▶Побег

Посидев на холодной скамейке, мне даже самой казалось это странным, но я все же смогла уснуть. Тело было настолько истощено, что ему уже было все равно, где именно отключиться, лишь бы получить хоть немного покоя. За последние дни я почти ничего не ела, желудок болезненно сжимался, но тревога была сильнее голода. Я только и делала, что волновалась, прокручивала в голове десятки вариантов исхода. Мысли душили, как тесная клетка, и в какой-то момент организм просто сдался.

Я проснулась от тихого разговора Маркуса и Линкольна, голоса звучали глухо, будто сквозь воду. Маркус только сел рядом с ним, видимо до этого снова помогал своему народу, не позволяя себе ни минуты отдыха. Даже в плену он оставался тем, на кого опираются. Их разговор был спокойным, но в нем чувствовалась тяжесть будущего.

Маркус: Ты молодец, они справляются потому что ты их вдохновляешь. - он говорил спокойно, с усталой, но искренней гордостью в голосе.

Линкольн: Тебе я тоже сдаться не дам. - он улыбнулся и посмотрел в мою сторону, замечая что я проснулась.

Я медленно поднялась и села, чувствуя, как затекли плечи и спина. Только сейчас заметила, что меня накрыли пледом, и в груди что-то болезненно сжалось от этой простой заботы. Я тут же обернулась, когда увидела Нейтана, который подходил ко мне, его шаги были тихими, но уверенными. Я поправила волосы на бок и сняла плед, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри все дрожало.

-Кто-то заходил в камеру? - я старалась говорить ровно, скрывая тревогу в голосе.

Нейтан: Да, Беллами. - он коротко кивнул, не сводя с меня внимательного взгляда.

Рядом со мной сел Нейтан, и от его присутствия стало немного теплее, несмотря на холод вокруг. Пару секунд я просто смотрела на него, пытаясь найти в его глазах ответ, которого сама боялась. Потом отвела взгляд в пол, понимая, что у меня нет выбора и уже давно нет. В груди разливалась тяжелая, глухая обреченность. И как раз в этот момент я услышала голос охраны, разрезавший тишину.

?: Канцлер на палубе. - голос прозвучал резко и безразлично, как приговор.

Я тут же обернулась к решетке и увидела, как к ней подходят Пайк, Беллами и еще пара охранников. Их шаги эхом отдавались по металлическому полу, и каждый звук будто бил по нервам. Я обернулась лицом к Маркусу и прошептала, не веря, что это происходит так быстро.

-Я думала у нас больше времени осталось.. - слова прозвучали тихо, почти беззвучно, с привкусом отчаяния.

Пайк: Я не за вами пришел. - он смотрел холодно, словно перед ним были не люди, а цифры.

Он перевел взгляд от меня к остальным, кто был в камере, и в его глазах не было ни капли сомнения. Только расчет и уверенность в собственной правоте. Тишина стала вязкой, как смола.

Пайк: Каждый из вас виновен в затеяном, не меньше вас двоих. И поэтому вам всем выносится один приговор - смерть. - он произнес это четко, без колебаний, будто читал заранее заготовленный текст.

?: О чем он говорит? - девочка из толпы смотрела растерянно, цепляясь за надежду.

Линкольн тут же ответил ей на их языке, его голос стал мягче, будто он хотел укрыть ее от жестокой правды. Наверное, чтобы она не переживала и не видела ужаса в его глазах.

Линкольн: Мои люди не виновны, Пайк. Они ничего не знают, не вынуждай их страдать за мои преступления. - он стоял прямо, не опуская взгляда, принимая удар на себя.

Белл: Сэр, Линкольн прав. Все просто выбежали через открытую дверь, также поступили бы и мы. - он говорил твердо, но в голосе слышалась внутренняя борьба.

Неужели у него мозги наконец встали на место. Эта мысль мелькнула резко и почти язвительно, но внутри все равно было больно. Я почувствовала, как Нейтан положил руку мне на плечо, стоя сзади меня, поддержка была молчаливой, но ощутимой. Повисла тишина, тяжелая и давящая, несколько секунд она висела в воздухе, как натянутая струна. И каждый думал о своем, о том, что уже невозможно изменить.

