Эпизод первый: «Мечта Героя»

Туман казался морем. Бесконечным, непроглядным. И будто бы таким же живым. Незримыми для человека волнами дышал и двигался, изображая вычурные узоры, тут же вновь их размывая. Он был невесомым, пропуская сквозь себя любое движение без какого-либо сопротивления, но в то же время казался невыносимо тяжелым. Будто давил на плечи всякого путника, желая его сломить. Такова была природа и миссия любой стены — не пропускать сквозь себя живое, хранить от чужих глаз то, что лежит за ее пределами.

И пусть туман и не мог физически навредить любопытным самозванцам — он делал кое-что намного хуже. Заползал внутрь под кожу и под кости, пробираясь до самого мозга. Окутывал его своей пеленой, размывая рассудок и обрезая все ниточки, что служили мыслями. Туман не оставлял ничего, кроме пустоты и путнику оставалось лишь бездумно идти вперед. Иногда и на это собственной воли не хватало, что приводило к вечному забытью. Но Гидеон шел. Он был настроен выжить, и настроен решительно. Каждый шаг давался с трудом, руки едва были способны держать рюкзак. С огромными усилиями тот огибал невнятные силуэты, которые, должно быть, были лишь его галлюцинациями. В тумане ведь нет ничего кроме выжженной земли. И продолжал двигаться к своей цели — на свободу.

Сколько прошло времени? Минута, час, год? Может, вечность? Он не знал. Не мог знать. Однако он абсолютно точно понял, что путешествие подошло к концу, когда холод растаял в мягком солнечном свете, а темные пятна вокруг разъяснились. Гид широко раскрыл глаза и вскрикнул от резкой боли в груди, пусть этот звук и заглушил кляп. Хрипя, он начал оседать на землю, вскоре завалившись на бок. Легче не становилось, боль только сильнее расползалась, становясь адской. Ему казалось, что вместо кислорода в его легких теперь был огонь. Пот градом сыпался с лица, невозможно было дышать или даже сфокусировать свой взгляд хоть на чем-то. Глаза беспорядочно бегали туда-сюда. Мир то превращался в размытое пятно, то темнел или, наоборот, становился нестерпимо ярким.

Пальцы, выпустившие рюкзак, хватались за воздух в поисках опоры. Но ее не было, была лишь пустота. Бесконтрольно трясло и казалось, что некая невидимая сила просто хватала его за ноги и бросала в стены домов и об землю.

В какой-то момент боль дошла до своего предела и...ушла. Гидеону от такого резкого исчезновения стало еще хуже. Благо, через несколько мгновений стало легче. Дыхание понемногу стало ровным, руки перестали дрожать и он смог перейти в сидячее положение, а затем и медленно встать. Рюкзак нашелся совсем рядом. Присев, Гидеон принялся обшаривать его вслепую, пока не нащупал нож бабочку.

Стоило рукам освободиться, он тут же сорвал кляп и протяжно заорал от облегчения.

Но потом вспомнил о кое-чем важном и в панике бросился к рюкзаку. Он стал обшаривать каждый отдел, лихорадочно пытаясь нащупать то, что искал. Свое сокровище — единственное, что он по-настоящему ценил и берег. Не оставалось больше ничего и никого, что можно было бы ценить. Кроме этого. Гидеон уже начал впадать в отчаяние, он никак не мог его найти, пока наконец не ощутил под пальцами грубую ткань на дне главного отдела. Он вытащил предмет дрожащими руками. Сверток был небольшим, из простой серой ткани. Содержимое оказалось не слишком тяжелым. Аккуратно ощупав, Гид вложил его обратно.

Только теперь он позволил себе выдохнуть с облегчением. Потирая побагровевшие запястья, Гидеон расселся на земле. С каким-то туповатым взглядом начал опять перерывать рюкзак, что бы обнаружить пострадавшие от пули предметы. Вещей испортилась тьма. Какие-то сменные вещи, скрученная палатка, тетрадь, фляга и мобильник. Последние две вещи он просто выбросил, а остальное решил оставить. Авось пригодиться еще.

Прижав пальцы к переносице, Гидеон медленно встал на ровные ноги и, взяв рюкзак в одну руку, отошел от стены тумана на несколько шагов. После чего стал воровато осматриваться.

Маленькие дома, сломанные заборы... Это все тот же частный сектор. Уровень разрухи тоже был приблизительно таким же. Местами здания выглядели еще вполне сносно, а местами одна только стена и осталась. Большая часть дворов превратились в миниатюрные джунгли, а порой и на дороге такие кустарники росли, что ступить негде. Подойдя к одному из них, Гидеон увидел, что это был куст ежевики.

— Странный ты какой-то. Сезон прошел-то уже, — сказал он сам себе хриплым голосом, но не слишком придал этому значения.

Интересовало его сейчас другое. Отсутствие изменений. Всякая зона отличалась от внешнего мира. Порой так, что дух захватывало. Порой не слишком, но эта была полностью идентична той картине, что можно наблюдать снаружи. Гидеон еще где-то с пол часа побродил вокруг, чтобы окончательно в этом убедиться. Вышел на главную трассу, позаглядывал во дворы и даже в парочку покинутых домов, но так ничего странного и не обнаружил. Думал было порадоваться за самого себя, ведь такая ситуация означала, что он вполне в безопасности в силу низкого уровня зоны. А по классу тут и думать не нужно было. Сон, конечно же. Кошмары такими простенькими не бывали.

Однако была другая проблема. Выходя на главную трассу, Гидеону на глаза бросился уцелевший рекламный щит. Он уже много лет как выцвел, местами в нем зияли дыры, но текст все еще можно было разобрать. Только не понимал тот ни слова. Написано не латиницей. А кроме английского Гид других языков не знал и потому оставалось лишь чесать репу. Далеко его забросило, похоже.

Так ни к какому выводу и не придя, он решил, что придумает как добираться обратно до Арка потом.

К этому моменту солнце уже висело прямо над головой. Оно неприятно жарило, пришлось снять свитер и закинуть его в рюкзак. Покрутившись пару раз на месте, Гидеон медленно забрел вдоль тумана, держа дистанцию в метров десять Не хотелось слишком приближаться, но и отходить — тоже. Дабы ненароком не потеряться.

Он шел в тишине и город сопровождал его молча. Наблюдал, изредка испуская тихие выдохи. Порой в небе мелькали птицы, в кустах и меж деревьев шуршало что-то маленькое, всякий раз в панике убегая. Прочь, подальше от незваного гостя.

Гидеон чувствовал себя напряженно. Но все же не так, как раньше. Мысли вполне устаканились и в сознание начали пробираться вопросы. Почему его сюда везли? Зачем? И были ли эти солдаты арковскими вообще? А тогда чьими? Нигде кроме Арка армии не было, но из этого вытекало еще больше вопросов. Зачем Арку нужен он — Гидеон? Абсолютно неумелый, без каких либо особых талантов. Он только воровать и умел да лапшу на уши вешать. Как он ни подходил к вопросу — какого-то хоть немного логического ответа найти не мог. Происходящее казалось неправильным. До ужаса неправильным. И все было куда серьезнее, чем тот мог предположить, в этом не было никаких сомнений. Потеря памяти, таинственный артефакт, зона... Гидеон не мог связать это все между собой, как и не мог даже приблизительно понять кто за этим стоит. Кто-то определенно точно с большими полномочиями и, вероятно, непосредственно из управления «Феникса». Но он не слишком сильно знал высокопоставленных лиц в «Фениксе». Не было у него ранее никакого интереса разбираться в вопросах того, кто в Арке самый главный. От политических тем кипела голова. Да и самого главного, к тому же, вроде бы и не было. Совет Директоров был, они все и решали. Пусть и, наверное, Глава Совета вполне походил на президента какой-нибудь страны старого мира.

Пиная камешки, Гидеон опасливо глядел по сторонам в ожидании какой-нибудь подставы. Было недоброе предчувствие, он отчетливо чувствовал Зло. Совсем рядом с собой. Может, это были чьи-то глаза, что так пристально впивались в его плоть. А может что-то неживое. Некая опасность, что приближалась и была готова уничтожить любого, кто попадется на пути. Порой над головой летали птицы. Всякий раз, как они громко каркали или издавали прочие "птичьи" звуки, Гид не на шутку пугался, с каждым следующим таким разом становясь все более шуганным.

Безнадежно он пытался себя утешить. Но ни старые анекдоты, что он прокручивал в сознании, ни нож в руке не добавляли ему спокойствия или уверенности. Хотелось поскорее убраться отсюда. И домой... как-нибудь дойдет. Вряд ли он прям в розыске, да и вряд ли на первом же повороте повяжут. А если и в розыске — что ему с того? Хоть и в тюрьму, лишь бы не в зону.

Вскоре частный сектор сменился лесом, что удивительно быстро сгущался. Длинные скрученные ветви тянулись к нему своими пальцами. Листва, словно живая, медленно дышала. Вверх-вниз колыхаясь на ветру, создавая иллюзию осознанных движений. В какой-то момент стволы стали подступать так близко, что он с трудом пробирался через заросли, переступая колючие кустарники и проползая под низко нависшими ветками. Иногда где-то в зеленом мраке шуршало что-то маленькое, в панике убегая от нарушителя местной идиллии. По камням ползали муравьи, таская в своих маленьких лапках поразительно больших букашек. На дубе одиноко сидел жук-олень, как-то неуверенно глядя вниз, на землю, где по запчастям лежали тела его поверженных собратьев. Он будто бы одновременно и торжествовал свою победу и чувствовал некую вину. Впрочем, вскоре он пополз дальше вверх, забыв о содеянном. Бессердечно притворившись, что этого никогда не было. 

Гидеон здесь чувствовал себя чужим.

Лес закончился скоро, опять перейдя в унылый частный сектор. Здесь не было толком где глазу зацепиться — все выглядело одинаковым. Серым, разрушенным. Некогда цветные вывески потеряли свой цвет, став одного цвета с асфальтом, краска на заборах и стенах низких домов давно облезла. Чувствуя, как волнение вновь нарастает, Гидеон начал напевать под нос какую-то песенку, услышанную по радио. Он толком не помнил слов и потому порой лишь невнятно ее насвистывал. 

Дело, похоже, близилось к вечеру, когда он вышел на заросшее бурьяном поле. В неуверенности Гидеон повернулся к стене. Маловероятно, что его на каждом углу караулят... А ведь он отошел уже достаточно далеко. Присев, он пошарил в рюкзаке, выудив оттуда уже полупустую бутылку воды. Пусть в памяти и отсутствовал кусок о том, как эта вода в рюкзаке оказалась, но он был более, чем рад, что когда-то там решил ее набрать. Сделав пару глотков, Гид медленными шагами стал приближаться к туману. Вытянул вперед руку, коснувшись холодного марева. Ему не хотелось опять идти через него, пусть второй переход и не должен оказаться таким же болезненным как первый. Все равно было неприятного.

Но кроме этого его мучил еще некий другой страх. Все то же дурное предчувствие. Может, не стоит выходить? Гидеон помотал головой. Нет, оставаться тут — явно худшая из всех идей. Кто знает какая дрянь тут может водиться. Низкий уровень зоны — не повод чувствовать себя в безопасности. Сделав глубокий вдох и затянув ремни рюкзака покрепче, Гид медленно двинулся в туман. Однако не успел сделать и двух шагов, как столкнулся лбом с чем-то твердым и холодным. Шагнув назад и болезненно потерев лоб, он с подозрением смотрел на стену. Ни черта не видно...Наверное, какое-нибудь дерево, просто снаружи силуэт не разглядеть.

Гидеон прошел пару метров и повторил попытку, в этот раз выставив вперед руку. Так, на всякий случай. Но и в этот раз что-то холодное не дало пройти. В панике он принялся тыкаться сквозь стену в разных местах, отойдя уже на добрую сотню метров, но так ничего и не поменялось. Невидимый гладкий барьер не пропускал его, как бы и где бы он не пытался протиснуться. Тем не менее всякие палки и камни проходили насквозь, не встречая какого-либо сопротивления.

Гид пытался уже и с разгону, и в прыжке, и кувырком. В итоге лишь отбив себе напрочь все, что физически можно отбить. Шея ныла, пальцы жгло от холода, а он все не оставлял своих попыток. Прошел, наверное, час, к моменту как Гидеон окончательно выдохся. Бросив рюкзак на землю и усевшись под стеной, он поджал под себя колени и спрятал лицо в локтях, тихо разрыдавшись. Туман резал своим холодом не раз ушибленную спину, напоминая о своей власти над жалкой человеческой жизнью. Будто бы насмехаясь.

Выхода не было. Никакой это был не сон. Это был кошмар. От отчаяния хотелось рвать волосы на голове и выдавить глаза, лишь бы этого ужаса не видеть. Все безнадежно, все пропало. Легче было просто убить себя.

И все же, жить хотелось. Шмыгая носом, Гидеон безрезультатно пытался успокоиться и собраться. Горячие слезы продолжали катиться по охладевшим щекам и жгли покусанные губы. Он чувствовал себя потерянным и бесполезным. Не было никого, кто мог бы его выручить или хотя бы просто побыть рядом. Одиночество стало абсолютным, бесконечным. И он дрейфовал в этой безграничной пустоте. Сам на сам с теми ужасами, что скрывались во мраке.

Наконец-то взял себя в руки Гидеон только где-то через час. Солнце уже постепенно начинало садиться.

«Слезами делу не поможешь.» Потому нужно было встать и что-то делать. Спина онемела от холода, он с трудом смог подняться на ноги, а потом закинуть рюкзак. Лицо казалось каким-то то ли резиновым, то ли засохшим...Неприятное чувство. Сделав глубокий вдох и в последний раз взглянув на стену тумана, Гид уныло поплелся обратно к трассе.В памяти всплывали абзацы из книг, учебных материалов и всякие обрывки предложений из базы данных. Едва ли в хоть одном официальном материале встречалось упоминание зоны без выхода... Встречалось только один раз. 

В «классификации зон Марка» — общепринятом способе классификации зон. Кошмар уровня «А» был характерен тем, что из него нельзя выйти до его разрушения или тем, что поток времени внутри зоны искажался.

Однако Гидеон не припоминал, что бы хоть где-то подобные зоны упоминались. Пару раз, может... С искажением потока времени на пару процентов. В остальном легенды всякие были, рассказы сталкеров. А вот официально задокументированных зон без выхода — нет. Многие верили, что они и вправду существовали и просто утверждали, что правительство по какой-то причине это скрывает. Может, потому что артефакты, найденные там, были слишком ценными и могущественными. Гид ранее никогда этих теорий не поддерживал. Слишком лень забивать себе голову чепухой разной. Что важные дяди в пиджаках сказали — то и правда. Теперь корил себя за это. Хотя что бы ему это дало, будь оно иначе? Да ничего. Теперь-то уже нужно как-то отсюда выбираться.

«Зона уровня «А» могла быть только Кошмаром» — тогда его осенило. Паскудное настроение наконец-то стало хоть немного лучше.Кошмары были редкими зонами, очень. И отличались от снов тем, что их можно было разрушить. Изъяв некий Источник... Откуда-то там. Больше ничего он не знал. Но даже этот слабенький лучик надежды сумел его приободрить и дать сил идти дальше. Бороться за свою жизнь, за свое право на существование. Осталось всего лишь разобраться кто такие эти ваши Источники! Делов-то! Подумав о том, что и вправду ничего об этом не знает, Гидеон вновь слегка приуныл, но надежды окончательно не потерял. Выход был, больше ничего другого не имело значения.

Вдохнув на полные груди, Гид затопал чуть быстрее, но с большей опаской. Теперь все вокруг представлялось ему смертельно опасным. Откуда угодно могло вылезти какое-нибудь чудище... Зона же все-таки... Любого куста стоит опасаться да любого писка. Его теперь удивляло то, что он до сих пор не был съеден. Ну, не съели и спасибо. Главное, что бы так оно и оставалось. Он все равно невкусный...наверное.

Путь обратно до трассы пусть и не занял слишком много времени, но солнце уже ползло за горизонт, заливая мертвые пейзажи кровавым светом. Небо, казалось, горело его огнем, как и земля, как и трава. Было в этом что-то прекрасное, чарующее. Гидеон медленно двинулся вперед по трассе. Он не знал куда идет и что ищет, но очень надеялся, что сможет это найти. Иначе зачем ему быть?

Темнело. Неумолимо быстро свет исчезал, закрадывался холод. Становилось тревожно, хотелось где-то спрятаться. Заприметив полуразрушенную заправку, Гид неуверенно в нее зашел осмотревшись. Стены одной не было, потолка частично тоже. Все было разрушено и разграблено. Но за неимением укрытия получше было принято решение тут ночь и пересидеть. Следующий час он таскал внутрь ветки, бревна и бумагу. К моменту, как совсем стемнело, Гидеон сидел у костра на простреленной палатке и со свитером на плечах. Порывшись в рюкзаке, тот вытащил из него полупустую пачку сигарет. Все равно чем заняться не было. Зажег сигарету картонкой, лежащей рядом с костром.

Ядовитый дым, циркулирующий по легким, приводил нервы и мысли в спокойствие. В какой-то момент Гид почувствовал себя монахом из давно утерянного старого мира. Который был прекрасным, едва ли не райским. Но глупость сгубила человека вместе с его величием. Хотя в какой-то степени ему это даже пошло на пользу. Ибо, возможно, однажды на руинах восстанет что-то прекрасное Уже начинало восставать. Арк стал тому примером. Он был намного лучше любой страны и любого города, что существовали раньше. Намного более развитый, мирный и комфортный. Но был такой один. Реинкарнация всей планеты займет очень много времени, слишком. Едва ли ему удастся это узреть на своем веку... Ну и пусть.

Докурив, он выкинул окурок в костер. Танцующие языки пламени с удовольствием приняли подачку, сожрав ее за считанные мгновения.

В какой-то момент, кроме треска костра и свиста ветра Гидеон начал различать еще какой-то звук. Шаги. Они были очень тихими, почти что неуловимыми и сопровождались тихими шорохами. Те почему-то лишь придавали звукам еще большей естественности.Радость вспыхнула в груди. Неужели здесь есть еще живые? И, прежде чем ее успел заглушить страх или здравый смысл, Гидеон вскочил с места.

— Ау-у? Есть кто?! — В тишине голос его казался пронзительно-громким.

Шаги затихли.

В неуверенности Гид бросил нож в карман, но решил не оставлять попыток докричаться до незнакомца. Раз уж дело начал — доводи до конца.

— Отзовитесь! Пожалуйста? Я не опасен! Почти безоружен! Вот, руки вверх! — Он поднял руки в надежде, что это как-то поможет убедить невесть-кого в собственной невинности.

Но когда незнакомец так и не отозвался, Гидеон в ужасе выбежал из заправки, начав горланить во всю глотку.

— Не уходите! Пожалуйста, умоляю! — Гид закашлялся.Ответом ему послужила мертвая тишина. Кто бы к нему не являлся, теперь его тут не было. Он ушел. Испугался?

Было тяжело дышать. Чувство одиночества возобновилось с новой силой.

И когда Гидеон уже окончательно потерял надежду и собрался вернуться к костру, вновь послышались шаги.

— О...хвала Небесам! Я уже...хе-хе...

Выдавив из себя нервный смешок он принялся крутиться на месте в поисках незнакомца.

Однако тут же застыл, когда из тени выплыло нечто.

Высокое существо сперва показалось ему человеком. Облаченное в золотую броню и черные как сама ночь одежды, оно бесшумно ступало по асфальту, держа в руке клинок. Сквозь узкие щели в шлеме существо смотрело на него. Алый плюмаж медленно колыхался, плыл, словно живой. Он будто бы отображал дыхание существа. Золото слабо мерцало в свете костра, открывая глазу сложные узоры, в основном изображающие цветы. Оно остановилось где-то в пяти метрах от Гидеона. Медленно вытянув вперед свободную руку, рыцарь указал на него пальцем. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев.

А потом оно заговорило. Пугающим, загробным голосом, что словно был смесью сотен и тысяч голосов усопших душ. Он искажал саму реальность, бил по ушам и разрезал воздух.

— Беги-и-и...

Слова прозвучали тихо, но эхо от них еще долго звучало над пустой трассой. Пока оно не стихло, рыцарь поднял над головой меч, взмахнув им. Лезвие не издало ни звуку. Тогда он плавным, но быстрым шагом двинулся в сторону Гидеона, держа оружие наготове.

Второй раз повторять Гидеону было не нужно. Сломя голову он бросился бежать, не разбирая дороги. Существо за его спиной двигалось с не меньшей скоростью, явно намереваясь догнать свою жертву.

Едва не спотыкаясь, Гид на мгновение обернулся. Дистанция между ними неумолимо сокращалась, а сил становилось все меньше. Впереди уже замаячила стена тумана. Лихорадочно он пытался придумать что делать. Вступать в бой с тварью — явно худшая из доступных ему возможностей. Но и бежать слишком долго тоже не вариант. Оставалось только спрятаться.

Свернув с трассы, Гидеон кинулся к частному сектору. Перепрыгивая через здоровые кусты он стал петлять меж дворов, но судя по ударам об дерево и шагам, оно все никак не отставало.

Таки споткнулся и кубарем покатился по земле. Перед глазами картинка поплыла, нож вылетел из кармана. Хрипя, он кое-как нащупал оружие в траве и попытался встать, но его преследователь уже возвышался над ним угрожающей тенью. Клинок блеснул в ночном небе.

В последнее мгновение Гидеон перевернулся и ушел от смертоносного удара. Страх и адреналин подталкивали к действиям и, несмотря на боль, он вскочил и побежал дальше. Как раз вовремя, ибо меч едва не снес ему голову, неприятно чиркнув по спину. Горячая кровь хлынула из тонкого разреза, пропитывая водолазку.

Бегая туда-сюда еще минут пять, Гид окончательно начал выбиваться из сил. Не зная куда податься, он прыгнул в выбитое окно ближайшего дома. В пару рывков пробежал через него и закатился под кровать. Сердце бешено колотилось в груди, что, казалось, было готово выпрыгнуть из груди. Спина горела, а костяшки пальцев побелели от того, как сильно он сжимал нож.

В коридоре раздались шорохи, стуки. Оно приближалось.

Он зажал рот рукой и вжался в пол еще сильнее. Медленными шагами существо забрело в комнату. Поножи и лезвие клинка зловеще блестели в бледном свете Луны. Неторопливо оно стало приближаться к кровати, застыв прямо перед ней. Гид уже приготовился к тому, что сейчас оно наклониться и будет смотреть своим мертвым взглядом сквозь прорези в шлеме.

Но вместо этого меч прошил кровать насквозь, словно бумагу, воткнувшись в деревянный пол в сантиметре от его лица.

Гидеон вскрикнул от страха и стал отползать. Оно схватило кровать за край, одной рукой отбросив в сторону.

Вжавшись в стену, он выставил перед собой дрожащую руку с ножом. В голове было пусто, остался лишь безграничный ужас, пожирающий само сознание и душу. От страха видение его мутнело, становилось невнятным. Лишь рыцарь перед глазами все также был четким. Силуэт его навис над ним черным пятном, а плюмаж казался кровавым облаком, охватывающим плечи существа.

Закрыв глаза и стиснув зубы, Гидеон мысленно взмолился к высшим силам. Даже если их и не было, даже если он в них не верил. Как никогда сильно ему захотелось, чтобы они спасли его. Даже жизнь перед глазами не пролетала. Совсем ничего, только это безграничное желание на пару со страхом.

С трудом разжав веки, Гидеон взглянул в глаза смерти. Оно занесло оружие для удара. Должно быть, собиралось отсечь ему голову. Что же, хотя бы это будет быстро...

В момент, когда он уже должен был покинуть этот мир, существо замерло. Оно пошатнулось, убрало клинок за спину и обернулось. В дверном проеме виднелась чья-то фигура. И только теперь Гид заметил стрелу, торчащую откуда-то из спины рыцаря. Свист, тихий стук, еще одна стрела прилетела по нагруднику. Существо что-то злобно прорычало и бросилось к фигуре, которая тут же стала исчезать во тьме дома.

Дрожа, Гидеон в ужасе пару мгновений прислушивался к происходящему. Шаги, удары... Но, увидев возможность, отворил уцелевшее окно комнаты и выпрыгнул через него во двор.

Выйдя на дорогу, он долго бежал по прямой, после чего забежал в какой-то гараж, спрятавшись там за грудой ржавого мусора. Может, раньше она была машиной.

Его всего трясло, пот градом сыпался с лица. Было тяжело дышать. Он так и сидел несколько часов, не в силах пошевелиться, пока в какой-то момент просто не вырубился. То ли от усталости, то ли от нервов... Так или иначе, Гид провалился в тяжелый и липкий сон.

***

Утро встретило его еще более отвратно, чем ночь. Снилось что-то дрянное, но что именно — из памяти совсем выпало. Зато реальность никуда выпадать не собиралась. Все конечности затекли и адски ныли. Шея болела так сильно, что не выходило даже головой крутить. Тошнило, ужасно хотелось пить, а еще лучше исчезнуть. Усталость никуда не делась, а наоборот усилилась.

Чувствуя себя мертвецом, только вылезшим из своей могилы, Гидеон нащупал нож, лежащий рядом на пыльном полу, и стал медленно подниматься. Водолазка на спине неприятно хрустела от засохшей крови. Медленно он выбрел из гаража, зажмурившись от режущего света при том, что солнце было затянуто облаками.

Он облокотился о стену гаража и скрутился в позу креветки, прижимая обе руки к животу. Его бы вырвало, но не оказалось чем, так что тот лишь пару раз болезненно кашлянул. 

Не до конца сознавая, что делает, Гид шатким шагом двинул в неопределенном направлении. Увидев впереди знакомый лес, он пошел к нему. Спустя не слишком долгие поиски ему удалось найти небольшое озерцо, что он видел тут ранее. Ни на секунду не задумавшись, он опустился перед водой на колени и сделал пару глотков из рук, после чего окунулся в нее лицом. Сидел так минут пятнадцать, порой окунаясь головой в прохладную воду, пока ему наконец не стало легче.

Теперь с прояснившимися мыслями можно было решить что делать дальше. Слегка пораскинув мозгами, Гидеон подумал о том, что следовало бы избавиться от крови. Стянув с себя водолазку, он кое-как прополоскал ее в озере и ею же протер кровавую спину. По-хорошему рану нужно обработать, но спирта или чего подобного у него не оказалось. Оставалось просто надеяться, что никакую заразу себе не занес.

Оставшись в одной майке, Гид взял намокшую одежду в одну руку, в другую нож и двинулся обратно к частному сектору. Ему хотелось проверить тот дом, где существо его едва не убило. Все еще было страшно, но почему-то желание посмотреть что же там сейчас было сильнее. И потом, хотелось узнать что случилось с тем незнакомцем. Выжил ли или умер, защищая его? От этой мысли становилось дурно. Гидеон чувствовал себя трусом и слабаком. Хотя что его от этого отличало? Да ничего и не отличало...

Найти нужный дом оказалось куда сложнее, чем он думал. Пришлось полазить по разным дворам, в окна посмотреть... Уже и солнце из-за облаков вышло когда он наконец наткнулся на окно, через которое выпрыгивал. В комнате царил адский беспорядок: вещи разбросаны, кровать откинута к стене, на стенах и полу то тут, то там виднелись глубокие порезы.

Максимально тихо и осторожно Гидеон забрался внутрь. 

На цыпочках он пробрался к коридору, застав весьма необычную картину. Пол тут почернел. Не как от огня, а именно утратил все цвета, стал таким черным, что, казалось, поглощал сам свет. Стены и потолок тоже. Почернение выглядело странным, внеземным и на ощупь являлось идеально гладким и холодным. Через страх он пошел дальше в зале найдя то, что искал.

Тело существа ничком лежало около разбитого вдребезги дивана, тоже почерневшего. Его кожа была такого же черного цвета с какими-то белыми прожилками, напоминающими человеческие вены. Из брони остался только нагрудник, брошенный в двух метрах от тела. Меч забрали, одежды почти все тоже. Один только маленький клочок остался, накрывал труп. Кроваво-красные волосы, которые Гид ранее счел за плюмаж, рассыпались по полу и выглядели как лужа крови. Творение зоны, живой артефакт... Сущность, как называли их «по-научному». Вживую таких существ он еще не видел и первая же встреча ему не понравилась.

Кровь существа запятнала в основном нагрудник. В спине зияла дыра и местами на золоте виднелись красные капли. Должно быть, человеческие.

Слегка побродив по дому, Гидеон обнаружил, что кухню чернота не затронула. Там все было перерыто, вокруг валялись клочья ткани, окрашенные в алый. На столешнице виднелась небольшая кровавая лужа. Под столом лежала опустошенная бутылочка спирта. Все это указывало на то, что тот незнакомец не умер. По крайней мере, в этом доме, хоть и оказался ранен. Гид выдохнул с облегчением. Все-таки ему не хотелось, что бы другие гибли за его задницу.

Кроме этого больше ничего любопытного им обнаружено не было и он стал покидать лабиринт низких домов и дворов, дабы вернуться к заправке.

Идя вновь через лес, по дороге Гид немного пожевал всяких ягод хоть сколько-то утолив голод. На потенциальную их ядовитость ему уже было абсолютно плевать. Хотелось бы нормальной еды, но тут едва ли что-то выйдет найти. Все уже сгнило двадцать раз. Ибо слишком давно мир покрыли эти проклятые зоны и слишком дано вместе с ними пришла война. Бессмысленная и глупая.

Подумалось ему, что можно было бы соорудить какую-нибудь ловушку да перепелку или зайца в нее поймать. Ну или нашарить где-то в доме сетку и рыбу выловить. Но сначала нужно забрать рюкзак, все остальное вторично.

До трассы тот добрался несколько позже, чем хотел, потому как слегка заблудился, и в целом шел медленно. В итоге вместо того, чтобы выйти на нее далеко от стены, оказался к ней почти вплотную. К этой дряни и на километр подходить желания не возникало. По спине пробежал холодок.

Хотел уже Гид развернуться и сбежать побыстрее, но что-то любопытное привлекло его внимание. Какая-то белизна подле тумана. Слишком...белая? Чистая для этого места? Прошлый опыт встречи с сущностью показал, что непонятных вещей стоит избегать, но уже шестое чувство подсказало, что именно это следует проверить. Аккуратным шагом он стал приближаться и когда до цели осталось метров пять, Гидеон разобрал, что этим неясным объектом оказался человек. Девушка.

В пару широких шагов он приблизился к ней и опустился на колени, заглянув в лицо. Собирался начать ее тормошить, но та дышала и выглядела целой и здоровой.

Тогда он встал и отошел на пару метров, пристально на нее глядя с более безопасного расстояния. Кожа светлая, идеально чистая, одежда как с иголочки. Белый пиджак, блузка и черные а-ля деловые штаны. Вместо нормальной обуви на ней красовались дорогие туфли. Роскошные черные волосы незнакомки неуклюже рассыпались по асфальту, частично закрывая ее лицо, а к груди она прижимала сумочку. В общем, выглядела как типичная жительница Арка.

Гидеон стоял в абсолютном замешательстве. Ну вот...нормальные же люди в зону в таком виде...ну не ходят...и не спят под туманом, в конце-то концов. А вдруг ловушка какая? Одна из хитростей этого места, а? Ему хотелось убежать для своей же безопасности, однако жалко ее тут бросать, в случае, если это не ловушка.

Вновь Гид аккуратно к ней приблизился и неуверенно коснулся лица тыльной стороной ладони. Холодное. Только прошла сквозь туман, наверное... Тогда почему от боли не корчиться? А может она уже успела и вырубилась? Вполне возможно. Хотя как-то больно аккуратно лежит для такого. Но другого объяснения у него не было, потому и так пойдет.

Не зная что делать, он просто начал тормошить ее за плечо.

— Ну-ка, ну-ка, просыпайтесь! Полдень уже! Или нет?.. Ладно, уже все равно поздно, вставайте!

Никакой реакции.

Почесав затылок, Гидеон решил, что приложить ей ко лбу его мокрую водолазку поможет делу. Не помогло. Тогда он стал трясти ее еще сильнее. Когда так и не добился хоть какого-то результата — начал щипать и тягать за щеки.

Минут где-то пять спустя наконец-то что-то произошло. Незнакомка неожиданно широко раскрыла глаза и рот. Будто бы пыталась кричать, но не могла. С губ ее сорвался только какой-то невнятный звук похожий то ли на хрип, то ли на стон. Гидеон от удивления отскочил. Она скрутилась в клубок, хватаясь руками за плечи и, стиснув зубы, начала сдавленно мычать от боли. Тело ее билось в конвульсиях, а глаза метались из стороны в сторону, не концентрируясь ни на чем.

Растерявшись, Гид просто тихонько сидел, перепугано наблюдая за происходящим. Была лишь надежда, что она не умирает и что скоро ей станет легче.

Закончилось все также быстро, как и началось. Девушка перестала трястись и теперь просто лежала на асфальте, тяжело дыша. С закрытыми глазами, совсем не двигаясь. Гидеон зачем-то поднял руку и вкрадчиво заговорил.

— Ам...мисс? Вы в порядке?

Она не отреагировала. Может, не услышала из-за звона в ушах или еще чего. Тогда он через время повторил вопрос.

В этот раз девушка услышала. Медленно она повернула к нему голову, взглянув помутневшим от боли взглядом зеленых глаз.

— Нет.

Голос ее на удивление оставался стойким. Гидеон от него даже как-то сник.

Через пару мгновений она приподнялась на локтях, а потом перешла в сидячее положение. Прижимая руку к виску, девушка неуверенно посмотрела по сторонам, а потом опять на Гида.

— Вы...Вы кто?

— Я? Гидеон...Ну, человек... Что еще добавить? Никто?

Она не ответила. Постепенно взгляд ее становился яснее, в нем теперь виднелся явный вопрос: «какого черта происходит и где я вообще?». Еще в нем начало появляться недоверие, нарастающее чувство опасности. Пытаясь чем-то заполнить тишину, Гид вновь заговорил.

— Вы, ну...не знаю что тут делаете, может, Вы проясните, но мы сейчас в зоне, вот. — Он указал пальцем в сторону стены.

Девушка взглянула в указанную сторону, явно ужаснувшись увиденной картиной.

— Это?..

— Стена. Граница, барьер, грань, переход, разлом, разрыв... Короче, да, оно самое.

Мгновение, она молчала, после чего с необыкновенной прытью вскочила на ровные ноги, прижав к себе сумку.

— Что я здесь делаю?! Это ты меня сюда затащил?!

Гидеон примирительно поднял руки, не вставая с корточек.

— Меня и самого сюда затащили, я не при делах...

— Кто сюда затащил?! Я полицию вызову!

Он махнул рукой.  — Давай, у меня-то мобила сломалась.

Девушка отошла от него еще на несколько шагов, вытащила из сумочки телефон и принялась куда-то звонить. По гудкам Гид понял, что связи нет никакой. Как и ожидалось. Потом она куда-то что-то печатала, но тоже, видимо, никакого результата.

Теперь ее вид стал приобретать не возмущенное выражение, а напуганное. Она крутилась на месте, вглядывалась в туман, вглядывалась в Гидеона... Потом подошла к стене и попыталась потрогать. Пройти у нее не вышло. Он разочарованно вздохнул. Девушка еще секунду помолчала. Взгляд у нее на удивление оставался относительно спокойным. Вспомнив свою первую реакцию на отсутствие выхода, Гид устыдился самого себя, но постарался сохранить невозмутимый вид.

Наконец девушка вновь обратилась к нему.

— Где это?.. — Возмущения в голосе уже не осталось.

— В зоне где-то. В какой части мира — и сам ума не приложу. Далеко от Арка где-то, я тут на вывесках ни слова не понял...

Она еще немного помолчала, видимо, о чем-то думая.

— Последнее, что я помню, — это как дома ложилась спать. Почему я теперь здесь?.. — Речь была тихой, скорее всего даже не обращенной к Гидеону.

— Я тоже. А потом... А потом оказался тут... Вчера было дело, да. — Он решил, что лучше будет пока не рассказывать всех деталей того, как сюда попал. Чтобы недоверия к нему не возникло.

— Как отсюда выйти?

Гид пожал плечами.

— Да никак, стена не пропускает.

В ответ на эти его слова в глазах ее показалось отчаяние. Девушка начала беспокойно ходить туда-сюда, что-то бормотать, Гидеон решил ей не мешать и дать время все обдумать. Сам пока мысленно радовался, что не один тут живой и есть еще хоть кто-то. Теперь ему стало не так страшно. Было ли это эгоистично? Да, вполне. Но не он же ее сюда затащил, так что не он и виноват. Хотя, конечно, жаль незнакомку.

По прохождению нескольких минут выражение у нее играло на лице такое себе. Казалось, она находилась на грани истерики. Пытаясь как-то разрядить обстановку, Гид подал голос.

— Ну, вообще! — он вскинул руку вверх, указательным пальцем ткнув в небо. — Есть у меня одна идея, как отсюда вылезти!

— Как?!

— В общем, ты ж не в «Фениксе» работала?

— Нет.

— Вот, значит, о таких делах, может, и не знаешь. В общем, мы в кошмаре. А, значит, есть и выход. Знаешь как Кошмары разрушаются? Источник забирают и готово. В центре по идее должен быть где-то...

— Так почему ты все еще тут если это так просто?

— Да не просто это все. Флогду знаешь? Деда того, раньше в Совете Директоров был. Он еще в странствия вот удариться решил на старости лет. Интервью с ним видела? Какой ад в Кошмаре Флогды происходил? Нет?! Эх, арковские, что с вас взять...

— Сам же из Арка, — с обидой ответила она.

