ГЛАВА 63

ГЛАВА 63

Прошло две недели.

Как я их прожил, даже не хочу вспоминать.

Я даже ходил на работу, но...

Вдруг вечером раздался звонок от Уиттакера.

— Мистер Питтман, похоже, мы напали на след Ён У.

Я подскочил с кресла и рванул на выход из кабинета.

— Быстро, мы едем за ним. Где он?

— Мистер Питтман, пожалуйста, дождитесь, когда мы сами его найдем. Поступила информация, что он скрывается в мотеле, в очень неблагополучном районе. Лучше, чтобы вы там не показывались.

Я остановился и вернулся в свой кабинет.

То, что говорил Уиттакер, звучало логично. В таком районе команда будет заниматься моей охраной, а не поиском моего омеги.

— Я буду ждать вас. В любой момент я буду ждать вас.

Я провел эту бессонную ночь, не отрывая взгляда от своего мобильного телефона.

Я не звонил Уиттакеру, зная, что как только Ён У будет с ним, меня сразу уведомят. Но телефон молчал.

И, наконец, ранним утром, когда за окном только начала заниматься заря, мне позвонили.

Я схватил телефон.

— Да.

— Простите, мистер Питтман. Мы его упустили.

Я внезапно почувствовал, как будто на мои плечи опустилась бетонная плита. Мои мысли метались. Ночь тревожного ожидания и надежды, когда я даже не уходил из своего кабинета, казалось, выключила мне мозг.

— Уиттакер, сделайте объявление по телевидению, что мы разыскиваем

Ён У.

— Но...

— Немедленно.

— Слушаюсь.

Звонок разъединился. Я в недоумении еще некоторое время смотрел на экран, а потом в ярости швырнул телефон в угол и только наблюдал, как экран пошел трещинами, напоминая мне мою жизнь — как будто я не мог стереть со своей судьбы эти уродливые трещины.

В глазах у меня потемнело. Ярость и боль поднимались из глубины моей раненой души.

— Ен У, где ты?! Ён У, вернись!!!

Из моей груди вырвался рев раненого животного, полный боли и безнадежности.

И я отключился.

***

— Мистер Питтман... мистер Питтман.

Я пришел в себя от встревоженного голоса Эммы.

— Где Ен У?

Она в недоумении посмотрела на меня. Оглядев кабинет, она, видимо, поняла, что я здесь провел всю ночь.

— Мистер Питтман, возможно, вам лучше поехать домой и отдохнуть. Я перенесу ваше сегодняшнее расписание.

— Где Ен У?

— Я не знаю, мистер Питтман.

Я тяжело поднялся со своего кресла и покинул кабинет. Уиттакера еще не было, поэтому меня сопровождали другие телохранители.

Да, если я не найду Ён У, я просто сойду с ума.

***

Я сидел на диване в гостиной особняка, даже не сменив костюм, в котором был ещё вчера. Чарльз в срочном порядке заменил мой разбитый мобильный телефон. Но если и были звонки, то мне звонили мои партнёры по работе, и я просто не снимал трубку.

И только после обеда я дождался звонка Уиттакера.

— Мистер Питтман, к сожалению, мы упустили Ён У. Нам позвонили и предупредили, что он в загородной забегаловке на трассе. Но к тому времени, когда мы прибыли, в этом месте всё было разгромлено. Ён У кто-то забрал. Сейчас мы опрашиваем людей, чтобы получить какие-нибудь зацепки. И будем надеяться, что человек, который его забрал, сделал это с целью передать его вам за вознаграждение.

Я очень бережно отключил телефон и положил его на журнальный столик.

Встал и направился в сторону винного погреба. Дальнейшего ожидания моя психика выдержать просто не сможет. Мне нужна была передышка. Пусть даже в виде алкоголя, который почти на меня не действовал.

— Чарльз, мне нужно снотворное.

— Но...

— Принеси снотворное.

— Да, мистер Питтман.

***

Я лежал на диване в гостиной своего особняка. Глаза не хотели открываться. Но сейчас сквозь закрытые веки пробивался солнечный свет, что жутко раздражало. Я попытался сесть, но голова страшно заныла, и я бросил эти попытки.

— Мистер Питтман, уже утро, вам пора собираться на работу.

Голос Чарльза скрипел над ухом.

Я хотел отмахнуться от него, но тут вспомнил, что должен задать самый важный вопрос последних дней.

— Есть известия о Ён У?

— Нет.

Я тяжело застонал и опять уложил тяжёлую голову на огромный кожаный диван.

— Я сегодня не пойду на работу.

— Мистер Питтман, вам надо принять душ, переодеться и позавтракать.

— Позже.

Какой смысл был во всех этих действиях, если я практически умер?

Если Ён У не было рядом, то моя жизнь не имела никакого смысла.

— Мистер Питтман, прошу вас...

Как ни странно, в голосе Чарльза звучали неподдельные эмоции.

Я всё-таки собрался с силами и сел.

В голове ударил колокол.

Я оглядел себя.

После вчерашней попойки так и уснул в костюме, который сейчас жутко раздражал. Я чувствовал себя грязным. Но даже это не стимулировало посетить душ.

