Глава 12

Дастин 

Она нервно теребит пуговицу на своём пальто, смотрит в окно и медленно вздыхает каждый раз, когда я бросаю на неё взгляд. Удивительно наблюдать за человеком, который когда-то просыпался с тобой в одной кровати, пил кофе с вафлями, не обращая внимания на время, а потом в спешке собирал вещи. Сейчас я словно совсем её не знаю. Прошло не так много времени с тех пор, как мы расстались, но я словно смотрю на Коралию и вижу другого человека. Не понимаю, как за такой короткий промежуток времени наши жизни могли так сильно измениться.

— Ты сейчас оторвёшь пуговицу, — говорю я с лёгкой улыбкой. Она сразу же перестаёт трогать вещи и опускает руки на колени, где лежит её рюкзак. — Почему ты так сильно волнуешься?

— Я не ожидала увидеть тебя здесь, — произнесла она, и я улыбнулся в ответ. Я старался не показать ей, как сильно расстроен, но внутри меня бушевала безысходность. Я осознавал, что это был единственно верный выбор. Возможно, позже, если я ошибаюсь, я буду сожалеть о нём, но сейчас я был полон решимости.

В моей памяти промелькнули все разговоры с Барри и Лестором, а также с Хемфри и Коди. Я был уверен, что именно так всё и должно произойти.

— Мы бы всё равно встретились, — уверенно говорю я. Она кивает, но не произносит ни слова. Я понимаю, что ей сложно найти подходящие слова для разговора со мной.

Я подъезжаю к кафе подруги Лии, чтобы ей стало немного легче и спокойнее. Йена знает, что я хочу поговорить с Лией. Мне нужен был кто-то из её окружения, кто мог бы сказать мне, могу ли я снова появиться в жизни девушки. Блондинка оказалась идеальным вариантом, особенно когда она начала проводить больше времени с моим братом и пыталась вникнуть в каждый наш разговор. Возможно, она даже сыграла не последнюю роль в моём решении.

Я припарковался возле входа и вышел из машины. Коралия последовала за мной, но оставила свой рюкзак в салоне. Не знаю, была ли это привычка или она разрешила мне подвезти её до дома. Сейчас мне сложно понять, насколько сильно изменились её взгляды на жизнь. Но я уверен, что она всё ещё остаётся той моей Лией, которая поймёт и примет любое моё решение.

Мы заходим в кафе, и я сразу замечаю девушку у барной стойки. Она едва заметно кивает мне и начинает улыбаться своей подруге. Мы садимся за столик у окна, где есть удобные диваны. Это позволяет Лии наблюдать за людьми на улице, а не только за мной.

— Мы не можем бесконечно откладывать этот разговор, — начинаю я осторожно, стараясь привлечь её внимание и показать, что мы должны обсудить всё вместе, а не только я или она.

— Понимаю, — она вздыхает и смотрит на меня. Ее нежный, немного испуганный взгляд пронзает меня насквозь. Но я дал себе обещание, что отныне всё будет по-другому. Мы не будем ничего менять до тех пор, пока оба не будем готовы к новым отношениям, уже с другими мыслями и опытом. — Ты заранее заказал всё? — удивляется девушка, когда Йена ставит перед нами две чашки кофе.

— Я знаю, что вы оба всегда заказываете, — с лёгкой иронией и некой долей упрёка говорит девушка. — Сейчас вы словно жерло вулкана. Интересно, когда начнётся извержение, чтобы я успела убежать?

Лия, смущенно улыбаясь, отпила кофе. Я, фыркнув на вопрос блондинки, наблюдал за своей бывшей девушкой, которая занимала все мои мысли в последние две недели даже больше, чем обычно. Йена покидает нас, и я понимаю, что либо сейчас, либо никогда.