— Да какое из Арка. Жил там последние три года да и только. А двадцатку выживал за сотню-другую километров от него. Там тоже пекло не хуже, чем в зоне...Ладно, что это все я да я? Зовут как хоть?

Девушка секунду колебалась.

— Ева.

— А я Гидеон, приятно познакомиться. — Он улыбнулся во всю ширь, поднялся и протянул вперед руку для пожатия.

Ева неуверенно приблизилась и пожала руку в ответ. Кожа ее казалась гладкой и нежной, в сравнении с которой рука Гидеона на ощупь была как наждачная бумага. 

— Погрызть есть чего?

— Что?

— Ну, еда. Я со...даже не знаю уже когда. Ну, вчера весь день точно не ел, сегодня тоже.

— Нет.

Гидеон вздохнул.

— Ладно, что-нибудь найдем.

— Нам нужно к центру, — отрезала Ева.

— Это еще чего?

— Чтобы выйти. Я не собираюсь сидеть тут, — она нахмурила аккуратные брови.

Он опять тяжело вздохнул.

— Ладно, идем. Мне все равно туда надо, по трассе.

С этими словами Гид двинулся в сторону заправки, стараясь идти не слишком быстро, что бы его вынужденная спутница не отставала. Она же шла удивительно быстро, учитывая то, что была в каблуках. Он подумал о том, что ей не помешало бы найти новую обувь, но в этом районе она вряд ли найдется. Тут с начала войны никто явно не жил, все давно моль съела.

— Насколько тут опасно? В кошмарах в целом?

— Зависит. — Гидеон пожал плечами. — Ну, достаточно. Тут такие твари водятся...Лучше не шуметь.

— Твари?

— Ну, эти...сущности... Я ночью на такую наткнулся, едва выжил. Орал больно много, так что ты уж постарайся не орать.

Гид обернулся через плечо. Взгляд у Евы теперь был перепуганный, потому он продолжил.

 — От нее в принципе удрать можно, так что не волнуйся! Но лучше все-таки не шуми.

Остальную часть пути они проделали в тишине. На заправке Гидеон остановился, попросив Еву подождать. Сам торопливо вошел внутрь. Рюкзак и свитер валялись там же, где и вчера ночью. Костер догорел и от него теперь только угли да пепел остались. Все было на месте, сокровище его тоже. Облегченно вздохнув, Гид вышел обратно к своей вынужденной спутнице и кивнул, мол, можем идти дальше.

Во взгляде ее в этот момент читались замешательство, страх. Даже ужас. Она полностью ушла в себя, изредка бросая растерянные взгляды по сторонам. Всякий раз от этого отчаяния в глазах Евы становилось сильнее.

— Ты раньше за пределами Арка бывала? — неожиданно спросил он.

— Пару раз.

— А как далеко?

— В пригороде. — Ева отвечала отстраненно и Гид не стал на нее давить.

Пусть подумает, происходящее переварит. Может легче станет...

Окружение начало постепенно меняться. Гидеон уже догадался, что они двигаются прямиком в город. Это его обрадовало. Почему-то он считал, что в высотках что-то найти будет намного легче и что там все не так сильно попортилось.

По дороге он продолжал клевать ягоды, которые выглядели на его взгляд съедобными, за что ловил брезгливые взгляды от Евы. Хотя в основном ей это было безразлично.

Вдруг до его слуха донеслись шумы. Опять шаги. В этот раз он этому не обрадовался, а ужаснулся.

Не дав Еве возможности на эти шаги отреагировать и подать голос, он подскочил к ней и зажал рот рукой, второй обхватив за плечи. Она от неожиданности дернулась и попыталась вырваться, но потом, похоже, вспомнила предупреждение о тишине и замерла. Однако так и не разжав его руки, отчего ногти до боли впивались в кожу.

Шаги раздавались совсем рядом, но их направление было не определить. То где-то сбоку, то спереди, а потом уже сзади. Гидеон напряженно наблюдал и прислушивался. В воздухе послышались потрескивания электрического характера. Волосы стали дыбом, открытые участки кожи закололо. Он едва удерживал себя от того, чтобы не начать чесаться. Боль от уколов постепенно становилась сильнее, будто бы от игл, а то и ножей. Ева тряслась, видимо, тоже с трудом держа себя в руках. Шаги стали громче. Теперь они будто искажались, звучали неестественно и неправильно. А, может, — наоборот это они сами искажали пространство и время, выдавливая из самой реальности стоны боли. Этот звук становился громче, он резал уши, от него слезились глаза и было невозможно дышать. Лицо онемело от боли, плечи бесконтрольно трясло. Хотелось кричать и потому пришлось до крови прикусить губу.

Тогда он услышал дыхание. Дыхание мертвого, словно из загробного мира. Оно слышалось совсем близко, дышало им прямо в лица. Но никого и ничего перед ними не стояло. Однако Гидеон был абсолютно точно уверен, что это нечто сейчас тут. Просто они его почему-то не видят...как и оно их.

Через несколько мгновений невидимая дрянь стала отдаляться. Начали ослабевать шаги, исчезло дыхание и электрический треск. Покалывания на коже становились слабее, пока вскоре совсем сошли на нет. Еще где-то минуты две Гид стоял неподвижно, пока наконец не выпустил Еву и сам не сделал пару глубоких выдохов, начав лихорадочно чесать все открытые поверхности своего тела. Ева занялась тем самым, не прекращая метать свой взгляд во все стороны.

— Что это такое? — спросила она через некоторое время голосом, пропитанным ужасом.

Гидеон взглянул на нее каким-то безумным взглядом, торопливо ответив: 

— Без понятия. Наверное, такая же тварь, которую я встречал. Только эта еще и невидимая. Фу, блин! — Он сплюнул.

Они постояли в тишине еще некоторое время, пока ее неожиданно не нарушила Ева.

— К тебе ночью оно пришло когда ты шумел, говоришь?

— Ну типа того.

— Может, они реагируют на звук?.. Ну, нас не видят, как и мы их, но слышат. — Она пожала плечами.

Гидеон задумался, обратив взгляд к небу. — Слушай, а это мысль! — он всплеснул руками. — Значит, нужно вести себя тихо... Да ты прям гений, тебе бы в сталкеры.

С широченной улыбкой Гид похлопал Еву по руке. Та лишь пожала плечами, поглощенная своими мыслями.

Слегка покрутившись на месте, Гидеон воодушевленно вздохнул и уверенным шагом двинулся дальше. Ева затрусила следом.

Вскоре впереди показалась железная дорога и еще один то ли лес, то ли парк. Девушка аккуратно стала переступать через пути, но Гид остановил ее за плечо.

— Слушай, давай в лес заскочим, я хоть ягод еще поем...Реально голодный как черт.

Она недоверчиво посмотрела на него и покачала головой.— 

Ладно, тогда просто посиди тут, подожди меня. Вот можешь на свитер мой сесть. — Он вытащил из рюкзака свитер и бросил ей в руки. — Ну, а я пошел.

Не дожидаясь ответа, Гид скрылся в лесной чаще. Уйдет она или нет — его не то что бы прям сильно волновало. Обидно, конечно, будет, но голод был сильнее. 

За годы отсутствия человека все заросло так, что даже на метр продвинуться оказалось проблемой. Иногда приходилось рубить ветки, что бы сделать шаг. За минут десять он едва ли ушел куда-то далеко, зато наткнулся на небольшую речушку и принялся шарить вокруг в поисках чего-то съедобного. Как для осени, то очень уж щедрой была природа... Ну, в диких краях всякое бывает, так что тот не брал это сильно во внимание. Удалось найти ягод и еще яблоня попалась. Ягоды съел на месте, а яблоки завернул в водолазку, после чего набрал воды в бутылку и двинулся обратно. К его удивлению, Ева никуда не ушла. Сидела на рельсах на его свитере. Без лишних слов он вручил ей яблоко, сам начал грызть еще одно.

Сказать, что он был рад — ничего не сказать. Хоть девушка все еще выглядела подавленной, но хотя бы не решила сбежать. Признаться честно, на ее месте его бы уже и свет простыл, а то больно странным Гид выглядел со стороны. Спонтанным, со слегка деревенским говором, странноватым акцентом и манерами. Так что он бы ее осуждать не стал. Но блин, приятно же, что и вправду не бросили!

Ева молча взяла яблоко, благодарно кивнув. Бросила его в карман и поднялась. Гидеон ловким движением забрал свитер, кое-как его вытрусил и запихнул обратно в рюкзак.

Не сказать, что он теперь не голодал, но чувствовал себя чуть лучше. Теперь хотя бы живот не болел и не тошнило.

В тишине они отправились дальше. Опять окружение сменилось низкими домами. Только эти выглядели как-то...опрятнее? Заборы в основном были деревянными, целыми либо полностью отсутствовали. Местами во дворах виднелись разбитые генераторы. Да и дворы тоже выглядели вполне удовлетворительно, по сравнению с теми, где прошлой ночью шастал Гид. Дома тоже визуально не казались слишком заброшенными. Ну, все еще казались, но не настолько сильно. Этот вид ему напомнил то, как выглядят многие крупные города, что находились поблизости от Арка. Люди там зачастую селились в старых домах, чаще всего в частных секторах. И для выживания использовали солнечную энергию, или другие подобные альтернативные способы добычи электричества. Иногда генераторы, поставкой которых занимался Арк в обмен на артефакты и продовольствие для персонала на базах «Феникса». Общую систему электроснабжения Арк все никак наладить не мог. Говорили что-то, дескать, после войны системы какие-то нарушились, нужно заново все делать, а это времени займет много. Гидеон особо не вникал. Но в округах Арка они это уже сделали и по чуть-чуть двигались дальше.

Все было спокойно. Гидеон старался прислушиваться, на случай если опять услышит шаги. Иногда он бросал взгляд вверх, но солнце тут же жгло глаза, вынуждая опустить взгляд. Он не знал, куда они идут. Но продолжал идти. Может и вправду отделаются лишь легким испугом и вырвутся из Кошмара. Было бы славно.

Вновь в голове мелькнула мысль, что Еве не помешало бы сменить обувь. Идти ей становилось тяжело, но та или не решалась говорить, или не обращала на это внимания, полностью увлеченная своим отчаянием.

Так или иначе, Гид раскрыл уже рот дабы предложить обыскать пару домов на предмет хоть сколько-то достойных ботинков или кедов, но был вынужден замолчать и застыть.

— Куда держите путь, странники? — раздался низкий, басистый голос откуда-то сверху.

Оба они вскинули свои головы. На крыше напротив солнца восседал человек. Силуэт казался мужским, широкоплечим. У ног его лежало что-то похожее на арбалет.

— Это занятая территория. Уходите обратно, — он продолжил спокойно, но властно. — Мне бы не хотелось сегодня убивать.

***

В чистом осеннем воздухе уже который день висело необъяснимое напряжение. Под его весом опускали головы все присутствующие в лагере, горбатили свои спины. Даже флаги Арка и «Феникса» будто бы сникли. Казалось, поблекли, не реагировали на ветер, повиснув на шестах тяжелым грузом. Каин наблюдал за всем этим через призму абсолютного безразличия. Мысли его летали где-то далеко отсюда, за много сотен километров от давно забытых полей. Сигарета меж его пальцев неторопливо тлела.

Тяжело было на месте сидеть без работы. Третий день их держали в лагере без какого либо дела и от этого уже начинало тошнить. Хотелось хотя бы даже подраться, да только рожи у всех присутствующих такие кислые, что весь запал сразу сходил на нет. А стена зоны в десяти минутах пути от лагеря только усиливала все эти чувства. Зоны ему нравились еще меньше, чем обстановка вокруг. С тяжелым вздохом Каин поправил пальто на плечах. Как раз когда из рации на поясе донеслась приглушенная речь.

Отцепив ее, мужчина заговорил.

— Каин Доппель отвечает. Прием.

В ответ прозвучал знакомый голос брата.

— Каин, подойдешь к нашему шатру через час. Конец связи.

Пожав плечами, он прицепил устройство связи обратно. Выкинул сигарету, притоптав ее, и широкими шагами отправился вглубь лагеря, пару раз кивком ответив на приветствия. Нужно было рот ополоснуть и жвачку-другую закинуть.

Брат уже ждал его, скрестив руки на груди. Ростом он был не ниже, хоть и в плечах не так широк. Одет в черную форму сержанта. По всем канонам, хоть пылинки сдувай. На поясе висела кобура с револьвером, на другом боку сумка с планшетом. Кожа светлая, волосы черные с синими кончиками — под стать старшему. Лицо его было вытянутым, со слегка азиатскими чертами, мягкими контурами и ровным носом. Глаза карие, добрые, но сейчас прятались за круглыми стеклами солнцезащитных очков.

Каин во многом являлся его противоположностью. Смуглым, на вид достаточно мощным и устрашающим. Контуры подбородка были острыми, нос орлиный, что добавляло ему некоторого характера. Форму как положено предпочитал не носить. Пальто лежало на плечах, мундир — в ящике под койкой. Из прочего верхней одеждой служила только простая серая майка. На руках бинты под которыми пряталось множество татуировок в виде различных полос и линий. Короткие волосы тоже черные, но до самых корней покрашены в темно-синий. Глаза, казалось, были яркого кровавого цвета. Тоже скрывались за солнцезащитными очками, только квадратными.

Подходя, он махнул рукой. Брат кивнул и тут же заговорил:

— Давай пройдемся.

Без дальнейших комментариев он двинулся на выход из лагеря, заложив руки за спину. Каину ничего другого не оставалось кроме как пойти следом.

Выйдя из лагеря, они шли молча еще пару минут. Наконец младший вновь подал голос.

— Через четыре часа меня отправляют в зону.

— Чего еще?

— Приказ откуда-то сверху.

— Сам не пойдешь, Симон, — он сложил руки на груди, остановившись.

Симон тоже остановился. 

— Знал, что скажешь, — младший невесело улыбнулся. — Сразу узнал, могут ли тебя поставить вместо одного из конвоя. Согласились, даже не подумав.

Каин одобрительно хмыкнул и продолжил идти размеренным темпом. Симон стал его догонять. 

— Нет, слушай, разве ты не видишь, что тут...да тут не просто что-то не так, тут охренеть как что-то не так. И не попробовали возразить! Это же...насчет тебя...и ни слова.

— А что со мной не так?

— Сам знаешь, — Симон махнул рукой. — Не об этом речь.

— Да какая разница? Согласились и согласились. Меньше проблем мне.Симон тяжело вздохнул. 

— Просто...подумай об этом на секунду. Эта зона, этот лагерь. Здесь происходит что-то куда более серьезное, чем нам кажется.

Каин опять остановился, взяв брата за плечо, пару раз его потрусив.

 — Слушай, не забивай себе голову чем попало. Везде что-то происходит. Эти... Политические мутки и все такое.

Симон покачал головой.

— И в этих твоих «политических мутках» тоже происходит какая-то чертовщина! Совет Директоров редеет на глазах, и эта их программа «Новое Начало» и...

Старший тряхнул его за плечо еще раз, теперь сильнее.

— Говорю тебе, обычные политические мутки. Меньше надо башку железом пичкать, да меньше глупые мысли лезть будут.

Постучав младшему по лбу указательным пальцем, старший пошел обратно к лагерю.

***

Гидеон и Ева стояли словно изваяния. Незнакомец сидел также неподвижно. Спокойно, непринужденно. Он совсем не боялся.

Гидеон обеспокоено посмотрел по сторонам, после чего опять взглянул вверх, жмурясь от солнца.

— Прости-и-ите... Мы...Мы-ы-ы... Как же... — он стал медленно поднимать руки над головой, не выпуская водолазки с яблоками.

Неожиданно, заговорила Ева. Сперва робко, но затем голос ее стал сильнее.

— Мы всего парой часов назад через...через туман прошли. Мы ничего не знаем и не понимаем.

Мужчина перебил ее. — Вот как? Докажите.

Ева на это лишь указала на свой внешний вид. Незнакомец помолчал пару мгновений, после чего поднял арбалет и наставил на девушку. 

— Я не верю тебе.

Гидеон попытался вскочить перед Евой, но арбалет тут же навели на него.

— Тш-ш-ш, не рыпайся. Убью обоих. Второй убежать не успеет.

— Ладно, тогда мы, э, уйдем.

— А вот и не уйдем! Чего не верите? А?! Посмотрите на меня! Я вчера ложилась спать дома, в Арке, а очнулась тут, на асфальте! Да хоть стреляйте, плевать уже, честно!

Она говорила быстро и достаточно громко. Будто бы эмоции, накопленные за все это время наконец выплеснулись из нее в виде бурного потока слов. Гидеон уже закрыл глаза, собравшись ловить арбалетный болт. Но мужчина лишь хмыкнул.

— Теперь верю. Как зовут?

Ева тяжело вдохнула, видимо, успокаиваясь.

— Ева. А он, — она кивнула на своего вынужденного спутника, — Гидеон.

Гид в это время стоял с ошарашенным видом, все также держа руки над головой.

Мужчина поднялся, подошел к краю крыши и спрыгнул вниз. Они оба от неожиданности сделали пару шагов назад. На земле он казался еще более устрашающим, чем на крыше.

Даже без палящего солнца за спиной, едва ли незнакомца можно было толком рассмотреть. На нем был надет серый плащ, нарезанный на множество лоскутов, которые плавно колыхались на ветру, делая его силуэт размытым. На поясе висели черные ножны, из которых торчала серебряная рукоять клинка. Капюшон скрывал голову и лицо, оставляя видимой лишь густую бороду.

— Я местный. Человек извне, — он кивнул в каком-то неопределенном направлении. — Вы так и не ответили. Куда держите путь?

В этот раз первым ответил Гидеон. 

— Никуда. Ну, вообще в центр зоны...Типа...вылезти отсюда охота.

Мужик захихикал басистым голосом. В ответ на недоумевающие взгляды лишь махнул рукой. 

— Не берите в голову. Могу предложить пойти со мной. — На мгновение он поднял взгляд вверх, во что-то пристально вглядываясь. — Наши люди принимают сошедших.

С этими словами незнакомец пошел дальше по улице. На мгновение переглянувшись, Гидеон с Евой побрели следом. Опять переняв на себя инициативу, девушка заговорила в сбивчивой манере. 

— Есть еще люди? Сколько?

— Достаточно.

Больше ни на какие вопросы мужик не отвечал, пока вел их через лабиринт домов. Путь занял не более десяти минут, но что Гидеон, что Ева успели выдохнуться из-за быстрого темпа ходьбы таинственного мужчины. Пока наконец он не остановился перед одним из уцелевших заборов, что укрывал за собой здоровый дом. Он поднял руку вверх, скрестив пальцы, после чего ткнул себе за спину. В одном из окон верхнего этажа на мгновение что-то блеснуло. Незнакомец открыл дверь и запустил своих спутников во двор. Заходили они неохотно, начав подозревать, что тут какая-то подстава. Гидеон тешил себя мыслью о том, что этот мужик мог бы спокойно зарезать их на месте и не морочить себе голову, но все же параллельно проверял нож в кармане.

Широкими шагами мужик прошел до двери дома, открыв ее. Внутри царил полумрак, но даже с улицы Гид мог с уверенностью сказать, что там убрано.

Гидеон бросил перепуганный взгляд на Еву. Она в ответ лишь кивнула на дверь. Скорчив недовольную рожу, он неуверенными шагами приблизился к дому. Пару секунд постоял на входе, под палящим взглядом мужика.

— Вы можете уйти, если хотите.

Слегка взбодренный этой репликой, Гид пожал плечами и вошел в дом. Ева неуверенно последовала. Дом внутри и вправду выглядел опрятным с простеньким ремонтом. На арковский лад. Гидеон опять почувствовал себя так, словно оказался в одном из городов, где Арк активно помогал с их восстановлением. Там все как-то так и выглядело. Где-то дальше по дому горел свет. Видимо, от солнечных батарей.

Мужик кивнул в сторону одной из ближайших комнат, а сам ушел вглубь дома. Гидеон с Евой зашли куда сказали. Помещение было залом с парой диванов у стен, добрым десятком стульев, сложенными друг на друге и с длинным столом в центре. Гид без лишних комментариев опустился на диван, Ева последовала его примеру. Сидели они молча, подозрительно осматриваясь. На стене висел собранный пазл с изображением лошадей, на столе лежала стопка газет, кроссвордов и прочей бумаги. На другом конце стола — ваза с ромашками в ней. Рядом с диваном, на котором они сидели, стоял шкаф со стеклянными дверцами. Внутри расположилась всякая посуда и еще какая-то мелочь, которую Гидеон сходу не рассмотрел.

В доме казалось неестественно тихо. Он был готов поклясться, что какие-то шорохи и шаги слышал, но те являлись настолько неуловимыми, что казались галлюцинациями. 

Неожиданно в зале возникла новая фигура. Судя по всему, девушка. С волосами, белыми как снег, что спадали на плечи и доходили почти до пояса, лица и не рассмотреть. Левая рука девушки скрывалась под бинтами и перевязана через шею, как при переломах. Игнорируя какие-либо комментарии, она сгребла второй рукой кроссворды и опять исчезла в коридоре.

Опять на долгую минуту все замолчали, пока наконец несчастных не посетил кто-то более заинтересованный в их судьбах. Гидеон смотрел на этого человека ошарашенно. Его лицо казалось болезненно знакомым, но никак не выходило вспомнить где же он его видел.

Мужчина был среднего роста, отличался аристократической бледностью, яркими голубыми глазами и длинным шрамом на щеке. Хотя больше всего выделялся он смолисто черными волосами, заплетенными в свободную косу, но даже так достающей до самых колен. Ева, похоже, тоже напряженно пыталась вспомнить где его видела. Мужчина в это время снял один из стульев и поставил перед ними, сев на него и тогда заговорил с дружелюбной улыбкой.

— Вы уж простите за такой прием. Обычно мы более ответственны с нашим...посетителями.

— Вы из Совета? — вдруг перебила его Ева.

Улыбка его стала шире. — Было такое. Джуда Райнер к вашим услугам.

Теперь Гидеон вспомнил. Почти год назад этот человек пропал без вести. Его искали, но дело подозрительно быстро закрыли и забыли, как и не было. Гид тогда не сильно взял это во внимание. Пропал и пропал, всякое бывает... Но теперь, когда он видел его прямо перед собой, то чувствовал себя очень странно. Нет, его лицо напоминало еще кого-то.

На мгновение Джуда умолк, присмотревшись к Еве. 

— Лицо твое мне тоже знакомо. Не твой ли отец Джон Мердок?

Девушка кивнула.

— Давно не виделись, Ева. Хотя ты меня вряд ли вспомнишь, много лет назад это было... Жаль, общался с твоим отцом не слишком близко, интересный человек. Как он, кстати? Как мать?

— Оба в полном порядке, благодарю, а Вы как тут?..

— Об этом потом.

Гидеон сей диалог слушал с отвисшей челюстью, только ресницами и хлопая. Уж не знал он как относиться к тому, что попал в компанию бывшего Директора и дочери действующего.

Джуда на мгновение пристально всмотрелся в лицо Гида, всплеснув руками.

— А ты, должно быть, работал у нас? По программе «Новое Начало», да?

— Ну, я...да, аналитиком был... Как Вы узнали?

— Видел тебя как-то раз, татуировку запомнил.

Гидеон прикоснулся к щеке, где красовалось небольшое тату в виде знаков «больше» и «меньше», указывающих в противоположные стороны, а между ними точка. И тогда поразился памяти этого мужчины.

— Ладно, что это мы? Вы, должно быть, в сильном замешательстве. Мой друг сказал, что вы прошли через туман сегодня.

Они синхронно кивнули, но Гид решил его немного поправить. — Я вчера, на самом деле.

Джуда задумчиво качнул головой. — Я-ясно... И ничего не помните?

— Не-а...

— Ясно, а что вы знаете о работах «Феникса» на Стерне?

Ева на мгновение задумалась, уставившись в пол. После чего медленно заговорила.

— Родители что-то об этом говорили. Какой-то важный проект или что-то вроде того.

— Отлично, а где Стерн находится, знаете?

Что Гидеон, что Ева отрицательно покачали головой. Джуда тогда обвел помещение рукой.

— Мы сейчас тут. Стерн — это новое название одних из старых городов в восточной Европе. Днепр раньше назывался, хотя вряд ли вам это что-то дает. Арк какое-то время активно занимался его восстановлением.

Ева в недоумении покачала головой. — Арк ведь так далеко...В центральной же? Где раньше Германия была. Как же мы можем быть тут?

— Этого не знаю, уж простите. Сам попал сюда тем же путем.

Гидеона в голове возникла пугающая мысль. Как это, Арк занимался восстановлением? Арк в зонах даже с нуля редко что-то строит, все подобные зоны можно было на пальцах двух рук пересчитать и он, безусловно, знал о них всех. Сон Хора, сон Трея... В остальном в зонах лишь добывались найденные в них ресурсы. Так как же Арк мог тут что-то строить и восстанавливать?

— Как так получается? Все зоны возникли в 2017, а потом война почти сразу. С тех пор только в восьми снах что-то строили для жизни простых граждан. Какая-то несостыковка получается, а я-то историю учил. — Гидеон в недоумении изогнул бровь.

Джуда примирительно поднял руки.

— Все правильно. Изучение истории старого мира — это похвально, — он сложил руки перед собой, начав объяснять в очень вкрадчивой и терпеливой манере. — Эта зона не из первых. Вы не знаете, эти данные засекречены. Но уже долгое время «Феникс» работал над искусственным созданием зоны. Появление этой же обусловлено случайной аномалией, хоть и, как я понял, информация о ней пока не дошла до столицы. Дата ее создания приблизительно одна и та же с датой моего исчезновения. Точно день не вспомню, с числами в голове мешанина.

Гидеон сокрушительно покачал головой. — Это... Это же невозможно...

— Как видишь, возможно. Прогресс не стоит.

На мгновение повисла тягучая тишина.

Ева сидела в недоумении, Гидеон сидел с кислым выражением. Джуда терпеливо ждал. Наконец Гид опять заговорил несчастным голосом.

— А у вас есть пожевать чего? Я со вчера так и не ел... Могу яблок дать в обмен... — протянул вперед водолазку.

Джуда предложенный самодельный мешок не принял, но поднялся и удалился со словами «сейчас что-нибудь принесу».

Стоило ему исчезнуть, как Гидеон встал с места и стал шариться по шкафу со стеклянными дверцами. В ответ на вопросительный взгляд Евы лишь отмахнулся.

— Скажи лучше, чего не рассказала, что ты так-то из семьи важных шишек?

— Я не обязана тебе ничего говорить, — Ева закатила глаза.

— Ладно, твоя правда. Но мы же друзья как-никак!

Кроме сервизов внутри стояли маленькие фотографии в самодельных рамках. На них мелькало от трех людей и где-то до десяти за раз. На многих из них показывалось лицо Джуды и белые волосы той девушки. В основном она закрывала себя руками или все теми же волосами. Там были фотки и летом и зимой и осенью. Многие сделаны в этом доме, но парочка в каком-то другом. Также стояло пару качественных, но в основном кривеньких рисунков, изображающих портреты жителей дома и подписанные разными почерками. На самом корявом красовалось изображение какого-то рыжего человека с зелеными глазами и высунутым языком с очень кривой подписью «Маргарин дурачок». Рядом аккуратным почерком было выведено «2064 1 марта».

Это ему показалось странным, ведь сейчас шел только 2062.

Гидеон так увлекся, что не услышал за собой Джуду, который незаметно к нему подкрался и положил руку на плечо. Гид от испуга едва не улетел в шкаф, но мужчина лишь дружелюбно улыбнулся.

— Мне нравится выставлять здесь всякое, — он кивнул на кривой рисунок. — Становится уютнее.

Гидеон скорчил неловкую улыбку, но тут же в руку получил что-то круглое, завернутое в фольгу. Горячее. Джуда отошел и протянул такую же штуку Еве. Она ее выронила, ибо обожглась. Извинилась, но мужчина вмиг извинился сам, поднял это что-то круглое и положил на стол.

— Это картофель. Только приготовленный, угощайтесь. Еще мясо жарится, но пока не готово, так что есть только это, прошу прощения.

— О! Офигеть, спасибо!

Гидеон, забыв о всех своих бедах, плюхнулся на диван и стал разворачивать фольгу, после чего прямо со шкуркой принялся поедать картошку. Рот жгло, но он старательно не обращал на это внимания в силу своего голода. Джуда покривил губами, с большим трудом удержавшись от комментариев, забрал фольгу и опять исчез на пару мгновений. К тому моменту как тот вновь вернулся, заговорила доселе молчавшая Ева.

— Пол года прошло... Почему Вы все еще тут?

Мужчина тяжело вздохнул, опускаясь обратно на стул.

— Выйти из зоны... Не так просто... Особенно из этой.

— Но почему?

— Вряд ли я могу как-то просто это объяснить. Но, скажем, мы просто не знаем, где Источник.

Гид не воспринял эту новость как-то сильно шокировано. Лишь пожал плечами. Вполне ожидаемо. А вот Ева явно сильно расстроилась, спрятав лицо в ладонях. Джуда какое-то время помолчал, после чего в утешительной манере положил руку девушке на плечо.

— Не стоит. Выход все еще есть. Просто нужно найти его, — он улыбнулся. — С каждым днем мы все ближе к этому моменту, я уверен.

Мужчина хотел продолжить, но тут неожиданно умолк. Приложил палец к губам и схватил обоих за плечи, держа на одном месте. Где-то вдали раздались уже знакомые, характерные шаги. Электрических треск, дыхание...Но в этот раз оно раздавалось достаточно далеко и вскоре очень быстро исчезло. Кожу все равно кололо, но вполне терпимо. Тем не менее Джуда не выпускал их еще добрых минут десять, все это время напряженно вслушиваясь. После чего облегченно выдохнул и опустился на стул.

— Стражи.

— А мы уже натыкались на таких, неприятные ребята.

Мужчина кивнул. — Это еще одна наша проблема. На звук реагируют. Не на весь, но на голоса идут как мотыльки на свет лампы. Любят подкрадываться, если услышали, и убивать втихую. И пулями их тоже проблематично изничтожать. Застрелишь одного, так другой на звуки выстрела придет и зарежет прежде, чем среагировать успеешь. — Он обреченно выдохнул. — А если броню не снять и не забрать куда подальше, труп потом как-то реанимируют. В общем, та еще головная боль.

Гидеон сглотнул, вспомнив убитого в доме стража, но ничего об этом не сказал.

— Ева догадалась сама, кстати, что они на звук. Она у нас эксперт по сущностям, — он весело усмехнулся, стараясь разрядить обстановку.

Джуда выдал удивленное «о», глядя то на Гида, то на Еву.

— Я же даже имени твоего не спросил! Дырявая моя голова, прошу простить, совсем растерялся...

— Да ничего. Я Гидеон, а Еву и так знаешь.

Гидеон, теперь не такой голодный, явно повеселел и подобрел. Сидел на диване спокойно, расслабленно. Никуда его не гнали, можно было отдохнуть наконец-то. Какое-то время он помолчал в неловкой тишине, после чего опять решил разогнать беседу.

— А вы а-ля супер добрые? Ну, нас приняли, накормили... Или это временно и потом нас на шашлык пустят? — он посмеялся.

— Скорее супер добрые, чем второе. Мы готовы принять сошедших.

— А Ваш дружок угрожал, что головы нам продырявит, кстати.

— Счел за людей с другого берега. Там еще группа живет, но они нас невзлюбили и не против пару костей пересчитать. Так что мы их избегаем.

Гид задумчиво почесал подбородок.

— Что вы им сделали?

Джуда махнул рукой. — Каким-то людям просто нравиться убивать других людей.

И вновь в зале воцарилась тягучая тишина. Ева сидела неподвижно, о чем-то думая. Иногда казалось, что она едва не засыпала. Джуда задумчиво смотрел куда-то в сторону. То вглубь дома, где разворачивалась беззвучная деятельность его жителей. То в окно, в котором виднелись какие-то деревья, растущие во дворе.

Гидеон чувствовал себя на удивление спокойно. Все еще переваривал новость о создании искусственной зоны, но эта тема казалась настолько сложной, что не выходило ее в полной мере обдумать. В голове вообще не вмещалась идея того, что человек может сделать что-то настолько грандиозное и великолепное... До сих пор было неизвестно как эти зоны появились изначально. Кто-то говорил, что это дело рук какого-то тайного правительства. То ли Американского, то ли Китайского. Спорили много на этот счет. Кто-то считал, что в этом виноваты инопланетяне. В это верили многие, вместе с ними и большинство гениальных людей Арка. Сам Гидеон тоже скорее склонялся к этой версии. Был еще десяток других, менее популярных вариантов. И связанные с магией, и с параллельными мирами... С ними было весьма любопытно, хотя местами в этой теории прослеживались логические дыры, которые никак не выходило объяснить. Разводили руками да и только. Ну вот работает оно и все.

Конечно, и вариант с сатанинскими ритуалами тоже достаточно часто возникал. Хотя чем дальше — тем меньше человек начинал верить в Бога. И без него магии и фантазии хватало в жизни. С зонами этими и ее артефактами. Многие из которых творили такие чудеса, что ни в одной Библии не написано.

Гид как-то даже не заметил, как и задремал. Порой до ушей его доносились звуки извне. Ровная речь, но такая тихая и далекая...не разобрать кто говорит. Потом он начал слышать шелест листьев, щебет птиц. Шаги и электрический треск. Кожу закололо. Но проснуться и почесаться никак не выходило. А боль становилась все сильнее и сильнее, пока не дошла до своего пика.

Тогда он вскрикнул и вскочил с места, начав лихорадочно скрести плечи, раздирая их до крови.

Вокруг темно. Темнее самой темной ночи, самой черной пустоты. Пол тоже был черным и потому казалось, что Гидеон парит в пространстве.

Покалывания исчезли, вместе с невнятными шепотами. Гид в недоумении оглянулся и медленно поднялся с места. Куда ни глянь — везде одна картина. Пустота. Она вселяла ни с чем не сравнимый ужас, что овладевал душой и телом, ломал волю.

— Человек велик в своих замыслах...

Раздался властный женский голос откуда-то сверху. Покрутившись на месте, Гидеон так и не смог найти источник звука. Со временем эхо стихло, и тогда голос прозвучал вновь.

— Но как же часто жадность сбивала его с пути благого. Вновь и вновь вводя в заблуждение и необъятное кровавое безумие.

Гидеон теперь уже просто стоял, глядя вверх. Тишина болезненно резала по ушам и он был рад вновь услышать этот пугающий голос.

— Ибо проклят род людской. Ослепнуть и сгинуть во мраке собственных злодеяний — вот его судьба.

— А отрицать судьбу — удел нечестивых.

Вокруг запел хор голосов мертвых, становясь с каждым мгновением все сильнее и сильнее. В какой-то момент он стал настолько невыносимым, что Гидеон опустился на колени, зажав уши руками. В глазах его побелело, голова, казалось, была готова расколоться на десятки мелких частей.

Гид закричал в попытке заглушить шум вокруг, но это не помогло. Ощущения были схожими с теми, которые мог бы испытывать шизофреник. Весь мир начал стягиваться в одну точку, а потом просто взорвался.

Он вскочил с места, начав вертеть головой с безумным взглядом. В комнате стало заметно темнее, на столе горела свеча.

Тяжело дыша, Гид принялся чесать затылок, пока не встретился взглядом с не менее переполошенным Джудой. Он стоял около дивана, держа в руках бинты.

— Сон дурной?

Пытаясь успокоиться, Гидеон кивнул. Тогда Джуда продолжил.

— Я заметил у тебя порез на спине и решил обработать. Наверное, это из-за жжения ты проснулся, прости.Гид покачал головой и улыбнулся. 

— Да нет, все в порядке. Спасибо, кстати, я про него и забыл.

— Еще забинтовать нужно.Он пожал плечами и послушно сел на указанный стул. Джуда ловкими движениями затянул рану, даже не сняв майки. Гидон поблагодарил его и порылся в рюкзаке. Наконец нашел воду и облегченно сделал пару глотков. Взгляд мужчины в этот момент как-то задумчиво скользил по рюкзаку, но в итоге он так ничего на этот счет и не сказал.

— А где Ева? 

— Ева? Отошла, сейчас должна вернуться.

Как в подтверждение его словам девушка появилась в дверном проеме. Пиджака на ней уже не было — лежал на диване. А вместо каблуков на ногах теперь красовались какие-то старые кроссовки.

Гидеон махнул ей рукой, Джуда же продолжил:

— Ну, раз уж мы снова в сборе, я бы хотел показать вам кое-что... В общем, я не все рассказал, ибо на это нужно смотреть.

Кивнув на выход из зала, мужчина двинулся по дому. Тяжело вздохнув, Гидеон последовал за ним вместе с Евой. Теперь она выглядела куда спокойнее и он не удержался, решив спросить.

— А ты где была?

— Отходила.

— Куда?Ева глянула на него каким-то смешанным взглядом.

— По важным делам, — девушка тяжело вздохнула.

Гид хотел опять уточнить, но потом до него дошло и он просто закивал с умным видом. А может и не дошло.

Джуда провел их по лестнице, выведя на балкон верхнего этажа. Должно быть, третьего. Солнце уже садилось, вечерело. Но горизонты видно прекрасно, все лежало как на ладони. Недалеко проходила река, вдали мелькали уничтоженные под самый корень дома.

Мужчина указал прямо перед ними, на стену тумана. Она была относительно близко. После чего указал в другом направлении. На расстоянии было сложно понять, на что они смотрят. Но присмотревшись, Гидеон понял, что это тоже туман.

— Это...еще одна стена?

Джуда вздохнул, взял голову Гидеона в свои руки и направил в абсолютно противоположном направлении. После чего сделал то же самое с Евой. Уже зная, что нужно искать, Гид быстро нашарил взглядом туман.

— Ничего не понимаю, — он покачал головой. 

