10

На этом вечере собрались все знатные люди этого государства, и Ынхёк не переставал удивляться тому, насколько вычурными хотели казаться все до единого. Хичоль на их фоне казался мальчишкой, который попал сюда по случайности. Ынхёк  улыбнулся этому сравнению, промелькнувшему в его голове, и перевел взгляд на принца, который беседовал с одной изпредставительных дам. Он знал, что между ними шел лишь светский разговор, но отчаянная ревность, появившаяся так неожиданно, не желала утихать. Ынхёк  увидел, как мило и очаровательно женщина улыбнулась принцу, явно желая задобрить его, и заметил, как неловко Хичоль  поджал губы. Должно быть, принц чувствовал себя не в своей тарелке, но Ынхёк не спешил вмешиваться, потому что не знал, разрешено ли это. Он стоял поодаль, не желая привлекать внимания, и следил за каждым, кто подходил к принцу и разговаривал с ним. Ынхёк  не считал себя ревнивым человеком, но именно этот вечер открыл для него новую сторону самого себя. И это было непривычно странно – ревновать принца, не имея на это никаких прав.

– Он красивый, не правда ли? – от разглядывания хрупкой фигуры Хичоля его отвлек голос Кюхёна. Лекарь сегодня тоже присутствовал здесь, и Ынхёк  улыбнулся ему приветственно, чуть кивнув и встретившись на секунду с взглядом чужих глаз.

– Правда, – просто согласился Ынхёк.

– Вы проводите много времени вместе, – тем временем продолжил Кюхён, и Ли  невольно хмыкнул, впрочем, не собираясь отрицать данное утверждение.

– Я так и не поблагодарил тебя за спасение принца, – Реук улыбнулся уголками губ и, видя, что Ынхёк  готов начать спорить, покачал головой. – Хичоль – единственное, что есть у этой страны, потому что неизвестно, жив его брат или давно почил этот мир, а он… не знаю, видишь ли это ты, как вижу я, обладает всеми качествами, чтобы стать настоящим правителем. Я старше его на десять лет – я видел, как он взрослел, и мне было забавно наблюдать за тем, как его взгляды менялись на многие вещи. Ведь именно в этом заключается суть взросления, не так ли? – по-доброму улыбнулся мужчина, а в следующую секунду посмотрел на Ынхёка со всей серьезностью. – Я вижу, что он нашел в тебе тот источник сил, который нужен всем правителям, чтобы править своей страной достойно и смело. И я надеюсь, что ты это понимаешь.

Ынхёк не мог понять, к чему клонит Реук, а тот замолчал и, кажется, больше не собирался говорить ему ничего. Возможно, таким образом лекарь пытался сказать, чтоЛи не должен играться с чужими чувствами и подумать, в первую очередь, о том, что Хичоль– это правитель, а только потом уже человек с настоящими, неподдельными эмоциями. Но Ынхёк  не собирался принимать такую правду, потому что Хичоль  был для него человеком, и только это имело значение. Ынхёк  был уверен, что прятать собственные чувства было глупо, но в то же время показывать их, зная, что он мог в любой момент исчезнуть из этой вселенной, казалось слишком эгоистичным.

Он вздохнул, проводив уходящего Реука задумчивым взглядом, и совсем не заметил, как принц оказался рядом. Глаза того сверкали живым огнем, и Ынхёк  невольно засмотрелся на него, понимая, насколько же Хичоль все-таки красив. – Все в порядке? – спросил он, стараясь не обращать внимания на жужжание фонового шума, который создавали многочисленные гости.

– Все прекрасно! – возбужденно воскликнул Хичоль. Ынхёк понял, что прелестный румянец на скулах принца вызван несколькими бокалами вина. – Хочу уйти отсюда, – облизнув губы, пробормотал принц, буквально вцепившись в локоть Ынхёка. Его улыбка пленяла, а точка родинки в уголке носа  прочно приковывала к себе взгляд.

