19. Мое сердце

Наверное, он никогда еще так не волновался - даже когда сдавал экзамены в университете. Потому что рядом с ним - самый важный человек, а на него смотрят важные для Ван Ибо люди.

Тот изо всех сил поддерживает иллюзию, что все в порядке:

- Мам, это обычное недоразумение! Я просто совсем забыл сказать Чжань-гэ, что собираюсь к вам сегодня в гости, а он перепугался, что со мной что-то случилось. А телефон я дома забыл - вот такой у тебя сын-растяпа.

По лицо женщины видно, что та не особо верит своему отпрыску:

- А-Бо...

Тот улыбается еще интенсивнее:

- Что с моими манерами! Думаю, что Чжань-гэ представлять не надо. Чжань-гэ, это моя мама Цзи Юань и мои сестры Ван Лин и Ван Итин.

- Приятно познакомиться, - он кланяется максимально почтительно, стараясь не думать о том, что стоит перед семьей своего человека в его же старой одежде.

- Я вот не могу сказать того же, - женщина выглядит очень взволнованной, но при этом недовольно поджимает губы.

- Мама, я же просил!

- Что "мама"?! Ты можешь по телефону сколько угодно мне рассказывать, какой замечательный твой Чжань-гэ, как он о тебе заботится, какие подарки делает. Но у меня-то есть глаза, и они видят, в каком состоянии ты сегодня приехал домой!

Сяо Чжань сначала расцветает: рассказывал! "Замечательный"! А потом испуганно замирает: в каком таком состоянии?!

- Мам!

- Будешь отрицать, что плакал из-за своего "замечательного Чжань-гэ"?

Плакал?!

Сяо Чжань с нарастающей паникой рассматривает лицо своего сокровища: бледное, невыспавшееся, чуть опухшее.

- Бо-ди?.. - его голос чуть срывается от волнения.

Тот закатывает глаза:

- Все в порядке, ну! Что вы все тут начинаете!

- А-Бо!

- Бо-ди!

- Мама, все и правда в порядке!

- Я же вижу, что это не так!

- Бо-ди!!!

- Это простое недоразумение!

- Недоразумение?! Ты сбежал домой от своего дракона в слезах и без вещей, а он разнес полгорода, пока тебя искал! Это сейчас называют недоразумением?!

- БО-ДИ!!!

Кажется, теперь его услышали, потому что все замолкают: кто-то испуганно, а его человек - с удивлением:

- Чжань-гэ, ну ты-то хоть ей скажи, а не дыши тут злобно своими искрами!

Он больше не может слушать этот бесконечный спор, поэтому берет лицо своего сокровища обеими руками, заставляя посмотреть прямо в глаза:

- Ты плакал, сердце мое?

Кожа под его пальцами наливается жаром румянца:

- Чжань-гэ... - Ван Ибо замирает ошарашенным сурикатом.

И Сяо Чжань почти не слышит удивленные возгласы рядом, потому что все его внимание - на самом важном человеке:

- Я обидел тебя чем-то? Прости, я не хотел.

- Чжань-гэ...

- Да?

- У тебя глаза горят красным.

- И? Ты же не боишься.

- Я-то - нет, но вот моя семья может неправильно тебя понять. И твои когти...

- Ой, прости! Я сейчас попробую успокоиться.

Рука поднимается, чтобы погладить чешуйки на его лице:

- Все в порядке, Чжань-гэ, не спеши.

Он чуть наклоняет голову и прикрывает глаза, и пальцы успокаивающе касаются рогов. Уже через пару минут Сяо Чжань открывает глаза, чтобы посмотреть на своего человека:

- Все?

Тот кивает:

- Да, - и смотрит уже на Цзи Юань. - Мама, все на самом деле в порядке. Было небольшое... недоразумение, но мы это обсудим потом. Правда, Чжань-гэ?

Он кивает, грустя о том, что эти пальцы больше его не гладят.

