ГЛАВА 72

ГЛАВА 72

За ужином, тем же вечером, когда я опять опустошил весь стол, Чарльз с пониманием посмотрел на меня:

— Мистер Питтман, я думаю, через две недели наступит ваш гон и...

— Чарльз, к этому времени Ён У будет здесь, и у него на ухе будет моя метка.

— Да, мистер Питтман.

Мне нужно в это верить, а то сегодняшнюю ночь я точно не протяну.

Вера, алкоголь и снотворное — вот и все, что мне сейчас оставалось.

Весь вечер до темноты я провел на балконе с бутылкой красного вина. Правильнее, конечно, сказать — с бутылками...

Снотворное я выпью позже...

И тут внезапно мелодия звонка, как гром, прозвучала в тишине огромного дома.

Я дернулся. Возможно, это мистер Левински...

Я так резко рванул телефон, что он полетел на кафельный пол, но звонить не перестал.

Я схватил его, поднеся к глазам. Трещины перекрывали имя звонившего...

Грейсон...?

Я задумался, глядя на разбитый экран, и... ответил.

— Забери меня... — мне показалось, что язык этого придурка заплетается, и мне послышался, как будто, всхлип.

— О, тебе удалось напиться? Поздравляю. Думаю, тебе сейчас лучше поехать домой.

— Забери... меня... — голос Грейсона звучал все тише и как-то неестественно.

Я насторожился. Что-то явно было не так.

— Где ты?

Я подхватился и побежал в гардеробную, чтобы переодеться.

— Это большое дерево на пути к моему загородному ранчо, на повороте...

— Черт! Грейсон, ты что, попал в аварию?!

— Забери меня...

— Грейсон, эй...

Но сколько бы я ни кричал, в трубке слышался только звук прерывистого дыхания, а потом удар и... короткие гудки.

Я знал этот дом. Он стоял на отшибе, окруженный огромным участком земли. И там поблизости нет никакого жилья.

Вероятность, что кто-то случайно ночью там проедет и найдет этого ненормального, равна нулю. А мне до него добираться больше двух часов.

Я выскочил из комнаты. Особняк уже погрузился в темноту, лишь дежурная подсветка освещала его каким-то загадочным светом.

Только когда я добежал до входной двери, комната Чарльза открылась.

Я слышал, как быстро зазвучали его шаги, но не стал дожидаться и рванул на крыльцо.

Я выскочил на улицу. Ко мне сразу бросился дежурный телохранитель.

— Мистер Питтман?

— Быстро, выезжаем!

— Я сейчас же распоряжусь, чтобы подали ваш лимузин.

Он схватил телефон, намереваясь звонить.

— Нет. Нет времени — едем на автомобилях сопровождения.

— Да.

К счастью, парень оказался понимающим и тут же бросился к гаражу. К крыльцу стали подтягиваться ребята, которые сегодня дежурили.

— Мистер Питтман... — за моей спиной хлопнула дверь, и выскочил Чарльз в халате, который был наброшен поверх пижамы.

— Чарльз, быстро вызывай полицию и скорую помощь на загородное ранчо Грейсона Миллера. Где-то на повороте к ранчо он попал в аварию.

— Да, мистер Питтман, — голос Чарльза, который до этого звучал тревожно, тут же опять стал безэмоциональным.

— Ты же знаешь адрес этого ранчо?

— Конечно.

Еще бы — Чарльз его не знал? Мы в юности часто с Грейсоном зависали в том месте, устраивая вечеринки подальше от глаз его родителей.

Как только бронированный джип остановился около меня, я рванул на себя дверь. Одновременно с этим — дверь, ведущая на переднее сиденье, открылась, и я увидел Уиттакера, который стоял в спортивном костюме и с растрепанными волосами. В руках он держал кобуру с пистолетом, который даже не успел спрятать под спортивной курткой. Мы лишь переглянулись, и я облегченно выдохнул.

— Едем.

Пока мы находились в пути Уиттакер выяснил, что Грейсона доставили в ближайшую больницу.

