Глава 10

Я подскочила со своего места, издав протяжный крик. Мое дыхание было сбитым, сердце колотилось с такой неистовой силой, что казалось, будто оно сейчас выпрыгнет из груди. Снова этот чертовый сон, который преследует меня с того самого злополучного дня уже на протяжении многих лет. Я потянулась к стакану воды на моей тумбочке и сделала пару глотков, чтобы прийти в себя и восстановить дыхание. Другая сторона пастели, к счастью, была пуста — Адам после ужина снова уехал по своим делам. Соскользнув с пастели, я прямиком направилась в душ, чтобы привести себя в порядок, однако, выйдя, обнаружила то, что вывело меня из себя.

— Где все мои чертовы вещи? — произнесла я, срывая с головы полотенце и обматывая его вокруг тела. То, что вчера ночью я разложила аккуратно по полочкам, сейчас напрочь отсутствовало. Абсолютно ничего не было.

Я распахнула дверь и вышла в коридор, прямиком направляясь в спальню Адама. Это точно было делом его рук! Дойдя до его двери, я сначала помедлила, опасаясь того, что распахнув дверь, я наткнусь на труп Хаймана. По телу прошлась дрожь, но я всё же отворила ручку двери и быстро проскользнула внутрь. Лучше бы я этого не делала...

Полуголый Адам стоял в центре комнаты, сосредоточенно опуская и поднимая руку, в которой находилась гиря. Его дыхание было слегка сбито, по идеально рельефному телу, особенно по торсу, стекали капли пота, а мышцы изящно двигались под его оливковой кожей. Он стоял в одних трусах и поднимал гирю с такой лёгкостью, будто это для него ничего не стоило. Я покраснела. Он был чертовски сексуальным, и мне абсолютно не хотелось отводить от него своё внимание.

Адам плавно поднял на меня свои серые глаза и прошёлся взглядом по всему моему телу, не скрывая своего интереса. Он облизнул нижнюю губу и остановил своё внимание на моих бёдрах, а затем, наклонив голову, взглянул прямо в глаза. Адам положил гирю на пол и взял с кровати полотенце, которым вытер свой лоб и живот, а затем перекинул его через плечо. Всё так же смотря на меня, Адам двинулся в мою сторону. Полуголый, красивый и чертовски опасный.

Я начала делать шаги назад, пока не уперлась спиной в стену — отступать было некуда, Адам уже настиг меня. Наши влажные тела почти соприкасались друг с другом, поэтому я попыталась отойти в сторону, но Адам упёр обе руки в стену, не давая мне прохода. Я была прижата к стене его телом, и мы оба почти что были обнажёнными. К моим щекам прилила кровь, когда я вспомнила, что нахожусь перед ним в одном лишь полотенце. Адам наблюдал за мной сквозь свои чёрные, длинные ресницы, склонив голову, чтобы он мог видеть мои глаза, потому что я была значительно ниже его.

— Ты пришла отдаться мне? — его рука дрогнула, и он накрутил мой влажный волос себе на палец, не отрывая от меня свои серые глаза.

— Где моя одежда?

— Там, где и должна быть — в твоей комнате.

— Но в моей комнате нет никаких вещей! — взволнованно парировала я. Куда же могли деться мои вещи? Здесь ведь никого не было! — Я только что приняла душ, и выходя, обнаружила, что все шкафы пусты.

— Я вроде сказал, что твои вещи — в твоей комнате.

— Иии? Я же говорю, что моих вещь... — Адам прижал свои пальцы к моим губам, не давая мне закончить фразу.

— Ты слишком много говоришь, Малена. Если я сказал, что они в твоей комнате — это значит, что они в твоей комнате. — Наконец, догадавшись, что имеет в виду Адам, я нахмурила от злости брови.

— Это твоя спальня, а не моя.

— То, что я пару раз позволил тебе уснуть в гостевой комнате, не значит, что так будет всегда. В первый день здесь был труп, а во второй день меня просто не было дома.

— Я не буду здесь спать, Адам. — Улыбка Адама озарила его красивое лицо так, что были заметны его выпирающие клыки.

— Ты будешь спать здесь, вместе со мной, каждую ночь прижимаясь ко мне своим телом, нежная. — Адам притронулся к моей щеке и провёл пальцами вниз, остановившись на заправленном внутрь конце полотенца. Наши взгляды встретились, он смотрел на меня с опасным блеском.

