Глава 6

Эстетика Джона Уильямса

Лия

   Звуки бьющейся посуды, крик отца пронзают уши. Я спускаюсь по ступенькам, тихо, как мышь, боясь, что меня заметят. Гостиная похожа на фильм ужасов: кресла перекинуты вверх ножками, маленький стеклянный столик разлетелся по полу, в углу лежит мамина любимая ваза для цветов. Отец стоит лицом ко мне, но, кажется не видит, его глаза, налитые кровью, ужасающие, вызывающие неприятную дрожь по телу. Руки сжались в кулаки. — Ричард, прошу тебя... — Заткнись! Закрой свой рот! — В сторону мамы полетел первый попавшийся ему под руку предмет. — Любимый, я... я не... — Что, ты не..? Не хотела? Не лги мне, стерва, наставила рога, и думала, я не узнаю?! — Прости меня! Слышишь? Да, я поступила как последняя... — Потаскуха! — Он молниеносно подскочил к маме, и ударил. Кажется, я даже видела отпечаток крови. Неосознанно я вскрикнула, прижимая пальцы к губам. Весь взор отца теперь переместился на меня. Не знаю, сколько прошло времени, когда он взял меня за волосы и я, скуля от боли, шагала по осколкам босыми ногами, оставляя следы крови... Смотря на свою левую ногу, я прошлась по запретным воспоминаниям, к которым обещаю себе каждый раз не возвращаться. До боли зажмурив глаза, я выдохнула, и надела носок. Хватит, не сейчас. Скоро приедет Джон, и мы отправимся в замечательный уикенд, который принесет мне больше пользы, нежели проживание в этом доме. — Лия, — грозный голос отца прозвучал за дверью, — открой дверь. Я поджала губы, и повернула замок, впуская отца. Я давно запираю двери в свою комнату, и это все знали. — Что-то хотел? — Через неделю мы улетаем с Клариссой в Окленд, у нас дело, должно быть, оно затянется недели на две точно. — Хорошо. — Кивнула я, радуясь предоставленной мне свободе. — Не скажу, что нам хочется оставлять тебя, — в его голосе звучал упрек, ну как же, — но придется. Нам некогда возится с тобой там. — Я уже поняла. Спорить с ними – всё равно что биться головой об стену. Даже битье головой будет действеннее, чем беседа с ними. — Ты должна понимать, что наш отъезд не дает тебе права вести разгульный образ жизни. Никаких вечеринок, тусовок с отбросами общества и малознакомых людей в этом доме быть не должно! — Уже чуть громче, презрительно бросил он. — Я тебя поняла, отец. — Я надеюсь на это. Он вышел из комнаты, и я тут же заперлась. Этот мужчина терпеть не может слово «папа», для него «отец» звучит более величественно, он чувствует себя блядским пижоном, и это не может не бесить. Я бы с удовольствием звала их по имени, но это не в компетенции «счастливой семьи». Выйдя из дома, парень подбежал ко мне и забрал сумку с вещами. — Ты гардероб с собой взяла? — Он хмыкнул, закинув вещи на заднее сиденье. — Поверь, если бы я взяла свой гардероб, он бы и в две легковушки не влез. — Буду иметь ввиду. — Он открыл мне дверь, и я села внутрь теплого авто. В салоне как всегда был приятный цитрусовый аромат, и я, вдыхая, взяла ментоловую жвачку. У меня странная страсть на ментол. Я ем жвачки с этим вкусом, затем сразу использую спрей-освежитель для рта, чтобы сильнее ощущать прохладу. — А далеко этот дом? — В трех часах езды без пробок. — Ого, долго. — Ты сегодня ела? — Кофе и эклер. — Лия, ты не ешь эклеры. — С чего ты взял? — Ты сама мне говорила. — Парень покачал головой. Когда это я успела? — Ладно, только кофе. — Открой бардачок, — я сделала то, о чем он просил, — возьми то, что захочешь, и съешь. Дорога неблизкая, а по приезду надо ещё разобраться с продуктами, прежде чем что-то готовить. Вообще-то, я и не особо была против. Ем я мало, даже не так мало, как редко. Многое повлияло на мой образ жизни и ментальное здоровье. — Спасибо. Я взяла самый