— Я пришёл не для того, чтобы мириться. Думаю, ты и сама понимаешь, что наши отношения стали гораздо хуже, чем мы оба могли себе представить. Мне было трудно даже думать об этом, но я осознаю, что сейчас мы не готовы снова быть вместе. И не потому, что ты уже спишь с Коннором, а потому, что мы не сможем друг друга простить по-настоящему. Мы вместе пережили многое, и я понимаю, что нам обоим будет очень сложно забыть и отпустить прошлое. Но можем ли мы хотя бы попытаться остаться знакомыми или друзьями? — вздыхаю я, осознавая всю безысходность и глупость своих слов. — Да, знаю, это звучит глупо.

— Всё хорошо, — её поддерживающая улыбка и почти радостные глаза вселяют в меня надежду, что она согласна со мной. — Да, ты прав. Это было бы большой ошибкой, потому что мы не сможем простить друг друга и забыть всё, что произошло между нами. Но, Дастин, — она берёт меня за руку, и моё тело почти начинает трясти от её прикосновения. — Нам будет сложнее всё отпустить, если мы продолжим проводить время вместе. Я не говорю, что мы должны забыть и даже не общаться, но для нас обоих будет лучше, если хотя бы на первое время мы перестанем взаимодействовать.

— Ты общаешься с моим братом и с моим лучшим другом. Ты думаешь, у нас получится не пересекаться?

— Мы не виделись две недели с тех пор, как я переехала, — пожимает плечами Лия, а я усмехаюсь. Она всё ещё не может мыслить шире своих рамок.

Я с умом подошёл к нашему расставанию и старался не пересекаться с ней, когда она гуляла с Йеной или ходила в колледж, а после забегала за кофе. У нас было много возможностей увидеться, но я каждый раз их пресекал.

— Как скажешь, — отвечаю я, стараясь не выражать свои чувства, чтобы не усложнять наш разговор. — Я был рад пройти этот путь вместе с тобой.

— Я тоже была очень счастлива, — говорит она, улыбаясь, но я вижу, как ей тяжело, и замечаю, что её глаза наполняются слезами. Это вызывает у меня беспокойство, но я понимаю, что лучше не делать ничего и попытаться сдержать эмоции, которые так и рвутся наружу.

— Как прошёл твой день? — спрашиваю я, чтобы не говорить о прощании, которое даётся нам обоим нелегко. Мне сложно осознать, что я больше не являюсь частью её жизни, как это было раньше. Ещё сложнее избавиться от привычек, которые мы выработали вместе с Лией и которые непосредственно связаны с ней. Это был ценный опыт, и я должен научиться принимать его как данность.

****

Мне нужно было забрать Коди из больницы ещё полчаса назад, но неожиданные визит Обри в мой кабинет немного изменил мои планы. Я не общался с ней примерно неделю. В последний раз мы переписывались по поводу её терапии с Барии, и, насколько я понял, они ей хорошо помогают.

Или же она умело скрывает, как тяжело ей даётся расставание с Коннором. Это можно было понять по тому, как она стала проводить дни и ночи на подработках, в учёбе и на занятиях йогой.

— Пойдём куда-нибудь вместе, — предлагает девушка, едва переступив порог моего офиса. Её внешность поражает своей болезненной красотой. Я ещё не встречал девушек, которые могли бы так искусно скрывать свою усталость, депрессию и боль за модной одеждой и причёской.

— Что? — спрашиваю я с лёгкой усталостью. Последние дни сложились не так, как я ожидал. После нашей встречи с Лией мне стало немного легче, но иногда я чувствую себя совершенно измотанным.

Особенно тяжело, когда Хемфри или Лестор начинают рассказывать о том, как проводят свободное время их лучшие друзья. Или когда я вспоминаю о картинах Лии, которые зачем-то забрал у Лестора. Иногда мне кажется, что проще выбросить этот чёртов ящик, куда я их положил.

Работа не помогает мне полностью отвлечься от мыслей. Друзья не могут дать мне того расслабления, в котором я нуждаюсь. Даже сеансы терапии с Барри не спасают меня от размышлений перед сном. Мне нужно что-то новое, что-то, чего я ещё не пробовал, что могло бы мне помочь.