— Здесь еще одна зона?

Джуда облокотился о перила, взглянув вдаль. Пару коротких прядей его волос, что не прятались в косе, мерно колыхались на ветру.

— Три. Их три.

***

Отряд их состоял всего из пяти человек: двух рослых мужиков, какого-то хмурого пацана, которого Каин окрестил новичком, и самих Каина и Симона. Двое мужиков находились спереди процессии, дальше шел младший, потом новичок и Каин замыкающим.

Путь до зоны пролегал через не слишком густой, но все же лес. Это раздражало. Вокруг полно других полей, где можно было бы разбить лагерь, но его почему-то разбили так, что не видно, кто проходит через туман или выходит. Он на секунду подумал о том, что и вправду ни разу не видел такого за все время нахождения в лагере, но не придал этому особо сильного значения. Не видел, ну и ладно. Его забота — не за туманом смотреть, а свою работу выполнять, как следует. Защищать. Ибо таково предназначение истинного солдата.

Подойдя к туману, отряд на мгновение остановился. По левую руку от них стоял бетонный столб, от которого тянулись два каната, что исчезали где-то в белом мареве. Рядом находился пост наблюдения, где сейчас сидело двое человек. Они коротко на них глянули и лишь кивнули. Новичок перед Каином разгрузил свой рюкзак, вытащив оттуда необходимую для перехода амуницию. Очень часто она была достаточно громоздкой, но сейчас ею являлось несколько прочных ремней, которые соединялись не менее прочной веревкой и с обоих концов висели карабины, что нужно было крепить к нижнему канату.

Застегнув свой пояс и закрепив карабин, Каин закинул в рот специальную жевалку и зажал ее в зубах. Все остальные уже сделали то же самое. Теперь торопливо поправляли оружие, крепя его к телу понадежнее, да рюкзаки и сумки. Во время перехода руки должны были быть пустыми. Сам он лишь лениво надел шлем, застегнул респиратор и включил инфракрасные очки. В остальном у него все было готово.

Симон, теперь тоже в шлеме, коротко отчитался в рацию. На том конце дали сигнал и весь отряд двинулся вперед ровным шагом. Каин положил одну руку на верхний канат и пошел следом.

Холод тумана пронизывал плоть даже сквозь одежду. Казалось, замораживал сами кости и заставлял поверхность глаз леденеть. Было видно хреново даже в инфракрасных очках. Зрение все равно мутнело и никакой респиратор не спасал от эффекта стены в полной мере. С таким же успехом можно было идти без него. Изредка в сознании прояснялось. В эти краткие мгновения Каин проверял все ли на месте и нет ли рядом какой опасности. Но ничего, к счастью, поблизости не было. Пустошь и только. Это внушало некоторое спокойствие, ведь очень часто переход через туман оказывался самой опасной частью пути. Никаких сооружений в нем никогда не было, только голая земля и многие утверждали, что сущности сюда тоже не заходят. Но кто-то уверял, что видел их, вот и приходилось тревожиться.

Но потом опять его заволакивала дымка и оставалось лишь бездумно идти дальше в надежде на добрый финал путешествия.

Когда в очередной раз в голове стало светло, Каин слегка наклонился набок, быстро пересчитав всех присутствующих. Все в порядке. Столь гладкое прохождение миссии почему-то внушало беспокойство. И никто даже не споткнулся. Однако не успел он как следует ухватиться за эту мысль, как опять провалился во мрак. А следующее, что мужчина осознал, было болью, что током хлестнула по костям, а особенно по мозгу. Сжав жевалку так, что та едва не разорвалась, Каин с трудом начал считать до десяти. Валило с ног, кружилась голова и безумно сильно ныли все мышцы. Все остальные тоже напряженно боролись с последствиями перехода.

Девять, десять... Боль отступила всего через мгновение. С облегчением он выдохнул и стянул с головы шлем, выплюнув жевалку. Еще с секунд десять ушло на то, что бы восстановить дыхание и бешеное сердцебиение, но вскоре все пришло в норму. Весь остальной конвой тоже пришел в себя, кроме новичка. Того трясло еще пару минут, пока не полегчало. Один из первых переходов, наверное.

Провели короткую перекличку. Все на месте, все в порядке. Тогда сняли ремни и сложили обратно в рюкзак. Каин осмотрелся. Поля остались позади, теперь перед ними стояли несколько низких домов. Канаты, как якори, впивались в одну из стен старого здания. Удобная система. Мощным лазером находили нужную точку и выстреливали канатами, создавая надежную тропу.

Симон отошел в сторону, вытащил планшет из сумки и пару минут что-то на нем искал. После чего показал отображенную на нем карту и указанную точку, где был разбит лагерь — их цель. Еще несколько минут отряд стоял на месте, ибо младший коротко отмечал успешный переход, время, которое он занял и прочую бесполезную мелочь. Каин пока недовольно смотрел в небо. Вот это солнце за пол часа разгулялось... Он открепил пару креплений респиратора, так что он висел на одной стороне, вырубил инфракрасные очки и поднял их, после чего надел на себя солнцезащитные. Еще удручало отсутствие наблюдательного поста. Хотя, может, его пока не успели установить. Мужчина закатил глаза. И это еще его постоянно отчитывают за невыполнение протоколов... Тут вот на целую судимость нарушение.

Младший, тоже это заметивший, выглядел обеспокоенно, но решил никак не комментировать.

Еще минута, и отряд двинулся в нужном направлении.

***

Гидеон спал отвратительно. Ему все снились три кольца тумана, что медленно плавали друг вокруг друга в причудливом танце. Снился Источник, сокрытый где-то в глубине кошмара. А потом их становилось два, три... И раз за разом он слышал речь безымянной женщины, услышанную во время короткой дремы. «А отрицать судьбу — удел нечестивых». Его очень беспокоили эти слова и никак не выходило понять почему.

Просыпался Гид не раз, но окончательным пробуждением выбрал то, которое произошло прямо перед рассветом. Расположили его в том же зале на диване, в то время как Ева ночевала в одной из свободных комнат. Как сказал Джуда, сейчас не все жители дома были на месте, потому было достаточно места.

Теперь он сидел на краю дивана в совершенно потерянном состоянии. Было тихо, но он точно знал, что кто-то находиться на дежурстве на втором этаже, так как иногда этот кто-то делал короткий обход по зданию, проверяя все ли в порядке. Один раз Гид видел ту беловолосую девушку, она вроде как первой дежурила. Один раз Джуду посреди ночи и под утро, наверное, дежурил уже бородатый мужик.

А Гидеон все пытался понять, как это, что три зоны в одной? И как тогда выйти? Джуда сказал, что и сам мало об этом знал, но по той информации, что была у него, одна из этих зон — основная. Именно ее разрушение приведет к разрушению внешней стены, как и остальных двух. Но тот не был уверен, что так оно будет. Ибо до сих пор ни в одной из трех ничего они не нашли. В одну ходили часто за всякими необходимыми вещами, поскольку их там было полно, но в центре так и не обнаружили что-то хоть сколько-то похожее на искомый Источник. Во вторую каждый поход заканчивался смертями или травмами, а из третьей никто живым и не выходил. Полагали, что там тоже была непроходимая стена, но твердой уверенности не было. При Еве Джуда этого не говорил, но Гидеону признался, что сомневается, что в ближайшие годы удастся выбраться. Наверное, потому, что Гид и сам это понял, увидев три стены. Ева еще не до конца осознавала всю плачевность их положения, в силу не слишком сильной осведомленности в этой теме.

Тем не менее он чувствовал, что и ему Джуда поведал не все, однако боялся как либо на него давить. Этот мужчина своим взглядом внушал неподдельный ужас, хоть и выглядел очень мягким и доброжелательным человеком. Наверное, этот ужас усиливал еще один любопытный момент, связанный с ним. Известен тот был не только своим членством в Совете, но и большими успехами в фехтовании. Гидеон этим не интересовался, но припомнил услышанный где-то разговор на эту тему. Так что перед ним был не просто бывший директор, а и потенциально опасный боец. Злить его не хотелось.

Хотелось заняться чем-то полезным, но неясная усталость и обреченность не давали ему возможности подняться. Да и чем заняться? Страшно из комнаты выйти... Он тут чувствовал себя чужим, как и, наверное, Ева.

Так что тот просто пялился на пол, отмечая отсутствие пыли. Что-что, а вот за чистотой ребята следили как следует. За пару минут до золотого рассвета бородатый мужик на пару с еще одним, которого Гидеон раньше не видел, ушли из дома. Опять стало тихо, вплоть где-то до семи утра. Спустился Джуда, предложив Гиду сходить сполоснуться. Во дворе стояло достаточно контейнеров с водой, а к обеду все равно будут заново ходить набирать. Но он отказался, сказав, что сходит лучше в лес к речке. Идти все равно недалеко, заодно мысли проветрятся. Джуда лишь пожал плечами. Сказал что-то, мол, аккуратно со стражами, вручил полотенце с куском самодельного мыла и пару раз указал точное направление.

Гидеон покивал, поблагодарил, и удалился. Вещи оставил в доме, взял с собой только нож и водолазку.

И вправду, прогулка пошла на пользу. С утра солнце еще не жарило, температура была что надо, ветерок приятный... И тихо было очень. Правда, Гид слегка остерегался, что наткнется на тех людей с другого берега, но Джуда сказал, что они сюда редко ходят, тем более в такое время. Предпочитают или посреди ночи, или ближе к вечеру. Так что волноваться причин не было. Один раз он слышал шаги, но они так и не приблизились на достаточное расстояние, чтобы начало кожу колоть.

Земное светило медленно поднималось из-за горизонта, окрашивая серое небо в яркие, голубые краски. Трава мягко колыхалась, где-то шелестели листья и щебетали птицы. Природа казалась прекрасной. Мысли от этого пришли в нормально состояние. И три зоны уже и не казались чем-то таким ужасным... Он чувствовал даже некую радость и облегчение. Почему? А кто его знает.

По прибытию к речке тут же съел еще яблоко, растущее рядом с водой. Быстро ополоснулся и выполз обратно. Накинул на себя водолазку, а майку решил постирать, раз уж возможность такая выдалась.

Вымытый теперь от пота, а вместе с ним и от всего груза волнений, Гидеон окончательно для себя решил, что все вполне неплохо. Вон к каким хорошим людям попали! Выживут они и выберутся, обязательно. Иначе и быть не может. И когда усталость последних дней спала с него, он почувствовал, что вновь становиться самим собой. Разгоралось дикое любопытство. Зона, что создана руками человека... Еще и такая интересная, с тремя внутри сразу...

Нет, конечно, ему было страшно. И конечно же он все еще не сильно жаловал эти ваши туманы и прочую дрянь. Но события за последние дни уже немного притупили чувство страха и происходящее теперь не слишком удивляло. И потом, Гидеон человеком был спонтанным. От мысли о том, что придется сидеть на месте и ничего не делать. Труситься в ужасе от шагов и электрического треска... Нет, хотелось что-то сделать. И он свято верил, что если поищет тщательно, то сможет найти выход. Но вот, правда, идти в одиночку желания как-то не было никакого. Нужно было уговорить Еву. А согласиться ли она? Да ну, должна. Наверняка и ей тоже в каком-то роде интересно... А может не интересно и просто это он больной на голову.

Гидеон раз за разом тщательно думал об этом возникнувшем из ниоткуда желании, пока шел обратно. Но всякий раз приходил к выводу, что таким всегда был. Что в принципе враньем и не было. Гид человеком являлся любопытным, но предпочитал любопытство держать подальше от опасностей. А теперь когда опасность уже и так тут, чего мелочиться-то?

Возвращался Гид с довольным выражением на морде. Помахал что-то рукой перед забором, Джуда вскоре впустил его в дом, в котором уже началась какая-то непонятная суматоха. Кто-то куда-то шел, что-то все делали... Хотя людей больше явно не стало. Разве что вернулись те два мужика. В общем, странно это выглядело. Движения какие-то были, да только незримые и бесшумные. Расположился на том же диване, достал блокнот из рюкзака и начал его перелистывать. Пуля по нему чудом не попала. В блокноте находились всякие заметки, зарисовки и напоминания. Последняя исписанная страничка датировалась 10 сентября. «Собрать вещи. ОБЯЗАТЕЛЬНО взять камеру. НЕ ЗАБЫТЬ лак.» Гидеон глянул на крашеные в черный ногти. Лак уже успел частично облезть. «Талисман тоже взять ОБЯЗАТЕЛЬНО. Отправляют на...» Тут читать стало невозможно. «...Сказали ВЗЯТЬ ДОКУМЕНТЫ. Мобилу можно не брать, связь не будет ловить.» Почерк стал неразборчивым, страницу замазало пятно кофе или чего-то подобного. Последние пару предложений еще были читаемы. «Жратву из холодильника ВЫКИНУТЬ. ПОТОМУ ЧТО ИСПОРТИТСЯ. Там кормить будут, брать НЕ НУЖНО.»

На этом записи обрывались. Гидеон не припоминал, чтобы это писал. Точно помнил, что просыпался еще 10 сентября, но что за день произошло — из головы вылетело с концами. Он лишь обреченно вздохнул и забросил блокнот в рюкзак. Надо будет потом записать события последних дней. 

Значит, знал он куда едет. Но потом в какой-то момент все пошло болезненно не так. Ситуация казалась странной. Куда его отправили? Зачем? Джуда попал сюда таким же образом и, сравнив значимость этого человека и себя, Гид запутался еще сильнее. По каким это таким критериям они стояли на одном уровне, что оба заслужили тут оказаться? Гидеон считал, что ни по одному пункту он даже близко не был с Джудой. Эта идея почему-то только усилила его желание геройствовать. И если до этого тот хоть сколько-то сомневался, то теперь от сомнений не осталось ни следа.

Нужно идти. Иначе зачем он тут? Зачем сидеть и тратить время в никуда?

Вскоре он принялся шариться по рюкзаку. Камеру упоминал, значит, может, взял. Опять перерыл целиком главный отдел, маленький... Потом наконец-то нашел внутренний отдел в главном, который до этого не нащупал. Небольшой фотоаппарат мгновенной печати лежал там в специальной сумке. Пуля его, благо, тоже не зацепила, а Гидеон ранее просто забыл напрочь про этот отдел. Стало еще веселее, теперь можно было фотки крутые делать! Картридж, вставленный в фотоаппарат, мог сделать еще 12 снимков, а в запасе лежало еще четыре на 16 каждый. Главное было не потратить их на что попало.

Хотелось сделать пару фото стены... Гидеон припомнил фотографии разных известных фотографов, сделанных в зонах. Где на снимках были необычные растения, парящие дворцы, и алые небеса. Ситуация в его глазах становилась все позитивнее.

Послышались шаги, в проеме показалась Ева. Гидеон тут же вскинул руки и сделал фото. Весело хихикая, он наблюдал за тем как снимок медленно выезжал из фотоаппарата. Ева, от неожиданности не успевшая понять, что произошло, в недоумении подошла и взглянула на свое удивленное лицо на фото. Там кожа ее казалась еще светлее, темные волосы забавно блестели.

Гидеон вручил ей ее в руку.

— Дарю, — он широко улыбнулся.

Девушка почесала затылок, опустившись на диван рядом с ним.

— Ага, спасибо...

На ней теперь была надета какая-то непонятная рубашка. Штаны и кроссовки все те же. Наверное, рубашку ей Джуда дал. Волосы были влажными. Тут Гидеон предположил, что та, как нормальный человек, приняла предложение помыться тут.

Тем временем Ева продолжила, положив фото в карман:

— Что думаешь насчет этого всего?

— Насчет чего?

— Насчет...зон... Да и этих людей. Они нас так приняли.

— А-а-а. Ну, что я думаю? Думаю, что все отлично. Они классные ребята.

Девушка кивнула.

— А еще я думаю, что знаешь что? — он вскинул руку вверх. 

— Нужно сходить в ту безопасную зону, поглазеть.

— Чего еще? — Ева уставилась на него в ужасе.

— Так она безопасная. А мне интересно, как-никак!

— А мне нет...И никто не говорил, что она безопасная. Безопаснее, чем другие.

— Ну, в сравнении она вполне безопасная. Все относительно, — Гидеон развел руками.

— Мне кажется, что это не так работает.

— Так все, все так. Я это, философию изучал.

Ева сжала пальцами переносицу, тяжело вздохнув.В этот момент в зал вошел Джуда.

— Доброе утро, друзья.

Гидеон и Ева синхронно ответили, мужчина тем временем продолжил:

— Есть не хотите?

Гид активно закивал.

— Я хочу!Ева тоже кивнула, пусть и не так активно. Джуда улыбнулся и удалился. Гидеон тем временем опять взялся за свое.

— Ну, слушай, это же прикольно. А если вдруг там Источник и мы его найдем, прикинь как классно будет?

— Как мы его, по-твоему, найдем? Они не нашли, а мы найдем, ага, щас! Что вообще с тобой произошло? Ты раньше меньше меня тыняться тут хотел.

— А вдруг? Шансы малы, но никогда не равны нулю. У меня настроение теперь хорошее, вот и захотелось, — он покачал указательным пальцем, Ева умолкла и о чем-то задумалась.

Гидеон вздохнул, запаковал фотоаппарат в рюкзак, как раз тогда, когда Джуда вернулся с двумя тарелками. На каждой лежало по картошке, пару кусков жареного мяса и какой-то зелени.

Гид времени не терял, поблагодарил и принялся за еду. Ева сначала спросила, ел ли сам Джуда, но тот сказал, что поест потом, когда другие его друзья надумают. Затем он опять отошел и принес по стакану воды. Девушка и сама неуверенно взялась за еду, и тогда мужчина спросил:

— Хотите ли вы остаться?

— А можно? — переспросила Ева.

— А как же. Конечно, если останетесь, то придется помогать с работой всякой... Но обязанности на одного человека обычно достаточно простые. Насильно ничем опасным заниматься не заставим, — Джуда улыбнулся.

Тогда заговорил Гидеон.

— Не сочтите за оскорбление... А если я хочу сходить в зону? Могу оттуда натаскать чего-то, что бы вернуться можно было, — Гид пожал плечами. — Ну, в плане, мне у вас жесть нравиться и всякое такое, но что-то приключений на пятую точку не хватает.

Мужчина покачал головой и опустился на другой диван.

— Понимаю. Знакомое чувство, — он вздохнул — Знаешь, говорят, что сталкерами не становятся, а рождаются? И что их тянет в эти зоны? Да только умирает их сколько... — в его голосе проскочила тень глубокой печали, — я не стану тебя держать и с радостью приму обратно, если выживешь. А особенно если вернешься с добрыми вестями. Ибо человеческая жизнь — главный приоритет. Но учти, что даже та, наша «проходная» зона куда опаснее этой, — Джуда обвел рукой зал. — И ты можешь никогда оттуда не выйти. 

— Ладно, понял, значит, уйти можно? Я буквально на пару часов. И что-то притащу, если полезное на глаза броситься.

Джуда нахмурился, но более ничего не сказал. Доели в тишине и Гидеон вызвался помочь с какой-то работой, что бы за доброту отплатить. Поручили пыль везде протереть. Все равно планировал уходить к обеду, а до того времени нечего делать было. Ева вроде как тоже захотела помочь и ей Джуда предложил какие-то овощи нарезать.

Протирать все поверхности оказалось не самой простой работой из-за большого количества, собственно, поверхностей и нехватки воды в свободном доступе. Так что один раз Гидеон потащился набирать воду к речке. А как вернулся, то бородатый мужик, что представился Бруштом, отправил его еще раз. Закончил Гид где-то ближе к полудню и лихо так намотался. Потом тот же Брушт вычитал за то, что слишком вальяжно передвигается и что вообще нужно ходить в плащах, чтобы не так видно было, а не в черно-красной водолазке. А потом Брушта вычитывал Джуда за то, что отправил новенького хрен пойми куда таскать воду, не объяснив даже ничего. Гидеон, в принципе, не обижался. Теперь валялся на диване, думал. Пожевал еще яблоко и каких-то листьев.

Ева вскоре тоже к нему пришла. Сидела на другом диване. Какое-то время молча. Гидеон тоже молчал. Надеялся, что она первая что-то скажет. Может, опять начнет осуждать его идею, а может еще что-то... Поговорить хотелось.

Прошло минут десять и тогда девушка действительно обратилась к нему.

— Знаешь, может, не такая уж и глупая идея...

Гид радостно вскочил.

— Правда?!

Ева кивнула. — Нет, это все еще опасно и всякое такое...Но если одним глазком глянуть? Может мысль какая умная появится, а?

Он радостно всплеснул руками и перескочил на диван к ней.

— Ура! Говорю же! Сходим, посмотрим, вернемся сразу если что! А так может даже выход найдем? Может, они просто плохо искали? А может вообще не искали?

— Ну, быть может, ты прав.

— В общем! Идем сегодня! Сейчас, чтобы к ночи вернуться!

— Может, завтра лучше?

— Да что его тянуть? Ладно, ты там возьми что тебе надо или мне в рюкзак кинь, я Джуде сигнал подам, что мы уходим.

С этими словами Гидеон поднялся с места и побежал искать мужчину. Ева за его спиной тяжело вздохнула.

Джуда нашелся на втором этаже у окна. Что-то там то ли искал, то ли просто смотрел, думал. В ответ на их решение растерянно махнул рукой и сказал подождать его у выхода из дома, дескать, объяснит все, что нужно.

Спустя минут десять они уже стояли у двери. Мужчина вручил Гиду еще бутылку воды и сбивчиво стал говорить, что считал нужным.

— Там все так же не шумите, избегайте любого, что похоже на людей и ничего там не пейте и не ешьте. Слишком долго объяснять как определять безопасность местных продуктов и воды... Если наступит ночь — переждите в доме, но только с открытыми подъездами, обратно не суйтесь... К воде не подходите. К мосту особенно. Открытая местность, опасно. А также избегайте черных цветов. В плане, асфальта или стен. И по прямой к зоне не идите. Лучше обойдите, там по железной дороге пройдите. Тогда отклонитесь от нее на вокзале. Увидите куда. Так, вроде бы все. Можете идти, — он кивнул.

Гидеон и Ева поблагодарили его, пообещав вернуться, и стали удаляться в указанном направлении.

***

Комфортно устроившись на раскладушке, она кое-как одной рукой пыталась решить кроссворд. На каждый у нее очень часто уходило по неделе, а то и больше, в силу того, что этот язык не был ни ее первым, ни вторым, но так было хотя бы чем голову забить. Лишь бы ни о чем другом не думать. Сейчас уже, наверное, дня два никак не выходило найти нужное слово. Она и по книгам смотрела, и по словарям, которые удалось найти, и просто по городу бродила, бегая глазами по случайным газетам и вывескам. А ничего! Пустота. Это начинало раздражать, но в то же время вызывало бешеный интерес. 

Увы, это уже немного наскучило, но единственный мобильник в доме с играми разрядилась.

Уловив чужое присутствие, она напряглась, повернув голову набок. Дверь, ведущая во двор, медленно открылась и в проеме показался Джуда. Выдохнув, та тут же вернулась к своему занятию. На секунду отвлеклась, что бы проверить не сгорело ли мясо. Мужчина теперь стоял рядом с раскладушкой.

— М?

— Я хочу попросить тебя о помощи.

Девушка кивнула, мол, продолжай.

— Помнишь тех ребят, что к нам вчера пришли?

— К сожалению.

— Они ушли в зону и...

— Земля им пухом.

Джуда сделал глубокий вдох. 

— Ушли в зону. И я почти полностью уверен, что целыми они не вернутся.

— Твоя интуиция тебя не подводит.

— Я хочу попросить тебя присмотреть за ними. Если будет возможно — выручить. Но если это будет для тебя опасно — не стоит. В таком случае пошли мне весточку и держись на расстоянии.

Он поставил на низкую табуретку рядом с ней смолисто черную музыкальную шкатулку.

Девушка мельком глянула на нее, опять отвела взгляд и молчала пару мгновений.

— Только если кто-то вместо меня посмотрит за мясом.

Судя по голосу, Джуда улыбнулся.

— Я посмотрю.

— Только попробуй мои кроссворды тронуть. Возьми себе другие.

Уходя обратно в дом, мужчина бросил через плечо:

— Не буду. И, спасибо, Аэр.

***

Что-то было не так. Каин определенно точно понял это, когда по прибытию на место назначения никакого лагеря не было. Остальные из конвоя просто в недоумении крутили головами и пожимали плечами, Симон же перебывал в настоящем ужасе. Он бродил туда-сюда, сверялся с планшетом по двадцать раз за минуту, пытался связаться с кем-то по рации. Осмотрев местность на километр вокруг уже в раз третий, младший принял решение идти обратно. Он боялся, а Каин испытывал лишь раздражение и злость. Хотелось набить кому-то морду.

Отряд быстрым темпом двинулся обратно, вернувшись к стене за минут десять, не больше. Быстро нацепили пояса и прочее обмундирование, направились к туману. Но неожиданно процессия остановилась. Каин не видел, что там произошло за головами мужиков, но слышал их возмущение и...испуг? Отошли, опять попытались пройти. Снова встали.

— Да что у вас там происходит?! 

— Наконец не выдержал мужчина.Ему не ответили. Тогда он отцепился от конвоя, стянул с себя шлем и широкими шагами приблизился к туману, пихнув в бок одного из мужиков, когда тот попытался его одернуть. Посмотрел на их лица, перекошенные от удивления, хмыкнул с насмешкой и просто шагнул в туман.

Но тут же врезался лбом во что-то холодное. Шагнул назад, потирая ушиб. Каин на мгновение обернулся на солдат. На Симона, который смотрел на все это, что-то шепча под нос с безумным взглядом. Мужчина принялся бурчать под нос бесконечный поток ругательств и попробовал пройти еще раз, выставив вперед руку. Тогда попытался влететь с ноги. А когда и это не удалось, то долбанул ногой по канату. Он мягко задрожал. Проход ему ничто не блокировало.

Каин почесал затылок, и ткнул в туман автоматом. Его тоже ничто не остановило.

— Хрена у начальства выкрутасы! Эй! Тупоголовые! Выпустите нас отсюда!

Симон, тоже снявший пояс, ударил брата по плечу, заставляя того заткнуться, после чего оттолкнул от тумана. Остальной конвой тоже принялся расстегивать пояса.

Все они начали бродить вдоль стены, в попытке пройти хоть где-то. Каин в это время стоял, скрестив руки на груди, иногда шумно выдыхая. Было ужасно жарко, но не было куда скинуть лишний груз — рюкзак и так забит по самое не могу. Тогда мужчина взялся проверять свое оружие. Автомат через плечо, пистолет и пару метательных ножей на поясе. Еще по ножу на каждом бедре и нож в сапоге. На свободном боку катана — отцовский подарок. В рюкзаке были еще ножи, маленький топор и рожки для автомата...Хотя Каин всегда отдавал предпочтение холодному оружию, потому таскал кучу железа. В итоге он так об этом задумался, что не сразу услышал, как брат вновь подал голос.

— Связи никакой... Но я предлагаю отправиться дальше. Чтобы найти хоть кого-то из наших людей. — Он выглядел неважно, говорил слабо.

Тяжело вздохнув, Каин подошел к нему и похлопал по плечу.

— Ну, давай поищем. Не волнуйся, что-нибудь придумаем, и похуже бывало. Я нас вытащу.

Губы его растянулись в широченной ухмылке, глаза озорно заблестели. Его их положение не так сильно пугало. Что ему, вояке, вникать? Нет выхода и ладно. Найдется в другом месте, значит. Зоны нестабильны, всякое бывает. Нет лагеря? Может, в другом месте разбит, просто координаты не те дали.

Двое других мужиков и новичок тоже уже не так сильно волновались. Первый шок прошел, теперь в их головах нашлось какое-то простое объяснения происходящему. Чего думать? Есть командующий, ему думать и положено. А им...по сигналу стрелять только. 

А вот Симон думал. И по-любому ему было что сказать, но с солдатами особо не о чем говорить. Сколько Каин его помнил — всегда хорошо учился, сам изучал всякие науки и прочее. Предпочитал, в общем, работать мозгами, а не кулаками. Младший в итоге лишь сокрушительно покачал головой и махнул рукой. Строем двинулись в сторону псевдолагеря.

Отошли они где-то метров на пять, когда послышались шаги. Каин направил автомат в сторону кустов и деревьев, откуда, как ему показалось, доносились звуки. Но тут же понял, что шаги доносятся буквально отовсюду. И становились постепенно все громче, пока не начал слышаться электрический треск. Лицо и пальцы закололи. Каин почесал щеку, но ощущения никуда не исчезли, стали сильнее. Здесь не должно было быть никаких сущностей и аномалий, как им сказали. Но что же тогда происходит?

Один из мужиков, пристально вглядываясь в другом направлении, тоже явно это чувствовал. 

— Что за дерьмо?..

Весь мир, отозвавшись на эти слова, завыл в агонии. Новичок зажал уши, остальные лишь болезненно поморщились и встали кольцом, прикрывая Симона. Тот попытался выбиться вперед, но Каин его оттолкнул. Мало того, что это его задание — защищать сержанта, так еще и он был его братом, пусть и некровным. Оружия почти никакого нет, защита тоже никакая. Форма Симона могла разве что ножевой удар выдержать. Да и то, не факт.

Вой становился громче, пока не стал стягиваться в одну точку и тогда из-за деревьев бесшумной тенью выскочило нечто. Весь отряд тут же открыл по нему огонь, но если и попали — то не нанесли никакого вреда.

Существо чем-то напоминало человека. Высокое, метра два с половиной. Длинные ноги закованные в серебряные латы, тело скрывалось под черным, словно облако дыма, плащом. Головы было не рассмотреть. В руках существа лежало что-то, напоминающее алебарду. Изгибаясь под нечеловеческими углами и двигаясь с немыслимой скоростью, оно стремительно приближалось. Пули дырявили плащ, но никак не могли попасть по тонкому телу, что извивалось словно змея. Мощным рывком, оно подобралось к отряду почти в плотную. Резко наклонилось к самой земле и с чудовищной силой развернулось, нанося удар алебардой. Череп одного из мужиков, который оказался к нему ближе всех, раздробило. Мозги полетели во все стороны, кровь заливала землю.

— Назад, назад!

Пытаясь сохранить строй, оставшиеся стали стремительно отдаляться. Симон занял место погибшего, держа в руке револьвер. Каин попытался его снова одернуть, но тот извернулся, присев к земле. Прицелился и выстрелил один раз. Пуля должна была продырявить грудь твари, но та успела каким-то образом уйти в сторону и в итоге ей лишь лизнуло бок. Черная кровь полилась из небольшой раны, но оно не испытало никакого видимого дискомфорта.

Отряд опять открыл по твари огонь. Уже имея представление о скорости существа, добрый десяток патронов сумел прошить железо на его теле. Истекая кровью, оно попыталось занести еще удар, но Симон сделал последний выстрел, прямо в голову. Тогда оно наконец-то сдохло. На мгновение мир затянулся черная дымка, тело Каина словно током ударило, перехватило дыхание. Послышался звук, похожий на взрыв, а когда перед глазами все снова прояснилось на месте смерти существа земля стала смолисто-черной в радиусе нескольких метров вокруг.

Тяжело дыша, Каин окинул взглядом своих сослуживцев. Новичка трясло, другой стоял с каменным выражением на лице, пусть в глазах и виднелись отблески шока. Симон выглядел более-менее спокойно. Каин, наверное, тоже. И похуже сущностей видал. Но проворная же эта...Так живое двигаться не может. Будь они хотя бы готовы к тому, что встретятся здесь с врагами, может, все прошло бы гораздо лучше.

Тогда он взглянул на убитого. Кровь залила все вокруг, ошметки главного человеческого органа валялись, словно мусор, вперемешку с осколками черепа. Его могло бы вывернуть от этой картины, но он такое видел уже слишком много раз. Мужик рядом без лишних комментариев вытащил из рюкзака складную лопату, Каин последовал его примеру, а новичок в это время начал заматывать его тело в кусок ткани, что нашелся где-то на дне вещей. То, что умерло в зоне, там и остается. Такова традиция. Безусловно, не все ее придерживались, но на медальке указывалось, что выносить его тело не нужно. Забрали только оружие, рюкзак и медальку с именем. Выкопали небольшую яму, вложили туда мертвеца и присыпали землей, образовав небольшой бугорок.

Симон прошептал какие-то слова почтения, все молча отдали честь и в такой отвратительной атмосфере пошли дальше. Каин не знал этого человека, но сочувствовал ему и его семье. Кто-то считал, что умереть в зоне — самое ужасное, что может случиться с человеком. А кто-то наоборот... Каин же считал, что неважно где ты умер. Но если ушел из жизни в бою, пал смертью храбрых — значит конец твой достойный. И этот солдат погиб именно так.

Труп твари решили на всякий случай не трогать. Он бы забрал алебарду, но еще лишний груз будет затруднять передвижение. Еще и с этим рюкзаком, который теперь тащили все поочереди. Хотя, правда, вскоре его забрал Симон.

На том же месте, где должен был быть лагерь, ненадолго остановились. Симон пытался на карте найти другое место, где в теории мог быть разбит лагерь. Однако судя по его лицу, он не верил, что тот существует. Каина удручало, что, исходя из данных, зона абсолютно безопасна. Сон уровня «F». А вот ни черта она не безопасна. Младший указал какое-то непонятное направление, отметив его на карте и двинулись дальше. Мужик тихо переговаривался о чем-то с новичком. Каин не вникал. Младший продолжал копаться в планшете. Прикладывая два пальца к виску, он что-то иногда говорил. Картинка на планшете постоянно менялась, переключаясь то на карту, то на документы, то еще на что-то непонятное. Старший хмыкнул, подумав о том, как быстро брат привык к импланту. Какая-то дрянная экспериментальная технология, а он, дурачок, согласился. На непонятно даже что, собственно.

Двигались к железной дороге, пусть и пока их обступил густой лес.

Было тихо. Даже слишком тихо... Это беспокоило. Что-то было не так. За ними следили? Что-то мертвое, что-то дрянное. Деревья тихо дышали, в кустах иногда шуршали мелкие животные, а над головами летали птицы. Вороны. Символы смерти, что пришли еще из старого мира.

Спокойствие длилось недолго. Прозвучал мягкий стук, тело новичка свалилось на землю. Из шеи его торчало что-то странное. Оно напоминало стрелу, но вместо оперения было нечто схожее с цветком. Через мгновение тот раскрылся, от чего новичок в последний раз дернулся в конвульсии и окончательно замер. Каин не успел даже схватить его, что бы подтянуть поближе к остаткам группы.

Они присели, пристально вглядываясь в лесную чащу. Порой меж деревьев мерцало золотые и багряные цвета вперемешку с черными. Но враг не приближался. И выстрелы его не доставали. Каин, опять почувствовав неладное, схватил Симона за плечо, опрокинув его наземь и попытался сделать то же самое с мужиком, но не успел. Стрела попала в грудь. Он хрипло кашлянул, но, видимо, бронежилет его защитил. Цветок раскрылся, черная жидкость потекла из дырки. Мужик обломал стрелу и стал задом двигаться на выход из леса. Каин и Симон последовали за ним. Иногда звучали автоматные очереди, пару раз стрелы попадали в стволы деревьев.

Они почти вышли, когда опять прозвучал свист. Мужик начал валиться наземь, держась за древко стрелы, торчащее откуда-то из шеи. Цветок раскрылся, глаза его закатились, из рта полилась пена. Через пару мгновений он упал, не дыша.

Каин еще несколько мгновений держал позицию, продолжая стрелять. Однако враг не спешил появляться, но продолжал атаковать. Тогда Симон схватил старшего и потащил прочь. Сначала он сопротивлялся, но потом поддался и побежал с братом наравне. Ничего другого не оставалось. Один раз стрела прилетела ему в спину. Мужчина удивился той безумной силе, с которой она в него попала, и в то же время несказанно обрадовался тому, что бронежилет не дал этой дряни продырявить его тело. Во время бега она в итоге выпала.

Бежали, наверное, добрых пол часа. Двадцать пять минут из которых преследование не прекращалось ни на мгновение. Симон начинал выдыхаться, еще бы чуть-чуть и уже свалился бы. Пока тварь, наконец, не отстала. Может, стрелы закончились. Тяжело дыша, младший облокотился о стену непонятного завода, у которого они остановились. Затем медленно осел на землю. Каин присел рядом и стал проверять что осталось из оружия. Не время расслабляться. Еще будет время для скорби по погибшим. Потом следовало вернуться к их телам и закопать. Но не сейчас, та тварь, может, еще там. Наверняка.

Один рожок патронов. Недовольно запихнул его за ремень на груди, повторно перепроверил все ножи и тогда начал скидывать с себя все, что считал лишним. С рюкзаком проделал то же самое, оставив только самое необходимое. Симон продолжал сидеть, безжизненно глядя перед собой. Каин не выдержал и ударил его по плечу. Слабо, но достаточно, что бы тот дернулся.

— Чего раскис? Вещи разгружай и будем идти.

— Куда идти? Все наши люди...

Он ударил его еще раз.

— Не падать духом! Если будем сидеть — отправимся следом за ними. 

Давай, вставай.

Должно быть, он выглядел жестоким. Но в голове банально не было места на сожаления, сейчас его мысли занимала забота о том, как бы выжить самому и брата уберечь.

Шлем тоже выбросил. Вместо него надел свои солнцезащитные очки, которые доселе лежали в одном из карманов. Симон уныло поднялся и выбросил некоторые вещи, после чего опять достал планшет.

— Пойдем к железной дороге, выйдем на вокзал, а оттуда уже решим.

Каин одобрительно кивнул, глянул на карту и двинулся в путь. Брат последовал за ним, вскоре выровнявшись. Тогда старший спросил:

— Зачем тебя сюда послали?