маленький злаковый батончик, и стала есть маленькими кусочками, тщательнее пережевывая. — Как дела с проектом? — Ну, — я вспомнила наше занятие с Миллером, — неплохо. Знаешь, я должна была сама делать, но одноклассник предложил помощь. — Мне стоит ревновать? — Конечно, нет, — я отмахнулась, — у него есть материалы, которые сделают нашу презентацию сногсшибательной. — Должно быть, он чувствует себя важным, раз его хвалит сама Лия Аддамс. — Я ему не говорю об этом. Скажу после сдачи. Ещё один плюс наших отношений – мы не скрываем друг от друга практически ничего. Не знаю, как у Джона, но у меня совершенно никакой ревности не возникает. — А у тебя на работе? — Я посмотрела на него. — Дела пошли вверх, Коллинз уже на стадии ухода из компании, конечно, есть некоторые трудности, чтобы я смог заменить его, но, — парень улыбнулся, — я всё продумал. — Я уверена, у тебя получится. Он взял меня за руку, и сжал её. Я следила за его профилем. Джон был красив, бесспорно. Каштановые кудрявые волосы, которые парень так часто пытался уложить. Зеленые глаза успокаивали, мне нравилось смотреть в них, изучать, как красиво они выглядели в лучах утреннего солнца. Пухлые, чуть суховатые губы, которые легко поддавались моим поцелуям. Плавные скулы и ровный чуть большой нос. Джон был любителем жизни за городом и цитрусов, только благодаря ему я смогла рассмотреть в природе нечто большее, найти эмоции в оттенках растений. Он работает в компании своего отца, создает дизайны для сайтов. Было немного проблематично устроить туда человека без образования и опыта работы, но этот парень невероятно талантлив. — Ты где витаешь? — Он положил мне руку на колено. — Просто смотрю. Его рука стала подниматься выше, одновременно вырисовывая невидимые узоры. Я тяжело сглотнула, учитывая, как давно его руки не ласкали меня. Джон запустил мне руку под платье, и нежно тронул уже пульсирующую зону, отчего я закусила губу. Мне хотелось попросить его остановить машину, чтобы утолить ужасное желание, которое буквально горит во мне, но я лишь продолжала наслаждаться этими пытками, прекрасно осознавая, что парню тоже нелегко. — Скажи, — его бархатный голос заставил меня распахнуть веки, — ты трогала себя всё это время? — Нет, я ждала тебя. — Тихо произнесла я. И это было правдой, я редко прибегаю к самоудовлетворению, уж больно мне нравится спускать все своё ноющее желание сексом. — Хорошая девочка. Он отодвинул мои трусики, и прошелся средним пальцем по горячим складочкам, оценивая влажность. Довольно улыбнувшись, он заставил меня расставить ноги шире, и вошел средним пальцем внутрь. Мне пришлось задержать дыхание, дабы не дать стонам вырваться. — Готовишь свои нежные стоны для меня? — Да. — Ответ получился скорее, как стон. К среднему пальцу присоединился указательный, и Джон стал активно двигать ими внутри. Я откинула голову, глубоко дыша. Он умело владел ими, отчего я чувствовала, что скоро кончу. — Джон... — Его имя сорвалось вместе со стоном. Мышцы крепко сжались вокруг его пальцев, а моё тело содрогалось в сладких конвульсиях. Он медленно вытащив пальцы, погладил до сих пор истекающую промежность, и, медленно облизал остатки. Только немного отойдя, я заметила, что дыхание парня было таким же учащенным, как и моё. Сквозь тесные брюки было видно его возбуждение. — Что бы ты хотела поесть? — Я... я не голодна сейчас. — Это я знаю, но, нам же надо что-то приготовить на природе? — Ну, предлагаю мясо и овощи. — Отличная идея. — Он посмотрел на меня и улыбнулся. Когда мы приехали, погода совсем разгулялась. Конец марта нас порадовал, было невероятно тепло, порой даже жарко. Я вышла из машины, и осмотрела домик. Он был небольшим, отличался