Глава 7

Коралия 

Вот уже второй день я ночую дома одна. Время от времени ко мне заходят Йена, Элси и Лестор, который узнал о случившемся на следующий день.

Я не понимаю, почему после произошедшего Дастин решил приехать к своему брату с вещами и сказал, что ему нужно где-то переночевать пару дней. Он явно не ожидал, что новость о драке между двумя лучшими друзьями распространится так быстро.

Не могу сказать, что эти дни были спокойными для меня. Каждую ночь я вспоминала, как Дастин набросился на Коннора, оттолкнул меня и ударил его по челюсти. Я не могу забыть, с какой силой они били друг друга, не замечая никого вокруг.

Последней каплей стал момент, когда они налетели на стеклянный стол и опрокинули его почти на меня. Это заметил только Коннор и помог мне. Хотя я сама отвергла своего парня, находиться с ним в тот момент было опасно.

Утром, после недолгого сна в квартире Коннора, я вернулась домой и не разговаривала с Дастином. Я собиралась в колледж, куда меня отвёз Коннор. Именно с этого момента начались слухи о моём новом парне. А моя перебинтованная и хромающая нога только добавляла антуража.

Вечером Дастин не пришёл, как и утром, и на следующий день. Лестор писал мне и расспрашивал обо всём, иногда приезжал с утра, чтобы отвезти на пары, и просто проверял, как я себя чувствую.

В голове у меня было множество вопросов, но ни на один из них я не могла найти ответ. Кроме одного: я не готова пройти весь путь с Дастином вместе. Если раньше я была уверена, что мы всё сможем и дойдём до конца, то сейчас я точно знаю, что морально я слишком слаба для такого.

Коннор и Дастин помирились на следующий день вечером, когда вернулся Коди после небольшого отпуска со своей девушкой. В честь приезда друга они все вместе собрались в баре, и парочка шотов только укрепили их отношения.

Со мной же Дастин не выходил на контакт и даже не пытался. Отчаяние, стеснение или какое-то его решение, о котором я не знаю, не позволяли ему заговорить со мной.

Благодаря Коннору и Лестору я узнала, что Дастин возит Обри на терапию к Барри в поликлинику. Не знаю, ревность это или настоящая привязанность, но осознание того, что Дастин отвез девушку туда, где мы начали нашу историю, не даёт мне покоя. Вместо того чтобы хотя бы поговорить со мной, он проводит своё свободное время с бывшей девушкой своего друга, но Коннора это не беспокоит.

— Давай отправимся на прогулку, — предложил шатен, кружась вокруг нового журнального столика, который он собрал несколько минут назад. Мы вместе выбрали его в интернет-магазине, и сегодня, когда он пришёл ко мне после работы, посылка уже была доставлена.

— Мне нужно подготовить курсовую работу, — я тоже осматриваю чёрный деревянный столик. Мы решили не рисковать и заказали более безопасный предмет мебели.

— Ты два дня никуда не выходила, кроме колледжа. 

— Потому что моя нога всё ещё заживает, — напоминаю я ему, поднимая перебинтованную ногу к его телу. Шатен усмехается и, обхватив мою икру рукой, осматривает свежий бинт, который я недавно сменила. 

— Тогда мы можем просто покататься, выпить твой любимый кофе и поболтать, — он улыбается, его рука медленно поднимается вверх, и я не могу сдержать смех. — Отлично, ты уже не такая хмурая.

— Я могу положить ноги на твоё сиденье, — наклонив голову, говорю я, осматривая парня. Сегодня он окончательно перешёл на заочное обучение и провёл весь день на работе, что видно по его внешнему виду — синей рубашке и чёрным джинсам. Коннор снова не побрился, а его чёлка стала длиннее, что позволяет ему лучше укладывать её назад.

— Пусть даже на меня, но я не оставлю тебя снова одну дома, — с улыбкой произносит он, и его слова вызывают у меня трепет. — Беги переодевайся, а я буду ждать тебя в машине. Или, попробуй добежать. 

Я смеюсь, киваю головой и встаю. Однако просто подняться наверх я не могу. Меня переполняет сильное желание ощутить близость Коннора, и я обнимаю его за талию и прижимаюсь к нему. Знакомый запах свежести и сигарет снова привлекает моё внимание, и я не могу оторваться.

Уткнувшись носом в его рубашку, я вдыхаю его аромат, который медленно становится родным и действует на меня сильнее, чем любые антидепрессанты. Руки Коннора обхватывают меня, и он также прижимает меня к себе. Мы молчим, но эта тишина говорит сама за себя. Я не знаю, что происходит в голове у Коннора, но его быстро бьющееся сердце выдаёт его истинные чувства.

Осенью темнеет и холодает гораздо быстрее, поэтому Коннор решил угостить нас двумя большими стаканчиками кофе и повез за город, где дорога была пустой, а виды просто восхитительными. Горячий капучино согревал мои руки, пока Коннор курил и открыл окна в машине. Я должна была более тщательно продумать свой гардероб, когда надевала джинсы и спортивный топ с длинным рукавом. Но я полагала, что мы будем находиться исключительно в машине и не более того.

