4. Сокровище

- Это что?

Сяо Чжань даже оглядывается, чтобы убедиться, что они говорят об одном и том же:

- Твоя кровать. Что-то не так? Мы же говорили, что ты будешь спать здесь.

- Но не так же близко!

Он снова оглядывается, чтобы оценить расположение мебели, которую только что внесли в его комнату слуги:

- А что не так?

Ван Ибо забавно пыхтит от возмущения:

- Она же стоит впритык к твоей!

- И? - он все еще не понимает, в чем проблема. - Тебе будет неудобно спать? Не переживай: я не храплю.

Парень уже почти задыхается почему-то:

- Это слишком близко!

Сяо Чжань все еще не может уловить причину такой реакции:

- Ну да, питомец всегда должен быть рядом с хозяином. Ты сам сказал, что тебя заставляли делить постель с... кем-то, - Сяо Чжань с трудом удерживает собственническое рычание, - поэтому я распорядился о второй кровати. Что не так?

Он снова пытается выяснить, чем недовольна его игрушка, но Ван Ибо только демонстративно закатывает глаза и фыркает:

- Бесполезно объяснять.

И плюхается на матрас, чтобы сразу отвернуться и не менее демонстративно засопеть. Сяо Чжань же смотрит на него несколько мгновений, все еще не понимая, как обращаться со своим человеком, но в итоге тихо ложится на свою кровать и поворачивается лицом в напряженной спине - такая не бывает у спящего.

- Я тебя чем-то обидел? Тебе не нравится кровать? Завтра закажем новую, если хочешь.

Парень молчит и тяжело дышит, а потом все же отвечает:

- Ты совсем не понимаешь, да?

- Так объясни. Я мало общался с людьми, поэтому могу чего-то не знать.

Ван Ибо тяжело вздыхает и все же поворачивается, чтобы посмотреть прямо в глаза:

- Вот так - это очень интимно.

- Интимно? - его брови в удивлении поднимаются. - Но мы же просто лежим на соседних кроватях.

Парень хмурится, явно подбирая слова:

- Это как твои рога, - и тянется рукой, словно хочет дотронуться.

Сяо Чжань тут же испуганно отшатывается:

- Что ты...

- Вот именно. Слишком интимно?

Кажется, он начинает понимать:

- Да.

- Но для дракона. А для человека это ничего не значит: просто потрогать кого-то, как волосы погладить. Так и кровать: разделять с кем-то сон - это интимно. Ты словно говоришь: "я доверяю тебе, я рядом с тобой могу уснуть, не боясь за свою безопасность, я знаю, что ты не сделаешь мне ничего дурного".

Сяо Чжань растерянно моргает, усваивая новые знания:

- Ты... Ты хочешь спать в другой комнате?

Дракон внутри воет так сильно, что удержать внутри почти невозможно: мой, мой, не отпущу, нельзя. Ван Ибо, наверное, что-то улавливает, потому что задумчиво хмурится, рассматривая его лицо:

- А ты отпустишь?

Нет, нельзя!

Моя прелесть, мое сокровище!

Но Сяо Чжань почти с болью кивает:

- Отпущу. Я не хочу, чтобы тебе было плохо.

Парень какое-то время молчит и в итоге снова тяжело вздыхает:

- Ладно, давай пока так. Это лучше, чем...

- Чем?

Отворачивается, опять демонстрируя уже не такую каменную спину:

- Чем если бы ты тянул в свою постель.

Дракон довольно порыкивает: игрушка тут, игрушка никуда не уйдет. До нее можно дотронуться, можно понюхать, можно попробовать на вкус.

Но получает щелчок по морде и обиженно скулит, забиваясь подальше, потому что Сяо Чжань может себя контролировать: никаких облизываний и обнюхиваний! Надо дать питомцу время освоиться.

- Ты бы и не отпустил, да? - тот словно читает его мысли, хотя даже не обернулся.

Со скрипом приходится признаться:

- Дракон очень против этого, но я бы не стал тебя принуждать силой.

