Глава 5

Коралия 

Лестор стоял возле моего пустого холста и молчал. Он пришёл к нам домой несколько минут назад, потому что я не хотела никуда идти, чувствовала себя не очень хорошо после пар и дополнительных занятий по изобразительному искусству. 

— Удивительно, что ты до сих пор не приступила к работе, — наконец-то произносит он и садится на диван, где я уже жду его с двумя кружками горячего чая.

— В моей голове сейчас слишком пусто, чтобы взяться за курсовую, — пожимаю плечами.

Лестор сделал глоток чая и, зашипев от боли, поставил кружку на стол. Он откинулся на спинку дивана, положил руку на подушку и осмотрел гостиную.

Честно говоря, сегодня я вообще не планировала никого видеть. Я даже сказала Дастину, что хочу провести вечер в одиночестве под одеялом с ноутбуком и пачкой начос. Эта апатия одновременно раздражала и радовала меня, но уже третий день я ничего не хочу делать.

Наверное, мне стоит взять себя в руки и вернуться к учёбе. Нужно начать выполнять свои обязанности по дому, а не притворяться, что я всё прибрала и приготовила ужин, когда курьер привез еду.

Это состояние пугало меня, потому что оно напоминало мне моё прошлое. Тогда я точно так же не хотела ничего делать, отгораживалась от общества, сидела в своей комнате, а для близких делала вид, что всё в порядке и это просто временные трудности.

Возможно, сейчас я слишком много думаю об этом, стараюсь не замечать вещей, которые требуют решений и моего участия. Но я так боюсь брать на себя ответственность, что готова закрыться в четырёх стенах на долгое время, пока всё не наладится само собой.

Каждый раз, когда я даю себе обещание перестать заниматься саморазрушением с завтрашнего дня, утром ситуация только ухудшается.

— Ты не думала обратиться к Барри за помощью? — неожиданно интересуется Лестор, и я не могу скрыть своего удивления.

— О чем ты?

— О твоём состоянии, — сказал шатен, проводя рукой по отросшим кудрям, и потянулся за кружкой. — Дастин рассказал мне, что ты стала более замкнутой, погружённой в себя и почти не выходишь из дома.

— Всё хорошо, — говорю я и, чтобы не встречаться с осуждающим взглядом Лестора, делаю глоток чая.

— Лия, я знаю тебя уже много лет. Ты можешь рассказать мне о своих проблемах или просто попросить о помощи, если тебе это необходимо.

Мне не требуется помощь. Со мной всё хорошо, просто после всех произошедших событий я немного растерялась и не знаю, как действовать дальше и что делать.

— Ты упоминал о поездке в Филадельфию, — я намеренно меняю тему, чтобы не акцентировать внимание на своём самочувствии. Я доверяю Лестору больше, чем себе, и знаю, что он всегда готов помочь, если я попрошу. Но не сейчас. 

— Я узнал, что после окончания этого учебного года смогу перевестись в другой университет, если успешно сдам экзамены.

— Разве так можно? 

— Да, когда у меня появляется возможность пройти практику в другом штате, я всегда ей пользуюсь. Не стоит забывать, кем работает мой отец, а теперь и мой брат. Мне не нравится злоупотреблять его связями, но иногда они могут быть очень полезны.

— Почему ты решил переехать? 

— Я пока только размышляю, — шатен трёт руки о свои синие брюки и делает два больших глотка чая. — Это будет замечательная возможность получить опыт и, возможно, найти работу в будущем.

Я утвердительно киваю и крепче сжимаю кружку, пока она ещё горячая. Мысли о том, что Лестор может переехать, вызывают у меня ещё большее расстройство и апатию, от которой я так хочу избавиться. Этот парень занимает особое место в моей жизни, он один из самых близких моих друзей и знакомых. Мысль о том, что наши пути могут разойтись, причиняет мне невыносимую боль.

— Впереди ещё целый год, — он нежно прикасается к моему плечу и слегка сжимает его. — Всё может измениться.

Я пытаюсь улыбнуться ему, но знаю, что он видит, как на моих глазах выступили слезы, а глаза покраснели. Лестор забирает у меня кружку, ставит её на стол и притягивает меня ближе к себе.

— Не плачь, — шатен гладит меня по голове. — Я пока только обдумываю эту идею, поверь мне. Нет стопроцентной уверенности, что я действительно уеду.

— Понимаю, — мои слова звучат приглушённо, и я шмыгаю носом. Мы оба начинаем смеяться. — Извини, в последнее время я стала очень эмоциональной.

— Может быть, обсудим это?

Я вытираю нос рукавом свитера и снова беру в руки кружку с чаем, делаю глоток. Я знаю, что сейчас мой друг скажет мне, что нельзя оставлять такие вещи без внимания и что лучше всего делиться своими проблемами с кем-то. Но если я сама не понимаю, что происходит со мной и почему, то никто не сможет мне помочь.

