Глава 7

Лия

Рано утром мы решили взять коврики для йоги, и выйти в лес. Не скажу, что я или Джон любители, но быть в гармонии с природой – это нечто. Солнце приятно грело кожу, прохладный, бодрящий утренний ветер полностью дал взбодриться. Сегодня я снова не спала, даже не смотря на, довольно страстную и измотанную ночь. Мы сделали глубокий вдох и медленный выдох. Открыв глаза, передо мной была невероятная красота. Густые, зеленые деревья склонились на друг друга, мягкая трава с капельками россы была словно ковром, который приятно щекотал ноги. Я улыбнулась, обратив внимание, как красиво выглядели лепестки цветка, где блестели маленькие капельки. — Сегодня будет хороший день. — Джон потянулся к траве, и провел рукой. — Да. Это точно. — Я обещал тебе теплицу. — Вдруг оживился он. — Обещал! — Улыбка озарила моё лицо. Мы зашагали к дому держась за руки. По пути я сделала пару снимков, и не переставая наслаждаться, улыбалась. — Может останемся ещё завтра? — Хотелось бы, но мне нужно сделать уроки, ты же знаешь... — Да... — Парень приобнял меня за плечи, поцеловав. Подойдя к теплице, он пропустил меня внутрь. Там было тепло, и невероятно пахло! Такой сладкий, словно мёд запах. Нет, слаще. По обе стороны росли разнообразных видов растения. — Это любимые цветы моей мамы, — он подошел к сиреневым крокусам, — целиком её инициатива их посадить. — Это ромашки? — Я присмотрелась к цветам очень походивших на ромашки. — Это Астра. — Красивые. — Астра интересный цветок, не смотря на свою простоту, в переводе с греческого «Звездный цветок». — Звездный цветок? Интересно... — Да, древние греки говорят о легенде, будто родился он из звёздной пыли, упавшей на землю. — Он аккуратно прикоснулся к растению. — А вообще, этот цветок – символ любви и изящества. — Откуда ты всё это знаешь? — Я повернулась к нему. — У меня бабушка садовод, а я почти всё свое детство с сестрой провел с ней. — А... точно. — Знаешь, — вдруг посерьёзнел Джон, — прежде чем пригласить тебя, я дал себе время обдумать. Дом моей бабушки – это максимально личное место для меня, ты прекрасно знаешь какой я человек, и, что у меня свои стандарты. — Тогда зачем я здесь? — То, что я привез тебя, означает моё отношение к тебе. К нам. Это прозвучало максимально странно. Я догадывалась, что когда-то это должно произойти, но явно не была готова к этому сейчас. — Молчи, сколько тебе нужно, я не давлю на твои чувства, но я хочу, чтобы ты знала о моих. Всё это, — он развел руками, — не просто так. Я бы с удовольствием помолчала, но не сейчас. Я не могу быть настолько эгоистичной. — Я... мне сложно дать тебе ответ, когда я сама не понимаю ничего. Я не хочу тебе давать ложных надежд или лгать, но и ответить взаимностью сейчас не смогу. — Я ценю твою честность и искренность, Лия, и ты это знаешь. Мне не нужны ответы прямо здесь и сейчас, тебе необходимо осмыслить всё, и я не тороплю. — Спасибо...    Сидя в машине, мы ехали обратно. Разговор был закончен, и каждый из нас сказал то, что хотел. Или как в моём случае то, что смог выдавить. Сейчас мне хотелось с кем-то поговорить, и, написав Мишель, мы договорились встретиться в парке вечером. — Всё в порядке, детка? — Джон сжал мою руку. — Да, просто я слишком расслаблена. — Я натянуто улыбнулась. Мы доехали молча. В полной тишине. Попрощавшись, я зашла домой и обнаружила, что никого нет, это значительно подняло мне настроение. Приняв прохладный, как обычно, душ, я надела первый попавшийся белый свитер и голубые широкие джинсы. Мне дико захотелось написать Миллеру, снова поспорить с ним, просто осознать, что он отвечает мне. Ерунда какая-то! Ей-богу! Сидя на лавке, я вижу, как радостно бежит ко мне Мишель. В её руках было два стаканчика, скорее всего с кофе. — Привет. — Я улыбнулась, обняв