— На замену местного командующего.

— Больше ничего тебе не сказали?

Он покачал головой.

— Ясно.

Это была подстава. От них просто...избавились. Каин мог понять, почему его сюда бросили. Слишком буйный, неконтролируемый. А отец в случае чего мог вытащить его из-под трибунала и прочих передряг, что еще сильнее осложняло контроль над ним. А Симона за что? Изначально ведь именно его убирали... А он был солдатом крайне покладистым. Приказы выполнял четко и безоговорочно. Обладал проницательным умом и являлся весьма и весьма неплохим стратегом. Наверняка у него уже был план, просто он пока не посвятил в его детали брата. Он верил в это.

И Каин никак не мог понять чем верхам выгодно бросить его сюда умирать. Тогда он подумал, что, может, это и не подстава. Может, верхам самим поступили ложные данные о зоне? Может, она с момента прошлого отчета исказилась. Такие бывали, насколько он знал. Уверенности точной не было, в силу нехватки информации. Да и он как-то не пытался проводить слишком сложные параллели, голова начинала болеть. Этим пусть брат занимается, а ему нужно начеку быть, что бы избавляться от внешних опасностей.

Разбитая железная дорога пролегала через все тот же лес. Напрягал каждый шорох, каждый треск ветки или шелест. Но шагов пока слышно не было. Это внушало некоторое спокойствие. Если оно вообще было возможным. Каин в целом-то не слишком сильно волновался. Враги их видимы, убить возможно. Главное, понять их повадки и быть осторожными. В то время как на лице Симона было написано напряжение, задумчивость. Словом, полностью ушел в себя.

Солнце висело высоко над их головами, пробиваясь сквозь зеленые листья. Даже в тени можно было ощутить его жар, от которого становилось тяжело дышать. Мужчина подумал о том, что уже не может дождаться, когда наступит ночь. Передвигаться днем во всем этом обмундировании было невыносимо. Хотелось скинуть все, но без бронежилета оставаться желания не было, после тех стрел с, похоже, смертельным ядом в них. 

Вскоре они дошли до вокзала, на котором вновь ждал сюрприз. Во-первых, такое же странное почернение земли и колонны рядом. А во-вторых, голоса. Голоса и шаги. В этот раз человеческие. Шаги вскоре стихли, видимо, люди остановились. А вот беседа их продолжалась. Один голос был мужским с явным провинциальным акцентом, достаточно пышным на эмоции. В основном на очень бурное удивление. А второй женский, достаточно мягкий, спокойный.

Каин и Симон присели за одной из колонн. Оба напрягли слух.

— ...Ну чтобы ты поняла чем я занимался, собственно. Типа аналитик — это такая бесполезная профессия... Круглые сутки у компа сидишь, читаешь какие-то отчеты, че-то на основе них пишешь. А я че? А я ниче, я давай самые какие-то интересные моменты переписывал себе в тетрадочку... Да не смотри на меня так! Ну нравится мне все с зонами связанное, что поделаешь? Ты давай лучше послушай. Про Обсидиановое Яйцо слышала? Это, короче, такая сфера черная, ее если бросаешь в стену или еще куда-то, она всегда в руку возвращается. Прикольно, скажи?

— Что-то в духе бумеранга?

— Ну идея та же. Но оно прям вот гарантированно назад прилетит. Если проход перекрыть — оно будет висеть в воздухе, пока не сможет вернуться в руку.

— Ого!

— Да-а, интересного было много! Я, честно, столько всего любопытного там прочитал. А этот, Кровавый Горн знаешь, что делает?..

Ага, проклятые нарушители закона! Первой мыслью Каина было схватить их и допросить. У Симона, похоже, возникла идентичная идея. Жестом он указал младшему обойти их по правой, а сам двинулся в левую сторону, держа автомат наготове. Каин без промедления тихой походкой проскользнул за другую колонну. Аккуратно выглянул. Цели их сидели на поломанной лавочке, пили воду. Самый разговорчивый был русый мужик с, откровенно, ужасным внешним видом. Девушка выглядела еще более-менее, но тоже одета в какие-то лохмотья. Оружия у них вроде как не было.

Симон, тоже аккуратно взглянувший на них с противоположной стороны платформы, судя по всему захотел выйти к ним спокойно, с мирной беседой, но не успел остановить брата. Каин как сорвался с цепи, выскочил из укрытия, бросившись на несчастных. Мужик вскрикнул и кинулся бежать куда-то в сторону, девушка попыталась тоже скрыться, но была не настолько проворной и Каин смог схватить ее за плечо. Без промедления он выкрутил ей руку, занеся за спину и быстрым движением уложил на грязный пол. Она взвизгнула от боли и начала брыкаться, однако он держал ее крепко. Симону теперь ничего не оставалось, кроме как броситься за сбежавшим с разочарованным видом на лице.

— Отпустите меня! Отпустите! — Каин закатил глаза и выкрутил ей руку чуть сильнее. Он, в принципе, не пытался ей травму нанести, но, видимо, слегка перестарался. Девушка всхлипнула и замолкла, пусть и попыток выбраться до конца не оставила.

Долго весь этот концерт не продлился. Вскоре младший притащил обратно мужика. Из лба его теперь красным ручейком текла кровь, над левым глазом красовался фингал и тот не открывался. Он что-то невнятно бормотал, будто бы находился в состоянии опьянения. Про какого-то Даньку и про то, какой же этот Данька классный мужик был.

Девушка забрыкалась с новой силой, и тогда Каин рявкнул «молчать». На мгновение наступила тишина. Симон уложил своего пленного животом вниз, заложил ему руки и одной рукой стал рыться в рюкзаке в поиске хотя бы стяжки. Как-то быстро все закончилось... Даже обидно было немного. Не боевые ребята, абсолютно.

Вдруг, будто по воле самих Небес, возникла новая фигура.

— Отпустите их.

На одном из вагонов, скрестив руки, стоял невнятный силуэт. Плащ и капюшон не давали в полной мере его увидеть. Но голос был женским с сильным славянским акцентом.

Каин придавил девушку под собой коленом и направил на незнакомку автомат.

— А ты еще кто? Сейчас и с тобой разберемся.

— Выстрелишь — и на звук прибегут все стражи в округе. Видел их уже, знаешь, о чем говорю. Они очень-очень чувствительны к стрельбе... — она хмыкнула и вздернула подбородок. Прядь белых как снег волос в этот момент выбилась из-под капюшона.

Мужчина замер в недоумении. Откуда она могла знать? По-любому говорила про тех тварей в доспехах... Впрочем, своего удивления тот почти не показал.

— Врешь.

— Тогда стреляй. И скоро и ты и твой дружок отправитесь следом за вашим отрядом.Каин нахмурился, но это утверждение казалось слишком убедительным. Он неуверенно опустил автомат. Не мог рисковать. Только теперь удалось рассмотреть два клинка на каждом боку незнакомки. Судя по форме рукоятей, изогнутые. Симон, который отвлекся от поиска стяжки, молча наблюдал за происходящим. Вдруг доселе смирно лежавший мужик вскочил с места, схватил ближайший камень и зарядил Симону им по виску. Младший успел прикрыться рукой, но удар от этого слабее не стал. Он отскочил и выхватил нож. Каин хотел броситься ему на помощь, но схваченная им девушка, как только хватка ослабла, извернулась и укусила его за пальцы. От неожиданности Каин оттолкнул ее так сильно, что она прокатилась добрых метра два.

В игру вступила беловолосая незнакомка. С мягким звуком она изъяла один клинок из ножен и спрыгнула на платформу.

— Если хоть кто-то из вас, чертей, вмешается, я лично зарежу всех присутствующих! — она указала в сторону, пока взгляд ее не покидал Каина.

Мужчина хмыкнул.

— Очень самонадеянно, — он вытащил катану, встав в боевую стойку.

Не было никаких сомнений, что брат разберется с тем мужиком и девкой. А он тем временем превратит в нарезку эту стерву. Это будет весело и будет куда выплеснуть всю накопившуюся злобу. Теперь весь мир перестал существовать. Остались только они, посреди безграничной пустоты. На этой платформе, что одиноко дрейфовала в пространстве. И из этой битвы живым выйдет только один. 

Девушка тоже встала в стойку. Каин отметил странный ее внешний вид. Грубый, непрофессиональный. Прошло короткое мгновение, которое тянулось словно вечность. Когда они бросились друг навстречу другу. Каин сперва двигался не столь быстро, но незнакомка оказалась чудовищно резкой. Каждый ее взмах нес в себе нечеловеческую силу. Сложно было следить за этими движениями. Они были одновременно и плавными и абсолютно звериными, полными безграничного гнева. Тогда Каин тоже начал выкладываться на полную. Он парировал ее удары, сам наносил свои, но ни один не достигал цели. К тому же, очень сильно его сбивал с толку странный звук, который возникал при скрещении их клинков. Его катана звенела как любое другое нормально оружие, а вот ее... Оно не звенело совсем.

На мгновение они отскочили друг от друга. Оба тяжело дышали. В этот момент до слуха Каина донесся глухой стук. Брат его лежал ничком на платформе, мужик корчился рядом, держась за живот, а над ними стояла черноволосая девка с кирпичом в руках. Он хотел броситься к нему, но девушка громко его окликнула.

— Развернешься — и в твой затылок прилетит нож. Вернись в сражение и сдохни с честью! — она указала на двоих бомжей. — А вы! Вы сидите и не двигайтесь!

Они, в принципе, и не собирались, судя по их напуганных лицах.

Каин заскрипел зубами, но между выбором гарантированно умереть и не умереть, он выбрал второе. Мужчина вернулся в стойку. Девушка последовала его примеру.

— Еще посмотрим, кто сегодня сдохнет.

— Удачи попытаться, ублюдок.

Вновь клинки их сплелись в танце. Он бил, думая о том как бы поскорее ее прикончить. Она же била с абсолютно идентичными мыслями. В их движениях кроме ненависти не осталось абсолютно ничего.

Наконец, спустя абсолютную бесконечность, катана зацепила ее руку. Девушка зашипела от боли, очередной удар сбился и он воспользовался моментом, чтобы зарядить ей ногой в живот. Тело незнакомки полетело по платформе, словно тряпичная кукла, однако клинка она не выпустила. Нет, она начала подниматься, посыпая проклятиями его, да и весь мир в целом. Каин приблизился к ней в два широких шага, отбросил ее меч куда подальше и схватил за шкирки, подтянув повыше.

— Неплохой ты боец. — Лицо его расплылось в кривой усмешке. — Твое имя?

— Да чтоб ты сдох... — она сплюнула через хрип боли.

Каин хмыкнул и потянул ее за капюшон. Хотелось в лицо глянуть своему врагу. А когда глянул, то опешил. И ей этого мгновения хватило, что бы выхватить второй меч, про который он напрочь забыл, и нанести удар под руку.

Он вскрикнул от резкой, ни с чем не сравнимой боли. Она моментально расползлась по всему телу, словно его прошило копьем. Мир начал темнеть и крутиться, было невозможно сделать вдох. Потеряв равновесие, Каин осел на колени. Последнее, что он видел, это как она, с пылающими холодной яростью глазами, поднимает ногу для удара по лбу. А потом все ушло во мрак.

***

Дуэль между синеволосым амбалом и незнакомкой в плаще продлилась, наверное, не более пяти минут. Может даже меньше. Двигались они оба с чудовищной скоростью и силой, и Гидеон был несказанно рад, что с воякой расправились. Ни у него, ни у его спутницы против него шансов не было никаких. Даже дружок его оказался той еще занозой в заднице. Уложили только каким-то чудом. Он, видимо, слишком увлекся Гидом, пока в живот ему бил, а Ева не растерялась и кирпичом ударила.

Он, вроде как, еще не успел отбыть на тот свет, а добивать его Гидеон не решался. Не хотелось грех на душу брать. Ева, похоже, решила аналогично. Так в итоге они оба сидели около его распластавшегося тела, в ужасе наблюдая за сценкой на платформе. Битва была достаточно жестокой и кровавой.

Незнакомкой, судя по всему, оказалась та девушка из дома, если судить по волосам. А вряд ли на всю зону найдется кто-то еще с таким любопытным цветом.

Сражение развязалось неожиданно и очень неприятно. Сперва он решил, что их спасительница погибнет и думал то ли спасать ее, несмотря на предупреждение, то ли бежать с Евой... Но закончилось все наоборот. Она стояла к ним спиной и потому в моменте Гидеон не видел лица девушки. Зато очень четко видел искаженное от боли лицо вояки. От этой гримасы ему стало не по себе, а Ева вообще закрыла глаза рукой, лишь бы не видеть как под ним разливается лужа крови.

Незнакомка выровнялась и какое-то время молча смотрела на поверженного ею человека. Сожалела ли она? Или, наоборот, торжествовала свою победу? Так или иначе такое спокойствие вселяло ужас. Девушка присела над его телом, проверила пульс. Затем сняла с себя плащ и на скорую руку замотала рану. Решила не бросать умирать...

Через пару мгновений она, не оборачиваясь, бросила им двоим:

— Тащите второго сюда. Сейчас же.

Гидеон в неуверенности посмотрел на тело рядом с собой. Потом на Еву. Но ослушаться приказа не решился. Этот человек внушал страх на уровне с Джудой. Только...другой. Если он пугал своим умом, спокойствием и загадочностью, то она своим безумием. Безумием, которого тот не видел уже давно. Этот хриплый голос, пропитанный злобой. Эти движения, напоминающие повадки дикого зверя. Не хотелось бы стать ее врагом, ибо такие люди, как она, будут сражаться до самой смерти. Своей или чужой — не имело никакого значения. Отруби ей руку и все равно не отступит. Гид помнил таких. Людей, что жили на просторах разрушенных городов, что успели забыть о человеческом величии и благородстве, полностью отдав себя внутреннему чудовищу во имя выживания.

Но каков смысл жизни, если ты даже не живешь? Ты существуешь и в процессе этого существования заливаешь кровью все вокруг. В своем бреду несешь горе другим, ибо уже не разделяешь с ними простых человеческих чувств. Вот, что принесли зоны и война.

Тяжело поднявшись, он взял тело под руки и потащил к девушке. Ева через мгновение молча к нему присоединилась, взяв его за ноги. Дело пошло чуть быстрее.

— А теперь прочь. Спрячьтесь в красном вагоне.

Не дав им дойти до себя буквально два шага, девушка махнула себе за спину. Почесав затылок, Гидеон похлопал Еву по плечу и двинулся туда, куда сказали. Его спутница пошла следом.

В тишине они сели на одно из сидений в вагоне, как можно дальше от единственного доступного входа. Гид, наконец, решил подать голос.

— Ты как?

Ева махнула рукой.

— Нормально. А ты?

Вид у нее, конечно, был не самый нормальный. Она болезненно потирала плечо, которое ей амбал выкрутил и в целом выглядела так, будто ее сейчас вывернет.

— Терпимо.

Он стал оттирать кровь со щеки рукавом. Лицо частично онемело и жутко болело. Живот болел не меньше, тяжело было сгибаться и делать глубокие вдохи. Откинувшись на спинку сидения, Гидеон через выбитое окно наблюдал за девушкой. Она все также не поворачивалась в их сторону лицом и было не понять, что она делает. На мгновение та замерла и добрых две минуты сидела неподвижно. Он в этот момент услышал приглушенные шаги, но они быстро стихли. Тогда девушка продолжила свою деятельность, не обращая внимания на кровоточащую рану на собственной руке. Ему на мгновение показалось, что слышит какую-то мелодию, но решил, что причудилось.

Прошло еще несколько минут. Девушка стянула рюкзак с амбала и полностью его обыскала, выкинув оттуда все оружие. Потом скинула все с него самого, вместе с очками. Гидеон подумал, что тот умер, когда незнакомка безмятежно встала с места, забросив в сумку на поясе какую-то черную коробочку и двинулась к вагону поезда. Волосы частично скрывали ее, но из-за ветра порой можно было уловить некоторые черты. Особенно их стало видно вблизи.

Лицо ее было бледным и вытянутым с правильными, пропорциональными чертами. Ровные брови, яркие янтарные глаза, не выражающие ничего, кроме холода. Такой же ровный острый нос и бледные губы, напряженно сжатые в тонкую ниточку. Истиной это являлось лишь отчасти. Правая половина лица была ужасно изуродована: огромный шрам напоминал свежий ожог, окрасивший кожу в тусклый, мясистый оттенок. Под поблекшим до цвета кости глазом и под скулой залегли глубокие тени. Ни бровей, ни ресниц на этой стороне не осталось. 

Гидеон изо всех сил пытался не пялиться, но выходило паскудно. Ева тоже смотрела на нее в оба глаза, просто ужасно скрывая свой шок. Девушка в ответ на это нахмурилась.

— Че уставились? — не давая им возможности ответить, продолжила, — ты, иди помогай их тащить.

Указала на Гидеона и стала удаляться к платформе. Он повернул голову в сторону своей спутницы, кивнул в направлении девушки, мол, видела что за ужас? Она лишь кивнула в ответ, после чего Гид поднялся с места и затрусил следом.

Первым перетащили амбала. Девушка затянула его руки стяжками на подлокотниках уцелевшего сидения. Ноги тоже стянула. Гидеон с удивлением отметил то, что кровь больше не шла. Пусть и вид у него все еще был никудышный, умирать тот явно пока не собирался.

После чего занесли дружка. Привязали таким же образом на противоположном ряду. После этого девушка нашарила у них медальки с именами, прочитала, что-то себе под нос прошептав, и вложила их в карман. Затем еще побродила туда-сюда, стягивая все оружие да рюкзаки в другой конец вагона, а свои клинки вложила обратно в ножны. В последнюю очередь она забрала свой окровавленный плащ и накинула себе на плечи, сев рядом со связанными. Гидеон, наконец, спустя слишком тягучую тишину, подал голос.

— А...как звать?

— Аэр, — ответила она, даже не подняв взгляд. Все ее внимание уходило на пленных.

— Спасибо... Это, ну...

— Я спасла вас не из доброй натуры, а потому что меня попросили.

Вновь все замолчали. Аэр на мгновение подняла голову, удостоив своим взглядом Еву.

— Подойди сюда, руку осмотрю.

— Да все в порядке...

— Поднять можешь?

Ева без каких либо видимых затруднений подняла травмированную руку пару раз.

— Уже почти не болит... Вас ведь самих ранило?

— Это не твоя забота.

Продолжать бессмысленный диалог Ева не стала. Аэр явно не была заинтересованной в беседе с ними. Хотя сложно было понять что она думает. На изувеченном лице читалась лишь усталость, а во взгляде — безграничная пустота. И что-то еще... Что-то, что Гидеон понять не мог. И, может, поэтому решил задать и сам вопрос.

— Кто попросил? Ну, спасти.

— Джуда.

Гид вздохнул, испытав стыд. Все-таки он был прав. А они даже до зоны дойти не успели... Глядя в окно, он подумал о том, что это была глупая идея. Очень глупая... Ладно он сам бы помер, о нем все равно никто не вспомнит. А Ева? У нее была семья, наверняка друзья и прочее. Ему не следовало подвергать ее опасности из собственных прихотей. Ибо если бы не Аэр, то с ними сейчас неизвестно, что произошло бы. Его бы избили, скорее всего, так, что собственное имя забыл бы. За Еву же и представлять страшно.

Весь мир вновь канул во мрак отчаяния. Стал мерзким и холодным, совершенно ему чуждым. Все виделись врагами, жестокими и беспринципными. Та же Аэр... Не попроси ее Джуда — вряд ли бы их выручила. Эмпатия, казалось, была ей чужда. Оно и не удивительно. Со столь жутким шрамом он и сам едва ли бы лучше был. После такой боли и с ума сойти несложно.

Его раздумья прервало слабое движение одного из связанных. А именно дружка амбала. Аэр напряглась. Она скрестила руки на груди и стала наблюдать за очнувшимся.

Пленный сначала покрутил головой, на мгновение взгляд его застыл на лице девушки. Что в этот момент на его морде было написано — Гид не рассмотрел, так как отвлекся. В любом случае вскоре любое удивление исчезло. Он попытался занять чуть более удобную позицию, но со скованными руками и ногами выходило так себе.

— Твое имя? — спросила Аэр голосом, в котором скрежетала сталь.

Тот зажмурился, но ответил быстро.

— Симон Доппель.Она кивнула, хотя уже и так знала ответ.

— Кто вас сюда послал?

— Арк... «Феникс».

— Зачем?

— Я не знаю.

Она приблизилась к нему, ударив ногой в спинку сидения буквально в сантиметре от его головы. Не отнимая ноги, Аэр наклонилась к нему поближе.

— Я повторяю еще раз. Зачем вас сюда послали?

Симон, видимо все еще не оправившийся от удара кирпичом, опять зажмурился и медленно покачал головой. 

— Не знаю... Меня отправили сюда на замену местного командующего.

Аэр убрала ногу и отошла на шаг, выдавив из себя невеселый смешок. 

— Командующего местного они искали... — Она пару раз щелкнула пальцами, быстро одернув себя от этого действия.

Допрашиваемый в это время сидел неподвижно, лишь мельком глядя на своего кореша. В глазах читалось едва уловимое волнение. Тем временем взгляд его становился все яснее. Боль из него уходила и Гидеон никак не мог понять, как это он так нормально выглядит после того, как его вполне неплохо приложили по голове. Да и дружок его тоже... Хотя может эта Аэр просто не только резать людей умеет, а и зашивать — кто ж знает.

— Больно спокойный ты. Куда буйство свое подевал?

Симон не ответил.

Аэр хрустнула костяшками пальцев и опять опустилась на место, подперев голову ладонью.

— Почему вы напали на этих? — она кивнула себе за спину.

Симон глянул на своего кореша.

— Чтобы допросить.

— Выйти, подняв оружие, — уже не в моде?

— Они ведь...Он закон нарушает... Таких нужно...

— Ты в зоне, дегенерата кусок. Тут законы не работают.

— Работают. Он гражданин Арка, значит, работают.

— А если он наврал подружке своей? Что скажешь на это?

Симон нахмурился. Пару мгновений пытался найти ответ, но в итоге промолчал. Гидеон в это время активно замотал головой со словами «да не врал я!». Ева похлопала его по плечу, говоря тем самым, чтобы успокоился.

— Знал ли ты, что выхода нет?

Он кивнул.

— Знаешь ли ты, что вас просто бросили умирать? — эти слова прозвучали настолько холодно и болезненно, что даже Гид поежился. Симон опять медленно кивнул.

— Тогда в вашей логике прослеживается какая-то дыра. Вы тут застряли...потеряли кучу людей... А каких-то попавшихся под руку невиновных добить решили. — Аэр, кажется, усмехнулась, чуть раздвинув тени на ее лице.

— Откуда ты знаешь, что мы были не одни?

— Есть свои методы. И вообще-то не ты вопросы задаешь, так что закройся.

Симон, проигнорировав этот комментарий, кивнул на окровавленный рукав ее кофты.

— Кровью так истечешь.

— С каких это пор тебя жизни других беспокоят? 

— Мы не собирались их убивать.

— Да по вам прям видно. Одному голову разбили, другой руку. Потрясающая работа, сержант, — звание его она добавила неуверенно, пристально всматриваясь при этом в погоны.

В этот момент начал просыпаться второй. Девушка угрожающе ткнула на Симона, прошептав «молчать» и переключила часть внимания на амбала.

Приходил в себя он не так спокойно, как его дружок. Сходу попытался вырваться, даже толком не поняв что вообще происходит. А потом через секунду громко протянул «ААА», за что получил немедленную пощечину от Аэр. Мужик на мгновение умолк, а потом начал брыкаться с новой силой, с бесконечным потоком ругательств, что сыпались с его уст.

— Успокойся! — неожиданно рявкнул Симон.

Амбал тут же стих, глядя на своего командира.

— Че?

— Спокойно. Просто отвечай на вопросы.

— Да не собираюсь я...

— Просто. Отвечай.

Он помолчал мгновение и тогда кивнул. Аэр наблюдала за всем этим со скрещенными на груди руками.

— Наконец-то. Твое имя?

Амбал скорчил недовольную рожу. — Каин.

Мгновение тот вглядывался в лицо своего допрашивающего. — Пиздец у тебя на морде, конечно...

Опять получил сильную пощечину, которая оставила яркий красный след на его смуглом лице.

— Молчать.

Симон тяжело вздохнул, но Каин дальнейших комментариев не вставлял.

— Кто вас сюда отправил?

— На кой хрен спрашиваешь? Он уже сказал, наверное.

— Вопросы тут задаю я.

— «Феникс».

— Зачем?

— Не знаю, у Симона спроси, — Каин кивнул на него, отвернувшись к окну. Повтор вопроса он проигнорировал, тогда Аэр взяла его за волосы, повернув голову в направлении себя.

— Последний раз спрашиваю. Зачем?

— А то что? Что ты мне сделаешь? — на его лице появилась самодовольная усмешка.

— Убью тебя. Нет, сначала я убью твоего брата, пока ты будешь жив. И ты будешь это видеть. А потом тебя. — Аэр усмехнулась.

Вот так дела... братья. Со стороны Гидеон никогда бы не сказал, что те кровно связаны... Если исключить цвет волос, сходств у них больше не было никаких. Ева, видимо, удивилась не меньше него. 

В целом, сейчас они оба чувствовали себя так, словно сидят в кинотеатре. Оба смотрели за допросом молча, с интересом.

Улыбка сошла с лица Каина, тот нахмурился.

— Только посмей...

— А че ты мне сделаешь? — перекривляла она, наклонившись лицом к лицу к амбалу.

Каин без предупреждения дернулся и зарядил ей лбом по лбу. Аэр сделала шаг назад, держась за голову, а тот хохотал.

— Например, перегрызу стяжки и наваляю тебе. — В подтверждение своим словам он наклонился и пару раз укусил стяжку на левом запястье, за что получил удар по затылку.

— Навалял уже один раз, неудачник, — с насмешкой отрезала она, вздернув подбородок.

— Это было нечестно, у тебя два меча.

— А у тебя ножей куча.

— Так и у тебя есть.

— Меньше твоего.

Они на мгновение умолкли. Тогда Аэр неожиданно засмеялась. Каин с пару секунд смотрел на нее с недовольством, но потом тоже начал смеяться. Что Симон, что Ева с Гидеоном наблюдали в недоумении, периодически коллективно переглядываясь. Сложно сказать был ли это веселый смех или истеричный, и что сейчас она начнет его избивать. Или же это он и вправду как-то выберется и начнется настоящая драка.

Чуть ли не задыхаясь, девушка, между приступами смеха, хлопала его по плечу, его чуть-ли не бросало из стороны в сторону. Причина их веселья была непонятной и вызывала желание слиться с полом.

— Ладно, реально нечестно! — она опять взорвалась в приступе дикого хохота. 

— Пов...повторить надо! Отличная дуэль была!

Каин, не в силах говорить, просто кивал. Лицо его покраснело, внятный смех постепенно начал становиться похожим на хрипы умирающего, пока не стих совсем. Они вдвоем еще пару минут хихикали. В итоге Аэр глубоко вдохнула, окончательно успокаиваясь.

— Короче, ты, кончено, ваще невменяемый, хотя мужик нормальный. Но если увижу хоть одно кривое движение с твоей стороны — зарежу.

Последнюю реплику Аэр сказала со свойственным ей холодом, после чего изъяла клинок из ножен с мягким, едва уловимым звуком. Двумя движениями она разрезала стяжки, освободив амбала. Поднявшись, он потянулся и молча пожал ей руку. После чего просто спокойно сел. Ева за этим смотрела с явно написанным на лице недовольством и обидой. Гидеон мог ее понять, учитывая то, как грубо Каин с ней обошелся. А потом опять подумал, а насколько лучше была бы Аэр, которую те уже почем-то своим соратником считали? В общем, Гид сам обиды на них сильной не держал, хоть и опасался.

Аэр кивнула на Симона.

— А вот ты мне вообще не нравишься. Я бы тебя так и оставила.

Симон в ответ на это лишь пожал плечами.

— Но хрен уже с ним.

Девушка повторила с ним те же манипуляции и вложила меч обратно в ножны. Симон кивнул и остался на месте, потирая кисти. Она хотела что-то добавить, но Каин заговорил первым.

— Че это у меня дырки под рукой нет?

— А вот это не твоего ума дела.

Он скрестил руки на груди, но предпочел не отвечать. Симон в этот момент проверил свою голову, явно удивившись отсутствию раны, хоть крови и было много.

Все на время замолчали. Ева сидела с очень оскорбленным выражением, отодвинувшись от прохода подальше, и даже не глядя в его направлении. Гидеон внешне выглядел спокойно, но на деле испытывал легкое волнение. Однако оспаривать решение Аэр духу не хватало. Два брата периодически переглядывались, поднимая брови и кивая, словно молча переговаривались.

Аэр пару секунд сохраняла тишину, после чего набросила на голову капюшон, заговорив в отстраненной манере.

— Я даю вам возможность уйти. Вы заберете свои вещи и можете валить на все четыре стороны.

Симон неуверенно покачал головой и раскрыл рот, что бы ответить, но девушка его перебила.

— Или можете договориться с ними, — кивнула на Гидеона с Евой. — Если есть желание присоединиться к отряду неудачников.

— Мы не неудачники... — обиженно подал голос Гид.

— Неудачники, еще и с большой буквы.

— А ты что, не с ними? — Отозвался Каин.

— С ними, к сожалению.

С этими словами она удалилась в другой конец вагона, где лежало оружие братьев, усевшись там.

Теперь они четверо были предоставлены друг-другу. Ева выходить на свет явно не собиралась, Гидеон первым говорить тоже не хотел.

С одной стороны, ребята могли бы быть полезными, так как сражаться умеют, еще и при пушках, да и в обмундировании хорошем. С другой стороны, ребята сражаться умеют... А Каин еще и, как удобно Аэр выразилась, невменяемый. А брат пришибленный какой-то. Может, надо было еще раз его кирпичом приложить? Мозги обратно вправить, да и дело в шляпе. А в то же время ему было интересно. Интересно взять их к себе, ибо это вносило краски в жестокую реальность. А еще интересно узнать от них еще хоть что-то. Вдруг они знали куда больше, чем сказали Аэр, так как допросы та что-то не слишком умеет вести.

Первым решил отозваться Симон. Он медленно поднялся со своего места, ровным шагом подойдя к притихшим Гиду и Еве, остановившись буквально в шаге от них.

— Я хочу попросить прощения за наши некорректные действия.

Гидеон взглянул на Еву. Та молчала. После чего окинул военного с головы до ног, особенно задержав взгляд на побагровевших волосах и подтеках крови на висках.

— Эх, ладно, дружище. Я на тебя зла не держу, — он встал и протянул руку.

Симон пожал ее и кивнул, после чего взглянул на притаившуюся в углу девушку.

— Прошу простить за то, как мой брат с вами обошелся, мисс.

Ева подняла на него хмурый взгляд.

— Не ты должен извиняться.

Он без дальнейших комментариев повернулся, обратившись к брату.

— Каин, подойди.

Каин мгновение колебался, но в итоге соизволил встать со своего места, скрестив руки на груди.

— Извиняй.

Симон изогнул бровь и пихнул его локтем. Мужчина в ответ развел руки, мол, а что не так? Однако вскоре вроде понял и тогда медленно наклонил голову.

— Прошу прощения...

Брат продолжал на него палить недовольным взглядом. Каин вздохнул и продолжил.

— За мое грубое обращение с тобой... Вами, то-есть.

Ева смотрела на него долгим, тяжелым взглядом зеленых глаз. По правде говоря, даже Гидеон почувствовал себя виноватым, хотя вроде как ничего плохого не сделал. Секунды растягивались в часы, казались целой вечностью, пока она в конце концов не кивнула, опять отвернувшись. Видимо, девушка не сочла Каина достойным словесного ответа, пусть его и такой вариант устроил, судя по тому как спокойно он вернулся после этого на свое место. Гидеон тоже решил сесть обратно.

А вот Симон остался стоять. Мельком он взглянул на брата, задав какой-то вопрос глазами, моментально получив ответ в виде ленивого взмаха руки. Он вновь обратился к сидящим.

— Я пойму, если вы откажите, но все же хочу спросить. Мы, признаться честно, совсем ничего не понимаем. Все наши люди убиты сущностями, которых и огнестрел едва берет, а путь наружу теперь напрочь отрезан. Нам некуда идти, только если не на смерть и потому прошу вас, позвольте нам присоединиться к вам.

Слышать такое от тех, кто буквально час назад набил тебе лицо было необычным. Гид чувствовал себя...странно, очень. Ему было некомфортно, что его прям так просят, из такого отчаяния. И он теперь еще меньше понимал почему они изначально на них набросились. Могли просто выйти, поговорить, но нет. Решили уложить мордой в пол. А может это тот невменяемый набросился, а Симон уж от безысходности за ним последовал? Хотя собственное мнение и воля должны быть, нет?

Гидеон мельком глянул на Еву. Выражение ее не слишком поменялось, но какого-то прям протеста на лице не было. Тогда он наклонил голову, медленно ответив.

— Да присоединяйтесь, на здоровье.

Симон улыбнулся.

— Спасибо вам.

Гид опять поднялся, что бы пожать руку, после чего негромко окликнул Аэр.

— А их Джуда пустит, кстати?

— Джуда? — этот вопрос Симона в итоге так и остался без ответа.

— Пускает всех неудачников. Вы все вполне попадаете под эту категорию.

Проигнорировав колкость в ответе, он улыбнулся и похлопал по плечу, теперь, товарища.

Неожиданно Аэр возникла рядом с ними, не говоря ни слова, схватила за локти братьев и подтянув их к себе.

— Заткнулись и замерли, — прошептала она на грани слышимости.

Каин попытался возмутиться, но какая-то мысль его остановила. Гидеон с Евой уже догадались, что сейчас произойдет.

Всего через мгновение раздались шаги, послышался электрический треск. Кожу начало по чуть-чуть колоть крохотными и незримыми иглами. Покалывания становились все сильнее и сильнее, у уха звучали неразборчивые, но болезненно режущие слух шепоты. Свежая рана на лбу колола особенно сильно, хотелось сорвать ее вместе с кожей. Гидеон зажал глаза и стиснул зубы, в попытке не издать ни звуку. Каждый сантиметр кожи теперь горел от боли, от невидимых ран и волдырей, из каждого уголка вагона шептали мертвые. Оно стояло тут, прислушивалось, искало своих жертв.

Симон лишь морщился, Каин и Аэр внешне признаков боли не показывали, хоть и чувствовали ее, судя по напряжению в их глазах. Ева едва держалась, как и Гидеон. В последний момент, когда ему уже показалось, что он больше не может это терпеть, электрический треск начал стихать, а затем и шаги. Еще добрых минут пять девушка не давала никому ничего сказать.

— Что это было? — спросил Каин с ошарашенным видом.

— Те, кто являются из Холода. — Аэр выровнялась, поправляя ножны на поясе. — Стражи.

***

Осознав всю глупость их так и не удавшегося «крестового похода», Гидеон согласился, что лучше вернется. Домой, выходит? Ева без раздумий последовала за ним, а Симон и Каин от нечего другого делать — тоже. Да и теперь ведь частью клуба являлись, так что куда им деваться?

Следующий час пути Аэр вновь погрузилась в свое молчаливое состояние, едва отвечая на вопросы, задаваемые братьями, потому в основном на то, что знал, отвечал Гид. Увы, знания его были ограниченными, но военные знали еще меньше. Весть о трех зонах их не слишком удивила. Симон, может, слегка испугался, а Каин лишь пожал плечами. «Одной больше, одной меньше — какая разница?» Он, теперь опять с очками, выказывал лишь ленивое безразличие по отношению ко всему. Побить кого-то — это да, а вот головой думать... На вопрос о том, почему же за год они так и не выбрались Гидеон лишь пожал плечами, а Аэр окинула их многозначительным взглядом через плечо. Перехватив его, Симон стал аккуратно ее допрашивать различными наводящими вопросами, в духе «как часто вы собираете экспедиции в зоны», «насколько они успешны» и прочее. Девушка на них все отмахивалось, что явно дало понять, что что-то знает, но по какой-то причине не говорит. Может, так велел Джуда. Но с какой целью?

Симон сдаваться не хотел, окончательно уцепившись за эту идею. К этому моменту они уже подходили к убежищу, двигаясь по лабиринту низких домов и кустов. Симон, увлекшись, аккуратно коснулся плеча Аэр, которая до этого уже много раз пыталась быстрым шагом увеличить между ними дистанцию. Она болезненно хлопнула его по руке и обернулась с крайне недовольным выражением на лице.

— Че пристали? У Жуды спросите что он там вам недорассказал.

— Прости.

— Ну теперь уже и мне интересно... — вкрадчиво начал Гидеон.

Аэр неожиданно остановилась, и он аж испугался, что сейчас его треснут. Однако девушка на него не бросилась, лишь медленно к ним повернулась, скрестив руки на груди. На мгновение показалось, что она наконец скажет в чем дело, но в итоге девушка развернулась обратно и продолжила путь.

Больше на вопросы Аэр не реагировала, потому вновь отвечал один только Гид. В итоге и его запас знаний исчерпался, как раз к тому времени, как они пришли к забору дома. Девушка впустила их во двор, после чего пропустила и в дом, направив в зал, а сама удалилась. Симон сел спокойно, а Каин принялся осматривать комнату, заглядывая под все, что стояло криво и не слишком. Но стоило через несколько минут войти Джуде, как он тут же замер, сник и удивленно принялся отползать к дивану. Его брат в этот момент аж встал.

— Джуда Райнер? Вы...

— Не умер, — он улыбнулся. 

— А вы кем будете? Аэр вскользь упомянула... — Улыбка на мгновение сползла с его лица, придав тому холодное и мрачное выражение.

