71/72/73/74/75

Том 2 / Глава 9. // 71

    С тех пор, как мы с Фу Цзыюнь стали встречаться, Чжун Цзя больше никогда со мной не разговаривала. Иногда, когда она смотрела на меня с враждебностью, я просто делал вид, что не замечаю этого.Но реакция Дун Бо меня удивила. Я ждал дня, когда конфликт между Дун Бо и мной обострится. Но я сам поджёг фитиль, но он не взорвался. Может быть, он истёк?Когда позже я спросил об этом Фу Цзыюнь, она легко ответила: «Я просто предупредила его напрямую, что если он придёт и будет доставлять тебе неприятности, я больше никогда не буду с ним разговаривать».Какая замечательная девушка, похвалил я Фу Цзыюнь. Если бы я был Дун Бо, и кто-то пригрозил мне этим условием, я бы избил её, как бы она мне ни нравилась. Но также возможно, что после того, как я узнал о её предательстве, я бы больше никогда на неё не оглянулся. Но к счастью, я Сун Тяньлу, и Фу Цзыюнь не дала мне возможности покрасоваться.Я никогда не спрашивал о прошлом Фу Цзыюнь и Дун Бо, и мне было все равно. Когда я был с ней, мы были больше похожи на друзей. Помимо болтовни, мы часто просто держались за руки. Объятия были редкостью и не допускались в школе.Я начал привыкать к тому, что эта девушка есть в моей жизни. Мы ходили на занятия и ели вместе, держась за руки. Я был на голову выше её, а она была ниже, поэтому люди дразнили нас и говорили, что мы больше похожи на брата и сестру. Иногда я забывал, и она тайком тянула меня за рукав и давала мне подсказку. В это время я улыбался и держал её за руку.После того, тренировок, она вручила мне бутылку воды и ароматизированное полотенце. Она дарила мне какой-нибудь изящный маленький подарок, когда у нее было что-то, чем она занималась. Она также давала мне уроки в свободное время. Ее преподавание было не чем иным, как преподаванием учителя. В принципе, я мог понять его после одного прочтения. Более того, она никогда не готовила уроки. Она могла сразу определить, где у меня проблемы, просто взяв мою книгу...Месяц спустя мои оценки улучшились с невероятной скоростью. Даже если бы я не получил балл по этой специальности, я всё равно мог бы пойти в хорошую школу. Но разрыв между мной и Фу Цзыюнь существенно не изменился. Только когда я посмотрел на постоянно обновляемый красный список школы, я снова и снова осознавал, что этим человеком была Фу Цзыюнь.На фоне моих успехов директор только слегка похвалил меня, но я был немного разочарован таким отношением. Потому что я думаю, что он должен быть самым счастливым человеком в любом случае, потому что мой взлёт ещё раз доказал его легендарность.Возможно, когда учёба пошла в гору, это означало, что я больше не представлял особой важности для своего директора. Он больше не приглашал меня к себе домой на ужин, и иногда только с помощью Фу Цзыюня мне удавалось снова попробовать его стряпню.+Но он мне всё ещё интересен как личность. Я всегда удивлялся, почему он не женится и не заводит девушку. Судя по тому, как он относится к Цзыюнь, он ничем не отличается от других мужчин.Чисто из любопытства я одолжил номер мобильного телефона из другого города и подшутил над своим классным руководителем.Я описал себя как девушку и дал себе очень соблазнительное имя. Как и ожидалось, директор школы постепенно ознакомился с ролью, которую я играл. Я поболтал с ним на некоторые темы, которые сам считал табуированными и смущающими, но он отреагировал с энтузиазмом.Примерно через две недели настойчивости отношения между ролью, которую я играл, и директором школы углубились. В это время он стал действительно серьезным, иногда говорил на очень тяжелые темы и рассказывал истории из своей жизни, в том числе и о своих учениках. Столкнувшись с его откровенностью и преданностью, я почувствовал себя немного виноватым. Каждый раз, когда я посещал его занятия, я боялся, что он вдруг узнает, что я та изящная девушка.Наконец, три недели спустя директор школы попросил о встрече с персонажем, которого я играл. Я лицемерно ответил: «Нет, пока нет, ещё не время».«Почему? Неудобно? Ты разве не из этого города?»«Нет, просто я чувствую, что между нами стена. Если эта стена не рухнет, никто из нас не сможет смотреть друг другу в глаза». Это предложение из письма, которое Фу Цзыюнь написала мне, и я перепечатал его дословно.Долгое время не было ответа. Я задавался вопросом, пытался ли он убедить меня, но он так и не ответил. Днём, во время занятий по самоподготовке, в класс с редким визитом пришёл директор. Я читал книгу, как будто ничего не произошло, и наблюдал за выражением его лица. Когда я поднял на него глаза, он случайно посмотрел на меня. Сначала я был шокирован, но потом увидел, что его выражение лица было нормальным, поэтому я опустил голову и продолжил заниматься своими делами.Я не знаю, когда он на самом деле подошёл ко мне. Когда я увидел, что эта фигура остановилась рядом со мной, у меня внезапно возникло плохое предчувствие. Директор взял телефон, набрал несколько слов и передал его мне. Я посмотрел на него и увидел: «Стена, о которой ты говоришь, — это Фу Цзыюнь?»Зрелый мужчина был действительно умным. Я даже не рассказал об этом Фу Цзыюнь, потому что боялся, что она будет неуверенной и выдаст меня. В конце концов, он догадался. Я вздохнул и посмотрел на директора с некоторой обидой.Директор школы поставил свою ногу на мою, сильно наступил на неё и сказал с улыбкой на лице: «Сун Тяньлу, когда ты успел стать таким милым? Тебя ассимилировала Фу Цзыюнь?»Я стиснул зубы и ничего не сказал, думая, что это напоминание тебе о том, что нужно как можно скорее найти себе партнера, потому что не стоит расставаться после поиска свободы. Столкнувшись с моим самодовольным отношением, директор школы просто улыбнулся.