Все-таки снова поворачивается:

- Дракон?

Сяо Чжань кивает, снова отмечая бледность кожи и тонкость черт: надо сказать, чтобы готовили больше мяса:

- Он тот еще собственник.

Ван Ибо хмурится - в очередной раз:

- А разве не ты - дракон?

- Я, - он не видит тут никакого противоречия. - И он - это тоже я, только полную свободу он получает, когда я оборачиваюсь.

- У тебя что - раздвоение личности?! - парень аж садится на кровати, вновь пристально его рассматривая.

- Нет, - его удивляют такие вопросы, и он тоже садится на подушки. - Просто он часть меня, с рождения. Я не знаю, как это объяснить.

- Ты слышишь его мысли?

- Конечно, ведь это мои мысли.

Ван Ибо нервно сглатывает, но все же спрашивает:

- И о чем они?

- О тебе.

Тот почему-то краснеет, но не отступает:

- А конкретнее?

Для него это все настолько естественно и понятно, что Сяо Чжань даже теряется, что кому-то нужно это объяснять:

- Что ты - наш человек, наше сокровище. И нам будет плохо, если ты будешь где-то далеко.

Темные глаза становятся совсем огромными от удивления:

- "Нам"?!

Сяо Чжань смущенно улыбается:

- Мне. Дракон - это я, но, возможно, для человека так будет понятнее, что внутренняя суть чуть по-другому смотрит на некоторые вещи.

- Это как? - Ван Ибо не выглядит испуганным - скорее настороженным.

Он пожимает плечами, поясняя очевидное:

- Чуть более примитивно, наверное. Ты - мой, и это то, что важно.

Парень явно непроизвольно облизывает пересохшие губы:

- А если...

- Да?

- А если я уйду, то что?

Дракон ревет, почти оглушая, а Сяо Чжань прикусывает губы, цепляясь за простыни, чтобы удержаться и не доказать Ван Ибо, что вот так - нельзя. Тот испуганно отшатывается, но не убегает:

- Ты...

- Дай мне минуту, - он прикрывает глаза и тяжело дышит, чтобы успокоиться.

- Твои глаза такие...

- Какие? - Сяо Чжань все еще не открывает их, чтобы относительная темнота немного притушила тоску и гнев дракона.

- Пугающие и красивые. Они горят красным огнем. Это твой дракон?

Приходится посмотреть прямо на бледное и упрямое лицо, чтобы в очередной раз проговорить:

- Это я. Нет отдельно дракона и отдельно Сяо Чжаня.

- И ты не хочешь меня отпускать?

Ван Ибо вроде бы не собирается сбегать: все так же сидит на кровати, смотрит на него тревожными глазищами, но не уходит. Поэтому он кивает:

- Мне больно от этой мысли.

- Но почему? - парень даже чуть подается вперед, чтобы ничего не упустить. - Ты же сегодня в первый раз меня увидел. Ты не знаешь, какой я.

Сяо Чжань в сотый раз за этот тяжелый день вздыхает, объясняя очевидное:

- Потому что ты - мой. Драконы сразу понимают такие вещи. Они видят человека или вещь и знают: это их сокровище.

Ван Ибо краснеет еще сильнее:

- Меня никто так не называл, - но потом снова хмурится. - А как же те, что забирали меня ранее? Я могу быть... сокровищем для нескольких драконов?

Постельное белье отшито из крайне прочной ткани, но даже она не выдерживает ярости дракона, у которого могли забрать его человека - и когти вспарывают дорогой шелк насквозь:

- Есть вещи, которые просто подходят. Драконы их тоже могут забирать себе.

Нижняя пухлая губа как-то обиженно и очень мило оттопыривается:

- Я - вещь, получается?

Сяо Чжань тяжело и глубоко вздыхает, не зная, как еще объяснить, поэтому просто повторяет в надежде, что до его человека дойдет:

- Ты - сокровище. Мое сокровище.

Ван Ибо еле заметно, но вроде бы довольно улыбается и снова ложится на подушку. И не отворачивается в этот раз.