— Солдаты Арка. Хотя вряд ли уже ими являемся. Аэр нам сказала, что мы можем прийти сюда. Я Симон Доппель, а он Каин Доппель.

Каин кивнул и приподнял руку.

— Они теперь наши друзья, — Гидеон указал на братьев.

Джуда медленно опустился на один из стульев.

— Рад познакомиться. Меня уже знаете. Сразу скажу: нет, я не помню и не знаю как сюда попал.

Хоть тот и улыбался, но Гид чувствовал исходящий от него холод по отношению к этим двоим. И судя по тому, как взгляд его скользил по пятнах крови на их одежде и лицах, его раздражал именно факт того, что те с ними подрались. Едва ли Аэр вникала в детали, но по-любому сказала что-то в духе «да они набросились на них, а я их разнимала». Было ему от этого холода не по себе, хотелось куда-то сбежать.

Симон медленно кивнул в ответ, видимо, полностью переняв роль переговорщика на себя. — Рад, что Вы в порядке. В Арке быстро закрыли вопрос об этом...

— Замяли.

— Замяли, да...

Ненадолго повисло молчание. Тяжелое и тягучие, в котором чувствовалось это гнетущее напряжение. Тишина была громкой. Тогда Джуда решил ее развеять.

— И да, вы можете остаться. Но в нашем доме у всех людей есть свои обязанности и прочее...

— Конечно, мы будем делать все, что потребуется.

Ева в этот момент поднялась и в ответ на кивок Джуды удалилась куда-то вглубь дома. Гидеон же предпочел остаться, дослушать.

— Я бы хотел задать Вам пару вопросов.

— Попробуй.

Симон поежился, однако не отступил. — С момента Вашего исчезновения прошло восемь месяцев. И зона эта была создана где-то в том же периоде.

— Правильно.

— Прошло... Немало времени. Почему же вы не добились никаких результатов?

Джуда выдержал долгую паузу, словно специально вызывая дополнительное напряжение. — Ты удивишься, узнав насколько хуже наше положение. Хотя вам, военным, не понять всей проблемы... — он махнул рукой, внимательно всмотревшись в лица братьев. Оба проигнорировали колкость. Точнее, проигнорировал Симон. Каин просто прослушал. — Восемь месяцев — это маленький срок, на самом деле. Как для гражданских лиц, что просто застряли тут. А вот, скажем, два с половиной года...

— К чему Вы ведете?

— К тому, что поток времени в этой зоне течет быстрее, чем во внешнем мире. За четыре дня тут снаружи проходит только день.

— Дядь, не неси пургу, — подал голос Каин, но был пронизан таким взглядом, что тут же смолк.

Прежде чем кто-то успел вставить своих пять копеек, Джуда продолжил. — Звучит сложно, но на самом деле все предельно просто. Если бы мы находились снаружи и если бы могли видеть происходящее внутри зоны, то с нашей точки зрения тут происходило бы все в четыре раза быстрее. Дни сменялись ночами, листья падали и так далее. А внутри, наоборот, мир снаружи казался бы ужасно медленным... Конечно, так посмотреть на это все невозможно, и я не стану сейчас объяснять почему, но общая идея, думаю, понятна. Так, например, искажают поток времени и сверхмассивные объекты. Однако каким образом это становится возможным в нашем случае — мне неизвестно.

Каин, похоже, понял не до конца, тем не менее промолчал. Симон понял и лишь кивнул, погрузившись в раздумья. Гидеон сидел в абсолютном шоке. Или даже ужасе? Нет, ну, его не слишком удивило, что такое действительно возможно, но то, что он видит это наяву... То, что эти люди находились здесь уже так долго... Кто год, кто два, а кто весь срок, как Джуда, коротает. И то, что те так и не выбрались. Было ли это возможным, если так подумать? Найти из трех чудовищно опасных зон ту, что откроет путь наружу. Учитывая то, что из одной из них так живым никто и не вышел. А вдруг там тоже стена и именно эта зона является ключом к выходу? Это был самый настоящий кошмар... Безумие. Может, они застряли здесь навсегда. До самой своей смерти.

И теперь у него наконец появилась пугающая идея. Их скинули сюда не просто так, а что бы уничтожить эту зону... Что бы вынести наружу бесценные артефакты. Но почему не использовать натренированных сталкеров? Они бы справились с работой намного быстрее... Нет, что-то все равно не вязалось, абсолютно не вязалось. Однако эта мысль хоть как-то объясняла его нахождение здесь.

Вскоре Джуда чуть более подробно разъяснил братьям то, что разъяснял Гидеону и немного ввел в курс того, как они тут живут.

Людей в доме в сумме было десять, но обычно большая их часть отсутствовала по тем или иным делам. Охота, сбор всякого добра или экспедиции в относительно безопасную зону, с которой тоже немало таскали. Зачастую тех, кто уходил, не было по несколько дней. Главным правилом было сохранение тишины в самом здании и его округах. Намеренное его нарушение каралось казнью. Приговор в исполнение приводил лично Джуда. Зачем он это решил упомянуть — неясно. Вторым главным — не мешать другим и не нарушать их личное пространство. А третьим — выполнять свои обязанности. Раньше, как сказал Джуда, было много проблем. Когда вся эта группа только сформировалась. Драки были, смерти и прочее. Сейчас остались в основном самые спокойные и отстраненные. 

Что показалось Гиду ироничным, так это то, что жители дома по большей части почти все были из самых первых. Людей, которые попали в зону в самом начале ее создания, случайно или намеренно и в итоге тут застряли. А всякие новички долго не выживали. Он очень надеялся, что будет не из тех.

Как такового лидера в группе не было, но все безоговорочно слушали Джуду и еще одну женщину по прозвищу Мак. Имена тут свои почти никто не использовал, ибо считалось дурным тоном находиться в зоне под своим настоящим именем. Традиция эта пошла от еще самых первых сталкеров. В основном от Флогды, настоящее имя которого так и осталось тайной.

Сам Джуда прозвище выбирать не захотел, так как не было желания привыкать называться по-другому. Да и не верил он во всякие суеверия по поводу заключения души в зоне после смерти и прочее. Кроме него с такими же взглядами была девушка по имени Линда, но та сейчас где-то отсутствовала.

В целом народом они были миролюбивым. Без надобности других людей не трогали и старались избегать каких-либо стычек. На опасные авантюры простив воли никого не подталкивали. А по своей воле мало кто хотел куда-то идти. Просто пытались выжить. Каин такую философию не одобрил, но тут же смолк под холодным взглядом Джуды. Бывший директор его явно не взлюбил. К Симону же отношение чуть смягчилось. Может, в силу его ума да умению слушать и слышать.

Провели и короткую экскурсию по дому, который Гид до этого полностью так и не посмотрел. Здание было любопытным. Во время восстановления этого частого сектора тут соединили каких-то два здоровых дома в один, видимо, когда-то селив тут большое количество людей. Может, несколько семей. Теперь их уже не было. При создании зоны все живое внутри погибает. Или, скорее, бесследно исчезает. На стенах висели простые обои в полосочку, пол по цвету еловый, но из чего на самом деле сделан — Гид так и не понял. Был зал, кухня, несколько комнат, отведенных под спальни. В большинстве стояло по две-три кровати. Было также два здоровых подвала, но туда не сходили, ибо в одном жила Аэр. За какие такие грехи ее переселили в подвал — и Небесам неведомо... Во втором находился склад артефактов и их показывать пока не захотели. Двор разбили на две части. Одна служил кухней, где мясо жарили или туши разделывали, а во второй, в самом отдаленном углу стоял обычный сельской туалет, и полевой душ. Двор был большим, потому расстояние получалось порядочным.

Одна веранда была переоборудована в еще одну своего рода душевую. Воду, конечно, приходилось таскать вручную, но всяко лучше, чем ничего, особенно той же зимой.

Каину и Симону выделили когда-то опустевшую комнату, где как раз было две койки, а Гидеона запаковали к какому-то неразговорчивому и изрезанному жуткими шрамами мужику. Еву еще прошлым днем расположили в комнате с двумя другими девушками, которых в доме пока не было.

В целом, признался сам себе Гидеон, было у них все красиво и опрятно, как для таких условий. За чистотой и уютом дома следили, электричество тоже имелось, благодаря солнечным батареям. Еды хватало. Где-то за пару дворов у них небольшие огороды расположились. Ну и охоту с собирательством тоже никто не отменял. 

Ближе к вечеру к группе обратно подтянулась Ева. Ей тоже коротко поведали про фокусы со временем. Ее это известие ужаснуло, но затем немного обрадовало. Если они, условно, выберутся за четыре месяца, то снаружи пройдет только один и не так много всего произойдет, да родители не будут так сильно волноваться. Такой позитив удивил Гидеона и даже подбодрил.

Джуда сообщил, что обязанности им распишет завтра к утру, поведал чего можно поесть. За Симоном и Каином остался приглядывать, а остальных двоих отпустил в свободное плавание. Гид немного подумал и решил сходить опять к речке. Нашел все то же полотенце с куском мыла, отправившись в путь.

Ситуация, по правде говоря, была просто отвратительной. Хуже не придумаешь. Два с половиной года тут торчать... Сейчас, получается, была где-то середина лета. Что же, это объясняло такую жаркую погоду и щедрость природы. С другой стороны, внешняя зона не являлась слишком опасной. Не шуметь и стражи нападать не будут, а с людьми с другого берега... Они, все таки, люди. Избавиться от них не так сложно, насколько бы мерзкой мысль об убийстве не была. Может, с братьями получиться собрать достаточно эффективную экспедицию в какую-нибудь из зон. Они ведь все-таки тренированные солдаты. Хотя выглядели не слишком уверенными в своем положении. Зачем их вообще сюда отправили? Просто избавиться? А за что..?

Вопросов было много, а ответов никаких. Это не внушало никакого оптимизма.

Наверняка тут вполне возможно нормально существовать, даже жизнь прожить, но какая же это жизнь. Под одним боком со смертью даже простая смена сезона может оказаться для кого-то последней. Нет, нужно было искать выход, иначе все они тут так и умрут. А Гидеону умирать не хотелось, ему жизнь его нравилась. Столько всего еще не сделал просто для того, что бы в итоге тут застрять, да? Нет уж, так не пойдет. Для себя он твердо решил что хоть что-то придумать попытается. Нужно было только правильную мысль поймать... Ибо напролом идти — такая себе идея, как показывает практика.

Ночь прошла спокойно. Сосед Гидеона оказался очень молчаливым товарищем, поскольку уже давно спал. Он его тревожить не хотел, даже что бы познакомиться как следует. Снилась какая-то чепуха, которую тот даже и не запомнил. Про говорящую по-немецки собаку что-то было, и Гид уже даже позабыл про тот странный сон, что он видел лежа на диване в зале. Забыл, что отрицать судьбу — удел нечестивых. Жаль правда, что теперь знание это хранил его блокнот.

Проснулся он вскоре после рассвета, но шрамированного уже не было. Тогда Гидеон набросил на себя майку и отправился искать Джуду или кого-то из товарищей. Симон нашелся во все том же зале. Из формы на нем остались только брюки, на теле красовалась простая серая футболка, а глаза прятались за круглыми стеклами очков. Сидел с кучей книг под рукой и с планшетом. Делал фото страниц, потом пялился в экран, видимо, читая. «Должно быть, переводит их» — подумал Гидеон.

— Привет.

Симон в ответ лишь кивнул. Тогда Гид продолжил:

— Чего читаешь?

— Ничего интересного. С языком пытаюсь разобраться.Гидеон приблизился к нему, плюхнувшись рядом на диван.

— Как твой глаз? — неожиданно спросил военный.

Он притронулся к своему лицу, где его вчера приложили увесистым ударом. Болело еще, но не слишком сильно. — Открывается, так что отлично.

— Прости.

— Да простил же уже, расслабься.

Гидеон слегка вытянулся, едва не закрывая своей головой обзор Симону, начав пялиться на экран планшета. Там было отображено фото страницы, поверх строчек которой виднелся перевод на английский. Речь шла о каких-то птицах, которые когда-то водились в здешних лесах. Может, сейчас их уже нет, так как судя по старой обложке и пожелтевшей бумаге — книга была напечатана до эпохи Руины.

— Успешно дело продвигается?

— Вполне, уже могу читать, хоть и не понимаю ничего.

— Ого, ты тут со скольких сидишь?

С этими его словами на планшете выехало верхнее окно, отображающее «8:42» в левом верхнем углу.

— Почти два часа. С ночи еще время перенастроил на местное. Оно, правда, на пару минут ошибается, как мне кажется...

— Как ты так сделал, что оно само вылезло?

Симон убрал челку с левого виска, указав на крошечный шрам, напоминающий шестиконечную звезду.— Имплант в мозгу. Тут в виске они еще какую-то железяку вставляли.

— Жесть, а ты не боишься, что... Ну, не знаю даже, мысли твои читать будут?

Он мягко посмеялся в ответ, поправив волосы обратно. 

— Если бы и могли читать, то уже точно этого не делают. Нет, не боялся. Это, на самом деле, экспериментальная технология, но мне было интересно попробовать. За этим будущее. Как волонтеру поставили бесплатно.

Симон взял планшет в обе руки, вытянув его перед собой. Переводчик выключился, включилась камера. Гидеон даже не успел среагировать, как она сделала добрый десяток фото. Потом открылась галерея, последнее фото и перешло в режим редактирования. Военный прижмурился и тогда на лбу у Гидеона белым цветом медленно нарисовался кривоватый смайлик «:)».

— Офигеть! Круто!

— Это еще не круто. Но единственное, что могу показать наглядно.

Он улыбнулся, вышел из галереи и зашел обратно в переводчик, продолжив свою работу над языком. Гидеон немного от него отсел, что бы не мешать. Посидели так в тишине пару минут и ему стало скучно, так что он пошел в комнату взять камеру. Она все так же лежала в рюкзаке.

Уже с камерой Гид вернулся к Симону, еще с порога клацнув его, так что когда тот подошел — фото уже выехало. С чувством выполненного долга Гидеон вручил снимок сержанту и молча опустился на диван, в ожидании новых жертв. Военный принял фотографию и с улыбкой вложил в карман брюк. Не более чем через пол часа к ним неуверенной походкой двинулась Ева. Гид приветливо помахал ей рукой и стал поджидать момент для идеального снимка. Он выпал когда девушка присела на подлокотник дивана, заглянув Симону через плечо, что бы увидеть чем он там заниматься. Гидеон тогда вскочил со своего места, переполошив обоих и быстро сделал фото. Хихикая, он с нетерпением ждал пока оно выедет, что бы наконец-то глянуть на результат.

— У тебя так картриджи закончатся, — подал голос Симон.

— Не стра-а-ашно...

Гидеон радостно взял фото в руки, поставив фотоаппарат на стол. На нем отчетливо виднелись растерянные лица военного и девушки. Ева там пыталась взмахнуть рукой, но не успела поднять и так и застыла. Симон как будто хотел планшетом закрыться, но тоже оказался слишком медлительным. Гиду такие фото нравились. В них... жизнь была. А в тех, где все заранее стоят в красивых позах, в опрятных нарядах, натянуто улыбаются по сигналу, не было никакой души. Их не запоминают. А это запомнят.

С довольной улыбкой он показал фото Симону и Еве, но прежде чем кто-то из них его забрал — сунул себе в карман. Никто это так и не прокомментировал.

Через пару мгновений военный решил обратиться к девушке, будто бы переводя тему.

— Как Ваша рука?

Ева окинула его коротким взглядом. — Нормально.

Симон в ответ кивнул и вернулся к своему занятию. Ева какое-то время сидела на месте, глядя на экран планшета, но в итоге лениво поднялась и опустилась на другой диван.

— Чего ждем? — спросил Гид.

— Джуда попросил меня сюда спуститься и подождать его. — Девушка пожала плечами. — Он вроде как работу должен дать... Всем нам.

Военный на мгновение отнял взгляд от планшета, поправив очки так, что те находились на кончике носа. Хотел будто что-то сказать, но в итоге лишь покачал головой, вновь уставившись на экран планшета.

В тишине две прошедшие минуты казались вечностью. Гидеон хотел бы побродить по дому, но все еще чувствовал себя здесь дико неловко. Все, кого он тут уже встретил, игнорировали его присутствие, будто уже привыкли к постоянно появляющимся людям, а затем так же быстро исчезающим. Это чувство неприятно скребло ему душу. Да и напрягал вопрос того, откуда тут столько этих людей... неужели «Феникс» скидывает их регулярно? Ну да, если собрать их с отдаленных городов, то никто и не заметит. Там про тебя забудут на следующий же день, даже если семья или друзья есть. До мертвых дела нет, они все равно мертвые... И душу их заберут Небеса. Или зона, если повезет чуть меньше.

Но вот зачем это делать? Гид не видел в происходящем никакой логики. Должна же быть какая-то цель, какая-то идея, ведь «Феникс» точно не стал бы делать что-то просто так. Слишком дорого. Однако какая цель может скрываться за тем, чтобы свезти кучку непонятных людей в закрытую зону? Он припомнил парочку фильмов эпохи до Руины с похожими сюжетами. Уцелели, конечно, далеко не все, но даже так их было достаточно много. Что же, оказаться на месте героев тех сюжетов оказалось малоприятным опытом. Не хватает только лабиринта. Да, там какая-то похожая завязка была.

Тяжело вздохнув, Гидеон подумал о том, насколько же на самом деле ничего не понимает. «Феникс» всегда представлялся ему святой организацией, что в любых делах человеческую жизнь ставит на первое место... Конечно, раньше и у них свои грешки были, но кто же мог подумать, что те такими и остались? Все той же группой бывшей элиты, что ценит только самих себя и готова пожертвовать любым для выживания. Сколько людей они положили в первые годы Руины — никто до сих пор не знает. Но ни одна другая группировка, и даже военная ни разу не смогла нанести им хоть сколько-то ощутимый вред. Все умирали, не в силах бороться с артефактами. Это прошлое ни «Феникс», ни Арк предпочитали не вспоминать. Изменились же, чего былое тормошить? А нет, не изменились... Ему отчаянно сильно хотелось надеяться, что все не так, как кажеться. Может, это и не «Феникс» вовсе. А кто тогда? Братья вот точно оттуда. Конечно, они могут врать, но он почему-то верил им.

Из тени дома возник Джуда, а за ним лениво плелся Каин, бросая ему в спину недовольные взгляды. Не издавая ни звуку, он уселся рядом с братом, а Джуда тем временем поприветствовал всех и остановился возле стола. В руке его лежал листок.

— Итак, друзья. Я полагаю, вы хотите остаться?

Все по-очереди кивнули.

— Хорошо, добро пожаловать в нашу семью, — он улыбнулся. — Сегодня к обеду все должны вернуться, как раз познакомитесь как следует... А пока насчет обязанностей. Мы не заставляем никого идти в зону, вся опасная работа такого рода по желанию.

Он положил листок на стол перед Симоном с Каином. Гидеон и Ева тут же подошли к ним, тоже посмотреть. Мельком пробежавшись по списку, Гид с облегчением отметил что работа не сложная. Людей много, между кем делить обязанности есть. Ему на долю выпало эту часть дома мыть раз в неделю и пыль протирать каждый второй день. Ну и там немного по мелочам. Чем остальные должны заниматься, он тут же забыл. Каин вроде как воду таскать...и что-то еще. Короче, он даже не пытался запомнить.

— Раз в месяц-два, я переделываю полный список для всех, чтобы не надоедало.

— Дядь, сам чем занимаешься? — не выдержал Каин.

Джуда снисходительно улыбнулся и начал говорить в такой манере, будто общался с пятилетним ребенком. — А я, друг мой, отвечаю за контроль. Занимаюсь распоряжением обязанностей, собираю экспедиции в зону, слежу за артефактами, за обновлением наших карт, смотрю, что бы всего всегда хватало, отвечаю за раненых, также беру на себя часть обязанностей по дому, не указанных в списке, и еще ряд всяких мелочей. — Он поднял брови, будто говоря Каину «ну давай, попробуй мне еще хоть что-то сказать».

Оскорбленный Каин встал и двинулся во двор бросив через плечо «вернусь к обеду». Симон проводил его тяжелым взглядом, отложил планшет с книжками и обратился к мужчине.

— Прошу, не берите его поведение во внимание...

— Оставь. Когда-нибудь вырастет и поумнеет.

— Да вроде...

— Интеллектуально. Тело иногда растет быстрее мозгов. — С этими словами Джуда удалился.

До обеда Гидеон в основном бесцельно бродил. Разок пересекся с Аэр, которая сидела во дворе и следила за шашлыком, что готовился на самодельном мангале из высокой железной бочки. Девушка с ним беседовать не сильно хотела, ведь была занята кроссвордом. Гидеон посмотрел на него, понял, что не понимает ни слова, и потопал дальше. От нечего делать начал протирать окна. Каин все это время настойчиво таскал воду. 

Время от времени он видел как тот то уходит, то опять возвращается. Один раз и он решил подойти к Аэр. Гид в это время на втором этаже проходился, искал, где еще окно грязное, так что посмотрел всю сцену в полном качестве.

Каин наклонился к ней, что-то сказал. Она, наверное, ответила. Переговаривались еще где-то с минуту, пока девушка не махнула рукой, мол, иди отсюда. А когда Каин не ушел, то развернулась на раскладушке, зарядив ему сапогом под колено. Мужчина отскочил, схватившись за ногу. Постоял так секунду-другую, прикидывая куда бы в ответ ударить, но в итоге с недовольным выражением ушел.

На обед его позвала Ева, так что пришел вовремя. За то время, как он бродил, и вправду подтянулось порядочно людей. Некоторых он уже хотя бы мельком видел, но другие оказались незнакомыми. Джуда представил их группу всему народу, но те не выразили ни слишком явной радости, ни раздражения, ни чего-то еще. Покивали, кто-то улыбнулся, да и только. Тогда мужчина назвал всех поименно и усадил ребят за стол, тоже опустившись на предпоследнее свободное место. Не было только Аэр.

Из знакомых был бородатый мужик по прозвищу Брушт, шрамированый Ма́лик. Одного глаза у него не было, губу тоже пересекал жуткий шрам, а в коротких темных волосах виднелась седина. Рядом с ним сидела женщина лет сорока — Мак с русыми волосами. Они тихо общались между собой. Был какой-то рыжий мужик с забавным прозвищем Маргарин. Видимо, это его изображение красовалось в шкафу. Еще какой-то невысокий парень-блондин Винсент. Дружок рыжего. В другом конце стола сидели девушки. Высокая и тощая Идунн с короткими волосами. В беседах она не участвовала, смотрела на всех со странным притупленным взглядом. Рядом с ней блондинка Заря, очень разговорчивая, активно допрашивала Еву. Дальше Линда. Бледная, с черными волосами по плечи и глубокими тенями под голубыми глазами в которых виднелась сильная усталость.

На самом столе хоть и было накрыто скромненько, но достаточно вкусно. В основном Гидеона занимала не еда, а разговоры за столом. Пришедшие мужчины в основном обсуждали последний поход в зону, но не вдавались в супер интересные детали.

— Да они совсем уже ополчились, через мост толком пройти не дают, — недовольно ворчал блондин.

— Перебесятся и успокоятся, — ответил ему рыжий, засмотревшись в окно.

— Очень надеюсь. Мало удовольствия в плавании через реку. А нам ведь нужно на тот берег...

— Нам, наверное, нужно будет переждать. И без моста протянем.

Симон слушал их очень внимательно, позабыв про еду. Гид решил переключиться на диалог Зари и Евы.

— И как там, в Арке?

— Ну, как сказать. Хорошо? По сравнению с этим местом...

— Знаешь, всегда мечтала жить там. Вот, Линда тоже. Но никак пробиться не выходило.

— А ты откуда?

— Недалеко отсюда. Знаешь, в один день приехали к нам из «Феникса» люди. Начали собирать всех желающих якобы в какой-то город, построенный специально для таких, как мы. Едем... и тут бац... Туман. А водителя в грузовике и не было. Со мной Мак еще оказалась, а все остальные из той группы умерли, наверное.

— Как же... Зачем им это нужно было..?

— Не знаю, честно. Эксперименты какие-то проводят. Скидывают сюда, смотрят что выйдет.

— В этом нет никакого смысла. Зачем?

— Без понятия. Мне эта версия кажется самой простой, вот и верю в нее.

Вскоре тема их разговора перешла в более бытовую. Заря спрашивала Еву про учебу в университете, потом всякие истории из детства травили. В основном блондинка, так как у Евы чего-то слишком яркого в запасе не было. Родители про нее слишком пеклись, и особо никогда и не дали жизнь распробовать.

Потом подтянулась Аэр. Она кивнула присутствующим, кто-то кивнул в ответ, но девушка не обратила на это внимания. Села за свое место, взявшись за еду. Заря на мгновение отвлеклась на нее, попыталась спросить что-то в духе «как дела», но, получив сухой ответ, вернулась к более интересной собеседнице. Тогда к Гидеону обратился бородатый.

— Нравится у нас?

— Ага, миленько тут.

Брушт хмыкнул, обратив взгляд к потолку.

— Ничего... Странного не замечал?Гидеон пожал плечами. 

— Спросил бы лучше не замечал ли я чего нормального, — он захихикал, но бородатый шутку не оценил.

— Королева говорит, что ты тоже Говорящий, — сказал он так тихо, что только Гид мог услышать.

— Чего-чего?

— Не бери пока в голову. Королева не ошибается. Скоро сам поймешь.

Объяснять Брушт не стал. С этого момента весь следующий день для Гидеона был испорчен этими таинственными словами. Он никак не мог выбросить их из головы, раз за разом прокручивая в памяти. Хотелось верить, что ему привиделось, но уж больно многозначительные взгляды Брушт бросал на него время от времени, всякий раз напоминая о реальности сказанного. Гидеон не понимал значения, но все-равно душу его одолевала тревога.

***

Следующие две недели прошли нудно и незаметно. Каин большую часть времени занимался тем, что ворон считал. Сходил раз с братом похоронить их погибших людей. Пару раз его взяли в рейды в город, но на них вся их группа ничего толкового не делала. Посидели там, посидели сям, понаблюдали за черными пятнами на земле и все. Цели этих походов он так и не понял. Джуда тем временем вел себя все также холодно, не упуская ни одного момента как-то его подколоть или в чем-то уличить. Мужчину это ужасно раздражало, но всякий раз, как он пытался грубо огрызнуться в ответ, останавливался. Не хотелось расстраивать брата и как-то...не по себе было. Это раздражало еще сильнее, ибо Каин никак не мог понять, что именно его так пугает. Он видит в этом взгляде не Джуду, нет, кого-то другого... Но кого? В памяти было пусто.

Однако этот день обещал быть интересным. По пробуждению его на коридоре перехватила Аэр, сказав накинуть что-то походное и ждать ее у выхода. Без дальнейших комментариев девушка ушла, не оставив ему ничего, кроме как последовать указаниям. Иногда эта ее молчаливость бесила, но с другой стороны с ней говорить было обычно просто. Аэр предпочитала отвечать коротко и по делу. Хотя иногда на вопросы отмахивалась. Например, так и не захотела заново провести дуэль, несмотря на ее настрой сразу после сражения. Тем не менее из всех его новых знакомых она казалась ему самой вменяемой. Было в ней что-то особенное. У остальных не понять что на уме и в глазах такой хаос эмоций и мыслей, что дурно от этих взглядов. Гидеон вполне нормальный мужик был, но совершенно не боевой. Трус. Каин таких обычно презирал. А Ева... А что Ева? Они даже не общались, так что чего о ней думать можно?

Нацепив катану на пояс, Каин спустился на первый этаж и подошел ко входной двери. Аэр возникла из тени дома всего через мгновение. Должно быть, она его ждала. На ней был плащ, похожий на тот, в котором он ее впервые встретил. И мужчина определенно точно видел, что она что-то прячет под плащом, но не мог толком рассмотреть. Зато он очень хорошо видел ее двойные клинки на поясе. Ему это оружие казалось слишком вычурным, хоть в целом было приятным на глаз. На руки тоже, наверное, но девушка не давала трогать свое оружие.

Аэр молча кивнула и отворила дверь, выпуская наружу мужчину, после чего выскочила и сама. Они торопливо вышли из двора и быстрым шагом двинулись в сторону центра города. Погода этим днем выдалась прохладная, потому идти было комфортно.

— Может, скажешь куда мы идем?

— Увидишь.

Девушка махнула рукой в очень нетерпеливой манере и пошла даже быстрее. Каину показалось, что в ее обычно недовольном голосе проскочили нотки предвкушения.

Пожав плечами, мужчина поравнялся с ней, засунул руки в карманы и просто шел, пытаясь занять себя мыслями. Но они все какие-то невнятные были, не поддавались контролю. Ему хотелось что-то делать. Хоть даже воду таскать да дрова рубить — это всяко лучше, чем ничего. Быстрым шагом они добрались до цели всего за час, которой оказался разрушенный театр. Совсем недалеко отсюда проходила река, насколько Каин мог припомнить из одного из походов. Аэр кивнула на полу-заваленный вход и аккуратно походкой стала пролезать под обломками стены. Недовольно ворча, мужчина двинулся следом. Вскоре они выбрались в главный зал на сцену театра. Часть партера уцелела, хоть и в основном оказалась под осколками крыши. От нее же не осталось почти ничего. Одни стены, да и только. Почти на всех поверхностях залег многолетний слой пыли и грязи, в тени углов валялся всякий мусор. В общем, место какого-то оптимизма не внушало. Разве что такую тоску, что убиться хотелось.

— Зачем ты меня сюда тащила..? — Каин пнул попавшийся под ногу камешек.

Аэр не ответила. Лишь вышла на сцену, кивнув тому, что бы он шел за ней. Мужчина заскочил следом. Доски под ногами заскрипели, но обваливаться не спешили. Девушка вышла на центр, сбросив капюшон. В этот же момент из-за облака выплыло солнце. Ее белые волосы, казалось, сияли в его лучах, напоминали дым или туман, что медленно плыл по воздуху.

Она обернулась и подняла руки из-под плаща, вытянув перед собой что-то, завернутое в серую ткань. В ответ на вопросительный взгляд сбросила кусок материи, открыв Каину вид на нечто любопытное.

— Хотел дуэль? Будет тебе, — девушка криво улыбнулась, будто забыла как это делается и сейчас наугад пыталась нащупать нужные мышцы.

Непонятным предметом оказались черные, как сама ночь, ножны. Нет, даже чернее. Во много раз. Они выглядели словно трещина в самой реальности, как щель, что открывала путь в вечную бездну. Рукоять клинка блестела золотом, а гарда сложной формы так и вовсе напоминала какой-то ангельский нимб. Каин неуверенно принял оружие, покрутив его в руках. Оно казалось легче перышка. Аэр тем временем продолжила:

— Знаю, меч у тебя уже есть, но этот будет во много раз лучше.

— Я не собираюсь выбрасывать свою катану. — Мужчина извлек клинок из ножен. Он издал мягкий, почти что мелодичный, но едва уловимый звук. Чем-то напоминающий тот, с которым из ножен выходили клинки Аэр. Но все же другой.

— Я не прошу тебя ее выбрасывать, — недовольно проворчала она, скрестив руки на груди. — Можешь оставить. Как талисман или я не знаю... Но на вооружение возьми эту.

Каин рассмотрел лезвие. По общей форме оно выглядело как катана, хоть и немного отличалось. Изгиб чуть другой и было немного тоньше. Чем-то иглу напоминало... Или рапиру, скорее. Он взмахнул клинком, отмечая то, с каким неуловимым свистом он рассекает воздух.

— Это...

— Твое теперь.

Мужчина мимолетно улыбнулся и вложил клинок обратно.

— Спасибо.

Аэр в этот момент будто бы просияла, пусть и в целом осталась неизменной. 

— Хотя я не понимаю, зачем мне это... — продолжил он.

— Твоя катана из обычной стали. Может затупиться или сломаться. А еще плохо будет резать тварей. А эта — артефакт с убитого мной стража. Их клинки намного крепче, удобнее, легче... И, к тому же, не звенят. Лучше намного, короче говоря. — Как-то расщедрившись на большое количество слов она неуверенно отвела взгляд, опять накинув капюшон.

Каин на это все лишь удивленно поднял брови и медленно кивнул.

— Пояса не найдется?

— Найдется.

Девушка отцепила откуда-то из-за спины такой же смолисто-черный пояс и протянула его мужчине. Опять кивнув, он снял пояс с отцовской катаной и надел новый, прикрепив к нему ножны. Держались хорошо и меч легко вынимался. Отойдя к одному из обломков крыши, Каин положил на него старое оружие, пару раз взмахнув новым. Одобрительно хмыкнув, он взобрался обратно на сцену.

— Будет мне дуэль, говорила?

Аэр скрестила руки на груди, вздернув подбородок. — Говорила.

— Вызываю тебя на дуэль! — мужчина указал на нее указательным пальцем.

— Я тебя уже первой вызвала!

— Не было такого! Я первый!

— Э! Было! — девушка ткнула в него пальцем в ответ.

— Принимай или отказывайся!

Скорчив недовольную рожу, она отбила его руку. — Принимаю.

Каин победоносно усмехнулся. — Отложи только меч свой второй.

Аэр что-то пробубнила и спрыгнула со сцены, отойдя к его лежащей катаны. Скинув с себя плащ с сумкой, она положила на них один из клинков. После чего вытащила из кармана резинку, завязав волосы в хвост. Поднялась обратно, став в нескольких шагах от Каина. Они медленно кивнули друг-другу, отойдя еще на пару метров.

— Без крови? — осведомился мужчина.

— Постараемся.

В ответ он лишь усмехнулся и вынул катану следом за девушкой. Никакого сигнала или жеста они друг-другу не давали, но оба прекрасно поняли с какого момента началось сражение. Первые несколько мгновений дуэлянты медленной походкой приближались друг к другу по дуге. Аэр кинулась вперед первой, занеся удар в рывке снизу вверх. Каин с легкостью его парировал, ударив в ответ. Было непривычно не слышать ничего, когда металл бился об металл. Точнее, звук все-таки был. Но очень слабый и глухой. Девушка отскочила и нанесла серию быстрых ударов, вынуждая его отступить на несколько шагов. Секунды три они кружили по-кругу. Теперь нанес удар Каин, целясь в плечо. Она в последнюю секунду поставила блок и сделала выпад. Мужчина ушел от него вбок, выиграв мгновение, чтобы приставить лезвие к шее своего оппонента.

Аэр застыла, глядя на блестящее золотом оружие у своей кожи. Тогда перевела взгляд на самодовольное лицо Каина.

— Я победил.

— Еще раз. Сразимся еще раз.

— Не хочешь признавать свое поражение?

— Я тебя раз уже победила. У нас сейчас ничья.

Мужчина хмыкнул и убрал катану, отойдя обратно в свой конец сцены. В этот раз все началось намного быстрее. Оба двигались куда активнее, что тяжело было уследить за каждым взмахом. Аэр наносила серию за серией, а Каин в свободные от ударов окна бил выпадами. Один раз полотно перетянул на себя он, начав загонять девушку к стене, но та умело извернулась, проскочив под взмахом катаны, и заняв противоположную позицию. Теперь прессовали Каина и тому пришлось приложить немало усилий, что бы вывести их обратно на центр. Удачно парировав ее удар, мужчина сделал выпад, который точно должен был попасть в грудь, но девушка в последнее мгновение ушла вниз, попытавшись поразить бедро оппонента.

Каин отступил на шаг назад, однако опять не попал. Он уже занес меч для удара, как почувствовал легкий укол вбок. Опустив взгляд, мужчина понял, что не успел. А Аэр смотрела на него с не менее самодовольным выражением, с коим он стоял парой минут назад.

— По-бе-да. Моя.

— Победа во втором раунде. Сразимся еще.

— Не хочешь признавать свое поражение? — перекривляла его слова девушка.

— Я еще не проиграл.

— Как хочешь, разнесу тебя всухую.

— Посмотрим.

Уже слегка запыхавшиеся дуэлянты разошлись по своим местам. Без какого-либо кивка или еще чего-то, они просто стремительно двинулись к друг-другу. Теперь взмахивая клинками еще сильнее, что, казалось, искры летели во все стороны и рукояти едва не выпадали из рук. Каин даже толком не видел и не понимал, что делал, ибо двигался чисто инстинктивно. Аэр, должно быть, тоже. В этот раз сражение продлилось от силы минуту. Катана мужчины прижималась к ключице девушки, а она даже занести удар не успела. Пару секунд они просто молча смотрели в глаза один другому.

— Еще раз! — через тяжелый вдох, наконец выдала Аэр.

— Ну давай, удачи!

Девушка нанесла удар первой, приложив к нему немало силы, но блок Каина сбить не смогла. Он взмахнул в ответ с не меньшей силой, но Аэр нырнула под клинок, попытавшись попасть ему под руку. Мужчина вовремя развернулся и парировал, после чего и сам осуществил выпад, который она с легкостью отбила. В этот раз пляска длилась словно целую вечность. Двигаться становилось не так-то просто из-за накатывающей усталости и ноющих рук. Но Каин был намерен выиграть, потому не обращал на это все никакого внимания. И ему потребовалось немало усилий, чтобы наконец-то вновь приставить меч к шее девушки.

— Ты умерла, — он усмехнулся.

— И ты. — Лицо ее тоже расплылось в усмешке.

Мужчина опустил взгляд вниз, что бы увидеть как оружие Аэр давит ему на грудь. Каин недовольно закатил глаза.

— Все равно я на один раунд тебя обыграл.

— На вокзале уже забыл как слился?

— Вокзал не считается.

— Считается еще как!

— Успокойся уже и прими поражение, — цыкнув, Каин вложил катану в ножны.