В последующие дни он время от времени отправлял текстовые сообщения на этот номер, и содержание было крайне отвратительным. Я знал, что это был его способ отомстить мне.Из-за этого мне пришлось купить кому-то ещё карту для мобильного телефона, и я потратил много усилий, чтобы загладить свою вину и извиниться. Когда я был в хорошем настроении, я устраивал сцену перед директором, а когда я был в плохом настроении, я делал вид, что не вижу этого.Мои результаты на выпускном экзамене во время летних каникул были довольно нормальными, но они очень порадовали моих родителей. Мои родители рассказали об этом всем, выставив меня похожим на заключенного, который заблудился и вернулся.И я не знаю, как мои родители узнали о существовании Фу Цзыюнь, и что меня удивило ещё больше, так это то, что они не раз уговаривали меня пригласить Фу Цзыюнь домой на ужин.Я просто не мог понять их энтузиазма. Мой отец не был дураком, а моя мама была ещё умнее. Поскольку они знали о существовании Фу Цзыюнь, они должны были понять, какие у нас с ней отношения. Тем не менее, они всё ещё потакали моему поведению, и я даже чувствовал, что они разжигают огонь.Это потому, что мои родители настолько одержимы моими оценками, что считают Фу Цзыюнь, которая помогла мне улучшиться, моим спасителем? Или это потому, что моя ситуация достигла точки, когда мои родители беспокоятся, что я не смогу найти девушку в будущем? Поэтому они пытаются найти её сейчас. Или это потому, что мои родители слишком снобы и их привлекают семейные условия и социальный статус Фу Цзыюнь...Очевидно, ни то, ни другое маловероятно. Есть ещё одна причина, которую не хочу рассматривать и стараюсь сдерживать себя от мысли в этом направлении. Потому что я не хочу снова пережить такие дни и такую боль в своей жизни.У меня были относительно лёгкие летние каникулы. Я спал, когда уставал, и выходил играть, когда просыпался. Мне не нравилось носить с собой телефон, поэтому я не мог вовремя отвечать на сообщения Цзыюнь. Она никогда не злилась. Каждый раз, когда я извинялся, она говорила мне, что мне не нужно извиняться перед ней, что заставило меня начать воспринимать это всерьёз.Я встретился со своими бывшими одноклассниками, и все они согласились, что я стал выше. Я был весьма озадачен, поэтому сравнил себя с ними и обнаружил, что это действительно так.Я с волнением рассказал им о своей нынешней школе, включая тюремную систему образования, суровые методы обучения моего директора и мою нынешнюю успеваемость. Я также не мог забыть рассказать о своей девушке, которая заставила меня чувствовать себя таким гордым...Последствием моих слов стало то, что два дня спустя я был пойман на свидании с Фу Цзыюнь той группой парней. Я не знаю, как они узнали о моем местонахождении, но они приложили немало усилий, чтобы следить за человеком рядом со мной.Фу Цзыюнь была спокойнее меня. Она знала, как реагировать на скучные поддразнивания этих людей лучше меня. У нее было хорошее чувство приличия, не слишком благородное и не слишком вульгарное. Она так же знала, как сохранить мужское достоинство, что заставило меня почувствовать себя очень гордым перед этими парнями, и Фу Цзыюнь быстро стала одним целым с ними.Лю Вэй был ближе всех ко мне, он наклонился к моему уху и прошептал: «Сун Тяньлу, ты действительно нашёл сокровище. Теперь. Ты не смущён не так ли? Ха-ха-ха... разве не лучше было бы, если бы ты просто сказал мне, что тебе не хватало женщин?»Сказав это, Лю Вэй сознательно напомнил группе приятелей, что пора уходить и не продолжать быть лампочками. Эти люди ушли, смеясь и шутя, приятели хорошо ладили с друг другом, большинство из них были холостяками.После того, как они ушли, я спросил Фу Цзыюнь: «Что они тебе сказали?»Фу Цзыюнь вытянула указательный палец, встала на цыпочки и сильно ударила меня по лбу, притворяясь, что она сердится, и сказала: «Раньше они говорили, что ты не понимаешь романтики, но теперь ты встречаешься с другими. Кажется, у тебя ранн было много свидании!»«Ни за что...» Я взял её за руку и пошёл вперёд с улыбкой.Фу Цзыюнь не стала больше доставлять мне неприятности, а сказала мне очень мягко: «На самом деле, с того момента, как я тебя увидела в первый раз, и до сих пор я чувствую, что ты не из тех, кто легко может влюбиться . Люди говорят, что люди, которые кажутся флиртующими на первый взгляд, на самом деле самые преданные. Поэтому я всегда хотела спросить, действительно ли я тебе нравлюсь?»Я был ошеломлён, повернулся к ней и сказал: «Ты думаешь, я тебя дразню? Если это так, я просто могу найти кого-то с плохими оценками, кто может позволить себе задержку. Если ты мне не нравишься, я не буду с тобой».Это правда. Несмотря ни на что, я признаю, что она мне нравится.«Тогда ты меня любишь?» — снова спросила Фу Цзыюнь.Я повернулся и продолжил идти вперёд: «Мы были слишком молоды, чтобы понять, что такое любовь, поэтому я не знаю...»Фу Цзыюнь радостно сказала мне: «Если бы ты сказал «любовь», я бы, наверное, начала сомневаться в своём выборе, так что спасибо тебе за честность со мной. Я просто надеюсь, что смогу сопровождать тебя до того момента, как ты встретишь человека, которого полюбишь».Я обнял её на улице, и на этот раз я был действительно тронут. Её голова лежала у меня на груди, а мои глаза смотрели через улицу. Район сносили, и на его месте строили новые здания. Те низкосортные жилые дома, которые портили облик города, полностью уничтожали. Больше не будет пустыря для игры в снежки, и никто не будет упрямо верить, что там живёт его мама...Так что, когда я в следующий раз буду проходить мимо, мне не придётся сдерживать себя от отчаянного желания заглянуть туда.

