Глава 2

Каждая молодая представительница высшего общества Плутосии с нетерпением ждёт своего четырнадцатилетия, ведь именно эта дата считается началом взрослой жизни. Также четырнадцатый день рождения в Плутосии стал своеобразным дебютом для юных дарф.

Именно поэтому сегодня в особняке творился полнейший хаус. Мне, как и моим родителям, хотелось чтобы все прошло идеально. Все, от членов семьи до низших слуг, проснулись с рассветом, чтобы закончить последние приготовления. Мама, как обычно, взяла на себя главную руководящую роль. Я всегда восхищалась ее организаторскими способностями. Она успевала одновременно командовать слугами, давать наставления мне и переговариваться с отцом. Моим образом занимались сразу несколько служанок. Они болезненно тянули мои волосы, стараясь добиться идеальной прически. Однако я уже привыкла к подобному, и без каких либо эмоций смотрела в зеркало. Одновременно с этим личный визажист занимался моим лицом. Именно за макияж я боялась больше всего, ведь грань между блеклостью, нужным результатом и вульгарностью настолько тонкая, что все испортить может даже малейшее движение кистью. Конечно, мы уже репетировали мой образ дважды, но теперь все было гораздо серьезней. Буквально через пару часов банкетный зал заполнят все представители высшего общества Алипаса и я должна выглядеть идеально.Наконец пришла очередь платья. Пускай повседневная носка корсетов вышла из моды пару веков назад, однако их модернизированные версии до сих пор носят на торжества. Никто не будет отрицать, что эта часть гардероба очень выигрышно преображает фигуру и улучшает походку. Поэтому для моего дня рождения мне сшили платье с корсетом. До сих пор помню, как я застыла от восторга на первой примерке. Платье было нежно-молочного цвета с многоярусной пышной юбкой. Одной из самых красивых деталей были изящные рукава фонарики. К сожалению мои руки покрыты множеством родинок из-за чего мне всю жизнь приходится скрывать их за длинными рукавами и перчатками. Овальный вырез, как и все платье был украшен кружевами, воздушным фатином, лентами и цветами из ткани ручной работы. Не обошлось и без сложной ручной вышивки.

— Выглядишь просто прекрасно. — произнесла мама, войдя в комнату.

Она была уже полностью готова. Мама всегда укладывала волосы в пышныую благородную прическу, и в этот раз ее золотые пряди уложили  в сложный объемный пучок. Для себя она выбрала синее платье, достаточно парадное для мероприятия, но не слишком броское. Ведь сегодня именно я должна быть в центре внимания.

— Гости уже прибывают, — сообщила она — А я хотела тебе кое-что подарить.

Последние слова вызвали у меня искреннее удивление, ведь родители подарили мне подарки еще утром. Теперь мне стало действительно интересно,и пришлось приложить немало усилий, чтобы скрыть своё любопытство.

Наконец я обратила внимание на коробочку, которую принесла с собой мама.

Она открывала ее очень медленно, словно хотела меня помучить. Наконец я смогла увидеть содержимое таинственной коробки. Там находилось необычайно красивое алмазное ожерелье. Я уже видела его ранее. Мама надевала его пару раз на особые приемы.

— Это фамильная ценность, которая передавалась в моей семье из поколения в поколение.

Мама изначально не принадлежала семье Линдхольм. Именно поэтому у неё единственной в нашей семье были голубые, а не серые глаза. Но ей и не нужен был особый цвет глаз, чтобы быть Линдхольм. Мамины манеры, речь, элегантность и умение красиво себя преподносить не оставляло ни у кого никаких сомнений о ее принадлежности к нашей семье.

Когда она вышла за папу, то полностью отдалась семье Линдхольм. Поэтому я редко слышала, чтобы мама говорила о своей семье.

— Я действительно могу его сегодня надеть? — восторженно спросила я.

— Конечно.

Самый волнительный момент сегодняшнего дня настал. Я стояла за большими дверьми вместе с мамой и пыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Мы ждали папу всего несколько минут, но казалось что прошла вечность. Наконец вдали показалась знакомая фигура. Папа был одет в строгий костюм, а его чёрные прямые волосы были уложены так, что становилось видно его серебристую седину на висках.

— Волнуешься? — спросил Папа.— Немного.

