ГЛАВА 62

ГЛАВА 62

Мне снился такой прекрасный сон, но... внезапно все заволокло черным туманом. Волна липкого ужаса накрыла меня. Я лежал один, охваченный ледяным холодом, абсолютно голый и беззащитный. Мое тело била крупная дрожь.

— Ен У!!!

Я подскочил на кровати. Моя голова отозвалась тупой болью. Глухо застонав, откинулся на подушку. Я действительно был голым и покрыт липким холодным потом.

Оглядев комнату, я понял, что это спальня Ен У. Воздух вокруг был пропитан нашими феромонами. Моим, несущим послание желания, и его, несущем послание... сожаления.

Я резко вскочил и зарычал от боли.

— Черт!

Воспоминания обрушились лавиной.

У меня есть омега и ребенок!

И метка на моем ухе — от моего омеги!

Черт, я прибью этого маленького паршивца!!!

Да что за игры!!!

Я чуть умом не тронулся за все эти месяцы, а он...

Я огляделся вокруг. Ен У не было. Я прислушивался — из ванной комнаты не доносилось ни звука.

— Черт...

Где он?

Тот бред, что он нес вчера, о том, что бросит меня и сделает аборт, я даже не допускал в свое сознание.

Мне срочно надо с ним поговорить. Я могу объяснить такое поведение только игрой гормонов, о чем предупреждала меня врач.

Если я его так обидел, то мне надо просто извиниться. Он поймет меня. Я знаю, он любит меня.

Но где он сейчас?

Смутное беспокойство уже заползало в душу, но я пытался отогнать его.

В дверь постучали, и в комнату вошел Чарльз.

— Доброе утро, мистер Питтман. Как вы себя чувствуете?

— Где Ен У?

— Он ночью, взяв одну из ваших машин, покинул особняк.

— Как его могли отпустить?!

— Телохранителю, который его встретил, Ен У сказал, что едет к себе домой.

— Быстро прикажи Уиттакеру подготовить мой лимузин. Я немедленно еду за ним.

— Да, мистер Питтман.

Я поднялся и на нетвердых ногах прошел в ванную комнату.

И тут мой взгляд наткнулся на уродливое грязное пятно, разлитое на кровати. И я с ужасом осознал: он хотел меня обмануть, и у него это получилось.

***

И вот я опять стою у хлипкой двери и колочу в нее ногой.

Уиттакер стоит за моей спиной и с опасением молчит.

Вдруг дверь распахнулась.

— Что вы делаете?!

Мужчина, который ее открыл, в недоумении смотрит на меня.

Я отшвырнул его так, что он отлетел в сторону, и, если бы Уиттакер его не подхватил, тот точно бы упал.

Рванув в квартиру, заорал:

— Ён У!!!

Но квартира была пуста. И более того, мне кажется, что тут стало меньше мебели. Во всяком случае, того маленького дивана, на котором я сидел всякий раз, когда бывал здесь, точно нет.

Я обернулся к мужчине, который открыл мне дверь и который теперь с опаской выглядывал из-за плеча Уиттакера.

— Где Ен У?

— Если вы спрашиваете про жильца, который снимал эту квартиру, то он внезапно расторг договор аренды и съехал.

— Куда?

— Откуда же мне знать? Я всего лишь риэлтор. Но он съехал, не дожидаясь окончания контракта. Вот, даже залог потерял.

У меня перед глазами все поплыло.

— Мистер Питтман, нам надо идти.

Я очнулся только тогда, когда Уиттакер позвал меня.

Я искал Ен У, но все было бесполезно. Машину, которую Ен У взял в моем гараже, мы обнаружили в нескольких сотнях километров от дома на стоянке аэропорта. На имя Ен У было куплено несколько авиабилетов на разные рейсы, но ни одним из них он не воспользовался. Вся его семья жила в другой стране. Мобильного телефона у него не было, все карты он заблокировал заранее, сняв с них наличность. Он просто пропал.

Стало понятно, что он готовился к своему побегу уже давно.

И очень болезненным ударом для меня стало известие, что Ен У сам организовал угон машины, которую я для него купил.

Единственное, чего Ен У не предположил, — что рецидивисту, к которому он обратился, чтобы тот инсценировал угон и избиение, этого окажется мало, и он реально изобьет Ён У и даже попытается его изнасиловать. И в придачу к машине прихватит все его деньги и мобильный телефон.

У меня на душе было так мерзко от осознания того, что все это он делал только с той целью, чтобы сбежать из моего дома.

Я даже не стал осуществлять угрозу убить ту мразь. Его просто хорошенько проучили и сдали в полицию за угон и нападение, и строго-настрого запретили вспоминать о Ён У, а иначе я действительно его убью. И, как оказалось, это было не единственное преступление того отморозка.