А мама Ван Ибо как-то грустно и тяжело вздыхает:

- Господин Сяо, я не знаю, что происходит между вами. Но мой сын обманул меня и сбежал в этот ужасный питомник, чтобы, как он думает, обеспечить нам с девочками лучшую жизнь. Конечно, я узнала об этом, когда было уже поздно: он подписал этот рабский договор! И я даже радовалась, что от него отказывались предыдущие "хозяева", в надежде, что за год так никто и не заберет его. Но потом появились вы!

- Мама!

- Я не договорила, А-Бо! Так вот, господин Сяо, если мой сын будет плакать рядом с вами, то я не посмотрю, из какой вы семьи, и сделаю все, что в моих силах, чтобы он с вами не остался!

- Мама!!!

Сяо Чжань со всем почтением кланяется, перефразируя то, что только что услышал:

- Я сделаю все, что в моих силах, чтобы рядом со мной он был счастлив. Невзирая на то, из какой я семьи.

- Чжань-гэ... - Ван Ибо совершенно растерянно на него смотрит.

Поэтому он берет свое сокровище за руку, чтобы переплести их пальцы:

- Поговорим дома, хорошо?

- Х-хорошо.

Но у Цзи Юань явно другие планы на них:

- Но вы остаетесь на обед - это не обсуждается.

Если упрямством Ван Ибо пошел в маменьку, то вариантов у них нет - только съесть все то, что приготовила эта чудо-женщина. И та даже улыбается Сяо Чжаню, когда он подвигает ближе к ее сыну огромный пучок кинзы: такой стресс надо обязательно заесть. А уж дома дракон позаботится о том, чтобы его сокровище не голодало.

На прощание он даже удостаивается улыбки:

- Я надеюсь, что теперь я буду видеть своего сына чаще, чем раз в месяц. И приходите вместе с ним, господин Сяо, если хотите.

Сяо Чжань кланяется:

- Благодарю за приглашение - обязательно приду.

И вот они стоят вдвоем на улице и смотрят друг на друга.

- Домой, Бо-ди?

Тот хмурится - совсем как его мама:

- Не уверен, что это хорошая идея после того, что там произошло.

Теперь уже хмурится и он сам, вспоминая:

- Да, я был несколько... несдержан.

- Несколько?! - Ван Ибо ухмыляется. - Видел я в новостях твое "несколько"!

Он виновато вздыхает:

- Я был немного не в себе.

- Немного?!

Приходится признаться:

- Очень много. Дракон, у которого забирают самое дорогое, почти сходит с ума от горя.

Ван Ибо серьезно и внимательно на него смотрит:

- Самое дорогое?

Он тянется, чтобы взять чужую руку и положить ладонью к себе на грудь:

- Его сердце.

Эти нежные щеки вновь окрашиваются в розовый:

- Ты тогда меня назвал...

- Да. Мое сокровище. Мое сердце.

- Но твоя невеста... Твоя пара...

Сяо Чжань делает глубокий вдох перед тем, как признать то, что уже давно знал его дракон, но сам он трусливо отрицал:

- Это ты.

Он и не знал, что человеческие глаза могут так сиять радостной надеждой:

- Что?..

- Ты - мой самый дорогой человек, - и поднимает чужую руку выше, чтобы Ван Ибо вновь дотронулся до его рогов.

Его человек вдруг обмякает, полностью расслабляясь и еле слышно вздыхая:

- Ох, Чжань-гэ...

Он осторожно обнимает доверчиво прижавшееся тело:

- Я жалею только об одном: что мне нужно было на время потерять тебя, чтобы все понять. Что я хочу только тебя видеть рядом.

- Но твоя семья! И твоя невеста! Ты же сам говорил об объединении бизнесов.

Сяо Чжань тяжело вздыхает: да, будет непросто - это понятно уже сейчас. Но это не так страшно, как потерять самое важное в своей жизни:

- Я найду способ. Нет - мы, мы найдем! Только если...

- Да? - на него смотрят эти красивые темные глаза - с надеждой и теплом.

- Только если ты будешь рядом. Дракон умирает, если забрать его сердце.