему бы и не сейчас?

— На меня было произведено очередное покушение, Ён У сильно пострадал. Пока он был в больнице, я не мог думать ни о чем другом. Я позже тебе расскажу об этом подробнее.

Мне нужна была помощь Грейсона в вопросе по поимке преступников. Но, глядя на него сейчас, я понимал, что этот разговор преждевременный.

— Как Ён У? Ты все-таки его нашел.

— Да, мы вместе. И я пометил его, — сейчас в моем голосе звучала неприкрытая гордость.

Грейсон же с сочувствием посмотрел на меня.

— Я пойду, — поднявшись с шезлонга, двинулся к выходу из аквазоны.

Грейсон тоже поднялся.

— Провожу тебя.

Мы так и шли рядом молча. Я — в классическом костюме, он — босиком и в почти невидимых плавках.

Остановившись возле лимузина, я окинул взглядом территорию. Охрана была только у въездных ворот.

— Почему здесь так мало телохранителей? Ты же знаешь, что сейчас идет настоящая охота на доминантных альф.

— Особняк защищен системой безопасности. Ночью выпустят собак. А сам я, ты же видишь, никому не нужен.

Что-то екнуло в моем сердце. Может, стоит еще раз поговорить с Мишель...

Но когда мой лимузин тронулся, в окне мелькнул Грейсон, который обнимался с садовником, и последнее, что я увидел в этом доме, — их страстный поцелуй.

Я откинулся на сиденье и расхохотался.

— Кит, если еще раз тебе придут в голову такие бредовые идеи...

— Простите, мистер Питтман? — мой новый водитель явно не понял меня.

— Всё в порядке. Едем домой.

Как же мне сейчас хотелось обнять моего нежного омегу.

Я отменил все дела на вторую половину дня и просто уехал домой.

Когда я позвонил Эмме, чтобы объявить об этом, она, скрипя зубами, только сказала:

— Да, мистер Питтман.

Зато от Ен У, как только я переступил порог дома, я наслушался всякого разного.

Короче, вывод такой: босс я — так себе.

Пообещав больше такого не допускать, утащил его к бассейну.

Может, мне тоже хотелось покрасоваться своим великолепным телом.

Это были те милые домашние моменты, когда любящая пара могла провести время только вдвоем, смеясь и целуясь.

Мне хотелось большего, но Ён У сказал, что под камерами этого делать не будет.

Тут я был с ним согласен.

Мы лежали на одном огромном шезлонге, прижавшись друг к другу, и вели интимные беседы.

На Ён У был легкий распахнутый халат.

Если бы я не знал, что он ждет ребенка, то даже бы не обратил внимания на его слегка округлившийся животик. Но я ведь знал...

— Я уже выделил всю вторую половину дня в пятницу для похода с тобой к врачу.

— Интересно, кто это будет?

— Я буду рад и девочке, и мальчику, — я притянул своего омегу и начал нежно его целовать.

Единственное, чего я боялся, — чтобы у нас не было двойни.

Я не рассказывал Ен У про жену Натаниэля. Мне не хотелось его пугать — хватит того, что я сам до ужаса боялся.

— А давай оденем на прием к врачу парные вещи, — Ён У тут же воодушевился от этой идеи. — Я завтра же поеду в магазин и выберу нам что-нибудь подходящее.

— Я с тобой, — мои глаза загорелись.

— Нет, ты уже сегодня прогулял работу.

— Ну, почему? Я директор, могу себе позволить.

— А я — тот, кто годами составлял твое расписание, и знаю, каково это — в спешке переносить встречи, извиняться перед людьми, пытаясь найти другие возможности. Поэтому... нет.

Я так расстроился. Он внимательно посмотрел на меня, а потом примирительно потрепал по волосам. Этот жест заставил мое сердце отчаянно колотиться.

— Но мы можем вместе пообедать. Я выберу ресторан...

— А можно, мы пообедаем в офисе? Помнишь, как раньше, — я заискивающе уставился ему в глаза.

— Ты хочешь пообедать или...

— Ну, мы ведь можем все успеть, — я лизнул его метку, отчего по телу моего мальчика пробежала дрожь.

Моя нижняя часть тут же отозвалась.

Недолго думая, я подхватил его на руки и понес в крытый павильон, где сразу опустил тяжелые шторы.

Нас не было видно, но слышно — очень хорошо.

Надеюсь, у ребят из охраны хватило чувства такта закрыть уши.

А если нет — это их проблемы.