— На заднем сидении лежит моя тёплая рубашка, — произнёс шатен, выдыхая дым и глядя на дорогу, пока одной рукой пытался достать свою вещь с заднего сиденья. — Я бы с радостью согрел тебя сам, но сначала это сделает моя рубашка.

— Буду ждать с нетерпением, — отвечаю с улыбкой, подхватывая его игривый настрой. Натягиваю красно-синюю клетчатую рубашку, вдыхая её аромат, который хранит в себе запах сигарет и немного — Коннора.

Парень докуривает сигарету, выбрасывает окурок и закрывает окна. Я протягиваю ему стакан с кофе без сахара, но с ореховым сиропом, и он с улыбкой принимает его. Я рада, что согласилась провести с ним время и не осталась дома одна, чтобы рисовать картину под ситком по телевизору.

Именно так я провела два дня, пока Коннор решал проблемы с учебой и работой, мирился с Дастином и разбирался с документами на работе. Мои подруги часто составляли мне компанию, но только в колледже и очень редко дома. Элси заходила один раз на ужин, а после уезжала на вечернюю смену в ресторан. Йена заходила после пар, чтобы посмотреть на начатую курсовую, и помогала мне обрабатывать ногу, потому что первые два раза я боялась делать это сама. Сейчас блондинка часто остаётся дома с братьями, так как её мама на дежурствах, а отец ищет новых сотрудников для открытия филиала в другом конце города.

— Предлагаю остановиться на карьере, выпить кофе и, если проголодаемся, заехать куда-нибудь перекусить, — предлагает он, поворачиваясь ко мне. Я словно замираю, словно время останавливается. Кажется, я уже упоминала, что у него невероятно красивые и яркие зелёные глаза, но сейчас я готова смотреть в них вечно. Если в мой кофе добавили не ванильный сироп, а что-то покрепче, то это объясняет мои мысли.

— Я согласна, — с улыбкой говорю я, и Коннор отвечает мне такой же улыбкой. Он почти смущенно отводит глаза и сворачивает с дороги на проезд, откуда уже можно увидеть чистое вечернее небо среди деревьев. 

Коннор останавливает машину прямо перед обрывом и выходит наружу. Я следую за ним. Ветер прохладный, но не сильный. Голубая вода под ночным небом становится темно-синей, еще более завораживающей.

Шатен садится на край обрыва, не поворачиваясь ко мне, словно ждет, когда я сама решу сесть рядом. Я ставлю кофе на капот автомобиля и осторожно подхожу к нему. Мы садимся рядом, и моё колено соприкасается с его бедром, но, кажется, это не вызывает ни у него, ни у меня никакого дискомфорта.

Осенний воздух, свежий и немного прохладный, развевает мои волосы и вызывает у меня легкую дрожь. Мне не холодно, но и рубашка Коннора не греет меня. Сейчас мне тепло от спокойствия, от самого момента. Без криков, без лишних слов и выяснений отношений. Тишина и умиротворение.

Почти год я не испытывала такого. Каждый день в моей жизни казался мне одинаковым, ничем не отличающимся от других. И сейчас, глядя на воду, на звездное небо и на деревья, я понимаю, что упустила что-то очень важное и необходимое для себя и своей жизни.

За последний год я потеряла свободу мысли, действий и ощущение лёгкости. Поначалу всё шло так, как я представляла себе в своих мечтах. Я хотела и желала этого примерно год, ещё до выписки из больницы.

Почти в каждом моём сценарии присутствовал Дастин, за которого я так цеплялась и пыталась возвысить его в глазах окружающих и в собственных. Я старалась уделять время себе, своей самореализации, учёбе и отношениям, но всё было в равной степени важно, и в какой-то момент я явно сделала неправильный шаг.

Моё сердце всё ещё принадлежит Дастину и всегда будет принадлежать. Он останется моей любовью, той, что показала мне, как нужно любить.

— Ты ещё не замёрзла? — спрашивает он с лёгкой тревогой, и я, оторвавшись от созерцания, машинально вздрагиваю. — Прости, пожалуйста.

— Со мной всё в порядке, мне не холодно, — отвечаю ему. Он уже сходил за нашим кофе пять минут назад, и теперь пустые стаканчики стояли слева от нас. — А тебе? 

Он был в синей рубашке, без куртки или чего-то тёплого. Я осознала, что, возможно, это была его единственная тёплая вещь, и сейчас она была на мне. Я также осознала, что он не собирался снимать её с меня.

— Холодно, но не страшно, — с улыбкой на лице он начал поправлять свои волосы. — Ты не голодна?

— Ты говорил после того, что произошло с Обри? — почти сразу задаю я вопрос, который меня интересует. Коннор вздыхает. Он достает пачку сигарет, прикуривает и, кладя зажигалку и сигареты в карман своей рубашки на мне, случайно касается моей груди.

— Я не вижу смысла с ней общаться. Я решил, что её больше не будет в моей жизни.

