Глава 3

Это был Адам, и я совру, если скажу, что он не привлекал внимание всех присутствующих своей опасной красотой и уверенностью. Он стоял в конце зала рядом с мужчиной, который что-то ему рассказывал, однако Адам его не слушал. Его внимание было приковано ко мне — он смотрел словно хищник. Его взгляд был намного сильнее и мощнее, чем на фотографиях: сочетание холода, скрытой ярости и опасности. Его взгляд прожигал. Не яростью — нет. Это была другая сила. Холодная, доминирующая, уверенная... я замерла.Адам протянул к губам бокал вина и сделал пару глотков, всё так же наблюдая за мной. Его глаза изучали меня, но остановились на моей шее, на которой красовалось совсем не то ожерелье, которое он ожидал увидеть. Интересно, что он подумал? Я смутилась, притронулась рукой к своей шее и прервала зрительный контакт с мужчиной. Адам заметил мою напряжённость и улыбнулся. Эта улыбка была не доброй, а вызывающей — он играл мной, зная, что пугает меня. Он чувствовал мой страх и, кажется, наслаждался этим.Поставив свой бокал на подоконник, к которому он до этого прислонялся, Адам направился ко мне. Его движения были плавными, но дерзкими. Мне захотелось убежать от него, сделать шаги назад, отступить, но я не хотела доставлять ему ещё больше удовольствия своим страхом. Вместо этого я гордо расправила плечи и вздернула подбородок. Краем глаза я заметила своего отца, который что-то сказал музыканту, тот в ответ кивнул ему и посмотрел в мою сторону.

— Все в этом зале притихли, когда ты вошла. — он был слишком близко и вблизи выглядел ещё красивее, ещё опаснее. Его голос звучал спокойно, но властно. Он наклонил голову чуть в бок, наблюдая за мной. Он был сдержанным, я не могла читать его эмоции и понять, что у него на уме. Он был загадочным.

— Я привыкла к вниманию. — услышав мой ответ, мужчина ухмыльнулся. У Адама были идеально ровные зубы и клыки, что делало его ещё более привлекательным и внушающим страх.

— Тогда станцуй со мной. Пусть привыкнут к тому, что ты — моя. — Адам протянул мне руку, и я неуверенно положила свою ладонь на его. Одним резким движением он притянул меня в плотную к себе и начал раскачиваться в такт музыки. Все любопытно наблюдали за нами и шептались. Я чувствовала запах парфюма Адама. Свежесть бергамота вперемешку с табаком била в нос резко, не оставляя шансов спрятаться. Он умело танцевал в такт музыки, в то время как я была напряжена и не чувствовала себя комфортно.

— Ты думала, что твоя демонстративная непокорность оттолкнёт меня? Напротив, мне это кажется забавным.

— Я не принадлежу тебе, Адам. — глаза мужчины сверкнули опасным блеском, глядя на меня. Что я творю? Мы оба знаем, для чего весь этот спектакль. Он был прав. Я принадлежала ему, но не хотела признавать это. Женщин нашего общества воспитывали в этом лоне — «Хорошая мать, покорная жена». Я осмелилась выдержать зрительный контакт с Адамом, пока он не перевёл взгляд на мою шею, смахнув каплю моих шоколадных волос за спину. Он наклонился ко мне так плотно, что я слышала и чувствовала его горячее дыхание. Мое тело покрылось мурашками.

— Ты можешь думать так, как тебе хочется. — Адам демонстративно провёл рукой по моей открытой спине, вычерчивая на ней узор. Я тут же пожалела о выборе своего платья. Его руки были холодными, почти ледяными. На секунду я потеряла дар речи от его наглости. Ещё никто и никогда не касался меня подобным образом. Я нервно закусила губу и сжала рукой плечо Адама. Я бы даже сказала, что вцепилась в него ногтями.— По правилам Сицилийской семьи, я должен лишиться руки, потому что я чужой для тебя мужчина и принадлежу другой семье. Я не имею права трогать тебя подобным образом. Но никто из присутствующих даже не сделал шаг в мою сторону. — Адам опускал свою руку всё ниже и ниже, но в какой-то момент остановился. — Знаешь, почему, Малена?

— Почему? — я тяжело вздохнула. Я знала, но всё же спросила.

