▶Просчитанный шаг

Я забежала вновь в тот проход, откуда только что выбежала, чувствуя, как сердце колотится где то в горле и мешает нормально дышать. Стены казались уже не такими холодными, а узкими и давящими, словно они тоже знали, что я нарушаю правила. Слава богу никто не проследил за нами и не стоял там, ведь иначе я бы уже попалась и все закончилось бы слишком быстро. Я на секунду прислонилась к стене, стараясь унять дрожь в пальцах и заставить себя двигаться дальше. Паника подступала волнами, но я не имела права останавливаться.

Я выбежала к люку, откуда мы сбегали, и почти споткнулась на повороте, едва удержав равновесие. На полу валялась какая то черная ткань, смятая и пыльная, и я выхватила ее не раздумывая, будто это был последний шанс спрятаться. Пальцы дрожали, когда я быстро обмотала голову, закрывая волосы и половину лица. Ткань пахла сыростью и металлом, но сейчас это было неважно. Главное - исчезнуть, раствориться, стать кем то другим.

Это будет еще палевнее, но меня хоть не заметят за пару метров, если повезет. Я оставила лишь глаза открытыми, чувствуя, как ткань давит на переносицу и мешает нормально видеть по сторонам. Внутри было жарко, дыхание отражалось от плотной материи и возвращалось ко мне горячим воздухом. Я понимала, что выгляжу подозрительно, но сейчас каждый лишний шаг без прикрытия был бы глупостью. Лучше странная фигура в темном, чем знакомое лицо, которое уже ищут.

Затем я проверила коридор, где охрана бегала уже повсюду, их шаги эхом отдавались от стен и сливались в один тревожный гул. Они метались туда сюда, выкрикивали команды, и по их лицам было видно, что они понимают - мы сбежали. Скорее всего они уже знали, что Пайка нигде не было, и это только усиливало напряжение. Воздух казался густым от страха и злости, которая витала вокруг. Я прижалась к углу, стараясь слиться с тенью.

За ворота он вряд ли пошел бы, ведь боялся того, что земляне сказали про тех, кто выйдет за пределы Аркадии. Я знала его слишком хорошо, чтобы сомневаться в этом. А значит он контролирует охранников, что пошли за ворота на наши поиски, направляет их, решает, кого отправить и куда. От этой мысли стало еще тяжелее, потому что это означало одно - он уже думает на шаг вперед. И если он думает, значит скоро поймет и про Монти.

Подождав, пока кто то пробежал в коридоре, я тут же выбежала, стараясь двигаться уверенно, будто имею право быть здесь. Дышать в платке было сложно, воздух заканчивался слишком быстро, и я держала ткань руками, чтобы она не спала. Каждый вдох давался с усилием, но я все равно побежала в сторону комнаты Монти. В голове билась только одна мысль - пожалуйста, пусть он будет именно там. Я почти молилась, чувствуя, как страх становится топливом.

Замечая других людей внутри, приходилось не бежать, а идти, замедляться, притворяться спокойной. Я отворачивалась, когда кто то смотрел в мою сторону, делая вид, что просто спешу по своим делам. Нужно было, чтобы никто не заметил платка на голове и не понял, что я та самая виновная. Каждое столкновение взглядов казалось опасностью. Я ощущала себя чужой среди своих, как будто уже не принадлежала этому месту.

Пройдя нужные коридоры, я прошла мимо столовой и увидела там Монти, сидящего с мамой. Они о чем то говорили, и в его лице было что то напряженное, почти усталое. Я замерла на секунду, наблюдая из под ткани, боясь подойти слишком близко. И спустя пару секунд он резко встал и пошел на выход, пройдя мимо меня и даже не узнав. Сердце болезненно дернулось, но это было даже к лучшему.

Я тут же пошла следом за ним, стараясь держаться на расстоянии и не привлекать внимания. Когда мы ушли с глаз людей, я ускорила шаг и остановила его, быстро сняв платок лишь с лица. Воздух ударил в кожу, и я почувствовала, как щеки горят от напряжения. Он обернулся, и в его глазах сначала мелькнуло непонимание.

-Это я. - я тихо посмотрела на него, тяжело дыша.

Монти: Адди, тебе нельзя тут быть, я думал вы сбежали.. - он резко схватил меня за руку, понижая голос.

-Сбежали. - я перебила его. - Я пришла за тобой, я уверена Пайк узнает о том что ты соврал по громкоговорителю. - я крепче сжала его куртку, стараясь говорить твердо.

Монти: Уже узнал. - он закрыл глаза, тяжело выдыхая.

Я огляделась, чтобы понять безопасно ли все еще стоять на месте, ощущая, как внутри все холодеет. Коридор казался слишком открытым, слишком шумным, слишком опасным. Теперь он в такой же опасности, как и я, и это было самое страшное. Я не могла допустить, чтобы из за меня его поймали.