— Ты так легко её отпустил? — Я зарываюсь носом в ворот его рубашки и пытаюсь полностью повернуться к нему. Это получается неловко, и Коннор замечает моё смущение. Он зажимает сигарету между зубами и лёгким, но резким движением кладёт мои ноги на свои бёдра. Теперь я сижу прямо к нему, и наши лица находятся очень близко.

— Я не любил её, — говорит он, выпуская дым. — Это была привязанность, которая с трудом отпускает меня. Но я стараюсь и не поддаюсь своим же оправданиям, говоря, что меня по-прежнему тянет к ней из-за сильного сексуального влечения.

— Ты так уверен, что даже спустя долгое время вновь не станешь зависим от нее? 

— Не думаю о своём будущем так далеко, но могу сказать наверняка: если я смог пережить самые сложные периоды своей зависимости, то больше никогда не вернусь к этому.

Он выбрасывает окурок в противоположную сторону от нас и, словно заявляя на меня права, кладёт свои руки на мои ноги, нежно сжимая их. Я, смутившись, не знаю, куда деть свои руки, и, почти громко выдохнув, кладу их поверх его.

Коннор не смотрит на меня, его взгляд устремлён на наши тела, на наши руки и ноги. Мы впервые находимся так близко друг к другу, и нам обоим комфортно. Нет ни страха, ни стеснения, ни отвращения. Это спокойствие меня радует, но в то же время я чувствую себя предателем, словно мои действия и поступки не так правильны, как хотелось бы.

— Вы помиритесь с Дастином? — интересуется шатен, глядя на меня, и я чувствую, как слова застревают у меня в горле.

— Нам предстоит серьёзный разговор, и я не могу сказать, чем он закончится, — Коннор поворачивает наши руки так, что его ладони согревают мои слегка замёрзшие пальцы.

— Смотря, что ты хочешь. 

— Я не знаю. 

— Я знаю, — его голос звучал властно и уверенно, слишком громко для этого места. Я подняла глаза и снова замерла. Коннор не отрывал от меня взгляда, его руки медленно поднимались вверх, и я ощущала его пальцы на своём плече.

Я сама не заметила, как моё тело наклонилось ближе к парню, и он повторил мой жест. Я почувствовала яркий вкус сигарет на его губах, когда он углубил поцелуй. Его руки обвили мою талию, а я обняла его за плечи и запустила одну руку в его волосы.

Это был наш второй поцелуй. Без страха и немого вопроса: «Ты не против?». Мы словно пытались насладиться друг другом, ощутить и потрогать то, что раньше было недоступно. Я хваталась за его волосы и оттягивала их, когда перекидывала ногу и полностью оказывалась на Конноре.

Подобное поведение было мне не свойственно, но рядом с ним я теряла контроль. Его руки, губы и энергия словно вытягивали из меня силы, но в то же время давали много энергии.

— Коралия, — говорит он, когда я отрываюсь от его губ и прижимаюсь носом к его носу. — Не совершай поступков, о которых потом пожалеешь.

— Я не пожалею, потому что уже сделала то, о чём так желала. 

Коннор нежно касается моего лица, убирает волосы с лица и медленно целует меня в нос. Его нежные прикосновения оставляют на моём теле ощущение тепла и умиротворения.

****

Элси ждала меня в парке недалеко от моего колледжа. Сегодня у неё снова была вечерняя смена в ресторане, и прежде чем отправиться туда, она предложила мне прогуляться. Однако по её тону я поняла, что произошло что-то важное.

Девушка, одетая в серое пальто и укутанная в большой чёрный шарф, сидела, держа в руках два стакана кофе. Один из них был холодным, что говорило о её волнении. Сегодня было холоднее обычного, а дождь только усиливал мороз.

Я надела джинсовую куртку с внутренним мехом и худи Дастина, которое согревало меня, несмотря на своего не самого заботливого хозяина. Поправив рюкзак на плече, я села рядом с девушкой.

— Ты в порядке? — она криво улыбается и протягивает мне мой напиток. 

— Благодарю, — сказала я, сделав глоток кофе и едва не обжёгшись, но удержалась от комментариев. Элси же пила свой напиток большими глотками, и при виде этого моё горло начало гореть. Не удивлюсь, если завтра она заболеет ангиной.

— Ты так и не рассказала, что произошло в вашем любовном треугольнике, — говорит она, заправляя волосы за уши и поворачиваясь ко мне. Усмехаюсь, услышав её остроумное замечание, и делаю ещё один глоток кофе, прежде чем ответить.

— Не было никакого любовного треугольника...

— Но появился, — она перебивает меня, и мы обе смеемся. Она от шутки, а я от нервов. 

— Дастин никогда не отличался терпением, а когда он увидел меня рядом с Коннором, который гладил меня, он просто вышел из себя.

— Значит, он так и не узнал о вашем поцелуе? — Элси, укутавшись в шарф, почти допивает кофе, оставляя в стакане лишь небольшую часть.

— Да, — говорю я, не упоминая, что Дастин не знает о первом и втором поцелуе. — Тогда он поехал к Обри, которая попросила помочь с Коннором. После этого они вдвоём куда-то уехали и провели время вместе.

— Кто? Дастин и Коннор? 