— Мои подруги разъехались по домам, а кроме Коннора я ни с кем не общалась, — её слова звучат тяжело. Она смотрит по сторонам, крутит кольца на пальцах и старается не встречаться со мной взглядом. — Барри сказал, что мне нужно отдохнуть и перестать намеренно загружать свои мысли. Физическая активность лишь на время прогоняет грусть, а ночью...

— А ночью мысли всё равно будут прорываться наружу, находить самые болезненные места и не отпускать, пока ты не уснёшь от переутомления, — Обри округляет глаза и смотрит на меня. Я откидываюсь на спинку стула и вздыхаю. — Он говорит мне то же самое. Видимо, симптомы, которые он приписывает нам, тоже одинаковые, — мы оба усмехаемся.

Её длинные, довольно тёмные волосы аккуратно лежат на плечах, слегка завиваясь на концах. Чёрная тушь и немного блестящих теней придают её карим, ярким глазам ещё больше выразительности. Лёгкая голубая блузка открывает её плечи, и на мгновение я задумываюсь, нет ли на ней лифчика, и это заставляет меня немного напрячься.

Хотя мы с Лией официально расстались, я всё ещё не могу преодолеть невидимый барьер, который мешает мне проявлять инициативу в общении с другими девушками. Особенно если это бывшая моего друга.

С одной стороны, я мог бы не обращать внимания на это, учитывая, что мой друг планирует встречаться с моей бывшей. Но с другой стороны, мы взрослые люди и понимаем, что встретить свою судьбу можно в любых обстоятельствах.

— Пойдём, — я встаю и замечаю, как шатенка в замешательстве осматривается. Но затем она тоже поднимается и поправляет свою слишком короткую чёрную юбку. Я сглатываю, не понимая самого себя. Мне никогда не нравилась Обри, меня не привлекала ни её внешность, ни фигура, ни тем более характер. А сейчас она стоит передо мной, словно Мисс Мира, и я хочу, чтобы она была подо мной прямо на моём столе, а потом поехать домой и провести с ней ночь.

Я осматриваю её с головы до ног. Меня восхищают её длинные стройные ноги, изящные руки и тонкая шея, за которую так хочется ухватиться и заставить её захрипеть. С трудом сглатываю и замечаю, что Обри тоже внимательно смотрит на меня, особенно на мои руки. Я понимаю, что сжимаю кулаки.

Подхожу ближе к девушке. От неё исходит чудесный аромат духов: пряные нотки с лёгким оттенком чего-то мимолетно сладкого, как и её кожа. Нет, это даже близко не похоже на запах моей Коралии. Осторожно касаюсь её пальцев и медленно веду вверх до плеча, останавливаясь у края блузки. Дыхание шатенки учащается, её грудь начинает вздыматься, а затвердевшие соски упираются мне в грудь.

Обри наклоняется ближе ко мне и смотрит прямо в глаза. Я впервые вижу её так близко. У неё на щеках родинки, тонкий, слегка покрасневший носик, а глаза напоминают миндаль или бронзу, которая сейчас блестит только для меня. Я замечаю её чуть приоткрытые губы, и не могу удержаться от поцелуя.

Обри обнимает меня за плечи, и я словно теряю связь с реальностью. Все мысли, которые беспокоили меня последние несколько месяцев, исчезли без следа. Я подталкиваю её к столу и усаживаю сверху. Коленом раздвигаю её ноги и прижимаюсь к ней. Не слышу, что она говорит, не слышу её стонов — я просто действую.

Я снимаю с неё блузку и, покрывая её шею и грудь влажными поцелуями, спускаюсь всё ниже. Она запускает пальцы в мои волосы и полностью ложится на стол.

— Дастин, — произносит она моё имя тихо, но в то же время отчётливо. И это обращение действует на меня совершенно иначе.

Я расстёгиваю ремень своих джинсов, одновременно снимая с неё трусики. Она тянется своими руками к моим бёдрам и помогает мне избавиться от лишней одежды. Её щёки горят румянцем, но её тяжёлое дыхание и моё неистовое желание не позволяют мне поступить иначе. Я резко вхожу в неё, заставляя её вскрикнуть. Но она не останавливает меня, а лишь придвигается ближе, давая понять, что она совсем не против.