-Откуда? - я тихо прошептала, почти не двигая губами.

Монти: Я не знаю. - он тут же посмотрел на мать, что выходила из столовой, смотря на него.

Я повернулась тоже посмотреть и тогда поняла, что забыла вновь надеть ткань на лицо. Черт, она меня увидела. В ее взгляде мелькнуло узнавание, и внутри у меня все оборвалось. Это был тот самый момент, когда ошибки становятся фатальными. Я резко потянулась к платку, но было уже поздно.

-Пойдем. - я тут же положила руку ему на плечо, отчаянно глядя в его глаза.

Он кивнул и мы оба быстро побежали к тому выходу, путь к которому я уже выучила больше, чем ворота Аркадии. Коридоры мелькали перед глазами, шаги гулко отдавались позади. Слава богу мы успели безопасно добежать и вышли наружу, вдохнув холодный воздух свободы. Он обжег легкие, но это было лучше, чем оставаться внутри.

Монти: Стража все осматривает тщательнее, тут нас тоже могут увидеть. - он нервно огляделся по сторонам.

Я кивнула, слушаясь его, и мы оба нагнулись, стараясь быстрее пройти в лес, куда я знала уже дорогу. Трава цеплялась за ноги, земля была неровной, но я двигалась уверенно. Лес казался единственным укрытием, единственной надеждой. Главное - не оборачиваться и не думать о том, что будет, если нас догонят.

Когда мы зашли в лес, я наконец выдохнула так глубоко, будто только сейчас позволила себе жить. Воздух здесь был другим - влажным, прохладным, пахнущим землей и листвой, и от этого становилось немного легче. Шаги замедлились сами собой, тело больше не требовало бежать изо всех сил. Я сняла ткань с головы, чувствуя, как волосы липнут к коже после напряжения. Посмотрела на Монти, пытаясь прочитать в его лице то, чего боялась услышать.

Монти: Где остальные? - он нахмурился, оглядывая темные деревья вокруг.

-Понятия не имею. В какой то пещере с Беллами..Главное на землян не наткнуться. - я провела рукой по волосам, стараясь скрыть тревогу.

Монти: У меня есть рация, если Беллами ее не потерял, мы связывались по связи что не ловил Ковчег. - он осторожно достал устройство из кармана.

Я посмотрела на него и увидела рацию в его ладони, маленькую, но сейчас такую важную. После всего что было за эти пару дней, я не была уверена, что он правда хочет помочь, а не опять сделать вид, что помогает, а на деле скажет Пайку где мы. Мысли путались, доверие трещало, как тонкий лед под ногами. Я пыталась вспомнить его прежнего - того, кто всегда стоял рядом. Но страх все равно сидел внутри, не позволяя расслабиться.

Монти: Я клянусь, Адди, я не собираюсь больше заниматься этой хренью. - он посмотрел на меня с усталой серьезностью.

Я кивнула, разрешая ему воспользоваться рацией, хотя внутри все еще что то сжималось. Я ему доверяю, что бы он не сделал, я правда ему верила, он мой друг. И после того что было, я все равно должна ему доверять, иначе мы просто развалимся окончательно. Дружба не может существовать без риска, особенно сейчас. Я глубоко вдохнула, принимая это решение.

Монти: Беллами, это Монти. Скажи что рация еще у тебя. - он поднес устройство ближе к губам, напряженно слушая.

Мы переглянулись, когда ответа не послышалось около минуты, и эта минута показалась вечностью. Лес вокруг вдруг стал слишком тихим, будто тоже ждал. Затем Монти вновь повторил вопрос, его голос звучал чуть громче, и тогда я услышала другой голос. Он был знакомым, спокойным, но в нем чувствовалась осторожность.

Маркус: Монти, это Кейн. - его голос прозвучал ровно, без лишних эмоций.

Я сразу поняла, что видимо он выхватил рацию у Беллами и тоже не доверял ему, думая, что связь могут подслушивать охранники Аркадии. Это было логично, особенно сейчас, когда каждая ошибка могла стоить слишком дорого. Я невольно шагнула ближе к Монти, будто так было безопаснее. Даже через рацию чувствовалось напряжение.

Монти: Пайк узнал что я вам помог, так что я сбежал тоже. - он произнес это быстро, но твердо.

Маркус: Можете дойти до челнока? - в его голосе прозвучала скрытая спешка.

Монти: Думаю да. - он коротко кивнул, хотя Кейн не мог этого видеть.

Маркус: Хорошо, давайте туда, я вас встречу. Не пользуйся рацией, конец связи. - связь оборвалась резким щелчком.