Это была маленькая, невзрачная местная больница, где я и нашел Грейсона — без сознания, с очень бледным лицом, лежащего под капельницей. Его голова была обмотана внушительным слоем бинтов.

Рядом переговаривались молодой испуганный врач и такой же молодой полицейский.

— Что с ним?

Я налетел на этих двоих, как коршун. Они отшатнулись, но полицейский, подняв лицо, подошел ко мне.

— Он пока без сознания, но в этой больнице нет оборудования, чтобы провести все анализы.

— Я уже вызвал скорую из госпиталя N, — врач с уважением посмотрел в мою сторону.

Кто же не знал, что это самая дорогая и хорошо оборудованная больница, возможно, во всей нашей стране.

Я опять посмотрел на полицейского.

— Что произошло?

— Скорее всего, он не справился с управлением и на повороте въехал в огромное дерево. Его машина просто оделась на это дерево.

Полицейский замялся.

— Чудо, что он остался жив. Автомобиль... всмятку.

Я схватился руками за голову. Из моей груди вырвался стон.

Грейсон, неужели для тебя было таким потрясением даже предположить, что ты можешь быть отцом?

Зачем ты поехал поздно ночью в свой дом, в котором ты явно был бы сейчас один?

Тут заговорил врач:

— Я предполагаю, что у пациента в этот момент наступил гон. Возможно, он торопился, чтобы как можно скорее оказаться в укрытии.

Мне и хотелось возразить, что никогда бы Грейсон не стал проходить свой гон в одиночестве. У него всегда на этот период был подобран партнер.

Но эти мысли застряли в моей голове. Я и сам свой гон собрался проводить на необитаемом острове, который купил в спешке, только чтобы ни в коем случае не сорваться.

— Готовьте пациента к перевозке. Вместе со скорой помощью приедет бригада врачей.

Я устало сел на железную неудобную скамью.

Ко мне подошел Уиттакер и протянул стаканчик дешевого кофе из автомата. Но я и за это был ему благодарен.

Мы дождались приезда скорой, и только после того, как Грейсона забрали, я смог расслабиться.

Мне, конечно, надо было пережить эту ночь. И я хотел забыться, но явно не таким образом.

Часто в последнее время меня злил Грейсон, но сейчас я понимал его, как никто другой.

Если бы Ён У сбежал, ничего не сказал мне о ребенке, и я бы только через пять лет увидел его... Не знаю, как бы я отреагировал.

Даже мысли об этом доставляли мне неимоверную боль.

Перед тем как сесть в автомобиль, ко мне опять подошел молоденький полицейский. Он явно был бетой и на целую голову ниже меня.

— Мистер, когда я приехал на место, пострадавший на миг пришел в себя и просил, чтобы мы не сообщали его родным об аварии. И что его друг все решит.

— Спасибо вам за все, — я протянул руку, и этот парень нерешительно протянул свою.

Крепко пожав ее, я развернулся и двинулся к своему автомобилю.

Ах, Грейсон, тупая твоя голова. А я ведь мог не взять трубку... Хватило бы у тебя сил позвонить кому-то другому?

Я застонал от ужаса. Даже не хочу представлять, что тогда могло бы случиться.

(Автор: Ён У, вернись ты уже поскорее и возьми ответственность за своего доминантного альфу. А то его мотает в море житейских проблем, как парусник в бушующем океане.)

***

Я сидел напротив мистера Левински и как будто со стороны наблюдал, как дрожат мои руки и чувствовал, как стучат зубы.

Омега говорил, что его команде нужно два дня, чтобы все выяснить про Дейна Страйкера, но уже третий день клонился к вечеру, и только сейчас меня пригласили на разговор.

И именно этот день, когда я не мог оторвать взгляд от телефона, я чуть пережил.

Еще вчера был приглашен мой личный стилист. Сегодня я надел синий костюм, который был отшит для церемонии награждения нового фильма. И с восьми утра был готов покинуть особняк.

Всю ночь, пока в задумчивости сидел в кресле в своем кабинете, держал в руках футляр с обручальным кольцом, но утром спрятал его обратно в сейф.

