ГЛАВА 06. Борьба яйцами

— А слуг не держите? — поинтересовалась Мэй Нюй.

— Незачем, госпожа. Я живу тут один, и за мной не нужен большой уход. Я запросто могу сам со всем справиться, — сказал молодой господин Ю Фэн, открывая двери кухни и пропуская милых дам вперед.

— А кто же вам готовит? Убирает? — жалобно протянула Мэй Нюй.

— Одна уважаемая госпожа время от времени заботится обо мне. Готовит и убирает по возможности...

— Так зачем же вам жена, если у вас уже есть одна уважаемая госпожа? — недовольно спросила госпожа Мэй По, со злостью воткнув огромный тесак в принесённый арбуз.

— Той уважаемой госпоже шестьдесят лет и у неё двенадцать внуков, — ни на секунду не переставая улыбаться, ответил Ю Фэн, и Мэй Шань тут же почувствовал себя неловко.

— Даже если вам помогают, думаю, всё равно приходится очень тяжко управляться с таким большим домом, — сказала Мэй Нюй, многозначительно глядя на брата, который должен был непременно её поддержать и убедить господина Ю Фэна, что лучше жены, чем она, невозможно сыскать на всём белом свете.

— В этом доме не хватает женской руки, — сказал Мэй Шань, который, конечно же, всё понял.

Молодой господин Ю Фэн лишь улыбнулся и принял из рук госпожи Мэй По огромную дольку спелого арбуза, которую та успела довольно умело разрезать. Мэй Нюй также получила свою порцию арбуза и осторожно, изящно начала его есть А вот сама госпожа Мэй По не спешила притрагиваться к лакомству. Молодой господин Ю Фэн конечно же сразу понял, что причиной, по которой Мэй По не притрагивается к арбузу, был он сам, ведь для того, чтобы что-то съест, ей непременно нужно было бы снять вуаль, а из-за него она этого сделать не могла. Тогда он, скушав лишь небольшой кусочек арбуза, дабы не показаться невежественным, решил поведать милым дамам немного забавных историй о том, как он пять лет назад сдавал государственный экзамен. К его удивлению, эта, казалось бы, довольно скучная тема нашла отклик у его слушателей, в особенности у госпожи Мэй По, которая то и дело интересовалась тем, как именно проходит государственный экзамен.

— А вы какое сочинение писали, классическое или с использованием современных элементов? Я вот слышала, что если не писать классическое сочинение, государственный экзамен вообще будет считаться непройденным, даже если использовать довольно сложные словосочетания.

— Вы правы, госпожа, — с улыбкой ответил ей Ю Фэн, — несмотря на то, что наши учителя старались преподавать нам новые элементы, когда дело доходит государственного экзамена, новшества не в почёте. Понимаете, государственный экзамен проверяют люди, которые считают, что любое отклонение от классики является непозволительным и непочтительным, поэтому любой, кто отойдёт от классики, провалится.

— Тц, как же обидно. Получается, что на государственном экзамене почти все сочинения будут одинаковыми, — недовольно пробубнил Мэй Шань, который не очень-то и любил классику.

— Кто знает, может, когда-нибудь найдутся отважные учёные, которые решат отойти от классики и им удастся впечатлить проверяющих или... Я надеюсь, они хотя бы попробуют.

— А ещё я слышала, что экзамен длится несколько недель, а то и месяцев, это так? — спросил Мэй Шань, который, конечно же, имел примерное представление о том, как проходит экзамен, но надеялся получить от молодого господина более развёрнутый ответ на свой вопрос и узнать детали, известные лишь тем, кто уже сдавал государственный экзамен.

— В тех маленьких комнатушках, предназначенных для сдачи экзамена большинство проводят от трёх до пяти дней, а некоторые даже задерживаются там на месяц, — ответил молодой господин Ю Фэн.

— Что ещё за маленькие комнатушки? — спросил Мэй Шань, будто сам не знал.

— Государственный экзамен имеет место быть в специально отведённом здании. Оно разделено на крохотные комнатушки, в которых находятся письменный стол и стул, и больше ничего. Именно в таком месте экзаменующемуся предстоит сдать экзамен, до окончания которого ему не дозволено покидать это место, которое, к слову, тщательно проверяется, дабы никто не списывал. В целом, это довольно трудные условия, но некоторые предпочитают просидеть там подольше в надежде написать достойное сочинение.

— Вы, получается, не прошли экзамен? — слегка озадаченно спросила Мэй Нюй, которая не понимала и половины слов из их разговора.

