Глава 18 - Магия фейри

1974 г. ….

В субботу, ровно в полдень, ребята, как и договаривались, вновь собрались в заброшенном классе. Разместившись прямо на полу — на подушках, что притащили из своих гостиных, — они принялись обсуждать решение назревшей проблемы.

— С чего мы начнём? — задал вполне логичный вопрос Римус. — У вас есть хотя бы приблизительный план действий?

— Есть, — кивнул Финнеас. Ещё бы не было! Он пол-ночи провёл за его разработкой.

— Когда вчера Дамблдор сообщил нам не самые приятные новости, он отметил, что не смог починить артефакт, так как в нём содержится один слишком современный компонент. Но, поразмыслив, я понял, что это за компонент, — все выжидающе смотрели на Финна, и он продолжил: — Магия фейри.

— Магия чего? — в непонимании сощурил глаза Джеймс.

Судя по лицам остальных, они тоже не особо понимали, о чём идёт речь.

— Фейри — это подразряд фей, — пояснил второкурсник. — Только дело в том, что сам компонент вовсе не современный. Современными считаются способы его применения. Но в книге норвежского артефактолога… — мальчик вынул из сумки толстую книгу и показал её остальным, — всё это подробно описывается.

Оставшиеся полночи Финнеас провёл за изучением раздела «Время» в книге Белладонны «Артефактология — путь колдуна», что по счастливой случайности оказалась в его сумке в тот день, когда они перенеслись сюда. Он смог найти в ней всё, что требовалось.

— Неудивительно, что Дамблдор не знает, как применять магию фейри, — заметил Регулус, пролистывая страницу за страницей. — Книга 1990 года выпуска.

— Очень странно, что её выпустили так поздно, — покачал головой Барти, когда ему передали книгу. — Этот Белладонна в семнадцатом веке жил.

— Сейчас нам не важно, почему книгу выпустили позже, — оборвала его Айрис и, даже не открыв книгу, передала её Питеру. Тот, впрочем, тоже не шибко ей заинтересовался и быстро отдал Римусу.

— Ты, Финн, лучше скажи, — обратилась она к другу. — Кроме этой магии, чего-нибудь ещё не хватает?

— Остальное, вроде, на месте, — Финн достал из кармана небольшой шёлковый мешочек, в котором хранил остатки часов, и высыпал их себе на ладонь. — Вчера я думал, что из артефакта исчезла не только магия фейри, но и тёмная со светлой. Но, к нашему счастью, оказалось, что они не могут выветриться. Если они уже были вплетены в металл, то это навсегда.

— Значит, нам нужно добыть магию фейри, потом скрепить все части артефакта воедино и запустить в него эту магию, верно? — Увидев положительный кивок друга, лицо Лиама расплылось в радостной усмешке. — Всего-то? А я думал, в плане по починке артефакта будет пунктов сто, не меньше!

— Не всё так просто, как кажется, — прервал его радостные вопли Финнеас. — Пунктов мало, но с каждым из них мы ох как намаемся.

— Сложные дела всегда нужно делать постепенно, — сказал Римус. — Поэтому нам нужно решить, с чего начать.

— Нужно добыть магию фейри.

— Отлично! — обрадовавшись, всплеснул руками Люпин. — Значит, для начала добудем магию фейри…

— В этом и проблема, — прервал его Финн и вздохнул. — Я лично без понятия, где её взять. И что-то мне подсказывает, что все здесь присутствующие — тоже.

— А твой крёстный… ну, в смысле я из будущего… откуда он её достал? — спросил Барти, немного замявшись.

— Он привёз её из Китая уже во флаконе.

— М-да…

— По-моему, всё очевидно, — вмешалась Сесилия. — Нам нужно в библиотеку.

— Думаешь, информацию, которую не нашел Дамблдор, поставят на самую видную полку? — усмехнулся Сириус, а Питер поддерживающе захихикал.

— Дамблдор не знал, что искать, — Малфой вздёрнула нос и с таким презрением глянула на Петтигрю, что тот сразу же умолк и опустил голову. — И, конечно, я не думаю, что мы найдём нужную информацию в общей библиотеке.

— Нужно пробраться в запретную секцию, — понимающе кивнул Джеймс.

Перерыв за весь день немалую часть библиотеки, ребята ещё раз убедились: в книгах для общего доступа они ничего не найдут. Было решено отправляться в запретную секцию сегодня ночью. Днём, даже в мантии-невидимке, это было невозможно — как бы они ни старались отвлечь мадам Пинс, она ни на минуту не отходила далеко и держала запретную секцию у себя на виду.

В качестве напарников по ночной вылазке Финн выбрал себе Сесилию и Римуса. Они не были против побродить по замку ночью и неплохо ориентировались в книгах.

И вот, глубокой ночью, накинув на себя мантию-невидимку Поттера, трое гриффиндорцев проскочили через портрет Полной Дамы и засеменили к библиотеке.

Здесь было абсолютно темно и жутковато. Финн зажег стоявшую на входе лампу, и, держа её в руке, пошел вдоль длинных рядов.

Запретная секция находилась в самом конце помещения. Аккуратно переступив через загородку, отделяющую секцию от остальной части библиотеки, Финн поднял лампу повыше, чтобы они могли разглядеть названия стоявших на полках книг. Сказать честно, названия ни о чем не говорили. Золотые буквы на корешках выцвели и частично облетели, а слова, в которые они складывались, были записаны на каком-то чужом языке. На некоторых книгах вовсе не было никаких надписей. А на одной было тёмное пятно, которое до ужаса напоминало кровь.

Римус затаил дыхание, Сесилия судорожно выдохнула, млея от страха, а Финн почувствовал, как по спине побежали мурашки. Возможно, им это показалось, но с полок доносился слабый шёпот — словно книги знали, что кто-то зашёл сюда без разрешения, и были этим крайне недовольны.

— Давайте начнём, что ли, — тихо предложил Финн и, стянув мантию-невидимку, осторожно опустил лампу на пол.

Гриффиндорцы тихо разошлись к разным полкам, стараясь не отходить далеко друг от друга. Они почти бесшумно перелистывали страницы, просматривали книги одну за другой, переходя от стеллажа к стеллажу. Пока ничего полезного не обнаруживалось.

— Эй, ребят, я, кажется, что-то нашла, — спустя полтора часа прошептала Сесилия, перебирая книги в соседнем от Финна стеллаже.

— Вот отсюда, — передавая увесистый томик кузену, она указала на третий сверху абзац.