– Ты думаешь, что это будет хорошо с твоей стороны, принц? – прищурился Ли, а после услышал задорный смех.

– Гости потихоньку стали расходиться, мой советник, Донхэ, проводит их. Я могу поручить ему столь ответственное задание и не сомневаться в том, насколько хорошо он выполнит его, – на одном дыхании произнес он.

Ынхёк  быстро посмотрел за плечо Хичоля, увидев, как Донхэ, который учтиво улыбался гостям, незаметно кивнул в их сторону. Что ж, кем был Ынхёк, чтобы противиться желаниям принца? – И куда мы пойдем? – поинтересовался Ли, когда они шли по безлюдному, тихому коридору. Тишина буквально оглушала, а Хичоль  продолжал тянуть его за руку.

– Смотреть на звезды, – искренне улыбнулся Хичоль  и прибавил скорость, нетерпеливо ведя Ынхёка в только ему известном направлении.

Вскоре, когда они оказались перед дверью комнаты принца, Ынхёк  понял, что Хичоль явно о чем-то умолчал. Но Ли не старался докопаться до правды, вместо этого ожидая того, что могло бы последовать дальше. Было интересно, что именно задумал Хичоль, о чем он сейчас думал и были ли эти мысли схожи с мыслями самого Ынхёка.

Хичоль вошел первым, а Ынхёк  ступил следом, с улыбкой смотря на напряженную спину принца и пытаясь понять, что же все-таки он задумал. Они оставили позади шумных гостей и вечер, а теперь находились в комнате наедине, кажется, боясь нарушить эту тишину глупыми, ненужными словами. Хичоль  все еще стоял к Ынхёку  спиной, и Ли, сжав храбрость в кулак, подошел к нему близко, нарушая всякое личное пространство, а затем просто обнял и прижал к своей груди. Он почувствовал, как принц  напрягся, и эта секундная слабость показалась Хёкдже самой хрупкой вещью в мире. Хичоль  тем самым разрешил ему войти в собственный мир, и Ынхёк  чувствовал ответственность, которая давила на плечи и заставляла сжимать объятия крепче. Он не хотел отпускать его, но знал, что когда-нибудь ему придется сделать это. И Ынхёк не мог предположить, что будет в таком случае хуже: оставить Хичоля одного или испариться из его жизни без объяснений. Однажды принц просто может не застать его рядом, и тогда все, что они пытались построить, рухнет и развалится на крошечные осколки. Но Ынхёк  не мог рассказать Хичолю  правду, потому что боялся того, что он попросту сочтет его сумасшедшим. Боялся увидеть в его глазах страх, непонимание и презрение, ведь Хичоль  только-только научился ему доверять. Хёкдже  просто метался в своих эмоциях.

Но сейчас, когда они стояли, тесно прижавшись друг к другу, парень понимал, что все это не имеет значения. Уж точно не в эту секунду. Мягко развернув Хичоля  к себе лицом, Ынхёк  улыбнулся и поправил челку принца, которая забавно спала на его лоб. Он аккуратно провел кончиками пальцев по горячей коже, чувствуя резкий выдох Хичоля, и обхватил одной ладонью его шею, не сводя с него глубокого, нежного взгляда. Ынхёк  не мог описать, что ощущал, когда смотрел в глаза напротив, когда безвозвратно тонул в них и пропадал, четко осознавая, что позже им обоим будет больно. И эта боль будет самой сильной, самой невыносимой.

– Ынхёк… – подал тихий голос Хичоль. Он на секунду прикрыл глаза, чтобы не позволить эмоциям взять вверх, и все же поддался ласковому прикосновению, чувствуя, как парень перед ним бессовестно пленял его тем, каким красивым и сильным казался.

– Я… боже, я почти что уверен в том, что мы собираемся совершить глупость, – пробормотал Хичоль, но решительно поднял взгляд, чтобы встретиться с глазами Ли. В конце концов, Ынхёк не настаивал на том, чтобы «совершать глупости», Хичоль  сам привел его в свою комнату.

                                                    >