****

Просыпаюсь от ощущения непривычной тяжести на талии. Протираю глаза и поворачиваюсь на другой бок. Сзади меня, обнажённая, крепко спит Обри. Я вздыхаю. Это не то чтобы стало для меня неожиданностью, но всё же было немного непривычно. Снова протираю глаза, осторожно убираю её руку и встаю.

Я дрожу — то ли от холода, то ли от осознания, что стою в таком виде рядом с кроватью, на которой лежит обнажённая девушка. Быстро иду в душ, стараясь не смотреть в сторону кровати.

Это не было ошибкой. Скорее, это можно назвать внезапной страстью, наваждением или обманом чувств. Она была девушкой, которую бросил любимый парень, а я — парнем, который оставил свою любимую. На фоне этой грусти и иллюзии мы оказались вместе.

Встаю под тёплые струи воды и закрываю глаза. Чувствую, как расслабление и едва уловимая радость окутывают меня с ног до головы. Совесть не мучает, не терзает, не занимает все мысли, не вызывает злость и не пробуждает агрессию. Сейчас мне просто хорошо. Не плохо, не отлично, а именно хорошо.

Не думаю, что поступил ужасно или неправильно. Скорее, это было необходимо. Какой-то внутренний переключатель сработал, и стало легче. Я позволил себе то, чего не мог сделать с тех пор, как узнал о связи Коралии с Коннором. Выпустив часть своей злости, отпустив то, что мучило и волновало, я смог перестроить себя и свои мысли.

Бессмысленно было работать до изнеможения, заставлять себя тренироваться допоздна. Не думал, что обычный секс с другой девушкой может так помочь. Меня не волновали её чувства, я не заботился о том, как она себя чувствует. Я просто делал то, что хотел. Возможно, именно это и помогло. Никто не останавливал меня, меня не заботили последствия. Я просто поступал так, как хотел и желал. Делал то, что требовалось, и то, от чего мне будет хорошо.

Она открывает дверцу душевой и становится позади меня. Я не говорю ни слова, лишь наблюдаю за ее руками, которые медленно опускаются вниз по моему животу. В этом нет ни лишних слов, ни эмоций, ни каких-либо чувств.

Поворачиваюсь к Обри и вижу, что в ее глазах горит лишь желание. Усмехаюсь и замечаю, как она улыбается в ответ. Она продолжает свои движения и опускается на колени, но я подхватываю ее и разворачиваю спиной к себе. Обри выгибается и прижимается ближе. Это простое движение, без намеков на нежность и ласки.

Аккуратно вхожу в нее, но она начинает скулить, и я хватаю ее за волосы, накручивая их на кулак. Шатенка не просит ласки или поцелуев, а у меня нет желания вести себя как примерный парень. Она сама пришла ко мне в кабинет без каких-либо прелюдий, и ей нравится, как я с ней обращаюсь — грубо и бесцеремонно.

Она стонет слишком громко, почти касаясь щекой кафеля, но я не останавливаюсь. Эта простота завораживает меня и поглощает.

После утреннего душа, примерно через сорок минут, я отвёз Обри в общежитие. Я не видел смысла в её дальнейшем пребывании в моём доме, и она сама не хотела оставаться там ещё на неопределённое время. Во время поездки и прощания у нас не было желания поговорить. Возможно, мы оба поняли друг друга без лишних слов. Или же Обри пожалела о случившемся и сейчас сидит в своей комнате, плачет и смотрит совместные фотографии с Коннором, которые она снова скачала из облака.

Я еду в дом Коди, чтобы рассказать ему о произошедшем и узнать его мнение, а также мнение его девушки.

Адин открыла мне дверь без особого энтузиазма. Из её кружки исходил аромат какао, а мятая пижама и небрежно уложенный пучок на голове выдавали, что она только что проснулась и не в восторге от моего визита.

— Ты время видел? 