её. — Привет, давно ждешь? — Нет, только пришла. — Держи. — Она протянула мне стаканчик, и я пробормотав «спасибо», принялась пить. — Как у тебя дела? — Всё хорошо. Дилан уехал, я подала свои работы на художественный конкурс, не знаю, может что-то получится. — Круто, наконец-то увидят талантливого человека! — Брось, уверена, там есть с чего выбрать. Мишель изучает графический дизайн, часто проходит онлайн-курсы. Ей недавно подарили родители графический планшет, и она была безумно рада. Возможно именно этот подарок подтолкнул её к действиям. — А ты как? Как съездила? — Ну... неплохо, по крайней мере, первый день. — Та-ак, слушаю. — Джон признался мне в любви. — Что? — Девушка расширила глаза. — Ну, как... он не сказал прямо «я тебя люблю», там было немного завуалированно. — Это в вашем стиле, — тихо пробормотала она, — а ты что? — Сказала, что не могу ответить сейчас тем же. Понимаешь, я не могу лгать ему только чтобы он не обиделся! — Малышка, Джон не глупый парень, и он понимает всё. Ты же знаешь, он даст тебе время. — А что, если это время никогда не наступит?! Получается, я просто вожу его за нос. Я опустила голову. Подруга мягко погладила мне по плечу. — Лия, мы обе знаем, что он не будет давить на тебя, для него... скажем так... уже есть приятными чувствами то, что ты честна с ним и открыта. — Он сказал, что ему просто хотелось, чтобы я знала об этом, а уже последнее слово за мной. — Он что-то сказал на последок? — Нет! В том и дело, что после признания, он просто вел себя как обычно. Видимо, неловкость чувствовала только я, потому что мне кажется, он был как рыба в воде! — Да, непростой случай... — Ох, — я потерла виски, — ладно, я пока не хочу зацикливаться на этом, Джон дал мне время, я его приму. — Лия, у жизни свой план действий. — А что с Диланом? Куда он уезжает? — Решила перевести я тему. — Домой, — она просто пожала плечами, — да и мне всё равно. — В смысле? — Я немного опешила. — Просто, видимо я поняла, что это совершенно не тот человек, который мне нужен. — Эм... не понимаю... — То, что он ко мне ничего не чувствует, это я поняла с самого начала, но после секса... у меня будто глаза стали открываться. Он ведь невероятно черствый! — Вечер удался, я услышала прекрасную но... Не договорив, я увидела, как по парку просто шел Миллер под руку с Анной. Он был прекрасен: черные брюки, идеально белая толстовка, и, как обычно, полная уверенность в себе. Этот натюрморт портила только одна клякса по имени Анна. — Видимо, я знаю, откуда ноги растут. — Что?.. — Я посмотрела на Мишель. Она сложила руки на груди, а её лицо было осуждающим. — Я, конечно видела, что вы занимаетесь вместе, да и в столовой неплохой «званый ужин» устроили, но, это же Макс. — Нет! Это не то, о чем ты подумала, мы... просто... А действительно, что «просто»? Мы пару раз увиделись, раз прогулялись, и начали совместный проект. — Лия, так нельзя. — Да ты всё не так поняла, мы делаем совместный проект. — Поэтому ты смотришь на него глазками кота в сапогах, а на Анну как бык на красное, — она посмотрела в их сторону, они сели на лавку, — к слову, она и есть в красном. — Блядский Миллер! Он всё портит! — Значит, я всё же чего-то не знаю? На телефон пришло сообщение, я устало выдохнула, но увидев знакомое имя, постаралась сделать максимально безразличный вид. — «Тебе так идет этот свитер. Я как чувствовал, надел белое.» — Лия, я понимаю, что телефон интереснее меня, но попробуй объяснить свою реакцию. Я облизала пересохшие губы. Он сделал мне комплимент? — Я... сама не знаю. — «Знала бы, ни за что не надела.» — Да уж, может он нравится тебе? — Что-о? — Я нервно захохотала. — Не смеши! — «Я не против, увидеть тебя без свитера, но не стоит шокировать публику ради меня.» Мне стало немного жарко, как