А при одной мысли о еде начало тошнить.

— Мистер Питтман, давайте я помогу пройти в вашу комнату.

— Нет.

Я поднялся и на нетвердых ногах пошёл к лестнице, ведущей к винному погребу.

Мне срочно нужно было выпить, несмотря на раннее утро.

Если я этого не сделаю, то просто сойду с ума. Как только возвращались воспоминания, что Ён У бросил меня, сбежав с моим ребёнком, я начинал сходить с ума от боли.

А если где-то закрадывалась мысль, что он может сделать аборт, то мне просто срывало крышу.

Какое-то время после ночи, прошедшей со времени его побега, я ещё держался, надеясь, что он или сам вернётся, или мы его найдём. Но время шло, а ничего не менялось.

И я просто сломался.

Работа? Зачем...

Статус? Какая глупость...

Семья? У меня её никогда не было...

Жизнь закончилась.

И сейчас, спускаясь в винный погреб в моём огромном особняке, в голове билась только одна мысль: мне надо выпить и опять отрубиться.

Лестница была достаточно крутая, я не удержался на ногах и полетел вниз, хорошо приложившись головой о каменный пол.

Физическая боль была такой силы, что на мгновение затмила эмоциональную.

Я лежал на полу в каменном погребе и стонал. А потом в какой-то момент просто заплакал. Сев на полу, я прислонился спиной к холодной стене и, скрючившись в позе эмбриона, рыдал, воя как раненый зверь.

За что он так со мной?

Чем я заслужил то, что меня так легко бросили?

Неужели у него не было ни капли жалости ко мне?

Я ему душу открывал...

Сколько времени я просидел в этом холодном пространстве, чувствуя, как кровь из разбитого лба заливает мне глаза и растекается алыми пятнами на белой рубашке?

И когда сильные руки подхватили меня с двух сторон и понесли куда-то, я уже не мог сопротивляться.

Я только почувствовал, как игла вошла в мое предплечье, и долгожданное забытье окутало меня.

***

Я проснулся. Опять болела голова, но это уже была другая боль. Видно, наркотическое похмелье отпустило меня. Глаза медленно открылись.

Первое, что я заметил, — это капельница, которая тянулась к моей руке.

Шторы в комнате были полузакрыты, но я понял, что за окном уже закат.

И ощутил, что сейчас здесь не один.

— Кит, как ты себя чувствуешь?

Глубокий бархатный голос отца звучал участливо. Вокруг меня витали его феромоны, окутывающие нежностью и заботой.

— Что ты здесь делаешь?

Я перевёл взгляд на отца. Он сидел в кресле рядом с моей кроватью и выглядел очень встревоженным.

— Нас вызвал Чарльз. Он был очень обеспокоен тем, что ты себя разрушаешь.

— Не его дело.

Я привстал и всё-таки с трудом, но смог сесть, облокотившись о спинку кровати.

— Кит, что происходит? Почему ты доводишь себя до такого состояния?

В глазах отца проглядывала боль. Сейчас он выглядел просто пожилым обеспокоенным мужчиной.

— Папа очень переживает, я с трудом уговорил его остаться дома.

— Можно подумать, что если бы не уговорил, то он бы приехал. Как будто ему не всё равно, что со мной происходит.

— Кит, ну зачем ты так? Папа очень любит тебя.

Мне не хотелось спорить с отцом. Всё равно каждый из нас останется при своём мнении.

— Папе последнее время нездоровится. Сегодня я приехал с Гилом. У него сейчас каникулы в университете, и он останется с тобой на некоторое время.

— Зачем...? Я прекрасно жил всё это время без него и не собираюсь менять такой уклад вещей.

— В твоей компании не лучшие времена. Ты отсутствуешь, твой личный секретарь тоже пропал. Девушка, которая осталась в офисе, старается изо всех сил, но её усилий явно недостаточно.

Слушая весь этот спич отца, я кое о чём внезапно подумал:

— Отец, а ты никогда не проверял...

Я замолчал.

— Что?

Почему Ён У боялся признаться, что ждёт ребёнка от меня?

Это ведь не могло быть так, как случилось с Мишель.

Я бы никогда не потребовал избавиться от своего малыша.

И тут я застонал, вспоминая, как говорил Ён У, что хорошо бы, чтобы этого ребёнка не существовало.

Как я мог?

Боль опять накрыла меня, и мои феромоны окрасились в ноты жуткого отчаяния.

— Кит!

— Кит!

Я очнулся только в тот момент, когда почувствовал, что отец трясет меня за плечо.

— Расскажи мне, что с тобой случилось?

— А разве тебе Чарльз всё не доложил, раз ты даже приехал ко мне домой? Только не понимаю, зачем?

Мой голос звучал устало, да и я внезапно ощутил, что и всё тело жутко устало. Мои силы просто кончились.

А представив только, что я должен пережить ещё предстоящую ночь, мне захотелось сдохнуть прямо сейчас.

А сколько еще таких дней и ночей будет...

— Омега, который ждёт от меня ребёнка и который пометил меня, сбежал...

— Ты любишь его?