Этому маленькому комбинатору просто повезло, что кто-то спугнул преступника.

— Черт, Ен У, где ты бродишь?

Вокруг столько придурков, готовых воспользоваться тобой.

Сначала я был страшно зол, потом обижен, потом в какой-то день решил забить и оставить все как есть. И даже решил посетить вечеринку для доминантных альф, но сбежал оттуда сразу, как только на меня обрушились токсичные феромоны других самцов. И, проснувшись той же ночью в дикой тревоге, понял, что я должен его найти.

А иначе можно было бы смело приступать к исполнению проекта «убить мужчину, который сделал Ен У беременным».

И сейчас я не понимал, почему Ен У так поступил.

Видимо, вся правда крылась в том событии, которое было заблокировано в моих воспоминаниях.

Гон, о котором я ничего не помню.

Что тогда случилось? Как я вообще смог попасть к нему? Почему в том измененном состоянии сознания я побежал к нему? Почему Ен У сказал, что я использовал свои подавляющие феромоны? И моя первая сцепка в жизни была в тот момент.

И в тот момент я оплодотворил своего омегу, а он меня пометил.

Но почему он молчал все это время?

— Черт!

Мне нужно было с кем-то посоветоваться. И опять единственный, с кем я мог поговорить, был Мишель.

Я позвонил ему сразу после работы. Голос Мишель был глухим, и в нем сквозила усталость.

Но он сразу откликнулся на мою просьбу с ним встретиться, пригласив приехать.

И вот я сижу на огромном диване в гостиной его квартиры.

Мишель выглядит паршиво, впрочем, как и я.

И только одна Тина прыгала вокруг нас, как заводной зайчик.

— Чай будешь или сразу вино? — Мишель сел рядом на диван.

— Точно не вино, — меня аж передернуло.

— Или, может, ты есть хочешь? А то такое ощущение, что ты похудел.

Я даже не осознавал, но теперь понял, что после исчезновения Ен У я действительно перестал есть, да и спать тоже.

— Чая будет достаточно.

Мишель поднялся и поплелся на кухню.

Я огляделся вокруг. Квартира, в которой еще месяц назад ничего не было, сейчас тонула под наплывом вещей. И в основном это были игрушки.

Мишель принес чай и сел рядом на диван.

— У тебя что-то случилось?

— Случилось.

Но разговор дальше не пошел. Тут, как метеор, между нами прыгнула Тина. Ее белокурые хвостики взметнулись вверх.

И она начала щебетать, с восторгом рассказывая, что происходит у нее в детском саду.

Мишель тут же включился и стал задавать вопросы.

Для меня же все это было очень сложно. Я даже представить себе не мог, что такие вопросы вообще бывают.

И сейчас я с ужасом подумал, что могу лишиться своего собственного ребенка, о существовании которого я знал давно, но то, что я его отец, узнал всего несколько дней назад.

Я застонал. Воспоминания о том, как давал совет Ен У, что он может избавиться от малыша, если тот будет мешать, вызвали такой уровень боли, что я начал ощущать ее как физическую.

Когда я вынырнул из своих мыслей, то понял, что нахожусь в комнате один.

Тина и Мишель куда-то ушли.

— Кит, что происходит?

Парень вернулся и опять сел на диван.

Я сделал глоток чая, который уже полностью остыл.

— А где Тина?

— Я уже переодел ее в пижаму и разрешил посмотреть мультики перед сном.

— Вижу, ты очень уставший. На работе все нормально?

Мишель замялся. Видно было, что ему хочется поделиться, но он, как будто, понимал, что я здесь не для этого.

— Говори.

— На работе проблемы из-за того, что я мужчина-омега. Все сотрудники — или альфы, или беты.

— Если говорить коротко, к тебе кто-то пристает?

— Я бы назвал это «симпатизирует». Но мне это не надо.

— Так пошли его подальше.

— Не хочу конфликтов на работе. На меня и так смотрят косо. Кто-то пустил слух, что меня на эту должность протолкнул любовник. Как будто все то, чего я добился, вообще не имеет значения.

Я посмотрел на парня более внимательно. Его взгляд потух, казалось от того жизнерадостного человека с которым я познакомился не осталось и следа.

— Твои ожидания не имеют ничего общего с действительностью?

— Нет, работа мне очень нравится. Доктор Стюарт относится ко мне с уважением. Но мне кажется, насколько бы все было легче, если бы я был в образе девушки.

— Странно. Ты говорил мне, что хочешь найти человека, с которым можешь построить отношения. А когда на тебя начали обращать внимание, ты сразу прячешься?

Мишель ничего не ответил.

Что я мог ему сказать? Я был силен в чем угодно, но только не в построении отношений.

Свои единственные искренние отношения, с человеком, без которого я дышать не мог, я потерял.