Римус поднял лампу повыше, и Финн принялся читать:

«…Фейри — довольно пугливые существа, что крайне редко идут на контакт с другими магическими созданиями или человеком. Поэтому обитают они обычно в местах, отдалённых от цивилизации. Это может быть как дупло в многолетнем дереве густого леса, так и кочка посреди непроходимого болота, из-за чего определить их местоположение бывает крайне сложно. К тому же они склонны к переселениям: если им покажется, что кто‑то обнаружил их жилище, они улетают и больше никогда не возвращаются на это место…»

— Хоть что-то… но этого всё равно мало, — покачал головой Финн, пролистывая страницы. Больше про фейри — ни слова.

— Нужно поискать на этом стеллаже, — предложил Римус. — Может, есть ещё книги по этой теме.

— Возможно, — со вздохом согласилась Сесилия, еле впихнув том обратно. — Но предупреждаю сразу: между книгами тут нет ни логики, ни связи. Рядом с фейри — боевая магия и... единороги.

И правда: книги стояли вразнобой, от древних фолиантов до странных сборников. По большей части ориентироваться приходилось по обложке — хоть это и было малопригодно.

«Нужно искать рукописи постарше. В них обычно встречается ценная информация», — подумал Финн.

Его взгляд упал на чёрный фолиант с серебристым тиснением на предпоследней полке снизу.

Он с трудом вытащил тяжеленную книгу и положил её на колено. Но стоило раскрыть фолиант, как тишину прорезал душераздирающий крик. Это кричала книга.

Финн поспешно захлопнул её, но крик продолжался: высокий, раздирающий, почти физически ощутимый. От испуга он отшатнулся, сбил лампу, и та тут же погасла.

Где-то в коридоре послышались шаги. Кто-то быстро приближался к библиотеке.

Троица стремительно закуталась в мантию и рванула к выходу, стараясь не споткнуться друг о друга. В дверях они чуть не столкнулись с Филчем. Выцветшие глаза завхоза, вылезшие из орбит, смотрели сквозь них. Дружно поднырнув под его руку, они выскользнули в коридор. В ушах всё ещё стояли вопли книги.

Очнулись они только на диване у камина в родной гостиной. Переводя дыхание, дети кое-как стянули мантию, в которой запутались по дороге.

— Славная вышла ночка, — задыхаясь, саркастично выдохнула Сесилия, всё ещё дрожа от стресса.

— Не то слово, — согласился Финн, откидывая голову на спинку дивана и с горечью думая, что они толком ничего так и не узнали.

***

— Это вся информация, что вы нашли? — спросил Сириус, после того как Римус, Финн и Сесилия рассказали остальным о ночном приключении. Увидев подтверждающие кивки, он стукнул себя по коленке: — Зашибись!

— От таких «великих познаний» наша проблема не уменьшилась, — согласился с лучшим другом Джеймс. — Но вы ведь не всю запретную секцию осмотреть успели, верно?

— Нет, нет и ещё раз нет, — запротестовала Сесилия, уловив его намёк. — Мы больше туда не пойдём, даже не надейтесь!

— Если ты не хочешь, вместо тебя может сходить кто-нибудь другой.

— Она права, Джеймс, — согласился с девочкой Люпин. — За два часа мы перерыли тысячу книг, может и больше, и нашли о фейри один небольшой абзац, который не шибко нам помог.

— Точнее — совсем не помог, — мрачно вставил Финн.

— И что будем делать? — вздохнув, спросила Айрис.

— Нам нужен человек, который много знает о магических существах, — сказал Финн. — Часто ценная и малоизвестная информация передаётся в устной форме. У кого-нибудь есть знакомые, интересующиеся магическими существами?

— Есть, — Барти резко закивал. — Пандора. Младшая сестра Эвана. Помните, она подходила к вам — передать приглашение Слизнорта?

Услышав имя, Айрис и Сесилия недовольно переглянулись. Было очевидно, что обе не хотели лицезреть здесь чудаковатую младшую Розье.

— Думаешь, она может что-то знать? — несмотря на реакцию подруг, Финн заинтересовался.

— Её с самого детства интересует всё необычное и мистическое. Из-за этого многие считают, что она немного… не в себе, — Регулус запнулся. — Но недавно я заметил, что она часто гуляет возле Запретного леса и, возможно, даже ходит туда. А потом рассказывает нам о странных существах, некоторых из которых никто и не видел…

— Это называется галлюцинации, — шепнула Сесилия на ухо подруге, и та тихо прыснула.

— Но сейчас не об этом, — прервал их Барти. — Мы думаем, что Пандора может знать что-то о фейри.

— А вы можете пригласить её сюда? — не обращая внимания на удивлённые, а у кого-то и недовольные взгляды, попросил Финн.

Через полчаса на дополнительно принесённой подушке между Барти и Регулусом сидела Пандора Розье. Сложив ноги по-турецки, она внимательно оглядывала присутствующих, слегка приподняв брови. Кажется, всех — кроме Регулуса, Барти и Финна — она немного напрягала и даже пугала. Ребята старались не смотреть ей в глаза, а Питер так вообще отсел как можно дальше.

Финн решил не ходить вокруг да около и сразу задал волнующий вопрос: знает ли она что-нибудь о фейри?

— Фейри... — загадочным голосом ответила Пандора, перебирая галстук Когтеврана на шее. — Они прекрасные, но очень пугливые и недоверчивые существа. Одно семейство живёт в Запретном лесу. А вам что-то конкретное от них надо?

Довольный тем, что нашёл нужного человека, Финнеас с большим энтузиазмом принялся объяснять ей о магии фейри. Пандора смотрела на него и постоянно кивала, не перебивая.

— Я могу попросить у них небольшой флакон, — сказала девочка, когда Финн дорассказал. — Но нужно, чтобы вы пошли со мной. Раньше я навещала их одна, но на опушке леса их что-то напугало — и они переселились глубже. А одна я туда идти боюсь.

— Да, конечно, мы сходим с тобой! — радостно воскликнул Финнеас, не веря своему счастью. — Только скажи когда.

— В полночь, — прямо ответила девочка, поднимаясь с подушки. — Через неделю во вторник. Я буду ждать вас в холле, возле выхода — за третьими доспехами слева.

Сказав это, она попрощалась и ушла, оставив остальных в полном шоке и молчании.

— Обязательно идти в полнолуние? — взбушевался Сириус, поглядывая на Римуса.

— Очевидно, что обязательно, раз Пандора это отметила, — сказала Сесилия, закатив глаза. А потом ненароком намекнула: — И да, если вы так волнуетесь, то идти всем не обязательно.

Возможно, второкурсники бы сказали мародёрам, что знают о проблеме Римуса, но здесь находились Регулус и Барти и им, наверняка, это известно не было.

