«Поспешные выводы»

Рен, в ко­торый раз, слы­шит стук в свою дверь, но не ду­ма­ет от­кры­вать. В пос­леднее вре­мя стран­ные чувс­тва тер­за­ли из­нутри, и он все ча­ще счи­тал се­бя «неп­ра­виль­ным». То, что выт­во­рял Ричард, не по­дава­лось ни­каким объ­яс­не­ни­ям, и Рен не мог по­нять, по­чему он до сих пор не пос­та­вил стар­ше­го на мес­то, и лишь пря­тал­ся от не­го в ком­на­те. Вче­ра брат дал яс­но по­нять, что ста­вит пар­ня, как пар­тнё­ра, что лю­бит его, ни­как бра­та, и что в лю­бой мо­мент си­ту­ация мо­жет пов­то­рит­ся, и Рену сто­ило бы бе­жать, но... что-то внут­ри зас­тавля­ло си­деть на мес­те.

И млад­ше­го пу­гала эта не­из­вес­тность, и-то, что он да­же не чувс­тву­ет к Ричарду омер­зе­ния или от­вра­щения, слов­но го­тов был сми­рить­ся с этим, и каж­дый раз оп­равды­вать бра­та. Но за­чем? Что те­бя глу­шит, Рен?

Па­рень лишь тес­нее вжи­ма­ет­ся в угол, пы­та­ясь ра­зоб­рать­ся в се­бе. Ричард всег­да был слиш­ком добр и за­бот­лив, он тра­тил столь­ко сил и нер­вов, столь­ко ме­сяцев, наб­лю­дая за тем, как Рен пос­те­пен­но ме­ня­ет­ся, ста­новит­ся луч­ше. Ричард стал для не­го пол­но­цен­ным бра­том, не вто­рым от­цом, а имен­но бра­том, и Рее це­нил это. Не­уже­ли, за этот ко­рот­кий про­межу­ток что-то мог­ло про­изой­ти?

— Глу­пос­ти! — ти­хо ши­пит па­рень, под­ни­ма­ясь. — Прос­той раз­го­вор еще ни­кого не убил.

И он ре­ша­ет­ся, на­конец-то, по­кинуть свою ком­на­ту, об­на­ружи­вая Ричарда пря­мо пе­ред со­бой. Вся сме­лость ку­да-то уле­тучи­лась, но млад­ший брат ста­рал­ся выг­ля­деть не­воз­му­тимым.

— Рен, — стар­ший на­чина­ет го­ворить, но не мо­жет по­доб­рать пра­виль­ных слов, и лишь мол­ча смот­рит на не­го.

— Ричард, отой­ди, — Рен попытался обойти брата, но тот схватил его в области плеч, тем самым вызывая ненужную агрессию. — Я же просил не подходить ко мне больше!

— Рен, послушай! — Ричард горел желанием поговорить, и даже объясниться, но звонок в дверь отвлекает их, и парень отпускает младшего, спускаясь вниз.

Рен подходит к лестнице, и замечает зашедшую... Ренату: темно-бардовое пальто, с белым пушистым мехом бросились сразу в глаза, и парню не составило труда узнать сестру.

— Рен, привет! — девушка лучезарно улыбается, помахав рукой, и снимает пальто, оставаясь в связанном свитере и тёмных джинсах, а после аккуратно ставит свои сапожки на небольшом каблуке.

— Рената, какими ветрами тебя занесло сюда? — Рен был искренне удивлён, и мимолетно глянул на Ежевику, который умолчал о приезде сестры. В прочем, он даже был рад, что Ренната приехала именно сейчас, ведь, пока она будет здесь, Ричард точно не тронет его, да и они не подумают заводить тему по поводу вчерашнего.

— Кажется кто-то забыл, что у Ричарда скоро день рождение, — Рената мило улыбнулась, потрепав старшего брата по щеке, а тот лишь смущенно потупил взгляд.

Точно! День Рождение Ричарда. И как Рен мог забыть о нем? Его брат уже такой взрослый, и только сейчас парень это заметил. 22 года — это тебе уже не малый возраст, хотя, для своих лет Ричард был более самостоятельным и порой в нем проскакивали инстинкты отцовства, которые он отыгрывал на Рене.

— На год ближе к смерти стану, вот это праздник, — закатил глаза парень, и увернулся от чуть не полученной оплеуху со стороны сестры, улыбка с лица которой не сходила, а розовые щечки придавали ещё больше красок.

— Как там твои детишки, Рената? — Рен решает нарушить идиллию старших, ведь, глядя на них, он невольно вспоминает покойную Лиззи, и печаль моментально им овладевает. Младшая сестра могла бы быть сейчас с ними, вновь не смело и робко пытаясь что-то спрашивать, или иногда ругать Рена, но в конечном итоге он бы все равно на неё бы не злился. Их могло быть четверо, но судьба распорядилась иначе.

— Кэт и Рик не дают покоя Альфреду. Ты был менее активным в своим три года, — смеётся сестра, вдаваясь в размышления. — Хоть Рик и младше сестры, но он достаточно крупный для своего возраста, — Рената невольно касается своего живота, глядя в сторону Ричарда. — Ты не поверишь, но я жду ещё одного.

— Так это же замечательно! — Ричард сейчас замечает небольшой живот Ренату, который скрывался под свободным, даже мешковатым, свитером, и, не скрывая своей радости, обнимает сестру, искренне восхищаясь, какая она у него умница, и ей никогда не придётся познать того горя, через которое проходит её брат.