-

Спустя пол часа мы только дошли на территорию нашего старого лагеря, и каждый шаг туда отзывался воспоминаниями. Я вспомнила наше прошлое, как будто оно было не месяц назад, а в другой жизни. Как всем было хорошо всего какие то жалкие пару дней, как мы смеялись, спорили, строили планы. И даже когда была война, все помогали друг другу, держались вместе, не предавали так легко. Сейчас же лагерь казался призраком самого себя, и от этого внутри стало особенно пусто.

Мы немного постояли снаружи, вдыхая знакомый запах земли и металла, и походили вокруг лагеря, будто проверяя, осталось ли здесь хоть что то от нас прежних. Даже разговорились о том, как же было круто тогда, в самом начале, когда страх еще не успел въесться под кожу. Вспоминали, как устраивали вечеринку в честь дня единства, как смеялись и спорили о глупостях. Монти рассказывал, как сделал настойку, и как все морщились от первого глотка, а потом просили еще. От этих воспоминаний внутри становилось тепло и больно одновременно.

Когда Монти отошел от меня, чтобы сходить в туалет, я медленно прошлась к колодцу, стараясь занять себя чем то простым. Пальцы скользили по холодным камням, которыми мы его уложили, и каждый из них будто хранил наши голоса. Мы сами таскали их, уставшие, но упрямые, веря, что строим что то свое. Камни были шершавыми, немного влажными, и от прикосновения к ним нахлынули воспоминания. Я закрыла глаза на секунду, позволяя себе этот момент.

Я вспомнила, как утром первых дней проснулась и стояла тут рано утром в куртке Беллами, кутаясь в нее от холода. Тогда воздух был таким же свежим, а мир казался огромным и новым. Он подошел ко мне и был слишком разговорчив для человека, которого я тогда ненавидела, и это сбивало с толку. Я помню, как раздражалась, но все равно слушала. Я тут же улыбнулась, вспоминая это, потому что сейчас это казалось почти смешным.

Я услышала вдалеке шорохи, и улыбка мгновенно исчезла. Первая мысль была, что это могли быть земляне, которые нас увидели, и сердце резко сжалось. Черт, это нехорошо. Лес будто замер, и каждый звук стал громче в моей голове. Я огляделась, пытаясь понять, откуда конкретно исходит опасность, и шагнула назад, ближе к кораблю.

Я подошла ближе к дропшипу, чтобы предупредить Монти о том, что я слышала, стараясь не поддаваться панике. Внутри уже поднималась тревога, знакомая и липкая. Я хотела окликнуть его, но слова застряли в горле. Все происходило слишком быстро и слишком тихо одновременно. В воздухе чувствовалось что то неправильное.

Как тут меня резко кто то схватил за руку и ударил об стенку дропшипа так сильно, что в глазах на секунду потемнело. Удар не был смягченным, как когда это делал Беллами, и поэтому я тут же напряглась всем телом. Боль прошлась по плечу, дыхание сбилось. Я не могла понять, кто это, потому что меня вновь ударили так же пару раз, не давая сосредоточиться. Мир сузился до резких движений и глухих звуков.

Я подняла ногу, сбивая того, кто это делал, и резко отошла, чтобы этого не повторилось. Сердце билось так громко, что я почти не слышала ничего вокруг. Наконец увидев, кто это, я замерла. Передо мной стояла мама Монти, и мои глаза расширились от шока.

-Ханна? Что происходит? - я шагнула к ней, растерянно глядя в ее лицо.

Она тут же схватила меня за лодыжку и потянула на себя с неожиданной силой. Я потеряла равновесие и упала на землю, ударившись ладонями. Прибить ее я не могла, это было невозможно даже в мыслях, поэтому я пыталась вылезти из ее ударов сама, не навредив ей. Ее лицо было искажено яростью и страхом одновременно. Я пыталась увернуться, закрывая голову руками.

-Монти! - я закричала, отчаянно пытаясь освободиться.

Я вновь встала, тяжело дыша, но как только захотела бежать в сторону челнока, чтобы спрятаться внутри, все оборвалось. Прямо с выхода на меня пошел Пайк, его шаги были медленными и уверенными. В руке он держал пистолет, приставленный к голове Монти, и тот выглядел напряженным до предела. Мир снова сузился до одной точки - черного ствола и взгляда Пайка.

-Отпусти его. - я тут же подняла руки вверх, показывая пустые ладони.

Пайк: Только если его место заменишь ты. Не думай что я забыл, что тебя ждет смертельная казнь. - он холодно усмехнулся, не опуская оружие.

Я сглотнула, чувствуя как горло сжалось от страха, и на секунду мне стало трудно дышать. Мы с Монти тут лишь вдвоем, а Маркуса нигде нет, и это осознание било сильнее любого удара. Пайк вооружен, его рука твердая, уверенная, и я не сомневалась, что они тут не вдвоем с мамой Монти. Лес вдруг перестал быть укрытием, он стал клеткой. Я понимала, что любой резкий шаг может стать последним.

