Глава Тридцать Вторая

Доминик прижал меня спиной к двери и впился в мои губы поцелуем. Мне понадобилась вся моя сила воли, чтобы оттолкнуть его и сказать:

– Доминик, мы еще в коридоре.

Прижимаясь губами к чувствительному месту за моим ухом, Доминик достал из кармана джинсов ключ-карту и открыл дверь номера. Раздался щелкающий звук, и парень втянул меня внутрь, продолжая осыпать мое лицо поцелуями. Мы оказались в просторной гостиной, и его номер почти никак не отличался от моего, кроме одной важной детали – огромного стола из эпоксидной смолы в самом центре комнаты. С деревянными вставками и голубыми прожилками он был таким красивым, что я нехотя оторвалась от Доминика и произнесла с обидой в голосе:

– А у меня нет такого стола в номере.

Взгляд парня ненадолго задержался на столе, затем на мне, затем снова на столе. Его глаза заблестели, и он сказал:

– Отлично. Теперь я хочу трахнуть тебя на этом столе.

Я не успела осмыслить значение его слов, как он приподнял меня, и я тут же обхватила его ногами за талию, а руками – за шею. Он пронес меня до середины комнаты и усадил прямо на край стола.

Доминик поспешил снять с себя рубашку, и я помогла ему избавиться от футболки, после чего его прекрасное тело предстало передо мной во всей красе. Не удержавшись, я провела ладонью по его прессу и подняла взгляд:

– Ты просто невероятный. Такой же, как год назад. Если не лучше.

На лице Доминика растянулась самодовольная улыбка.

– А ты немного пополнела, – он ущипнул меня за бедро, и я вскрикнула от неожиданности.

– Ты сейчас серьезно? – мой взгляд сразу же опустился вниз, на мои бедра. Я знала, что у меня были длинные и красивые ноги, но я не могла вспомнить, когда в последний раз рассматривала себя в зеркале в полный рост. Может, я действительно не заметила, как прибавила в весе? – Я толстая?

Доминик решил не отвечать на мои вопросы и предпринял попытку стянуть с меня сарафан, но я перехватила его руки.

– Скажи мне правду.

Доминик тепло улыбнулся.

– Дейзи, у тебя фигура, как у порноактрисы. Ты мечта любого мужчины, и я более чем уверен, что ты это знаешь, – в тот момент я не хотела вспоминать о комментариях, которые слышала на работе, но все же несколько комплиментов всплыли в моей памяти. – Ты очень аппетитная, Дейзи. Даже аппетитней, чем была год назад.

– Не уверена, что могу расценивать твои слова как комплимент.

– Я просто констатировал факт. Прости, милая, но ты не похожа на модель. Природа наградила тебя широкими бедрами, и я чертовски благодарен ей за это, потому что я обожаю твою задницу, Дейзи.

Может, слова Доминика не были «красивыми» комплиментами, где он сравнивает мою красоту со звездным небом или говорит любую другую романтическую чепуху, но от этого мое сердце все равно забилось чаще. Если до этого момента у меня были сомнения касательно моего тела, они тут же испарились.

В одно мгновение я сняла с себя сарафан, оставшись в одних трусиках. Я откинулась на руках назад и позволила Доминику внимательно рассмотреть себя. Он уже видел мою грудь, буквально несколько минут назад, но восторг на его лице был несравним ни с чем. Доминик смотрел на меня голодным взглядом, словно я была лакомством, которое он желал больше всего на свете. И я разглядывала его с тем же восхищением и желанием.

Его руки вновь затерялись на моем теле, губы – на моей шее и ключицах. Не имея сил ограничиваться одними поцелуями, я потянулась к заветной пуговице и, расстегнув ее вместе с молнией, спустила джинсы вниз. Вслед за ними отправились боксеры. Отстранившись от меня, Доминик опустил взгляд. Моя рука сжала его член, и я могла с точностью сказать, что эта картина возбуждала его не меньше, чем меня. Я сделала несколько плавных движений вверх и вниз, и когда Доминик простонал, уткнувшись лбом в мое плечо, меня всю пробрала дрожь.

– О, Дейзи...

Я ускорила темп, делая так, как Доминику понравилось в прошлый раз. Он тяжело задышал и крепко сжал руки в кулаки.

– Дейзи, если ты сейчас не остановишься, я кончу раньше, чем успею войти в тебя.

Я улыбнулась. Меня радовало, что мои прикосновения так на него действовали, но послушно отняла руку.

Доминик подцепил пальцами мои трусики и снял их, на ходу освобождая мои ноги от плетеных босоножек. Я приподняла колени выше, сильнее обхватывая его ногами, и уже была готова принять его в себя, но Доминик вдруг отошел на несколько шагов назад.

– Презерватив, – объяснил он. – Нам нужен презерватив.