— Экзамен я благополучно сдал, госпожа, — улыбнулся ей Ю Фэн, — но вот чиновникам не стал. Меня определили в список ожидания. Надеюсь, меня когда-нибудь пригласят хотя бы на самую низшую должность. Но так как с тех пор прошло уже довольно много времени, а список ожидания становится всё длиннее и длиннее. Думаю, стать чиновником у меня уже не получится.

— Вот же уроды! — в сердцах воскликнул Мэй Шань со всей злостью ударив кулаком об стол, от чего вся посуда и неподъёмный арбуз слегка подпрыгнули вверх, а потом с грохотом опустились на стол и только чудом не разбились.

— Не стоит так гневаться, госпожа. — ещё шире улыбнулся Ю Фэн — По правде говоря, я не сильно горю желанием стать чиновником. Я далёк от политики, а государственная должность всегда означает вмешательство в оную.

— А чем вы бы хотели заниматься? — удивлённо вскинув брови, спросила госпожа Мэй По.

Молодой господин Ю Фэн слегка замялся, будто сомневался озвучить правду, но потом, глядя на двух любопытных барышень, которые только и ждали его ответа, он всё-таки решился сказать:

— Мне больше по душе преподавание. Иногда я даю уроки маленьким детям, которые только-только начали изучать древние предписания, и получаю от этого истинное удовольствие... Знаете, иногда поутру, когда я выхожу на крыльцо своего дома и смотрю на стоящие во дворе здания, думаю, что неплохо было бы обустроить в этом месте школу. Да знаете, школа... Она бы лучше всего подошла для этого места.

— Так чего же вы этого не сделаете? — пристально на него глядя, спросила госпожа Мэй По, на что молодой господин Ю Фэн смущённо отвёл взгляд в сторону.

— Не знаю... — тихо пробубнил он, — Наверное, всё ещё жду подходящего времени.

— Не нужно ждать, молодой господин, — ответил Мэй Шань, — потому что подходящее время может никогда и не наступить!

Молодой господин Ю Фэн поражённо посмотрел на девушку, чья дерзость день ото дня всё больше и больше его поражала. Он благодарно кивнул и широко улыбнулся, поскольку госпоже Мэй По вновь удалось его поразить.

***

— Ах, точно, у меня же с собой есть мазь, — воскликнула Мэй По, вытащив из кармана фарфоровую шкатулку, что недавно подарил ей Ю Фэн.

— Это ведь для прыщей, — непонимающе протянула Мэй Нюй.

— Ну и что? У молодого господина на лбу огромный синяк, похожий на прыщ, так что мазь непременно должна и для него сработать, — сказала Мэй По и, встав со своего места, направилась к молодому господину.

— Постой, дорогуша, мне нужно срочно с тобой поболтать, — сказала Мэй Нюй и, схватив за локоть свою родственницу, отвела её в сторону подальше от молодого господина Ю Фэна, и, хмуро глядя на Мэя Шаня, сказала, — Дай мне эту мазь. Я должна о нём позаботиться, чтобы он как можно скорее в меня влюбился.

— Ни за что! — рассерженно сказал Мэй Шань, — Твои руки не прикоснутся к телу мужчины до тех пор, пока он не станет твоим законным мужем!

— Ну братик, так нечестно! Я хочу его чем-то впечатлить!

— Я знаю другой способ его впечатлить, — заговорческим тоном сказал Мэй Шань, — посмотри, разве тебе его не жалко?

— Жалко... — жалобно протянула Мэй Нюй.

— Тогда поди на рынок и купи немного мяса, а ещё несколько овощей и хорошего риса, а когда вернёшься, приготовишь своё фирменное блюдо. И тогда точно его покоришь.

— Ты уверен? — глядя на брата с неким сомнением, спросила Мэй Нюй.

— Ты разве не слышала поговорку, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок? Я тебе как мужчина скажу, что так оно и есть! Стоит тебе ему приготовить что-то вкусное, и он точно будет твоим!

— Я-то приготовить могу, а... Может, на рынок всё-таки сходишь ты?

— Ты что!? Хочешь остаться с ним наедине? Его благородство, конечно, очень велико, но кто знает, какие у него непотребства на уме. С ним останусь я!

— А если он и к тебе что-то начнёт...

— Ты меня знаешь, удар у меня крепкий — зубы не соберёт, если хоть пальцем притронется. Да если даже посмотрит не как надо!