только я представила, что раздеваюсь лишь для него. Посмотрев в его сторону, я увидела, что он также, как и я пытается непринужденно поддерживать беседу, однако то, как он дергал ногой, говорило о нервозности. — А что? По-моему, всё видно. Ты слюной не подавись только. — Мишель, я тебе говорю, мы делаем совместный проект, да и плюс он бесит меня после случая с телефоном. — «Увидимся в семь часов, я буду ждать у школы.» Миллер написал, и они встали с лавки, уходя. Его сообщение было скорее приказом, нежели вопросом. Я сжала телефон в руке, сдерживая улыбку.     Я кусала губы, смотря на себя в зеркало. Стоит ли сменить платье на брюки? Или... юбку? Черт! С каких пор я так заморачиваюсь?! Я отбросила вещи, которые держала в руках, но платье не сняла, и направилась к окну. Родители сегодня, как оказалось, допоздна на очередной светской беседе, что мне на руку, но через дверь я всё же не рискнула идти. По дороге я нервничала, и, остановившись недалеко, я подождала пять минут, прежде чем пойти дальше. Пусть думает, что я не спешила! — Дама, вы знали, что у вас отсутствует понятие «приходить вовремя»? Не было бы тебя ещё минут пять, я уехал бы. Миллер говорил без злости, но с явным раздражением. — А ты так ждал меня, что считал каждую минуту? Он закатил глаза. Парень стоял и докуривал сигарету, я не смогла бы простить себе, если бы не посмотрела на это зрелище. До чего же хорош, гад! — Красивое платье. — Не глядя на меня, он сделал последнюю затяжку. — Правда? — Как-то резко вырвалось у меня, но я быстро взяла себя в руки. — То есть, я так-то знаю. — Чудачка. — Он усмехнулся. — Что?! — Ничего, садись. Миллер подошел ко мне, и я застыла от его близости. Запах одеколона вперемешку с табаком вскружили мне голову. По телу прошелся жар. — Садись. — Как-то тяжело повторил он, открывая дверь. — Куда мы едем? — На озеро. — Озеро? Ты что, убивать собрался меня? — Почему же сразу убивать? Сначала изнасиловать, а потом уж, если не понравится... — Чёрт, заткнись! Придурок! Он громко засмеялся, что заставило меня ответить ему таким же смехом. — Если серьезно, то да, мы едем на озеро, но не для того, чтобы убивать или насиловать тебя, просто там сейчас невероятная красота. — Хорошо... В авто играла приятная музыка, но чуть подождав, Миллер добавил: — Но предложение об изнасиловании в силе, если что. — Боже, — он снова захохотал, — ты невыносим... — Что есть, то есть. Однако, ты не очень-то и против. — С чего ты взял? — Ты со мной. Это прозвучало так приятно... на какое-то мгновение мне захотелось, чтобы эта фраза имела несколько другое значение. Неужели Мишель права? — Миллер, ты ничего не подумай, но мне правда интересно. — Слушаю. — Почему ты... точнее, как Анна смотрит на наши встречи? Она знает о них, или нет? Он легонько улыбнулся. Как же чертовски сексуально он выглядел за рулем во мраке! Расслабленно, одна рука лежала на колене, вторая держала руль. — Анна моя девушка, это факт, но мы в свободных отношениях. — Это как? Просто секс? — Не совсем, но и это тоже. Понимаешь, мы знаем друг друга с детства, и у нас скорее дружеские чувства. — Сколько вы вместе? — Два года. Мне нравилась его откровенность, сама же я мало о себе говорю. Гребаное, ненормальное воспитание моих родителей дало свои плоды. «Чувства – самая большая слабость человека. А ты Аддамс, у тебя не должно быть слабостей!». — Всё нормально? — Обеспокоенно спросил Миллер. — Да, всё прекрасно. Спасибо, что рассказал. — А твой парень? — Он повернулся ко мне. — Знает о наших встречах? — И да, и нет. — Это как? — Джон знает о тебе, знает, что мы делаем совместный проект и знает, что мы пообедали в столовой, но о других встречах – нет. Кажется, его это напрягло. Это неудивительно, ведь Анна знает обо всем, а я скрываю. Должно