от многих в городе, но безумно уютным. Вокруг него росло множество кустарников, а если отойти дальше, можно заметить теплицу. — Это дом моей бабушки, — уточнил он, — здесь всё по-старому, она не позволяет кому-то наводить порядки, всё сама. Он поставил сумки на порог. — А вон там, — он указал на теплицу, — цветы, мы обязательно зайдем туда, там прекрасный аромат. Я улыбнулась. Внутри дома пахло древесиной, судя по всему, здесь одна спальня, ванная комната и гостиная совмещенная с кухней. Мило. — А твоя бабушка не против? — Почему-то я почувствовала себя неуютно, предположив, чем именно мы будем здесь заниматься. — Нет, она сама предложила. Спальня оказалась довольно большой. Огромных размеров кровать с балдахином стояла посредине комнаты, я немного опешила от столь резкой смены интерьера. По бокам стояли маленькие тумбы теплого оттенка, а на них небольшие светильники. — Что же, кровать прекрасна, но... — Но ты смущаешься на ней... спать? — Мягко сказано. Парень обнял меня за талию, целуя в макушку. — Бабушка уже пять лет спит в гостиной, после смерти дедушки она не может находиться на такой большой кровати одна, так что, — он сел, — смущаться нечего. — Мне жаль... — Всё в порядке, она пережила этот период, но привычка оставаться на диване никуда не делась. — Он притянул меня к себе, заправил волосы за ухо, и нежно поцеловал. Я запустила руку в его густые волосы, немного оттягивая назад, отчего он протяжно застонал. — Лия, я очень хочу тебя, но для начала, давай разберем вещи, и приготовим что-нибудь поесть, иначе я умру от голода дважды. — Ладно, — я мягко улыбнулась, — идем.     Когда все вещи были разобраны, а овощи и мясо приготовлены для дальнейшей готовки, мы прошли на улицу. За домом оказался мангал и беседка, а рядом и качели с навесом. — Я нарежу овощи, это единственное, что у меня получится отлично. — Да ладно тебе, ты просто любишь наблюдать за моей готовкой. — Это в первую очередь. Я не умею готовить. Совершенно. Могу с полной уверенностью сказать, что природа даже не планировала меня наделять малейшими навыками готовки. Мне повезло, что Джон потрясающе готовит, к тому же, он любит это делать. — Слушай, — как-то странно начал парень, — я не хочу давить на тебя, но и не спросить не могу, — он повернулся ко мне, — ты не думала, возможно мне стоит тебя познакомить с родителями? Я промахнулась, и вместо перца порезала палец. Мигом взяв бумажное полотенце, я зажала рану. — Чёрт, детка, тебе больно? — Джон подбежал ко мне. — Нет, всё хорошо, обычная царапина. Ты что-то говорил о родителях? — Эм, не забивай голову, ладно? Поговорим об этом позже. — Хорошо... Я не была против, что мы закончили этот разговор даже толком не начав. Знакомство с родителями очень важный шаг, и... я не готова к такому. Но предложение парня заставило меня немного задуматься над тем, что он может чувствовать. — Итак, дальше я сам, — он забрал нож, — иди на качели. Я сделала так, как он сказал, и взяв в руки телефон, стала листать ленту. Всё такое неинтересное... я почти вышла, но Миллер выставил фото, где он с Анной в кафе. Внутри почему-то зажглась необъяснимая злость, как он может ходить с ней в кафе? Точнее... сначала со мной ест мороженое, а потом её водит по кафешкам! И главное, Анна совершенно безразлично относится к этому! Я много раз подумала, прежде чем написать ему, какой он козел. «Не позволяй эмоциям и чувствам управлять тобой!». Я выдохнула, и заблокировала смартфон. — Будешь сок? — Да, пожалуйста. Парень налил в стакан апельсиновый сок, и сел рядом. Невероятный запах мяса дошел до моего носа, и я почувствовала ужасный голод. Когда я в последний раз ела мясо на природе? — О чем задумалась? — Он приобнял меня, одной рукой зарывшись в волосы, второй гладя по щекам. — Хорошо здесь. Нет машин, лишних звуков, только ты, я и тишина. Джон ничего не ответив, поцеловал меня. Да, он пахнет комфортом.     