— Да, пойдут максимум четверо, — кивнул Финн. — Я с Пандорой — обязательно. Думаю, не нужно объяснять почему. А сейчас нужно решить, кто остальные двое. Итак, поднимите руку те, кто хотят идти со мной и Пандорой в Запретный лес в полночь, в полнолуние.

Он специально ещё раз озвучил все требования, чтобы потом не было лишних казусов.

Взметнулось четыре руки — Айрис, Лиам, Джеймс и Сириус.

— Может кто‑то из вас не сильно хочет? — спросил Финн, но все четверо отрицательно покачали головой и продолжили держать руки поднятыми.

— Эй, Айрис, ты точно хочешь идти? — усмехнувшись, спросил Джеймс. — Не боишься?

— Я не боюсь, — твёрдо ответила Айрис и подколола его: — Смотри сам не описайся, как только на опушку зайдёшь.

— Зря ты со мной так. Я вообще-то о тебе беспокоюсь. Ты всё-таки девчонка.

— О себе побеспокойся, — отрезала Айрис и демонстративно отвернулась от него, плеснув в лицо копной отросших рыжих волос. Она ненавидела, когда в смелости девочек начинали сомневаться.

— Давайте потянем жребий, — вдруг предложил Питер, который до этого практически всё время молчал.

Он достал из кармана коробок магловских спичек, которые невесть зачем таскал с собой. Вынув четыре спички, он отломал у двух края и сжал все в кулаке, оставив торчать лишь ровные кончики.

— Всё просто, — объяснил Петтигрю. — Каждый тянет по спичке. У кого короткая — тот идёт в Запретный лес.

Идея всем понравилась (впрочем, выбора у них особо не было), поэтому Джеймс, Сириус, Айрис и Лиам по очереди вытащили по спичке. Короткие (к недовольству Сириуса и Лиама) оказались у Джеймса и Айрис, которые, вытянув спички, одновременно довольно фыркнули.

— Ты не бойся, — шепнул Джеймс Айрис на выходе из класса, когда компания решила, что на сегодня достаточно и можно расходиться. — Я тебя, в случае чего, защищу от любого монстра Запретного леса. А то ещё спать ночами не будешь…

— Айрис если и не будет ночами спать, то только из‑за предвкушения от будущего приключения, — усмехнулся, оказавшийся рядом Лиам. — Так что скорее она тебя защитит, а не наоборот.

— Верно подмечено, Лимон! — закинув руки друг другу на плечи, они вышли громко смеясь, оставляя позади ошеломлённого Джеймса.

— Что, и эта отшила? — подошедший сзади Сириус похлопал друга по плечу. — Тебе нужно менять тактику подкатов, Сохатый.

— Да при чём тут это! — Поттер яростно сбросил его руку. — Я к ней даже не клеился. Так, по-дружески приободрить решил. Я думал, всем девчонкам нравится, когда о них заботятся и защищают.

— Надеюсь, теперь передумал. Если ты ещё раз подойдёшь к ней с такими утверждениями, ручаюсь, она тебе врежет.

— Поддержал, так поддержал… — Джеймс вздохнул и взлохматил тёмные, и без того растрёпанные волосы.

***

Времени до полнолуния было полно, и легендарный гриффиндорский квартет не мог позволить себе и другим весь этот период бездействовать в ожидании похода в Запретный лес.

Следующим по плану было скрепление всех оставшихся деталей часов. К своему облегчению, эту информацию Финнеас отрыл в книге Белладонны, и повторно пробираться в запретную секцию не пришлось.

Сначала показалось, что сложностей не возникнет — для соединения артефакта нужно было лишь поместить его в лунный отвар на несколько дней. Но как только Финнеас прочёл рецепт, то понял: сложности будут и ещё какие. Мало того, что в нём использовались малодоступные и даже запрещённые ингредиенты (такие как кровь единорога и яд крильмара), так ещё и сам процесс был непростым.

Большинство ингредиентов пообещали достать братья Блэк — Сириус собирался купить всё, что продаётся в свободном доступе, а Регулус сказал, что уедет на пасхальные каникулы домой и возьмёт всё остальное из кладовки с ингредиентами.

Финну было приятно, что Регулус готов пойти ради них на такие жертвы. Он знал, что все ингредиенты в доме Блэков заперты, и чтобы взять что‑то малодоступное, нужно спрашивать разрешения у старших и объяснять, зачем оно тебе. Поэтому он понимал: младший Блэк на свой страх и риск собирается их выкрасть.

Что касается приготовления — никто не решался за него браться. Не слишком понятный рецепт, большое количество компонентов, несколько дней настойки через каждые три пункта… и, к тому же, зелье само по себе было слишком взрывоопасным.

— Нам нужен Северус, — вдруг высказался Лиам, когда ребята в очередной раз ломали голову над тем, кто возьмётся за варку, — Вот кто в самом деле хорош в этой сфере.

— Нюниус, серьёзно? — Сириус на это открыто расхохотался. — Он даже с заданиями Слизнорта справиться не может!

— Может, — возразил Лиам. — Слизнорт просто не хочет видеть альтернативные варианты приготовления. А нам как раз таки они и нужны.

— Сириус прав, — вступил в спор Джеймс. — Он вам своим сопливым носом и жирными патлами только всё испортит. На вашем месте я бы ничего ему не доверял.

— А на вашем месте, я бы заткнулась, — цинично осекла его Сесилия. — Лиам знает, что говорит. Если вы не забыли, он его сын, и прекрасно знает, на что способен его отец. Или, может быть, вы можете помочь нам в приготовлении?

— Зелье ваше, Нюниус — так Нюниус, — примиряюще поднял руки Джеймс, хотя Сириус, сидящий рядом, неодобрительно фыркнул. Связываться со всякого рода варевами он — впрочем, как и Блэк — не любил, поэтому на этом спор был исчерпан.

Теперь оставалось лишь одно — уговорить Снейпа помочь с зельем. А это, надо сказать, была трудновыполнимая задача. Ещё на званом вечере ребята поняли, что Снейп не стремится заводить с ними знакомство и находился рядом только ради Лили. Конечно, можно было бы выйти к нему через Эванс, но ей наверняка тогда пришлось бы показать рецепт и отвечать на вопросы: для чего им это зелье. К тому же, в рецепте было уйма запрещённых компонентов, и, как выразилась Айрис, если Лили увидит их, то сразу бахнется в обморок от шока и возмущения.

Более-менее адекватных вариантов ни у кого не было.