— Ты его сильно не калечь, всё-таки красавчик, — протянула Мэй Нюй, глядя на затылок молодого господина Ю Фэна, а потом, кивнув, согласилась с братом и, быстро собравшись, помчала на рынок, чтобы купить как можно больше вкусностей.

***

— Я продолжаю настаивать на том, что это лишнее. Прошу, госпожа, догоните госпожу Мэй Нюй и скажите, что не нужно ничего для меня готовить.

— Молодой господин! — прикрикнула на него Мэй По, — Перестаньте! Для неё это не трудно.

— А для меня трудно! — продолжал настаивать на своем Ю Фэн, — Мне будет неудобно из-за этого!

— Да полно вам, господин. Она просто хочет для вас что-то приготовить, чтобы впечатлить своими навыками. Только и всего. Не нужно разводить из-за этого такую драму, — устало воскликнул Мэй Шань, который подумал, что эти двое уж точно были созданы друг для друга, раз каждый из них так любил драматизировать.

— Я и не сомневался в великолепных кулинарных способностях госпожи Мэй Нюй, но не хочу её утруждать.

— Господин Ю Фэн! Если женщина что-то хочет, не нужно её останавливать! Пусть делает что хочет, иначе всем будет худо. Запомните это правило и в браке как можно чаще его придерживайтесь, — приказным тоном сказала госпожа Мэй По и, чтобы хоть как-то отвлечь Ю Фэна, который уже порывался сам остановить Мэй Нюй, подошла к нему и начала размазывать толстым слоем вонючую мазь по его лбу.

Стоило Ю Фэну почувствовать чужое прикосновение, как он тут же успокоился и сидел смирно, не шевелясь и даже не морщась, хотя мазь была едкой. До такой степени, что у Мэй Шаня даже глаза начали слезиться.

— Хорошо, госпожа... Не буду вам перечить, — робко сказал Ю Фэн, когда Мэй По закончила наносить мазь и отошла помыть руки.

— Вот и не надо, — сказала та, вернувшись и с довольным лицом усевшись напротив, начав хвалить Мэй Нюй — вы не представляете, как вкусно сестрица Мэй Нюй готовит. Пальчики оближите.

— А вы? — полюбопытствовал Ю Фэн.

— Ой, я готовить не умею, — махнула на него рукой Мэй По, — разве только яйца. Вот из них могу приготовить что угодно. А остальное мне не под силу, так что плохая из меня жена выйдет.

Молодой господин Ю Фэн сидел по-прежнему с блаженной улыбкой на лице и смотрел на Мэй По, пока та восхваляла свою родственницу, а потом взял и выдал:

— Я люблю яйца. Особенно сваренные вкрутую. Почистить, посыпать немного соли сверху и с удовольствием съесть. Мммммм... объедение.

— Ну вот! Теперь я хочу варёные яйца! У вас есть яйца?

Молодой господин Ю Фэн растерянно захлопал глазами поскольку, к собственному стыду, при последнем вопросе он подумал о некоторых непристойностях. Ему, конечно же, стало совестно, да так, что хотелось провалиться под землю, но ни о чём не подозревающая госпожа Мэй По всё ещё ждала ответа на свой вопрос, поэтому он дрожащим голосом поспешил сказать:

— Есть....

— Отлично! Сейчас забабахаем несколько. Вам сделать?

— Да, если можно...

— То есть Мэй Нюй ты отговаривал тебе готовить, а меня посчитал своей служанкой, да? Ах ты ж лопоухий лось! — тихо бубнил себе под нос Мэй Шань, пока принялся хлопотать по кухне Ю Фэна.

Откуда ему было знать, что сам Ю Фэн сидел и корил себя за непотребные мысли и даже хотел было дать самому себе смачную пощёчину, но постеснялся в присутствии госпожи Мэй По и решил, что окунуться головой в таз с водой будет в самый раз.

— Неужто умаялся, пока сидел и ничего не делал, что тебе аж жарко стало... — опять тихо сказал себе под нос Мэй Шань, глядя на то, как молодой господин Ю Фэн начал свои внезапные водные процедуры.

— Это что же вам, господин, собственная мазь не понравилась, что вы захотели её как можно быстрее себя смыть: — спросила Мэй По, уперёв руки в бок и грозно глядя на растерянного и мокрого Ю Фэна.

— Нет, госпожа, простите. Просто я вспомнил, что с утра не успел умыть лицо и хотел этого сделать до прихода госпожи Мэй Нюй, — сказал Ю Фэн и почувствовал, как собственные уши начали гореть огнём.