Пайк: Я верю что ты не врешь. Но все равно, Аделина, Линкольн, Синклер, Кейн и Нейтан. Вы лидеры этого бунта. Вы заплатите за ваше преступление, жизнью. На закате вас казнят. - он произнес это сухо, будто ставил точку в длинном споре.

Я тут же подошла к клетке и встала прямо перед лицом Пайка, чувствуя, как внутри поднимается волна ярости. Страх отступил, уступая место холодной решимости. Я смотрела ему прямо в глаза, не позволяя себе моргнуть.

-Какой же ты трус. Конкуренции боишься или что? Среди своих ищешь как можно больше предателей. Во имя борьбы за власть и контроль, но в конечном итоге будешь страдать от потери себя и своих истинных ценностей. Ну и доверия к себе от остальных. Но увы, будет поздно, потому что наши жизни уже будет не вернуть. - я говорила твердо, не отводя взгляда, вкладывая в слова всю накопившуюся боль.

Пайк тут же усмехнулся и повернулся, вместе с охраной уходя прочь, не выдержав прямоты моих слов. Я перевела бездушный взгляд на Беллами, ведь он был последним, кто остался стоять перед нами. Внутри все было пусто, будто эмоции выжгли до пепла. Затем я увидела, что Нейтан смотрел на него таким же неживым, холодным и полным злости взглядом. Конечно, Беллами тут же ушел, не выдержав этого молчаливого осуждения.

Я просто похлопала в ладоши, медленно и почти издевательски, звук разнесся по камере глухим эхом. В этом хлопке было больше усталости, чем сарказма, больше горечи, чем злости. Все казалось нереальным, словно мы играли чужую роль в чужой истории.

Маркус: Смерть тоже можно считать объединением. Мы не сломимся. Мы не покажем страх. Люди запомнят это. - он произнес это спокойно, удерживая нас от падения в отчаяние.

-

Спустя какое то время Маркуса вызвали на разговор, потому что Эбби попросила встречи. Охрана вошла без лишних слов, металлический звук шагов разнесся по камере гулким эхом. На него надели наручники, холодный металл щелкнул слишком громко, будто напоминая о времени, которое уходит. Он даже не сопротивлялся, только коротко кивнул нам, словно хотел сказать, что все под контролем. Его вывели из камеры, и пространство вдруг стало еще теснее и пустее.

-Хоть у него есть к кому пойти на последок.. - я слабо улыбнулась, пытаясь спрятать за этим щемящее чувство.

Нейтан улыбнулся в ответ, когда сидел возле меня на полу, его плечо касалось моего, и это немного заземляло. Я осторожно легла ему на плечо, чувствуя тепло сквозь ткань, и уставилась в пол, будто там можно было найти ответы. Тишина вокруг стала мягче, но тяжелее внутри. Мы оба понимали, что времени остается мало, и каждая минута вдруг стала весить слишком много.

-Даже смешно, то что когда я была на Ковчеге, меня не пугала приближающаяся казнь, а сейчас пугает. - я тихо выдохнула, признаваясь в том, что сама не до конца понимала.

Нейтан: Думаю будь я в космосе, в закрытом корабле, я бы тоже не был против умереть. - он пожал плечами, глядя куда то в сторону задумчиво.

Я усмехнулась, слушая его, и на секунду представила черную пустоту за иллюминатором. А он прав, на Земле слишком много красивых мест, которые я еще не видела, слишком много рассветов, которые не успела встретить. Слишком много эмоций, вкусов, цветов, которые я еще не испытала и не прожила до конца. Воздух здесь пахнет жизнью, даже если она жестока. Я не хочу погибать, не увидев всего, что может дать этот мир.

-А ты? - я чуть повернула голову, вглядываясь в его лицо внимательнее.