Монти: Мам? - он растерянно посмотрел на нее, не веря своим глазам.

Ханна: Прости меня.. - она отвела взгляд, ее голос дрогнул.

Я тут же повернулась на Ханну, и в голове словно что то щелкнуло, складывая все в одну картину. Осознание было тяжелым, болезненным, как удар в грудь. Все шорохи, все ее движения, все совпало. Внутри поднялась злость, смешанная с разочарованием. Я не могла поверить, что это правда.

-Так это ты сдала собственного сына, только для того, чтобы нашли нас..Монти ведь тоже бы погиб. - я посмотрела на нее с открытым потрясением.

Ханна: Нет, я договорилась с Пайком, честно, Монти.. - она шагнула вперед, протягивая к нему руку.

Она посмотрела на него с глазами, полными грусти и вины, будто сама не могла вынести тяжести своего решения. В ее взгляде было отчаяние, попытка удержать хоть что то. Она пыталась оправдаться, хватаясь за слова, как за последнюю соломинку. Она подошла к Монти, но тот остановил ее резким движением. Он не позволил ей быть даже рядом с собой.

Монти: Не подходи. - он отступил назад, сжимая кулаки.

Ханна: Монти.. - она тихо произнесла его имя, почти умоляя.

Пока он был занят ею, я тут же подошла ближе к Пайку, медленно, осторожно, не опуская рук. Я дала ему понять, что встану на место Монти, что я принимаю его условия. Внутри все кричало, но лицо оставалось спокойным. Он секунду смотрел на меня, оценивая. Затем он грубо оттолкнул Монти в руки Ханны.

Монти: Адди! - он резко дернулся вперед, пытаясь вырваться.

Ханна: Не подходи к ней. - она крепко схватила его за плечи.

Монти: Отстань от меня. - он пытался выбраться, вырываясь из ее рук.

Я посмотрела на Монти, кивнув ему едва заметно, и перевела взгляд на выход из лагеря, молча намекая бежать при первой возможности. В груди все сжалось, потому что это был отчаянный шаг, почти без шансов на успех. Я надеялась, что он поймет без слов, что не станет спорить. В его глазах мелькнула та же решимость, что и у меня. Он кивнул в ответ, и в этот момент все вокруг будто замедлилось.

И как только он кивнул, я тут же сорвалась с места вместе с ним, чувствуя, как адреналин хлещет по венам. Мы пробежали всего пару метров, когда по земле возле ног промчались пули, выбивая грязь и камни. Резкий звук выстрелов разрезал воздух, заставляя нас тут же замереть в страхе. Я инстинктивно дернулась назад, сердце болезненно ударилось о ребра. Еще шаг - и кто то из нас уже лежал бы на земле.

Пайк: Вокруг лагеря охрана, лучше даже не пытайся, иначе еще и Монти погибнет из за тебя. - его голос прозвучал холодно и уверенно за спиной.

Я услышала его и сжала глаза, медленно выдыхая сквозь зубы. Понимание пришло мгновенно - никуда не деться, все просчитано заранее. Он не оставил нам ни единого шанса, ни единой лазейки. Лес больше не был выходом, лагерь стал ловушкой. Я чувствовала, как страх пытается пробиться наружу, но заставила себя стоять прямо.

Монти: Что делать? - он посмотрел на меня с отчаянной надеждой.

Я промолчала, потому что не знала, есть ли другой выход, и любое слово могло стать ошибкой. Мысли метались, но ни одна не казалась спасительной. Все варианты заканчивались одинаково плохо. Я понимала, что сейчас любое резкое решение может стоить ему жизни. И это удерживало меня от безрассудства.

Пайк: Монти, иди с матерью внутрь челнока. - он слегка качнул оружием в сторону входа.

Я тут же кивнула, смотря на Монти и без слов приказывая ему слушаться. Сейчас важно было только одно - чтобы он остался жив. Я старалась вложить в этот взгляд все, что не могла сказать вслух. Он должен был понять, что это не конец. Что я справлюсь.

Монти: Он тебя убьет, я не уйду отсюда. - он сделал шаг ко мне, игнорируя приказ.

-Не убьет. - я спокойно посмотрела на него, скрывая собственный страх.

Ханна тут же подошла к нему, схватила крепко, так чтобы он не выбрался, и потащила внутрь корабля. Он сопротивлялся, но она удерживала его изо всех сил. Через несколько секунд они оба скрылись внутри, и тяжелая дверь отделила их от меня. Я осталась одна с Пайком стоять посреди лагеря. Внутри я боялась даже сделать лишнее движение, чтобы он не пристрелил меня на месте.