— Если ты и дальше будешь уклоняться от решения проблемы, то в итоге тебя ждёт печальный конец, — продолжает он. — Мы все вместе пережили многое, видели то, что может сломать психику быстрее, чем у ребёнка после травмы. После всего, что мы пережили, каждый раз, когда мы возвращаемся в своё прошлое состояние, нам необходимо прорабатывать его. Никто не застрахован от того, чтобы снова оказаться в психиатрической больнице, особенно если это происходит повторно.

В тот же вечер, проводив Лестора домой, я написала Барри. Он был очень удивлён, когда я попросила его о встрече в ближайшее время, и с радостью согласился принять меня на следующий день в семь часов вечера. Оставалась только одна проблема: мне нужно было сделать так, чтобы Дастин не узнал о том, что у меня возникли проблемы.

Дастин всегда заканчивал работу в разное время. Он мог прийти домой как в пять часов, так и в девять-восемь вечера. Поэтому мне приходилось думать, как убедить его не подвести меня, когда я нагло совру, что хочу пойти в гости к Йене или Элси.

Мне не хотелось говорить ему, что я чувствую себя потерянной и нуждаюсь в психотерапии. Во-первых, он мог начать винить себя, а это не нужно ни мне, ни ему. Во-вторых, Дастин мог начать слишком опекать меня из страха, что я могу вернуться в психиатрическую больницу. И, наконец, об этом могло узнать всё наше окружение.

Все эти аспекты давили на меня и продолжают давить до сих пор. Я не хочу, чтобы мои друзья и знакомые жалели меня или, наоборот, осуждали. Мои проблемы должны оставаться только со мной и не выходить на всеобщее обозрение, даже для самых близких людей.

У меня было лишь несколько вариантов, как остаться незамеченной и провести вечер вторника в компании Барри, не привлекая внимания. Завтра у братьев снова семейный ужин, и я не знаю, во сколько он закончится. Мне также необходимо быть дома, прежде чем Дастин отправится к родителям. Я могу лишь надеяться, что он задержится на работе и сразу поедет к ним.

Не составит труда не идти с ним, особенно учитывая его нынешнее состояние. Однако есть один момент, который может всё испортить. Я могу не успеть вернуться домой первой, и тогда Дастин снова начнёт придумывать самые мрачные версии о том, где и с кем я могла быть весь вечер.

Я сидела за столом, накрытым для ужина, и ждала брюнета. Его тренировка закончилась примерно полчаса назад, и он должен был вернуться домой в ближайшее время, так как не предупредил меня о своих планах с друзьями.

Я не была уверена, что приготовленная паста сможет полностью изменить ситуацию и Дастин не задаст вопросов о моём состоянии. Однако мне казалось, что он будет рад видеть, что мне становится лучше.

Входная дверь с громким звуком захлопывается, и по дому раздается звон ключей, когда Дастин по привычке бросает их на комод в прихожей. Я глубоко вздыхаю, встаю и натягиваю на лицо улыбку.

— Привет, — говорю я, приближаясь к нему, обнимаю за талию и прижимаюсь. Его запах, смешанный с ароматом пота и сигарет, стал для меня уже таким родным и любимым.

— Лия, — он целует меня в макушку и аккуратно сжимает шею сзади, вплетая свои пальцы в мои волосы. — Тебе уже лучше?

— Да, определенно, — я пытаюсь отстраниться, но его рука всё ещё удерживает меня. — Это обычные переживания, связанные с тем, что я не могу найти вдохновения.

Он с улыбкой отпускает меня и смотрит за спину.

— Ты всегда можешь поделиться со мной своими переживаниями, и я постараюсь помочь тебе решить все твои проблемы.

— Я знаю, — говорю я, нежно обнимая его за руку и поглаживая её. — Просто будь рядом, мне этого достаточно. 

Дастин притягивает меня к себе за талию и целует. Его губы прохладны, а аромат сигарет ощущается на языке. Его сильные руки словно окутывают меня, и я тихо стону от удовольствия, не осознавая, что делаю.

— Откровенно говоря, я очень хочу есть, — произносит брюнет, глядя мне прямо в губы, и я не могу сдержать улыбку.

— Не смею тебя останавливать, — отвечаю я, и Дастин быстро целуя меня в макушку, направился к столу. Я вздохнула и снова начала обдумывать свой план на завтрашний вечер.

****

Я стояла у ворот колледжа, ожидая Лестора. Решение написать ему далось мне нелегко, но я понимала, что другого выхода нет. Мне нужен был человек, который сможет защитить меня от Дастина, если он вернётся домой раньше времени и потеряет самообладание.

Моя совесть твердила мне, что я поступаю неправильно и нечестно по отношению к Дастину. Он всегда делился со мной своими переживаниями, проблемами и вопросами, а я струсила и скрыла от него свою апатию, которая охватила меня в последние две недели и достигла своего пика.