— Думаешь, я приехал к вам, чтобы узнать, который сейчас час? — она закатывает глаза и пропускает меня в дом. Шоркает своими тапочками в гостиную, где я замечаю сидящего Коди с ноутбуком на коленях и с такой же кружкой в руках. 

— Привет, — с неожиданной громкостью восклицаем мы, обмениваясь рукопожатием, и я занимаю кресло рядом с парочкой.

Распущенные волосы моего друга красноречиво свидетельствуют о том, что он либо не собирается никуда сегодня идти, либо только что встал. Его мятая серая футболка и домашние штаны добавляют ему уюта, делая образ еще более домашним, чем кажется на первый взгляд.

— Я переспал с Обри, — произношу я, и блондинка не успевает сделать глоток своего какао, как оно начинает течь по её подбородку. Коди резко прекращает быстро печатать и обращает свой взгляд на меня. У обоих округляются глаза, и их домашний стиль придаёт им ещё более забавный вид. — Вчера вечером, ночью и час назад.

— Ты хотя бы помылся или сразу решил к нам приехать? — спрашивает Адин, вытирая мокрое лицо и колени, на которые тоже попало какао. Я усмехаюсь её злорадству, но замечаю, как она пытается скрыть удивление и любопытство за маской безразличия и сарказма, которые так часто звучат в нашем общении.

— Вы были пьяны, не так ли? Иначе я не могу понять, как вы могли это допустить, — он прищуривается и наклоняется ближе ко мне, держа в руках ноутбук. — Почему от вас не пахнет алкоголем? Или вы покурили и вам стало слишком хорошо? — я смеюсь. — У меня заканчиваются оправдания для вас. Скажи, как так получилось! 

— Мы были трезвые и оба этого хотели. 

— Я же говорила, что он вот-вот сойдёт с ума! — восклицает девушка, внимательно разглядывая моё лицо. — Или это была глупая месть за Лию с твоей стороны и не менее глупая месть Обри для Коннора?

— Вы просто решили так им отомстить, — вздыхает друг и, переложив часть волос на другую сторону, продолжает: — Хотя это и выглядит глупо, но в какой-то степени оправдано.

— Нет, мы просто переспали. Захотели и переспали. Вы мне лучше скажите, почему меня это не волнует, а, наоборот, придало сил и даже стало легче? 

Коди с явным утомлением и раздражением вздыхает, откидывая голову назад. Адин, покачав головой, встаёт и уходит. Я хмурюсь, не совсем понимая, что происходит, но уже догадываюсь. Мой друг откладывает ноутбук на стол, ставит рядом кружку и пристально смотрит на меня. Прищурившись, он облизывает губы после глотка какао и снова вздыхает.

— Ты знаешь, как ведут себя мужчины после разрыва?

— О, боже! — вздыхаю я, закатывая глаза. — Ты решил и в свободное время посвящать себя психологии?

— Получилось заглушить моральную боль? 

— Коди, — я опускаюсь на его кресло и почти ложусь, пытаясь уловить его реакцию. — Если ты не знаешь, что ответить, мы можем поговорить о погоде или вспомнить, как на последней вечеринке ты напился и попросил меня вырвать дерево у соседей для Гатри.

— Зачем мне дерево? — с нахмуренными бровями спрашивает девушка, выглядывая из кухни. Коди отмахивается от неё и закрывает лицо ладонью, словно прячась от своей возлюбленной. Блондинка усмехается и уходит обратно на кухню, а парень с облегчением вздыхает и снова обращает на меня свой взгляд.

— Ты просто не устоял перед соблазном. Ты молодой человек, который хочет секса, особенно после долгого перерыва. На подсознательном уровне ты стремился не к девушке, а к тому, чтобы заглушить свою боль и поднять упавшее эго после расставания и, возможно, предательства со стороны друга. Понимаешь, после расставания парни часто спят с другими девушками или сразу начинают новые отношения. Но потом они начинают страдать о бывшей. В твоём случае всё немного иначе, потому что между вами была не просто любовь, а сильная привязанность. А как ты знаешь, привязанность в отношениях переносится гораздо сложнее. Сейчас ты будешь искать замену и пытаться заполнить пустоту, образовавшуюся после ухода Коралии. Один из вариантов — это спать со всеми подряд. Или же ты можешь найти более быструю замену и попытаться забыть о своём прошлом.