— Потому что все присутствующие знают, что ты принадлежишь мне. И отсутствие ожерелья это не исправит. — я подняла взгляд на Адама и уставилась на него глазами, полными слёз. Он унизил меня. Дал понять, что даже полный зал людей не сможет защитить меня от него. Он показал мне, что имеет власть даже в рамках семьи, к которой принадлежу я. Серые глаза Адама. В этих глазах была тьма и огонь. Он не играл со мной — он предупреждал меня. Без слов, без жестов. Только взглядом. Музыка перестала звучать, и я отпрянула от него. Все наблюдали за нами, словно стервятник.

— Дон Моретти, кажется, вы уже познакомились с моей дочерью Маленой. — отец широко улыбнулся Адаму, но что-то в его голосе было напряжённым. Я даже не заметила, когда он подошёл к нам. Адам перевёл взгляд в сторону моего отца.

— Я согласен, Росси. Свадьба пройдёт через две недели на Сицилии, в Палермо. Подробности обговорим потом, сейчас мне нужно идти. — внимание Адама снова вернулось ко мне. — Дай мне руку, Малена. — Вот он. Момент, который разрушит все мои надежды. Адам вынул из кармана красную бархатную коробку и достал из неё кольцо. Мои мысли отключились, я не могла дышать. Последнее, что я видела — это Адама, надевающего кольцо на мой палец, хищно улыбающихся мужчин, довольных этим союзом, и аплодисменты всех присутствующих в зале. После Адам резко развернулся и ушёл. Я хотела заплакать, убежать в свою комнату, запереться и больше никогда ни с кем не разговаривать, но моя гордость не позволяла мне так поступить. Весь оставшийся вечер я провела со своей фальшивой улыбкой, принимая такие же фальшивые поздравления... я ненавидела его, но ещё больше, глубоко в душе, я желала ещё одной встречи с ним, чтобы доказать ему, что он меня не сломает...

Прошла неделя с тех пор, как мы впервые увиделись с Адамом, и он подарил мне кольцо, которое красовалось на моём пальце: это было изящное кольцо с каплевидным бриллиантом посередине. Все дни я проводила у себя в комнате. Изредка ко мне заходила Виктория, чтобы поговорить, но ещё чаще — Анастасия, ассистентка отца, которая занималась организацией нашей свадьбы. Она уточняла у меня разные моменты и детали: начиная с композиции цветов и заканчивая декорациями на свадьбу. Я не проявляла особого интереса к этому торжеству, поэтому выбирала всё первое попавшееся. Я старалась избегать тему своего скорого замужества. Виктория и Эмили, её мама, относились к этому с пониманием и не беспокоили меня. Отец и вовсе разговаривал со мной лишь по делу. Мне нравилось делать вид, что у меня всё в порядке. Так было легче переживать все трудности.

Сегодня я должна была поехать в свадебный салон вместе с тётей Адама, Викторией и Анастасией. Свадьба была накануне, а я даже не выбрала себе платье.Я встала со своего места, накинула на себя чёрное платье без рукавов и обула босоножки. Тётя Адама, Роуз, ждала меня внизу вместе с Викторией. Она была сестрой покойного отца Адама и была привлекательной женщиной средних лет. Я даже замечала её некое сходство с Адамом.

— Здравствуйте, миссис Фабрици. Рада вас видеть, — произнесла я, заходя в гостевую комнату. Женщина посмотрела на меня оценивающим взглядом, и тут же одарила меня приветливой улыбкой. Я не чувствовала от неё фальшивости, либо же она была очень хорошей актрисой.

— Привет, дорогая. Мы как раз обсуждали с твоей милой подругой ваш город. Он мне очень понравился! — Роуз большую часть своей жизни проживала на Сицилии, хотя и большая часть Вегаса принадлежала семье Моретти. Несмотря на то, что она была замужем, она всё же оставалась сестрой прошлого Дона и тётей нынешнего.

— Рада, что вам понравилось, — я неуверенно улыбнулась и посмотрела на Викторию, стоявшую позади женщины. Она скривила рожицу и показала мне язык. Я укусила губу, чтобы Роуз не заметила моего смешка.

— Ну что, пойдёмте? Мне уже не терпится увидеть тебя в свадебном платье!

— Я звонила в свадебный салон, они уже ждут нас, — сказала Анастасия, не отрывая взгляда от айпада. Роуз радостно похлопала в ладоши и быстро направилась к выходу из дома. Мы последовали за ней.