— Привет, — приветствует меня Лестор и открывает дверь в машине. — Йена, — он кивает головой в сторону девушки.

— Привет, Лестор, — она тоже слегка наклоняет голову в его сторону. — Спишемся вечером.

Мы крепко обнялись, и я села на переднее сиденье. Сегодня у Йены смена в ресторане, и я предложила подвезти её, но она отказалась. По её словам, она хочет прогуляться и пообщаться с мамой по телефону.

Лестор сел за руль и завел автомобиль. Я понимала, что дорога до моего дома займёт около десяти минут, если мы будем пропускать все светофоры. Однако мне требовалось больше времени, чтобы собраться с мыслями и набраться решимости.

Этот парень стал мне дорог, и я могу ему довериться. Но рассказать ему о своих проблемах — это первый шаг к тому, чтобы признать, что я погрязла в саморазрушении и запуталась в себе.

— Коралия, — тихо, но уверенно произнёс шатен. — Может быть, мы посидим у вас или заедем выпить кофе?

— Кофе, — тихо произношу я, и краем глаза замечаю, что Лестор лишь молча кивнул в ответ.

Мы оба молчим, но я чувствую, что он догадывается о теме нашего разговора. Однако я его очень удивлю, когда попрошу его о помощи сегодня вечером.

Утром я узнала от Дастина, что в шесть часов у него начнётся совещание по переносу порта в их компании. Он может не успеть заехать домой и сразу поедет к родителям на ужин.

Лестор паркуется у небольшого одноэтажного здания, где они с братом обычно встречаются, чтобы обсудить разные темы. Я оставляю свою сумку и пакет с красками на заднем сидении машины, надеваю рубашку-куртку и выхожу. В любой другой день я бы не стала заходить в это кафе на ланч, потому что мой внешний вид оставлял желать лучшего. Однако в тот момент апатия настолько овладела мной, что я просто иду за Лестором, почти наступая ему на пятки.

Мы садимся на веранде заведения, и к нам подходит официант с меню.

— Лимонад и кофе с ванильным сиропом, — говорит парень. — Ты голодна? — Я отрицательно качаю головой. — На этом пока всё.

Официант принял наш заказ и ушёл, оставив нам одно меню на случай, если мы захотим что-то добавить. Лестор не торопит меня, а терпеливо ждёт, пока я соберусь с мыслями и всё ему расскажу. Я понимаю, что нет смысла тянуть время, он с самого начала знал, что со мной происходит.

— Я записалась на приём к Барри на семь часов вечера, — сообщаю я. Он поднимает глаза и медленно кивает, продолжая крутить в руках салфетку. — Но я ничего не сказала Дастину.

— Почему? 

— Не хочу его расстраивать. Он может начать переживать, винить себя или злиться на сложившуюся ситуацию.

— Думаешь, он не разозлится, когда узнает, что ты соврала ему? — официант ставит перед нами напитки, и Лестор меняет в стакане трубочки, открывает чистую, еще упакованную, и начинает пить свой лимонад. 

— Разозлиться, но когда я поговорю с Барри и буду понимать, откуда у меня такое состояние, то я смогу привести более стоящий аргумент в свое оправдание, чем сейчас. 

— Я так понимаю, мне нужно будет тебе написать, когда Дастин соберется домой? 

— Да, — вздыхаю и отпиваю немного кофе. — Я не знаю, как долго буду находиться у Барри, но мне нужно будет успеть вернуться домой раньше, чем это сделает Дастин.

— Я тебя понял, но имей в виду, когда твое вранье вскроется, то неизвестно, что будет хуже: разозленный Дастин или твое решение после терапии с Барри. 

— О чём ты говоришь? — Я не понимаю его сейчас. Какое решение может быть, когда мне нужна помощь только с моим текущим состоянием?

— Не забудь рассказать Барри, после какого случая ты начала погружаться в себя. 

Я прекрасно осознавала, что он имеет в виду, и к чему ведёт, но, хотя я и отрицала это, в глубине души я понимала его правоту. Я пыталась найти оправдания своему бездействию и напрасному терпению.

****

Барри преобразился. Я не видела его полгода, но могу с уверенностью сказать, что он стал намного красивее. Раньше он коротко стригся и красил волосы в чёрный цвет, а теперь вернулся к своему естественному оттенку и отрастил чёлку, которую аккуратно укладывает назад.

Его фигура стала ещё более рельефной, что сразу заметно. Это свидетельствует о том, что он уделяет время занятиям в тренажёрном зале, чтобы поддерживать свою форму.

— Я рада тебя видеть. 

— И я, Лия, — говорит он, сидя за своим столом и с интересом рассматривая меня. Я никогда раньше не была в его новом персональном кабинете. Мне было известно лишь, что Барри работает врачом в психиатрическом отделении и иногда принимает частных клиентов в этом уютном пространстве за пределами больницы.