Рен лишь недовольно сморщил нос: ещё один. Не то, чтобы он не любил детей, но ведь сестра явно будет приводить младшего к ним домой, или же Ричард заставит его навестить семью, и трёх детей, которые найдут в парне объект для развлечений. От одной мысли бросило в дрожь.

— Идем, расположишься у меня в комнате, — Ричард берет сестру за руку, и та сразу понимает, что её комнату забрал себе Рен. В прочем, бывала она у старшего брата редко, и не удивительно, что младший отказался жить с ним в одной.

Рен делает тихий вдох, возвращаясь к себе, и не до конца закрывает дверь, словно боясь, что может издать лишних звуков. Отодвинув слегка стол, который плотно прилегал к стене, он достал оттуда пару бумажек, перечитывая то, что там писал. Рен хотел поговорить, но вечно что-то мешало, словно судьба так и говорило ему: «Нет, не спеши! Подумай, убедись!»

Парень прячет все обратно, задвигая стол, и садится на пол, закрыв глаза. Столько перемен в жизни произошло: взлеты и падения, радость и печаль, даже смерть близких. И Рее в который раз вспоминает те дни, когда Ричард впервые покинул дом... навсегда. Он даже не думал прощаться, он просто ушёл, и за это парень оставил обиду в глубине души, ведь чувствовал себя не полноценным.

А судьба — штука сложная и не предсказуемая. Меняет одну жизнь на радость другой, меняет жизнь отца на счастье братьев, и добивает сверху смертью сестры, заставляя стать ещё ближе. Никогда не знаешь, что ждёт тебя буквально через минуту, особенно, никогда не угадаешь, в кого однажды влюбится твоё сердце.

Рен качает головой, поднимаясь. Не время вдаваться в размышления. Не смотря на приезд Ренаты, он все же попробует поговорить с братом, хоть сегодня и отшил его. Порой он делает столько глупых вещей, которые приносят боль.

-... Я прекрасно помню то время, Ричард, — раздаётся недовольный голос Рыжинки, и Рен останавливается, слегка приоткрывая дверь и глядя вперёд: сестра стояла напротив брата, который повернулся к ней спиной, упираясь руками в тумбочку. — И я помню твои желания.

— Да, я хотел... хотел отказаться от него, — младший от таких слов вздрагивает, не желая верить. Неужели... Но, Ричард всегда был так добр и мил, и все делал искренне. Лгал? — Я ненавидел его с самого первого появления в доме, и мы часто ссорились с отцом по этому поводу.

Рееу даже показалось, словно старшие устроили вечер откровений. Или же сестра что-то заподозрила? Зачем они завели разговор на такую тему?

— Но он любил нас всех одинаково, — Рената издала тихий вдох, словно понимала, что старший будет лгать. Или нет?

— Любил бы, не заделал бы новых детей после развода, — рыкнул недовольно Ричард, одернувшись. — И спустя два года он привёл их. Я никогда не был примерным братом, и даже когда он просил посидеть с ним хотя бы раз в год, ведь у него были дела, я устраивал скандалы. Я не просил брата. Я не хотел его от другой девушки.

— Говоришь так, словно никогда не любил Рена, — сестра видит, что старший брат что-то скрывает, и не понимает, зачем он говорит такие вещи. Она прекрасно знала, что Ричард любит Рена, как брата, ведь столько сил вложил в него, столько времени и нервов потратил, чтобы тот изменился, и всегда с улыбкой отзывался о младшем, даже если тот просто мило спал. — Зачем ты лжешь, Ричард?

— Ты прекрасно все видела, Рената, - парень оборачивается. — Я испытывал к нему ненависть, потому что отец посмел променять мать на другую, — он смотрит прямо в глаза сестре, не в силах скрыть печаль, и понимает, что под натиском злобного взгляда ему не удастся обвести сестру вокруг пальца. — Ты словно видишь меня насквозь, — он усмехается. — Ты права, я лгу.

Последние фразы утонули в тихом топоте: Рен не дослушивает, и лишь в спешке отходит от комнаты. Он услышал достаточно... Достаточно, чтобы понять, как ужасен на самом деле был его старший брат. Строил из себя доброго, милого парня, и нагло насмехался, прижимая у стен.

— Это... очень подло, Ричард, — Рен накидывает сверху куртку, покидая дом и уходя в неизвестном направлении, не желая больше находиться рядом с лицемерными людьми.

Он ненавидел... Ненавидел всю жизнь, но тогда зачем пытался заботится о младшем брате? Искупить вину желал, или дал обещание отцу?

Боль сдавила грудь, вызывая тихий хрип, и Рен присел на землю, быстро вытирая поступившие слезы. Он впервые доверился, впервые открылся, и получил такой удар предательства от близкого ему человека. Словно нож в спину.

— Хотел отказаться? Я сам отказываюсь от тебя, — слова тонут в тихо всхлипе, и Рен быстро поднимается, понимая, что сейчас не время разводить нюни. Ричард не заслуживает его слез. И младший брат больше никогда не появится в его жизни, как тот этого и хотел с самого начала.

Лёгкий ветерок заставляет мокрые дорожки мгновенно высохнуть, и пронзить дрожью от холода. Рен продолжает идти дальше, даже не задумываясь: куда и зачем. Он просто хотел идти, как можно дальше отсюда...