Пайк: Компромиса не будет. - он сделал шаг ближе, не сводя с меня взгляда.

-Я и не рассчитывала. - я сжала челюсть, удерживая его взгляд.

Он подошел еще ближе, и расстояние между нами стало почти невыносимо коротким. Я осталась стоять на месте, зная, что только так смогу показать свою силу сейчас, без оружия, напротив кучи автоматов. Колени предательски дрожали, но я не позволила себе отступить ни на шаг. Если это конец, то я встречу его прямо, не опуская глаз.

Он тут же поднял руку, и пистолет резко встретился с моей скулой, когда он ударил меня холодным металлом без малейших колебаний. Вспышка боли была мгновенной, резкой, оглушающей, будто кто то включил свет прямо внутри черепа. Кожа разорвалась, я почувствовала теплую кровь, стекающую к губам. Ноги подкосились, и я тут же повалилась на землю, не успев даже удержать равновесие. В ушах гулко звенело, а перед глазами на секунду все поплыло.

Я сжала челюсть, ощущая, как пульсирует разбитая скула, и попыталась приподняться на локтях, не желая лежать у его ног. Но его нога резко ударила меня в бок, заставляя сжаться от острой боли и перевернуться на спину. Воздух вырвался из легких, будто меня ударили изнутри. Ребра заныли так сильно, что стало трудно вдохнуть. Я зажмурилась на секунду, но тут же снова открыла глаза.

Он наклонился надо мной, его лицо оказалось слишком близко, и я почувствовала запах металла и пороха. Пистолет прижался к моему лбу, холодный, бездушный, напоминая о том, насколько хрупка сейчас моя жизнь. Я пыталась отдышаться от удара, делая короткие, неровные вдохи, пока его колено вдавливало грудную клетку в землю. Давление было таким сильным, что казалось, кости вот вот треснут. Но я удержалась от крика.

-И что же это? Похоже на нарушение закона или скорее личная неприязнь? - я прохрипела, с трудом выталкивая слова, пока его колено вдавливало грудную клетку в холодную землю.

Я услышала шорохи со стороны лагеря и попыталась повернуться, чтобы понять, кто это, но Пайк, державший меня на мушке, не дал даже шевельнуться. Его колено вдавило грудную клетку в землю, дыхание с трудом проходило в легкие, глаза темнели, губы предательски дрожали. Каждое движение причиняло боль, тело сжалось в комок, и казалось, что мир сужается до узкой полосы под ногами. Я ощущала, как силы уходят, сознание борется за удержание реальности. Каждая секунда давилась страхом и болью.

Только тогда я услышала знакомый голос, и на мгновение мысли о смерти затихли, словно их приглушили. Может, вновь я спасусь, не понимая, как это возможно, но в груди пронеслась слабая надежда. Сердце сжалось, но позволило мне сосредоточиться на звуках вокруг. Я пыталась понять, где стоит он, и как использовать этот шанс. Сцена вокруг была напряженной, и каждый звук мог стать последним предупреждением.

Маркус: Отпусти ее, Пайк. - его голос прозвучал громко, твердо, я поняла, что он стоит всего в нескольких метрах.

Пайк: Не могу. - коротко, холодно, без намека на сомнение.

Я уже не пыталась вырваться, лишь старалась сохранить силы и не потерять сознание. Показывать слабость было нельзя, поэтому руками упорно пыталась скинуть его колено с груди, хотя пальцы дрожали, а тело гудело от усталости. Я не могла просто лежать и ждать, нужно было действовать хоть чем-то.

Свободной рукой Пайк взял рацию и приказал охране, что была в лесу, выстрелить по земле под ногами. В воздух прорезались глухие выстрелы, земля дрожала под ногами, тело содрогалось от ударов. Сердце подпрыгнуло, дыхание сбилось окончательно, страх сковал каждую мышцу. Он демонстрировал полное превосходство, и это вселяло ужас.

Пайк: Все кончено. - говорил слишком спокойно, и это делало ситуацию еще страшнее. - Опустите оружие.

Октавия: Пристрели его! - ее голос прорезал воздух, полный ярости и отчаяния, каждая эмоция срывалась с губ, будто сама жизнь зависела от этих слов.

Маркус: Не могу..пострадает Адди. - он тихо произнес, и в его голосе слышалась боль, слова давили на него, сковывая грудь и плечи.

Пайк: Давай, Маркус. - он слегка усилил давление коленом на мою грудь, не сводя с меня холодного взгляда, демонстрируя полное превосходство и контроль над ситуацией.