Барри достиг значительного прогресса в своей карьере. После всех трудностей, с которыми мы столкнулись год назад, Барри проявил недюжинную силу воли и упорство, чтобы довести дело до конца. Он не только стал главным заведующим врачом, но и инициировал значительные изменения в работе больницы.

— Ты всё ещё один? — с улыбкой спрашиваю я, замечая на его лице смущение, но в то же время какое-то азартное выражение.

— Лия, ты стала такой откровенной, — я усмехаюсь, не отрывая взгляда от его глаз. — Пока я действительно один, но, думаю, сегодня мы будем говорить не обо мне.

— Да, мне нужна твоя помощь. 

— Я внимательно слушаю, — он, как обычно, кладёт руки на стол и скрещивает их у подбородка.

— Я чувствую себя очень подавленной, — вздыхаю, нервно сжимая рукава своей кофты. — В последнее время мне кажется, что я поступаю неправильно в своей жизни, будто всё делаю из чувства долга и ответственности перед кем-то или чем-то.

— Ты сможешь самостоятельно определить момент, когда именно ты начала чувствовать апатию и чувство долга? 

— Полагаю, что да, — отвечаю с лёгкой неуверенностью и замечаю, как Барри пристально смотрит на меня. — Однажды произошёл переломный момент в наших отношениях с Дастином, когда он впервые в порыве гнева применил ко мне физическую силу.

— Какие эмоции ты чувствовала по отношению к себе после этого? 

— Я чувствовала себя виноватой. Мне казалось, что если я позволила ему так со мной поступить, то это неуважение к самой себе. Мне хотелось сбежать, уйти от всего этого, но когда злость утихла, я начала оправдывать его. Однако каждый аргумент, который я находила в своей голове, звучал так, будто я уговариваю саму себя принять и забыть произошедшее. В какой-то степени я должна была знать, что рано или поздно в наших конфликтах может произойти нечто подобное. Но после случившегося всё изменилось.

— Ты была очень удивлена, хотя и ожидала чего-то подобного, — киваю. — Мы всегда готовимся к худшему, но когда это происходит, наш разум не может поверить, что это действительно случилось. За год ваших отношений ты уже успела привыкнуть к характеру Дастина, но когда он совершил более серьёзную ошибку, чем просто повысил на тебя голос или использовал оскорбления, ты поняла, что это ненормально. Ты начала сомневаться в том, что и предыдущие конфликты между вами были чем-то ненормальным.

— Но ведь раньше мы даже не думали, что эти отношения неправильные.

— Потому что вы пережили многое вместе. У тебя была влюблённость и, возможно, даже привязанность к Дастину. Твоя реабилитация после выписки происходила с его участием, и вы прошли этот путь от начала и до сих пор поддерживаете друг друга. Ты знаешь его мысли, привычки, страхи и эмоции. Ты не представляешь свою жизнь без него, без его перепадов настроения и эмоциональных качелей. Это уже не просто привычка, а настоящая зависимость.

— Хочешь сказать, что мне надо расстаться с ним? 

— Я не говорил этого. Сейчас вы оба находитесь на пути изменений. После конфликта каждый из вас осознал необходимость перемен и определил направление для дальнейшего движения. Ты напугана, потому что такие мысли для тебя в новинку. Ты боишься, что предаёшь себя и Дастина после стольких лет совместной жизни. Но это совершенно нормально. Человек имеет право на изменение своих чувств и поиск своего пути до тех пор, пока не обретёт уверенность в себе. Твоя апатия связана лишь с твоими эмоциями и переживаниями, которые ты скрываешь от окружающих. Начни действовать постепенно. Попытайся найти то, что тебе по душе и что кажется правильным.

— Мне кажется, что всё, что я делаю или делала раньше, было лишь очередной ошибкой.

— Что ты считаешь ошибкой? 

— Возможно, свои чувства к Дастину.

— Расскажи подробнее. Что заставляет тебя сомневаться? 

— Порой мне кажется, что наши отношения подошли к своему логическому завершению. Однако, когда я вижу его, моё тело начинает трепетать от желания обнять его и быть рядом. Но как только я провожу время вдали от него, всё меняется.

— Это привязанность, Лия. Твои чувства и тело по-прежнему откликаются на Дастина, и это происходит из-за привычки. За четыре года отношений и совместного проживания с ним у тебя возникла эмоциональная зависимость. Ты делишь с ним все эмоции — злость, страсть, грусть и радость, — которые он может подарить тебе в одно мгновение. Ты можешь принять эту привязанность и использовать её как источник силы и энергии. А можешь оборвать все связи и попытаться забыть его.

— Я не могу понять тебя, — говорю я, чувствуя подступающие слезы, и делаю глоток воды из стакана. — Я люблю Дастина, это бесспорно. Каждый день с ним становится для меня особенным.