— Если бы у нас были деньги... — вздохнул Лиам, когда друзья обговорили всевозможные пути, но ни один так и не был одобрен. — Можно было бы даже не париться. Просто заплатить ему.

— Думаешь, сработало бы? — спросил Финн.

— Конечно сработало. Знаешь, сколько он уже зелий на заказ сварил? К нему весь Слизерин за этим обращается, да и с других факультетов тоже.

— Откуда ты это узнал? — удивилась Сесилия, подсев к нему поближе на подлокотник обшарпанного кресла.

— Была одна ситуация. Мне тогда лет семь было. Твой отец как-то зашёл к нам за очередным зельем и невзначай вспомнил про деятельность моего в юные годы. Отец тогда его быстро заткнул — наверное, не хотел, чтобы я услышал. В моих глазах он ведь хочет оставаться супер правильным. Но суть я всё равно уловил, — объяснил Лиам и обречённо откинулся на спинку кресла, что жалобно заскрипело под его весом. — Только толку от этого. Денег ведь всё равно нет...

— Деньги будут, — перебила его Сесилия.

Пару секунд она пристально глядела в стену туманным взглядом, словно обдумывала что-то очень важное, на что тяжело решиться. В конечном итоге она всё же решилась. Не глядя на друзей, Сесилия поднялась, взяла со стола свою старую, но оттого не менее опрятную сумку и вышла из класса.

— Что она задумала? — обеспокоенно спросил Финн, когда дверь за ней закрылась. Настрой кузины ему не нравился — она определённо затеяла что-то неладное.

— Без понятия, — пожала плечами Айрис и улеглась на гору пыльных подушек, сброшенных в кучу посреди помещения. Она принялась разглядывать паутину в углу потолка. — Могу сказать только одно — деньги у нас явно будут.

Время шло, а Сесилия всё не появлялась. Солнце постепенно шло к закату и теперь во всю светило в окна штаба, заставляя Финна, сидевшего на подоконнике, слезть с него. Всё это время, уткнувшись лбом в стекло, он размышлял над её планом. Каким способом она собиралась достать деньги? Попросить? У кого?

Финн и сам мог бы попробовать одолжить их у Сириуса или Регулуса, но, если честно, просить было уже неловко. Братья Блэк и так закупали им все ингредиенты для эликсира, каждый из которых был довольно дорогостоящим. Конечно, ещё оставался Джеймс — у Поттеров всегда водилось достаточно средств — но Финн сомневался, что тот согласился бы платить деньги Снейпу. Одним из самых состоятельных в магической Британии было и семейство Краучей, но Финн сразу отбросил этот вариант: Крауч-старший и на карманные расходы выделял сыну мизерные суммы, опасаясь, что тот потратит их на всякую чепуху, та что и у самого Барти было совсем немного средств. Больше знакомых спонсоров в их окружении не было.

Сесилия вернулась в штаб ближе к семи и с каменным выражением лица поставила на столешницу старинного стола, что тут же окружили её друзья, увесистый мешочек из тёмно-синего бархата.

— О, Мерлин, где ты взяла столько денег?! — мешочек был доверху наполнен золотыми монетами, которых после пересчёта оказалось ровно пятьдесят.

— Все вопросы — потом, — прервала всех блондинка. — Сейчас нужно избавиться от улик. Я надеюсь, вы не трогали ткань руками?

Остальные только сейчас заметили, что она была в перчатках. Переложив деньги в свой розовый мешочек, Сесилия двумя пальчиками взяла синий, кое-как открыла ветхое окно (что при таких манипуляциях чуть не развалилось) и, предварительно выглянув наружу, швырнула его вниз. Но перед тем, как она это сделала, Финн успел разглядеть на мешочке вышитую белую заглавную букву «М».

— Пожалуйста, скажи мне, что это не то, что я думаю, — девочка развернулась, чтобы отойти от окна, но кузен ей не дал.

— Финн, отпусти меня, — она попыталась вывернуть руку из его захвата, но тщетно.

— Нет. Сначала скажи, что это не деньги Малфоя.

— Это деньги Малфоя! — прошипела Сесилия, оттолкнула его, воспользовавшись тем, что от шока мальчик разжал руки, и крикнула: — Доволен?

Финнеас молча пыхтел, пытаясь прийти в себя. Сейчас хотелось только наорать на неё и обозвать безмозглой идиоткой, что он чуть не сделал. Благо, Айрис открыла рот первой.

— Ты стырила деньги у слизеринского старшекурсника, — глаза девочки загорелись одобрительным огоньком, и она сжала правую руку подруги. — Сесилия Малфой, поздравляю — вы становитесь похожей на настоящую детдомовскую сиротку-беспризорницу!

— Значит, теперь у нас куча денег, и мы можем просто заплатить Снейпу! — Лиам подскочил и обнял подругу одной рукой за плечи. — О, Мерлин, Си, как же это круто!

Конечно, раньше пятьдесят галлеонов не казались им целым состоянием. Но теперь — это было поистине много.

— Ничего крутого не вижу, — прервал всеобщее веселье Финн. Желание кричать испарилось, но раздражение его не покинуло. — Вы хоть понимаете, что будет, если Малфой обнаружит пропажу и вычислит, что виноваты мы? Да нас повесят! Они зажали Сесилию за неосторожные слова Лиама — просто слова. А тут пятьдесят галлеонов! А если они профессорам настучат? Все будут считать нас ворами!

— Во-первых, я вытащила деньги в сильной толкучке, так что вычислить будет сложно. Во-вторых, пятьдесят галлеонов для Малфоев — ничто, и большая вероятность, что он даже не заметит пропажу, — она глубоко вздохнула, прикусив нижнюю губу и добавила совсем тихо: — А в-третьих, никто не вправе нас осуждать. Я украла эти несчастные деньги не просто так. Всё, что приходится делать — мы делаем, чтобы вернуться домой.

Она опустила глаза в дряхлый пол, который усердно ковыряла носком туфли, и сглотнула ком в горле. Решиться было сложно, но тем не менее она решилась. Сесилия Беллатриса Малфой никогда бы не опустилась до кражи. А Сесилия Уинстон, несмотря на внутреннюю борьбу, — опустилась. Но она не сожалела. Сесилия знала: она решилась бы и на большее, только чтобы вновь стать Малфой.

Девочка вынырнула из горьких мыслей, заметив напротив своей пары туфель другую. Подняв голову, она встретилась с зелёными глазами брата.

— Прости, Си, что навалился, — искренне попросил он. — Ты сделала это ради нас всех. Я бы даже не решился на такое. А ты решилась. И у тебя всё получилось. В общем... — неловко добавил он, — ты молодец.

