Глава 4

До свадьбы оставалось два дня, поэтому мы прилетели на Сицилию, в Палермо. Уже на протяжении нескольких дней я находилась в Италии и успела внимательно осмотреть местность. Мне здесь очень нравилось, и я чувствовала себя «в своей тарелке». Возможно, эта связь с городом была обусловлена тем, что я являюсь итальянкой. В Палермо раскалённые солнцем улочки пахли солью, базиликом и морем, а по вечерам их заполнял аромат жасмина и перегретого асфальта. Море в Палермо было не просто фоном, а главной частью в жизни сицилийцев. Помимо прекрасного колорита, Палермо было невозможно представить без Коза Ностры, власть которой раскололась, как старое зеркало. В каждом осколке было своё отражение силы, амбиций и крови. Некогда сильная мафиозная организация Коза Ностра была поделена на три основные семьи: La famiglia Siciliana, famiglia dei Serpenti и La famiglia del Silenzio.

Семья, к которой принадлежу я — famiglia Siciliana. Нам принадлежат Корлеоне и внутренняя Сицилия. Мы держим под контролем сельскую местность, производство, наркотрафик и старые законы. Нас считают традиционалистами. «Семья — это всё» — именно этому нас учат с самого детства. Твои интересы и амбиции не имеют значения, когда на кону стоит репутация семьи. У нас свои суды, свои похороны и своя правда. Порой это было в тягость.

Семье famiglia dei Serpenti принадлежала Катания и восточное побережье. Они славились своим хитрым умом и расчётливостью. В основном они ведут свои дела через технологии, криптовалюты и контрабанду из портов. Они предпочитают бизнес вместо пуль, поэтому работают очень тихо. Их девиз: «famiglia dei Serpenti не задают вопросов. Они просто исчезают из виду — и вместе с ними исчезают проблемы».

Самая сильная и властная семья, возможности которых не имеют границ — это семья Моретти, они же famiglia del Silenzio. Их семья осталась у власти в столице. Старые деньги, старые связи, политики и судьи всё ещё были под их тотальным контролем. «Моретти говорят, а остальные молчат навсегда», «Моретти не стреляют — они заставляют других нажимать на курок». Они занимались поставкой оружия в разные страны и имели несколько подпольных казино. Короли Палермо — так их называли в наших кругах. Коза Ностра также вела свои дела раздельно в Лас-Вегасе, Нью-Йорке, Майами и Флориде, но с недавних пор семьи пришли к мирному союзу. Балканы старательно использовали разлад в Коза Ностре в свою пользу, пытаясь вытеснить итальянскую мафию из рядов, захватив их территории. Они также перекрывали проходы и границы в Черногорию, что замедляло поставку наркотиков и оружия. Обычно женщинам не позволялось лезть в семейный бизнес. По их мнению, женщины были слишком инфантильными и добросердечными, ни на что неспособными «вещицами». Однако мой отец часто делился со мной информацией, поэтому я была в курсе некоторых дел и держалась на плаву.

В Палермо мы оставались в одном из поместий Адама Моретти. Это был большой особняк у побережья, который патрулировала охрана. Всё как обычно — никакой свободы. Каждую ночь я выходила в сад и размышляла о разных вещах. Как сложилась бы моя жизнь, если бы я не имела никакого отношения к Коза Ностре? Что бы я сделала первым делом, если бы обрела свободу? Окинув взглядом море и глубоко вдохнув морской аромат, я уже собиралась зайти обратно в дом, пока моё внимание не привлек шум: молодой мужчина с бутылкой коньяка в руках напевал какую-то итальянскую песню, направляясь в сторону сада. Я удивлённо уставилась на него и напряглась. Он не был чужаком, иначе охрана бы его не пропустила.

Мужчина был высокого роста и имел смуглую кожу, почти как у Адама, но чуть темнее. Он был красивым. На нём были чёрные брюки и кремовая рубашка, пуговицы которой в некоторых местах уже были не застёгнуты. Его тело было слегка влажным, поэтому рубашка прилипала к его изгибам. На поясе у него висела кобура, и он был босым. Незнакомец еле стоял на ногах, был в стельку пьяным и продолжал напевать свою песню.

— Mi sono alzato. O Bella ciao, Bella ci, — заметив меня, он перестал петь и поднял руку ко лбу, чтобы лучше разглядеть меня. Да, он, похоже, был настолько сильно пьян, что закрывал глаза от солнца ночью. — О мадам моих вечерних снов, — начал он, но подойдя ближе ко мне, не закончил своё предложение. Вместо этого он широко улыбнулся, обнажив зубы. — Ооо, невестушка. Будешь? — незнакомец протянул мне свой коньяк, еле удерживаясь на ногах. Его чёрные волосы были взъерошены, и от него пахло перегаром вперемешку с парфюмом. Будь он трезвым, я давно позвала бы сюда охрану. Однако я не думала, что он представлял мне какую-либо опасность в таком состоянии. Хотя пистолет в его кобуре всё же заставлял меня относиться к нему настороженно. Кто же он? И почему назвал меня так? Позади меня раздался до жути знакомый голос.