Нейтан: Мне свои накаченные бицепсы жалко. Качал их всю жизнь, а тут все зря. - он усмехнулся, явно пытаясь разрядить обстановку.

Я закатила глаза и толкнула его в бок, стараясь не рассмеяться слишком громко. Его легкость иногда раздражала, но чаще спасала меня от провала в темноту. Даже сейчас он умудрялся сделать этот момент чуть менее страшным.

-Не переживай, куча девушек уже тобой налюбовалась, этого достаточно. - я приподняла бровь, скрывая дрожащую улыбку.

Нейтан: А я хотел больше. - он хитро прищурился, откровенно издеваясь надо мной.

-

?: Канцлер на палубе! - голос прозвучал резко и тревожно, разрывая тишину камеры.

Пайк: Пора! Открыть двери. Назад! Отошли к стене! - он рявкнул так громко, что эхо прокатилось по коридору.

Линкольн: Сейчас нас уведут, не сопротивляйтесь. - он сказал это на языке землян для своих, сохраняя твердость.

Пара охранников вошла внутрь и грубо подняла нас, холодные наручники снова сдавили запястья. Металл неприятно впился в кожу, будто специально напоминая о нашей беспомощности. Нас пятерых вывели в коридор, где воздух казался еще холоднее и суше. Шаги звучали слишком громко, каждый удар ботинка отдавался в голове. По пути мы встретили Харпер, и на секунду все внутри болезненно сжалось.

?: С дороги. - охранник оттолкнул ее взглядом, не скрывая раздражения.

Харпер: Да канцлер. - она послушно отошла в сторону, опустив глаза.

Мы молча переглянулись, и в этом коротком взгляде было больше слов, чем можно было сказать вслух. Я надеялась, что она и Миллер останутся в тени, что их имена не всплывут в списке виновных. Сердце колотилось так сильно, будто хотело вырваться наружу. В груди нарастало ощущение, что все рушится слишком быстро. Меня резко подтолкнули вперед, заставляя ускорить шаг.

?: Прямо. - охранник коротко махнул рукой в сторону коридора.

Мы остановились всего на пару секунд, но даже это показалось странным. Я устало перевела взгляд на Маркуса, пытаясь понять, что происходит. В голове уже не было паники, только изнуряющая тяжесть. И вдруг из рации Пайка раздался голос Ханны, слишком четкий и напряженный. Слова прозвучали как сигнал тревоги.

Ханна: Октавия в Аркадии, сэр. - ее голос слегка дрогнул, но она держалась.

Пайк: На колени! - он выкрикнул это резко, поднимая оружие.

Я сразу опустилась на колени, когда на нас направили пистолеты, чувствуя холод пола сквозь ткань. Остальные сделали то же самое, не задавая вопросов. Плана у нас не было, и любое движение могло стать последним. Воздух стал густым, почти липким от напряжения. Я слышала только свое дыхание и гул крови в ушах.

?: Сэр, наши люди могли доложить что мы идем туда, мы должны убедиться что там безопасно.. - охранник говорил нервно, оглядываясь по сторонам.

-О чем они вообще? - я наклонилась к Кейну и прошептала едва слышно.

Пайк: Туда их, быстрее. Шевелитесь! - он раздраженно махнул рукой, теряя терпение.

Нас резко подняли и повели в первую свободную комнату, почти вталкивая внутрь. Дверь захлопнулась за спиной с глухим ударом, оставляя нас в тесном пространстве. На охране оставили двух человек, один из которых был другом Миллера, и это странно резануло внутри. Пайк бросил предупреждение, что если мы высунемся, нас убьют, и в его голосе не было ни намека на сомнение.

Странно, что Беллами не присутствовал при этом, как он мог пропустить такую сцену. Я поймала себя на мысли, что ему бы понравился этот контроль. Эта мысль неприятно обожгла, но я быстро ее оттолкнула. Как только шаги в коридоре стихли, мы тут же перегляделись. В этом взгляде было отчаяние, страх и что то еще.