быть, со стороны я выгляжу ужасно. — Что же, правильно. Это добавляет огня. — Дурак... — Я весело хмыкнула. Мы ехали молча, но эта тишина в сопровождении музыки была атмосферной. Мы подъехали к озеру, но парень выходить из авто не стал. — И?.. — Выходи, я сейчас. — Это порядком напрягает. — Лия, я не сделаю тебе ничего плохого. — Он закатил глаза. — Уж надеюсь. Я вышла из машины, и облокотилась об капот. Ночью холодало, и я обняла себя руками. Небо постепенно укрывалось звёздным покрывалом, шум волн расслаблял. Банально ли это? Да. Но, стоит ли это того? Однозначно! — Платье мне нравится, но ты подобрала неудачный наряд для ночи. — Тихо произнес парень, накидывая на меня небольшой плед. — У тебя всегда плед с собой? — Нет, — он просто ответил, — взял первый раз, зная, что ты можешь замерзнуть. — О-у, — немного смутившись, я отвернулась, — это мило. Я старалась скрыть свою улыбку, прикусив внутреннюю сторону щеки, но, кажется, это не сработало. — Итак, у меня есть пакет с бургерами и картошкой, две колы, и три скачанных фильма. За вредную пищу меня наверняка убьет тренер, но я готов рискнуть. — Я... — меня напряг тот факт, что он принес мне еду, ведь, я отвыкла есть так много, особенно на ночь, но не могу не согласиться, что мне приято, — я с удовольствием приму картошку и фильм. — Комедия, боевик, ужасы? Драму ненавижу, уж прости. — Ужасы. — Я пожала плечами. Парень вопросительно посмотрел на меня, кажется, в его глазах блеснула насмешка. Он не верит мне? — Что? Я люблю фильмы ужасов. — Присуще тебе? — Ой, иди ты, — я толкнула его в бок, — почему тебя так удивляет? — Ты не похожа на ту, которая смотрит фильмы ужасов, хотя признаюсь, иногда твоё поведение говорит об обратном. — И что же, по-твоему, мне подходит? — Драма, романтика. — Издеваешься? Я терпеть не могу драму и романтику. — А ужасы, значит, можешь? — Жизнь самый страшный фильм ужасов, Миллер, так что, вряд ли меня можно удивить. Парень посмотрел на меня оценивающе, я почувствовала себя неловко. Миллер словно знал, как на меня влияет его взгляд, поэтому пользовался этим в свое наслаждение. — Посмотри, — он вскинул голову, — невероятная красота. — Ты знаешь названия звёзд? — Понятия не имею, — он просто пожал плечами, — мне неинтересны созвездия. — И что же тебе интересно? — Лакросс. — И всё? Разве у одного из самых умных парней в школе только одно увлечение? Он поджал губы, казалось, ему было неловко. Я встала перед ним, и заметила, что парень буквально смущается. — Что? Колись! — Нет, не важно, давай смотреть фильм? Он двинулся к двери своего авто, но я успела схватить его за руку, не позволяя уйти. Ладонь горячая, обжигающая, я прикусила нижнюю губу. Никогда в жизни я не испытывала такого удовольствия лишь от одного прикосновения руки. Миллер медленно повернулся ко мне, он был на целую голову выше меня, и провел пальцами по моей щеке. Я приоткрыла неосознанно губы, он был так близко... его невероятный аромат дурманил. Он тяжело выдохнул, и его скулы напряглись. Этот момент был настолько интимным, что я едва держалась на ногах, боясь, что могу упасть, если он ещё раз обожжет дыханием моё лицо. — Ты надела платье ради меня? — Голос был низкий, хриплый. — Возможно. Мне было тяжело сказать правду, что я стояла как дура перед зеркалом, и искала подходящий наряд. Губы пересохли, и я провела по ним языком. Миллер издал едва слышный рык. Его большой палец нежно прошелся по моей губе, я прикрыла глаза от удовольствия. — Хочу услышать четкий ответ. — Он надавил на нижнюю губу. — Да. Что он делает со мной? Почему я поддаюсь его рукам, словам? С каких пор, я стала такой уязвимой перед человеком? — Я хочу поцеловать тебя. — Он сказал это четко, без смущения и сомнения. Я немного опешила, смотря на него затуманенными глазами. Я хочу ощутить его губы! До безумия! Но я не могу... — Ты что-то говорил о фильме?    