ГЛАВА 70

ГЛАВА 70

Когда мы с Уиттакером и Гилом опять стояли перед неприметной дверью, меня колотила мелкая дрожь.

Та давняя семейная история отыгрывалась сейчас, грозя опять погрузить меня в пучину отчаяния.

Я посмотрел на Гила, на котором от ожидания сейчас вообще лица не было.

Дверь распахнулась.

Мистер Левински, как ни в чем не бывало, пригласил нас зайти внутрь.

— Добрый день, мистер Питтман, мистер Уиттакер, Гилберт, — омега, как всегда, крепко пожал мне руку и отступил, приглашая нас проходить внутрь.

Гил в ожидании смотрел ему за спину.

— А где Дэн?

Я понял, что все это время его поддерживала мысль, что он увидит Дэниэла.

— Дэниэла здесь нет.

Мистер Левински ответил спокойно, но на моего брата это подействовало как пощечина. Его лицо болезненно дернулось.

— Вы знаете, где он? — голос Гила дрожал.

— Я знаю, но он не хочет тебя сейчас видеть.

Я заметил, как поникла голова моего брата.

— Проходите.

Когда мы все сели вокруг стола, я почувствовал, что это судьбоносная встреча. Я никогда бы не мог этого объяснить логически, но... я чувствовал.

— Мистер Питтман, вам о чем-нибудь говорит имя... Дейн Страйкер?

— Нет, я первый раз его слышу. Кто это?

— Это знакомый мистера Джошуа Бейли.

Я непонимающе уставился на мистера Левински.

— Бейли?

Странно, но у Эммы была такая же фамилия.

— Да, это телохранитель мистера Чейза Миллера. А также брат вашего секретаря, Эммы Бейли.

— Так Эмма знает, где Ён У?

— Думаю, что нет.

— Тогда почему вы спросили о каком-то там Страйкере?

— Потому что в тот день, когда Ён У пропал из загородной забегаловки, одна из машин, которые проезжали в подходящий нам отрезок времени по шоссе, принадлежит ему. И в этот же день, чуть раньше по времени, от мистера Джошуа Бейли поступил звонок мистеру Дейну Страйкеру. Более того, мы выяснили, что они старые армейские друзья, причем Дейн Страйкер обязан жизнью мистеру Бейли.

У меня перед глазами все завертелось, я стал дышать так, как будто в этом пространстве не было воздуха.

Мы нашли его.

Мы ведь... нашли его.

— Мистер Питтман, нам нужно время, чтобы все проверить. Потерпите еще пару дней.

— Скажите мне адрес этого человека, я должен увидеть сам, своими глазами.

— Нет, пожалуйста, дождитесь результата расследования.

Я с трудом взял себя в руки и через силу выдавил:

— Хорошо.

Сжав руки в кулаки так, что затрещали кости, я внезапно поднял голову от обрушившейся на меня мысли.

— Покажите мне фотографию этого мужчины.

Мистер Левински с сомнением оглядев меня, не стал противиться.

Когда на стол легла папка, я её открыл — у меня все поплыло перед глазами.

С фотографии на меня смотрел мужчина неимоверной красоты.

Его красно-рыжие волосы не давали отвести взгляда от запоминающегося лица.

Оголённый торс подчеркивал каждую мышцу на его накачанном теле.

Как ни странно, на плече у него лежал топор. Этот человек смотрел в объектив с грацией тигра, вышедшего на охоту.

— Почему... почему на этой фотографии этот мужчина в полураздетом виде?

— Этот снимок взят из календаря, где позируют пожарные.

— Так он модель?

— Нет, он пожарный.

— Он... он же альфа.

— Да.

Сейчас, хотя я очень надеялся, что это именно тот мостик, который ведет к Ён У, но в то же время всеми силами души жаждал, чтобы Ён У не имел к этому парню никакого отношения.

Видимо, мистер Левински понял мое состояние.

— Мистер Питтман, еще ничего не известно, возможно, эта цепочка ни к чему не приведет. Но мы все-таки надеемся, что это окончательный вариант. Потому что больше ничего не указывает на другое. Мы проверим этого мужчину, и если Ён У с ним, то мы тут же вам об этом сообщим. Ну что ж, пока это вся информация, которой мы располагаем. На этом наша встреча окончена.

Я поднялся и в прострации пошел на выход.

И тут за моей спиной я услышал тихий голос Гила.

— Мистер Левински, я должен встретиться с Дэном.

— Он просил меня не вмешиваться в ваши отношения и не рассказывать тебе, где находится.

Я остановился и оглянулся на этих двоих.

Мне показалось, что я почувствовал всю ту боль и разочарование, которые сейчас испытывал Гил. Хотя мне и самому хотелось выть.

— Пожалуйста, мистер Левински, скажите мне, где Дэн. Я звоню ему, а он не берет трубку. Я должен с ним поговорить.

Мне показалось, что ещё чуть-чуть — и Гил заплачет.

— Я не могу тебе этого сказать — ни потому что не хочу, а потому что не могу. Для твоей же безопасности будет лучше, если вы выясните отношения позже.