— Это мы ещё посмотрим... — я хотела отойти, но сероглазый снова не выпустил меня. Я продолжала стоять на своём месте, зажатая его телом.

— Ты думала, что я тебя так просто отпущу после того, как ты ворвалась ко мне в таком виде? — Адам провёл пальцами по моему бедру: медленно, терпимо и нежно... Его пальцы скользнули ниже, и он приподнял край полотенца так, что ему открылся вид на мои интимные места. Я не шевелилась, затаив дыхание... Одним движением Адам скинул с меня полотенце, и я осталась полностью обнажённой перед ним. Я охнула, захотев поймать полотенце, но не сумев, попыталась прикрыть грудь руками, но Адам сжал их и прижал к стене... Одной рукой он держал мои руки, а второй коснулся моей кожи, прижимаясь пахом ко мне. Его рука скользила по моему телу, не упуская ни один сантиметр, но его глаза... глазами он будто трогал меня больше, чем руками.

— Не убегай, нежная. — Он наклонился, глубоко вдыхая запах моей кожи, и поцеловал в шею, опускаясь всё ниже. Он целовал мою ключицу, грудь и область между ними, издавая при этом определённые звуки, присущие поцелуям. Я застонала, прижимаясь к его паху... Адам ослабил хватку на моей руке, и я, высвободив её, провела пальцами по его груди. Мои руки изучали тело Адама под его пристальным взглядом. Он наслаждался моими касаниями, был на грани, и я чувствовала его желание своим телом. Он глубоко дышал, приоткрыв губы, которые я в ту же секунду возжелала поцеловать... Я схватила Адама за шею и прильнула к его холодным губам. Он моментально ответил на мой поцелуй и слегка простонал, когда моя рука коснулась его паха. Мы целовались жадно, страстно... его язык блуждал во мне, проникая всё глубже, а руки сжимали мои ягодицы, одновременно вдавливая меня в себя.

В какой-то момент я опомнилась и со всей силы оттолкнула Адама. Он качнулся, но быстро вернул равновесие. Мы застыли на месте, оба трудно дыша. Мои глаза опустились вниз, остановившись на огромном бугорке в его трусах. Заметив это, Адам ухмыльнулся, даже не прикрываясь. Ему нравилось, что я смотрю на него.

Я покраснела и подняла с пола упавшее полотенце, сразу же обвязав его вокруг своего обнажённого тела, которое только что прижимал к себе Адам. Адам, словно дьявол, стоял передо мной.

— Твои вещи в шкафу, нежная, — произнёс Адам и, отворив дверь, вышел из комнаты.

Я всё так же сидела на месте, тяжело дыша.Что я творю?..Адам действовал на меня слишком сильно, а я — поддавалась. И мне это совершенно не нравилось.Каждая наша встреча заканчивалась... вот этим.

Я открыла шкаф и обнаружила свои аккуратно разложенные вещи. Собравшись, я натянула на себя обтягивающее синее платье и спустилась вниз. Адама не было дома, поэтому я спокойно позавтракала и убралась. Но, сидя за столом, я вспомнила то, чем мы занимались на нём, и от этого мои щёки загорелись жаром. Весь день я провела за просмотром фильмов и поеданием  вредной пище. Также вечером мне позвонила Виктория и сообщила, что они с остальными уже улетают в Лас-Вегас и не успеют со мной встретиться.Мысль о том, что я осталась совсем одна, кольнула болью, но я быстро взяла себя в руки и начала думать, чем бы себя занять. Мой выбор остановился на том, чтобы осмотреть окрестности поместья. Я была знакома с домом изнутри, но не снаружи.

Ночью было прохладно, так как рядом было море, поэтому я накинула на себя джинсовую куртку и вышла на улицу.Во дворе был сад, красивый зелёный газон, два бассейна и белоснежно-белый фонтан. Я решила подойти к нему ближе, так как всегда наблюдала за ним издалека. Фонтан, хоть и казался издалека белоснежным, на самом деле был старым и в некоторых местах облезлым. В самом углу фонтана я заметила выцарапанную старую надпись: «Сантьяго, Адам, Диас. 23.03». Дети. Интересно, что означает эта дата?

— Миссис, всё в порядке? — я подпрыгнула от испуга, когда позади меня раздался мужской голос. — Извините, я не хотел вас напугать.