— Обри и Дастин, — шмыгаю носом от холода, и мы встаем с лавки, чтобы пройтись и немного согреться.

— Вот же хитрая задница! — начинает возмущаться, жестикулируя и используя в адрес парня самые крепкие выражения. — Он ревнует тебя даже к стулу, на котором ты сидишь, а сам провёл вечер с девушкой своего лучшего друга. Это просто замечательно!

— С бывшей девушкой своего лучшего друга, — поправляю ее, но не могу сдержать глупой улыбки от ее эмоций и переживаний за меня. 

— Не вижу разницы, Лия. Если после такого ты снова простишь его, то я начну сомневаться в твоей адекватности еще больше. 

— Мы даже не разговаривали с ним. Он взял несколько вещей ещё утром во вторник и больше не возвращался домой.

— Чем ты занималась вчера вечером? Я проезжала мимо твоего дома, но в окнах не было света. Не могу поверить, что ты уже спала в девять часов.

Думаю, мне всё же стоит поделиться с кем-то своими мыслями о Конноре. Принимать решения в одиночку бывает непросто, а иногда полезно услышать чужое мнение. Особенно учитывая, что Элси знает и видела много всего.

— Коннор пригласил меня на прогулку, и я согласилась, — она пила кофе маленькими глотками, с загадочной улыбкой глядя на меня из-под лобья. Во рту у неё была трубочка. — Да, мы снова поцеловались, и он просто отвёз меня домой.

— И это всё? — с разочарованием и легкой грустью в голосе спрашивает девушка. — Вы уже второй раз целуетесь, но между вами ничего не было?

— Я не собираюсь с ним спать, особенно когда я всё ещё официально встречаюсь с Дастином.

— Тебе выдали какой-то сертификат о том, что ты девушка Дастина Менсона? — смеётся шатенка и выбрасывает пустой стаканчик в урну перед своим рестораном. Мы успели дойти до него через парк и пару дворов.

— Элси, перестань, — надев капюшон кофты, я становлюсь перед девушкой. — Даже если мы с Дастином расстанемся, я не хочу встречаться с его другом.

— Потому что Коннор считается лучшим другом Дастина? — кудрявая поднимает бровь, как будто в насмешку надо мной.

— Потому что я хочу пожить сама для себя, а не находиться всю свою жизнь с кем-то. 

Девушка кивает головой, но сложно сказать, в такт моим словам или своим мыслям. Я замечаю, что небо становится темнее из-за надвигающихся туч, и мне хочется быстрее добраться до остановки, чтобы попасть домой и не промокнуть под дождём. Элси начинает нервно перебирать концы шарфа и рассматривать прохожих.

— Дастин заказал столик на двоих сегодня вечером. 

Моё сердце совершило несколько кульбитов, а тело охватила дрожь. Её слова эхом отдались во мне, оставив глубокий след. Я с трудом сглотнула, пытаясь собраться с мыслями, чтобы ответить девушке, но она продолжала говорить.

— Не думаю, что он настолько глуп, чтобы привести новую девушку в ресторан, где я работаю. Но ты должна была знать, — шатенка внимательно посмотрела на меня, затем подошла и нежно обняла. — Не расстраивайся, дорогая. Я всегда на связи и буду писать тебе. Просто я не хочу, чтобы тебя обманывали. Ты заслуживаешь всего самого лучшего в жизни.

Я обнимаю её в ответ и кладу голову ей на плечо. Иногда мы с Элси не понимаем друг друга или проводим вместе не так много времени, но мы обе знаем, что всегда будем рядом, чтобы защитить и поддержать друг друга.

С самого начала нашего знакомства я была уверена, что эта девушка займёт особое место в моей жизни, и что наши пути разойдутся только при самых исключительных обстоятельствах.

— Спасибо тебе, — мы отстраняемся друг от друга. — Я тоже буду на связи. 

Я целую её в щёку, и мы прощаемся. Мелкий дождик начинает капать на мою светлую куртку и капюшон серой кофты, но я не двигаюсь с места. Я лишь отступила на пару шагов от входа в ресторан.

Я понимаю, что мне нужно что-то делать, возможно, первый шаг к примирению. Но каждый раз, когда я хочу позвонить Дастину, меня останавливают лёгкая обида и некоторый страх. Особенно учитывая, что я недавно поцеловалась с Коннором, и даже дважды.

Я не могу определиться, считать ли это изменой. В какой-то степени я предполагала, что такое может произойти. После ссоры с Дастином, которая изменила наши отношения и нас самих, в моей жизни всё изменилось. Мы стали отдаляться друг от друга, но не показывали этого.

Все наши действия стали словно бы по привычке или из чувства долга: прийти домой, поговорить, заняться сексом, уснуть, позавтракать и разъехаться по делам, а затем всё сначала. В какой-то мере мы жили по плану, который сами же и создали. Если задуматься, нам казалось, что так и должно быть, так правильно — быть поддержкой и опорой друг для друга. И иногда мы забывали о своих чувствах.