— Подними голову выше и вспомни, что я тебе всегда говорил: ты — Линдхольм, никто никогда не посмеет тебя унизить, если ты этого не позволишь.

Я кивнула. Папа размял шею и махнул рукой слугам. Огромные двери распахнулись и мне открылся вид на банкетный зал. Все просто сияло. Внутри уже было полно людей в самых изысканных нарядах. Мы мгновенно переменились в лице. За дверьми я могла волноваться, но здесь я гордая Джулия Линдхольм, которая является примером для остальных членов высшего общества.

Родители пропустили меня чуть вперёд и мы зашли. В зале раздались апплодисменты. Все засуетились, стараясь первыми подойти и поздравить меня с таким важным событием. Родители представляли меня то одним, то другим важным персонам, не давая выдохнуть.

Наконец к нам подошла тетя Гунилла и ее дочка Шарлотта. Я обрадовалась первым знакомым лицам. После смерти дедушки с бабушкой, они остались единственными родственниками, с которыми мы поддерживали связь.

— Джулия, ты так быстро растёшь, — поправляя волосы щебетала тетя. В ее руках уже находился бокал с вином. — с каждым годом ты все хорошеешь и хорошеешь. Твоё платье просто прелесть.

— Вы тоже как всегда роскошно выглядите, тетя.

Тетя Гунилла всегда выделялась из толпы. Броские украшения, меха, бордовые губы — все это про неё. Под презрительным взором ее синих глаз многие непроизвольно начинали нервничать. Но ко мне она всегда относилась с теплотой и уважением. Хотя я сама иногда могла неправильно понять некоторые ее жесты и мимолетные взгляды.

— Поздравляю тебя с твоим четырнадцатилетием, Джулия. — обратила на себя внимание Шарлотта.

Она была очень похожа на свою мать. И дело было даже не в одинаковых роскошных чёрных волосах. Большее количество сходств заключалось в повадках, жестах и горделивой осанке.

— Спасибо большое, Шарлотта. Я очень рада тебя здесь видеть, — ответила я. Родители с тетей ушли, оставив нас с кузиной наедине. Я вновь огляделась вокруг. Банкет действительно получился великолепным. Мы с мамой выбрали светлую цветовую гамму. Так что сегодня главный зал нашего поместья словно светился. На белоснежных скатертях лежали изящные приборы, а нежные молочные пионы и мерцающие свечи красиво дополняли столы. Помещение заполняли звуки скрипки и фортепиано — моих любимых инструментов. И нельзя было не отметить множество белых  воздушных шаров, находившихся повсюду.

— Как тебе банкет? — поинтересовалась я у Шарлотты, не в силах больше держать восхищение в себе.

— Не плохо, — задумчиво сказала она — Но знаешь, мне кажется что с выбором украшений вы прогадали.

Сердце словно замерло. Как же так, мы ведь старались сделать все идеально. Неужели и остальные считают также? Мне казалось,что получилось просто волшебно.

— Я считаю светлые цвета гораздо лучше бы смотрелись в моем особняке. — продолжила Шарлотта — На фоне ваших белых стен украшения словно меркнут.

Я действительно расстроилась. Весь мой энтузиазм как-то поугас. Я даже не задумывалась о таком. Мне всегда казалось, что белый — самый спокойный и благородный цвет. Но видимо, я все-таки все ещё плохо разбиралась в этом.

Я постаралась взять себя в руки, и не подавая вида, что меня задели слова кузины, произнесла:

— Возможно ты права, в следующий раз обязательно учту.

Вдруг я увидела приближающуюся к нам семью Норберг. На душе сразу потеплело.

У всех Норбергов были небесно голубые глаза. Но если в нашей семье — серый доминирующий цвет, передающийся из поколения в поколение, то у них все по-другому. Леннарт Норберг когда-то женился на своей троюродной сестре Аделе. И так как они оба обладали голубым цветом глаз, их дети тоже родились голубоглазыми. Вот и весь секрет.

— Приветствую вас дарф и дарфа Норберг. Очень рада видеть вас на своем приеме.

— И мы очень рады, что вы нас пригласили, дарфа Линдхольм. Я ведь теперь могу к вам так обращаться. — лучезарно улыбнулся Леннарт.

—Ты выросла настоящей красавицей Джулия. — мягко добавила Адела.

Я перевела взгляд на младших Норбергов.