Сесилия сквозь улыбку фыркнула и секунд двадцать молчала, держа мальчика в каком-то нелепом неведении: простила или нет? Когда Финн уже всерьёз задумался, что ещё сказать для примирения, девочка крепко обхватила его талию руками.

— Так уж и быть, мистер Барри, — официально продекламировала Сесилия, что вызвало хохот Айрис и Лиама. — На первый раз я вас прощаю.

Улыбнувшись, Финн показательно закатил глаза и обнял сестру в ответ.

— К-кхм, — громко откашлялась Айрис спустя две минуты, привлекая внимание. — По-моему, телячьих нежностей на сегодня достаточно.

— Да уж, — поддержал подругу Лиам и широко ухмыльнулся. — Не забываем — нам ещё моего папашу в юном обличье вылавливать.

Время шло к ужину — точнее, к его завершению. Варианта быстрее и проще не придумали, поэтому было решено единогласно: выловить Снейпа на выходе из Большого зала.

Примчавшись за двадцать минут до окончания ужина, ребята разделились: Айрис и Финн пошли внутрь на разведку, а Лиам и Сесилия остались караулить слизеринца за углом, через который лежал путь к подземельям.

Прошло десять минут — Снейп всё не появлялся. Мимо прошли уже десятки слизеринцев, не замечающих притаившихся возле стены двух гриффиндорцев. Только Регулус, Барти и Эван, возвращавшиеся с ужина позже обычного, заприметили их.

— Вы чего здесь кукуете? — поинтересовался Барти.

— Нам нужно поговорить с Северусом, — обобщённо ответила Сесилия, не отрывая глаз от дверей Большого зала.

— Зачем он вам? — прищурившись, спросил Эван.

Девочка оторвала взгляд от дверей и недовольно уставилась на Регулуса и Барти, будто спрашивая: зачем вы его сюда притащили?

— Он знает, — прошептал Барти, виновато опустив голову. — Мы ему рассказали.

Лиам вскинул брови и опасливо покосился на подругу. Он знал, что сейчас начнётся ураган.

— Мы думали, вам можно доверять, — прошипела гриффиндорка, гневно выпучив глаза. — Через месяц о нашем секрете будет знать весь Слизерин?

— Эван — наш лучший друг, — возмущённо зашептал Регулус в ответ. — Мы не могли ему врать…

— Ах, значит лучший друг. Растрындели всё через неделю. Предатели!

— Если ты не снизишь тон, завтра об этом будет знать весь Хогвартс, — спокойно сказал Эван, кивнув в сторону людного коридора неподалёку. — Успокойтесь. Я не сдам вас. Да, с вашей рыжей подружкой мы не ладим, но всё равно не сделаю этого. Ради своих друзей.

— Снейп всё ещё в Большом зале? — зло выдохнула Сесилия, немного успокоившись.

— А как же, — хмыкнул Розье. — Ждёт свою подружку гряз… — заметив два свирепых взгляда, он запнулся и откашлялся: — Эванс.

— Да, — подтвердил Барти. — Он всегда уходит с ужина вместе с ней.

— Боится, чтобы за углом его кто-нибудь не подкараулил, — объяснил Регулус. — Мой братец с компанией часто его донимают.

— Надеюсь, Айрис и Финн додумаются подсесть к Лили и заговорить её, — сказал Лиам, то ли себе, то ли Сесилии.

К счастью, похоже, они догадались. Как только трое слизеринцев скрылись внизу лестницы, из Большого зала, пару раз оглядевшись, вышел Северус Снейп. Скованной походкой он прошёл мимо притаившихся гриффиндорцев и спустился по лестнице в подземелья.

Подождав немного, они тихо направились за ним. Надо было не спугнуть — и не упустить из виду.

Когда до гостиной Слизерина оставалось пару поворотов, и Снейп расслабился (похоже, только в подщемельях чувствовал себя в безопасности), гриффиндорцы нагнали его.

— Привет, ты Северус, верно? — третьекурсник подпрыгнул от неожиданности и вытаращился на Сесилию, но увидев, что это всего лишь девчонка, успокоился и кивнул.

— Я Сесилия, а это Лиам, — продолжала она. — Нас Лили на вечеринке Слизнорта знакомила. Помнишь?

Снейп вяло кивнул, глядя на гриффиндорку так, будто она назойливая муха, отвлекающая его от жизненно важных дел. Лиама, стоявшего рядом, он будто и не замечал.

Тот, в свою очередь, ничуть не стесняясь, пристально разглядывал слизеринца. Глядя на сутулого мальчишку с болезненно желтоватым лицом и крючковатым носом, он раздумывал, что его мама нашла в этом «жуке-навознике».

В их времени таких вопросов не возникало. Да, он знал, что отец красотой не блещет (и в глубине души радовался, что черты лица ему достались от матери), и характер у него не лучший. Но всё-таки понятно, почему такая яркая женщина, как Эмма Свон вышла за него замуж, родила сына, да ещё и прожила с ним пять лет.

В зрелом возрасте Северус Снейп — благодаря таланту и заслугам в зельеварении — вращался в довольно высоких кругах, несмотря на статус чистоты крови. Все удивлялись, как он — без пяти минут полукровка — почти с младенчества дружит с наследниками древних родов. И в этом была заслуга отца, за которую он был благодарен.

Но по рассказам Лиам знал: мама «клюнула» на Снейпа ещё в семнадцать — на своём шестом, и его седьмом курсе. Тогда у него уж точно не было никаких преимуществ, и что откопала жизнерадостная красавица Эмма Свон в хмуром и чёрством Северусе — оставалось догадываться.

— …Знаешь, мне показалось, ты неплохой парень. Мы могли бы общаться, — Лиам вынырнул из мыслей и услышал, как Сесилия завершила свою заготовленную речь — ту самую, что, по её мнению, должна была растопить любого.

— Я так не думаю, — сухо ответил Снейп и молча пошёл дальше по коридору.

Сесилия впала в ступор. Раньше на её манипуляции велись все, даже взрослые. Но Лиам не спешил сдаваться. Он знал: с Северусом такое не сработает и говорил подруге об этом по пути в Большой зал, но Сесилия уверяла — её приёмы действуют на всех.

Ободряюще похлопав её по плечу, мальчик решительно направился за слизеринцем.

— У нас к тебе есть дело, — твёрдо сказал он, преградив тому путь. — И я уверен — ты им заинтересуешься.

Северус сощурил глаза, а Лиам что-то прошептал ему так тихо, что даже Сесилия, стоявшая в десяти шагах, не расслышала. Но более громкий ответ Снейпа она услышала:

— Это нужно обсудить, — он оглядел коридор и шагнул к ближайшему классу, почти приглашающе распахивая дверь. — И в более приватной обстановке.