Когда-то я научилась контролировать, слышать и понимать себя, но оказалось, что всё совсем не так. Я заглушила свои желания и двигалась по пути долга и ярких воспоминаний о моей влюбленности к Дастину ещё тогда, в больнице. С ним я ощущала то самое чувство свободы и нужности, которое было мне так необходимо. И когда я это получила, то стоило остановиться и сделать паузу, которая могла бы указать нам верный путь к дальнейшим взаимоотношениям.

Коннор привлек моё внимание, когда мы впервые случайно встретились возле нашего дома. Его наглое, но в то же время открытое и общительное поведение в сочетании с прямолинейным характером привлекли меня. Постепенно мы начали общаться и встречаться, и с каждой новой встречей он раскрывался передо мной всё больше, и мой интерес к нему рос.

В отношениях с Дастином я получала внимание, заботу и все необходимые мне качества, но я, казалось, не замечала тревожных сигналов, которые могли бы разрушить нашу связь. Например, я не обратила внимания на его неконтролируемую агрессию, которая вылилась в физическое насилие.

Спустя несколько недель я простила его. Но по правде говоря, я просто отпустила ситуацию и попыталась жить дальше, чтобы помогать парню и пройти этот сложный путь вместе. Возможно, Барри был прав, когда сказал, что моя любовь к Дастину — лишь привязанность, но я не могу с этим согласиться. Я люблю его, но моя любовь угасает и остаётся лишь отблеском приятных воспоминаний.

Дома я снова приготовила кофе и решила доесть круассан, который купила по пути домой днём. Аппетит у меня пропал после ссоры с Дастином, а моё вдохновение достигло своего пика. Всё свободное время я посвящала картине, своим мыслям и немного друзьям, которые тоже уделяли мне внимание.

Было удивительно и, несомненно, приятно, что они все поддерживали меня и старались быть рядом. Однако мне не хватало сейчас только одного человека — моего брата Кендалла, который всё ещё не вернулся из Лос-Анджелеса и готовится к свадьбе.

Пару дней назад он звонил мне, интересовался моим самочувствием и дал понять, что ждёт меня на свадьбе ближе к Новому году. Кажется, он также намекнул, что не собирается возвращаться в Вашингтон. Не могу сказать, что сильно порадовалась за него, но так и должно быть. Кендалл много прошёл со мной, перетерпел и дал мне то, чего мне не хватало. Теперь, когда он видит и, самое главное, уверен, что у меня всё хорошо и я могу сама справиться, он начал строить свою жизнь так, как давно хотел и мечтал.

Я не рассказала Кендаллу о нашем незапланированном разъезде с Дастином. Во-первых, я сама ещё не понимаю, что означает его временное жильё у брата. Во-вторых, я не хочу расстраивать Кендалла, который иногда перебарщивает со своим волнением по отношению ко мне. Он тоже немного боится, что я могу вернуться в психиатрическую больницу.

Впервые в жизни я оказалась в полном одиночестве. Вот уже четыре дня я возвращаюсь домой, где никого нет и не ожидается. Удивительно, но вместо того чтобы плакать и истерить, я чувствую облегчение.

Я могу сидеть, рисовать и не переживать, что меня могут упрекнуть в новом образе жизни или сказать, что я слишком долго гуляла. Никто не скажет мне с утра, что я надела слишком обтягивающее платье или короткую юбку.

Мне спокойно, и именно поэтому я не переживаю, не плачу и не впадаю в истерики каждую ночь, хоть мне и тяжело засыпать одной в нашей постели.

Барри говорил мне о привычке. Сейчас, когда мы с Дастином стали отдаляться друг от друга, я начала понимать, что он имел в виду.

Утром, когда я просыпалась раньше Дастина не только для того, чтобы приготовить завтрак, но и потому что мне требовалось больше времени на сборы, я выполняла уже заученные действия: тихо шла в ванну, сушила волосы на первом этаже, готовила завтрак на двоих и ставила на стол две кружки с только что сваренным кофе.

Я знала все его привычки: что он любит, а что терпеть не может. Я умела сделать его счастливым или опечалить в мгновение ока, как и он меня. Мы изучали друг друга, как будто дышали одним воздухом и не замечали никого вокруг.

Любовь — это прекрасно, пока ты не ставишь своего партнёра выше себя и не начинаешь жить его жизнью, забывая о своей.

Сообщение на телефоне звучит тихо, на фоне работающего телевизора, но яркий экран всё равно привлекает моё внимание. Я нехотя тянусь за телефоном, боясь увидеть что-то, что может меня расстроить после новости о том, что Дастин заказал столик на двоих в ресторане.

«Не переживай, дорогая. Он с каким-то парнем»

«С каким парнем?» 

«Не знаю. У него темные и длинные волосы в пучке»

Он был с Коди. Я вздохнула с облегчением, хотя и была уверена, что не стоило беспокоиться. Дастин не из тех, кто ходит на свидания в рестораны. Я слишком хорошо его знаю.

В пятницу я узнал не самую приятную новость. Мне никогда не нравились мероприятия, посвящённые определённым темам, даже Хэллоуин. В течение трёх лет этот праздник был для меня чем-то вроде ежедневного развлечения, но никого это не волновало. Не стоит вспоминать прошлое, иначе не будет настоящего.