— И вы думаете, я в это поверю, да? — спросила Мэй По, на что молодой господин Ю Фэн лишь растерянно улыбнулся и ответил:

— Другое более правдоподобное объяснение своих действий, я не сумел придумать. Уж простите.

— Хах, ну ладно! Хвалю за честность, но вы знайте, лгун из вас никудышный!

— Это почему же? — широко улыбнувшись и обнажив ровный ряд белоснежных зубов, спросил Ю Фэн

— Потому что стоит вам соврать, у вас краснеют уши, — прямо в лоб сказала ему Мэй По, — я это ещё в первый день нашего знакомства заметила. Му Цзы Или как её там начала хвастаться своими именитыми родственниками, а вы ответили ей, что слышали о них только хорошее, и у вас тут же покраснели уши. Тогда-то я и поняла, что не то что хорошее, вы вообще об её именитом роде никогда не слышали.

— Поразительно, — продолжая улыбаться, сказал Ю Фэн, прикрывая свои уши руками, — госпожа, вы наверняка в прошлой жизни были военным. И не простым, а одним, из тех, что разоблачает вражеских шпионов.

— Может и так. Кто знает, я вообще и сейчас не прочь, да вот только кроме вас, шпионы тут не водятся.

— А я не шпион. Я обычный молодой парень, что ищет себе супругу.

— Думаю, в скором времени вы её найдёте, — уверенно сказал Мэй Шань, зная, что стряпня Мэй Нюй наверняка покорит молодого господина Ю Фэна.

— Не сомневаюсь, — ответил ей молодой господин Ю Фэн, который и вовсе позабыл о существовании Мэй Нюй.

***

— Вот вы знаете, мы в детстве боролись яйцами, — сказала Мэй По, поставив перед Ю Фэном на стол корзинку с только что охлаждёнными в воде варёными яйцами, — мама варила мне десяток-другой яиц и красила их в красный цвет, а потом клала в небольшую сетку, которую я, будучи глупым ребёнком повязывала себе на шею, и так выходила на улицу. Там меня ждали такие же глупые дети, которые во что бы то ни стало желали разбить мои яйца. Да вот только им ничего не удавалось, ведь я выходила победительницей в каждой игре. Больно умело уворачивалась, и мои яйца оставались целыми, пока чужие разбивались вдребезги.

Если бы молодого господина Ю Фэна кто-нибудь попросил бы нарисовать всё то, что он сейчас представлял себе в голове, непременно бы вышла самая известная на всю столицу книга с весенними картинками. Во-первых, как ни старался, он не мог себе представить госпожу Мэй По маленького возраста. Для него она всегда была слегка рослой женщиной с необычным смехом и пронзительным взглядом раскосых глаз. А во-вторых, слово "яйца" было произнесены ею так много раз, что не представить непотребство Ю Фэн не мог.

— Ещё мы разбивали себе яйца об лоб, — сказала госпожа Мэй По и, выхватив одно яйцо, смачно стукнула им себе по лбу, разбивая белесую скорлупу.

Надеясь на то, что если он стукнет себя по голове несколько раз, дурные мысли улетучатся из головы, Ю Фэн выхватил одно и решил повторить то же движение, но рука Мэй По его тут же остановила.

— Не-не-не, молодой господин, у вас и так синяк, если ещё и яйцом стукнете, можете и голову разбить. Вот, возьмите лучше моё!

— Благодарю, — тихо сказал Ю Фэн, принимая из её рук разбитое яйцо и поражённо глядя на то, как госпожа Мэй По в очередной раз разбила яйцо, что у него отобрала, о свой лоб.

И он даже не покраснел, когда же у Ю Фэна там наверняка остался бы такой же огромный синяк, коим он сейчас и светил перед уважаемой госпожой.

— Вы, когда будет время, напишите свахе По Фу, — сказала Мэй По, медленно очищая скорлупу с яйца, — в таком виде появляться на людях... Честно сказать, такое...

— Вы обо мне так заботитесь, госпожа, — улыбнулся Ю Фэн.

— Конечно, вы ведь такой красавчик, потому не должны выходить на улицу с огромным синяком на лбу. Подождите недельку, пока синяк не пройдёт, и возвращайтесь к нам, чтобы мы смогли сполна насладиться вашей красотой.

— Благодарю... Раз вы настаиваете, так тому и быть.