— А если коротко и понятно? 

— Боже мой, — вздыхает брюнет, откидываясь на диван и потирая колени. — Это нормально, что тебе всё равно. Подожди пару дней или недель, возможно, потом тебе снова станет хуже.

Он пожимает плечами и с интересом наблюдает за Адин. Она подходит к дивану, садится рядом с ним, берёт кошку на руки и нежно гладит её.

— Проще говоря, — поднимает взгляд на меня девушка. — Для парней характерно забывать прошлые отношения с помощью секса. И неважно, сколько у тебя будет девушек и кто они. Если тебе хорошо, ты в спокойствии и от тебя ничего не требуют, то почему бы и нет? Ты взрослый мужчина, а ведёшь себя как ребёнок. Ну переспал ты с бывшей друга, и что с того? Съезди ко мне в университет и найди себе другую девушку. А если покажешь бумажник, то всё общежитие будет у твоих ног.

Усмехаюсь и подмигиваю девушке. Удивительно, как эти двое, произнося в целом одни и те же вещи, умудряются говорить так по-разному. Я потянулся к кружке друга, чтобы сделать глоток, и почувствовал, как меня охватила тошнота от слишком сладкого запаха какао. Но я всё же сделал глоток и подумал, что не мешало бы закурить. В голове сразу возникла мысль о том, какую из ближайших подушек бросит в меня девушка, если я закурю прямо у них дома.

— Давай сменим обстановку, — предлагает Коди. — Когда мы в последний раз выбирались куда-то, кроме бара и вечеринок?

— Хочешь предложить походить по магазинам, серьезно? — выгибаю бровь и начинаю смеяться. 

— Нет, — улыбается длинноволосый. — Мы можем просто сходить и посмотреть, например, спектакль.

— Так, я ушел, — встаю с кресла и слышу заразительный смех девушки. — Хотели провести выходные вместе, так и сказали бы. Нашел, что мне предложить. Еще бы позвал в парк лебедей покормить, придурок. Всё, до скорого. 

Когда я ждал Хемфри у выхода в зал, он закрывал свой шкафчик. Изначально я собирался провести этот день дома: поработать над тем, что отложил на понедельник, поиграть в приставку и впервые остаться наедине с собой. Я не боялся одиночества и не пытался заглушить мысли.

Но вместо этого я поехал на тренировку по баскетболу. Тренер написал в чат: «Мы так никогда не выиграем сезонную игру», а затем Коннор и Хемфри прислали мне все известные проклятия. Они явно тоже планировали провести этот день иначе.

Сейчас мы с Коннором общаемся нейтрально. Мы не затрагиваем темы, которые могут вызвать у меня раздражение или задеть его. Однако Коннор до сих пор не знает, что я спал с Обри. Хемфри тоже об этом не осведомлён. Я решил, что не буду раскрывать эту информацию, чтобы не беспокоить блондина и не заставлять его снова слушать разговоры о бывших, которые могут вызвать у него беспокойство.

Тренер даёт свисток, и нападающий дважды ударяет мячом об пол, подбрасывает его и отправляет в противоположную сторону. Я шмыгаю носом, делаю рывок назад и сосредотачиваюсь на игроке, который приближается к нашему кольцу. Готовлюсь к атаке, перехватываю мяч, но он успевает отдать его другому.

Коннор, центральный игрок нашей команды, оказывается у кольца и успевает поставить блок. Он отбирает мяч, отбивает его об пол и передаёт Хемфри, который бежит обратно. Я делаю несколько глубоких вдохов и следую за ним, чтобы защитить его и обеспечить возможность забросить мяч в кольцо.