Йена уже несколько раз перечитывала запись парня, который устраивает вечеринку в своём доме, облокотившись на подоконник. Наши пары закончились, но Элси просила нас подождать её, чтобы вместе прогуляться и перекусить. Она находилась сегодня в нашем корпусе, и мы ждали её на первом этаже, где собралось почти всё студенческое сообщество.

Погода снова решила подшутить над нами, и было ужасно холодно для дневного времени. Казалось, что деревья на студенческом дворе вот-вот заледенеют, и станет ещё холоднее. Некоторые девушки закутывались в шарфы и были готовы надеть вторые джинсы, чтобы добраться до общежития или своего дома. Мне и моим подругам повезло больше. Лестор заезжал за мной с утра и ясно дал понять, что мне будет очень холодно в леггинсах и худи. Поэтому в тёплом чёрном и длинном пальто я чувствовала себя немного лучше, чем другие. Йена тоже не стала экономить и надела утеплённый комбинезон. А вот Элси не ответила на моё сообщение, и мне было интересно, как она справляется в такую погоду.

— Вечеринка уже завтра, — убирает свой телефон в карман и смотрит на меня. — И что делать с костюмами? 

— Съездить в Walmart и купить три белые простыни? 

— Смешно, а почему просто не купить маску «Крик» и не надеть черную мантию? 

— Отлично! Спасибо за идею. 

Блондинка с явным недовольством закатывает глаза. Я не могу сдержать улыбки, глядя на её реакцию. Мне кажется, что моё предложение — самое разумное. Да, белая простынь, безусловно, испачкается, но какая разница, если в ней уже есть три дырки, и никто из нас не будет использовать её после вечеринки?

— Нужно создать образ, который будет одновременно вызывать и смех, и страх, — спустя некоторое время говорит Йена, садясь на подоконник, а я упираюсь на него спиной.

— Предлагаешь нам не переодеваться? 

— Коралия! — восклицает она в раздражении, а я едва сдерживаю смех, боясь упасть на пол. Мне не хватает энтузиазма для предстоящего праздника и вечеринки. Я многое упустила из виду и теперь не могу понять её радости. — Я сама всё придумаю и днём буду у тебя.

— А я где буду? — с недоумением спросила Элси, поправляя сумку на плече. Возможно, она не заметила моё сообщение или просто проигнорировала его. Даже в помещении, где были закрыты окна и двери, ей было холодно. Это было заметно по её слегка покрасневшему носу и по тому, как она двигалась. Она пыталась что-то сделать со своим свитером, который натягивала на руки. В этой ситуации её спасала обычная джинсовая куртка и стаканчик чая или кофе, который она купила в столовой.

— Со мной, если у тебя нет собственных идей с костюмом. 

— О каком костюме идёт речь? — с этими словами кудрявая девушка подходит к Йене с другой стороны и встаёт почти напротив меня. — Не нужно называть мой пиджак и чёрные джинсы обычным костюмом. Эти вещи были приобретены специально для тематических вечеринок, чтобы произвести впечатление на окружающих.

— Да? И какая тематика у твоих вещей? Преображаешься в любого героя из сериала «Офис»? 

Элси усмехается, а меня опять от смеха тянет вниз. Эта шутка действительно была хороша, но еще лучше выводить Йену на эмоции. 

— Так очевидно? Жаль, я думала, выиграю приз за самый неочевидный и оригинальный костюм. 

Блондинка шумно вздыхает, чтобы успокоиться, и, подняв голову вверх, медленно выдыхает. Мне нравится, когда она начинает злиться из-за наших шуток и отсутствия интереса к тому, что её очень волнует. Но чего она ожидала?

Элси приходит на вечеринки, чтобы получить удовольствие и расслабиться. Ей не важно, как она выглядит. Все, кто знает Элси Аллен, понимают, что она приходит на вечеринки не для того, чтобы знакомиться с парнями и искать отношения. В жизни этой энергичной девушки слишком много других забот, чтобы тратить время на подбор образа и поиски второй половинки. А со мной всё ещё проще. Мне это неинтересно.

— Плевать, — спрыгивает с подоконника. — Я сама всё придумаю и принесу. В пять часов будь дома, Лия, а мы с Элси приедем. 

— Но...- 

— Плевать, — растягивает блондинка, перебив Элси, и направляется на выход из колледжа. — Мы идем кушать или постоим у окна? 

Мы с кудрявой переглядываемся и с улыбкой следуем за ней. Я не знаю, что она задумала на завтрашний день, но субботний вечер обещает быть насыщенным. Главное — сохранять спокойствие и не поддаваться ощущению свободы. Не стоит забывать, что вечеринку проводит парень из баскетбольной команды.

Уже около десяти минут я размышляю над предложением Коннора забрать меня и снова прокатиться по городу. С одной стороны, мне хочется остаться дома, заняться рисованием и посмотреть новый выпуск любимого шоу. С другой стороны, меня манит возможность выпить свежесваренный сладкий кофе и полакомиться вафлями с мороженым.