— Здравствуй Кайса, давно тебя не видела. Кайса Норберг — была моей лучшей подругой. Наши семьи общались еще с тех пор, когда мы были совсем малютками. И хоть мне очень не хотелось это признавать, но ее компания была мне гораздо приятнее, чем компания моей кузины. Так что я была безумно рада появлению Кайсы.

— Действительно, нам долго не удавалось встретится из-за занятий. К слову, я приготовила для тебя особый подарок, мне бы хотелось вручить его тебе наедине.

Я кивнула подруге и перевела взгляд на ее брата. Пусть Грегер и был младше, но в росте он сильно обгонял сестру. Этот парень был идеалом для многих девушек: кудрявые темные волосы, аккуратные черты лица, светлая кожа, густые брови. Наверное единственным изъяном на его лице были лёгкие усики.

—Грегер, тебя я тоже очень рада видеть. Как твои дела?

—Потихоньку. — усмехнулся парень — Поздравляю с твоим праздником.

— Спасибо. — сдержанно улыбнулась я, и они ушли, оставив Кайсу.

Подруга быстро увела меня из общества Шарлотты, объяснив это необходимостью подарить подарок. Мы вышли на террасу, где было абсолютно пусто, ведь большую часть банкета гости проводят в помещении, а на сюда выходят лишь к вечеру, чтобы насладится салютом.

— И так, что же это за особенный подарок? — старательно скрывая свой интерес, спросила я.

— Если честно, я просто хотела рассказать тебе кое-что без Шарлотты — неуверенно сказала она, непроизвольно начав теребить края одежды — Но подарок у меня конечно тоже есть.

Девушка протянула мне небольшую коробочку голубого цвета. Она была перевязана молочной атласной лентой с чёрным узором. Я трепетно открыла свой подарок и ахнула от восторга.

— Я помню, как ты говорила, что у тебя иногда болят пальцы от долгой учебы. — застенчиво улыбнулась Кайса, видя мое восхищение — Это новые дизайнерские ручки. Я успела купить их первая по предзаказу. По идее особый дизайн позволяет немного снять нагрузку с пальцев.

— Спасибо большое! — восторженно сказала я, обняв подругу — Обязательно сегодня же их опробую.

Я прижалась щекой к ее шелковистым волосам. Кто бы что ни говорил, но я считала Кайсу самым прекрасной девушкой в Алипасе. Ее пухлые губы, курносый нос и легкие веснушки придавали подруге особую очаровательность. И даже слегка оттопырены уши Кайсы казались не недостатком, а скорее милой особенностью. Но главным  достоинством девушки были, конечно, ее русые прямые волосы, которые в распущенном виде доставали ей до талии.

— Так о чем ты хотела поговорить?

Подруга просияла. Ей явно не терпелось мне что-то рассказать.

— Я ещё никому это не рассказывала, хотела чтобы ты узнала первая. — ее слова еще больше разожгли мой интерес.

— Рассказывай! — нетерпеливо воскликнула я, не в силах больше ждать.

— Я помолвлена. — наконец произнесла она, слегка неловко.

Сердце забилось чаще, словно это не она, а я стала невестой. Я широко улыбнулась, приложив руки ко рту. Мне все еще не верилось в ее счастье. Как же долго я этого ждала.

— Кто же он, говори скорей!

— Это Йохан Фальк. Мои родители решили, что он будет лучшей парой для меня.

— И они абсолютно правы. Пусть я и не знакома с ним лично, но весь высший свет наслышан о его манерах и интеллекте.

— Ну да, это так. — не очень восторженно ответила она.

Если честно Кайса всегда была такой. Подруга редко показывала свои эмоции. Но мне казалось, что хоть сейчас она будет в восторге. Хотя это Кайса, и я можно сказать привыкла к такому. Так что моего ликования хватит на нас двоих.

— Я очень за вас рада! — не останавливалась я — Жду не дождусь, когда мне наконец удастся лично познакомится с твоим женихом.

А познакомились мы с Йоханом довольно скоро. Я часто ходила с семьей Кайсы в главный театр города на столичные постановки и в этот раз к нам присоединился жених моей подруги. Мы встретились у входа в здание около огромной колонны. Йохана я ранее видела лишь мельком, на званых банкетах. И то, как единственный наследник семьи Фальк он постоянно проводил время среди взрослых. Если честно, я даже иногда жалела, что не родилась мальчиком. Хотя я тоже единственная наследница нашей семьи, взрослые все равно не воспринимали меня всерьез из-за возраста. Однако сейчас пол уже не был проблемой, ведь недавно я стала почти полноправной взрослой.