-Нам ведь все равно умирать сегодня? Что мы теряем? - я тихо произнесла, чувствуя как внутри поднимается решимость.

Мы молча ждали, потому что другого выхода не было, двери были заперты. Тишина тянулась мучительно долго, почти давила на уши. И вдруг снаружи раздались два глухих удара, коротких и точных. Сердце подпрыгнуло в груди от неожиданности. Когда дверь открылась, перед нами стояла Октавия.

Я выглянула за ее спину и увидела, что она каким то образом усыпила двух охранников, стоявших на страже. Они лежали неподвижно, и это зрелище казалось нереальным. Внутри вспыхнула искра надежды, острая и горячая. Октавия выглядела сосредоточенной и опасной.

Октавия: Времени нет, залезайте в люк. - она быстро открыла люк в полу и первой спрыгнула вниз.

Мы один за другим залезли следом и аккуратно закрыли люк, стараясь не издать ни звука. Внизу пахло пылью и металлом, воздух был спертым и тяжелым. Сердце колотилось так громко, что казалось его слышно сверху. Через пару минут над нами раздались шаги, тяжелые и раздраженные. Я сразу поняла, что это был Пайк.

Он походил по комнате, затем выругался, видимо решив, что мы сбежали. Шаги отдалились, и только когда стало совсем тихо, мы осторожно выбрались наружу. Октавия показала нам оружие, которое принесла, и в ее глазах горел холодный огонь. Нейтан первым взял автомат, уверенно проверяя его.

-Я очень рада что ты жива. - я подошла к ней и быстро обняла ее.

Октавия: Я тоже. Рада что застала тебя живой. - она усмехнулась и внимательно посмотрела на остальных.

Маркус: Да..тесновато в люке было. - он провел рукой по шее, все еще чувствуя остатки духоты.

Его голос прозвучал спокойно, но в нем читалась усталость, накопленная за последние часы. В узком пространстве действительно было трудно дышать, стены давили со всех сторон, словно пытались раздавить нас вместе с остатками надежды. Я до сих пор ощущала на коже запах пыли и металла, а в ушах стоял гул собственного дыхания. На мгновение стало странно смешно, что именно люк стал нашим спасением. И в этом была какая то жестокая ирония.

Октавия: Не знаю, за 16 лет привыкнуть можно. - она усмехнулась с легкой горечью, отводя взгляд в сторону.

Ее слова повисли в воздухе тяжелым напоминанием о прошлом, которое она никогда не выбирала. Я знала, на что она намекает, и от этого внутри неприятно кольнуло. Всю свою жизнь она пряталась в люке, существовала в тени, потому что родилась второй. Для нее теснота была не временным спасением, а образом жизни. И сейчас этот же люк снова стал для нее чем то привычным, почти родным, что казалось несправедливым до боли.

Октавия принялась снимать с нас наручники, быстро и уверенно, будто делала это сотни раз. Металл падал на пол с тихим звоном, и с каждым щелчком я чувствовала, как напряжение немного отступает. Только тогда я заметила, что в коридоре появилась Эбби, она проверяла двух охранников на входе, потому что Пайк приказал найти медика и ушел на наши поиски. Ее лицо было сосредоточенным, но в глазах читалось больше, чем просто профессиональный долг. Все происходило слишком быстро.

Миллер тоже был здесь, и я сразу поняла, что его друг все таки был с ним заодно и стал частью нашего плана. От этой мысли внутри стало легче, как будто один маленький кусочек мира встал на место. Я рада, что он не предал его, что между ними осталась верность. В такие моменты доверие стоит дороже жизни. И это неожиданно согрело меня.

А вот меня предал самый близкий человек. Эта мысль ударила резко и болезненно, как пощечина. Я тут же замотала головой, будто могла физически вытряхнуть ее из сознания. Сейчас мне не до этого, не время тонуть в воспоминаниях. Нужно было выживать.

Маркус: Я же просил не рисковать. - он посмотрел на нее строго, скрывая тревогу.

Эбби: С какой радости мне начинать тебя слушаться? - она приподняла бровь, скрестив руки на груди.