— Мистер Левински, пожалуйста, скажите мне, где Дэн. Я не уйду отсюда, пока не поговорю с ним.

В комнате повисла тишина.

Вильям опустил голову так низко, что спрятался полностью за монитором.

Лицо Уиттакера заледенело.

Не знаю почему, я встал на сторону Гила. Хотя по большому счету мне должно было быть пофиг, как абсолютно чужой мне альфа будет страдать или решит как-то по-другому свои вопросы во время первого гона.

— Мистер Левински, вы мне не говорите, потому что Дэн сейчас с кем-то другим? — и те слезы, которые мой неопытный брат пытался все это время сдерживать, теперь показались в уголках его глаз.

— Гил, послушай, не надумывай лишнего. Ты же знаешь, Дэн — пробудившийся альфа. Он никогда не сможет быть ни с кем, кроме как с тобой. Но я не хочу, чтобы ты пострадал от его рук.

— Этого никогда не случится.

Я видел, как лицо Гила расслабилось после того, как он узнал истинную причину.

Я вздохнул — кажется, пора мне было вмешаться.

— Мистер Левински, я думаю, вам стоит открыть информацию, где сейчас находится Дэн. Да, я понимаю, он просил не говорить вам об этом, но сейчас ему очень сложно, и только Гил может помочь. Мы не знаем, как будет — это только наши опасения. Но то, что я знаю точно: гон доминантный альфа может пройти или с партнером, или с наркотиками.

— Мистер Левински, прошу вас, я знаю, Дэн не сделает мне ничего плохого. Да и я не хрустальная ваза, чтобы рассыпаться.

А вот здесь я был не уверен, но понимал, что иногда ты готов забрать всю боль любимого человека, но почти никогда не можешь этого сделать.

Я видел, как пожилой омега мучается от выбора.

— Хорошо, я назову адрес. Но если он тебя не пустит, пообещай, что примешь его выбор и не будешь настаивать.

— Хорошо, я обещаю.

Но и я, и мистер Левински поняли, что вряд ли Дэн сможет противостоять Гилу. Слишком сильно сверкали прекрасные голубые глаза. Его напору сейчас не могла бы противостоять даже плотина.

И вот сейчас мой кортеж направлялся в загородный коттеджный поселок. Это было именно то место, где сейчас находился Дэн.

Отец снял для него виллу, которая располагалась вдалеке от другого жилья, и организовал ему охрану.

По дороге к этому месту был явно ощутим запах гари. Опять вдалеке в горах начали пылать леса, привнося нотку зловещего ожидания в окружающую действительность.

Когда наш кортеж остановился рядом с домом, Гил выскочил и ринулся к массивной двери. Я вышел следом, но не стал проходить ближе.

Уиттакер о чём-то переговаривался с начальником охраны коттеджа.

Моя охрана тоже высыпала из автомобилей, окружив меня. Я же, не отрывая глаз, смотрел на Гила.

Даже не знаю, что бы я стал делать, если бы дверь так и не открылась.

А она и не открывалась.

Сначала Гил просто звонил и стучал — ответа не было. Потом он кричал, прося, чтобы Дэн открыл ему дверь. Ответа не было.

Все мужчины–телохранители отошли как можно дальше, при этом пытаясь не смотреть на моего брата, который выл, как раненый зверь, возле этой дубовой двери.

У меня рвалось сердце, когда я видел всю ту степень отчаяния, которую испытывал сейчас Гил.

И вдруг дверь открылась. Сильные руки обвили тело Гила, взъерошенная голова с каштановыми вихрами опустилась ему на плечо.

Я только слышал, как судорожно всхлипывал один и что-то шептал другой... Потом Дэн подхватил на руки Гила, и дверь захлопнулась.

Я почувствовал, как вздох облегчения вырвался у всех этих суровых мужчин, которые окружали меня.

Да, такую эмоциональную по своему накалу сцену было трудно выдержать.

Я же, бросив последний взгляд на дом, пошел к своему лимузину.

(Если бы я только знал, чем обернется эта встреча для Гила, да и для всей моей семьи. Если бы сам Гил мог предположить, что его ждет впоследствии, выбрал бы он этот путь...)

Мне еще предстояло пережить пару дней, не предпринимая никаких шагов — именно это я обещал мистеру Левински.

Но сейчас я не знал, как это сделаю. Как я смогу пережить эти две ночи, испытывая напряжение на грани своих возможностей? Состоится ли моя встреча с Ён У? Та ли это ниточка, которая приведет нас друг к другу?

Всё последнее время жизнь бурлила, причем так, что я боялся захлебнуться в этом водовороте. И, к счастью, не оставляя меня ни на секунду одного.

И только свой последний гон я прошел в одиночестве, в пьяном угаре и видениях, представляя в мельчайших подробностях все то, что сделаю с Ён У, как только найду его.

И главной навязчивой сценой был образ, как я вгрызаюсь в ухо Ён У, оставляя свою метку.

Но сейчас, чтобы переждать это время, я не мог обратиться ни к кому... ни к кому... кроме этого придурка Грейсона.

Работать я не мог — пружина, которая была сжата все последние месяцы, теперь просто звенела от напряжения внутри меня.