Лиам озорно подмигнул Малфой — мол, «учись» — и уверенно шагнул в класс. Сесилия, хлопая ресницами и натянуто улыбаясь, поспешно заскочила следом.

***

С самого утра вторника Финнеас чувствовал внутри небывалое напряжение. Точно такое, как в детстве, когда на званых вечерах играл на фортепиано перед огромным количеством родственников, стараясь не допустить ни малейшей ошибки. Точно так же сжималось всё внутри в начале учебного года перед распределением.

Предстоящий ночной поход в Запретный лес пугал — его неизведанные тропинки, мрачные деревья, тьма и непонятные существа, прячущиеся в ней и готовые выпрыгнуть невесть откуда в самый неожиданный момент. Но ещё сильнее пугали мысли, всё больше и больше навевающие тревожность: что, если Пандора не найдёт новую обитель фейри? Или они своим приходом спугнут их? Или фейри откажутся делиться своей магией?

Финн пытался себя успокоить. Пытался отвлечься или переключиться на что‑то другое, уверял себя, что всё будет нормально. Но тревожность не уходила. Да, когда он отвлекался на кого‑то, она отступала, но стоило вновь остаться один на один со своими мыслями — накатывала с новой силой.

Выдвигаться решили в десять вечера, и чем быстрее стрелка часов приближалась к этой цифре, тем тошнее становилось.

Без десяти семь Лиам и Сесилия, распрощавшись с друзьями и пожелав им удачи, отправились в подземелья на встречу к Снейпу. Тем вечером им удалось договориться с ним о приготовлении лунного отвара. Они заплатили слизеринцу двадцать галлеонов (без дебатов, конечно же, не обошлось — и это была минимальная цена, которую Сесилия сумела выторговать), но с условием, что они сами будут принимать участие, постепенно принося ему нужные ингредиенты и следя за самим процессом.

Оставшись вдвоём в комнате Лиама (его соседи предпочитали проводить вечера в шумной гостиной), Финн и Айрис решили скоротать время за игрой в плюй-камни.

Малфой и Снейп ещё не вернулись, когда в дверь трижды коротко стукнули. Айрис и Финн переглянулись, и, взяв со стула подготовленные заранее лёгкие весенние куртки, направились к ней. В коридоре их ждал Джеймс, одетый в такую же лёгкую куртку и с перекинутой через руку мантией-невидимкой.

Взъерошив напоследок и без того лохматые волосы, он махнул им в сторону лестницы и быстро стал спускаться по ней.

— Не дрейфь. Всё будет нормально, — бодро сказала Айрис, хлопнув Финна по плечу, и рысью ринулась вниз за Поттером.

До холла, на удивление, добрались без происшествий. На первый взгляд, там никого не было. Но если приглядеться к третьим доспехам слева от главной двери, можно было увидеть выглядывающую из‑за них белоснежную прядь.

Пандора Розье выглядела так, будто собралась идти не в глубокую чащу Запретного леса, а на романтическое свидание в весенний парк с цветущими вишнями и яблонями. Белоснежное платье со светло-розовым цветочным узором, такого же оттенка, как и цветочки на платье, вязаный кардиган, гольфики в полосочку и длинные серёжки в форме рога единорога, светящиеся в темноте.

Финн услышал, как Айрис фыркнула ему прямо в ухо, оглядывая наряд Пандоры. Он сам и Джеймс на это никак не отреагировали — все мысли обоих были заняты предстоящим приключением.

До самой опушки леса они шли под мантией. Несмотря на то, что сегодняшняя ночь была очень облачная и туманная, если бы кому‑то пришло в голову присмотреться в темноту, этот кто‑то наверняка заметил бы сверкающие в темноте серебряные ботиночки Пандоры, что выглядывали из‑за мантии, потому как полностью все четверо уместиться под неё не смогли.

Когда они проходили мимо хижины Хагрида (что, как подметили Финн и Айрис, за двадцать лет не особо изменилась), Блэк про себя отметил, что свет в ней не горит. Из этого можно было сделать два вывода: либо Хагрид уже спал, либо патрулировал Запретный лес. Мальчик надеялся, что правдой был первый вариант — встретить лесничего посреди чащи сейчас не хотелось.

Подойдя к самой опушке Запретного леса, ребята сняли с себя мантию. Смысла от неё уже не было: замок был слишком далеко, чтобы их можно было увидеть из его окон. Минут пять они стояли — кто высоко задрав голову к покачивающимся на лёгком ветру верхушкам деревьев, кто вглядываясь в непроглядную чащу, через которую им предстояло идти.

— Нам пора, — известила Пандора тихим голосом, что ночью казался ещё загадочнее, и спокойно пошла по узкой тропинке вглубь леса.

— Идём, — трое ребят поспешили за ней.

Шли молча. Вокруг было тихо — лишь шелест листвы, обдуваемой ветром, заставлял их вздрагивать и судорожно оглядываться. Сейчас на ум начали приходить страшилки, что в любой другой момент казались сущей глупостью, но теперь заставляли сердце колотиться с бешеной скоростью. Собственные тени казались силуэтами монстров, крадущихся следом и готовых напасть из ниоткуда.

ХРУСЬ!

Айрис тихо пискнула и, подскочив от испуга, наступила на ногу идущему сзади Финну.

— Что это? — сглотнула она, озираясь и лихорадочно вращая головой.

— А говорила, что не боишься, — «объект» быстро распознался. На лице Джеймса растянулась довольная ухмылка. — Я всего лишь переломил сухую ветку.

Он с видом победителя продемонстрировал два кривых сучка и, размахнувшись, кинул их куда-то в темноту.

— Ты с ума сошёл! — рассерженно зашипел не менее перепуганный Финн. — У нас всех чуть сердце не остановилось. Ты мог привлечь внимание обитателей Запретного леса!

— Ой, да кому мы нужны… — Поттер расслабленно махнул рукой... и замер.

В нескольких метрах снова захрустели ветки. Он глянул на спутников и пробормотал:

— Это не я.

— Уже привлёк, — обречённо заключила Айрис.

Нервно оглядываясь, Финн наткнулся взглядом на Пандору, о которой во время словесной перепалки они совсем забыли. Однако девочка не выглядела напуганной. На её лице застыла загадочная улыбка, а глаза с восхищением смотрели куда-то вдаль.

— Будьте потише, — шепнула она. — Не напугайте его.

Все трое разом выглянули из-за дерева... и остолбенели.