Всю дорогу до свадебного салона миссис Фабрици пыталась разбавить напряжённую обстановку своими рассказами. Она даже пару раз упомянула в своих рассказах Адама, из-за чего меня передёргивало. Я всё ещё не могла забыть нашу первую встречу. Тем не менее, эта женщина мне нравилась. По дороге мы взяли с собой кофе и доехали до салона. Нас встретила хозяйка и милая работница модного дома. Они расспросили меня о моих предпочтениях и предложили несколько вариантов платьев. Роуз предупредила меня, что платье должно быть роскошным, под стать их фамилии и союзу двух сильных семей. Мое внимание остановилось на прекрасном белоснежном платье, и я решила его примерить. Работница проводила меня в примерочную.

— Вы выглядите просто потрясающе! Вашему жениху очень повезло с вами, — произнесла работница салона, которая помогала мне надеть платье. Я мило улыбнулась ей и поблагодарила. Выйдя из примерочной, я направилась к большому зеркалу. На мне было платье облегающего кроя, подчёркивающее силуэт фигуры, с плавным расширением к низу, что придавало образу изящества. Платье было сшито из кружева ручной работы. Рукава были облегающими, полностью кружевными, с утонченными, слегка расклешёнными манжетами. Вырез декольте был глубоким, сексуальным, но без вульгарности, с мягкой линией, подчёркивающей ключицы и шею.

— Вау, — ошарашенно произнесла Виктория, глядя на меня.

— Sei come un angelo! — тётя Адама встала с места и оглядела меня с ног до головы. — Ты невероятно выглядишь, милая. Адам потеряет дар речи, увидев тебя.

«Ты как ангел»

— Это самое дорогое и новое платье в нашем салоне, мисс. Оно полностью ручной работы. Вы выглядите в нём великолепно!

— Благодарю, — тихо сказала я.

— Малена, можно тебя на минутку? — озадаченно произнесла Роуз, отводя меня в сторону. — Я всё хотела поговорить с тобой, но не могла решиться. — Женщина поджала губы, будто подбирала слова. Её глаза рассеянно блуждали, избегая моего взгляда.

— Я слушаю вас, мисс Фабрици.

— Я знаю, как тяжело тебе. Ты не сможешь скрыть от меня свою грусть и подавленность, потому что я тоже женщина, — Роуз говорила тихо, почти шёпотом, опасаясь, что кто-то услышит. — Я не хотела выходить замуж за своего мужа, но со временем я смогла привыкнуть к нему. Я стала уважать его, и мы живём в гармонии уже долгие годы.

— Уважать, — произнесла я, ухмыльнувшись. — Но не полюбить.

— Да, именно так, — Роуз улыбнулась мне и взяла за руку. — Любовь — это роскошь, особенно для женщин вроде нас. Но будь умнее. Ты не обязана его любить, но обязана понять Адама. Запомни, что мужчины вроде него не подчиняются, но они более покладисты, когда женщина дарит спокойствие. Не лезь с ним в борьбу — лезь в его голову, в его мысли. Я не буду давать тебе надежды на любовь, потому что я хорошо знаю своего племянника. Он не способен на такие чувства — он слишком жестокий человек. Старайся жить с ним в мире, потому что он — непредсказуем. — Роуз сузила глаза. — Заставь его уважать себя, потому что Адам — человек слова.

После покупки платья водитель отвёз нас обратно домой, а Роуз отправилась к себе в апартаменты. Я была очень уставшей, так как день выдался для меня весьма тяжёлым на физическом и эмоциональном уровне. Хоть я уже и смирилась с обстоятельствами, меня всё ещё это беспокоило. И этот разговор с Роуз оставил во мне смешанные чувства. Она знала, что Адам — монстр, и именно поэтому жалела меня. Первой тишину нарушила Ви:

— Тётя Адама кажется милой.

— Да, она приятная.

— Ты как?

— Пойдёт, я уже свыклась. Мне хочется отдохнуть от всего и забыться. Я устала. — Виктория понимающе посмотрела на меня и молча обняла. После я ушла в свою комнату, сняла с себя всю одежду и приняла холодный душ. Выйдя, я накинула на себя атласный халат и плюхнулась на кровать. Я устала, но спать мне не хотелось. Я потянулась к своему телефону и заметила СМС от неизвестного мне номера:

«Ты купила платье, чтобы быть невестой. А я купил нож, чтобы напомнить — чья ты женщина. С покупкой платья, Малена. Уверен, ты в нём будешь сногсшибательно выглядеть».

Я откинула телефон в сторону и с ужасом подскочила на кровати. Моё сердце участилось, и мне стало трудно дышать. Я знала, о чём говорит Адам. В первую брачную ночь муж разрезает ножом платье невесты, заявляя свои права