— Ты видишь его в своем будущем? 

— Я не знаю. 

— Ты видишь его кем-то большим, чем просто своим парнем? 

— Да, мы многое прошли и многое пережили. Конечно, он больше, чем просто мой парень. 

— Это не любовь, — Барри вздыхает и откидывается на спинку кресла. — Ты чувствуешь что-то вроде благодарности за то, что он был рядом с тобой. Ты ощущаешь его как неотъемлемую часть своей жизни, а любовь — лишь одно из проявлений этого чувства.

— Нет, — отвечаю решительно и уверенно. — Я очень люблю его, но не могу постоянно мириться с его эмоциональными перепадами. Мне становится сложно, а иногда даже невыносимо.

— Если Дастин сможет побороть свою агрессию, ты останешься с ним?

— Да. 

— Ты готова пройти этот тяжелый путь рядом с ним?

Я не могу решиться на какой-то конкретный ответ — «да» или «нет». Мои силы на исходе, и я не в состоянии справляться с постоянными эмоциональными всплесками. Я не могу быть как камень — всегда молчать, или как пламя — кричать без устали.

Дастин — непростой человек, и иногда его бывает сложно понять. Я всегда старалась быть рядом с ним, поддерживать его и быть опорой. Но, к сожалению, даже самым искренним и сильным отношениям иногда приходит конец.

— Вот о чём я и говорю, — Барри снова вздыхает и встаёт. — Я не настаиваю на том, чтобы ты обязательно рассказала всё Дастину, но я настоятельно рекомендую как можно скорее принять правильное решение и сделать шаг вперёд. Не затягивай с этим, пока не стало слишком поздно и не произошёл разрыв в ваших отношениях, который может затронуть всех нас.

Прошло уже два дня с того вечера, когда я была у Барри. Я вернулась домой немного раньше, чем Дастин, и всё прошло более-менее спокойно. Он не заметил ничего необычного, но, возможно, это было связано с тем, что семейный ужин прошёл не так гладко, как хотелось бы.

По словам братьев, их мама немного выпила и решила поговорить сразу со всеми сыновьями. В результате каждый из них был на грани истерики.

Сеанс с Барри помог мне немного прийти в себя и осознать, что я не могу всегда держать свои мысли при себе. Однако оказалось непросто найти человека, который всегда был бы готов выслушать мои истерики, переживания или моменты счастья.

Йена слишком занята учёбой и родными братьями. Элси тоже работает больше, чем спит. А Лестора мне просто жаль. Он терпел наши отношения три года, и стать моим личным психологом вряд ли входило в его планы, особенно учитывая, что он сам ходит на сеансы психотерапии и учится.

Больше в моей жизни нет людей, которые могли бы дать мне совет или помочь в сложных ситуациях. Дастин был таким человеком, но сейчас у него не самый лучший период в жизни.

— Я на грани срыва, — брюнету, лежащему на кровати после душа, явно не по себе. Он наблюдает за моими попытками расчесать волосы, которые я только что высушила. — Завтра мой отец улетает на три дня в Аризону, и я останусь один на два дня. Мне предстоит провести конференции и защитить проект о покупке порта. А через две недели у нас первый матч с командой из другого университета, и мы всё ещё не можем определиться с капитаном. Я так устал.

— Ты можешь взять отпуск после того, как твой отец вернется? 

— Не знаю, — он тяжело вздыхает и поворачивается набок в мою сторону. — Можно попробовать поговорить с ним, но сейчас у нас слишком много проектов и планов, которые требуют немедленного решения.

— Ты слишком много взваливаешь на себя, — говорю я, устраиваясь рядом с ним и нежно перебирая его пальцы. — Тебе необходимо немного отдохнуть и перестать изводить себя на работе.

— Мне приходится много работать, чтобы ты ни в чём не нуждалась, — он берёт мою руку и нежно целует её. — Всё под контролем, Лия. Сейчас Коннор стал более ответственно относиться к своим обязанностям и хочет перейти на заочное обучение, чтобы помогать отцу и участвовать в кампании. Как только я пойму, что рядом со мной есть человек, которому я могу доверять, сразу же уйду в отпуск.

Мне становится немного жаль Дастина. Я понимаю, как много сил он тратит на карьеру, учёбу, тренировки и заботу о своём эмоциональном здоровье. Мне хочется как-то поддержать его и помочь, но все его проблемы связаны с личными аспектами жизни, на которые я не могу повлиять. Поэтому мне остаётся только быть рядом с ним и делать всё возможное, чтобы он чувствовал себя спокойно хотя бы дома.

— К счастью, мама отменила семейный ужин, так как отцу нужно уехать в Аризону. Поэтому завтра вечером мы сможем провести его вдвоём, а в субботу можно будет сходить на вечеринку.

— Да, девочки обсуждали эту вечеринку. Кажется, её организует парень из твоей команды?