Поедая горячее мясо, я слушала истории парня. Не смотря на его любовь к спокойствию и тишине, у него всегда находятся интересные истории. — Ну, в итоге лифт застрял, а мне пришлось ещё полчаса провести с ним один на один, выслушивая его теории. — Боже, это так нудно! Почему ты ему об этом не скажешь? — Лия, я не прямолинейный человек, во мне большую роль играет вежливость. — Вот и попроси его «вежливо» заткнуться. — Я поправила парню волосы. — Если я так вежливо попрошу, как ты предлагаешь, то я и года там не проработаю. Я закатила глаза и продолжила есть. Интересно, этот Жигало уже ушел?     Спустя какое-то время, мы решили возвращаться внутрь на улице похолодало, начал моросить неприятный дождь. Уже выпив с Джоном немного прихваченного с собой вина, я расслабилась, и без смущений, что этот дом принадлежит бабушке парня, скинула на ходу одежду. — Мисс Аддамс, вы решили меня соблазнить? — Парень оглядел меня с ног, до головы. — У твоей бабушки душ или ванная? — Ванная. — Отлично. Включив воду, и отрегулировав её так, как мне подходит, я взяла из своей сумки маленький флакон пены для ванны и морскую соль. Я всегда беру с собой такие бутылочки. Сняв белье, и положив его в небольшой пакет, я села в ванную. Да, я давно не грелась в горячей воде, с непривычки, мне показалась она кипятком. — Какая чудная картина. — Возле меня оказался Джон. Полностью обнаженный, не смущаясь своей наготы. В его руках было два бокала вина, которое он подал мне. — Впустишь? — Естественно. — Кокетливо сказала я, прикусив нижнюю губу. Он сел напротив, пристально смотря на меня. Я сделала глоток вина, и вдруг мне пришла идея. Приблизившись к нему, я остановилась в пару сантиметров от его губ. — Ты хочешь поиздеваться надо мной? — Его пьянящее дыхание заводило. — Как я могу? — Наигранно-возмущенно спросила я, целуя его подбородок, щеки, опускаясь к шее. Холодный бокал коснулся его гладкой кожи, он громко выдохнул. Мне пришлось очень постараться, чтобы не наброситься на него с поцелуем. — Лия... — Тише. — То ли приказ, то ли просьба, но он послушал. Я скользила языком по его ключицам, спускаясь вниз, облизала сосок. Руки парня сжали мои плечи. Немного наклонив бокал, тонкая струя вина покатилась по его накаченной и горячей груди. Он издал горловой стон, когда я слизала языком. — Я не чувствовал тебя уже так долго, а ты меня заставляешь сходить с ума? — Его голос был похож скорее на рык. — Нет, милая, — он сжал мои волосы, притягивая к себе, прошептал на ухо, — раз уж я из кожи вон лез, чтобы не трахнуть тебя, как только ты села в мою машину, и позволил кончить первый раз без меня, то сейчас я не буду так благосклонен перед тобой. Я хватала воздух ртом, мне нравились его словечки и то, с какой интонацией он всё это говорил. Джон повернул меня к себе спиной, и заставил встать на колени, глубоко прогнувшись в спине. Одна его рука погладила мою ягодицу, нежную, скользкую из-за пены, а другая уже ласкала горячими пальцами. — Джон, хватит... — Хватит, что? — Хватит мучить меня. Он томно засмеялся. — И это ты говоришь мне? — Он без предупреждения вошел, отчего я громко застонала. — Мне? После того, как ты вертела передо мной своей сексуальной задницей? Он грубо входил в меня, заставляя громко кричать. Толчки были уверенными, сильными, и такими упоительно-прекрасными... я чувствовала свой финиш, и как только член Джона затвердел во мне, отдалась ощущениям и позволила ему держать меня в руках, содрогаясь всем телом.