3×4

Неделя прошла для «Загадки» довольно странно, они все словно резко отдалились друг от друга и проводили время как угодно, но не вместе. Алекс не общался с Евой, Роза избегали Роби, а Ник по-прежнему проводил большую часть времени с Люси. Так могло продолжаться и дальше, пока в один день миссис Труф не объявила приближение дня открытых дверей. Раз в год Темпус приглашал к себе в гости будущих учеников и их родителей, для которых организовывали экскурсии по пансиону, рассказывали о программе обучения, знакомили с учителями, а в конце устраивали концерт. Многие из учеников школы показывали свои таланты на сцене, но только при условии, что им поставят хорошую оценку по одному из предметов. Обычно большинство выбирали физику.

Именно предстоящее мероприятие собрало «Загадку» на любимых диванах в холле, даже Ник пришел на эту встречу. Сначала все чувствовали дискомфорт, глядя друг на друга после долгих дней тишины, но благодаря Розе беседа начала захватывать каждого.

— Наверно, я как обычно сыграю на гитаре и спою что-нибудь. Если Роби, конечно, одолжит гитару, — Роза мельком взглянула на парня и поспешила отвести взгляд. — А ты, Ева? Прочитаешь стихотворение?

Все знали, что Ева с детства пишет, но она так этого стеснялась, что только один раз «Загадке» удалось заставить Еву показать им какое-нибудь стихотворение. Это было настоящим произведением искусства, каждый почувствовал его глубину, но Ева не верила восхищённым отзывам и продолжала прятать написанное.

Когда Роза предложила прочитать стихотворение на сцене, Ева решила, что это шутка.

— Давай! Неужели не хочешь подправить оценки по какому-нибудь предмету?

— Меня всё устраивает, — отмахнулась Ева.

— А вы? — Роза смотрела на Луизу и Ника, которые от неожиданности вопроса даже не знали, что им думать. — В том году ваш дуэт признали лучшим.

На прошлом концерте Луиза играла на пианино, а Ник – на скрипке, и их музыка растопила сердца даже самых чёрствых людей. Но тогда они были близки, сейчас же...

— Я бы выступил. У меня сейчас какая-то дичь творится с биологией, — Ник повернулся к Луизе. — Что скажешь? Повторим?

Луиза уставилась на Ника, не веря его словам. Он действительно этого хочет?

— Ладно. Мне надо улучшить физику.

— Свой человек! — засмеялась Роза, у которой были точно такие же планы.

В первый год в Темпусе ещё выступал Роби, его игра на гитаре сводила с ума многих. Но сейчас он считал, что таланты не меняют на оценки, поэтому гордо отказывался от участия в концерте.

Один Алекс не мог похвастаться никакими талантами. Он, как и Ева, любил писать, но только прозу, а не поэзию, но с таким даром на сцену не выйдешь.

Когда концерт обсудили, все резко замолчали, будто им не о чем было больше говорить. А ведь Тикет с ее жестокостью и опытами никуда не исчезла... Просто «Загадке» нужно было вернуть свое единство, и они пока не знали, как это сделать.

***

Эмма постоянно пропадала в лаборатории, она ночевала там уже несколько ночей и уходила рано, пока кабинет истории не занимал какой-нибудь класс. С уходом Томаса ничего особо не изменилось, хотя Эмма чувствовала что-то неладное, будто её обманули. Она десятки раз проверяла комнаты с машинами и препаратами, боясь, что Томас прихватил одну из коробок или бутылок с собой, но ничего не исчезло, везде был идеальный порядок, и Эмма опускала руки.

После того раза, когда она позволила Томасу нести свою сумку, она обнаружила в дневнике помятые листы. Он явно пытался прочитать его, но вряд ли успел увидеть многое. Он обманывал ее. Притворялся. Она знала это. Видела по его лживым глазам. И Эмма била Томаса за враньё, но тот не сдавался и упорно продолжал играть роль ее раба.

С другим парнем, с Джеком, у Эммы проблем не было вовсе. Его разум был полностью подвластен ей, и она не могла перестать радоваться своему успеху. Возможно, когда она найдет часы и совершит обряд, она оставит Джека себе в качестве питомца, всё равно его никто не будет искать. Этот парень был круглой сиротой, и никакой дядя не пытался его отыскать, как это, к сожалению, получилось с Томасом.

Злую шутку, конечно, сыграла с Эммой судьба. Подкинула Томаса в Темпус, как червяка на крючке. Специально провоцировала Эмму вновь схватить его, но Тикет быстро одергивала себя, вспоминая, что его не приручить.

А ведь руки чесались... Эмме нужна была новая жертва.

***

Вечером Ник долго думал, стоит ли писать друзьям. После той перемены в холле он понял, что они больше не держат на него зла, что даже Роби смирился с тем, что Ник решил разнообразить свою жизнь. Но при этом он всё равно боялся, что они откажутся принять его обратно, скажут, ты, конечно, парень неплохой, но мы лучше расскажем Томасу о «Загадке», чем снова свяжемся с тобой.

Ник решил сходить в столовую, чтобы ненадолго отвлечься от мыслей, и встретил там Луизу. Она сидела за столом с книгой и лениво нарезала апельсины. Ее длинные светлые волосы закрывали всю ее спину, и Ник поймал себя на мысли, что смотрит на них уже минуту.