Мишель встрепенулся, встряхнул головой и откинул отросшие волосы с лица.

— Не спрашивай обо мне. На самом деле я к этому привык. Просто очень устал. Надо рано вставать, Тина не хочет идти в сад по утрам. Я не могу задержаться на работе, хотя есть много интересных проектов, так как мне надо бежать и забирать ребенка из детского сада.

— Так возьми няню. По-моему, самое оптимальное решение.

— Пока не могу. Чтобы найти хорошего человека, на это тоже надо время и везение. Да и деньги тоже.

— Ты помирился с родителями?

— С мамой. Отец до сих пор обижается.

— Мишель, я помогу тебе решить этот вопрос.

— Кит, ты уже помог мне с квартирой и детским садом. И я понял, что ты сделал это только для меня. Когда я заговорил о том, что мне предоставили служебное жилье, со своим напарником (он бета и недавно женился, переехав с женой из другого города), он обратился к администрации по поводу жилья. Как думаешь, что ему ответили? Так вот, теперь он смотрит на меня, как на чью-то содержанку. Потому что, как оказалось, такой программы в институте не существует.

Мишель опустил голову и стал теребить низ футболки.

Я тяжело вздохнул. Вот если сейчас еще и Мишель начнет доказывать, какой он самостоятельный, я просто взвою.

— Мишель, ты мой друг, и мне гораздо спокойнее, когда я вижу, что хотя бы бытовые вопросы у тебя решены. Ты можешь принять это просто за мой защитный инстинкт.

Парень еще поерзал на диване, но, как будто, принял для себя решение не продолжать разговор об этой ситуации.

— Кит, спасибо тебе большое, что так заботишься о нас с Тиной. Правда, спасибо. Я могу сколько угодно пытаться всем доказать, что я очень самостоятельный, но если бы не родители, а сейчас и ты, мне действительно было бы очень-очень сложно.

Я улыбнулся. У меня отлегло от сердца. Вот если бы и Ен У просто принимал мою заботу...

Как только я вспомнил о нем, меня опять накрыла волна паники.

— Кит, рассказывай, что произошло? Я же вижу, что-то не так.

— Ен У, тот омега, который пометил меня... Он ждет ребенка. И это мой ребенок. И... он бросил меня и ушел.

В комнате повисла давящая тишина.

Когда я признался в этом другому человеку, мне стало так больно, что я едва мог дышать.

Что со мной не так? Неужели я до такой степени плох, что человек, который мне дорог, так легко от меня отказался?

— Мишель, вот скажи мне, что я сделал не так? Почему он так со мной поступил?

— Надеюсь, ты не рассказывал ему, что хочешь убить омегу, которая тебя пометила?

Я застыл.

— Черт... Я, конечно, это говорил и даже не один раз. Но Ен У же должен был понимать, что к нему это никак не относится.

— Кит, возможно, он как раз этого и не понял. И сейчас просто спасает жизнь себе и своему ребенку. Возможно, это не потому, что ты плохой. А потому что вы запутались.

— Он обвинил меня в том, что я использовал на нем свои феромоны. Оказывается, я пришел к нему во время своего последнего гона. Но я об этом забыл.

— Так объясни ему и пообещай, что никогда не поступишь так в будущем. Ты даже себе представить не можешь, как сложно мужчине перенести то, что его, по сути, принуждают к сексу.

— Но ведь это не так...

— Нет, Кит, это именно так. Если ты считаешь, что не применял физическое насилие и это просто ничего не значащий факт — подавить человека феромонами, — то ты глубоко заблуждаешься.

Глаза Мишель покраснели. Я понял, что он окунулся в какие-то свои воспоминания.

— Кит, ты должен все ему объяснить. Просто расскажи, что ты его любишь. Просто попроси прощения. Он поставил тебе метку, и она действует на него так же, как и на тебя. Ты только представь его страх: что даже с меткой он смог противостоять тебе, своему альфе.

— Я ничего не могу ему объяснить. Он сбежал и спрятался. Я не могу его найти. Я так переживаю, что у меня от стресса крышу сносит.

Мишель в недоумении поднял голову и посмотрел на меня. Я же съежился на диване, как будто то, что я говорю вслух, хлещет по мне больнее, чем кнут.

— А как же ребенок? Ему же очень нужны феромоны альфы-отца.

— Он сказал, что сделает аборт. И что у меня больше никогда не будет детей и омеги, пока он жив.

Мишель застыл. Он в недоумении смотрел на меня.

— Это ужасно. Все, что ты рассказываешь, это ужасно.

И парень заплакал навзрыд.

Сейчас я был ему благодарен за то, что он плакал. Но это были мои слезы, которые никак не могли прорваться сквозь мои защиты.

Не знаю как, но Тина почувствовала, что с ее папой что-то происходит. Она выбежала из спальни, залезла к нему на колени и стала утешать, нежно держа ладошками его щеки. А потом зарыдала сама.