Сам Йохан был очень красив. Однако в отличие от по-весеннему солнечной Кайсы, от него словно веяло зимней стужей. Не знаю была ли причина в пронзительном взгляде зелёных глаз или в острых чертах его лица.

— Рад познакомится с вами лично, дарфа Линдхольм. — произнёс он, когда нас представили друг другу.

Сказать, что я меня восхитил жених подруги, это ничего не сказать. Каждый его жест, каждое слово было пропитано благородством. Уверена, что Кайса была тоже очень счастлива, пусть и не могла это показать.

— Я тоже очень рада нашему знакомству, дарф Фальк. — сдержанно ответила я, нисколько ему не уступая.

Мы наконец зашли внутрь. Йохан подал Кайсе руку.

— Я хотела бы пройтись с Джулией... — неловко сказала подруга.

Однако он никак не отреагировал, лишь продолжил стоять в той же позе, не давая Кайсе и шанса на отказ. Наконец подруга взяла его под руку, и жених увел ее вперед. Нет, все-таки Йохан идеален. Такой галантный и уверенный парень, который знает чего он хочет, как нельзя лучше подходит моей подруге.

Если честно, я с детства любила театр, ведь это одно из немногих мест, где я могла почувствовать себя взрослой благородной дарфой. Мне также нравились величественное убранство Главного Театра Алипаса. Изящные мраморные фризы, величественные колонны, элегантные скульптуры - все это можно было найти в здании театра, которое несколько веков назад служило утонченным летним дворцом для правителей древней Плутосии.

В зрительном зале мне также не удалось побыть рядом с подругой. Стоило нам зайти в ложу, как Йохан занял им с Кайсой два места позади всех. Что ж, это правильнее всего, теперь ей стоило как можно больше времени проводить со своим женихом. Я села рядом с родителями подруги, и направила свой взгляд на сцену, в ожидании представления.

Сегодня мы пришли посмотреть на очередную постановку знаменитого столичного режиссера. В Алипас часто приезжают актеры из Мэленса, и мы ещё не пропустили ни одно представление.

Я оглянулась на Кайсу. К моему удивлению подруга почти не смотрела на актеров, а постоянно поглядывала на Йохана и непрерывно ерзала на стуле, не находя себе места. Думаю она волновалась, и я могла ее понять. Однако, как только объявили антракт Кайса стремительно встала, и попросила меня проводить ее в уборную. Возможно это прозвучит эгоистично, но я была рада наконец побыть с подругой наедине. Я с трудом удержала себя в руках, чтобы с достоинством выйти из ложи, ведь мне хотелось столько всего сказать.

— Йохан такой вежливый и обходительный дарф, тебе очень повезло! — наконец воскликнула я, когда мы остались с подругой наедине.

— Я как раз хотела об этом поговорить. — нерешительно произнесла подруга — Если честно, я чувствую себя немного тревожно рядом с ним.

Я удивленно взглянула на Кайсу. По беспокойному взгляду ее голубых глаз, я поняла, что она говорит это серьезно.

— Все вокруг твердят, что Йохан — тот человек, который мне нужен. Но у меня такое чувство, словно все мое существо твердит, что это не так.

Теперь проблема была ясна как день. Удивительно, что я не поняла это раньше. Кайса всегда была такой: она никогда не понимал своих чувств и боялась перемен.

— Послушай, ты же знаешь, что тебя окружают, только любящие тебя люди. — мягко произнесла я, прикоснувшись к холодным рукам подруги. -— Если все твердят, что Йохан прекрасный жених, то это действительно так. Он интеллигентен и прекрасно воспитан. Твой мир всегда состоял из меня и твоей семьи, но теперь в ней появился новый человек, и тебе страшно. Однако вот, что я тебе скажу: доверься ему, и скоро ты осознаешь свое счастье.

Я посмотрела на подругу. Она молчала, и кажется задумалась. И хоть ее лицо не стало радостнее, мне показалось мои слова достигли Кайсы.

— Возможно ты и права — тихо ответила она.

— Тогда возвращаемся?

— Да.