— Ага, щас, — Аэр убрала клинок следом за ним.

Смотрели друг-другу в глаза пару секунд, потом оба самодовольно улыбнулись, довольствуясь каждый собственной победой. В общем, остались при своих интересах. Развернувшись, мужчина двинулся к оставленным своим вещам, усевшись на обломок крыши рядом с ними. Самому себе он вынужден был признать, что Аэр и вправду способный боец, коих он не встречал уже очень давно. Пусть и по ней так и не скажешь, что она что-то из себя представляет. Ростом удалась не слишком, ходила обычно ссутулившись, да и физическую ее форму тоже не оценишь из-за мешковатой одежды. Обычно такие люди оказывались слабаками, не сколько телом, сколько душой. Однако девушка была другой. Правда, зачастую ее поведение напоминало поведение запуганного зверя. Она постоянно оборачивалась, прислушивалась и оглядывалась, не поворачиваясь к людям спиной на более, чем на пару секунд. Даже в полной безопасности. Ответ на вопрос «что такого с человеком нужно сделать, что бы получить это», должно быть, скрывался в жутком шраме на лице.

Аэр бесшумно последовала за ним, опустившись на соседний кусок камня. Сняв резинку, она вновь спрятала лицо за волосами. Они помолчали пару мгновений, когда Каин обратился к ней:

— У тебя воды случайно нет?

— В сумке.

Кивнув, мужчина залез одной рукой в лежащую рядом с ним сумку, найдя там бутылку воды. Открутил и залил себе в рот пару глотков, не касаясь горла.

— Спасибо. — Он протянул ее девушке. Та в ответ лишь кивнула и взяла ее, выпив немного также не касаясь горла. После чего поставила ее рядом.

Опять воцарилась тишина на несколько долгих минут. Мир в этот момент казался огромным, необъятным для простой смертной души... Мир, за которым скрывалась многотысячелетняя история, где человек — лишь короткий миг. И в то же время человек был самым великим, что случалось с этой планетой. Он мог быть мерзким и жалким, нести лишь смерть и разрушение. А мог творить прекрасное и вести все живое к лучшему, светлому будущему...

— Ты спрашивал как я узнала, что вы, как вошли в зону, на стражей наткнулись. — Неожиданно сказала Аэр.

— Спрашивал, — Каин повернул в ее сторону голову.

— Только звуков никаких не издавай. Испугаешься.

— Я на труса похож?

— Да закройся уже и смотри просто.

Девушка пересела в чуть более комфортную позицию и вытянула перед собой руку. Воздух разрезал тихий звук, чем-то схожий с тем, с которым страж выходил из Холода. Выла сама реальность. Слабо только, очень. Метрах в пяти перед ними и еще три в высоту единая точка в воздухе озарилась бледным светом.В следующее мгновение этот свет обрел форму, напоминающую по силуэту птицу. Существо послушно подлетело и село на руку девушки. Каин в этот момент удивленно ахнул.

— Я называю его Аурумом. Хотя сознания и мозгов у него нет. Буквально.

Присмотревшись, мужчина понял, что у птицы отсутствовала голова. На шее свет терял четкую форму, превратившись в невнятное пятно.

— Что это за?..

— Фамильяр. Жуда не рассказывал про...э...классификацию стражей?

— Джуда? Он со мной не разговаривает, — Каин вытянул руку, чтобы потрогать существо, но не смог коснуться. Прошел насквозь, как через лучи, почувствовав легкий холод.

— Ты не сможешь его коснуться. Только я могу, — девушка взяла Каина за запястье и толкнула сквозь существо. — А насчет стражей... Ну, не буду вдаваться в детали. Но они есть разные. Третьего класса самые бесполезные, в золотой броне. Твое и мое оружие с таких. Второго в серебрянной и обычно какие-то фокусы показывают... Неприятные.

— Видели такого.

— Ага. И первого самые редкие и опасные. У них обычно есть какие-то черты от животных. А после смерти они что-то типа службу свою предлагают.

— Ни черта не понял.

— Потому что ты тупой. Я нормально объяснила.

— Наоборот.

Аэр махнула рукой, мол, успокойся.

— Аурум, наверное, самый слабый из них. Но полезный.

Аэр повернулась телом к Каину, пересадив птицу на колени. Затем откинула волосы с лица и закрыла глаза. — Загадай на пальцах число.

Мужчина пожал плечами и показал указательный и средний.

— Два. — Ответ последовал незамедлительно. А голос ее, казалось, двоился.

— Ты угадала... — Тогда он на двух руках показал шесть пальцев.

— Шесть.

Нахмурившись, Каин закрыл ей ладонью глаза.  — Подглядываешь! — он поднял мизинец.Аэр выдавила из себя веселый смешок. 

— Один.

— Какой палец?

— Мизинец.

Он в шоке отпрянул. Аэр, с довольной ухмылкой, подняла веки и взяла существо в одну руку, помахав им словно игрушкой. — Я его глазами могу видеть, когда закрываю свои.

— Да у него нет же их.

— Ну, их не видно, но это не значит, что их нет, — она пожала плечами. 

— Им еще послания можно передавать. Так я за твоим отрядом следила.

— Прикольно, конечно... Но почему не предупредила нас о стражах, если видела?

— Что бы ты сделал, если бы на тебя летел сияющий сгусток света, напоминающий птицу без головы в зоне?

Вопрос говорил сам за себя, но он все же ответил.

 — Стрелял бы.

— То-то же.

Девушка подбросила птицу, закрыв травмированный глаз, и та улетела куда-то в небо.

— Он только для слежки годиться? Ну, и посланий, чем бы это ни было...

— Нет.

Каин ждал, что та скажет что-то еще, но Аэр более ничего не добавила. Тогда он спросил еще.

— А что еще может?

Девушка не ответила. Существо вновь возникло перед ними из ниоткуда, сев на землю метрах в четырех. Постепенно птица начала сиять ярче, превращаясь в пятно света, которое вскоре выросло в высоте и ширине. А потом яркость стала спадать и существо вновь приобрело хоть сколько-то разборчивую форму. Перед ними стоял страж, сотканный из золота, за спиной которого виднелись крылья, выглядящие как обычные лучи солнца. Ростом он оказался метра два, с достаточно тонкими конечностями, скрытыми под броней. На ней, наверное, было много сложных узоров, но рассмотреть вышло только один на нагруднике. Сердце.

Каин криво улыбнулся хмыкнув.

— А вот это по-солиднее будет!

— Он в таком виде бесполезный.

Голос Аэр одновременно доносился и от существа.

Медленными шагами оно приблизилось и резко выкинуло руку, что бы схватить голову Каина. Тот успел бы его перехватить, но не смог коснуться. Пальцы прошли насквозь.

— Ну и зачем он тогда нужен?

— Как броня, — просто ответила она. 

Аурум в этот момент двинулся Аэр за спину, заскочив на камень.Он отвела одну руку в сторону и существо приложило свою к тыльной ее стороне. Девушка нахмурилась, когда его рука начала медленно проходить сквозь ладонь девушки. В какой-то момент она слилась с ней воедино и, казалось, рука Аэр светилась. Через мгновение свечение стало слабее, пока не исчезло совсем. Почти по локоть рука девушки была закована в золотую сталь, с редкими серебрянными элементами. Девушка медленно ею покрутила, сжала и разжала кулак. Ошеломленный Каин притронулся к ее запястью, ощутив холод стали.

— Вот теперь реально солидно... Почему не ходишь так по городу? Хоть какая-то да защита.

Аэр заставила фамильяра исчезнуть. Наверное, уйти в Холод, и тогда ответила:

— Эту броню долго носить адски больно, — она закатила рукав, показав на появившееся на запястье красное кольцо, местами даже посиневшее. Чуть менее заметные кольца были на каждом суставе пальца.

Мужчина медленно кивнул и девушка поправила рукав обратно.

— А можно попробовать?

— Только с хозяином так можно.

— Жаль.

Они умолкли. Расслабленно вздохнув, Каин опустил спину на камень, ненадолго прикрыв глаза. Было спокойно. Даже как-то слишком. И от этого становилось тревожно. А вместе тем и хорошо. За последние две недели, спокойствия у него не было. Бесконечный круговорот работы, а иногда начинали противные мысли в голову лезть, что хотелось голову себе снести, лишь бы вообще не думать. Тем не менее, иногда он думал. И всегда в его размышлениях фигурировал вопрос «так почему нас сюда бросили?» Симон тоже не знал, мог лишь догадываться. Хотя мысли младшего в основном были заняты чем-то другим, коим Каин не интересовался. Интересно было только выбраться отсюда и снести головы верхам за то, что их сюда отправили.

Однако сейчас об этом он не размышлял и просто позволил себе спокойно полежать. Аэр рядом с ним сидела неподвижно. Даже ее дыхания было не слышно и от этого могло показаться, что он тут совсем один. Хотя присутствие девушки никуда не исчезло и потому он был уверен, что она все еще здесь. Медленно подняв веки, Каин взглянул на ее спрятанное за волосами лицо. Шрам с такого ракурса было почти не видно.

— От чего этот шрам? — неожиданно для самого себя спросил Каин.Аэр немного повернула голову в его сторону. В глазах ее на мгновение мелькнула тень былого ужаса, и мужчина тут же пожалел, что вообще открыл рот. Но все же она ответила.

— От кислоты.

Больше девушка явно не собиралась говорить и Каин не стал давить. Лишь изобразил на лице виноватое выражение.

Они посидели так еще с час. Мужчина даже ненадолго задремал. Но пора было идти обратно, так что неторопливым шагом двое путников отправились домой. Дорога заняла немало времени, так что солнце уже начинало переваливать на другую половину неба, постепенно двигаясь к вечеру. Старую катану он оставил под своей койкой и пошел на поиски брата. Увы, ни в одной комнате младший не был обнаружен. Тогда Каин спросил у бородатого и тот ответил, что ушел куда-то. А куда — и Небесам неведомо. Пожав плечами, мужчина взялся за работу, что бы себя чем-то занять в ожидании Симона.

К вечеру тот так и не объявился. Не было также и Гидеона с Евой. А вот это уже странно, ведь ребята они вообще не ходовые. Почуяв неладное, мужчина переступил через собственную гордость и обратился к Джуде, который сидел на стуле на балконе и читал какой-то журнал.

— Вечера. Симон не знаете куда делся?

Джуда медленно повернул голову в его сторону, затем обернулся обратно. 

— Знаю.

Каин помолчал мгновение, ждя, что тот еще что-то добавит, но дальнейшего развития диалога не следовало.

— Куда?

— В зону.

— Чего? — Ему показалось, что он ослышался, но Джуда повторил свой ответ. 

— В какую из?

— Ближайшую.

Мужчина тут же убрался прочь и побежал к выходу из дома. Нет, конечно он не сомневался в способностях своего брата, но не мог позволить ему находиться в не самом безопасном месте наедине. Хотя может и не наедине, те бомжи, должно быть, с ним пошли. Каину отчаянно сильно захотелось дать младшему подзатыльник за то, что тот удрал и даже его не предупредил. В итоге так увлекся этими мыслями, что на коридоре врезался в Аэр. От неожиданности он оступился и упал, а девушка врезалась в ближайшую стену и тоже свалилась.

— Смотри куда прешь, идиот! — она продолжала что-то бубнить на неизвестном ему языке в очень агрессивной манере, пока поднималась.

— Сама смотри, — недовольно проворчал Каин в ответ, но потом его как осенило. — Слушай, а ты не можешь отправить свою птицу в эту ближайшую зону? Симона найти нужно.

Забыв про свое недовольство, девушка пожала плечами. — А он что там забыл?

— Без понятия. Ушел зачем-то.

— Ну ушел и ушел, скоро вернется.

Каин попытался взять ее за плечо и потрусить, но та отпрянула. 

— Если с ним что-то произойдет...

Струсив видимую только ей пыль со своей футболки, Аэр ответила: 

— Не могу. Если он перелетит через туман, я его потеряю.

— Ладно, черт с ним!Мужчина опять двинулся на выход из дома и почти уже вышел, как девушка негромко окликнула его:

— Подожди минуту, с тобой пойду. 

Он обернулся, всмотревшись ей в лицо. Тогда кивнул и показал большим пальцем вверх. Аэр тут же скрылась в глубине дома.

***

День выдался приятным, облачным. Симон беседовал о чем-то с Евой, а Гид плелся за ними, глядя по сторонам. Поход этот выдался очень уж спонтанным, но хотя бы у него имелась четкая причина и цель. Последние несколько дней Симон очень много общался с Джудой, все узнавая да распрашивая о чем-то. А потом этим утром как с ума сошел. «Мне нужно в зону, в зону нужно»... Ну а Гидеон что? С ним решил сходить. Ну и Ева тоже следом. Симон ее сначала брать не хотел, мол, опасно, но потом сдался и согласился. Брата, который куда-то ушел, он ждать не захотел и причины так толком и не объяснил. Ее и не было, наверное.

Как сержант коротко им объяснил, в той зоне было всего четыре человекоподобных сущностей. Трое из них агрессивны и только одна достаточно доброжелательна. Немного подумав, он пришел к выводу, что она не принадлежит к их группе, ведь сущности одной группы всегда имеют один и тот же паттерн действий. И даже если эта зона не была ключом к разгадке, он все равно хотел с этой сущностью поговорить. Джуда сказал, что лично никогда с ней не общался, а другие члены его группы не слишком умелые переговорщики. Потому, быть может, у Симона есть шанс узнать что-то полезное.

Надолго уходить они не планировали, к ночи должны были вернуться. Для чуть большей безопасности им выделили арбалет и лук, который Гид очень старательно клянчил. Так что теперь с ним и с десятком стрел чувствовал себя поувереннее и не так сильно волновался. Стена тумана выросла перед ними внезапно. Ее немое величие и холод, что та источала, не сулили ничего хорошего. Однако все уже было решено. Без проблем им удалось найти место, где по словам Джуды была натянута веревка. Стена эта являлась не слишком широкой и переход обещал быть коротким.

Еще одной веревкой, которую Симон взял с собой, он привязал к себе Еву с Гидеоном. После чего надел перчатку и взялся за натянутый канат покрепче.

— Возьмите в зубы какой-нибудь кусок ткани, — бросил он через плечо.

Пожав плечами, Гид сбросил с плеч рюкзак, найдя там потерянный кусок материи и засунул себе в рот. Ева обернулась к нему, спросив нету ли чего тоже и в итоге нехотя сжала в зубах такой же обрывок ткани. Военный еще раз глянул на них, получив кивок готовности и тогда их небольшой отряд двинулся в неизвестность.

Мысли запутались ужасно быстро, превратившись в такой же туман, который их сейчас окружал. В основном перед глазами стояла абсолютная темнота и адский холод. От него горело лицо и руки, обжигало глотку и легкие. Изредка Гидеон мог видеть, как вокруг проплывают невнятные силуэты, напоминающие то дома, то деревья, то скрюченных, неразборчивых существ. Но он не успевал испугаться собственной фантазии, слишком быстро сознание уходило обратно во мрак.

Как и в прошлый свой переход, Гид не знал сколько он продлился. А когда закончился — испытал жуткий шок. Воздух казался таким неправильным, что от него аж тошнило, а теплая температура по ощущениям была кипятком. Мышцы заныли, кости будто бы треснули и ужасно кружилась голова. Он едва не упал, в последний момент взявшись за веревку. Ноги стали ватными и безумно трясло. Силуэты перед ним стали размытыми и он не совсем четко увидел как Ева начала падать, но Симон успел ее схватить. Ему тоже вроде как нехорошо было, хоть и не настолько, как им двоим. Прошло несколько минут прежде, чем Гид смог снова стоять ровно. Боль отступила, стало возможным дыхание. Ева повисела на плече военного еще где-то две минуты, пока не пришла в себя. Тогда она неловко извинилась, все еще тяжело дыша от неприятных ощущений. Симон в ответ улыбнулся.

— Все в порядке. Ты молодец. Как для второго перехода — это нормально.

Ева тоже улыбнулась, пригладив волосы. — Спасибо.

Военный обернулся на Гидеона, который стоял в сторонке и глядел на туман. — Ты в порядке?

Он показал большой палец вверх, и Симон кивнул. — Тогда идемте.

Гид только теперь наконец соизволил осмотреться. На границе было не на что особо смотреть, но даже так зона казалась ему удивительной. Во многом она напоминала старый мир, воспоминания о котором сохранились в переживших войну фильмах, на фотографиях и картинах. Повсюду возвышались поражающие воображение стеклянные небоскребы, что по форме закручивались по спирали. Асфальт находился в идеальном состоянии, чистого черного цвета, а около зданий красовались небольшие кустики. Листья их были как невнятные бесформенные кляксы, а ветки переплетались в абсолютно хаотичном порядке. Присмотревшись, Гидеон стал замечать подобные странности и в других местах. Например, местами дорога уходила куда-то в бок по совершенно неадекватному маршруту, в итоге сливаясь с землей или упираясь в другой дом. Некоторые стекла домов выглядели так, словно оплавились, а сами дома порой находились под неестественным наклоном, или у них отсутствовала пара этажей.

Облака разве что выглядели нормальными, хотя небо казалось неестественно ярким, а солнце, изредка мелькающее за этими самыми облаками, каким-то слишком маленьким. Шли очень торопливо и аккуратно, дабы не наткнуться на враждебных существ. Кроме троих разумных, здесь еще бродили машины, хотя только с наступлением ночи. Симон вел их по карте, которую перерисовал себе на планшет с бумажных. Точной точки, куда держали путь не было. Просто шли по местам, где искомый объект может находиться. Одна из точек располагалась на другом берегу, что не вызывало никакого восторга. Зона находилась прямо на реке, соединяя два берега мостом. Все мосты за ее пределами были разрушены во время войны, потому местные жители иногда пользовались этим. Именно поэтому их там в основном и караулили. И, как Гидеон полагал, Симон не посвятил Джуду в полный план их «прогулки».

Прежде, чем выйти на опасную локацию, они сели передохнуть под навесом какой-то пристройки к дому, напоминающей кафе. Надписи на вывесках все выглядели как кривые линии. Внутри самого кафе стулья и столы срослись с полом, а посуда стала блоком стекла. Снаружи еще можно было сидеть, искажения были не такими сильными. Молча пили воду и переглядывались. До сих пор ни на кого не наткнулись и это радовало, хоть лично для Гидеона предвещало страшную беду. Затишье перед бурей, не иначе. Не может же все пройти так гладко... Вот будут возвращаться и наброситься на них сразу вся свора. А, может, учитывая их везение, до вечера тут застрянут и еще от роботов будут убегать. Что они из себя представляли — он не знал. Да и знать совсем не хотел. Чем бы машины не стреляли — это по-любому будет малоприятным опытом. Тяжело вздохнув, он закурил.

Оставалось только надеяться, что все выберутся живыми и здоровыми. Он вновь вспомнил о странном сне и словах Брушта. «Королева говорит», «Королева не ошибается». Тот больше с ним на эту тему не говорил. Может, сумасшедший просто? Ну, крыша в зоне едет неслабо и прочее. Среди сталкером это распространенная тема. Хотя в глазах вроде безумия нет, вполне ясный взор. Говорит тоже четко, когда не о «Королеве». Гид тяжело вздохнул и перевел взгляд на один из проулков. Тот отличался тем, что под конец искажался настолько, что уже ни домов, ни кустов, ни дороги не разобрать. Насколько он помнил, в Кошмарах подобное было вполне обычным. Они всегда имели хаотичную структуру, необъяснимые никак локации и чудовищно уродливых сущностей. Ему тут не нравилось. Где-то рядом послышались уже знакомые шаги. За не слишком большой срок своего заключения тут, Гид уже научился четко различать стражей. Жаль, слух как у других жителей дома еще не натренировал. Все перестали дышать, но шаги стихли, так и не приблизившись. Раздражало, что стражи и тут бродили. И снаружи, и в зонах... Нигде от них покоя не было.

Посидели еще минуту-другую и побрели в направлении моста. Окурок отправился на асфальт.

У реки зелени стало побольше. К деревьям Гидеон старался не присматриваться, ибо их внешний вид вызывал у него чувство дискомфорта. Кривые ветви и листья выглядели слишком неестественно. Трава тоже была какой-то неправильной, так что и под ноги он старался не засматриваться. А вода... Вода выглядела интересно. Как море, с глубокими зелеными и синими оттенками, неслась куда-то вдаль. Дна было не видно. Берег резко обрывался, превращаясь в обрыв. Иногда там мелькала рыба. Вроде как обычная, хотя Гид не успевал рассмотреть.

Мост выглядел нормальным и удивительно детализированным, по сравнению с многими другими местными структурами. Также оказался куда шире и длиннее, чем Гидеон почему-то представлял. Тут вполне влезло бы несколько грузовиков, так что их троица казалась крошечными муравьями, бредущими сквозь бесконечную пустыню. Свистел ветер, поднимая в воздух пыль и уродливые листья. Каркали вороны и шумела снизу вода... Мир все равно казался тихим. Слишком тихим, что хотелось издавать хоть какие-то звуки, лишь бы заполнить пустоту. Но шуму наводить оказалось страшнее, чем эта гнетущая тишина. Они шли аккуратно, прижимаясь к правой стороне моста, боясь буквально каждого шороха. Ну, Гидеон с Евой. В основном Гидеон. Симон вел себя весьма и весьма спокойно, даже безмятежно, можно было сказать. Проверял иногда планшет.

Неожиданно опомнившись, Гид начал лазить в рюкзаке на ходу, вытащив из него камеру. Совсем уже забыл, что хотел сделать пару снимков. Обернувшись, он сфоткал медленно уходящие от них дома. Потом остановился, повернулся обратно и сфотографировал идущих Симона и Еву на фоне красивого, стеклянного здания, что служило как арка для моста. Засунув снимки в карман, он догнал товарищей. Когда они дошли до другого берега, он вновь обернулся, что бы еще раз заснять мост. Посмотрел на фотографию и рассмотрел на ней нечто странное. Вдали на ней виднелась крошечная полоска, напоминающая силуэт. Нервно сглотнув, он присмотрелся к мосту. С той стороны к ним медленно шел человек. Гидеон окликнул Симона, указав на фигуру, а сам стал лихорадочно прятать фотоаппарат.

— Это не наш объект, — тихо прошептал военный.

И как он так далеко увидел?

Ева начала нервно переминаться на месте и оглядываться в поисках укрытия. Гид выровнялся и присмотрелся еще раз. Фигура уже постепенно оказалась ближе, теперь она бежала с нечеловеческой скоростью. Не на шутку перепугавшись, он взялся за лук, положил на него стрелу и натянул тетиву.

— Не попадешь, пока далеко.

— Да-да, знаю.

Гидеон прицелился несколько выше головы цели. Он ждал. Долго ждал. Потом отпустил стрелу, отправив ее в полет. Со свистом та вскоре превратилась в крошечную точку, но так и не подбила цель. В последнее мгновение враг просто отскочил. Сущность теперь уже была достаточно близко, что вышло четко ее рассмотреть. Визуально она не отличалась от человека. Молодая девушка очень хрупкого и элегантного телосложения, с белой, как снег, кожей. Из одежды на ней было лишь короткое розовое платье на лямках, а длинные ноги скрывались под высокими черными сапогами. От самого обычного человека ее разве что отличал цвет волос. Те были какого-то салатового оттенка. В руках она сжимала огромную боевую секиру, снятую со стража.

Гид попытался выстрелить еще раз, однако даже на близком расстоянии не смог попасть. Сущность ушла от выстрела. Человек такой реакцией и скоростью точно не был наделен. Симон тоже не попал ни разу и тогда он крикнул Гидеону с Евой бежать и сам последовал за ними. Нормального оружия, кроме ножей, у них не было. Конечно, едва ли девушка столь хрупкого сложения сможет нанести им хоть какой-то вред... Но из того, что слышал сам Гид, здешние сущности голыми руками откручивают головы стражам, так что внешний вид — не показатель. Да и громадная секира тоже доверия не внушала. Бежали минут пять, когда Ева начала выдыхаться. Тогда Симон пихнул их двоих в сторону какого-то подвала, а сам зарядил еще болт и во вторую руку взял нож, выйдя обратно на главную дорогу.

Немного пораскинув мозгами, Гид решил, что будет лучше не вылезать. Однако Еве такой расклад не понравился и она принялась шуршать по подвалу.

— Тише, — он приложил палец к губам.

— Что «тише»? Симон там один остался.

— Так а нам что делать?

— Я ищу что-то, чем эту дуру можно приложить.

Тогда девушка продолжила свои поиски, а Гидеон лишь аккуратно высунулся. Он едва видел, что там сверху происходит, но в зоне его видимости отчетливо мелькнул тонкий силуэт, а также фигура Симона. Они стояли на расстоянии нескольких метров друг от друга, пристально глядя в глаза.

— Тебе здесь не место, чужак, — заскрежетал голос сущности

— Так позволь мне уйти.

— Нет. Ты умрешь здесь, и твои люди тоже, когда я найду их.

С этими словами она рывком подскочила к нему, занеся удар секирой. Симон с легкостью ушел в бок и выстрелил из арбалета. Болт лизнул голое плечо его оппонента, оставив лишь неприятный порез. Военный широкими шагами отдалился еще на пару метров, положив арбалет наземь, но тут же был вынужден переворотом уходить от еще одного удара. Секира пробила асфальт и застряла в нем. Он попытался ударить сущность ножом, но та перенесла весь вес на рукоять оружия, зарядив ему ногами в грудь. Послышался хруст, военный упал на колени. Симон хватался за ушиб, в попытке сделать вдох, что никак не выходило осуществить.

Сущность вытащила секиру одной рукой, возложив ее себе на плечо, и медленно приблизилась к военному. В этот момент Ева молнией проскочила мимо него, держа в руках какую-то железяку, которой девушка всего через мгновение зарядила сущности по спине. Ответ не заставил себя долго ждать. Она обернулась, ударив Еву по лицу кулаком. В этот момент Гидеон как будто пробудился от своего оцепенения. Выхватив лук он выстрелил, попав в бедро.

Пока их враг перебывал в легком замешательстве, осев на одно колено, Гид выстрелил еще раз, после чего выбежал из подвала. Вторая стрела угодила в уже травмированное плечо. Не особо понимая, что делает, он ударил каблуком сущности по лбу. Та пошатнулась, но секиры не выпустила. К этому времени Симон уже немного пришел в себя и занес удар ножом в спину. Лезвие вошло в ее тело, с неприятным звуком разорвав плоть. Военный резко вытащил нож и нанес еще один удар в шею. Кровь заливала тело сущности и собиралась в алую лужу под ее ногами. Она раскрыла рот в попытке что-то сказать, однако изо рта ее доносился лишь неразборчивый хрип и невнятное бульканье. Она посмотрела на Гидеона в последний раз, с глазами полными гнева, прежде чем закрыть их и с глухим стуком свалиться лицом вниз.

Тяжело дыша, Симон опустился рядом на колени, но потом заставил себя подняться что-бы проверить Еву. Девушка полусидела, полулежала, держась за кровоточащую скулу и дрожа от боли. Гидеон застыл, глядя то на напарницу, то на кровавое месиво у себя у ног. Кровь уже добралась до его сапогов, но тот не мог заставить себя отойти. Руки трясло, внутренности скрутились в узелок и хотелось вывернуть все содержимое своего организма. Когда тошнота стала уже невыносимой, Гид сделал несколько шатких шагов в сторону одного из домов, облокотился об стену локтем и тогда его вырвало.

Не раз он видел жуткие, изуродованные трупы. Не раз видел, как человек умирает. Но никогда не видел, что бы эта картина оказалась столь кровавой, никогда не прикладывал к этому руку. От этого стало еще более тошно. Нет, это не человек... Оно лишь выглядит как они, но оно другое. А чем оно отличается? Да, сущности рождены зоной, но что эту отличало от него? Физическая сила? Оно ведь тоже мыслит, тоже чувствует. Прижав ладонь ко лбу, Гидеон попытался успокоиться и отошел в другую сторону на пару метров. Вытащил из рюкзака воду и прополоскал рот, после чего приблизился к Симону с Евой. Девушка теперь находилась в стойком сидячем положении, пока военный осматривал ее рану, спрашивал что-то про самочувствие и прочее. Гид опустился рядом с ними на корточки, поставив бутылку на асфальт.

— Вы как?

— Терпимо, — прошептала в ответ девушка, пожав плечами.

Гидеон тогда кивнул на Симона. 

— А ты?

— Бывало и лучше. Ребро сломал, наверное, — прохрипел он в ответ. — Нужно уходить.

Гид нахмурился.

— Она встанет, — продолжил военный, указав на труп.

— Что?..

— Встанет, говорю. Нужно идти. Помоги Еве.

— Я моги идти. Гид, лучше помоги Симону... Но... О чем ты..? — Ева мельком глянула на тело, медленно поднявшись.

— Их тела восстанавливаются после смерти.

— Военный встал на ровные ноги с помощью Гидеона, перенеся часть своего веса на него.

— А если в реку кинуть?

— Не успеем. У нас минут пять осталось. 

— Симон несколько раз кашлянул и едва не упал.Ева и Гид в ужасе переглянулись и потащили его обратно к мосту.

— Нет. — Военный покачал головой. — Идем дальше.

— Ты ранен, тебя нужно немедленно вытащить, — возразила Ева, пытаясь поудобнее его обхватить, что бы было легче помогать идти.

— Если я перейду туман с такой травмой, — он кашлянул и тут же простонал от боли, — то вряд ли выживу. — Он уперся ногами в асфальт и сделал шаг в противоположную сторону.

— Тогда нам следует спрятаться где-то тут, — продолжила вкрадчиво Ева, в надежде его переубедить.

— Нас отыщут... Найти ту...сущность — наша последняя надежда. — Симон шумно выдохнул через нос, унимая боль.

Девушка глянула на Гидеона, взглядом пытаясь заставить его что-то сказать и поспорить, но он не нашел никакого аргумента в пользу их плана и потому лишь пожал одним плечом, начав идти в направлении их цели, придерживая военного. Еве не оставалось ничего, кроме как последовать, помогая Симону стоять ровно с другой стороны. Шли удивительно быстро, однако недостаточно, что бы за каких-то там пять минут дойти до цели. Симон все повторял, что осталось совсем немного, а просьбы помолчать и поберечь силы старательно игнорировал, жмурясь при этом так, словно ему кричали прямо в уши. В какой-то момент он сообщил, что осталось обойти только высокое стеклянное здание прямо перед ними и они будут на месте. Гид тогда решил обернуться и тут же об этом пожалел. Окровавленная фигура недавно поверженного врага вновь преследовала их, держа в руках секиру. Ему отчаянно сильно захотелось вернуться в прошлое и забрать это оружие, но вряд ли они смогли бы тащить и его и раненого.

Он в ужасе сообщил товарищам о приближении сущности и они двинулись немного быстрее. Симон по большей части шел крепким шагом, но порой переносил большую часть веса на Гидеона. Им нужно было успеть дойти до пункта назначения до того, как сущность достигнет их троих, а потом понадеяться, что искомое спасение будет именно там. Гид слабо верил, что все так совпадет, но ничего другого ему не оставалось, кроме как в панике идти вперед.

Силуэт приближался слишком быстро. В какой-то момент ему показалось, что они и до здания дойти не успеют. Однако стояло им начать его обходить — погоня прекратилась. Симон на это уверенно сказал, что их там подкарауливают, и, мгновение подумав, сменил их курс. Сказал идти вбок, по другой улице, а потом свернуть и по крюку добраться до пункта назначения. Это заняло бы больше времени, но помогло бы в случае чего обойти засаду.

Путь их сопровождался жуткой, гнетущей тишиной, которую изредка прерывали тихие хрипы Симона. От такого контраста они болезненно резали по сердцу. Ева так и вовсе выглядела так, что готова прям сейчас разрыдаться, тем не менее пока держалась хорошо. Еще минут через десять они вышли к своей цели. Ею оказалось нечто, чего он точно уж не ожидал увидеть. Вместо какого-нибудь очередного стеклянного небоскреба, перед ними возвышалась машина. Верхняя половина тела огромного робота очень уж напоминала человека. Как это называется? Мех? У него были руки, которыми тот словно бы придерживал торс, и была голова, спрятанная под шлемом, что навеки застыл в полу-оплавленном состоянии. Остальная часть машины оказалась закопанной под землей, но и без того в высоту она достигла, наверное, метров тридцать. На мгновение все они застыли в немом восхищении, но тут же заставили себя вернуться в реальность и продолжить идти. Однако образ этот навечно оказался врезанным в память Гидеона. Никогда раньше он не видел ничего более монументального, поражающего воображение и бросающее вызов самым смелым человеческим мечтам. Это смогло даже немного скрасить его отвратительное настроение.

На мгновение он подумал о том, что не помешало бы завести это махину и уничтожить тут всех врагов. Добрались до одной из рук, спрятавшись за ладонью машины и опустив там на землю Симона. Ему стало как-то совсем неважно. Гидеон присел рядом, взволнованно на него посмотрев. Ева опустилась следом. Что делать — они не знали и могли лишь беспокойно переглядываться. Военный с большим трудом занял чуть более удобную позицию, запрокинув голову назад на стальную стену. Он прикрыл глаза, но было видно как те беспокойно метались из стороны в сторону под веками. Затем резко их раскрыл и заговорил слабым голосом.

— Идите к туману... На том берегу найдете лодку и переплывете.

— А ты? Мы тебя не бросим, — прошептала Ева. Глаза у нее были все на мокром месте.

— Я не могу выйти... При переходе боль меня убьет с большой вероятностью.

— Так откачаем тебя, — добавил за девушкой Гид.

— Риск. Со мной вы будете идти медленно. Вас точно догонят.

Ева замотала головой. — Нет, нет, так нельзя! 

— Ладно...тогда идите, возьмите подкрепление и вернитесь за мной.

— Парень, какое подкрепление, ты за это время уже на тот свет отправишься, — запротестовал Гидеон.

Симон нахмурился. — Есть идея лучше?

— Идти с тобой.

— Я уже объяснил... — Симон опять закрыл глаза.

Тяжело выдохнув, Гидеон поскреб слегка заросший подбородок. На мгновение воцарилась тишина и в этой тишине он расслышал тихие шаги. Тогда он в ужасе взглянул на своих товарищей и прошептал им на уши:

— Давай, Симон, под руки тебя возьмем и дотащим. Тут кидать не собираемся.

Ева энергично закивала, смахнув слезу со щеки. Игнорируя невнятные протесты, они поставили его на ноги и стали волочь в сторону возвышающейся вдали стене. Однако не успели.

Перед ними вальяжной походкой вышла их преследователь, сжимая в одной руке рукоять оружия. Вся в крови, она холодно сузила глаза и забросила секиру на плечо.

— Сдайтесь и умрите без боли.

Их компания начала в ужасе отступать, вжавшись в раскрытую ладонь машины. Симон вырвался из держащих его рук, встал ровно, затолкав друзей себе за спину, и попытался сохранить на лице спокойное выражение.

— Ты можешь убить меня, но им дай уйти.

— Ты чего? — прошептала Ева голосом, полным страха и отчаяния.

— Нет. Падет каждый, — отрезала сущность.

— Тогда позволь мне умереть достойно и сразись со мной на равных. На кулаках.

— Мусор не может умереть достойно или наоборот, — сказала она, став приближаться к ним.

Симон аккуратно вдохнул поглубже. — Простите меня, — прошептал он, мельком взглянув на заплаканное лицо Евы и побледневшее от ужаса Гидеона. После чего закрыл глаза и приготовился к забвению.

У Гидеона в голове было пусто. Страшно ужасно, да и только. В какой-то степени он уже даже ждал конца, лишь бы страх ушел. Каждое мгновение тянулось часами. Он видел каждое самое крошечное движение их убийцы. То, как она заносит секиру для первого удара. То, как постепенно уходящее солнце блестит в ее бесчувственных зрачках и забавно сияет на еще влажных волосах. Он не мог закрыть глаза и избавить себя от этого. Хотя очень хотел. Видел, как Ева сжала кисть Симона и зажмурилась, прикусив губу. И видел как тот медленно вытягивает вторую руку, что бы положить на ее ладони. Должно быть, он успеет до смертельного удара. Гид на это надеялся, ибо это было бы хоть каким-то утешением. Тогда он вздохнул в последний раз, наблюдая за летящим к ним лезвием. Симон успел, это радовало.

И если в этот момент они где-то и погибли. Где-то в далеком мире пали от рук сущности. От одного удара, который отсек Еве голову, а Симону тело по плече. Гидеону же не до конца, его левая рука все еще была бы в порядке. То здесь и сейчас час их еще не настал.

Откуда-то сверху тяжелым грузом спустился еще один силуэт, ногами сбив удар, и вогнав секиру в землю. Тогда незнакомец выровнялся, разведя руки в стороны в защитном жесте.

— Остановись, сестра! Теперь они под моей защитой и я не позволю тебе убить их!

***

Ни сам Каин, ни Аэр веревки не взяли, ибо собирались в спешке. Немного поспорив и пригрозив друг-другу кулаками, таки решили, что первым пойдет он. Ну, как решили. Мужчина просто скрестил руки на груди, задрал голову со словами «я иду вперед и точка», и успешно проигнорировал любые возмущения. Аэр, пусть и недовольно вздохнув, оторвала длинный лоскут от своего плаща и привязала его пояс к своему. Остаток материи намотала Каину на руку, чтобы тот мог сжимать канат. Молча переглянулись и уверенным шагом двинулись внутрь, во мрак.

Рассудок Каина уплыл куда-то далеко и растворился, став совершенно ненужным и бесполезным. Холод пожирал его плоть и органы, словно желая убить тут и на месте. В мгновения прозрения он клал руку на пояс, проверяя не пропало ли легкое давление. Девушка, к счастью, никуда не исчезала. Один раз мужчина почувствовал как его сзади слабо дернули, видимо, что бы тоже убедиться, что тот никуда не делся.

