part 3

Сегодня день, когда мою сестру и главную героиню, Розе, похитяТ. Я продумала все до мелочей.

Если я устрою сцену, если меня опять окатят ненавистью, если вновь попаду в ловушку, — упущу тысячу возможностей.

Сейчас я занималась работой по дому, которую доделать мне было не суждено.

Не отличаясь трудолюбием, я побездельничала в комнате для гостей, а затем выскользнула в коридор и неожиданно услышала позади себя гнусавый голос.

— Эй, протри все оконные рамы в особняке.

Внезапно осмелевшая Вера швырнула в мою сторону тряпку и попала прямо по лицу. С лишенным эмоций голосом я в очередной раз предупредила ее:

— Разве я не говорила, что убью тебя?

— Прежде чем ты это сделаешь, тебя запрут в хлеву, а потом ты замерзнешь до смерти.

«Вот сволочь! Я отомщу, обещаю тебе».

Стиснув зубы, я подобрала с пола тряпку. Она скверно пахла, так что я подцепила ветошь указательным пальцем и притворилась,

что тщательно ее очищаю, одновременно незаметно приближаясь к комнате Розе.

Как только я толкнула дверь в ее покои и вошла, первое, что бросилось мне в глаза, была большая медвежья шкура на полу.

Медвежья голова размером с большую кастрюлю смотрела прямо на меня. Когда наши глаза встретились, мне стало не по себе. Медведь был размером с небольшой дом, и говорили, что адмирал лично завалил его из своего охотничьего ружья.

Убранство комнаты составляли огромная кровать, на которой красовались богато украшенные гобелены, искусно сотканные из разноцветных шелковых и шерстяных нитей, а так же мебель, изготовленная из дорогого необработанного дерева и отделанная слоновой костью и золотом. То была комната благородной принцессы. Серьезно, мне даже стало любопытно, называют ли ее окружающие «адмиральской принцессой».

— Дженни, это ты здесь? — улыбнулась расположившаяся в кресле возле камина Розе, уютно кутаясь в шерстяной плед.

Как и положено слабой героине, которая легко простужается, на ней была стеганая пижама и кашемировая шаль.

— Да, я пришла вымыть оконные рамы.

У нее были такие же ослепительные платиновые волосы и живые желто зеленые глаза, как и у ее матери. Губы Розэ напоминали лепестки цветущей вишни, а щеки были румяными и очаровательными.

Хотя благодаря ее прекрасной внешности предложения руки и сердца и лились нескончаемым потоком, адмирал отклонял их все, а она не собиралась выходить замуж, пока его не устроят претенденты на роль жениха.

«В какое же необыкновенное место он намерен отослать ее?»

Подумав, что Розе из романа представляла собой не такую уж плохую персону, я решила аккуратно перейти к делу.

Ведь главные героини нужны для того, чтобы послужить читателю примером, поэтому она должна обладать соответствующими моральными и нравственными принципами.

— Сестра.

— Да?

— Не возьметь ли ты меня сегодня на светский прием? Я никогда раньше не бывала на них.

Я с жалким и жалостливым выражением лица рассматривала причудливые модные туфли, которые она носила. Некоторое время между нами царило молчание.

«Она же наверняка хорошая девочка, раз росла в семье, где к ней относились как к принцессе, верно?»

Словно опровергая созданный мной стереотипный образ «хорошей девочки», Розе нарушила тишину:

— Дженни, ты действительно собираешься пойти на вечеринку? — ее губы странно искривились и она звонко рассмеялась.

— Ты возьмешь меня с собой?

— Не думаю, ведь это очень значимое место, где собираются представители высшего сословия. Мне очень жаль. Папа будет в бешенстве, если узнает. К тому же ты не можешь выйти на улицу, верно? Другие будут волноваться за тебя. Ты ведь знаешь это, да?

«Что значит "знаю"?»

Ее уста говорили «мне жаль», но выражение лица выдавало явную издевку. Я поняла, что она за человек. Тот, кто лишь внешне выглядит добрым, но не совершает благих дел, если на них некому смотреть.