****

Я подъезжал к бару, где мы решили посидеть втроем. Мои планы были нарушены, а также планы парней, как я понял, поменялись тоже не из-за их прихоти. Где-то в глубине души я знал, что поменялись планы у их девушек, но я не хотел заострять внимания, что теперь Коралию все считают девушкой Коннора. 

Я припарковал машину и написал Лестору, что, если он свободен, может забрать меня из бара, когда я ему позвоню. Затем я взял с собой пачку сигарет, зажигалку и кредитную карту. После того, что произошло, мне хотелось выпить. Однако я боялся, что в пьяном состоянии я не смогу контролировать свои эмоции и выскажу им то, о чём не могу говорить в трезвом уме.

Хемфри уже ждал меня за столиком, который стоял недалеко от бара. Он с интересом наблюдал за стойкой диджея, где молодой человек в ярко-красной футболке усердно настраивал оборудование, готовясь к субботней вечеринке.

Некоторые столики были заняты шумными компаниями, за другими расположились парочки и друзья, а у бара уже начали собираться одиночки, стремящиеся забыться в алкоголе и новом диджей-шоу.

Я занял место напротив Хемфри и принялся изучать меню. Но не успел я сделать свой выбор, как официант уже принес нам сет из шести настоек.

— Уже? — спрашиваю я, когда официант ставит последнюю тарелку с закусками и покидает нас. За его спиной я замечаю Коннора, который направляется к нам и садится рядом со мной. Его выбор меня удивил, потому что я был уверен, что он сядет к блондину. Однако я понимаю, что это отличный шанс наладить наши отношения и постараться стать хорошими друзьями и коллегами.

— Когда вы успели всё это заказать? — удивляется шатен, кладёт телефон на стол и осматривает тарелки с закусками и напитками. Он берёт в руки стопку, принюхивается и морщится. — Огурец и водка, — усмехается он и проводит рукой по волосам. — Люблю после тренировки выпить что-нибудь лёгкое, с овощами.

— Я могу выпить это один, а вы можете заказать своё любимое пиво, — пожимает плечами друг и берёт в руки шот с тёмной жидкостью. — Ну что, пьём?

Мы с Коннором встречаемся взглядами, и в моей душе поднимается почти дружеское чувство. В памяти всплывают воспоминания о наших встречах, разговорах и даже небольших конфликтах. Его лицо остается серьезным, но спустя некоторое время мы улыбаемся друг другу и, взяв в руки шоты, делаем глоток.

— Пьем! 

Мы не стали тратить время на длительные перерывы, поэтому официантка уже принесла нам третий сет напитков, и снова с различными вкусами.

Хемфри смотрел косо, Коннор говорил немного невнятно, а я чувствовал себя дезориентированным. Это говорило о том, что нам нужно сделать перерыв.

Я достал две сигареты и передал одну шатену. Он просто кивнул на мой жест и прикурил. Блондин пытался вилкой подцепить сыр, который уронил в соус, и это меня развеселило.

Сделав затяжку, я посмотрел на диджея, рядом с которым уже танцевали люди. Короткая клетчатая юбка, длинные темные волосы и топ сразу привлекли моё внимание. Она двигалась плавно и уверенно, и было ясно, что она точно знала, что за ней наблюдают.

— Решил стать Коннором? 

Внезапно раздался громкий вопрос, который заглушил музыку и больно ударил по моим перепонкам. Я стряхнул пепел с сигареты и, подняв взгляд, увидел, что на меня смотрят две пары глаз, в которых читаются удивление и искренний интерес.

— В плане? 

— Я заметил, что вы двое, — блондин почти сразу указывает на меня и на Коннора. — Поменялись местами. И что самое интересное, я всё пытаюсь понять, поменяла вас одна и та же девушка или вы просто нашли себя.

— Эй, друг, — шатен с улыбкой потушил сигарету и похлопал его по плечу. — Ты слишком переживаешь за нас.

— Конечно, я переживаю! — восклицает он, и его взгляд мечется между нами и бокалами с настойками. — Вы же мои друзья, почему я не должен помогать вам решать ваши проблемы?

— У нас нет проблем, братан.