Том 2 / Глава 10. // 72

Два года пролетели в мгновение ока.Во втором семестре моего второго года обучения в старшей школе Дун Бо уехал за границу. Я всегда помню, как он бегал по детской площадке в то время. Как и я, он бесконечно выплёскивал свой гнев. Потом он впал в депрессию и редко смотрел на меня. Он всегда молчал. В баскетбольной команде два новых ученика старшей школы. Я тоже прогрессирую, от запасного до основного игрока, а затем и до стартового. Я вырос почти до 1,9 метра ростом, не осознавая этого, и я очень доволен своими мышцами. Они стали очень крепкими, и я чувствую себя очень успешным. Моя внешность также немного изменилась.Фу Цзыюнь по-прежнему вовремя появляется в первых рядах команды поддержки на каждом из моих соревнований, и я уже привык к звуку её пронзительного голоса рядом со мной.После поступления на третий год обучения в старшей школе все устали, но Фу Цзыюнь все ещё была очень свободной. Когда я тренировался, она время от времени приходила, чтобы устроить неприятности. К счастью, все товарищи по команде её очень любили, и благодаря ей я завёл здесь много друзей.Приближался профессиональный экзамен, и в эти дни у нас было много тренировочных заданий. Иногда я просто лежал на подушке в комнате со спортивным инвентарем и не хотел вставать. Каждый раз, когда это случалось, Фу Цзыюнь громко смеялась, намеренно намекая и высмеивая моё смущающее состояние. Я вскакивал и шёл к ней, которая была даже ниже моих плеч, и тогда мы производили большой шум, и вся большая комната разносила эхо нашего смеха.Моя жизнь сейчас довольно хороша! У меня нет никаких забот. У меня есть цель, к которой нужно стремиться. Мои родители наконец-то могут поднять головы. Когда я устаю, кто-то утешает меня. Когда я счастлив, кто-то смеётся вместе со мной. Чем ещё я могу быть недоволен?Два года, хотя они и пролетели в мгновение ока, я всё ещё чувствую, что их прохождение сгладит многое. Например, то, с чем я когда-то боролся, теперь стало воспоминанием. Я больше не избегаю намеренно прошлого, которого иногда касаются другие. Пришло время уйти. Я сказал себе, что ты должен принять и встретить новую жизнь лицом к лицу и начать.«О... два года пролетели так быстро. Я едва ли могу вспомнить, как ты выглядел, когда я впервые тебя увидела», — сказала мне Фу Цзыюнь, поедая еду, которую держала в руке. « Разве ты не влюбилась с первого взгляда? Разве ты не помнишь тот первый взгляд? Теперь правда раскрыта!» Я погладил её по голове.Фу Цзыюнь надула губы и громко пережёвывала еду во рту. Она посмотрела на меня и сказала: «Ты не дал мне продолжить. Я до сих пор это помню!»Я рассмеялся и сказал ей: «Тогда, пожалуйста, продолжай. Мой китайский стал лучше, и теперь я могу тебя понимать».Действительно, моё нынешнее психологическое качество может полностью выдержать любого, кто раскроет моё прошлое. Кроме того, Фу Цзыюнь ничего не знает о моём прошлом, и то, что она сказала, это все её собственные чувства.Фу Цзыюнь закатила глаза, взяла ещё один шарик любви, засунула его в рот и замурлыкала, намеренно игнорируя меня.Увидев её милое выражение лица, я не удержался и ущипнул её за щеку и сказал: «Расскажи мне! Я хочу услышать, как я поймал тебя, моё сокровище. Пожалуйста, удовлетвори моё маленькое тщеславие, иначе будет слишком поздно жалеть об этом, когда ты закончишь школу».Я не знаю о чём подумала Фу Цзыюнь. Её глаза потускнели, а губы медленно двигались.Я не знал, что я сказал не так, поэтому быстро добавил: «Если ты не хочешь этого говорить, забудь. В будущем будет много возможностей».«Нет... Я просто накапливаю некоторые чувства...» Фу Цзыюнь выдавила из себя улыбку, и выражение её лица вернулось к нормальному состоянию.Я кивнул и подождал, пока она продолжит.«Ну... на самом деле, это невероятно, когда я думаю об этом сейчас. Ты привлёк меня в тот момент как только я увидела тебя. Я сказала, что это из-за твоих одиноких и отчаянных глаз. У меня всегда было сильное желание побеждать. Я поклялась тогда, что если смогу узнать тебя, я обязательно сделаю тебя счастливым».«О, тогда ты добилась успеха!» Я показал ей большой палец вверх, чтобы подтвердить её значимость.«Не перебивай меня, я ещё не закончила!» Фу Цзыюнь немного смутилась, сжала мою руку и продолжила: «Это был первый раз, когда я проявила инициативу, поэтому было особенно неловко. Мне было неловко как девушке проявлять инициативу к тебе, поэтому мне приходилось намекать, но ты был как кусок дерева, и в конце концов мне пришлось сделать это самой».Лицо Фу Цзыюнь покраснело, когда она говорила, и я не мог не рассмеяться, увидев её такой. Оказывается, она тоже может ошибаться и ошибаться в суждениях. Интересно, как она разозлилась, когда узнала, что я такой толстокожий.«Как ты на это намекнула?» — спросил я намеренно.Фу Цзыюнь покачала головой: «Нет!»«Давай, я хочу это услышать!»«Шансов больше нет. Если ты сам не можешь догадаться, не жди, что другие тебе это скажут».«Скажи мне, я ошибался!»"Нет!""Забудь это..."«Нет, я все ещё хочу сказать...»Я самодовольно посмотрел на неё и был в хорошем настроении, чтобы выслушать её постыдные истории. Для кого-то вроде неё было нелегко сделать что-то постыдное. Моё самолюбие всегда было задето ею, и теперь я, наконец, мог найти у неё утешение.