Надеваю длинный синий свитер и спортивные лосины. Длинные носки уже не кажутся такими неуместными с кедами. Я проверяю, всё ли выключила в доме, и убираю за собой вещи. Волосы выглядят немного грязными, но я не хочу их мыть сейчас. Завтра Йена придёт и сделает это сама, когда будет готовить нас к тематической вечеринке.

«Выходи»

Улыбка непроизвольно появляется на моем лице, сердце начинает биться чуть быстрее, а ладони становятся влажными. Я не могу понять, почему простая СМС от парня вызывает у меня такую реакцию, но пока не готова разобраться в своих чувствах.

Мы просто проводим время вместе, не более того. Мы обычные друзья, которые иногда разделяют свободное время. Сегодня он освободился с работы и, как и я, не имеет планов на вечер. Не вижу ничего плохого в том, чтобы провести это время вместе. Главное — не целоваться. Опять.

Коннор стоял возле машины и курил. Его длинное чёрное пальто, чёрные брюки и почти не скрывающиеся под пальто рукава белой рубашки делали его образ ещё более привлекательным, чем я могла себе представить. Я заметила, что он немного укоротил чёлку и волосы по бокам. Ему это очень шло.

Не думаю, что таким парням, как Коннор, Дастин и Хемфор, что-то может не подходить. Любая девушка обращает внимание на парней, которые не только богаты и следят за своим телом, занимаясь спортом, но и шикарно одеваются. Их властный, контролирующий характер как раз притягивает таких девушек, как я, которые имеют детские травмы и ищут в парнях возможность компенсировать их.

Яркий пример — это я, Дастин и Коннор с Обри. Ненормальные люди часто притягиваются к таким же сумасшедшим.

— Привет, — произносим мы одновременно, улыбаясь и крепко обнимая друг друга. Его рука все еще покоится на моей талии, но я отступаю на шаг, когда Коннор продолжает делать затяжки сигареты. — Как прошёл твой день?

— Всё хорошо. Йена увидела запись вашего парня о предстоящей вечеринке в честь Хэллоуина и загорелась идеей придумать для всех костюмы.

— Я тоже буду в костюме, — поднимаю бровь в знак вопроса и замечаю игривое настроение парня. — «Люди в черном» смотрела? 

— Как оригинально, — замечаю, как мой мозг слегка сигнализирует, когда рука парня по-прежнему удерживает меня за талию. Я делаю шаг назад, чтобы отдалиться от него. Мы просто друзья. — Как прошёл твой день?

— Работа и только, ничего интересного. Ты голодна? 

— Нет, но от кофе и вафель с мороженым не откажусь. 

Улыбаясь, шатен открывает передо мной дверь автомобиля. Коннор обходит машину, садится за руль и резко срывается с места. Мне не стоит беспокоиться о том, что нас могут увидеть. Я хорошо помню, что в пятницу состоится семейный ужин в доме Менсонов, и там я точно никого не встречу. Думаю, у меня также нет шансов увидеть и остальных. Коннор не станет приглашать меня туда, где будут Хемфри со своей девушкой или Коди. 

Мы снова молчим, но на этот раз тишина не давит и не кажется угнетающей. С одной стороны, мне хочется поговорить с ним о его чувствах ко мне, а точнее, о наших двух поцелуях. Я словно стою на распутье: с одной стороны, можно отпустить свои мысли и перестать постоянно искать ответы. С другой стороны, можно всё выяснить сразу и сделать вывод, который приведёт к определённому финалу.

Сейчас нет смысла выяснять отношения с Коннором, когда я ещё не разобралась в своих чувствах к Дастину. Мне нужно многое понять в своей жизни, и мои отношения с Коннором — лишь утренние лучи солнца, которые помогают мне сделать правильный выбор.

Коннор оплатил заказ и вернулся за столик на веранде, где мы решили ненадолго остановиться. На всякий случай мы взяли кофе с собой. Я, как и планировала ещё дома, заказала вафли с шоколадным сиропом и мороженым. А Коннор выбрал лимонный пирог.

Вечерняя погода сегодня просто превосходна. Лёгкий прохладный ветерок приносит с собой свежесть, делая воздух не просто свежим, а по-настоящему приятным. Небо медленно окрашивается в тёмные тона, что свидетельствует о том, что время уже перевалило за девятый час. Однако, несмотря на это, количество людей в заведении и на улице не уменьшается. Многие компании друзей и влюблённые пары прогуливаются по городу, звонко смеясь и увлечённо беседуя. Такая атмосфера умиротворения и спокойствия позволяет каждому найти своё место и насладиться этим прекрасным вечером.

— Сыграем? 

Голос Коннора возвращает меня к реальности, и я начинаю воспринимать окружающий мир по-новому. Когда я наблюдаю за кем-то, мои эмоции становятся более яркими и выразительными, чем у обычных людей.

— Обычно такие игры предлагают на вечеринках или в заученных романтических драмах, — смеясь, я начинаю разрезать вафли. 

— Верно, — смущённо улыбаясь, он делает глоток кофе. — Но я должен узнать о тебе больше, не только из рассказов Дастина.