Достав из тумбочки пакетик, парень умело надел презерватив и вновь прижался ко мне. Глядя мне прямо в глаза, Доминик подцепил пальцами прядь моих темно-русых волос и заправил ее за ухо. Этот жест был таким милым и таким интимным, что в моем сердце снова болезненно кольнуло. Меня накрыло знакомое чувство, как в мотеле, когда Доминик так же нежно поцеловал меня в лоб. Эти действия не возбуждали меня, потому что в них не было ничего сексуального, но от них меня как будто ударяло током.

Я обхватила Доминика за шею, прижимаясь своей мягкой грудью к его твердой, и затем он осторожно вошел в меня. С моего последнего раза прошло больше года, поэтому я зажмурилась, ощутив дискомфорт.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Доминик у моего уха.

– Да. Только давай медленно.

– Ты очень напряжена, – заметил он.

– Мне немного больно.

– Ляг на стол.

Я немного помедлила, а затем откинулась назад, прижавшись спиной к столу. Мои ступни опустились на его край. Стол был холодным, но вскоре Доминик сделал толчок, и я полностью об этом забыла. Я расслабилась, и удовольствие заполнило низ моего живота, прогоняя боль.

Доминик тяжело сглотнул.

– Дейзи, я... я никогда не смогу описать, какая ты красивая сейчас.

Я рассмеялась.

– Да неужели?

Доминик снова толкнулся, тем самым вызывая у меня новую волну наслаждения.

– Клянусь, Дейзи, с этого дня я буду дрочить лишь на воспоминание, как ты лежишь передо мной голая на этом чертовом столе.

Мне бы хотелось быть чем-то больше, чем просто приятным воспоминанием. Мне бы хотелось лежать перед ним на столе хоть каждый день, принимать его в себя, ощущать его нежные губы на своей коже... Я вмиг забыла, о чем думала, потому что Доминик ускорился, и с моих губ сорвался протяжный стон. Я выгнула спину, мои руки крепко вцепились в стол у меня над головой. В какой-то момент Доминик приподнял мою ногу и закинул себе на плечо. Его губы оставили робкий поцелуй на моей коленке, а затем он сжал мое бедро и принялся проникать в меня еще глубже. Его вторая рука нашла мой клитор, и когда его большой палец сделал несколько незамысловатых движений, я взорвалась.

Прошло несколько мгновений, и Доминик кончил вслед за мной. Он замедлил темп, но не вышел из меня, продолжая тяжело дышать, точно как я. Я приподнялась на локтях и взглянула на него.

– Это было быстро.

– Ага, – кивнул он. – Дай мне пять минут. И мы сделаем это еще раз.

Доминик удалился в ванную, чтобы выбросить использованный презерватив, и я заметила кое-что интересное.

– Это татуировка у тебя? – спросила я, когда он вернулся, и я слезла со стола. – Под лопаткой?

– Ага, – без энтузиазма ответил Доминик.

– Покажи!

Парень нехотя повернулся ко мне спиной. Я опустила взгляд на маленькое черное пятнышко возле лопатки и заметила очертания буквы «К». Это была всего лишь буква, размером не больше моего ногтя, написанная красивым рукописным шрифтом. Других татуировок у Доминика не было, поэтому, вероятно, это тату несло какой-то особый смысл.

– Что это значит?

Доминик тяжело вздохнул, как будто совсем не хотел мне рассказывать.

– Это первая буква имени.

Шестеренки завертелись у меня в голове. Имя? Его отца звали Джером. Маму – Шэрон. Может, второе имя Доминика начиналось на «К»? Кто был для него таким важным, раз уж он сделал татуировку с первой буквой имени этого человека?

– И чье это имя? – прямо спросила я.

– Я набил ее очень давно. Больше пяти лет назад.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Расслабься, Дейзи, – Доминик взял меня за руку и сделал несколько шагов в сторону кровати. – Это не женское имя. У меня нет подружки. Я никому с тобой не изменяю.

Услышав это, мне стало легче. Не знаю, как бы я отреагировала, если бы Доминик сказал, что это имя его возлюбленной девушки, или невесты, или даже жены! Ему ведь было двадцать шесть, он вполне мог состоять в браке, а меньше всего мне хотелось исполнять роль любовницы. Ко всему прочему, ревность вспыхнула во мне, когда я увидела татуировку, и мне стало значительно легче после услышанной информации.

Доминик толкнул меня на кровать, залез вслед за мной и уткнулся лицом в место между моей шеей и плечом.

– Я говорил тебе, что ты пахнешь ванилью и земляникой?

Я улыбнулась.

– Правда?

– Да. Ты пахла так в «Джорджии». Пахла в наш первый раз. И сейчас так пахнешь. Просто фантастический аромат.

Доминик ненадолго прижался к моим губам, затем отстранился и резко перевернул меня на живот, нависнув надо мной. Я замерла.

– Что ты делаешь? – полюбопытствовала я, когда он бережно убрал мои волосы в сторону.

Он наклонился к моему уху и прошептал:

– На твоей спине, Дейзи, есть еще много-много родинок, которые я не целовал.

А затем, когда его губы прижались к первой родинке на плече, я кое-что осознала.

Я никогда не была в своей жизни более счастлива, чем в тот момент.