— Да, — Дастин проводит рукой по волосам и укрывает меня одеялом. — Он большой любитель шумных выходных. Как ты себя чувствуешь?

— Всё пришло в норму. 

— Точно? Твой холст все еще пуст. 

Я поднимаю глаза на молодого человека и вижу, что он с интересом наблюдает за мной. Да, мой холст всё ещё остаётся пустым, и каждый вечер я стремлюсь приступить к работе, но каждый раз нахожу новые причины, чтобы отложить её.

Постепенно мои мысли приходят в норму, и мир уже не кажется таким мрачным и ужасным, как раньше. Однако моё вдохновение по-прежнему остаётся на нуле.

— Я стараюсь, но пока всё стоит на месте. 

— Тебе точно не нужна моя помощь? — брюнет пододвигается ко мне и обнимает за талию, тянет меня ближе к себе. 

— Ты и так многим мне помогаешь, настала и моя очередь заботиться о тебе, — целую его в нос и обнимаю за шею. 

Вероятно, это правильно. Порой лучше не вмешиваться и узнать ситуацию, чем действовать необдуманно и сожалеть об этом всю жизнь.

****

Дастин наслаждался общением с друзьями в гостиной, пока я искала на кухне что-нибудь безалкогольное. Йена и Элси, которые не стали ограничивать себя, играли в бирпонг, сражаясь в паре против двух ребят из баскетбольной команды. Хотя вечеринка шла всего около двух часов, я уже заметила, как один из участников команды пытается подняться с пола и сделать вид, что это не его вырвало прямо на себя. 

Я была очень удивлена и обрадована, когда увидела Лестора. Он тоже пришёл, и мы попытались обсудить мой сеанс с Барри, но Дастин не сводил с меня глаз, и это было слишком опасно, чтобы говорить на такие темы в присутствии моего парня, который сидел всего в нескольких шагах от нас.

Больше всего за последнюю неделю меня поразил Коннор. Его внешний вид изменился до неузнаваемости. Куда исчезли свободные джинсы, футболка с кепкой и вечная улыбка? Теперь он стал еще более привлекательным.

Вместо джинсов он носит брюки, а яркий свитшот с эмблемой университета заменил однотонной кофтой, которая открывает его татуировки и тело. Как я узнала, уже две недели он не общается с Обри и даже не реагирует на её многочисленные провокации.

— Она написала мне несколько часов назад, — говорит Дастин, когда я подхожу к ним и прошу его открыть мне банку вишневой содовой. — Просила присмотреть за тобой на вечеринке.

— Ты, надеюсь, послал её? — с ухмылкой спрашивает Коннор, бросая на меня взгляд, когда я пытаюсь занять свободное место на диване, стараясь не задеть его колени.

— Нет, я просто ничего не ответил. Не вижу смысла начинать с ней разговор.

— Она и мне писала, — вмешивается Хемфри, убирая телефон в карман джинсов. — Ей трудно смириться с вашим расставанием.

— Это не моя забота. Ей нужно как-то справиться со своей зависимостью от меня. Сейчас ей тяжело, но потом ей станет лучше, и она сможет увидеть жизнь в новом свете.

— Наконец-то ты начал правильно мыслить, — с радостью отвечает Хемфри, поднимая бутылку пива. — Это отличный повод выпить!

Парни соглашаются с ним и делают большие глотки холодного пива. Я оглядываю их и задерживаю взгляд на Конноре. Теперь мне ясно, почему он так себя ведёт и выглядит. Впервые вижу, как расставание так быстро меняет человека к лучшему. Я рада за него и даже немного завидую, что он смог принять верное решение, которое пошло ему на пользу.

Спустя несколько часов, когда алкогольные игры достигли своего пика, вечеринка начала оживляться. Йена, сидя рядом с Лестором, увлечённо обсуждала новый фильм, потягивая водку с содовой. Лестор тоже не отставал, потягивая свой напиток.

Элси танцевала в центре комнаты, привлекая внимание своими облегающими джинсами. Дастин и Хемфри, оба немного выпившие, играли в баскетбол на заднем дворе на спор.

Я и Коннор, проигравший в давнем споре о том, кто отвозит всех домой, оставались самыми трезвыми. Он больше не пил пиво, а перешёл на содовую, как и я. Мы сидели рядом на диване и время от времени смеялись над неуклюжим флиртом Лестора и мимикой Йены, которая умело делала вид, что всё в порядке.

— Не хочешь прогуляться? — не теряет свой шанс Лестор. 

— Только если мы пройдемся на заднем дворе, — соглашается блондинка и залпом выпивает свой коктейль. Пара встает, Лестор делает два глубоких вдоха, трет руки о джинсы и идет вслед за моей подругой, которая начинает неуверенно двигать бедрами в такт музыке.

— Они смешные, — говорит Коннор, и его дыхание обжигает мою щеку. 