Фу Цзыюнь неохотно сказала: «Да ничего, на самом деле. Я просто тайно позвонила тебе с общественного телефона и даже слова не осмелилась сказать. А еще я тайно подложила тебе в портфель лекарство от простуды. Я набралась смелости и попросила одноклассника положить его туда... Не смейся, а то я не буду продолжать...»Я вдруг почувствовал, как кто-то сильно ударил меня по голове, и я почувствовал, как моя кровь течёт в обратном направлении. Фу Цзыюнь всё ещё жаловалась, но я не мог услышать ни слова. Я внезапно потянул Фу Цзыюнь за руку и настойчиво сказал: «Прекрати говорить, пожалуйста!»«Ты помнишь?» Фу Цзыюнь была немного удивлена моей реакцией.«Нет...» Я тупо повернул голову и сказал ей: «Ты немного жестока!»«Почему?» Фу Цзыюнь встала и осторожно спросила меня: «Ты ведь не хотел, чтобы я это отправила, верно?»Это был первый раз, когда лицо Фу Цзыюнь действительно изменилось. Увидев её грустное выражение, я инстинктивно шагнул вперёд, чтобы обнять её, и сказал: «Нет, я просто не ожидал, что это будешь ты. Так лучше... лучше...»Я сказал это, но не смог сдержать эмоций. Я не хотел причинять ей боль, но и утешать её не хотелось. Я чувствовал, что мое сердце балансирует на грани борьбы и краха. Знакомая боль снова нахлынула на меня. Два года исчезли в мгновение ока. Боль совсем не утихла. Вместо этого она заставила меня яснее осознать, что я вернулся в ночь два года назад, когда я начал чувствовать сердечную боль.Казалось, я сам согнул своё сердце в восемь изгибов, но открывшаяся мне истина вернула его в первоначальную форму.Я знаю, что я набрался смелости начать новую жизнь из-за этих двух простых причин, и я знаю, что я просто обманывал себя. Но я всегда думал, что я забыл эти вещи давно, и я думал, что кто сделал эти вещи, для меня теперь не важно...Оказалось, что я смог сохранить своё последующее счастье только потому, что держался за причину, что он всё ещё думал обо мне. Если бы этой причины больше не было, все изменения развалились бы.Я обнял Фу Цзыюнь и почувствовал холод с головы до ног. Моё сердце полностью похолодело. Оказалось, что отказ от жизни с фантазиями был таким жестоким решением.«Человек, которого я люблю, не может вернуться. Ты можешь сопровождать меня до конца...»

Том 2 / Глава 11 // 73

После того инцидента в тот день Фу Цзыюнь и я некоторое время молчали, и мы пережили первую так называемую холодную войну. Возможно, она хотела дать мне время, чтобы ясно обдумать свои собственные идеи. Мы больше не ходили вместе обедать, держась за руки, и она больше не приходила на баскетбольную площадку, чтобы найти меня. Каждый раз, когда я привычно поворачивал голову, я не видел эту знакомую фигуру. Это была моя вина, во всём была моя вина, с того времени, как я был с ней, не зная почему, и до того времени, как мы поладили, я никогда не думал, что мы будем вместе. Я не наивен, я хорошо себя знаю, девушка, которая может поступить в Цинхуа или Пекинский университет с закрытыми глазами, не будет со мной вечно, и слишком наивно и пустая трата чувств думать об этом всю жизнь в это время.Может быть, потому, что я давно знал результат, я почти не прикладывал усилий, всё было просто естественно. Я не знал, как отказать, я не знал , как ревновать, я не знал, как быть убитым горем... Между нами были только смех и завистливые глаза, и было меньше незабываемого, и меньше зависимости.Но теперь, когда я узнал правду, я не позволю себе совершить ту же ошибку снова. Когда дело доходит до общения с Цзыюнь, мне либо нужно быть преданным ей, либо отпустить её. За последние два года она стала частью моей жизни. Я не могу её отпустить, поэтому я могу только выбрать быть преданным ей.Я положил старые книги, заполненные заметками, в коробку, отпросился у классного руководителя и вернулся домой в пустой дом. Моя мать была на работе, поэтому я позвонил ей и попросил дать мне ключ от комнаты.Мама на мгновение заколебалась и спросила меня: «Что ты делаешь в этой комнате?» «Я просто хочу кое-что взять. Почему ты заперла комнату?»Долгое время царила тишина, а потом мама сказала: «Комната пуста. Если она не заперта, ты всё испортишь. Ключ во втором ящике под шкафом в моей спальне. Иди и принеси его сам, только не испорти комнату».Я сказал «хм», пошёл в спальню матери, открыл ящик, нашёл ключ, открыл дверь в эту комнату и перенёс туда книги. Я поднял глаза и увидел, что комната всё ещё полна красного цвета, но она была тусклой и больше не создавала праздничного настроения.Неужели прошло два года? Я гладил руками бумажные фигурки на окнах , чувствуя себя немного взволнованно , но не позволял себе вспоминать о них, потому что боялся, что если сделаю это, то потеряю контроль.   Я оторвал прикрепленные бумажные вырезки руками, очень легко, не оставив ни единого клочка бумаги. Может быть, пришло время снять их. Я положил каждый кусочек в коробку, даже не глядя на них, пока не выбрал последний, и мои руки больше не могли выдерживать его вес.Как будто меня заставляют вычеркнуть человека из своего сердца. Иногда решение сдаться гораздо болезненнее, чем расставание. До сих пор я помню в уме только его хорошие стороны. Что касается его упрямства и решимости, то они автоматически отфильтровывались через два года. Из-за этого я был настолько упрямым , что думал, что он никогда меня не забудет, и я заставил себя сдаться, когда понял, что всё беспокойство исходит от Фу Цзыюнь.