На небольшой поляне, склонив голову к земле, стоял единорог. Финн никогда в жизни не видел столь прекрасной, завораживающей картины. Это был изящный, длинноногий конь белой масти. Его жемчужная грива касалась сверкающих золотых копыт, которые он то и дело переставлял.

Пандора медленно подошла к волшебной лошади и ласково провела хрупкой ладонью по его голове. Единорог умиротворённо прикрыл глаза и тихо фыркнул.

— Айрис, — тихо сказала она. — Если хочешь, можешь тоже его погладить. Только осторожно.

Всем думалось, что волшебнее уже и быть не может, но через несколько минут на поляну выбежали трое золотистых жеребят. В отличие от взрослого единорога (скорее всего — их матери), они сразу же приласкались к мальчишкам.

Как после объяснила Пандора, взрослые особи единорогов идут на контакт только с девушками, а вот жеребята — ещё и с мальчиками. Взрослые мужчины, к счастью или сожалению, такой привилегии не имеют вовсе.

Когда лошади ушли, Пандора окинула поляну взглядом и присела на широкий пень, одиноко стоящий посреди зарослей мха и кустов незнакомых синих цветов.

— Мы на месте, — сообщила она, чем немало удивила остальных.

— Ты уверена?

— Совершенно, — ответила она, даже не взглянув на Финна. — Здесь было целое семейство единорогов, а они любят гулять вблизи поселений фейри, чтобы подпитываться энергией их магии. А ещё здесь растут фейрины.

Она легко провела ладонью по бутонам насыщенно-синих цветов, и, о чудо, те начали светиться. Через мгновение синеватое сияние озарило всю поляну. Финн обнаружил, что фейрины растут не только внизу на кустах, но и обвивают деревья.

— Полнолуние уже близко… — прошептала Пандора, прикрыв глаза. Никто не знал, откуда она это узнала — часов у неё не было. — Пора.

Услышав это загадочное «пора», трое ребят поспешили убраться с поляны. Об этом они договорились ещё днём. Айрис, Джеймс и Финн улеглись на землю, скрываясь за пышными кустами фейринов, и принялись следить за происходящим на поляне сквозь листву.

Не открывая глаз, Пандора встала на пень (что, оказывается, тоже светился) и начала тихо петь на непонятном ребятам языке. Мягкий голос девочки эхом разносился не только по поляне, но и по всему лесу. Это была благозвучная мелодия, что, казалось, очаровывала всех, кто находился в Запретном лесу. Возможно, это ему лишь казалось, но Финн заметил, что ветви деревьев и кустов качаются в такт мелодии и дополняют её тихим шелестом листвы.

— О, Мерлин... — в один голос протянули Джеймс и Айрис, и Финн понял, почему.

Сначала вдали, а с каждой секундой всё ближе и ближе, засверкал другой, желтовато-белый свет. Он летел к Пандоре. Через мгновение девочку окутал бешено кружащийся, сверкающий вихрь. Не было видно ничего, даже её ног. Впрочем, гриффиндорцы всё равно ничего не смогли бы разглядеть, как бы ни старались. Свет вихря был настолько ослепляющим, что пришлось не только прикрыть глаза веками, но и закрыть их руками, уткнувшись лицом в землю.

Всё закончилось так же быстро, как и началось. Когда Финн поднял голову и открыл глаза, на поляне уже не было никакого вихря, и даже синее свечение фейринов куда-то исчезло. Вокруг снова было темно и жутко. Белели в темноте лишь волосы Пандоры, стоявшей над ними и всё так же благодушно улыбающейся.

Всю обратную дорогу Финн вертел в руках и пристально рассматривал флакон с магией фейри, что отдала ему Пандора. Он был идентичен тому, что когда-то привёз крёстный из Китая — такой же, казалось бы, пустой, с полупрозрачными потоками воздуха, плавно перемещающимися внутри.

Младшая Розье шла рядом, покачиваясь из стороны в сторону и тихо напевая себе под нос всё ту же странную мелодию.

Джеймс и Айрис немного оторвались вперёд. Точнее — сначала оторвалась только Айрис, но Джеймс поспешил её нагнать. Пару минут они молча шли рядом, но это долго не продлилось.

— Послушай, Айрис, — не выдержал Джеймс, которому, судя по всему, давно не терпелось задать этот вопрос, — а в кого ты такая рыжая?

— Точно не в тебя, — фыркнула Айрис, покосившись на него, и зашагала ещё быстрее.

— Не, ну это я понял, — но мальчишка не думал отставать. — У нас в семье рыжих никогда не было. Всякие были: каштановые, чёрные, даже светло-русые! Но чтобы рыжих — никогда.

— Хочешь сказать, что я приёмная?

— Ни в коем случае! — воскликнул Джеймс, и его голос эхом понёсся вдаль. — Ты ведь похожа на меня. Прям моя женская версия.

Айрис с шумом втянула воздух. Честно сказать, его настырность уже ох как её достала. Но всё же, как ни крути — последние слова были правдой. Она и впрямь внешне очень походила на отца. Такое же худощавое, но с немного округлёнными щеками лицо, чуть вздёрнутый нос, припухлые губы и, конечно, большие светло-карие глаза. От Лили ей достались лишь неяркие веснушки на носу и щеках, и рыжий цвет волос (их текстура была, хоть и не от Джеймса, но от его матери — у бабушки Юфимии волосы тоже завивались в барашки).

— Айрис, а кто твоя мама? — наконец Джеймс выдал вопрос, волновавший его больше предыдущего и из-за которого он, похоже, всё это и затеял.

— Прекрасная рыжеволосая женщина, — хитро улыбаясь и прищурив глаза, ответила девочка. Она прекрасно знала, чего он от неё ждёт.

— Ну, Айрис... — в мольбе протянул Джеймс. — Тебе что, сложно что ли? Ты же видишь, как я страдаю. А тебе-то всего два слова сказать надо. Имя и девичью фамилию!

— Дамблдор вообще запретил нам что-то рассказывать, а вы и так уже столько всего знаете.

— Ну, так тем более! Я же и так уже столько всего знаю. Ну хочешь — я перед тобой на колени встану. Хочешь?

— Ладно, ладно, — сдалась Айрис. Ей совершенно не хотелось, чтобы Поттер ползал перед ней на корячках посреди Запретного леса. — Её имя — Лили Эванс.

Младшая Поттер морально приготовилась к восторженному воплю юного отца, который должен был последовать за её словами. Но вместо этого вопль донёсся с совершенно другой стороны — и он был вовсе не восторженным.