— Да, посмотрим, что из этого выйдет. 

— Если оба вспомнят, — смеемся мы. Я ощущаю аромат его одеколона, и моё тело приятно реагирует на него. В этом парфюме сочетаются лёгкие восточные нотки с освежающей отдушкой, что идеально дополняет запах сигарет, который всё ещё держится на его одежде.

— Я хочу пойти покурить и не уверен, стоит ли тебе идти со мной. Однако я точно знаю, что Дастин будет недоволен, если я оставлю тебя одну, — он замолкает и осматривает мои открытые ноги. — Особенно в такой юбке.

— Я нормально одета, но и одна здесь оставаться не хочу, — он кивнул, и мы одновременно поднялись на ноги. Коннор пошёл впереди, и я, опасаясь потеряться среди пьяных людей, схватила его за рукав левой руки. Он тут же приобнял меня и крепко сжал.

Мы вышли из дома и встали у главной двери, где было меньше всего людей. Здесь находились только те, кто пытался дождаться и сесть в такси.

— Никто и не говорил, что ты плохо одета, — закуривает шатен. — Мне нравится. 

Я смущённо улыбнулась и отвела взгляд. Неправда, если я скажу, что мне было безразлично его внимание. Его комплимент вызвал у меня такое приятное ощущение, что я, сама того не осознавая, сделала шаг навстречу парню. 

— Спасибо, — тихо отвечаю я и поднимаю взгляд. Он тоже улыбается, но старается скрыть это за сигаретой. Засовывает руку в карман и опускает голову в мою сторону.

Его зеленые глаза кажутся еще ярче в легком уличном освещении, взъерошенные волосы красиво развеваются на ветру, а легкая щетина притягивает мой взгляд. Коннор выдыхает дым и неуверенно делает шаг ко мне навстречу.

Моё тело начинает дрожать, а глаза округляются, когда я чувствую его руку на своей талии. Наша огромная разница в росте раньше пугала меня, но сейчас это выглядит романтично и мило. Мои губы немного пересохли, и я провожу по ним языком, что не остается незамеченным парнем.

Шатен наклоняется, и я встаю на носочки. Чувствую его дыхание у своего лица, и моё тело покрывается мурашками, а по всему телу разливается непонятное чувство эйфории. Я пытаюсь встать еще выше, но вторая рука парня крепче прижимает меня к себе, и я сглатываю.

— О, вы здесь, — раздался пьяный голос Йены, заставив нас резко отпрянуть друг от друга. — Кажется, Лестор уже напился и, возможно, уснул возле бассейна, а я хочу домой.

Блондинка опирается на входную дверь и прикрывает глаза. Я все еще тяжело дышу и смотрю на Коннора, который осматривает меня с ног до головы и тоже дышит часто. Мое желание поцеловать его все еще переполняет меня, а его изучающий взгляд заставляет мое тело дрожать.

— Садитесь в машину, я отвезу вас, когда найду Элси, — я достаю ключи из кармана юбки и открываю автомобиль. — Ты помнишь, куда идти?

— Обижаешь, — усмехается она и, шатаясь, идёт к машине Дастина. 

Как только девушка садится на заднее сиденье автомобиля и закрывает за собой дверь, я громко выдыхаю. Я ощущаю, как Коннор приближается ко мне, нежно обнимает за плечи и разворачивает к себе.

— Всё в порядке?

Я вглядываюсь в его лицо: он спокоен, даже расслаблен, но его взгляд полон напряжения и внимания, словно он изучает меня. Он окидывает взглядом мои руки и останавливается на моих пересохших губах.

Моё тело начинает реагировать на его прикосновения: дыхание становится чаще, а сердце словно готово выпрыгнуть из груди. Он притягивает меня к себе, и я, чтобы удержаться, крепко обнимаю его за плечи, стараясь не издавать лишних звуков.

— Да, а у тебя? 

Он стоит, нахмурив брови, и молчит. Его руки крепко обхватывают мою талию, и мне становится немного больно, но я не произношу ни слова. Его зелёные глаза манят меня, и я шумно выдыхаю, когда мой нос соприкасается с его подбородком.

Я приподнимаюсь выше, но готова упасть назад, когда его горячие губы касаются моих. Его пальцы прижимают меня к себе, и я обхватываю его шею. Неумело отвечаю на его поцелуи, чувствуя, как он обхватывает мою нижнюю губу зубами, и вздыхаю.

Его рука исследует мою открытую спину, благодаря топику и забытой в доме куртке. Холодные пальцы вызывают у меня мурашки по коже. Как только его язык облизывает мои губы, вкус сигарет ударяет мне в голову, и я отшатываюсь от него.

Мы молчим и тяжело дышим. Мои губы будто опухли, но я хочу продолжения. Коннор стоит прямо передо мной и кажется ещё более высоким, когда расправляет плечи и поправляет волосы. Он оглядывает местность и снова достает сигарету. Я не хочу ничего говорить, мысли исчезли из головы и не возвращаются.