— Хорошо, — я отложила приборы на тарелку и взяла в руки стаканчик кофе. — Мне девятнадцать лет, я учусь на факультете искусств. Мне нравится рисовать, пить кофе с ванильным сиропом, есть сэндвичи с курицей и сыром и есть брауни. А вот чёрный чай и романтические комедии я не выношу.

— Мне двадцать два года, и я учусь на экономическом факультете. Мне нравится чёрный чай с лимоном, кофе с ореховым сиропом, запечённая картошка с сыром и бургеры. Я готов посвятить свою жизнь сериалам и автомобилям. Однако есть вещи, которые мне совсем не по душе: зелёный чай, варёное мясо, еда с большим количеством специй и назойливые люди.

— К сожалению, мы пришли к выводу, что не можем быть вместе. Наши вкусы в чае слишком отличаются, — с театральной грустью говорю я, кладу руку на сердце и, вздохнув, смеюсь. 

— Ничего страшного, я готов смириться с видом зелёного чая по утрам, — говорит он с самодовольной улыбкой, и я чувствую, как меня охватывает смущение. Его слова открывают мне глаза на то, что я старалась не замечать раньше. Коннор определённо знает, чего хочет. 

Мы быстро завершили трапезу и, оставив недопитый кофе, отправились прогуляться по скверу возле университета, который находится на противоположной стороне улицы.

Сквер оказался небольшим, но весьма привлекательным. Скамейки располагались буквально на каждом шагу, однако найти свободную было непросто. Уличные фонарики излучали тёплый жёлтый свет, который на фоне аккуратно подстриженной травы и деревьев создавал атмосферу романтики, загадочности и уюта. Корпус университета тоже был подсвечен жёлтыми огнями, и вся территория, казалось, была освещена ярче, чем центр города.

— Вы поговорили с Дастином? 

— Нет, — я одергиваю рукава чёрного пальто, не от холода, а от неловкости и внезапно охватившего меня смущения. — С тех пор как он переехал к Лестору, мы не общались. 

— Мы с ним говорили об этом, — он делает паузу, и когда я поднимаю голову, то замечаю его взгляд, направленный на меня. Я снова замираю и перестаю дышать. Его зелёные глаза, словно драгоценные и чистые изумруды, проникают в самую глубину моей души, словно пытаясь исцелить все мои раны. Время вокруг нас словно останавливается, яркие краски и огни становятся размытыми. Я не могу разглядеть ничего, кроме Коннора, стоящего передо мной.

Моё дыхание учащается, когда его руки снова обхватывают меня и притягивают к себе. Я дышу ему прямо в грудь и боюсь поднять голову. Такое ощущение я испытывала только во время депрессии, когда физическое состояние становится идентичным моральному.

— И что же он сказал? — спрашиваю тихо, поднимая голову к нему. Лицо парня не выражает никаких эмоций, и понять, о чём он думает, очень трудно. Кажется, что для него всё это лишь игра, и он просто стремится реализовать свои идеи и достичь желаемого.

— Что теряет голову, даже думая о тебе, — хриплый, тихий голос заставляет меня дрожать, ладони потеют, а сердце замирает от волнения. Я понимаю, что он говорит о себе, и это одновременно и пугает, и радует. Разум отключается, и я полностью погружаюсь в мир эмоций.

Я не осознаю, что делаю, и смотрю только на его лицо, которое по-прежнему остаётся непроницаемым и почти суровым. Я тянусь к нему, и мы замираем, наблюдая друг за другом. Наши губы находятся всего в нескольких миллиметрах друг от друга.

Коннор начинает дышать тяжелее, его руки крепче обнимают меня, притягивая ближе. Его изумрудные глаза блуждают по моему лицу, и каждый раз останавливаются на моих губах, которые так жаждут поцелуя — самого нежного, самого сладкого и желанного.

— Передай ему, что я тоже, — тихо говорю я и отпускаю его. Коннор закрывает глаза, делает три глубоких вдоха, проводит рукой по волосам и, как я уже привыкла, тянется к карману за привычной пачкой сигарет. Я вижу, как он одновременно злится и нервничает. Он бросает на меня взгляд через плечо, и я ловлю его — взгляд, полный злости, желания, игривости и чего-то особенного, что делает его неповторимым. Он ухмыляется и поворачивается ко мне.

— Да плевать, — уверенно говорит он, выбрасывает сигарету в урну и, сделав шаг вперёд, притягивает меня к себе. Обняв одной рукой за талию, а другой — за шею, он целует меня.

От неожиданности я теряю равновесие, но успеваю ухватиться за его плечи и отвечаю на поцелуй. Коннор проявляет настойчивость и нежность одновременно, его рука крепче сжимает мою шею. Непроизвольно я издаю стон прямо ему в губы, и это лишь усиливает его желание, он углубляет поцелуй и прижимает меня к себе.

Это неправильно, бестактно и совершенно не соответствует моим ожиданиям перед гулянкой. Однако эмоции, которые вызывает во мне Коннор, поистине необычны и переносят меня в другую вселенную. Они переворачивают мою душу, очищают её и меняют меня. Все тёмные мысли, воспоминания, раны, слёзы и печаль растворяются, словно в кислоте.