Харпер: ОКА прием. - ее голос послышался из рации, напряженный и быстрый.

Октавия: Что-то пошло не по плану..Говори. - она мгновенно стала серьезной, поднося рацию к уху.

Она сжала устройство крепче, будто могла так удержать контроль над ситуацией. В комнате стало тихо, каждый ждал новостей. Я чувствовала, как сердце снова ускоряется.

Харпер: Оставайтесь на месте. Повторяю, оставайтесь на месте. Путь не безопасен. - ее голос прозвучал отчетливо и жестко.

Октавия: Сколько охраны? - она нахмурилась, переглянувшись с нами.

Харпер: Слишком много, сидите там. - в ее голосе слышалась тревога.

Я встала, когда по громкоговорителю раздался голос Монти, и внутри что то щелкнуло. Его интонация была слишком нарочитой, слишком очевидной.

Монти: Вызываю охрану, заключенные бегут к воротам. - он говорил громко, но в этом слышалась фальшь.

-Полагаю он тоже сменил сторону. - я выдохнула, наконец почувствовав маленькую победу.

Слава богу один из моих друзей наконец перестал работать на Пайка. Это было крошечное, но важное облегчение, будто свет пробился сквозь трещину. Я почти улыбнулась, впервые за долгое время искренне.

Маркус: Пайку донесут. - он произнес это тихо, но серьезно.

Октавия: Мы этого не знаем. - она упрямо мотнула головой, не желая принимать худший вариант.

-Что мы знаем, так это то, что нельзя торчать здесь. - я твердо посмотрела на остальных, чувствуя как возвращается решимость.

Мы тут же вышли из комнаты и быстрым шагом направились к Харпер, в скрытую комнату. Коридоры казались бесконечными, каждый поворот мог стать ловушкой. Я помнила это место, здесь Маркус когда то помогал мне и Октавии сбежать из лагеря. Тогда это казалось невозможным, а теперь стало нашей единственной надеждой. Шаги эхом отдавались в ушах.

Ханна: Внимание, изоляция. В лагере срочная изоляция. - ее голос разнесся по громкой связи, холодный и официальный.

Эбби: Я не пойду..Людям нужен тот, кто выведет их из тьмы. - она выпрямилась, глядя прямо перед собой с твердостью.

Пайк: У меня сообщение для предателей Аркадии. Сегодня, в любом случае вас казнят. Вернитесь добровольно, или оставшиеся пленные земляне займут ваше место. - его голос разнесся по лагерю холодно и безжалостно.

Слова ударили по мне тяжелее любого оружия. В груди все сжалось, будто воздух внезапно исчез, оставив только панику и ярость. Он играл жизнями, как разменными монетами, и делал это показательно. В этом не было справедливости, только демонстрация власти. Я почувствовала, как внутри закипает бессильная злость.

Октавия: Идем же! - сказала она, указывая на люк.

Линкольн повернулся к выходу в коридор, и в его движении было слишком много решимости. Я сразу поняла, что он принял решение, которое нам не понравится. Но Октавия остановила его, схватив за руку, словно могла удержать его силой.

Октавия: Нет, подожди. - она сжала его запястье крепче, отчаянно глядя ему в глаза.

Линкольн: Я не допущу их смерти. - он произнес это спокойно, но твердо.

Октавия: Линкольн умоляю! Мы же почти выбрались! - ее голос сорвался, в нем звучала паника.

-Линкольн, я знаю что ты чувствуешь, но нам нужно покинуть этот ад.. - я шагнула к нему, пытаясь достучаться.

Линкольн: Вы должны. - он посмотрел на нас с тихой решимостью.

Октавия: Хорошо, значит я с тобой. Примем бой вместе. - она выпрямилась, не собираясь отступать.

Линкольн: Я люблю тебя. - он мягко коснулся ее лица, глядя только на нее.