Вновь выстрелы прошлись по земле, глухо грохоча, поднимая клубы пыли, вибрируя по телу. Каждое дрожание отдавалось в ногах и плечах, дыхание сбивалось, сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди. Страх сковывал каждую мышцу, движение давалось мучительно, и казалось, что мир сжался до узкой опасной точки под ногами. Каждое мгновение было на вес золота, любая ошибка могла стать последней.

Пайк: Внутри челнока сидит Монти, не заставляй меня и его под мушку взять. - его голос прозвучал твердо, холодно, без малейшего сомнения, от которого кровь стыла в жилах.

Я услышала падение оружия и на мгновение повернула голову вбок, за что Пайк сильнее прижал колено к груди. Болезненный удар заставил меня зажать зубы, дыхание сорвалось, но я упрямо держала взгляд вперед. Сквозь черный туман в глазах я встретилась взглядом с Беллами, которого совсем не ожидала здесь увидеть. Его руки были связаны, рот заклеен тряпкой, чтобы не закричал, а глаза выражали ужас и беспомощность.

Они взяли его в заложники, чтобы обменять нас с Монти на него Пайку, и это было страшно расчетливо, почти мастерски. Он все это время смотрел на меня, и я видела страх в его глазах, но знала, что он уже ничем не поможет. Понимание этого сжимало грудь сильнее колена Пайка, дыхание сбивалось, а мысли путались. Внутри все горело, хотелось кричать.

Он все это время смотрел на меня, и я увидела страх в его глазах, глубокий и настоящий, но знала, что он уже ничем не сможет помочь. Сердце колотилось в груди, дыхание сбивалось, а тело напрягалось от ужаса и боли. Каждое мгновение давило сильнее, чем колено Пайка, и казалось, что мир сжался до узкой полосы, где нет ни движения, ни спасения. Мысли путались, а глаза жадно искали хоть малейший шанс вырваться, понимая, что его уже нет.

Пайк: Стреляйте ей в ногу. - раздалаьс команда в рацию.

Беллами, видимо, услышал это, и сразу же скрутил Октавию, которая держала меч у его горла, так, чтобы вырвать его у нее из рук. Он двигался резко и уверенно, словно каждая секунда была на счету, и напряжение вокруг нас стало почти осязаемым. Я почувствовала, как страх медленно стелется по спине, а сердце колотится все сильнее, понимая, что любой неверный шаг может закончиться плохо для всех. Пайк присвистнул, и из темного леса вышли те, кто все это время прятался, держа оружие наготове и готовясь действовать. Их фигуры мелькнули сквозь деревья, а воздух наполнился ощущением опасности и надвигающейся угрозы.

Октавия: Отпусти! - она попыталась вырваться из захвата, стиснув зубы.

Но, конечно, они не слушали, и сразу же надели наручники на Октавию и Маркуса, не давая им ни малейшего шанса на сопротивление. Я с трудом наблюдала за этим, чувствуя как гнев и беспомощность смешиваются внутри меня, заставляя сердце стучать чаще. Черт, опять ничего не вышло. Я вновь повернулась лицом к Пайку, ощущая холодный металл на лбу, как болезненное напоминание о том, что двигаться нельзя, а каждое мое движение теперь под контролем врага.

Пайк отпустил меня, когда ко мне подошел один из охранников и тоже надел наручники на мои руки. Я пыталась оценить ситуацию, заметив, что Ханна вышла с Монти, тоже надев на него наручники. Милая мама у тебя, Монти, промелькнула мысль сквозь усталость, смешанная с тревогой и отчаянием. Я кое-как попыталась встать на ноги, чувствуя резкую боль в боку и на лице, и с трудом отдышалась, чтобы сосредоточиться и увидеть, что происходит с остальными. Пайк подошел к Беллами, его взгляд был холодным и расчетливым, словно он изучал каждое движение врага, ожидая подходящего момента для следующего шага.

Пайк: У тебя 5 секунд, чтобы убедить меня, что ты все еще с нами. - он сжал кулаки, готовый к любому ответу.

Я украдкой посмотрела на него, пытаясь собрать себя в кучку и удержать дыхание, которое все еще прерывисто срывалось. Маркуса не подпускали ко мне, как и Октавию, оставляя чувство изоляции и беспомощности давить на грудь. Пришлось самой собраться и отдышаться, пытаясь сохранять контроль над паникой, которая почти охватила меня полностью.

Белл: Остальные все в пещере, недалеко отсюда. - он кивнул, осматривая территорию вокруг.

Октавия: Сукин сын! - она рванулась вперед, пытаясь ударить его.

Она вырвалась из рук охраны, готовая нанести удар, но тут же ее поразила электро-палка, и она рухнула на землю прямо возле их ног. Я понимала, что это было безполезно, разочарование холодным комом осело внутри, и единственное, о чем я думала, это о том, что погибнут остальные. Боль, тревога и отчаяние переплелись во мне, заставляя сердце сжиматься, а руки бессильно опускаться вдоль тела.