Вот что значит не плакать, пока не увидишь гроб. Теперь передо мной гроб, и я могу только со слезами на глазах похоронить себя прежнего...Я глубоко вздохнул и оторвал последнюю вырезанную бумагу со окна, намереваясь положить ее и книги на дно коробки, где они будут запечатаны в шкафу навсегда.Когда я оглянулся, я понял, что бумажные вырезки которые я выбросил в начале, были разбросаны по всему полу и не были брошены в коробку. Я присел и попытался собрать их все. Некоторые из них были перевернуты и когда я поднял их, я бросил на них небрежный взгляд и обнаружил, что на них были слова. Я поднял каждый из них и посмотрел на него, и оказалось, что на обратной стороне были слова.Они были приклеены сзади, неудивительно, что я их не увидел. Я не смог сдержать эмоций и разложил вырезки. Слова на каждом были разными, и было очень сложно расположить их в нужном порядке. В то время я приклеивал их вместе с Бьянь Жошуйем и даже не заметил, что сзади были надписи .Я знаю, что сейчас мне не следует пытаться составить предложение, но я не могу отказаться от этой тайны. Я печатал и искал слова одно за другим, но они не могли даже сформировать слово, не говоря уже о предложении. Может ли быть, что это было написано случайно?Только я начал волноваться, как раздался звонок в дверь. Я положил все бумажные вырезки в коробку и пошел открывать дверь. «Ваш денежный перевод, пожалуйста, подпишите его».Почтальон стоял снаружи и вручил мне квитанцию о переводе. Я был очень удивлён, потому что наша семья уже давно не пользовалась квитанциями о переводе. Они использовались только тогда, когда мой отец давал деньги моей бабушке, когда я был ребёнком. Теперь мы просто переводим деньги напрямую, что избавляет нас от лишних хлопот.  «Кто? Что-то не так?» —бормоча я, забирая ручку у почтальона. Я увидел, что имя получателя — моя мать, а адрес — мой домашний адрес. Что заставило меня затаить дыхание, так это почерк. Возможно, я не узнал бы его два года назад, но я сталкивался с этими записями каждый день, поэтому для меня было невозможно не знать, кто их отправил.Я расписался и безучастно передал ручку почтальону. Почтальон взял ручку у меня из руки и сказал, упаковывая вещи в посылку: «Должно быть, так и есть. Ваша семья единственная здесь, у кого есть квитанция о переводе в начале каждого месяца. Я приходил сюда несколько раз. Обычно я прихожу утром, когда твоя мать дома . Сегодня что-то задержало меня, и я боялся, что никого не будет дома».Когда почтальон уже собирался спуститься вниз, я схватил его за руку и спросил: «Вы всегда приходите доставлять почту в определенный день? Когда это происходит?»«Сегодня вторник. Если бы я не задержался утром, я бы не пришел днём. В любом случае, до завтра не задержат. Я все равно обращаю внимание на квитанцию о переводе».«А как насчет адресанта перевода? То есть, откуда отправитель переводит деньги...» — снова спросил я.Почтальон рассмеялся, услышав мои слова, указал на квитанцию о переводе и сказал: «Разве на ней не напечатано? Адрес также указан на марке».Я дважды рассмеялся, и почтальон быстро спустился вниз. Прислушиваясь к шагам, я почувствовал себя немного ошеломленным. Держа в руке квитанцию о переводе, я не мог не посмотреть на адрес на ней. Вэйхай Шаньдун — красивое место. С таким подробным адресом, даже если я захочу найти это почтовое отделение, это, вероятно, заняло бы всего два дня.   Мне вдруг захотелось рассмеяться во весь голос. Это было так иронично. Это дало мне надежду, когда я уже был в отчаянии. Моя собственная мать даже не упомянула ни слова о деньгах, которые мой одноклассник присылал домой. Кого они пытались обмануть? Кого она обманывала? Если бы я не попросил разрешения вернуться сегодня, я бы никогда не узнал, что Бянь Жошуй поддерживал мою мать всё это время.Сумма на квитанции о переводе составляла 1024 юаня. Я не знал отправителя, но я знал, что ее, должно быть, заполнил Бянь Жошуй, используя чужое удостоверение личности. Когда я увидел, что сумма была сдачей, я понял, что эти деньги были выжаты из собственного кармана Бянь Жошуя. Исходя из моего понимания его, если он отправлял 1024 юаня в месяц, он должен был зарабатывать около 1200 юаней, а оставшиеся 100 юаней были его расходами на жизнь. Он жил так раньше, и он все еще живет так сейчас, всегда живя для других.  Дверь моего дома внезапно открылась, и я быстро сунул квитанцию о переводе денег в руку позади себя. Моя мать посмотрела на меня, затаив дыхание, переоделась в тапочки, вымученно улыбнулась и спросила меня: «Почему ты не сказал мне, что вернёшься? Ты позвонил мне, когда вернулся домой. Ты нашел вещи?»«Нашёл...»Я больше ничего не сказал, закончив говорить. Изначально я хотел спросить маму, почему она скрыла от меня эти вещи, связан ли с ней отъезд Бянь Жошуйя, каково текущее положение Бянь Жошуйя и т. д. ... Но когда я увидел усталое лицо матери, я ничего не сказал. Я знал, что она вернулась, чтобы приготовить мне еду.Я пошёл в ту комнату и собрал всё, временно оттащив в угол, но не запечатав. Я снова запер дверь той комнаты и хотел вернуть ключ, но он неудержимо скользнул в мой ящик.«Никого нет дома, да?» — мама высунула голову из кухни и нервно спросила меня.«Нет...» Я дважды усмехнулся и положил квитанцию о переводе денег в школьную сумку.