Другими словами, она лицемерка.

И ей было совершенно безразлично, как обращаются с ее сестрой.

— Ох, тогда можно попробовать сделать так, — невинно улыбнулась Розе, хлопнув в ладоши, будто внезапно вспомнив о чем-то, — как насчет того, чтобы ты отправилась туда в качестве моей служанки, сохранив это в тайне от отца. Тогда, думаю, мы могли бы поехать вместе. Что скажешь? Если ты не против, что я буду называть тебя своей служанкой, то можешь отправиться со мной. Все равно ведь никто не знает твоего лица, верно?

«И это единственное, что ты можешь сделать? Какой же у тебя дурной нрав, раз ты пытаешься сделать меня своей служанкой вместо того, чтобы называть сестрой».

Тем не менее, это был единственный способ поехать вместе с ней, поэтому я просто кивнула, тщательно скрывая отвращение:

— Конечно, сестра. Спасибо тебе большое.

Я изобразила фальшивую улыбку и отвернулась, делая вид, что оттираю оконную раму. На обратном пути одна из служанок нахально окликнула меня и отчитала:

— Эй! Ты разве протерла здесь? Пыль все еще на месте.

— Тогда займись этим сама, — грубо ответила я и погрузилась в размышления.

Теперь мою голову занимал лишь одна мысль: как бы все вышло так, чтобы похитили именно меня, а не Розе.

Время шло, и когда сгустились сумерки, в доме поднялась суета. Слуги хлопотали вокруг собравшейся на вечер принцессы, с особой тщательностью наряжали ее, таская туда сюда всевозможные платья, туфли и прочие безделушки.

Словно придавая большое значение моей новой должности, они выдали мне приличную одежду и позволили переодеться в самый простой наряд. На мне было надето скромное, но добротно скроенное аккуратное платье, а волосы тщательно расчесаны и уложены.

Поскольку у меня не было никакой косметики, я пробралась в комнату Веры и стянула, по-видимому, самостоятельно изготовленный бальзам для губ, после чего нанесла его исключительно на губы. Наносить на лицо кучу косметики, содержащей в своем составе свинец и ртуть, я, конечно, не собиралась. В отражении зеркала на меня смотрела черно-белая женщина. Бледное лицо, черные как смоль короткие волосы и даже потухшие глаза выглядели морозно колкими и совершенно не красивыми. На тощем теле были видны следы недавнего обморожения. Все это имело вид жалкий и удручающий.

Словно выцветшая оболочка, которая осталась после того, как Розе отобрала у нее все: и ласку, и красоту, и краски.

Последовав за Розе на улицу, я увидела черную машину и пятерых солдат в форме Белфорда с внешней стороны особняка, недалеко от портика*.

Поскольку Розе была дочерью военно-морского адмирала, казалось, что они прибыли не только для сопровождения до места вечеринки, но и для того, чтобы охранять ее и на самой встрече. Розе, поспешно поправив свои платиновые волосы, чуть пожевала губами, словно репетировала улыбку. После чего она расправила плечи и, приблизившись элегантными шагами, поприветствовала высокого черноволосого офицера:

— Очень приятно знать, что полковник Сок Джин будет охранять нас. Большое вам спасибо.

Я тоже подошла к нему, размышляя, стоит ли и мне поприветствовать его хотя бы из вежливости.

— Спасибо...

Внезапно я кое-что осознала. Что? Полковник Ким Сок Джин?

Мои губы мгновенно сомкнулись, как только я попыталась выразить свою благодарность.

Это был  Ким Сок Джин  выходец из герцогской семьи, главное действующее лицо оригинальной истории и подполковник, возглавивший миссию по спасению Розе.

Думаю, вряд ли нужно говорить, что он стал бы меня защищать.

Поспешно закончив свое приветствие, я уже хотела было отойти в сторону, как вдруг он окликнул меня. А затем, подойдя ближе бодрой походкой, спросил:

— Как вас зовут?