Он поцеловал ее, и в этом поцелуе было прощание, слишком глубокое и болезненное. В тот же момент он что то быстро вколол ей в шею, и она почти сразу обмякла в его руках. Все произошло слишком быстро, чтобы я успела осознать. Он аккуратно поднял ее на руки, как самое ценное, что у него было.

-Что ты делаешь? - я шагнула вперед, не веря своим глазам.

Линкольн: Для своих людей, ты бы поступила также. Выбирайтесь отюда. - он посмотрел на меня с благодарной печалью.

Он передал тело Октавии Кейну, и в этот момент я почувствовала, как земля уходит из под ног. Я стояла, не понимая, что делать, мысли путались, сердце билось слишком быстро. Я была уверена, что когда все закончится, Монти найдут, и я даже не знала, что с ним сделают. Страх за него сжимал горло.

Маркус: Будь сильным. - он шагнул ближе, сдерживая эмоции.

Линкольн: Ты тоже. - он коротко кивнул, принимая слова.

Он вышел, и на моем лице играла боль, которую я уже не пыталась скрывать. Я знала, что его убьют, и это осознание давило невыносимо. Октавия этого не переживет, она сломается, если он исчезнет. Я должна его спасти, эта мысль вспыхнула внезапно и ярко. Я резко посмотрела на Маркуса.

Маркус: Даже не думай. - он строго встретил мой взгляд.

Нейтан: Адди, нет. Не смей! - он шагнул ко мне, протягивая руку.

-Простите..но я постараюсь сделать что смогу, ради Октавии.. - я посмотрела на них, стараясь не дать голосу дрогнуть.

Я понимала, что вряд ли смогу что то изменить, и скорее всего погибну. Эта мысль не пугала так сильно, как должна была. Но я обязана попытаться, ради Монти, который был там, и ради Линкольна, который не раз спасал меня. Долг внутри оказался сильнее страха.

Нейтан: Ради себя.. Подумай. Лучше одна жертва, чем две. Подумай о Беллами. - он смотрел на меня с отчаянной надеждой.

Не подумав ни секунды, я остановила его и обняла, крепко, почти отчаянно. Его сердце билось быстро, и это было последним якорем.

-Он допустил это, и допустил моей казни. Он сказал что поможет, и где он? Его здесь нет, потому что он трус и не смог бы сказать Пайку не делать этого. А я так не поступлю. Спасайтесь пока не поздно.. - я отстранилась, заставляя себя быть жесткой.

Маркус: Адди..пообещай что вернешься живой. - он посмотрел на меня так, будто пытался удержать одним взглядом.

В его голосе не было приказа, только просьба, тихая и почти болезненная. Он знал, как и я, что такие обещания в нашем мире редко сбываются. В его глазах читалась усталость человека, который уже слишком много раз терял. И именно поэтому просить меня о таком было для него почти отчаянием. Между нами повисла тишина, тяжелая и честная.

Обещать такое я не могла, не ему точно. Он как никто знал, насколько это трудно и почти невозможно. Ложь сейчас прозвучала бы громче любой правды, и я не хотела давать ему пустую надежду. Так что я просто кивнула, стараясь вложить в этот жест хоть каплю уверенности. А затем развернулась и ушла следом за Линкольном, чувствуя, как каждый шаг отрывает меня от них все дальше.

Я тут же услышала бег охраны в коридоре, их шаги гулко отдавались от стен, приближаясь все быстрее. Не раздумывая, я выбежала прямо им навстречу, ощущая, как адреналин разрывает грудь, а сердце стучит так, что кажется, вот-вот вырвется. Я подняла руки вверх, показывая пустые ладони, и увидела, как их пальцы легли на спусковые крючки. В тот момент, когда они направили на нас оружие, одной рукой я достала из кармана пульт управления, который до этого прятала. Мысли о страхе и силе смешались, но колебаться было некогда.

Жаль, что здесь не было Пайка. С этой мыслью я ощутила странное чувство, будто становлюсь жесткой и опасной. Но решимость действовать была сильнее, чем сомнения. Я нажала на кнопку пульта, и пол под ногами охранников внезапно провалился. Их крики эхом разнеслись по коридору, а воздух заполнился пылью и запахом металла. Линкольн мгновенно кинулся закрывать люк на замок, его движения были быстрыми и точными, как отточенный механизм. Все происходило молниеносно.