Том 2 / Глава 12. // 74

    Когда я вернулся в школу вечером, как только я подошёл к двери, я увидел Фу Цзыюнь, стоящую под самым большим деревом в школе, опустив голову и о чём-то думая. Я подошёл, похлопал её по лбу и сказал: «О чем ты думаешь, стоя здесь?»Фу Цзыюнь похлопала себя по груди и сказала мне со вздохом облегчения: «Я не думала много. Я ждала тебя долгое время. Почему ты так долго?»Я небрежно сказал: «Конечно, мне приходится оставаться подольше, когда я иду домой. Я не такой, как ты, который может идти домой, когда захочет».Фу Цзыюнь высунула язык и улыбнулась, выглядя немного озорно. Я увидел выражение её лица и понял, что она всё поняла. Разрыв между нами естественным образом исчез с холодной войной последних нескольких дней. Я знаю, что она не мелочная девчонка, но у неё также есть эмоции, которые должны быть у нормальной девушки. Я обычно слишком много её игнорирую.   В последующие дни мы с Фу Цзыюнь возобновили наши прежние способы общения, но я всегда чувствовал, что начинаю чувствовать себя подавленным. Иногда я забывал, что она мне сказала, в течение нескольких минут, иногда я отвлекался и думал о других вещах, когда мы вместе обедали, и я делал много ошибок во время игры, поэтому тренер, который руководил нами, попросил меня взять несколько дней для отдыха , чтобы приспособиться.Терпимость Фу Цзыюнь заставляла меня чувствовать себя виноватым. Иногда, сталкиваясь с её шутками и выходками, я мог только заставить себя смеяться. Прежняя застенчивость и готовность теперь стали ответственностью и сдержанностью. Чем лучше она ко мне относится и чем больше она мне дает, тем больше я хочу наверстать упущенное и отплатить ей. Через две недели я почувствовал себя более уставшим, чем когда-либо прежде.Фу Цзыюнь такая умная девочка. Она, должно быть, видит, что я волнуюсь. Сначала она всегда была осторожна и не смела спрашивать. Глядя на её нерешительное выражение лица, я чувствовал себя неописуемо неловко.Я хотел рассказать ей всё, что я пережил. Я чувствовал, что она всегда была хорошим человеком для разговора, у неё есть терпимость обычных людей. Но я не мог этого сказать. Я был слишком многим ей обязан, поэтому я не хотел делать ничего, что могло бы причинить ей боль.   Я ожидал, что директор школы будет искать меня. Он заметит и запомнит мои небольшие изменения. Когда накопится достаточно изменений, он позовет меня и расскажет обо всех своих достижениях.«Что-нибудь хорошее было в последнее время?» — спросил меня директор школы.  «Я выгляжу так, будто у меня есть хорошие новости ?» — спросил я в ответ.Директор школы сосредоточил на мне свой взгляд, указал на мою грудь и сказал: «Твоё присутствие говорит мне, что ты действительно делаешь хорошие дела».Я не понимаю, как он решил, что я замышляю что-то нехорошее, ведь я был явно на грани колебаний, беспокойства и борьбы, и у меня было мрачное лицо весь день. Глядя на легкомысленное выражение лица учителя, я понял, что он иронизирует, но даже так мне не хотелось шутить с ним.«Расскажи мне всё, что хочешь, особенно если это что-то, что Фу Цзыюнь будет неприятно слышать. Мы все мужчины, так что мы все знаем друг друга!»Я усмехнулся. Хоть мы оба и мужчины, но суть у нас разная. Если бы я сказал ему, что мои мысли сейчас заняты мужчиной, разве он бы так легко смеялся? Если мои родители не могут терпеть то, что я делаю, от кого ещё я могу ожидать утешения?Несколько ночей подряд я ворочался с квитанцией о переводе и не мог уснуть. Я откладывал её, снова брал, смотрел на неё несколько секунд и снова откладывал. Я не знал, плакать мне или смеяться. День, которого я ждал два года, наконец настал, но я был немного не готов. Если бы Фу Цзыюнь не вмешалась, я бы определенно рассмеялся во весь голос, держа квитанцию о переводе, а затем помчался бы в Шаньдун, чтобы вернуть его, не сказав ни слова.Но теперь всё по-другому, по крайней мере, я не тот Сун Тяньлу, каким был два года назад, моя небрежность помогла мне найти девушку, которой я действительно нравлюсь. Я колеблюсь, идти вперёд или отступить . Я знаю, что если я спрошу кого-нибудь вокруг, они скажут, что причинив боль Фу Цзыюнь — это то, о чем я буду жалеть всю оставшуюся жизнь.Но я не могу контролировать свое сердце. Когда я держу квитанцию о переводе, я чувствую, что Бянь Жошуй стоит неподалеку от меня. Две недели подряд фрагменты двухлетней давности неоднократно появлялись в моих снах, каждое его движение, его улыбка, его грусть, его беспомощность... Всё то, что я так отчаянно старался забыть, изо всех сил пытаются вырваться наружу.Я не мог не думать о его нынешней жизни, его внешности и отношении к нему окружающих людей... Как только я увидел номер на квитанции о переводе, я почувствовал, что у него не будет достаточно еды, у него не будет теплой одежды, над ним будут издеваться, над ним будут смеяться...Он все ещё учится?Что он может сделать? В этом обществе, где сильные охотятся на слабых, без диплома и связей, что он может сделать, кроме как усердно работать?Но сможет ли он это вынести при своем физическом состоянии?Он ест из большой кастрюли и живет в общежитии?Есть ли у него друзья вокруг? Даже если есть, в такой сложной обстановке, будет ли кто-то относиться к нему искренне? Будет ли он тем, кто страдает больше всех?Помнит ли он меня еще? Мы были чужими два года назад, и как он посмотрит на меня, когда я появлюсь перед ним два года спустя?После многочисленных сражений, я наконец, попросил отпуск у своего классного руководителя. Я не мог пойти к Бянь Жошуйю во время каникул, иначе я бы не смог уйти. Классный руководитель пообещал мне, что не расскажет моим родителям. В тот момент я был очень благодарен. Я чувствовал, что для меня действительно большая честь, что учитель так доверяет мне. Если бы это был кто-то другой, я не знаю, во сколько раз труднее был бы этот путь.«Помни, что возвращаться нужно только тогда, когда ты полностью поправишься. Если ты снова будешь вести себя как умирающий, не возвращайся». Директор школы великодушно помахал мне рукой.Я улыбнулся и кивнул, собрал вещи и взял такси до автобусной станции. Когда я сел в автобус, все мои одноклассники еще не встали, включая Фу Цзыюнь. Я задавался вопросом, будет ли ей грустно уезжать, не попрощавшись.Я просто хочу убедиться, что у Бянь Жошуя всё хорошо, — молча напомнил я себе. Если я его увижу, то просто отойду в сторону и больше не войду в его жизнь. Пока я своими глазами вижу, как он живёт хорошей жизнью, мне не от чего будет отказываться.Мне нужна лишь причина и мотивация, чтобы сдаться.