— Всё в порядке, не нужно извиняться, — я неловко убрала прядь волос за ухо, смутившись своей реакции.

— Я Джек, садовник, — напротив меня стоял пожилой мужчина с густой седой бородой. На нём была тёмно-сливовая рубашка в клетку и синие джинсы, которые были запачканы в сырой земле. Лицо пожилого человека источало свет и доброту, что заставило меня искренне улыбнуться . Впервые за долгое время.

— Я Малена, жена Адама.

— А мне всё было интересно посмотреть на тебя, деточка! Сорванец Адам даже не предупредил меня, что привезёт тебя сюда. — Я улыбнулась тому, как Джек отозвался об Адаме. Вероятно, их связывали тёплые отношения, раз он позволял себе называть его сорванцом.

— Да, он не любит отчитываться перед кем-то.

— Это для вас Адам важный человек, а для меня он всё ещё мальчишка, которого я таскал за уши, когда он топтал цветы в саду, срывая яблоки. — Я представила, как маленький Адам срывает яблоки с дерева, а потом его таскают за уши, и залилась громким смехом, который, вероятнее всего, услышали бы даже в космосе.

— Это весьма трудно представить.

— У меня даже есть фотографии, где Адам и Сантьяго...

— Дядя Джек, — из-за угла появился Адам, который медленно делал шаги в нашу сторону. — Всё хорошо?

— Конечно. Я веду милую беседу с твоей красавицей женой! Почему ты не сказал мне, что она тут, а, балбес? — Джек шутливо потянул Адама за уши, и я зажмурилась в ожидании того, что Адам его ударит, но тот всего лишь улыбнулся. Я смотрела на них с открытым ртом, а Адама, видимо, это ничуть не волновало.

— Вот именно поэтому не говорил. Ты подрываешь мой авторитет своими прозвищами.

— Тебе повезло, что Луиза ждёт меня дома и я тороплюсь, иначе она увидела бы, как ты убегаешь от меня, сверкая пятками. — Адам скрестил руки и улыбнулся, ничего не сказав. Джек повернулся в мою сторону, и улыбка озарила его лицо. — Был рад познакомиться, Малена. Но уже поздно, и мне нужно идти.

— Мне тоже, — улыбнулась я.

— Спокойной ночи, дядя Джек. — Мужчина ушёл, и мы остались с Адамом наедине.

— У тебя температура?

- А у тебя нет других дел, чтобы шляться по саду ночью?

— Из-за тебя, к сожалению, нет. Я целый день торчу в этом доме одна.

— Не волнуйся, я придумаю, чем завтра тебя занять.

— Не нужно. Я уже боюсь представить, что ты придумаешь. — Подул сильный ветер, который растрепал мои волосы, и я слегка съёжилась, приобняв себя. На Адама, который, между прочим, стоял в одной лишь чёрной майке, холод и ветер абсолютно никак не повлияли.

— Пойдём внутрь, — произнёс Адам, и я, кивнув, последовала за ним. Однако наши пути разошлись, когда я направилась в сторону той комнаты, в которой спала все эти дни. Адам, на удивление, не остановил меня, а лишь молча наблюдал за мной, прислонившись к дверному косяку. Дойдя до двери, я попыталась отворить её, но она была заперта.

— Открой дверь, Адам, — крикнула я ему, на что он лишь ухмыльнулся.

— Я же сказал тебе, что ты будешь спать со мной. — Я быстрым шагом направилась к парню и остановилась напротив него так, что ему пришлось наклонить голову, чтобы видеть моё лицо.

— Если ты не откроешь эту чёртову дверь, то, клянусь, Адам, я её разломаю к чертям собачьим. — Уголки губ Адама едва заметно дёрнулись, а в глазах появился азарт. Его взгляд так и говорил, что он в ожидании того, как я буду это делать.

— Прошу, — Адам вскинул руку, создавая мне некий проход. — Ох, Адам, мне далеко до твоего сумасшествия, но нормальной меня назвать тоже сложно... Я вскинула бровь и прямиком бросилась на первый этаж, выходя на улицу. Марко, как обычно, стоял возле своего небольшого помещения и удивлённо смотрел на то, как яростно я направляюсь в его сторону, а за мной неторопливой походкой идёт Адам.

— Мисс, что-то случ...