— Чего здесь сидишь? — спросил он и опустился на соседний стал.

— Не хочу быть в комнате, — ответила Луиза, даже не взглянув на друга.

Ник знал, что с тех пор, как он начал гулять с Люси, Луиза старалась не пересекаться со своей соседкой. Он не понимал, в чем причина такого поведения, а спрашивать ему было неловко.

Луиза дорезала апельсины, сложила кусочки в глубокую тарелку и, прихватив книгу, поспешила удалиться.

Ник остался один.

Он достал из кармана телефон и набрал сообщение: «Приходи в восемь часов в столовую. Это важно». Перечитав короткий текст, он послал сообщение на пять номеров.

***

Алекс и Ева встретились, когда шли по коридору в столовую, хотя до восьми было ещё пять минут. Они оба всегда отличались крайней пунктуальностью.

— Алекс, мне кажется, нам надо поговорить, — набралась смелости Ева и отвела друга в сторону.

— Разве?

— Ты так не считаешь?

— Не знаю, о чем нам говорить. Ты вечерами пропадаешь с Томасом в парке, наверно, с ним тебе есть о чем разговаривать, но точно не со мной.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Ева.

— Кто-то не умеет хранить секреты, — усмехнулся Алекс.

Роза, подумала Ева. Только она знала, куда Ева бегает каждый вечер вместо того, чтобы ходить в лабораторию.

— Это не секрет.

— Правда? Почему бы тебе тогда не рассказать нам о своем парне? — Алекс презирал самого себя, но не мог остановиться.

— Потому что у меня нет парня, — отрезала Ева и отошла. Больше ей не хотелось стоять рядом с тем, кто так и не смог набраться смелости, чтобы доказать, что Еве не нужен никакой Томас.

***

В пять минут девятого в столовой собрались все шестеро. Вся «Загадка». Прямо как в старые добрые времена.

— Я хотел извиниться перед вами, — начал Ник, когда друзья в изумлени расселись за столом.

— Хотел, но больше не хочешь? — перебил его Роби и потянулся к вазочке с конфетами.

— Эй! — Ева строго посмотрела на Роби. Она радовалась, что Ник решил вернуться к ним, это означало, что они вновь станут сильной и непобедимой командой.

— Мне жаль, что я так повёл себя с вами. Надеюсь, вы меня простите.

— А Люси? — прищурилась Роза. — Как с ней быть?

— Она не помешает нашей дружбе, — заверил ее Ник.

Все хотели ему поверить, поэтому поверили. Друзья долго ждали, когда же мир среди них восстановится, и теперь они были на шаг ближе к гармонии.

— Я совсем выпал из расследования. Далеко вы продвинулись? — Ник тоже сел за стол. Он надеялся узнать много чего интересного об Эмме.

Но сначала он узнала о Томасе. До сих пор Ник не подозревал, кем является этот новенький, но теперь ему всё рассказали, и он был также удивлен, как и все остальные в день появления Томаса в школе.

— А в лабораторию мы больше не ходим, — негромко сказала Луиза и посмотрела на Еву. Та смутилась и отвела взгляд.

— Почему? Там же должно быть ещё столько всего неизведанного.

— У Евы теперь другие дела, — горько усмехнулся Алекс и вышел из-за стола. — У меня голова разболелась, я пойду в комнату, ладно?

И Алекс ушел под пристальный взгляд Евы.

— Ты разбиваешь ему сердце, — прошептала Роза подруге на ухо.

Но Ева ответила вслух:

— Он первый начал.

***

Когда Ева пошла с Томасом на прогулку, чувствовала она себя отвратительно из-за той злости, что росла внутри. Ева ненавидела Алекса, она не сомневалась в этом. Хотела, чтобы он страдал ещё больше, если ему привычнее прятаться в комнате, чем брать пример с Томаса и звать ее на свидания.

— Я видел тебя с ним сегодня в коридоре, — вдруг сказал Томас, когда они уже возвращались в дом.

— Ты о ком? — спросила Ева, хотя догадывалась, о ком идёт речь.

— Я не знал, что у вас что-то есть. Алекс ревнует?

— Он...

— Ева, если из-за меня у тебя портятся с кем-то отношения, то я готов на всё, чтобы это исправить, — Томас говорил на удивление тихо. Его шикарная улыбка давно исчезла. — И я пойму, если ты выберешь его.

— Эй, я никого не выбираю, зачем ты вообще всё это говоришь? Нам хорошо, и это главное. Слышишь? — Ева остановилась и развернула Томаса к себе. Он мягко на нее посмотрел своими темными глазами, и Ева увидела в них настоящие чувства.

Подул северный ветер и подхватил волосы Евы. Томас осторожно убрал их с ее лица и сделал маленький шаг вперёд. Ева не двигалась, но продолжала таинственно смотреть на Томаса.

Момент.

Она приподнялась на носочках и потянулась к манящим губам парня. Томас обнял её, и они поцеловались.

— Ты прекрасна, — прошептал Томас.

Ева поцеловала его снова.

Кажется, она всё-таки сделала выбор.