Пайк: Назови мне координаты. - он уставился на Беллами с непоколебимым взглядом.

Белл: Я их не знаю. Но я могу отвести вас туда. - он выдохнул, стараясь не показать страх.

Пайк кивнул и махнул остальным, чтобы схватить нас и надеть ткань на рот. А затем нас всех повели за Беллами, и я шла на усталых ногах, едва переставляя их, чувствуя, как каждая мышца протестует и горит от усталости.

-

Кое-как перебираясь, я почти не могла идти, но нельзя было показывать слабость, нельзя было дать им хоть малейший повод думать, что я сдаюсь. Сердце стучало в груди так громко, что казалось, будто оно выскочит наружу, а дыхание сбивалось, когда каждый шаг давался с огромным усилием, и боль от старых ран жгла в боку и лице.

Я чувствовала, как дыхание стало реже, наверное, из-за того, что Пайк прижал меня слишком сильно, или что-то хрустнуло внутри, или я просто начала паниковать. Легкое головокружение накрывало меня волнами, и дыхание становилось быстрым и прерывистым, как будто я не успевала набрать воздух. Я все еще шла среди остальных, почти никуда не смотря, сжимая глаза каждые несколько секунд, чтобы не упасть, пытаясь отвлечься и отдышаться, держась на ногах несмотря на слабость и страх, который сжимал грудь с каждой секундой пути.

Спустя пару минут ходьбы по лесу, я заметила по реакции Маркуса, что мы идем не тем путем. Вокруг стояла тишина, прерываемая только скрипом веток под ногами и редкими шорохами листвы, которые казались подозрительными. Сердце колотилось сильнее, а ноги устали от долгой дороги, каждое движение давалось с усилием. Лес давил своей глухой тьмой, и я ощущала, как тревога растет с каждой секундой, охватывая грудь. Я понимала, что ошибка в пути может дорого нам обойтись, и взгляд Маркуса выдавал скрытое беспокойство, которое я пыталась не замечать.

Пайк: Ты уверен в этом маршруте? Мы приближаемся к блокаде. - он нахмурился, сжимая кулаки и осматривая путь.

Белл: Поэтому Кейн пошел сюда. Он думал что мы не станем рисковать. - он шагнул вперед, не сводя взгляда с Пайка.

Пайк: Он ошибался. - он сжал плечи, готовясь к возможной опасности.

Я закатила глаза и пошла за ними, ощущая как напряжение сжимает грудь, а каждая клетка тела настороженно реагирует на окружающий лес. Сердце стучало громче, ноги дрожали от усталости и страха, но нельзя было показывать слабость, нельзя было дать им понять, что мне тяжело идти.

Белл: Что ждет мою сестру? Знаю, она должна понести наказание.. - он сжал кулаки, сжимая челюсти от напряжения.

Пайк: Вот что я скажу. Я пообещаю тебе то же, что и матери Монти. Я все прощу, но если она оступится снова. - он смотрел прямо на Беллами, стиснув зубы.

Белл: Не оступится. Я за этим прослежу. Моя сестра - моя ответственность. - он шагнул вперед, крепко сжимая кулаки.

Пайк: А насчет остальных, ты и сам знаешь. Никакие твои новые попытки вымолить у меня прощение Аделины или врезать мне не сработают. - он нахмурился, оценивая Беллами взглядом.

Я посмотрела на спину Беллами, видя, как он напрягся. Видимо, все это время он и вправду просил у Пайка моего прощения, и это ощущение заставило сердце сжаться от неожиданной тревоги. Лес вокруг казался еще темнее, а воздух давился тишиной, как будто каждый звук мог спровоцировать опасность.

Пайк: Стойте. - он тут же остановился, сжав плечи и внимательно осматривая пространство.

Белл: Пещера по ту сторону. - он не обратил внимания на слова Пайка и медленно шагнул вперед.

Пайк: Будьте на чеку. - он кивнул своим людям, удерживая напряжение в голосе.

Сказал он тем, кто нас держал, а дальше пошел вместе с Беллами вниз. Мы медленно спускались по склону, стараясь не оступиться, ноги скользили по влажной траве, а сердце билось быстрее с каждой секундой, будто предчувствуя надвигающуюся опасность. Он отпустил некоторых назад в Аркадию, среди них была Ханна, и я почувствовала небольшое облегчение, что хотя бы часть людей в безопасности. Лес вокруг казался еще темнее, тени деревьев растягивались на землю, а тишина давила, словно предвещая беду. Мы спустились на поляну, где открытый простор был нарушен пронзительной сиреной из трубы, разрезавшей воздух и мгновенно заставившей кровь стынуть в жилах.