Несмотря на внешнюю чопорность, тон его был весьма дружелюбным. Я слегка приподняла подол платья и склонила голову. Он повторил мои движения и тоже поклонился.

— А, она моя служанка...

Быстро вмешалась Розе, пытаясь выставить меня своей горничной, однако это оказалось ужасной идеей. Лукаво улыбаясь, я отчетливо произнесла:

— Меня зовут Пак Дженни.

Как только он услышал мое имя, брови полковника Сок Джина слегка изогнулись, но мужчина быстро вернул себе контроль над эмоциями. Он внимательно посмотрел на мои волосы, которые были такого же черного цвета, как и его собственные.

— Слышал, что в семье Пак есть еще одна дочь, так значит это вы.

При этом СокДжин смотрел ласково, будто на ребенка. Розе нахмурилась и оглянулась на меня. Я не собиралась раскрывать ему тот факт, что дома со мной жестоко обращались, ведь в оригинальной истории он следовал за Розе, поэтому пересказала ему то, что люди уже знали.

— Да. Я была вынуждена оставаться дома из-за болезни. Поэтому едва ли вы могли знать меня. Теперь же мне гораздо лучше.

— Рад слышать. Я подполковник Ким Сок Джин.

— Да, подполковник. Рада знакомству.

— Черные волосы — редкость в Белфорде. Очень любопытно.

Несмотря на то, что его лицо выглядело довольно жестким, при ближайшем рассмотрении оказалось, что губы подполковника тронула улыбка.

Из-за того, что он был намного выше ростом, от постоянного стояния с высоко поднятой головой у меня заболела шея. Его голубые глаза были похожи на океан в солнечный день.

Он обладал высоким носом, острой линией челюсти, выразительными чертами лица и крепким телосложением, что отлично сочеталось с военной формой.

Одним словом, он был великолепен.

— У вас есть спутник?

Он спросил, был ли у меня партнер для вечеринки. Подполковник говорил низким голосом, но слова звучали спокойно и мягко. Зеленые глаза Розе округлились, и она замерла подобно каменной статуе. Мои же неясного цвета глаза в панике моргнули. Потому что этот вопрос был адресован мне.

— Нет, это не так.

— Если у вас его нет, тогда я возьму на себя роль вашего спутника.

— Моего? Моя сестра гораздо красивее меня. Почему...

— Я заинтересован именно в вас, — настоял он, а затем предложил мне свою руку, как бы спрашивая согласия.

Я чувствовала на себе напряженный взгляд Розе.

Она была тайно влюблена в него еще со времен учебы в элитной частной школе.

Почему мужчина, который должен был стать партнером Розе, проявляет ко мне интерес?

Сотрудничество с ним могло уменьшить вероятность того, что меня похитят, а это не очень хорошо. Пока он ждал моего ответа, в его глазах промелькнула тень сочувствия.

Он поочередно посмотрел на меня и Розе и сдержанно вздохнул. Для меня было пока еще слишком рано судить о противоположном поле.

В оригинале этот человек был показан героем, человеком справедливым, честным и неспособным равнодушно относиться к обездоленным и бедным.

В настоящее время выражение моего лица было схоже с видом умирающего от голода жителя обедневшей страны, поэтому, в отличие от моей сестры, он, вероятно, проникся ко мне жалостью, учитывая, что я выглядела подобно ослице в штатском платье.

И все-таки, желая подразнить Розе, я охотно согласилась на предложение подполковника. Пусть сейчас мы и пойдем под руку, я все равно могла спокойно скинуть на него Розе и отправиться дальше самостоятельно.

— Да, это будет честью для меня.

Розе, в великолепном платье и птирокополой шляпе, первая села в машину, за ней последовала и я.

Впервые с тех пор, как овладела телом Дженни, я, в сопровождении своих спутников, выехала на оживленную дорогу, где то и дело мелькали запряженные лошадьми экипажи, которые можно было увидеть только в музеях.