Мэй Шань поднёс очищенные яйцо к лицу и хотел было уже откусить, да только вот проклятая вуаль полезла в рот, и он, недовольно отплёвываясь, то и дело фыркал. А вот напротив слегка задушенно рассмеялись, и Мэй Шань, подняв недоумённый взгляд, уставился в глаза молодому господину Ю Фэну, который в такой важный момент посмел рассмеяться. Сам же Ю Фэн словно заворожённый уставился в глаза напротив понимая, что чем дольше смотрит в эти угольные глаза, тем глубже в них тонет.

— У вас очень красивые глаза, госпожа Мэй По, — с придыханием произнес он, не в силах сдержаться.

— А у вас красивое вообще всё! А ушки вообще прелесть. Я, признаюсь честно, сначала с них немного посмеялась, поскольку в моих краях не так уж часто встречаешь лопоухих людей. А потом сестрица Мэй Нюй мне рассказала, что в ваших местах это считается приносящим удачу, и со временем по-другому стала на них смотреть. Ой, да даже если у нас ничего не получится теперь, я точно буду почаще заглядываться на лопоухих мужчин. Больно уж приглянулись!

Госпожа Мэй По кокетливо хихикнула, а Ю Фэн чувствовал, что от стольких комплиментов его уши вскоре сварятся, поэтому поспешил заглотить своё стеснение варёным яйцом.

— Благодарю, — тщательно всё прожевав, ответил он, а потом спохватился, — Ох, госпожа, вам же неудобно так кушать. Хотите, я отвернусь?

— Да уж, будьте так добры, — весело воскликнула Мэй По, и Ю Фэн как по приказу встал из-за стола и сел на деревяную табуретку к ней спиной.

И только-только Мэй Шань отодвинул в сторону вуаль, уже предвкушая, как наконец-то съест всё ещё тёпленькое яичко, посыпанное сверху солью, как он вздрогнул, услышав снаружи знакомый голос.

— А вот и мы! — весело воскликнула Мэй Нюй, которая вернулась с рынка в сопровождении неожиданного гостя.

Господин Цзюэ Пэй стоял за её спиной обвешанный множественными покупками и удивлённо глядел на Ю Фэна и госпожу Мэй По

— Господин Цзюэ Пэй встретился мне на рынке. Он сказал, что также волнуется о своём друге и решил что-то для него прикупить. Мы поэтому задержались, поскольку нужно было взять всего да побольше, дабы вас порадовать, молодой господин, — сказала Мэй Нюй, показывая на своего носильщика, что под тяжестью покупок с трудом мог устоять.

— Я очень вам благодарен, госпожа, и сожалею о том, что из-за моего недуга вам пришлось волноваться. Я не хочу, чтобы вы утруждались и что-то готовили, просто буду благодарен за то, что вы наверняка выбрали для меня лучшие ингредиенты на рынке.

— Молодой господин Ю Фэн, что я вам говорила? — ударив кулаком об стол, спросила Мэй По.

— Если мне не изменяет память, вы говорили, что не нужно перечить женщине, покуда у неё есть желание что-то сделать, — сказал тот, смущённо улыбаясь.

— Так не перечьте и просто наслаждайтесь! — чуть мягче стукнув кулаком об стол, продолжил Мэй Шань.

— Слушаюсь, госпожа, — воскликнул молодой господин Ю Фэн, улыбаясь, и так и не заметив, какими безумными глазами смотрел на него Цзюэ Пэй.

***

— Скажи ведь, это кто-то из них двоих? — спросил Цзюэ Пэй, когда они с Ю Фэном остались одни.

— О чём ты? — непонимающе спросил Ю Фэн, который принялся мыть посуду после того, как милые барышни, что весь день так хорошо о нём заботились, покинули его дом.

— Одна из этих красавиц, что сегодня готовили тут для тебя, и есть та чаровница, что сумела покорить твое холостяцкое, одинокое и совсем уж заледенелое сердце.

— Ох, тут ты меня подловил, друг мой. Так и есть, — тяжко вздохнув, сказал Ю Фэн.

— И кто же? Госпожа Мэй Нюй, что так умело наготовила тебе столько блюд? Признаться честно, в жизни так вкусно не трапезничал! Если вы поженитесь, можно я почаще буду к вам заглядывать на ужин? — воодушевлённо спросил Цзюэ Пэй, который уже представлял, как будет пиршествовать в гостях у друга.

— Кто знает. Может и не она, — многозначительно протянул Ю Фэн, оставив своего друга подбирать упавшую челюсть с пола.