Переход прошел на благо спокойно. Хотя после него ему стало не слишком хорошо. Голова начала кружиться, хотелось вырвать, и ныли кости. Прижав руку ко лбу, Каин сделал глубокий вдох, успокаиваясь. Нижняя челюсть наконец перестала стучать, и тогда все еще мутным взглядом он посмотрел себе за спину. Аэр как окаменела. Смотрела напряженно в одну точку, прикусив нижнюю губу, а ладони вжав в колени. Мужчина, выровнявшись, обернулся и опустил руку ей на плечо.

— Ты чего?

— Ничего, — прозвучал хриплый ответ через пару мгновений.

Неуклюжими движениями она сжала его запястье, столкнув со своего плеча, после чего встала ровно. Кивнув, он повернулся обратно, взглянув на раскинувшийся перед ним город.

Стеклянные небоскребы уходили далеко ввысь, будто теряясь меж облаков и даже вырастая выше, чем глаз мог увидеть. Асфальт оказался на удивление целым и опрятным на вид. После последних недель в разрушенном Стерне такая чистота и целостность резали глаза. Однако в остальном Каин не был поражен ни на гран. За всю жизнь в Арке он успел насмотреться на архитектурные творения и покруче этих, (по большей части вообще на них не глядя). До домов ему дела не было, как и сейчас. Нужно было заняться поиском брата. Девушка и без напоминаний выпустила в небо своего фамильяра и перетянула с затылка черную повязку на раненый глаз. Каин с трудом удержался от какой-нибудь туповатой шутки про одноглазых. Пришлось себе напомнить, что это, должно быть, необходимо для управления фамильяром. Как это работало, конечно, тот не понимал, но сейчас во многом полагался на Аэр.

Пока поиски с неба только начались, они вдвоем двинулись вглубь зоны пешим ходом. Оплавленные окна, стены, а то и целые здания мужчину удивляли не слишком. Такое было обыденным делом в подобных краях. Как и листья неправильных форм, как и трава. Ему это напоминало сны, в которых все выглядело мутным и неправильным до тех пор, пока не сконцентрируешь на чем-то взгляд. Тогда у объекта начинали появляться очертания и даже мелкие детали... А в кошмарах, наоборот, все становилось еще более пугающим, если начинал присматриваться. Недурно эти проклятые места именно в честь этих двух понятий назвали.

Аэр шла молча, пустым взглядом глядя перед собой и периодически спотыкаясь. Разок Каину пришлось ее ловить, но та никак на это не отреагировала, продолжив тупо идти вперед, как только опять встала на землю ровно. Тишина и неопределенность давили на него со всех сторон. Хотелось начать вопить. Удивительно, но такое желание все еще иногда возникало.

Вскоре девушка неожиданно остановилась, удивленно вдохнув. Мужчина остановился следом, вопросительно взирая на ее лицо, скрытое за волосами. Она нахмурилась, начав медленно поднимать указательный палец вверх, после чего направила его вперед, немного по диагонали.

— Там лужа крови.Каин обернулся и присмотрелся, но ничего не увидел. 

— Где?

— На том берегу, рядом с мостом.

— Видишь тела? — с тенью ужаса в голосе спросил он.

— Нет... — Аэр закрыла второй глаз и села на асфальт, сложив ноги по-турецки.

Прошло еще несколько мгновений, которые для Каина растягивались в бесконечные часы.

— Они еще живы.

Он облегченно вздохнул и опустился на корточки рядом с ней. 

— Сможешь найти?

— Не радуйся так рано. Их преследователь тоже все еще жив. Возле моста крови нет, значит тело не скинули.

— Зачем его... — Каин тут же заткнулся вспомнив. — Это эти..?

Ответ тут был не нужен.

— Не вижу ничего. Они или уже ушли, или спрятались...

— Тогда двигаемся, посмотрим, как поближе будем.Каин поднялся, девушка следом и они продолжили идти в чуть более быстром темпе. Целью стала лужа крови. На мгновение Каин увидел как в небе мелькнул Аурум, но вскоре тот превратился вспышку света и исчез, уйдя в Холод. Вскоре послышались призрачные шаги. Ни он, ни она шага не замедлили, лишь начали ступать мягче. 

Аэр было вообще не слышно, его совсем немного. Страж, благо, не уловил присутствие врага, вскоре удалившись. Двигались быстро, почти бежали, благодаря чему добрались до моста очень скоро. Каину показалось, что и десяти минут не прошло.Аэр напряженно всмотрелась в горизонт, шепотом предупредив о том, что следует идти как можно быстрее и аккуратнее.

— Есть большой шанс того, что здесь мы и сложим головы.

— Не загадывай наперед, — Каин двинулся по мосту, жестом поманив ее за собой.Девушка вскоре его догнала. 

— Ты не знаешь, против чего мы идем.

— Бой хотя бы стоящий будет?

— Да, вполне.

— Тогда и умереть не жалко.

Она тихо посмеялась. Ему этот смех показался искренним. — Мне нравится твой настрой.

Каин гордо вскинул подбородок и усмехнулся. — Настрой настоящего воина.

— Обычно это называют желанием отправить себя на тот свет.

— Это разные понятия... Отсутствие страха перед смертью и желание сдохнуть.

— Хороший ответ, — она пожала плечами.

— Ты мне оценки не ставь. Сама-то хоть не боишься?

— А ты не корчи из себя черт-те что.

— Ты не ответила.

— Мне еще есть за что бояться. Но не за себя.

— В этом мы похожи, — он легонько пихнул ее кулаком в плечо, — напарник.

Аэр в ответ лишь улыбнулась, всмотревшись вдаль. Они сейчас находились приблизительно на середине моста, так что другой конец было уже вполне неплохо видно. Благодаря чему Каин смог уловить какое-то движение, человеческий силуэт. Мужчина мгновенно остановился, приложив козырьком ладонь ко лбу, и точно убедился в том, что там что-то есть. Девушка застыла рядом, прижмурив единственный видимый глаз. Через несколько секунд она вынесла вердикт.

— Мне стоило бы поменьше наговаривать...

— И ворчать тоже.

— Закройся. Приятного будет мало, — она кивнула в сторону медленно растущего силуэта. 

— Я плохо вижу, но это точно одна из этих злобных дур.

Аэр призвала Аурума и тем временем продолжила. 

— У нас есть сейчас три варианта. Бежать...

— Побег — это для слабаков.

— Да рот закрой уже, дай договорить. Дальше, убиться. Дешевле для нервов будет. И сразиться.

— Мой ответ ты знаешь.

Она кивнула. — Говорю потому, что в ближнем бою у нас шансов мало. Береги все важные части тела, они и удара не переживут. Пусть лучше сломает тебе руку или ногу, но ни за что не позволяй ударить в шею или грудь.

— Это очевидно и для пятилетнего ребенка.

— Идиот. Тебе вообще говорили что они такое?

— Говорили. Но давай не разводи тут панику и негативный настрой... Спартанцы знаешь как в бой шли? Как на праздник. Вот и нам также нужно.

— Не знаю я как они шли.

Каин изогнул бровь. — Ну, это позор, конечно...

— Слушай, где я жила, самой большой достопримечательностью колодезь был, не до спартанцев там...

Мужчина ответить уже не смог, поскольку их враг теперь был слишком близко к ним. Он отчетливо мог рассмотреть его и весьма удивился. Он ожидал кого угодно, но только не тощую даму в розовом платье и с секирой на перевес. Вся она была в крови, однако ран тот никаких не заметил. Кровь, возможно, была и не ее. От этой мысли Каин весь похолодел и вынул из ножен катану, приготовившись. Аэр отступил от него на шаг и извлекла своих два клинка. В небе вновь мелькнул ее фамильяр, слившись с воздухом.

Сущность вскоре уже стояла в метрах десяти от них, сжимая в руке громадную секиру. Весьма неожиданно, Аэр тут же подала голос.

— Кто тебя потрепал так? — она говорила с явной насмешкой.

— Мусору не положено задавать вопросы.

— Это не страж.

— Я убью вас.

— Закрой пасть. Наши друзья, да?

Сущность злобно оскалилась. 

— Я убью вас. А затем и их. Никому не выйти отсюда сегодня.

— Не сегодня, так завтра выйдем... — вставил своих пять копеек и Каин.

Аэр от его реплики едва не пробило на дикий хохот, а даму в платье уже чуть не трясло от злости.

— Это будет мучительный конец.— С этими словами она бросилась на них.

Каина ее скорость удивила и тот едва смог уйти от взмаха орудия смерти. Он попытался сделать выпад, но противник просто подпрыгнул и почти снес ему голову. Нужно было действовать как-то по-другому. Даже вдвоем они уступали ей по силе и по скорости во много раз. Однако он никак не мог придумать ничего лучше, чем просто кидаться вперед со слепой яростью и надеждой, что хоть один его удар достигнет цели.

Пользуясь единственным преимуществом в том, что их по количеству оказалось больше, Каин смог зацепить ногу противника, оставив на ней глубокий порез, за что тут же словил и свой первый удар кулаком по лицу. В глазах его мгновенно все залилось белой краской, а потом помутнело и потемнело. Он почувствовал, как по лицу потекла кровь, закрывая ему обзор. Глубоко вдохнув, мужчина с трудом смог вернуть себе самообладание, обнаружив, что, к счастью, все еще стоял на ногах. В последний момент ему удалось отскочить от смертельного удара секиры. Двигаться стало тяжелее. Боль пока не успела ударить ему в мозг, но горячая кровь, замазавшая все лицо, явно говорила о том, что все еще впереди.

Еще несколько мгновений никто не мог никого ударить. Уворачиваться становилось почти невозможно, а о том, что бы пытаться парировать, не могло идти и речи. Это было верная дорога в могилу. У Каина не выходило подобрать подходящий момент чтобы ранить врага. Да и у Аэр тоже. Она беспорядочно металась из стороны в сторону, однако агрессивный ее стиль боя результатов особых не давал. Аурум тоже не помогал, сущность его игнорировала. В какой-то момент ей удалось зацепить спину сущности и даже уйти от летящей в нее секиры. Тогда ударил и Каин, наконец-то совестно попав по уже раненому бедру, продырявив его насквозь. Человек после такой травмы не смог бы ходить.

Их противник рявкнул от боли, ударив секирой в землю, таким образом не дав еще раз приблизиться Аэр. Перенеся вес на рукоять, она второй ногой откинула от себя мужчину. Тот удивился, не услышав никакого хруста в груди, учитывая силу удара. Аэр решила попытаться воспользоваться освободившимся окном и воткнуть один из мечей в грудь сущности, но та оказалась быстрее и успела выдернуть секиру. Лишь из чистой удачи Аэр пережила этот удар, отделавшись лишь легким испугом в лице глубоко пореза на боку. Вскрикнув от боли, она припала к земле.

Не давая врагу возможности оборвать жизнь напарницы, Каин подскочил к нему сзади, правда, сущность была к этому готова. Извернувшись, она перекинула его через себя, впечатав лицом в асфальт. Он почувствовал, как по носу разлился жар, а затем услышал неприятный хруст в районе своей руки. Встать у него не получалось. Ногой его придавили к земле и, похоже, уже замахивались, что бы убить. Неприятно. 

Всего через мгновение вес со спины исчез, раздался хрип и злобный рев, приправленный матюками на неизвестном ему языке. Каин поднялся, опираясь на одну руку и подхватил лежащую рядом катану, но тут же оставил ее и взялся за брошенную секиру. Их противник стоял к нему спиной в боевой стойке, готовясь сделать рывок к Аэр. Она сама стояла некрепко и вряд ли могла бы дать достойный бой, только оттягивала время.

Не теряя подаренных ему секунд, мужчина замахнулся со всей своей силы и отсек сущности голову. В последнее мгновение она пыталась обернуться и нагнуться, но не успела. Секира выскользнула из его руки, бесшумно звякнув у самого края моста, а тело врага безжизненно опустилось наземь. Голова оказалась совсем рядом. Теперь уже в ней не было ни мыслей, ни ненависти. Шумно выдохнув, Аэр подскочила к голове, схватила ее за волосы и бросила с моста, пожелав ей «удачного полета», и добавив сверху знакомых, но непонятных матов. Каин подскочил к краю, но уже не увидел, как та скрылась в волнах.

— Она так не встанет?

— Без понятия, не должна, — ответила Аэр через тяжелые вдохи. — не хочу проверять, лучше уйдем.

Мужчина кивнул, вложил катану обратно в ножны, и забросил секиру на плечо. Правая его рука висела вдоль тела безвольным грузом, однако такое хорошее оружие тот оставлять не хотел. Пока было не больно. Девушка оторвала от своего плаща длинный кусок, на ходу принявшись обматывать его вокруг раненого бока. Тяжесть травмы Каин оценить так не мог, но та точно была не из приятных. Им следовало бы уйти и как можно быстрее остановиться на привал.

— Неплохо сражалась, — бросил он, когда они уже сошли с моста.

Адреналин уже начал отступать и ему становилось совсем нехорошо. Нос тоже походу был сломан, а может еще и сотрясение получил, учитывая то, как его неплохо приложило. Тем не менее, виду тот старался не подавать.

— Ты тоже нормально, — Аэр также явно чувствовала себя не очень.

Пару минут назад она вновь запустила в небо Аурума, но пока поиски не давали никаких результатов, потому в итоге они решили остановиться внутри какого-то здания, выглядящего как гостиница, чтобы понадежнее перемотать да примотать травмированные части тела и продолжить путь.

Каин сразу же уселся, а Аэр сбросила с себя плащ с сумкой, после чего через слабый стон боли скинула окровавленную серую рубашку, оставшись в майке. Отвернувшись от него, задрала ее и принялась рассматривать рану, пока его невольно втихаря скользил по спине девушки. Это было ему уже и так ясно, однако воочию увидел только сейчас. Тело Аэр отличалось удивительно правильными пропорциями, вместив в себе и долю силы, и некоторого благородства, которое дополняли мелкие и не слишком следы от давно заживших ран. Эта картина одновременно и восхищала и печалила, глядя на шелковые ее белые волосы и светлую кожу. Должно быть, на ощупь она была нежной, не смотря ни на какие шрамы. Он даже сходу и не осознал в каких вообще обстоятельствах решил попялиться на человека, и потому почувствовал легкий стыд, отведя взгляд в сторону. Мужчина тяжело вздохнул, выбрасывая из головы ее образ. От боли голова не работала как следует.

Девушка в этот момент обернулась и принялась медленно расхаживать по помещению, держась за рану. Взгляд ее опустел, ибо, похоже, она вновь переключила свое внимание на несуществующие глаза Аурума. Решив, что стоит побыть полезным, Каин поднялся и присел перед ее сумкой, начав там бесцеремонно рыться. Ему нужна была вода и желательно какой-нибудь чистый кусок материи. Вода нашлась и небольшой сверток бинтов тоже. Каин положил это на диван, после чего единственной рабочей рукой перехватил девушку и усадил ее на диван. Она в этот момент дернулась и с жуткой досадой протянула уже вполне понятное ему ругательство, вернувшись в реальность.

— Тихо. Не дергайся.

— Я нашла их, но потеряла Аурума.

Каин, в этот момент пытавшийся открутить бутылку воды, тут же устремил взгляд на ее совсем побелевшее лицо. 

— Чего? Это как?

— Не знаю. Когда мне совсем дурно, я теряю над ним контроль... Но они в порядке, сидели у робота.

— Кого-кого? — Мужчина все-таки позволил себе выдохнуть с облегчением и вернулся к попыткам открутить воду.

Аэр нагнулась вперед и выхватила бутылку, быстро открыв, после чего взялась за лежащие рядом бинты. Оторвала кусок, намочила его и стала протирать рану. Каин, нахмурившись, выхватил из ее рук влажный кусок бинта, принявшись за то же самое. Девушка зашипела и хотела было отобрать бинт обратно, но мужчина не позволил этого сделать. Тогда она раздраженно выдохнула, сдавшись, и решила ответить.

— Рядом с границей там машина такая здоровая, на робота похожа. Он в земле наполовину. Они там.

— А ее завести часом нельзя? — Каин бросил на землю окровавленный бинт и потянулся к еще чистым, чтобы перемотать рану.

— Отстань уже, я сама, — Аэр взялась за них первой.

Ему пришлось признать, что тут уж с одной рукой он бесполезен, потому послушно уселся на диван рядом с ней.

— Нельзя, он весь поплавленый внутри...

— Жалко.

— Почему?

— Ну, знаешь, в фильмах старых здоровые роботы всегда служат очень хорошим инструментом... И в этом, как его... Рисованные японские... Аниме, во! Из головы вылетело что-то... Там такого много.

— Никогда фильмы не смотрела. И анеме это твое тоже. Да и огромный робот-убийца звучит не очень эффективно. Танк и дешевле будет и...

— Правильно а-ни-ме. — Каин откинулся на спинку дивана. — Вообще, как выберемся, в Арке обязательно в первую очередь нужно будет тебе какое-нибудь хорошее кино посмотреть... Я даже знаю какое тебе точно зайдет. «Убить Билла» называется. Ты чем-то на главную героиню похожа.

Он выдохнул и закрыл глаза, увлекшись своими рассказами.

— Тоже с мордой прожаренный что ли? — Аэр невесело хмыкнула и тоже откинулась на спинку, видимо, закончив с перевязкой.

— Да не... Как его назвать... Духом. Ну а с лицами прожаренными, как ты сказала, тоже героев хватает.

Девушка не ответила. Открыв один глаз, он обнаружил, что та задумчиво глядит в потолок. После чего посмотрела ему в лицо с какими-то смешанными эмоциями и встала, отойдя к брошенному плащу. Через мгновение Каин услышал, как рвется ткань, а потом получили указание сесть ровно.

— Давай и тебя вправим немного.

Выдохнув, мужчина сел на край дивана. Девушка бросила остатки плаща рядом с ним и начала прощупывать его раны. Нос отзывался тупой болью, голова и без того болела, а в руку, по ощущениям, ему будто бы штык засовывали. Через пару минут в тишине, заполняемой лишь их тихими вдохами да выдохами, вновь раздался голос Аэр.

— Нос, кажется, не сломан, но рука вот... Так, посиди-ка.

С этими словами она удалилась вглубь помещения. Раздался тихий грохот, несколько проклятий всей родословной какого-то непонятного объекта, и через пять минут девушка вернулась, в руке держа что-то, напоминающее штыки. Она бросила, как оказалось, палки к плащу, после чего опустилась на корточки со стороны его сломанной руки.

— А теперь тихо. Прикуси лучше что-то.

— Слушай, может просто привяжи мне ее к телу? Мороки меньше, результат тот же.

— Хреновая идея. Как потом вылечим, если что-то криво выйдет?

— А как на вокзале ты нас починила? Артефактом же, понятное дело...

— Он не лечит, а просто ускоряет все процессы в организме. Метабо...мета что-то там. Я слова для умников не запоминаю. — Под конец ее речь превратилась в неразборчивое ворчание. — Да и со мной его сейчас нету, не взяла.

Каин скорчил недовольную рожу и оторвал от и так уже покинувшего этот мир плаща еще один кусок, засунув его себе в рот.

Девушка покрутилась немного вокруг него и в итоге приказала подняться. Тогда уже наконец аккуратно взялась за его пальцы и потянула руку вниз. Мужчина замычал от нового прилива боли, с трудом удержавшись от того, что бы дернуться. Весь процесс продлился еще несколько секунд, прежде чем Аэр убедилась, что все точно в правильном положении. Тогда она обмотала его плечо куском плаща, стараясь не слишком давить, после чего обломала принесенные палки и начала закреплять их в районе перелома. Процедура была не из приятных, но после вытягивания перелома это казалось пиком наслаждений.

Под конец девушка накинула на его шею повязку и поместила в нее изогнутую руку, чтобы та держалась в одном положении. Облегченно выдохнув, Каин плюхнулся обратно на диван, выплюнув кусок материи изо рта и закрыв глаза. Аэр села рядом, последним лоскутом плаща стерев ему кровь с лица. Небольшая рана на лбу уже, благо, перестала кровоточить.

— Спасибо. — Он хотел бы повернуть голову набок и улыбнуться, но сил не хватило.

Она в ответ, наверное, лишь кивнула.

Они посидели молча еще несколько минут. Каину жутко хотелось и вовсе провалиться в сон, но он заставил себя побороть это желание и встать. Нужно было найти брата и Гидеона с Евой, пока их не настигла вторая такая сущность. Аэр, с явно написанным на лице недовольством, тоже поднялась. Надела обратно окровавленную рубашку, не застегнув ее, и закрепила сумку на поясе. Каин не смог удержаться от соблазна и таки потащил за собой секиру. Уж больно сильно она ему пригляделась. Да и вдруг пригодится... Швырнуть в кого-то ею можно. Правда, теперь он остался совсем «без рук».

Шли теперь намного медленнее, хоть и оба изо всех сил старались не сбавлять оборотов. Но Каину о себе давала знать никак не уходящая боль в руке и голове, а девушке было явно тяжело ступать на один бок, где располагалась свежая рана. С досадой тот подумал, что теперь они гарантированно застряли тут на некоторое время, пока не придумают как выйти с такими травмами. У военных инструкция была простой: по возможности по кабелю сообщить о случившемся на другую сторону, загрузить раненого на переноски, которые после надежно примотать к тем, кто переноски тащит, и на выходе при надобности откачать. Вообще лучше всего ввести анестетик, но не всегда выходило. У них же вариантов было не слишком много. Мотнув головой, Каин заставил себя не думать об этом.

Солнце плавно плыло к горизонту, воздух постепенно холодел. С наступлением ночи ему бы тут не хотелось оставаться. У лужи крови они не обнаружили ничего слишком примечательного. Трещину в асфальте, в которую идеально помещалась секира, и пара обломанных стрел. Покрутились на месте, и Аэр в итоге решила призвать Аурума. Однако не успела отправить его в полет, как совсем рядом раздались шепоты и шаги. Обычные, физические.

Каин аккуратно опустил секиру на землю, вооружился катаной и подплыл к стене дома, прижавшись к нему спиной. Девушка последовала его примеру, но потом указала прямо перед ними, на идеально зеркальное здание. На его поверхности мужчина отчетливо разобрал три знакомых лица, которые теперь глядели на них через те же зеркала со смесью удивления и недоумения. И еще какое-то третье лицо, стоящее рядом с Гидеоном.

***

Их спасительница одним только приказом смогла прогнать неприятеля, за что Гидеон уже доверял ей целиком и полностью, чего не скажешь о его товарищах. Те смотрели на девушку с недоверием, хоть и не выказывали оного вслух, боясь ее гнева. Сущность назвалась Киларой и визуально чем-то напоминала свою «сестру». Правда, только лицом. Волосы ее были багряного цвета и беспорядочно торчали в разные стороны. Глаза серые, простая одежда с белым пальто на плечах. Она вела себе очень любезно и множество раз извинилась за агрессивное отношение сестры, чуть не бросаясь в слезы. Симон на это все улыбался, кивал, а потом сказал, что будет рад, если у них появиться возможность переждать ночь где-нибудь и побеседовать в спокойной обстановке.

Шли в итоге в район, где потенциально мог бы быть дом, в котором есть внутри хоть какая-то мебель, ибо на улице оставаться оказалось такой себе перспективой. В одиночку Килара защитить их не сможет, даже с ее сверхчеловеческой силой и прытью.

И вот тогда-то они и наткнулись на знакомые лица. Первой мыслью Гида было: «шиза разгулялась что-ли?» А потом: «че эти тут забыли вообще?» Еще и побитые какие-то, несчастные, все в крови.

Каин сходу в два широких шага подскочил к брату, всучил секиру Гидеону и стал тягать Симона за уши, повторяя какой тот безответственный и бессовестный, что ушел без предупреждения. А потом медленно так поднял взгляд, посмотрел на всех присутствующих и приблизился к Киларе, нависнув над ней устрашающей тенью.

— А ты кем будешь?

Она сникла, вжав голову в плечи. — Меня зовут Килара...

— Ты из этих? — перебил тот и попытался скрестить руки на груди, что у него, конечно, не получилось.

— Из кого?..

— Тварей этих! Подружек твоих, очевидно!

Симон положил руку на плечо брата, попытавшись того успокоить. Ева отошла от их группы шага на два, нервно поглядывая то на Гидеона, то на Аэр. Гид на это лишь плечами пожимал и рассматривал окровавленную секиру. Буквально через мгновение его глаза расширились и до него наконец-то дошло осознание того, что с их «спасителями» стряслось. Каин в этот момент раскрыл рот с явным недовольством и насмешкой в глазах, и тогда младшему пришлось пихнуть его в бок чтобы тот заткнулся. Он, походу, понял еще как только их увидел и не хотел, чтобы Каин испортил отношения с Киларой своей, вероятно, неприятной для нее репликой.

— То-есть мне эта дура сломала руку, а я должен помалкивать? — он выгнул бровь и наклонился к Симону вплотную так, что они касались лбами. — А вот хер там! — Каин отступил на шаг назад. — В розовом платье — твоя сестричка на них набросилась?

Она в ответ кивнула. Симон опять потянулся к брату.

— Тогда тебе не помешает труповозка.

Килара сникла еще сильнее. — Как это...

— Сдохла она с концами, вот как это. Секир башка и в реку. Нехрен было бросаться на всех подряд.

Воцарилась гнетущая тишина. Килара медленно прошлась взглядом по всем присутствующим, скользнув взглядом по секире у Гидеона в руках, потом присмотрелась к Каину с Аэр, особенно к их травмам. Глаза ее увлажнились и та просто села на корточки, спрятав лицо в локтях. Каин хотел добавить еще какой-то комментарий сверху, но получил увесистый подзатыльник от брата. Симон что-то хотел ему сказать, в итоге взял за локоть и отвел в сторону. Оставшиеся присутствующие не знали, что сказать и просто стояли в тишине, изредка нарушаемой всхлипываниями Килары.

Тяжело вздохнув, Гид опустил секиру и сел на корточки рядом с Киларой. Он опасливо положил руку на плечо сущности, но затем чуть более уверенно похлопал.

— Килара, они же всегда встают, да?

Та кивнула.

— Ну так и в этот раз встанет, не волнуйся.

— Так как... Голову от тела... — Рыдания ее тише не становились.

Гидеон задумчиво глянул в небо. 

— Да прирастет по-любому, я тебе это точно говорю. Знаешь, каких видал ребят? Были там такие забавные, в зоне одной. Так их хоть на колбасу режь, хоть на фарш крути — обратно раз-раз и сросились. Вот и она тоже. Так всегда бывает. Это он злой просто, что рука хрустнула, ну и наговорил всякого.

Килара подняла на него заплаканное лицо. — Ты уверен?

— На все сто! — Гид улыбнулся.

Килара тогда неуверенно улыбнулась следом за ним и поднялась. 

— Тогда я подожду с вами до утра и схожу на мост.

Он тоже поднялся, стараясь не показывать своим лицом то, что питает к своим словам очень сильные сомнения. Однако ему стало так ее жаль, что он даже ту сущность жалеть начал, так что был просто обязан хоть сколько-то утешить Килару.

В этот момент последние лучи солнца исчезли за высокими зданиями и тогда совсем рядом с ними раздался грохот и пугающий машинный гул. Все в ужасе переглянулись, пытаясь определить источник звука. Послышался рев и из-за одного из домов выплыл громоздкий силуэт. Гид не мог разобрать деталей явившегося нечто, но это определенно точно была машина. Оно состояло из железных листов, изредка с виднеющимися переплетениями черных проводов. Проблема в опознании прочего заключалась в основном в том, что листы будто бы «поплавились», как от сильного жара. Одна из четырех паучьих ног машины вообще превратилась в неразборчивый блок железа, а другая отсутствовала совсем. Ее в районе колена словно срезало чем-то по идеально ровной линии. Но это не мешало ей их видеть. Без предупреждения оно двинулось к ним навстречу. Гид не обнаружил у нее никакого оружия, но смелости ему это не добавило. В ужасе взвизгнув он подхватил секиру и бросился бежать, схватив по пути кого-то за локоть, кем оказалась Ева.

От Килары послышался приказ уходить и вскоре Гидеон услышал шаги остальных своих товарищей. Каин злобно возмущался и пытался вырваться из рук Симона. Аэр рядом злобно кричала ему чтобы заткнулся.

Гидеон вскочил в первый попавшийся подъезд, все остальные за ним. Прежде, чем какой-либо свет перестал проникать внутрь, он увидел, как последней вбежала Килара и тогда дверь за ее спиной закрылась. Стало прохладно и все звуки исчезли.

Машинный гул стих, как и все остальные звуки. Не было слышно абсолютно ничего кроме их вдохов-выдохов и тихих шепотов. Гидеон опустил секиру, снял рюкзак и наощупь нашел там зажигалку. В слабом свете единственного огонька он смог рассмотреть всех своих товарищей, относительно целых и невредимых. А затем устремил свой взгляд на дверь. Закрыта. Должно быть, Килара захлопнула. Пожав плечами, он поднялся, забросив все барахло обратно. С секирой наперевес кивнул на лестницу, мол, чего стоим, давайте идти. Возражать никто не стал и отряд медленно пошел вверх. Здание напоминало какой-то отель из старых фильмов. Только бесцветный, почти что полностью пустой и местами поплывший. На первом этаже вполне хватало света люминесцентных ламп, потому Гид запихнул зажигалку в карман и продолжил зачем-то идти вверх. Откуда здесь бралось электричество — тот понятия не имел.

Прошли они, наверное, этажей пять, прежде, чем остановиться. Окружение никак не менялось, но его это не слишком удивляло поскольку тут и так все почти одинаковое. Немного посовещавшись, решили коллективным разумом, (а именно единолично Симон), что вполне стоит присесть в какой-то комнате и обсудить их положение и прочие дела насущные.

Забрели всей толпой в самую большую комнату и расселись каждый, где нашел себе место. В ней все было расставлено в хаотичном порядке и не двигалось, так что Гид просто приземлился на край кровати, с виду вполне нормальной, и стал прислушиваться к разговорам товарищей.

— Че мы тут засели как мыши? — подал первым голос Каин.

— А тебе хочется, чтобы тебя по асфальту размазало? — раздраженно ответила Аэр, сев на другую сторону кровати.

Гидеон уловил как та тяжело вздохнула с оттенком боли в голосе. Тяжесть ее травмы он оценить не мог, однако явно видел кровавые пятна на рубашке и на майке. Каин на этот комментарий не ответил, видимо, не придумав что сказать.

— Так, ребята, давайте лучше скажите, что вы тут вообще забыли? — решил уж что-то спросить и Гид.

— По вас пришли, — ответил Каин с тенью раздражения в голосе.

— Ну, мы-то в принципе и в порядке... Относительно. Были.

Гидеон взглянул на Симона. Если раньше ранен был только он и что-то можно было придумать, то теперь едва ли они всей толпой смогут выйти, учитывая раны Каина и Аэр.

— Какого черта вы сюда поперлись? — обратился Каин к брату.

— Мы не можем бесконечно долго сидеть на месте... — тихо ответил Симон.

— А меня до обеда подождать тебе ума не хватило?

Симон пожал плечами и сник, как нашкодившая собака.

— Мы можем переждать здесь ночь и я проведу вас до границы на рассвете, — неуверенно подала голос Килара.

— Мы же все равно не можем выйти, — покачала головой Ева.

Все ненадолго замолчали, погрузившись каждый в свои мысли.

— Раненые могут остаться тут, а кто-то, кто в порядке, пусть сходит за подкреплением, — начал Симон.

— За артефактом. Вылечим всех и выйдем. — Закончила мысль Аэр.

— Да, только кого отправить? Я границу вряд ли перейду, и по пути к ней бой в случае чего дать не смогу.

— Я пойду сама. Рана пустяковая, — быстро ответила Аэр.

— Не ври, — бросил Каин.

— Не вру. Бывало и похуже, я перейду через туман без проблем.

— Не перейдешь нихрена! Открытые раны — самые смертельные при переходе. Пойду я.

— Да тебя без одной руки сожрет по пути первая же тварь, дурак! И потом, тебе еще от границы до дома, потом обратно, а потом снова сюда.

— Сама дура, ничего меня не сожрет!

— Помолчите оба! — крикнул Симон и тут же болезненно поморщился.

— Ни ты, ни ты не пойдете. Гидеон не ранен. Килара может провести его до границы, он сходит за артефактом, вернется, и она проведет его обратно.

Гидеон напрягся, заслышав свое имя.

— Как это, я что ли пойду?

— У нас есть второй Гидеон?

Он осмотрел всех присутствующих. Трое его товарищей были ранены, и не могли перейти через границу. Ева едва ли смогла бы себя защитить в случае чего, а сущности не могут покидать пределы своей зоны до тех пор, пока живы. Затем раскрыл рот чтобы все таки возразить, но так и не придумал что сказать и потому замолчал. Вариант этот был единственным, как бы он ему не нравился.

— Ну, ладно.

Гидеон пожал плечами и с умным видом стал рассматривать стенку. Все остальные переглянулись со взглядами «чего это он так сразу согласился», но так ничего и не добавили. Килара тоже не была против и лишь кивнула.

Минут через пять Каин поднялся с места со словами «я тут осмотрюсь» и вышел из зала. Гидеон, не придумав чем заняться, лег спиной на кровать, пока его ноги все еще стояли на полу и прикрыл глаза, задумавшись. Тем временем Симон и Килара стали переговариваться.

— Килара, ты не знаешь почему твои...сестры так не любят людей из-вне?

— Не знаю. Они говорят, что вы опасны и злы. Конечно, среди вас есть злые люди, но ведь не все...

— А, да, еще кое-что. Ты же понимаешь природу своего происхождения?

— Мг. Добрый человек по имени Линда рассказывала мне во время нашей первой встречи.

— Помнишь ли что-то до того, как зона появилась?

Килара пару мгновений помолчала.

— Нет, ничего.

— А сестры твои знают, как они возникли?

Она опять затихла на чуть более длинный срок.

— Знают.

— Так, тогда вернемся немного. Что думаешь насчет того, как ты появилась?

— Да ничего... Но я ведь все равно живая. Какая же разница тогда? — судя по всему это была больная тема.

— Что в твоем понимании — жить?

— Ну... Это... Жить — это существовать. Существовать и мыслить, наверное? Я мыслю, значит и живу.Симон мгновение подумал над следующим вопросом.

— Ты знаешь, какая именно эта зона?

— А они разные бывают?

— Ну там, класс, уровень.

— Нет, прости, не знаю. — К этому моменту она стала говорить совсем тихо.

Кто-то рядом поднялся. Вроде как Аэр, а Ева села на кровать рядом с Гидеоном. Килара и Симон стали говорить о чем-то не слишком интересном и Гид в итоге задремал.

Стало тихо и темно. Приятно тихо и приятно темно, что тот мог наконец-то немного отдохнуть, но мысли никак не хотели успокаиваться и продолжали теребить ему черепную коробку, не поддаваясь никакому контролю. Вопросы, что задавал Симон Киларе, просочились в его разум, зазвучав особенно гулко. Что такое жизнь? Что такое жить и что такое человек? Для Гидеона жизнь была каким-то высоким и сложным понятием, которое являлось совокупностью всего, что его окружало. А жить... Нет, не просто существовать и мыслить. Существовали растения, существовали животные. Да и мыслили тоже, наверное? Люди же от этого всего отличались. Они испытывали эмоции, они ошибались...

Проснулся он от крика. Подскочив на месте, Гидеон свалился с кровати, грохнувшись на пол с громким стуком и полным боли стоном. Причиной шумихи стал Каин. Он стоял в дверном проеме, тяжело дыша и держась целой рукой за стенку.

— Гребаных пол часа! Пол часа я бежал вверх! Тут нихрена не меняется, это один и тот же, мать его, этаж! — Он окинул всех обезумевшим взглядом, оскалившись сильнее прежнего. — Чего сидим?! Подняли свои задницы! К окну!

Симон ворчливо покачал головой и поднялся, выйдя из комнаты. Тоже дремавшая Ева и Килара трусцой за ним, опасливо поглядывая на Каина. Гидеон повалялся еще секунду и поднялся, перепуганно двинувшись за всеми. Каин шатающейся походкой привел всех к другой комнате и указал на окно. В нем отсутствовало само окно, собственно, вместе с рамой, так что фактически это была просто дыра в стене. Самое интересное заключалось в том, что на той стороне была не улица, а точная копия той комнаты, в которой стояли они. Только зеркальная. Симон вылез вперед всех и, слегка покряхтев, аккуратно перебрался на ту сторону. Куда-то ушел буквально на минуту и вернулся с побледневшим до состояния мела лицом. Качая головой он перелез обратно и убежал в другую комнату, возвратившись уже минуты через две.

— Это... Как же...

— Вниз спустись, вообще прозреешь.

— Куда ведет дверь наружу? — спросил Симон на грани слышимости.

— В такой же дом. В подвальном помещении есть еще одна дверь и работает по той же аналогии. Я так через штук пять прошел.

— Выход на крышу? — он сжал пальцами переносицу, силясь успокоить боль в груди. От короткого осмотра этажа ему стало заметно хуже.

— Нет его. Знаешь, сколько я этажей пробежал в сумме? Сто пятьдесят с лишним. В этом доме их было от силы тридцать.

Младший сел на бортик несуществующего окна, спрятав лицо в ладонях. 

Каин тем временем подошел к Киларе, схватив ту за ворот.

— Как отсюда выйти? Отвечай немедленно!

Ее всю трясло от неподдельного ужаса, она в недоумении мотала головой, пока ее совестно не потрусили.

— Я-я не знаю! Честно! Я-я никогда...никогда не попадала в такие...

— Врешь!

— Н-нет, не вру, правда!