Я уже имел неосторожность сделать необдуманное предложение.

Наивный, тогда еще я считал, что уж если предложу замужество, Ён У с радостью ухватится за такую возможность. Чем это закончилось, даже вспоминать не хочется.

Второй раз я должен хорошо все продумать, чтобы точно получить положительный ответ.

Взяв себя в руки, я выдохнул и в упор посмотрел на мистера Левински.

— Слушаю вас.

Омега, не говоря ни слова, положил передо мной папку.

Я открыл ее и понял, что это досье на Дейна Страйкера по прозвищу Датчанин.

Я бегло пробежал взглядом по первым страницам, и только с того момента, как там появилось имя Ён У, внимательно углубился в чтение.

И вдруг багровая пелена стала окутывать меня.

Ён У был записан на аборт и посетил больницу именно в тот день, когда я балансировал от ужаса на грани сознания...

Папка выпала из моих рук.

Все кончено. У меня больше нет ребенка...

— Мистер Питтман, читайте дальше, — далекий голос мистера Левински пытался вторгнуться в мое сознание.

Папку опять вложили мне в руки, но мои глаза ничего не видели.

— Мистер Питтман, Ён У действительно был записан на аборт, но он не смог его сделать. В тот момент с ним случилась настоящая истерика, и он покинул врача. Ваш ребенок жив.

Понадобилось время, чтобы я, наконец, осознал слова мистера Левински.

— Вы можете встретиться с Ён У, если пожелаете. Сейчас он живет в доме у Дейна Страйкера.

Эта информация уже не принесла столько боли. Как будто только что в душе бушевал пожар, который выжег все чувства, и сейчас я еще был не в состоянии чувствовать боль.

— Они... спят вместе? Он выбрал другого мужчину, чтобы с ним растить моего ребенка?..

— Нет.

— Откуда вы знаете? — я взорвался.

— Этот парень является довольно заметной личностью в одном из ночных кварталов, где расположены специфические заведения. Он туда регулярно заглядывает, чтобы найти себе партнера на один вечер. И всегда это разные люди.

— Это говорит только о том, что этот ублюдок не отказывает себе в удовольствия и ему все равно с кем трахаться, — я задыхался от ревности, если бы сейчас встретил Страйкера, перегрыз бы ему горло.

Мистер Левински с недовольством посмотрел на меня. Казалось его раздражало мое неумение сдерживаться.

Плевать.

— Моему агенту таким образом удалось попасть в дом Дейна Страйкера. Ён У спит на диване в проходной гостиной. И вообще, не похоже, что у мистера Страйкера на него какие-то виды. Мой агент попытался выспросить, какие между этими двумя отношения, и получил ответ, что это просто квартирант.

Багровая пелена, которая все это время застилала мой мозг, стала рассеиваться.

— Адрес указан здесь. Возле дома дежурят мои люди.

Я решительно поднялся.

— Мистер Левински, я сейчас же еду, чтобы забрать Ён У домой. Предупредите своих людей.

— Мистер Питтман, я очень надеюсь, что после вашего визита никто не пострадает. Мне бы не хотелось присутствовать в суде в качестве свидетеля.

— Я подумаю.

— Ну что ж, моя работа выполнена. Надеюсь, в будущем, если мы и будем встречаться, то по другим поводам.

— Кстати, как дела у Дэна и Гила?

— Они еще не покинули коттедж. Это все, что мне известно.

— Вот как?

— И, ...мистер Питтман... — мистер Левински протянул мне желтый стикер.

Я в недоумении взял его. Моя бровь в удивлении поехала вверх. Сумма, обозначенная там, выглядела даже на мой взгляд очень внушительной.

— Я же говорил, что мои услуги стоят очень дорого, — сейчас в голосе мистера Левински звучали нотки откровенной гордости.

Вытащив чековую книжку, я тут же выписал чек. После чего мы пожали руки друг другу, и я покинул этот офис в надежде больше никогда в жизни сюда не вернуться.