— При чём здесь это? Он просто должен быть со мной. Я дышать без него не могу, я без него умираю.

Мой голос повысился чуть ли не до крика.

— Да, ты любишь его...

Сейчас то, что сказал отец, потрясло меня.

Я всегда отрицал даже саму возможность, что смогу когда-нибудь полюбить. Это казалось тем, что ни при каких обстоятельствах со мной не произойдёт.

Но сейчас, закрыв глаза, тихо пробормотал:

— Да...

Вот я и признался — сам себе.

— Кит, мы найдём его.

— Не говори так. Ты думаешь, я не пытался? Ты думаешь, я сидел всё это время, ничего не делая?

Я резко вскочил на кровати, но моя голова отозвалась острой болью, и я с криком снова рухнул на подушку.

— Когда твой папа первый раз ушел от меня, я долго не мог его найти. И тогда мне повезло: знающие люди свели меня со специалистом, который ищет людей. Раньше он работал на спецслужбы. И если человек жив, то он способен его отыскать. Тогда этот парень был так молод, что я не ожидал ничего, но у меня уже просто не осталось надежды. Но он нашёл твоего папу.

— Правда?

Мне так хотелось верить.

— Завтра он свяжется с тобой.

— Нет, сегодня.

Я решительно выдернул иглу из своей руки и поднялся с кровати.

Отец, подскочивший тут же со стула, взял меня под локоть, не давая возможности упасть.

— Не надо, я сам.

Казалось, надежда, которую я сейчас почувствовал, придала мне сил.

И я, стараясь не обращать внимания на головную боль, проследовал в гардеробную комнату.

И тут всё закрутилось.

Вечером моя команда во главе с Уиттакером собралась на совещание вместе с командой отца. Присутствовали Чарльз и Гилберт.

Специалист, о котором говорил отец, сейчас находился за пределами страны, и я срочно отправил за ним мой личный самолёт.

Я воспрял духом.

Сегодня ночью я смогу жить.

Мы проводили совещание до четырех утра, намечая дальнейшие шаги и собирая воедино те данные, которыми уже располагала моя команда.

Как ни странно, опять, когда моя жизнь была разрушена, именно отец подставил плечо.

Рано утром я провожал его, стоя у входа в особняк.

— Спасибо.

Моя благодарность была искренней.

— Мы обязательно найдем его. И я надеюсь, что ты сможешь создать семью с этим человеком.

— Я никогда больше не отпущу Ён У от себя. И я хочу сразу, как только он будет готов, поставить метку.

— Теперь ты меня понимаешь. Я тоже не смог отпустить твоего папу.

Отец улыбнулся, похлопал меня по плечу и сел в свой лимузин. Прежде чем дверь за ним захлопнулась, он добавил:

— Пожалуйста, будь добрее к Гилу. Присмотрись к нему повнимательнее. Он прекрасный мальчик.

Дверь захлопнулась, и кортеж отца плавно тронулся в путь.

Я развернулся. На пороге у двери стоял Гил и внимательно смотрел на меня.

— Иди отдыхать, завтра обо всём поговорим.

И мы вместе вошли в дом.

Чарльз ожидал моих дальнейших распоряжений. Сейчас я рассмотрел его получше. Кажется, что за те дни, пока я находился в пьяном угаре, он значительно осунулся и даже, как будто, постарел.

— Тебе нелегко пришлось в эти дни.

— Мистер Питтман, вы должны следить за своим здоровьем. Мне бы не хотелось лишиться заработной платы.

Чарльз пытался держать свое бесстрастное лицо, но сегодня это давалось ему с трудом.

— Больше этого не повторится, не волнуйся.

Сейчас я был уверен, что справлюсь. Возможно, то, что я был не один, то, что меня поддерживало столько людей, даст мне силы пройти сквозь это испытание.

— И ещё, мне нужен волос Гила для теста ДНК.

— Вы думаете...?

— Теперь я ни в чём не уверен. Только в том, что мужчины–омеги непредсказуемы.

— Когда Ён У вернётся, пожалуйста, рассказывайте ему обо всём. И особенно о ваших чувствах. Пусть он правильно всё понимает и ничего не додумывает. Если бы вы сразу сказали мне, что подозреваете, что метку вам поставил Ён У, я бы точно не стал предпринимать шагов по розыску омеги, пометившей вас. Ён У не испугался бы последствий и не сбежал.

— Чарльз, это не твоя вина.

Я вспомнил разговор с Мишель. Почему еще тогда я к нему не прислушался?

Почему только эта ситуация открыла мне глаза на мое истинное отношение к Ён У?

Раньше мне казалось, что в моих отношениях с Ён У я что-то решаю. Как же я ошибался. Я могу что-то решать только в том случае, если этот маленький парень мне это позволит.

Мои губы тронула застенчивая улыбка. И самое странное — я жаждал такого положения вещей всей своей израненной душой.

— Чарльз, предупреди повара, что в холодильнике в комнате Ён У всегда должен быть свежий пудинг.

Не знаю почему, но сейчас я, как отец, почувствовал, что мой малыш жив и ему очень хочется пудинга.