— Нам пора домой, — говорит Хемфри, поддерживая на плече нетрезвого Лестора.

— Моя Луна, — сказал Дастин, выходя из-за его спины в слегка нетрезвом состоянии. Он обнял меня и потянул к себе. — Вот ты где.

Мы всё ещё не отрываем взглядов друг от друга, но от прежнего Коннора, доброго и искреннего, не осталось и следа. Теперь на его лице я не замечаю ничего, кроме безразличия. Он стоит, курит и осматривает меня с неким презрением, словно я стала выглядеть для него иначе. Не знаю, обидело ли это меня, но точно вызывает чувство стыда и неуверенности.

— Ты отвезешь девочек, а меня парни подвезут после того, как я уложу своего пьяного брата в кровать, — голос Дастина звучит весело, даже игриво. Он нежно утыкается носом в мои волосы и глубоко вдыхает их аромат.

— Эту тушу срочно нужно уложить, или я оставлю его у порога этого дома, — ворчит Хемфри и медленно, но уверенно идет к машине Коннора. — Я похож на грузчика? Идем! 

Дастин с улыбкой отстраняется от меня, нежно целует в щёку, накидывает на мои плечи забытую куртку и, не оборачиваясь, следует за своим другом. Я не смею поднять голову, когда вижу перед собой ноги Коннора, аромат его парфюма доносится до моего носа, и я пытаюсь незаметно вдохнуть его глубже.

Я не могу найти оправдания нашему поцелую и не знаю, нуждается ли он в объяснениях. Но чувства, которые он пробудил во мне, заставляют забыть обо всём на свете и раствориться в них.

— Спокойной ночи, Лия, — произнес шатен с легкой грустью в голосе. Он прошел мимо меня, на мгновение осторожно коснувшись моих пальцев.

Я ещё пару минут стою на месте, а затем направляюсь к машине Дастина. Возле неё уже стоит Элси, слегка пританцовывая в такт музыке, звучащей в её голове. На джинсах Элси виднелись несколько пятен, что свидетельствовало о том, что она, возможно, пролила на себя содовую или же танцевала, держа стакан в руке. Её волосы были в полном беспорядке, а на щеках играл лёгкий румянец, говорящий о том, что субботний вечер прошёл не зря.

— Я ничего не видела, — говорит Элси, убирая телефон в карман. Она резко поднимает голову и смотрит на меня, слегка покачиваясь.

— Не понимаю, о чём ты, — обхожу девушку и встаю у машины со стороны водителя. 

— Возможно, я забуду об этом завтра, но такой нонсенс обязательно нужно обсудить.

— Ты и послезавтра не вспомнишь, — усмехаюсь. — Тебя домой? 

— Шути-шути, Лия, — она открывает переднюю дверь автомобиля. — Пока никто не знает, можешь жить спокойно. 

Мы садимся в машину, и я, заведя двигатель, выезжаю на дорогу. Машина парней скрылась из виду несколько минут назад, и я уверена, что они будут сидеть у Лестера, наслаждаясь бутылочкой виски, которую Дастин спрятал от меня.

— По крайней мере, двое точно знают, — говорит Йена сонным голосом, просовывая голову между сиденьями вперёд. На мгновение я отвлекаюсь от дороги и бросаю взгляд на блондинку, которая внимательно осматривает меня и, ухмыляясь, распространяет перегар по всему автомобилю. — А ты времени зря не теряла.

— Не дыши сюда, — говорит Элси и отталкивает Йену назад. Я смеюсь и стараюсь не вмешиваться, чтобы не обсуждать с ними недавние события и не волноваться самой. 

— Мы ещё поговорим об этом, — она громко вздыхает, когда за окном появляется её дом. — Если моя мама сегодня не на дежурстве, то приглашаю вас завтра к себе на лекцию о вреде алкоголя.

— Я прихвачу с собой пиво, — усмехается Элси. — Иди уже, я тоже хочу домой. 

— До встречи, — прощаемся мы с девушкой, и я выезжаю на автостраду, чтобы добраться до района шатенки без светофоров.

Когда я припарковала машину у своего дома, то заметила, что Дастина ещё нет. Я догадывалась, что они, скорее всего, остались у Лестора и проводят время вместе.

Тишина в доме только подтвердила мои предположения. Я прошла в гостиную и села на диван, не включая свет.

В тишине дома мои мысли кричали так громко, что я не смогла сдержать слёз. Они подступили к горлу, немой крик вырвался из меня, и, сама того не осознавая, я начала ненавидеть себя ещё сильнее, чем когда-либо.

Внутренняя боль давила на меня, я хваталась за волосы, за одежду, за себя. Меня будто ударили в живот, я упала на диван, и громкие крики заполнили весь первый этаж.