— Это Финн! — с ужасом осознала она, и ребята, одновременно сорвавшись с места, понеслись навстречу душераздирающим крикам. За разговором они и не заметили, что оставили Финнеаса и Пандору где‑то позади.

Поначалу они заметили только Пандору — перепуганную и смотрящую куда‑то вверх.

— Ни хрена себе! — почти одновременно вырвалось у обоих Поттеров.

Финн вверх тормашками парил в воздухе, медленно покачиваясь и беспомощно махая руками.

Приглядевшись, Айрис увидела, что ноги его крепко связаны верёвкой, а сама она привязана к толстенной ветке, расположенной высоко на дереве.

— Не беспокойся, сейчас мы тебя снимем, — заверила Айрис друга, хотя, если честно, не представляла, как они это сделают. Ветка располагалась уж очень высоко.

— Поскорее, пожалуйста. А то у меня уже голова кружится, — отозвался тот таким тоном, будто вот-вот отключится.

Гриффиндорка ринулась к дереву и принялась карабкаться на него. Джеймс последовал её примеру.

ВЖИК!

Что‑то пролетело возле лица Айрис и вонзилось в дерево возле её правого уха, чудом не задев его. Девочка скосила глаза и с ужасом обнаружила, что это была стрела. Она пригвоздила её за капюшон к дереву, не давая возможности сдвинуться с места.

— Не двигайтесь! — крикнула Пандора, когда в дерево вонзилась ещё одна стрела. Судя по её направлению, теперь целились в Джеймса.

Неподалёку захрустели ветви, и дети дружно затаили дыхание. Тот, кто пускал в них стрелы, приближался. Из темноты вышло нечто непонятное — то ли человек, то ли лошадь, с натянутым луком наперевес. А за ним — ещё несколько таких же существ.

— Кентавры… — выдохнул Джеймс. В его голосе отчётливо слышалась дрожь.

Айрис беспокойно покосилась на него. До этого момента она не знала, что в Запретном лесу водятся кентавры, зато прекрасно знала, что с кентаврами лучше не связываться.

— Опустите луки, — один из кентавров, черноволосый, самый крепкий и, судя по всему, вожак, подошёл вплотную к дереву, пристально разглядывая ребят. — Это люди.

Финн, всё ещё вися вниз головой, затих, а Айрис и Джеймс с опаской переглянулись. Одна лишь Пандора, кажется, обрадовалась, завидя кентавров.

— Здравствуйте, сэр, — она подошла к кентавру и опустилась пред нимв небольшом приветственном реверансе.

— Здравствуй, человек, — кентавр явно был недоволен их присутствием. — Что вы забыли в нашем лесу?

— Мы заблудились, сэр.

— Ночью заблудились? — он, конечно же, не поверил ей, но наседать и допытываться правды не стал. — В этом лесу людям делать нечего. Особенно ночью. И особенно вам. Вы ведь ещё детёныши, верно?

— Мы школьники, — робко кивнула Пандора и указала туда, где за деревьями маячил силуэт замка. — Из Хогвартса.

— Чем только Хагрид занимается… — послышался недовольный голос, и к черноволосому подошёл ещё один кентавр с огненно-рыжими прядями. — Его работа — отлавливать этих несмышлёнышей и не подпускать их даже близко к лесу. Почему мы, благородный народ, должны этим заниматься?

— Прекрати, Флауэрс. Они ещё дети, как наши жеребята, — оборвал его вожак и махнул головой другим кентаврам, указывая на гриффиндорцев, до сих пор не издававших ни звука. — Нужно освободить их и отвезти на опушку. А дальше пусть люди с ними разбираются.

Не передать словами, какое облегчение почувствовал Финн, когда его наконец освободили и поставили на ноги. От продолжительного подвисания вверх тормашками голова кружилась, но зато теперь он ощущал под ногами землю. Впрочем, длилось это недолго.

Освободив Айрис и Джеймса, двое кентавров опустились на передние ноги, и ребята забрались на них: Финн и Пандора — на одного, Айрис и Джеймс — на другого. Мальчики обхватили мускулистые плечи кентавров, девочки — талии мальчиков, и кентавры устремились галопом в чащу.

Удобство этой поездки оставляло желать лучшего. На такой скорости дети то и дело подпрыгивали, цеплялись за плечи кентавров и друг друга изо всех сил, молясь, чтобы не улететь в ближайшие кусты. К тому же тропы леса были, мягко говоря, не совсем ровными. Каждый раз, когда кентавры перепрыгивали кочку, ребята подлетали вверх, а потом жёстко приземлялись обратно им на спины охая от боли в заднице и бёдрах.

Но никто не смел жаловаться.

Во-первых, они были благодарны, что кентавры освободили их и сейчас подвозят к опушке леса. А во-вторых, дети боялись, что если откроют рот — их всё же вырвет от этой невозможной тряски.

Добравшись до опушки, кентавры вновь опустились на передние ноги, и ребята поспешно соскользнули с их спин на землю.

— Спасибо вам огромное, — горячо поблагодарила их Пандора. Кажется, после этой «поездки с ветерком» она чувствовала себя лучше всех.

— Не советую вам больше сюда ходить, — лишь сухо отозвался один из кентавров, и они, звонко стуча копытами, скрылись в зарослях леса.

Пандора покинула их почти сразу после кентавров. Сказав, что ей нужно доделать кое-какие дела, она скрылась в темноте в неизвестном направлении.

— Неплохая вышла «прогулка», правда? — нервно усмехнулся Джеймс.

Айрис то ли в знак согласия, то ли протеста хмыкнула. После того как в неё чуть не вонзилась стрела, правый глаз девочки стал дёргаться с периодической частотой.

Вдруг Финн резко рванул в кусты, и через мгновение до остальных донеслись не самые приятные звуки. Как бы он ни пытался всё это время сдержаться, его всё же вырвало.

Усевшись на толстые корни одного из могучих деревьев, Айрис и Джеймс молча и преданно ждали, пока Блэк окончательно очистит желудок.

Было тихо. Замок, на который с опушки открывался прекрасный вид, мирно спал. Лёгкий ветер, качавший верхушки деревьев, когда они только входили в лес, стих совсем. Где-то вдалеке — скорее всего из школьной совятни — пару раз ухнула сова, и вновь наступила тишина.

— Айрис?

— Ммм?

— Так значит… я и Лили после школы поженимся? — даже в темноте было заметно, что лицо у Джеймса взволнованное — словно он боялся, что это всего лишь плод его влюблённой фантазии.

— Поженитесь, поженитесь… — лениво откликнулась Айрис и сладко зевнула, не замечая, как резко повеселело лицо Поттера.