Симон в этот момент остановил брата.

— Она не врет, эта ловушка не реагирует на нее. Она попала сюда одной группой с нами и только потому тоже застряла... Джуда предупреждал, а я... Это все из-за меня, мы теперь совсем застряли, пока живы.

Каин забросил голову и громко, протяжно заорал. Так, что все отскочили. Ева аж бормотать «все пропало» перестала, а Килара — трястись.

— Заканчивай со своим виноват-не виноват. Соберись и не распускай пораженческий дух! Выход должен быть, я в этом уверен... — Каин на секунду задумался. — Я еще не пробовал стену пробить. Нужна секира... Стоп, где Аэр?

Гидеон, тоже уже совсем побелевший от страха, оглянулся. Девушки с ними не было. Среди всех присутствующих немного улеглось чувство страха и они стали в недоумении крутить головами.

— Она молча ушла сразу после тебя. Я решил, что перешла в соседнюю комнату, а потом, кажется, заснул, — пробормотал Симон.

— Еще чего не хватало...

— Нужно разделиться и поискать ее... — Симон не успел договорить, как Каин громко проорал имя девушки.

Гиду пришлось закрыть уши, как и Еве.

Когда эхо крика стихло, старший медленно отошел от них. Его обычно сильный силуэт со всегда идеально ровной спиной потерял свои краски. Только сейчас Гидеон понял насколько тот выглядел уставшим и бледным. Его глаза тупо смотрели в несуществующую перед ним точку. Куда-то далеко, слишком далеко от них всех. Но вскоре он вновь выровнялся, поднял голову и решительно нахмурился.

— Тогда разделяемся и ищем. Лучше бы только найти бумагу, что бы записывать как далеко ушли...тут легко заблудиться.

— У меня есть. — Гидеон поднял руку и потопал к оставленным вещам. Весь отряд двинулся следом.

Из рюкзака он достал свой блокнот и вырвал несколько листов. После чего нашел ручку, еще какой-то забытый карандаш и еще один достал из кармана Симон.

— Лучше разделиться по группам, — начал младший и обвел всех тяжелым взглядом. — Килара, иди с Евой. Гидеон со мной и Каин... Нет, тогда Гидеон иди с...

— Я сам пойду, — уверенно отрезал старший, выхватив листок с карандашом.

Симон неуверенно кивнул. Каин решил, что будет идти в направлении того окна, которое им показывал, а остальным двоим указал где находились еще два. И только группа их стала разделяться, как из тени коридора явилась шатающаяся фигура Аэр. Рубашки на ней больше не было, она оказалась на поясе. Завидев потерянную, все испустили вздох облегчения. Каин подошел к Аэр и хотел взять за плечо, но та отступила на шаг и прошла мимо, что-то ему при том шепнув.

— Чего морды такие кислые? — спросила она через мгновение слабым голосом.

Вид у нее был хуже, чем раньше, а крови на мелькающей под майкой перевязке стало больше. Никто не ответил. Кто-то уставши соскользнул по стене и сел на пол.

— Вы оглохли?

Симон, который, собственно, и опустился на пол, нервно засмеялся. Каин за спиной девушки тяжело вздохнул и ни с того ни с сего долбанулся лбом об стену, затем уперевшись в нее локтем. Ева просто осела на пол рядом с младшим.

— Дегенераты... — пробормотала Аэр, проходя мимо них, после чего зашла в комнату в которой вся группа до этого находилась.

Гидеон, не зная что делать, тоже сел на пол. А девушка уже вернулась с секирой. Каин на нее посмотрел и его лицо медленно расплылось в кривой усмешке.

— Долбить стену будем?

— Будем! Че еще делать-то?

Довольный весь он пошел к ней на встречу и они стали совещаться где же, в общем-то, стену ломать. Решили выбрать одну комнату, которая была полностью пустой и по идее выходила наружу. Двинулись к ней.

Минут десять оттуда доносились звуки ломания, хруста и их громких матюков. Потом камень стал крошиться и посыпался. Заинтересованный Гидеон встал на четвереньки и пополз к ним, у входа в комнату перебравшись на две ноги. Аэр и Каин там сидели напротив небольшой трещины в стене с разочарованным видом. Убитым, как тот их сходу охарактеризовал. Дыра вела, конечно же, в копию этой комнаты.

Позади Гида возникла сначала Килара, а затем и Ева с Симоном. Они разочарованно покачали головами и ушли.

Где-то через час вся компания вновь была в сборе в комнате-базе. Аэр, категорически отказавшись занимать хоть какое-то мягкое место, лежала на полу, почти что под кроватью. Каин сидел в кресле, Килара в углу. Симон и Ева сидели на кровати, тихо перешептываясь, а Гидеон занял место на еще одном кресле.

Долго молчали, не зная что делать. Изредка кто-то предлагал какую-то идею спасения, но ни одна из них не давала никакого результата. Во внешнем мире, должно быть, уже давно была глубокая ночь, когда все окончательно сдались. Воды было немного, еда отсутствовала совсем. Киларе это все не требовалось и ей, по идее, нужно было лишь дождаться, пока они умрут. Однако на ее лице было написано настоящее горе. Или она просто хорошо притворялась, пусть Гидеон в эту версию и не верил.

— Что вы как на похоронах... Расскажите что-то хоть, или я не знаю... Да хоть пойте, насрать, — подала голос Аэр.

Гидеон слегка подумал и мгновенно заговорил. Ему уже давно хотелось развеять тишину. Не нравилась эта атмосфера смерти, отчаяния... Даже если спасения не было.

— Дело, значит, было году в 56... Не помню точно даты... Тусовались мы с корешами у Сиги на хате. Прозвище такое у чувака было, потому что курил буквально каждый день и курил буквально все, что лежала криво и не слишком. Короче, распивали мы хрен пойми что, самогонку какую-то стремную. И тут чет один из наших поворачивается ко мне... Данечка вроде. А Данечка уже в хламину, тупо еле говорит. Ну и такой, мол, а слабо тебе у соседей спереть че-то? Ну я такой, да нет, че, не слабо. Говно вопрос! Я тогда на краденое только и жил, главный воришка в группе был. Ну и давай они решают че ж мне украсть и тут вспоминает... кто же вспоминает... Дитто, во! Уже и не вспомню че прозвали так... Или имя такое было... Ну, неважно. Говорит, что гитара же у соседа есть. Вот ее и сопри! Думаю, ну, гитара это уже перебор чет, а он, ну, да вернешь потом, че париться-то. В общем. Не хотел я лохом быть, вот и согласился. — Гидеон обвел взглядом всех присутствующих. Его треп, кажется, никого не утомил, так что он продолжил. — Значит, встаю, выхожу... А меня шатает жесть. И давай думаю как же ее, эту гитару, спереть. А мы в многоэтажке были, там к ним вроде эти, вертушки подключили. Ветряки, во, да электричество было, спасибо «Фениксу». И на этом, на втором этаже. Ну я и так, и так перед той квартирой бродил. На пьяную голову все никак не пойму как же туда попасть. Придумал, короче! Я знаете что сделал? С балкона Сиги залез на балкон того типа. Ну а там открыто, к счастью... А не, не открыто, брешу! Закрыто! Я еще возвращался обратно, тоже через балкон, навернулся рожей в пол. У меня эти, отмычки были всегда... Э, да я уже таким не занимаюсь, не нужно головой мне тут качать. Да, спасибо. В общем, беру отмычку и обратно. А замок такой плохой был, что даже пьяным смог открыть. Заползаю, ну и с первых шагов сбил какую-то тумбу. Хозяин сразу всполошился, где-то в соседней комнате был. А я смотрю так, смотрю. А вот же и гитара! У стенки стояла. Хватаю ее и не придумал ничего лучше, как с балкона сигануть. Ну и сиганул в кусты короче, лодыжку подвернул. Нам этот хозяин в итоге стрелку назначил, а он сам в стельку был и забыл, короче. У нас там праздник был какой-то в тот день вроде. Где его гитара — так и не вспомнил, а я ее себе забрал.

Он тихо посмеялся. Из-под кровати прозвучал и тихий смех Аэр и Каина. Скорее утомленный, чем веселый. Остальные либо были погружены в беспросветную печаль, либо мысли о скорой смерти. Тяжело вздохнув, Гид немного покрутился на месте и свернулся калачиком на кресле. Ему бы хотелось не думать ни о чем. А еще лучше — очнутся и понять, что все происходящее оказалось всего лишь сном. Страх перед скорым концом не стал ни на гран меньше, но теперь он душил его лишь как слепое отчаяние. Скоро они все умрут от обезвоживания или сойдут с ума и перережут друг-друга. Гидеон был почти на сто процентов уверен, что или Каин или Аэр сочтут очень благородным подарить им быструю смерть собственными руками. Что и не было бы плохим вариантом, на самом деле... Только если они двое на следующее утро еще смогут стоять. Вид у обоих был совершенно никакой, как и у Симона на пару. Того явно мучил жар и, скорее всего, жутко болела голова. Стоило Гидеону об этом подумать, как младший лег на кровать набок, сдавленно при том прохрипев, а потом перевернулся на спину.

Вновь стало тихо. Надолго, на час где-то, если не больше. Он терял счет времени. Гидеон уже почти задремал, как услышал что с места встал Каин. Ему на мгновение стало до жути страшно, что солдат действительно сделает так, как надумал сам себе Гидеон и перережет всех присутствующих. А потом уж подумал, что ну и ладно, хрен с ним. Увы, Каин лишь молча куда-то ушел. Мужчина вернулся скоро, с одеялами из дупликатов их этажа. Одно он накинул на Симона и на мгновение остановился рядом с ним, положив руку на плечо брата. Младший уже спал, а Ева дремала рядом. Каин медленно и тяжело вздохнул, опустив голову вместе с плечами. Постоял так всего несколько мгновений и накинул еще одно на Гида. Тот в ответ прошептал слова благодарности. И напоследок присел где-то, где лежала Аэр, положив одеяло и ей на плечи. Та зашевелилась, что-то прошептав Каину. Они переговаривались минуты две и в итоге девушка с трудом встала со своего места, переместившись на незанятый диван. Тогда уже военный напоследок бросил одеяло Киларе и сел на свое место, закрыв глаза. Эти его действия вызвали у Гидеона улыбку. Неотесанный грубиян, а все же может доброту и даже какую-то нежность проявлять.

И вновь Гид уже почти уснул, как кто-то зашевелился. На этот раз Килара. Она медленно вышла из комнаты и куда-то пошла. Он полежал минуты две, но в итоге ему стало интересно, куда девушка делась и выплыл следом за ней.

Нашлась она через комнату от них. Сидела у стены, поджав колени к груди с максимально, насколько это возможно, несчастным видом. Гидеон махнул ей рукой и, получив в ответ кивок, присел рядом.

— Что ты?

Она покачала головой. 

— Нормально.

— Да чет не скажешь так... — Гидеон расселся чуть более комфортно, вытянув вперед ноги.

— Это ведь... Это я виновата... — обронила она после затянувшейся тишины.

— В чем?

— Что вы тут застряли...

— Да нет же. Ты нас спасла от этой... Как зовут?

— Трэс.

— Да-да. А сюда уж попали по чистой случайности... Всякое бывает. — Он усмехнулся от того, как глупо звучал.

— Тебе не страшно? Ну, умирать... Прости за такой вопрос.

— Страшно, конечно. Но что поделаешь? Все заканчивается в жизни... И она сама тоже. — Гидеон тяжело вздохнул, но заставил себя вернуть улыбку. — Я прожил не такую уж и плохую жизнь. Ну да, воровал, признаю, но зато на конец своих лет исправился. Ладно, брешу, почти исправился, — он невесело хихикнул.Килара молчала несколько минут.

— Тебя ведь ждет семья? Во внешнем мире?

— Не-а.

— А друзья? Про которых ты рассказывал.

— И они тоже нет. Умерли года четыре назад. Ну, не все сразу... Данечка сначала в драку влез и его там того, — он провел большим пальцем по шее. — Дитто без вести пропал... Еще там двое спились... А Сига вскрылся. Три года назад, он дольше всех прожил. — Гидеон тяжело вздохнул.

В душе на мгновение стало больно, когда он вызвал в своей памяти их образы. Когда видел в последний раз, еще живыми. Они заменили ему семью, которой у него никогда не было. А потом ушли также быстро, как и появились.

— Прости, мне очень жаль. — Килара положила руку ему на плечо.

— Все в порядке. Это ты прости, что еще больше нагнетаю.Девушка покачала головой, но не ответила. Тогда Гид продолжил.

— А твои сестры, они тебе как семья?

— Что-то вроде того.

— Славно. Тебе есть к кому вернуться, так что все вполне сносно.

— Но ведь и... и Симону с братом и Еве... и Аэр, наверное, есть куда возвращаться. А они не смогут. — Килара начала плакать и Гидеон слегка приобнял ее за плечи.

— Ты не можешь ничего поделать, так чего винить себя? Ну-ну, не плачь.

Килара замотала головой. 

— Я могла.

— Что это значит? — Гидеон склонил голову набок.

— Я могла всех вас спасти... Всех, кто здесь погиб. Я помню каждое лицо и каждое имя. Еще когда это все только началось.

— Ты знаешь, где Источник? — спросил он шокировано.

Килара кивнула. — Но я не хотела говорить ведь тогда мои сестры... И я, мы просто исчезнем. Очнемся от этого кошмара навсегда. — Она зарыдала еще сильнее. — Прости меня, прости...

Гидеон смотрел на нее пару долгих мгновений, но в итоге просто обнял, начав утешительно хлопать по спине и приговаривать, что все в порядке. А что оставалось? Злиться, кричать? Да толку с этого... Они и так уже смертники. Да и Килару он не винил. Не было у него ни злобы ни обиды на нее. Жалко только было, очень.

— Почему ты не хочешь меня убить? — неожиданно спросила она, переборов бесконтрольные всхлипы.

— А должен?

— Я же виновата... Во всем этом.

— В чем? Ты так-то и не обязана жертвовать собой ради кого-то другого.

— Так поступают хорошие люди. А я так не поступила. Значит, я плохой человек.

— Чепуха. Хорошим тебя делает не готовность пожертвовать собой. Отдать собственную жизнь и злодей может во имя злой идеи. Хорошим тебя делает...любовь, да. К жизни, к другим, к себе... Ну и там по мелочам. Я, знаешь ли, не сильно эксперт в этих вопросах...

Килара смотрела на него пару долгих мгновений.

— Ты правда так считаешь?

— Правда. — Он слабо улыбнулся.

Девушка заплакала еще сильнее и крепко обняла его в ответ. Гидеону чуть все кости не перемололо, но тот не смел сказать и слова. В конце концов это, скорее всего, последние объятия в его жизни.

***

— Гидеон. Ведь так ты себя называешь, смертный?

Донесся властный женский голос из глубин пустоты, что окружала его со всех сторон. Он не мог пошевелиться, мог лишь слышать и отвечать. Точнее, обязан был. Рот открывался сам по себе, губы сами произносили звуки. У Гида не оставалось ничего.

— Да.

— Внимай моим словам, Гидеон, ибо часы твои сочтены. И день твоей гибели высечен звездами на ткани самой реальности.

— Когда он наступит?

Его охватил страх. Страх услышать ответ.

— Я не знаю. Но я буду ждать нашей встречи с нетерпением, ведь станет тот миг концом для меня и моей гнусной империи. И я буду молиться Старым Богам, чтобы он наступил как можно скорее. А пока бойся, смертный. Бойся своей тени и бойся друга своего. Безумие поглотит его разум и вонзит он клинок тебе в спину. Оно уже зародилось. Оно близко.

Голоса мертвых запели скорбным хором, становясь все громче и громче, превращаясь в торжественный вой. Он хотел закрыть уши, но не мог, ему оставалось лишь терпеть это, пока его не выбросит обратно в реальность. Кости ныли, становилось невыносимо больно и хотелось кричать. От ужаса, от неизвестности. Раздался чей-то крик и мрак вокруг развеялся, став лишь слабой дымкой. В то же мгновение по глазам резанул свет, вновь послышался гул люминесцентных ламп и чей-то шепот.

Гидеон в недоумении покрутил головой. Шея затекла и болела, как и все остальные конечности от сна в позе креветки. Во рту пересохло, было тяжело дышать. Сузив глаза, он рассмотрел сидящую на корточках возле кресла Килару. Все остальные спали, так что он шепотом поинтересовался почему она здесь.

— Прости, Гидеон. Я взяла твой кинжал. — Она протянула ему тканевый сверток.

Гид ахнул и выхватил его.

— Храни меня Небеса, зачем?! — Он в панике развернул его, что бы проверить все ли в порядке. Простой формы золотой кинжал был таким же, каким он его помнил. За исключением крошечного пятна крови на ткани.

— Пожалуйста, выслушай меня. Я все объясню. — Килара шептала хрипло и слабо.

Только сейчас он понял, что ей совсем как-то нехорошо. Она побледнела, под глазами возникли темные круги, а волосы будто поблекли, утратив свой насыщенный цвет. Сглотнув и завернув кинжал обратно, Гид слабо кивнул.

— Только... Этот кинжал, он дорог тебе?

— Очень. Это... Самое дорогое, что у меня есть.

— Ох... Я его не повредила, но все равно прости.

— Все в порядке, просто я не понимаю зачем...

— Я ничего более не нашла под рукой. Но не об этом. Я хочу сказать кое-что очень важное. Тебе, потому что из всех вас я доверяю тебе больше всего. Ты помнишь наш прошлый разговор?

Он медленно кивнул

— Я говорила, что знаю, где Источник. Но я солгала в кое чем еще... — Килара присела еще ниже, так что за подлокотником он теперь видел только ее глаза, вместо всей головы. — Я знаю что это за зона. Вы называете их кошмарами. Однако и вы не знаете всего про них. У всякого кошмара есть его хозяин и есть его источник. И этот Хозяин — это я.

Килара с видимым трудом поднялась и пересела на колени прямо перед Гидеоном. На животе ее красовалось красное пятно, а в руках она что-то держала. Гид попытался спросить про рану, но она его мгновенно заткнула.

— Прошу, позволь мне... Это...я решила, что так больше не могу. Я устала от всех этих смертей, я устала помнить все эти лица. И я не хочу, чтобы вы умирали. Потому хочу совершить свое последнее геройство.

Она вытянула вперед руки. На ее ладонях лежало что-то, что по форме напоминало крошечную звезду, что будто была вырезана из льда. Почти вся она была в крови.

— Что... О чем ты? Нет, так нельзя, ты ранена, сядь, прошу.

— Нет! Дослушай меня, это моя последняя просьба. — По щеке ее скатилась слеза. — Это Источник. Возьми его. Только так вы сможете выйти. А я... А я наконец проснусь.

Гидеон смотрел на нее ошарашенно. Он не знал что ответить, не знал как это понимать. Ему казалось, что это все еще сон. Килара, уловив его сомнение, продолжила все так же настойчиво:

— Это...мое существование, что тянется вот уже почти три года... Нет, так больше не может продолжаться. Память о тех днях, когда я все еще была человеком доставляет мне неимоверные мучения...и от того осознание собственного эгоизма невыносимо. Какое право я имею обрекать вас на смерть если могу это предотвратить, скажи мне, Гидеон? Разве это правильно? — прошептала она столь отчаянно, что он поморщился от шквала эмоций, вмиг обрушившихся на него. — Выбирая бездействие я тоже принимаю решение...отвратительное. Так прошу, возьми эту звезду.

Он покачал головой. Глаза запекло от невыносимого горя и жалости за эту душу. Хоть Гид не понял и половины, ему хватило и одной, что бы стало дурно. Большим пальцем он смахнул слезу со своей щеки и взглянул в лицо Килары. Она улыбалась. Кровь начинала капать из ее носа вниз на колени.

— Я... Килара, я не могу так... Ты обратилась не к тому человеку... — он говорил неуверенно, язык заплетался.

— К тому, если ты понял мои страдания. Более чем к тому. Ты добрый и по-настоящему хороший, чего нет во мне. Я бы очень хотела быть твоим другом.

Гид замотал головой, глотая собственные слезы.

— Ты и так мой друг. И всегда им будешь.

Она улыбнулась чуть шире. — Спасибо тебе. За понимание и за дружбу.

Девушка раскрыла его дрожащую ладонь, вложила в нее звезду и накрыла второй рукой. Стоило Киларе в последний раз коснуться Источника, как в глазах ее померкла жизнь, а тело безвольно опустилось на пол.

Гидеон вскрикнул и бросился к ней, в надежде еще что-то сделать. В тот же миг все пространство сотряс гром, от которого он едва не оглох. Лампы засияли с новой силой и начали лопаться, а пол затрясло с безумной силой. Все его товарищи тут же очнулись. Первыми вскочили Каин с Аэр, взявшись за оружие. Обведя комнату безумным взглядом, девушка подскочила к Гидеону, сидящим над телом.

— Что за чертовщина происходит?! А с ней что?!Гид в ужасе замотал головой.

— Я не... Нет, знаю. Зона разрушается. — Он показал лежащий в его ладони Источник.

Со спины к нему подплыл Каин, а сбоку уже возник Симон. Между ними с трудом протиснулась Ева. Все что-то кричали и выясняли, пока зал продолжало трясти. Казалось, что дрожит сама планета. Через мгновение Симон втянулся в происходящее.

— Нам нужно убираться, если не хотим оказаться захороненными под обломками!

— Как?! — вскрикнул Гидеон.

— Если ты сказал правду, то эта ловушка должна была уже разрушиться!

Стоило ему договорить, как всю комнату залило белым светом. Послышался взрыв, словно что-то взорвалось буквально в метре от них. Когда свет развеялся — все лампы погасли, а комната освещалась лишь окном из коридора.

Каин громко выругался и, схватив брата за локоть, пихнул того на выход. Ева увернуться не успела, так что в итоге тоже чуть не была отправлена в полет. Гидеон в последний раз взглянул в лицо Килары, по которому успели пойти глубокие трещины. А она выглядела столь безмятежно и лишь открытые глаза нарушали иллюзию сна. Сглотнув, он опустил ее веки и подскочил к рюкзаку, закинув в него все, до чего смог дотянуться, после чего выбежал следом за Аэр, напоследок подхватив и секиру. Едва не свалившись, он пропрыгал по лестнице. Дверь наружу была открыта нараспашку старшим. Выпустив всех наружу, он выбежал и сам.

На улице солнце клонилось к вечеру, все вокруг дрожало будто во время сильного землетрясения, а в небе периодически возникали разряды молнии. Соседний стеклянным дом с грохотом стал валиться, рассыпаясь в мелкую пыльцу. Симон, жмурясь и тяжело дыша прижимал пальцы к виску.

— Двигаемся к мосту! Он должен разрушиться в последнюю очередь, мы успеем!

Аэр попыталась возразить, но тот уверенно махнул рукой.

— Крупные, особые объекты разрушаются в последнюю очередь. А если не успеем — застрянем на этом берегу.

Мгновение подумав, все согласились с его мыслью.

Бежать было трудно после суток заточения в четырех стенах без каких-либо движений. Особенно тяжело было раненым, но те держались вполне уверенно, так что вскоре отряд добрался до моста, что все также уверенно простирался над рекой. Чтобы его пересечь им требовалось что-то около десяти минут. За это время мост вполне мог бы обрушиться, так что Гидеону идея эта не совсем нравилась. Он бы предпочел на лодке переплыть, но уже безопасно... Хотя сейчас тут нигде безопасно не было. Период разрушения зоны обычно оказывался самым смертоносных из всех, во время пребывания в ней. А после того, как зона падет, сюда могут нагрянуть те самые люди с другого берега. Нужно было убираться, даже если это явная не лучшая из всех возможных идей.

Безглавое тело сущности все так же лежало на своем месте. Оно на глазах покрывалось трещинами и рассыпалось, превращаясь в прах. От этой картины Гиду стало больно на душе за то, что обманул Килару, ведь ее сестра умерла по-настоящему.

Когда они почти перебрались, бетон под ногами стал дрожать и крошиться. Прямо в центр моста ударила молния и там образовалась огромная трещина, которая с каждым мгновением распространялась на весь остальной мост. Гидеон бежал изо всех сил, лишь бы успеть, но все равно отставал от остальных метра на два. С секирой тягаться оказалось плохой идеей, но теперь уже руки не повиновались и не хотели ее разжимать. Под его ногами камень стал осыпаться и он в последний момент совершил еще один рывок, распластавшись на берегу, забив при том колени со лбом. С грохотом мост с аркой обвалились, канув в реку и исчезнув в синей бездне. Тяжело дыша, Гидеон заставил себя подняться, однако никто более не горел желанием совершать какие-то движения. Город вокруг падал как домино, поднимая облака пыли и вынуждая птиц с безумным криком улетать. Несколько осколков точно попали бы по Гидеону, но они обратились в пыль прежде, чем успели до него долететь. Ветер подхватывал ее и уносил вперед по течению. Визуально это напоминало туман, но только блестящий, словно диамант. Бежать через это безумие не имело никакого смысла. Лучше переждать там, где ничего более упасть на голову не могло. Странно, что мост упал так быстро. Спасибо хоть, успели перебежать.

Опустившись на землю, он положил голову на колени и вздохнул, закрыв уши. Процесс разрушения длился еще добрых пол часа, а под самый его конец воздух пронзил звук, который тот охарактеризовал бы как крик агонии усопших душ. В последний раз в небе блеснула молния, залив своим слепящим светом все, что только можно было увидеть глазами.

А потом все закончилось. Оглянувшись, Гидеон понял, что теперь они находятся посреди пустоши, в которой то тут, то там из земли торчали угловатые обломки каркасов зданий, остатки высоких окон да столбы, разбавляемые полусгоревшими деревьями. До слуха его донесся радостный смех Аэр. Она лежала, растянувшись на асфальте и раскинув руки в стороны.

— Черт бы их побрал! Мы свободны!

Ева с облегчением подняла ладони к небу, а Симон с кривой усмешкой вздыхал. Гид, осознав, что теперь и внешней стены больше не было, тоже заулыбался. Хоть и на сердце было скверно и тяжело. Свобода, наконец-то... А что дальше? Об этом он пока не думал. Какая разница? Потом придумает, как дойдет до того дело. Правда, на освобождении их проблемы не заканчивались. Нужно было еще доползти до дома, чтобы вылечить раны, что едва ли можно было назвать простой задачей, учитывая состояние всего отряда. Слегка пораскинув мозгами, он в итоге просто вытащил сигарету и закурил, предложив и товарищам, но те отказались. После в ответ на чей-то вопрос в общих деталях объяснил как они вообще вырвались и что произошло с Киларой. Это вызвало в глазах его друзей взгляды сожаления и благодарности. Сам он помрачнел и тяжело вздохнул.

Каин с очень серьезным видом глядел куда-то вдаль. Наверное, думал о том, как будет выяснять за их с братом ссылку сюда... Или уже придумывал какой-то план мести, одним Небесам ведомо что у него там в голове.

Через какое-то время возле Аэр возникло пятно света, но Гидеон не успел его испугаться, как оно улетело в небо. Она после этого никому не отвечала, лишь молча сидела на покрытому трещинами асфальте, закрыв глаза. Всего через минуту девушка в ужасе ахнула и стала тяжело и прерывисто дышать. Однако все так же игнорировала вопросы и беспокойства о ее самочувствии. Еще через небольшой промежуток времени она прижала лоб к коленям и накрыла затылок руками, начав бубнить что-то нечленораздельное.

Вскоре пятно света вернулось и исчезло, растворившись в воздухе. Только теперь Аэр подскочила с места, свойственным ей сумасшедшим взглядом обведя всех рассевшихся вокруг нее людей.

— Рано радовались, — сообщила она мрачным голосом. — Внешняя стена стоит, как и стояла и стражи все еще здесь. Так что тихо.Девушка выглядела так, будто находится на грани истерики, но пока умудрялась сохранять хрупкое спокойствие.

Гидеону от этой новости стало физически больно. Только что родившуюся надежду рассыпали в порошок, не оставив после себя ничего. Ему захотелось закричать или заплакать, но он лишь нервно засмеялся. Жертва Килары оказалась почти что бессмысленной.

— Ты же...ты же шутишь, да?

— Я в цирке выступаю по-твоему или что? — Она наклонилась к нему так, что ее лицо оказалось буквально в сантиметре от его.

От этого взгляда Гиду стало по-настоящему страшно, так что он замолчал и замотал головой. Аэр выровнялась, гневно сложив руки на груди и отошла на пару метров. Ева с уничтоженным видом прижала пальцы к вискам в надежде успокоиться. Симон молча помрачнел, уронив голову на грудь, а Каин сплюнул и стал вышагивать туда-сюда. Визуально он почти не переменился, хоть и заметно напрягся.

— Ты уверена? Как ты узнала..? — спросила Ева с тенью надежды в голосе.

— Да. Не твоего ума дела. Не хочешь — не верь.

Девушка поморщилась от такого грубого обращения, хоть и не решилась с ней спорить. Аэр тем временем продолжила: — Из хорошего — по нас уже идут... Будут тут в течении получаса.

С этими словами она уставши опустилась наземь и без дальнейших комментариев завалилась на целый бок. Вновь между ними снова воцарился дух отчаяния. Тишина казалась громкой, ибо рушили ее лишь звуки дыхания да отдаленный свист ветра. Выкурив сигарету, Гидеон полез в свой рюкзак, вытащив из него дрожащими руками звезду. Она светилась слабым светом, излучая тепло. Ему подумалось, что Источник что-то вроде сердца ныне покойной Килары. От этой мысли стало чуточку легче, ведь это значило, что та не совсем исчезла, что не совсем ушла к звездам. Звездам, которые пишут саму судьбу...

Но в то же время было страшно ее держать, ведь он понятия не имел, что эта штука может сделать и понятия не имел, что звезду приведет в действие. Неожиданно к нему подкрался Симон. Он с опаской смотрел на Источник в его руках, почти что со страхом. Но в итоге задал лишь один простой вопрос.

— Как думаешь его назвать?

— А?

— Ну, артефактам имена дают сталкеры, которые их нашли.

Гидеон кивнул. Пару минут он молчал, но очень скоро ответил, слабо улыбнувшись.

— «Мечта Героя».

— Красиво звучит.

Гид вздохнул и положил его в маленький отдел в рюкзаке. Симон молча присел рядом, прикрыв глаза. Вид у него не стал ничуть лучше, но тот хотябы был живой. Главное, чтобы до прихода спасителей дожил и тогда вообще отлично будет. Гидеон надолго ушел в свои мысли, вспомнив про свой недавний сон. Это был не обычный кошмар, это было что-то совершенно другое... Кошмары забываются сразу, как просыпаешься, а детали этого он помнил целиком и полностью. Помнил каждое слово, интонацию, каждую свою мысль и эмоцию. Гидеон был уверен, что с ним говорила Королева. Кем бы она не была — эффектом, что на него накладывает сама зона или кем-то куда более реальным и опасным. Вскоре ему пришлось отвлечься. На горизонте замаячили какие-то силуэты. Сперва Гид обрадовался, но потом вспомнил про людей с другого берега и окликнул Аэр. Девушка лениво задрала голову, присмотрелась вдаль и махнула рукой, мол, это наши.

Чувство отчаяния немного улеглось среди их рядов и ребята стали потихоньку приходить в более оживленное состояние. Напоследок даже Аэр соизволила из лежачего состояния перейти в сидячее, хоть ей это и далось непросто.

Силуэтов оказалось четыре. Брушт, рыжий мужик, тощая с короткими волосами Идунн, и во главе процессии Джуда. Он разительно отличался от того образа, в котором обычно являлся в доме. Вместо простых и комфортных одежд на нем было что-то, напоминающее военную форму солдат «Феникса», с высокими сапогами на шнурках, поясом с метательными ножами и со шпагой в смолисто-черных ножнах. Его волосы оказались собранными в тугую косу, закрученную в пучок. Из прочего у него была только небольшая сумка.

Еще не до конца подойдя к несчастным, Джуда перешел на бег, за несколько секунду сократив дистанцию. На спокойном, непроницаемом лице просвечивалась тень страха.

— Раненые? Насколько тяжелые травмы?

Симон, поднявшись на ровные ноги, уведомил его о состоянии каждого. Джуда вздохнул, но без облегчения. Кивнул младшему и попросил его присесть да не разговаривать, после чего подскочил к так и не поднявшейся Аэр. Она всеми силами пыталась сделать вид, что в полном порядке. А когда Симон рассказывал о ее ране, то пронизывала его таким взглядом, что Гид на месте военного побоялся бы ложиться сегодня спать.

— Аэр, ты как? — Он присел перед ней, протянув вперед руки, но плечей так и не коснулся.

— Все в порядке. Другим похлеще меня досталось.

Джуда смотрел на нее пару мгновений испытывающим взглядом. 

— Ты можешь встать?

Ее лицо расплылось в очень недовольном выражении. — Не хочу.

Мужчина сокрушительно покачал головой. — Прошу тебя, ляг. Вот, на мою кофту можешь, и не шевелись.

Джуда снял верхнюю одежду и вручил девушке. Она хотела поспорить, однако то ли не захотела, то ли аргументов не нашла, так что в итоге просто выполнила инструкцию. Гидеон же, глядя на эту картину, слабо улыбнулся. Ему его забота об Аэр напомнила отцовскую, что даже завидно слегка стало.

Мужчина в этот момент поднялся и позволил Идунн более тщательно осмотреть раны их всех и попросил тех, кому лечение не требуется, отойти к Брушту с рыжим, что стояли чуть поодаль, контролировали периметр. У Гидеона только коленки были побитые, так что он послушно отошел, а за ним и Ева. Два мужика выглядели крайне довольными, а Гиду с девушкой сразу же высказали свое восхищение, что те умудрились разрушить кошмар. Ева как-то разочарованно замотала головой.

— Это не наша заслуга. Да и к тому же внешняя стена все еще стоит...

— Так а чья тогда? — рыжий пожал плечами. — Ну стоит и стоит, у нас только две зоны остались теперь. Я уверен, что мы скоро найдем выход.

— Килары, — она замялась, — мне бы твоя уверенность не помешала.

— Она сказала, где Источник?

— Что-то вроде того.

Гидеон мельком взглянул в глаза Брушта, прочитав в них оттенок уже знакомого ему сумасшедствия и тут же отвернулся, прислушавшись к возне за его спиной. Может, ему лишь показалось? Джуда усадил вокруг себя всех особо травмированных и крутил ручку маленькой черной коробочки, из которой доносилась едва уловимая музыка. Рыжий тоже ее услышал и отвел их всех немного дальше так, что музыку те больше не слышали. Идунн стояла настолько же далеко с другой стороны. Гид опять повернулся. Ему показалось, что в волосах Каина стало больше черного, а на подбородке проявилась щетина, и в итоге без труда догадался, что артефакт ускоряет метаболизм в организме. В Арке было несколько похожих, пусть и каждый с отличными побочными эффектами...

Вскоре товарищи его как по волшебству уже могли стоять, хоть и все еще выглядели слегка вымученными. После чего их наконец-то напоили.

Все собрались и двинулись обратно домой.

На месте, где раньше была граница теперь где-то на добрых метров сто земля почернела и покрылась глубокими трещинами, в которые было страшно провалиться. Глядя на остатки некогда прекрасного города Гидеону стало тоскливо. Целый мир уничтожили... И чего ради? Он не открыл им путь к свободе, увы...

Дома было тихо и как никогда прежде хорошо. Ему хотелось тут же уснуть, хотя прежде всего вымыться и поесть. По дороге Джуда выслушал их короткий пересказ всего произошедшего. Несколько раз бывший директор вполне ясно намекнул Каину, что он его не уважает и вообще выгнал бы, ибо больно буйный и тащит в опасные места кого попало. Симона тоже слегка осудил, ну и Гидеону с Евой за компанию немного перепало. Якобы своих мозгов нет, так они с радостью побежали за другим таким же дурачком. Хотя уже после поблагодарил, но попросил больше не убегать так вот в зону. Потом даже извинения со стороны самого Джуды посыпались, что Гид удивился его эмоциональным качелям. Внутри всех, кроме Гидеона, отпустили по своим делам.

Гид слегка взволнованно опустился на диван в зале, а Джуда сел рядом. Он выслушал подробный его рассказ, задумчиво кивая.

— Она сказала, что является Хозяином Кошмара?

— Вроде так. Что это значит, не знаете? Я-то мифы всякие слышал, но толку от них...

Джуда тяжело вздохнул. — Знаю. Но всегда думал, что они не являются системой. Насчет этого много споров всегда, хотя мне не слишком подробно об этом известно. Они... Единственные люди, которые переживают создание Кошмара. Как и почему — без понятия, но в итоге сами становятся его частью. Я ведь не тем направлением занимался. Общественной безопасностью, а зонами... Не так важно. Покажешь мне Источник?

Гидеон кивнул и аккуратно вытащил его из рюкзака.

— Я бы лучше выбросил его на другом конце зоны.

— К-как?! Это же...

— Знаю-знаю. Не буду я так делать, но не потому что жалко. Это может быть более опасным, чем держать его здесь. Если вдруг он окажется карманной ядерной бомбой — мы хотя бы даже не успеем понять, что умерли. А если это что-то полезное и попадет в руки к кому-то, к кому не следует... Пусть полежит и я чуть позже с ним, может, разберусь.

Джуда после этого проверил его на предмет излучения радиации дозиметром, принесенного Каином и Симоном. Ничего такого не было обнаружено, так что Источник отправился в подвал. Гидеон вскоре наконец-то сделал все, что хотел, и со спокойной душой завалился спать в надежде, что ночью ему ничего не приснится. Больше всего Гид боялся не сколько вновь услышать тот пугающий женский голос, сколько увидеть лицо Килары. Кого-то, кто когда-то был человеком, таким же как и он.