Тут же мелькали и проносящиеся мимо автомобили.

Промышленные предприятия изрыгали черную копоть и клубы едкого дыма, мимо тгрохотали железные дороги. Какой сейчас век? Казалось, что это конец девятнадцатого или начало двадцатого столетия, но сам мир был совершенно незнакомым.

В небе я заметила биплан, рассекавитий воздуптное пространство как в старых военных фильмах. Все верно. Мы были на войне.

— Ты впервые на улице? — со смешком поинтересовалась Розе, словно ей показалось забавным видеть мое лицо, прильнувшее к автомобильному окну.

— Для меня... прошло уже очень много времени с тех пор, как я выбиралась из дома.

— Ты же не собираешься в самом деле стать его спутницей? Он же просто не может пройти мимо, когда видит бедного человека.

— Разве я бедный человек?

— Это ведь ты сказала ему, что слаба здоровьем, — ответила  с наигранно застенчивым лицом.

Я медленно кивнула:

— И все же я буду его спутницей. Я ведь уже дала согласие.

Глаза Розе свирепо сузились от моего спокойного тона. Как же это бодрит. В действительности он меня совершенно не интересовал, так что когда меня здесь уже не будет, они вдвоем смогут вдоволь насладиться блюдами на вечеринке и жить долго и счастливо.

Ведь сегодня меня похитят, ия смогу наконец сбежать отсюда. Финал их истории — это мое исчезновение. Розе которая до этого сидела тихо, повернулась ко мне и медленно открыла рот:

— Почему ты изменила свою манеру говорить...

^Скрип!^

Въехав на темную обочину дороги с бесконечной чередой деревьев, машина с гулким скрежетом шин резко остановилась.

— Что происходит?

Водитель хранил молчание и, не обращая внимания на слова Розе, смотрел только вперед.

Именно в этот момент в странно повисшей тишине зародилась тревога.

Снаружи раздался одиночный выстрел.

И словно этот звук был спусковым крючком, вокруг сразу же поднялся оглушительный гром перестрелки.

Розе вскрикнула и пригнула голову. Однако ко мне все еще не вернулось чувство реальности, поэтому я бесстрашно смотрела в окно машины. Все, о чем мне удавалось думать, — это о необходимости поскорее вырваться из этого ужасного положения, ибо именно это и было моей главной целью в жизни.

Если бы они пришли за мной, то эта смертоносная стрельба звучала бы для меня приветственным салютом. Пока я пыталась обуздать свой беспокойный ум, дверца пассажирского сиденья рядом с водительским местом внезапно распахнулась, и внутрь забрался стройный мужчина в темно-синем пальто. Он посмотрел на перепуганную Розе и хранящую молчание меня.

— Хм, вас двое.

Голос мужчины, несмотря на развернувшуюся снаружи смертоносную перестрелку, был мягким и спокойным. Автомобиль внезапно сорвался с места и понесся куда-то, как сумасшедитий.

— Да, сэр. Они обе дочери адмирала Пака.

Ответ водителя, который, судя по всему, оказался ипионом, вселил в меня уверенность в правильности моих догадок. Это было похищение.

— Кто старшая? — коротко спросил мужчина на пассажирском сиденье.

Быстро сообразив, Розе подняла голову и ответила:

— Вы имеете в виду Розе?

При этом она как ни в чем не бывало указала прямо на меня. Выглядела Розе в тот момент как настоятцая злодейка.

— А ты лгунья, — коротко хмыкнул мужчина, и его глаза изящно изогнулись.

Волосы его казались хрусткими и сизыми, будто выкрашенными в темный вет. Машина миновала на безлюдную улицу и выехала на осветленную фонарями дорогу.

Свет от проносяццихся мимо огней таял в похожих на листы бумаги для рисования волосах мужчины. Они были абсолютно белыми.

В памяти всплыло, кому именно мог принадлежать этот красивый цвет волос.

Не обращайте внимание на ошибки