— Сантьяго, хватит пытаться споить мою невесту. — Я резко повернулась на триста шестьдесят градусов. Позади меня, облокотившись на стену, стоял Адам. Он выглядел довольно расслабленным, но слегка заинтересованным. На нём была белая льняная рубашка и джинсы. Закатанные рукава обнажали его сильные руки, демонстрируя многочисленные татуировки. Верхние пуговицы его рубашки были не застёгнуты, поэтому я могла видеть очертания его ключицы и шеи. Когда он успел приехать? И почему именно в это поместье? Адам подошёл к мужчине и забрал у него бутылку спиртного напитка.

— Медвежонок, как обычно, суровый, — незнакомец закатил глаза и взъерошил волосы Адама. Я еле сдержала смешок, потому что эта картина выглядела довольно смешно. Я и подумать не могла, что кто-то позволяет себе такую вольность по отношению к Адаму. — Не злись.

— Где ты успел так надраться и что ты тут, блять, делаешь?

— Я тебя умоляю, не включай няню, — сказал парень, потягиваясь. — Я уже ухожу. Встретимся завтра в подвале, если я, конечно, смогу проснуться. — Он зевнул. — Парни сказали, что привели какого-то ублюдка, которого нужно пытать. — Я напряглась и сделала шаг назад. Незнакомец заметил мой испуг и ухмыльнулся. — Боишься меня? А как будешь проводить сладкие ночи с этим? — Он указал кивком на Адама. — Я просто аленький цветочек по сравнению с ним. Даже я не додумываюсь до таких извращений, которые он проделывает на пытках. — Я была поражена его наглостью, но ещё больше — я испугалась Адама. Я уже собиралась что-то сказать ему, но не успела: парень обошёл меня и направился в сторону входной двери, продолжая напевать "Bella ciao".

— Кто это был? — Адам взглянул на меня сверху вниз, будто только понял, что я всё это время находилась рядом. Он был очень высоким, и моя макушка едва доходила до его груди, хотя я была достаточно высокой девушкой.

— Мой дорогой брат, Сантьяго, — ответил он. А ведь они были действительно похожи, но я не сразу это заметила. Адам одним резким движением схватил меня за плечо и плотно прижал к стене. Я ужаснулась. В его холодном взгляде была злость и агрессия, он тяжело дышал. Я попыталась оттолкнуть его, но чем больше я пыталась выбраться из его хватки, тем плотнее он прижимал меня своим телом.

— Отпусти, мне больно.

— Тебя не учили, что хорошие девочки не должны разговаривать с незнакомыми мужиками? — Адам повернул меня так, что я стояла к нему спиной, прижимаясь грудью к холодной стене. — Тем более ночью и наедине.

— Адам, отпусти меня, — я уже перешла на крик, но он не давал никакой реакции на мои слова. Вместо этого он задрал подол моего платья так, что ему открылся вид на мои бедра. — Ты с ума сошёл? — я снова пыталась вырываться из его лап, но все мои попытки сходили на нет. Он был намного сильнее меня и вдавливал меня своим весом в стену. Адам медленно провёл своей рукой по моей ноге и бедрам, а другой сжал мою шею.

— Ты не побоялась, что он сделает с тобой такое, а затем трахнет, как последнюю шлюху? — Я чертовски боялась Адама и стояла неподвижно. Мы оба тяжело дышали. — Или вот так? — Адам достал нож из своего кармана и раскрыл его. Он закрыл мне рот и провёл кончиком ножа по моей шее, остановившись у артерии. Мои ноги сводило от страха, и я дрожала. Я чувствовала холодный металл на своей шее, но вместо этого моё тело давало реакцию не на нож, а на тело Адама. Чертовски горячее тело Адама, которое плотно прижималось ко мне. Чёрт, что со мной такое? Адам снова начал двигать ножом по моей шее, но я прекрасно знала, что он ничего не сделает мне. Он хотел проучить меня.

— Я... я знала, что он не может быть чужаком, так как кругом патрулирует охрана. Он был доверенным лицом, раз свободно разгуливал здесь.

— Скажи мне, Малена. Ты читала знаменитый роман Марио Пьюзо? — Он убрал нож и повернул меня лицом к себе, но не ослабил свою хватку. Я всё ещё была в его объятиях. Наши взгляды встретились. Ночью, под лунным светом, глаза Адама казались стеклянными, почти прозрачными. Холодный морской ветер трепал мои волосы в разные стороны, но Адам каждый раз убирал их с моего лица.

— Да, — коротко ответила я.

— Отлично, — он улыбнулся и опустил взгляд на мои губы. — Помнишь ли ты, кто предал семью Корлеоне?

— Фредо, средний сын. — Адам удовлетворительно кивнул.

— Именно так бывает и в жизни, дорогуша, — он облизнул свою губу и наклонился к моему уху. — Предательство приходит оттуда, откуда ты меньше всего его ждёшь. — Адам опустился ниже к моей шее и поцеловал её. Медленно, сдержанно... будто это был не поцелуй, а предупреждение. По моему телу пошла дрожь, и я застыла. Я ощущала его холодные губы на своей шее. Он целовал меня, слегка покусывая мою плоть. — Больше никогда не поступай так опрометчиво, Малена. — Адам резко отстранился от меня и направился в сторону двери, оставив меня одну наедине со своими мыслями и чувствами. Место, которое несколько секунд назад целовал Адам, всё ещё горело. Я всё ещё чувствовала его губы на своей шее и запах его духов. Что это было? Какую игру он ведёт?..