— Нет, — он растягивает это слово и передаёт нам по одной стопке. — Я знаю вас обоих давно и могу видеть, что происходит. Поймите, я и другие парни не хотим, чтобы в какой-то момент вы убили друг друга. Пока мы здесь, я предлагаю разобраться в ситуации и избавиться от этой проблемы в ваших отношениях.

— У нас всё хорошо, мы оба приняли решение, — начал Коннор. — Да, ситуация сложилась необычная и довольно странная, никто такого не ожидал. Но мы все взрослые люди и понимаем, что такое может произойти. Кто-то расстаётся, а кто-то начинает отношения. На нашем общении с Дастином в работе это никак не отразилось. А в личной жизни,— он умолк и посмотрел на меня. — Я не хотел причинять тебе вред, особенно морально, но я не выбираю, что мне чувствовать.

Его ярко-зелёные глаза, словно в ожидании чего-то невероятного, пристально смотрят на меня. Но сейчас я могу думать лишь о том, что иногда веду себя как настоящий эгоист.

Да, моя девушка предала меня, но если посмотреть на ситуацию глубже, то можно понять, что в какой-то момент я сам подтолкнул её к этому. Она старалась, терпела, ждала и верила в меня, а я был одержим желанием оградить её от всех. Мне хотелось, чтобы она была счастлива только со мной, чтобы улыбалась только мне, ходила гулять только со мной, вела себя истерично только со мной и смеялась только надо мной. Я хотел сделать её своей, но в итоге лишь оттолкнул её.

— Если ты сможешь сделать её счастливой, то я буду только рад, что у неё есть ты, а не кто-то другой, — подмигиваю ему, и он смущенно качает головой. — Ну, иди сюда.

Я обнимаю его за шею и притягиваю к себе. Он смеётся и свободной рукой ударяет меня по плечу. Затем отстраняется и взъерошивает мне волосы, за что получает лёгкий подзатыльник.

— Нужно было всего лишь заказать пару сетов настоек, и вы снова стали лучшими друзьями. Мы будем пить или нет? — возмущается блондин, и мы допиваем то, что стояло рядом с нами.

****

Я уже в третий раз наполнял стакан холодной водой, прежде чем зайти в кабинет. Мои коллеги, проходя мимо, с лёгкой улыбкой и пониманием смотрели на меня. Я понимал, что этот одноразовый стакан не способен утолить мою жажду, но даже не пытался остановиться, хотя знал, что в кабинете моего отца есть отдельный кулер.

Я подумал, что было ошибкой пить все выходные, особенно после того, как Хемфри и Коннор ушли сразу после бара, а другие парни из нашей команды только приехали. Допив воду, я выбросил пустой стакан и заметил у лифта своего друга. Он был немного взволнован и постоянно смотрел на свой телефон, словно ища в нём поддержку.

— Привет, — я протягиваю ему руку, он пожимает её в ответ, но не смотрит на меня, а только начинает что-то печатать, сильнее сжимая телефон. — Что случилось?

— Прошу тебя, прикрой меня перед отцом, — в его голосе слышится дрожь, но не от страха. Я замечаю, что он начинает злиться, и это чувство, кажется, направлено не на кого-то конкретного. — Скажи ему, что я уехал по делам, а позже я сам всё объясню.

— Коннор, — он уже собирался уходить, но, услышав мой голос, остановился на полпути. — Скажи, — произнёс я почти сквозь зубы, начиная злиться. Меня раздражала эта ситуация. Я понимал, что сейчас нахожусь в полном замешательстве и что от меня ничего не зависит, и это только усиливало мою ярость и неконтролируемый гнев.

— В субботу произошло что-то серьёзное, ведь не просто так на лице Лии появились синяки.

Он больше не смотрел на меня, просто ушёл. Ушёл, оставив меня в ярости, с бешено колотящимся сердцем и злостью, которая охватила моё тело и разум. Злость вытеснила все остальные мысли, потому что единственное, чего мне хотелось — это разрушить всё вокруг. Никто не смеет прикасаться к ней. Никто не смеет причинять ей боль.