Мишель тут же обнял ее, поцеловал и заставил себя успокоиться.

— Тина, я больше не буду плакать. Мне просто было очень грустно, но теперь, когда ты меня пожалела, все наладилось.

Я смотрел на эту маленькую семью и понимал, что, в принципе, Мишель ничем мне не поможет.

Почему все его слова, которые он говорил мне ранее, я не принял в расчет?

Он говорил мне, что альфу может пометить только человек, которого тот принимает. Уже тогда я ведь должен был понять, что это — Ен У. Только его я принимаю.

Любовь... Что такое любовь?

Мне просто плохо, когда Ен У нет рядом. Мне просто хочется заботиться о нем и заниматься сексом.

— Мишель, я пойду. Спасибо, что выслушал.

— Кит, останься.

Но я поднялся и пошел на выход.

То, что сказал мне сейчас Мишель, то, почему Ен У сбежал от меня, то, что я наделал в беспамятстве... Все это только моя вина. Я должен, должен найти Ен У, а иначе... я просто умру.

— Кит, он не сделает аборт. И пока на твоем ухе метка, просто знай, что с ним все хорошо.

Я, не оглядываясь, вышел за дверь.

— Спасибо, Мишель, что веришь в это.

Только эта вера сейчас меня поддерживала.

Как только я покинул квартиру Мишель, сразу набрал Эмму.

Трубку долго не снимали, а когда Эмма заговорила, ее голос звучал так, словно она бежала к телефону.

— Эмма, я пришлю тебе название микрорайона, в котором надо купить квартиру. Лучше две.

— Да, мистер Питтман.

Я замешкался.

— Эмма, ты знаешь, где Ён У?

В трубке повисла тишина.

— Нет, мистер Питтман.

— Но ведь с ним все хорошо?

— Я очень на это надеюсь.

Я положил трубку.

Что мне сейчас делать?

Как мне его искать?

ГЛАВА

Прошло две недели.

Как я их прожил, даже не хочу вспоминать.

Я даже ходил на работу, но...

Вдруг вечером раздался звонок от Уиттакера.

— Мистер Питтман, похоже, мы напали на след Ён У.

Я подскочил с кресла и рванул на выход из кабинета.

— Быстро, мы едем за ним. Где он?

— Мистер Питтман, пожалуйста, дождитесь, когда мы сами его найдем.

Поступила информация, что он скрывается в мотеле, в очень неблагополучном районе. Лучше, чтобы вы там не показывались.

Я остановился и вернулся в свой кабинет.

То, что говорил Уиттакер, звучало логично. В таком районе команда будет заниматься моей охраной, а не поиском моего омеги.

— Я буду ждать вас. В любой момент я буду ждать вас.

Я провел эту бессонную ночь, не отрывая взгляда от своего мобильного телефона.

Я не звонил Уиттакеру, зная, что как только Ён У будет с ним, меня сразу уведомят. Но телефон молчал.

Оксана Струнникова, [24.07.2025 00:01]

И, наконец, ранним утром, когда за окном только начала заниматься заря, мне позвонили.

Я схватил телефон.

— Да.

— Простите, мистер Питтман. Мы его упустили.

Я внезапно почувствовал, как будто на мои плечи опустилась бетонная плита. Мои мысли метались. Ночь тревожного ожидания и надежды, когда я даже не уходил из своего кабинета, казалось, выключила мне мозг.

— Уиттакер, сделайте объявление по телевидению, что мы разыскиваем Ён У.

— Но...

— Немедленно.

— Слушаюсь.

Звонок разъединился. Я в недоумении еще некоторое время смотрел на экран, а потом в ярости швырнул телефон в угол и только наблюдал, как экран пошел трещинами, напоминая мне мою жизнь — как будто я не мог стереть со своей судьбы эти уродливые трещины.

В глазах у меня потемнело. Ярость и боль поднимались из глубины моей раненой души.

— Ен У, где ты? Ён У, вернись!

Из моей груди вырвался рев раненого животного, полный боли и безнадежности.

И я отключился.

— Мистер Питтман... мистер Питтман.

Я пришел в себя от встревоженного звука голоса Эммы.

— Где Ен У?

Она в недоумении посмотрела на меня. Оглядев кабинет, она, видимо, поняла, что я здесь провел всю ночь.

— Мистер Питтман, возможно, вам лучше поехать домой и отдохнуть. Я перенесу ваше сегодняшнее расписание.

— Где Ен У?

— Я не знаю, мистер Питтман.

Я тяжело поднялся со своего кресла и покинул кабинет. Уиттакера еще не было, поэтому меня сопровождали другие телохранители.

Да, если я не найду Ён У, я просто сойду с ума.

New chat