Том 2 Глава 13 // 75

  После почти десяти часов езды я наконец прибыл в Вэйхай. Это был первый раз, когда я вышел один. Хотя раньше я часто выходил поиграть, меня всегда сопровождал один или два друга-единомышленника или я путешествовал с родителями в группе. Теперь я приехал в чужой город, так эмоционально, и внезапно у меня возникло желание декламировать стихи.Когда я вышел из автобуса, было почти темно, и было немного облачно, поэтому Вэйхай казался намного холоднее, чем дом. Я спешил уйти, надев только одну одежду, дрожа и потирая руки. Я огляделся и увидел, что большинство людей были одеты в толстые пальто. Вокруг меня были отели, поэтому я наугад нашел один и решил остаться на ночь.Завтра тот день, когда Бянь Жошуй отправит деньги. Этот месяц был таким тяжелым, и я не могу не чувствовать себя немного эмоционально. Моя комната находится на втором этаже. Глядя в окно, я вижу тёмную толпу, входящую и выходящую с улицы. Это время окончания работы, и это пиковое время для потока людей. Мои глаза ищут знакомую фигуру. Хотя я знаю, что это место далеко от того места, откуда Бянь Жошуй отправил деньги, я все равно не могу не жаждать чуда.Зазвонил мой мобильный телефон, и моей первой реакцией была Фу Цзыюнь. Но когда я ответил на звонок, это была не «жена», а мой классный руководитель. Я вздохнул с облегчением и поднял трубку.«Ты приехал?» — спросил меня директор. Я был тронут тем, что он все еще так заботится обо мне, поэтому ответил: «Я приехал, не волнуйся». Раздался презрительный смех директора, смешанный с его саркастическими замечаниями. «Дело не в том, что я не беспокоюсь о тебе, я боюсь, что если с тобой что-то случится, моя жизнь будет напрасной».  «Да, да, да!» Я быстро кивнул. «Я бесстыдный и самовлюбленный, ладно?»«Лисёнок, не будь таким неуверенным...» (Лисёнок — так я его тогда называл, когда поддразнивал.)Пообщавшись некоторое время с классным руководителем, я почувствовал небольшое облегчение. Когда я подумал о возможности увидеть Бянь Жошуйя завтра, я немного испугался. В этот момент я действительно хотел, чтобы кто-нибудь сказал мне, что эти два года — всего лишь два дня, что бы мне не пришлось сталкиваться со столькими неопределенностями.Я спустился вниз, чтобы съесть миску лапши и купить немного закусок из морепродуктов, сидя в отеле, чтобы убить время. Во время еды я достал квитанцию о переводе, и область на ней показывала зону экономического развития Вэйхай. К счастью, конкретный адрес улицы был четко написан, иначе я бы не знал, куда идти ждать.Я был в оцепенении , когда мой мобильный снова зазвонил. Я поднял трубку, и это была моя мама. Мама знала, что меня нет дома? Мой скальп покалывало, и я не знал, стоит ли мне отвечать.Телефон продолжал звонить, но я все равно нажал кнопку ответа. Мне пришлось столкнуться с тем, с чем пришлось столкнуться, и я имел право разобраться со всем самостоятельно.«Ты расписался когда в последний раз к нам домой приходили из почты прошлый раз?«Да, поскольку тебя не было дома, я подписал его», — сказал я.Моя мама очень встревожилась, услышав это, и спросила меня: «Куда ты положил квитанцию о переводе? Мне нужно пойти и снять деньги...»Ты действительно этого хочешь? Я хотел спросить, но не смог. Я не знаю почему, но я был так разочарован. Я не думаю, что моя мать мелочный человек. Если бы это было так, она бы не согласилась так легко, когда Бянь Жошуй приехал жить в мой дом. Кроме того, деньги, которые прислал Бянь Жошуй, были всего лишь частью зарплаты для моей матери. Думала ли она, что заслуживает всего этого?Видя, что я долго ничего не говорил, мама вздохнула и сказала: «Я пойду в твою школу, чтобы как-нибудь тебя найти. Дай мне квитанцию о переводе денег. Я знаю, что она у тебя».«Откуда ты знала, что я возьму квитанцию о переводе?» Не знаю, откуда у меня взялась смелость, но я напрямую спросила маму.«Ты не в этом городе? Тяньлу...»Когда моя мама задала этот вопрос, я повесил трубку, не ответив. Затем я позвонил своему классному руководителю и попросил его помочь мне скрыть ложь. Затем я выключил телефон.Я не хочу, чтобы кто-то беспокоил меня. Теперь, если кто-то скажет еще хоть одно слово или задаст еще один вопрос, я не буду беспокоиться об объяснениях. Я просто хочу разрешить узел в моём сердце. Если ты действительно меня понимаете, ты должна отпустить меня на свободу.Я плохо спал прошлой ночью. Хотя я был сонным в машине, я стал очень бодрым, когда добрался до кровати. Я включил телевизор, пытаясь утомить глаза, но я пялился на телевизор два часа, но в итоге, как будто я ничего не видел.На следующее утро я сел в автобус до пяти часов. В это время поездка на автобусе ничем не отличается от поездки на такси. Я был единственным кто проехал всю дорогу.Когда я вышел из автобуса, только-только рассвело. Я поискал адрес под угасающими уличными фонарями. Пешеходов было уже мало, так что было трудно найти дорогу. Я мог только смотреть широко открытыми глазами , наконец, после ходьбы и пота, я добрался до почтового отделения.