Мы откинули спинки, парень поставил ноутбук, и включил фильм ужасов. Я всё же откинула все сомнения по поводу еды, и насладилась этим вкусом. Напряженная обстановка развеялась между нами, как только мы сели в авто. Мне было комфортно с Миллером, будто мы знаем друг друга давно. — Нет, всё же я думаю, что убегать на чердак в такой ситуации – тупость. — Парень сделал глоток колы. — А убегать из дома лучше? Оно гнаться будет до последнего, ты просто устанешь. — А внутри ты будто будешь как в шоколаде? — Он вскинул брови. — Ну-у, кто знает. — Я пожала плечами. Он снова вернулся к просмотру фильма. Его сильная ладонь легла на бедро, я незаметно посмотрела на его позу, и мне показалось, что кола недостаточно холодная. Выразительные вены выглядели так... — Джинсы от *Levi's. — Что? — Ты смотришь на мои джинсы, если тебе они приглянулись, это их бренд. — И вовсе я не на джинсы смотрела. — Я закатила глаза, заливаясь краской. — Да? — Да! Парень чуть подумав, приподнялся на руках, и навис сверху. Я затаила дыхание от столь неожиданной смены обстановки. — А на что? — На руки. — Вырвалось с меня, но я тут же пожалела, так как его губы растянулись в ухмылке. — Тебе нравится мужские руки? — Я промолчала, но, для парня это было ответом. Миллер поднял левую руку, проведя ею по моей щеке, едва касаясь, опустился к шее, немного сжимая её. Это окончательно сорвало мне голову, и я издала тихий стон. Он провел дорожку от шеи, до моего бедра, избегая запретных границ. Его глаза внимательно изучали мою реакцию. — Поцелуй меня в шею. — Не выдержала я. Он послушно принялся отставлять нежные поцелуи, задерживаясь на пульсирующей вене. Легонько прикусил зубами, и посмотрел на меня. — Садись на меня. — Приказал он, и откатился на свою сторону. Оказавшись сверху него, парень не стал настойчиво лезть к моим губам, но его легкие в то же время горячие поцелуи отпечатывались на моих щеках, подбородке и шее. Я издала стон, впиваясь в его плечи ногтями. Он сжал мои ягодицы, и направил к своему внушающему бугорку через брюки. Я поняла, что он собрался делать. — Я, не делала так никогда. — Призналась я. Да, я никогда не занималась петтингом. — Я постараюсь сделать так, чтобы тебе было максимально приятно. Миллер переложил меня под себя, и удобно расположился между моих ног. Влажным языком он прошелся по моей шее, одной рукой мягко сжимая грудь через одежду, вторая сжимала меня в объятиях. — Разложись удобнее для себя. Я кивнула, и сделала так, как он сказал. Парень прикоснулся ко мне головкой члена, и весь воздух резко пропал. Я посмотрела на него, он был возбужден. До предела. Миллер стал медленно двигаться вперед и назад, надавливая так, как нужно и где нужно. Стон вырвался из моей груди. — Трись об меня. — Он прошептал мне на ухо, и я прижавшись к нему, стала повторять действия. Это было всё так ново для меня. Невероятное ощущение, когда хочешь человека, и единственная преграда между вами – это одежда. Он умело двигается, сжимая меня в объятиях, его дыхание тяжелое, горячее. Я начинаю ускоряться, чувствуя быстрое приближение оргазма. — Скажи мне, я хочу слышать твой пик. Я стала стонать чуть громче, отдаваясь полностью. — Давай, малышка, не останавливайся... Он был напряжен, капля пота спускалась по его лбу, он сделал один толчок бедрами, второй, и я начала взрываться. — Я... Макс... — Чёрт! — Он зарычал, сдавливая меня сильнее, шепча мне на ухо, но я не могла разобрать. Я чувствовала, как он устало прижался ко мне, что означает его конец. Это был слишком горячий момент, сопровождающийся песней Welshly Arms – Legendary.

Примечание:

*Levi's – американская компания, которая специализируется на шитье джинсовой одежды.