— Марко, я уверена, что у тебя есть топор. Дай мне его, — почти с гневом сказала я. Брови Марко медленно поднялись, и на его лице промелькнула растерянность. Он перевёл взгляд на Адама, спрашивая разрешения, на что тот удовлетворённо кивнул. Марко быстро удалился, видимо, уйдя за топором. Я посмотрела на Адама. Парень наблюдает за всем этим с тенью ухмылки в уголке губ. Его взгляд скользил по мне не просто с интересом, а с восторгом, почти с одобрением.

— Вот, миссис Моретти, — Марко протянул мне топор, который я охотно взяла в руки и быстрым шагом пошла к запертой комнате.В момент, когда я оказалась на месте, топор взлетел в воздух с тяжёлым взмахом и вонзился в дверь. Щепки полетели на пол. Удар за ударом — каждый резкий, точный, я ударяла им в дверь, пока она полностью не сломалась. Адам, стоявший позади, наблюдал за мной с энтузиазмом и удовлетворением. Он улыбался.

— Я спать, — произнесла я, кинув топор под ноги Адама.

— В тебе появился сумасшедший пыл нашей семейки, а ведь ты носишь мою фамилию всего два дня. — Адам подошёл ближе ко мне. — Мне уже не терпится раскрыть все твои тёмные стороны, моя нежная. — На лице Адама появилась улыбка во все зубы. — Но не думай, что ты можешь быть более чокнутой, чем я. — Адам одним движением взял меня на руки и взвалил на своё плечо. Я вскрикнула и начала бить его в спину, но ему было абсолютно плевать. Он держал меня словно пёрышко.

— Пусти меня! Ненормальный!

— Я ненормальный? Это ты, блядь, только что разломала дверь топором.

— Нужно было целиться в тебя!

— Хорошая попка, — вдруг сказал Адам, ударив меня по моей пятой точке. Я вспыхнула и начала колотить его с ещё большей силой, чем прежде. Это длилось до тех пор, пока Адам не скинул меня на кровать в своей спальне. Он навис надо мной, тяжело дыша. Эти чертовски красивые серые глаза снова глядели на меня...

— Я всё равно не лягу с тобой в одну кровать.

— Каждый раз ведёшь себя как недотрога, но стоит мне надавить сюда, — рука Адама коснулась моего бедра, а затем он поместил её между моих ног, проводя пальцами по моей интимной зоне, — как из твоих сладких губ вырываются стоны. — Я прикрыла глаза, наслаждаясь касаниями Адама, но он заставил меня открыть глаза, сжав щеки. — Дай своим демонам вырваться наружу, Малена. Позволь мне помочь тебе.

Мои глаза столкнулись с серыми глазами Адама, и я вздохнула. Почему Адам так влиял на меня? Почему, несмотря ни на что, я позволяла ему такие вещи? А самое главное — я наслаждалась и требовала большего. Я хотела большего. Желала. Он трогал меня, принося наслаждение, и мне не хотелось отталкивать его. Он наблюдал за мной. Наблюдал за тем, как моё выражение лица меняется от удовольствия.

— Позволь мне полюбить тебя, Адам... — Адам резко углубил свои пальцы во мне и посмотрел на меня с удивлением. Бессловесная тень удовольствия и удовлетворения скользнула по его зрачкам. Я и сама удивилась тому, что вырвалось из моих уст, но это было то, что я желала сказать. Мне придётся провести всю оставшуюся жизнь с Адамом, и я не хочу убегать от него. Я хочу его познать и погрузиться в его тёмную бездну. — Позволь мне научить тебя быть хорошим. — Мы несколько секунд смотрели друг на друга, пока губы Адама не накрыли мои. В этот раз его поцелуй не был страстным. Он был нежным, наполненным невысказанными словами. Вкус его губ был сладким, с примесью вина и сигарет. Адам отстранился от меня, наше дыхание соединилось воедино.

— Тогда позволь мне научить тебя быть плохой, моя нежная. — Я не понимала, что это значит, но потянула Адама на себя и вновь слилась с ним в долгом поцелуе, давая согласие. Моё желание познать Адама было сильнее, чем моя гордость.Даже если это значило — потерять контроль.

⸻

Так и есть — с ума сошла, спятила, чокнулась!..Открою тебе секрет: безумцы всех умней.«Алиса в стране чудес»