Но перед тем как люк захлопнулся, один из охранников успел нажать на курок, и пуля пролетела всего в нескольких сантиметрах от моего лица. Сердце в груди бешено заколотилось, кровь застыла на секунду. Я замерла на мгновение, понимая, как мало мне оставалось, чтобы не погибнуть. Внутри вспыхнула ярость, мгновенная и ослепляющая. Я выхватила пистолет и ударила ногой охранника в нос, почувствовав хруст кости. Он рухнул, а я не останавливалась.

Линкольн: Сюда. - он жестом указал путь, голос твердый, решительный.

Мы выскочили в коридор, дыхание сбивалось, ноги горели от напряжения. И вдруг перед нами возник Пайк с охраной, словно из воздуха. Я мгновенно направила на него ствол, не позволяя руке дрожать ни на миллиметр.

-Ты ведь не хочешь еще больше убийц? Тогда мы просто уйдем, взяв остальных. И не вернемся никогда в вашу тупую жизнь. - я держала голос ровным, ледяным, без страха.

Пайк: Опусти оружие. - его голос прозвучал спокойно, но глаза сверкали холодом.

Я почувствовала движение сзади — охранник крался к нам, и Линкольн мгновенно перехватил его, прижимая пистолет к виску. Он заставил его встать на колени лицом к Пайку, и в комнате повисла напряженная тишина.

-Не думай что мне жаль будет убить его. Он ведь твой человек. - я посмотрела прямо на Пайка, сердце бешено стучало, а руки были твердыми.

Линкольн: Адди, успокойся, твою злость видно за километр. Не показывай им слабость. - голос был тихим, но твердым, удерживая контроль.

Пайк: Линкольн, отпусти его. - его голос стал низким, грозным.

Я кинула взгляд на Линкольна, и он медленно отпустил охранника. На его место встала я и прислонила оружие к голове, показывая Пайку, что не шучу и готова сделать это.

?: Господи, психичка чокнутая. - кто-то выдохнул сквозь зубы, не веря своим глазам.

-У вас 10 секунд, чтобы опустить оружие на пол и дать нам уйти. Как и всем землянам в камере. Иначе каждый из вас умрет, и я не шучу. Время пошло. - я произнесла четко, считая секунды и ощущая, как адреналин сжигает грудь.

Один охранник все же откинул оружие в мою сторону и рухнул на колегу, сдавшись. Его дыхание было прерывистым, а взгляд полон страха и растерянности, словно он осознал всю опасность момента слишком поздно. Я стояла неподвижно, наблюдая, как остальные оценивают ситуацию, пытаясь понять, кто следующий осмелится двинуться. Сердце билось быстро, напряжение висело в воздухе, и мне казалось, что время замерло, оставляя только этот миг решения. С каждой секундой внутри меня росла смесь усталости и решимости, словно я уже выбрала свой путь и не собиралась отступать.

Линкольн: Ты не убийца. - он посмотрел на меня с тревогой и осторожностью.

-Ничего личного, но я спасаю свой и твой народ. А как, это уже другой вопрос. - я сжала оружие крепче, чувствуя холод металла в руках.

Линкольн: Теюя будут считать убийцей. - его голос дрожал, но глаза пытались быть твердыми.

-А кто сказал что я собираюсь щадить после того, что собирались сделать со мной. Октавия бы поступила именно так, Линкольн. - я сжала зубы и уставилась прямо в его глаза, не отводя взгляда.

Я все еще не открывала взгляд от Пайка. Я устала играть по его правилам, устала искать решение, которое никому не навредит. Внутри все бурлило, каждая клетка тела требовала свободы и контроля. Я чувствовала напряжение, словно оно обволакивало меня со всех сторон, и одновременно удивительную легкость от того, что наконец могу действовать по своему. Мои руки дрожали, но не от страха, а от адреналина, который давал ощущение власти.