Время открытия — 9 утра, так что ждать действительно придётся . Я посидел на ступеньках перед почтовым отделением некоторое время, и пот на моём теле высох. Мне стало немного холодно, поэтому я огляделся в поисках кофейни, ресторана быстрого питания, магазина прохладительных напитков и т. д. Было бы удобнее зайти и подождать в это время. В результате место, которое нашел Бянь Жошуй, было не обычным отдаленным. За исключением двух автомоек и большой площади, там практически не было витрины. Я мог только сидеть и ждать, когда взойдёт солнце и согреюсь.Я был немного голоден, поэтому посмотрел на часы. Было всего 7 часов, а почтовое отделение откроется только через два часа. Может, сначала пойти позавтракать? А что, если Бянь Жошуй придет ждать меня, как и я? Было бы жаль упустить первую возможность. А что, если у меня не будет достаточно времени, чтобы понять его условия жизни? Я нашел себе оправдания и сел на ступеньки, не двигаясь.Примерно через десять минут рядом со мной появилась женщина, похожая на выпускницу колледжа. Она увидела, что я жду здесь, и подошла поговорить со мной. Мне было холодно, и я не хотел разговаривать. Она продолжала задавать вопросы рядом со мной, раздражая меня.Когда я собирался открыть дверь, я вдруг почувствовал лёгкую боль в животе. Боль была просто убивающей! Должно быть, я простудился, сидя на ступеньках. Я весь вспотел. Позже я не мог больше этого выносить, поэтому попросил женщину о помощи. «Если сюда придёт мужчина, чтобы отправить деньги, вы должны помочь мне присматривать за ним. Мой телефон включен, так что запишите мой номер и позвоните мне, когда придет время. Я примчусь сюда как можно скорее».«Вы офицер полиции?»«О, старшая сестра, не волнуйся об этом, я скоро вернусь, помни!»Я нашёл ближайший общественный туалет и закончил за несколько минут, тайно проклиная себя за то, что всегда подвожу в критический момент. Когда я вернулся, старшая сестра все еще стояла у двери, а дверь в деловой зал была уже открыта.« Ты закончила свои дела?» — спросил я.«Нет, не так быстро. Я здесь, чтобы перевести деньги, что немного хлопотнее, чем снять деньги. Боюсь, у вас действительно есть дела, так что я подожду вас здесь некоторое время. Неважно, если я опоздаю».«Сестра, ты такой хороший человек!» Я быстро улыбнулась и спросил: «Ты видела, как кто-то идет?»«Не называйте меня Большой Сестрой. Мне всего 22 года, здесь никого нет. Это место отдаленное, а компания большая, так что в основном все, кто сюда приезжает, делают большой дело».«О...» Я кивнул и сказал ей: «Тогда ты можешь пойти и решить свои дела. Я просто останусь здесь и присмотрю за этим».Женщина кивнула, потом сказала что-то еще и вошла в компанию. Я стоял снаружи и ждал. Я бы солгала, если бы сказал, что не нервничал в это время. Я так же надел шляпу и нашёл место подальше от людей, опасаясь наткнуться на Бянь Жошуя. Время действительно шло по секундам, пока женщина не вышла, не помахала мне и не сказала: «Тогда я уйду первой, а ты продолжай свою работу».Я кивнул и помахал ей в ответ. Через некоторое время я не мог не задаться вопросом, не смотрела ли женщина достаточно внимательно и не упустила ли что-то или кого-то. Поэтому я пошел в деловой зал и долго разговаривал с леди, отвечающей за денежные переводы. Она нетерпеливо сказала мне: «Только что этим делом занимался только один человек...»Я был ошеломлен. Казалось, он действительно пришёл, чтобы перевести деньги, но я просто не заметил этого. Если это действительно был он, почерк не должен был принадлежать Бянь Жошуйю! А что, если Бянь Жошуй иногда просил кого-то помочь перевести деньги? В конце концов, я видел только этот чек о переводе, так что я мог бы спросить заранее, чтобы не растеряться в этот критический момент.Если бы это была действительно та женщина, я бы немедленно погнался за ней в том направлении, куда она шла. Если нет, разве я не упущу шанс встретиться с Бянь Жошуйем, если побегу за ней...Я стоял там с желанием кого-нибудь убить. Только я собрался уходить, как услышал рядом знакомый голос: «Здравствуйте, я хочу перевести деньги...»«Хорошо, сначала заполните эту форму».Я вдруг почувствовал, что не смею повернуть голову. Я услышал шуршащий звук письма возле своего уха, и я знал, что он был недалеко от меня. Я также знал, что он не заметит меня. Весь деловой зал казался таким тихим, но я не мог успокоиться.Смотри, после нескольких взглядов, просто уходи послушно. Найди хороший способ связаться с ним и скажи ему больше не отправлять денег. Разве это не просто? Сун Тяньлу, где твоя смелость? Почему ты как внук* в критический момент?Я продолжал насмехаться над собой, пока мимо меня не прошла фигура, а затем, как обычно, не вышла из делового зала . Тогда я понял, что Бянь Жошуй меня не узнал.Я не знаю, радоваться мне или грустить от того, что он больше не чувствует моего присутствия.