Второй охранник тоже бросил оружие и отошел. Осталось еще пять и Пайк. Я смотрела прямо в глаза Пайку, и внутри меня вспыхнул огонь. Он думал, что я не посмею убить, что испугаюсь. Как только взгляд пересекся с его, я усмехнулась и выстрелила прямо возле его ноги. Тот подскочил от неожиданности, пытаясь встать, но я безжалостно опустила его обратно, ощущая удовлетворение от контроля.

Пайк: Подумай кем тебя будут считать, после этого? Ведь я не сдвинусь с места. - он попытался сохранить спокойствие, но в глазах блестела тревога.

-Чтож, это твой выбор. - я наклонилась к уху парня, которого держала. - Посмотри ка за кем ты следуешь, ему ведь совсем плевать на тебя. - мои слова прозвучали холодно, а дыхание обожгло его кожу.

Остальные тоже ушли, оставив Пайка одного. Как я и думала, он выглядел испуганно, и это давало мне чувство силы. Я тут же оттолкнула его и поправила волосы, смотря на Пайка, а затем на Линкольна, ощущая власть и контроль в каждом движении.

-Пошли быстрее. - я подтолкнула его локтем, чувствуя азарт в груди.

Я тут же оглянулась, и пока выход был пустой, мы побежали к камере с землянами. Пайк не пошел за нами, понимая, что нас двое и я вооружена. Адреналин бился в висках, воздух казался плотным, а шаги гулко отдавались в коридоре. Каждое движение было точным и осторожным, но быстрое, словно мы играли на выживание.

Через пару минут он успел забрать своих людей, и мы вместе пошли к скрытому люку. Тишина была плотной, как стекло, и каждый звук отдавался в груди эхо. Мы двигались быстро, но осторожно, стараясь не привлекать внимание. Чувство опасности было почти осязаемым, а сердце стучало так громко, что казалось, его услышат все.

Мы вышли на улицу, скрытно покидая территорию Аркадии. Октавия тут же накинулась на Линкольн с объятьями, а я поправила волосы и улыбнулась, наблюдая за их реакцией. Тепло и облегчение смешивались с тревогой, создавая странное чувство свободы и напряжения одновременно.

-Вы стояли и ждали что мы выйдем на казнь? - я пошутила. - я подтвердила смехом свою дерзость и легкость.

Маркус: Не говори глупостей. - он покачал головой и улыбнулся, скрывая тревогу.

Он подошел ко мне и обнял, но я тут же повернулась к остальным, чувствуя необходимость действовать. Сердце билось часто, дыхание было ровным, а мысли собраны на предстоящей задаче.

Нейтан: Раз уж нам нужно скрыться, предлагаю туда, где Октавия оставила Беллами. - он сделал шаг вперед, оценивая путь.

Я удивилась, что Беллами не был в лагере. Сердце сжалось от мысли, что придется вновь смотреть на него, но одновременно я чувствовала облегчение от того, что он в безопасности. Я думала, что он испугался Пайка и поэтому не вышел помочь, а сам твердо говорил, что спасет меня. Оказалось, Октавия просто вырубила его и отвела в пещеру, чтобы он не мешал.

-Сейчас не время, нужно переждать. А затем убить Пайка. Я вас скоро догоню, мне нужно предупредить Монти. - я сжала кулаки, чувствуя внутренний накал и решимость.

Октавия: Да встретимся мы вновь. - она кивнула, сжимая кулак, готовая действовать.

-Встретимся, обязательно. - я посмотрела на нее, ощущая поддержку и силу.

Я тут же повернулась и увидела, что солнце скоро сядет, а значит надо бежать быстрее. Нейтан передал мне оружие, и я приобняла его, чувствуя доверие и ответственность одновременно.

-Беллами не слово про меня. - я посмотрела на него строго, но с легкой усмешкой.

Нейтан: Хорошо, босс. - он усмехнулся и пошел за ребятами, готовый поддерживать любые мои действия.