Пайк: Блокада! - он достал оружие, сжимая его руками. - Кто нибудь их видит? Уходим назад на возвышение! - он резко оглянулся, оценивая обстановку, стараясь удержать контроль над собой.

Я тут же напряглась, пытаясь оглядеться во все стороны. Сердце забилось сильнее, дыхание, что и так было слабым, стало еще напряженнее, и я почувствовала, как тревога сжимает грудь. Я замотала головой, стараясь привести себя в порядок, сжимая кулаки и держась на ногах несмотря на страх, который почти парализовал меня. Каждый звук леса казался подозрительным, каждая тень могла скрывать угрозу, и я пыталась удерживать себя от паники, хотя тело дрожало от напряжения.

Белл: Бросай оружие! - я тут же увидела, как Беллами взял свой пистолет, направляя его на Пайка.

Пайк: Какого черта ты творишь? - он шагнул вперед, сжимая кулаки от напряжения и опасения за нас всех.

Белл: Бросай оружие! - он выдохнул сквозь зубы, сжимая оружие сильнее, не отводя взгляд от Пайка и охранников.

Октавия тут же ударила охранника возле себя в живот. - она резко рванулась, с силой замахнувшись рукой, не давая противнику шанс на защиту.

Белл: Мы привели вам Пайка, канцлера людей с неба! - он сказал на языке землян, и я тут же уставилась на него, не веря своим глазам, чувствуя, как сердце сжимается от удивления и ужаса одновременно.

Он никогда не учил язык землян, а значит выучил эту фразу заранее. Эта мысль ударила по мне внезапно и болезненно, заставив по-новому взглянуть на все происходящее вокруг. Если он произнес это так уверенно, без запинки, значит, готовился, повторял, прокручивал в голове нужные слова снова и снова. Значит, он знал, что земляне будут здесь, еще до того, как мы сами это поняли. В груди стало странно тесно от осознания, что это не случайность. Все выглядело как тщательно расставленные фигуры на доске.

Выходит, это был его план? От этой догадки мне стало одновременно не по себе и тепло внутри. Неприятно осознавать, что нас могли использовать как часть игры, но в то же время я чувствовала странную благодарность. Он продумал все заранее, просчитал каждый шаг, чтобы помочь нам выжить. Даже если для этого ему пришлось бы предать и отдать землянам канцлера, он был готов пойти на это. И от этой решимости становилось тревожно и спокойно одновременно.

Пайк: Ты нас всех погубил. - он выдохнул, сжимая кулаки и сжимая зубы, глядя на Беллами

Белл: Забирайте его и снимайте блокаду. - продолжил он, голос был хладнокровным и твердым, словно каждое слово высекало воздух вокруг.

Земляне тут же выпустили стрелы в охранников, которые держали нас, и в ту же секунду окружили со всех сторон. Сердце стукало так сильно, что казалось, будто оно выскочит из груди, дыхание стало резким и прерывистым, а ладони вспотели от напряжения. Глаза метались в панике, пытаясь охватить всех вокруг, понять, кто где и что делать, но вокруг была лишь хаотичная движущаяся масса стрел и людей. Я тут же села на колени, сжимая руки, пытаясь уклониться так, чтобы в меня не попали, чувствуя, как ужас медленно сковывает тело, а паника растет с каждой секундой.

Нас окружила целая армия землян, жаждущих крови, и я ощутила, как страх сдавливает грудь, дыхание сбивается, а ноги будто подкашиваются. Пайк попытался напасть на Беллами, но в ту же секунду я увидела, что в него уже попала стрела, и его ударил землянин. Они тут же подбежали к нему, схватили и унесли прочь, оставляя ощущение полной беспомощности и отчаяния, как будто мир рушился на глазах.

Маркус: Куда вы его уносите? - его голос дрожал, глаза расширены от страха и беспомощности.

?: К новой командующей. - ответ прозвучал холодно и решительно, словно приговор, и сердце сжалось от ужаса, не зная, что будет дальше.

Маркус: Можно мне с вами? Мы из 13 клана. - он показал им выжженный знак Скайкру на руке, что оставила Лекса.

?: Пойдет только один. Не задерживайте нас. - голос был резким, безапелляционным и холодным.

Больше я ничего не слышала, и тут же опустилась на землю полностью, стараясь не дать никому понять, что мне хреново. Тело дрожало, дыхание сбивалось, а сердце колотилось так, что казалось, что оно выскочит наружу. Паника и страх сжимали грудь, а слезы подступали, но я пыталась держаться, сжимая кулаки и стараясь не выдать слабость. В голове крутились мысли о том, что мы остались одни, и ужас от полной беспомощности делал все более невыносимым.

Маркус ушел. Мы остались вчетвером одни, и я пыталась отдышаться, но это никак не выходило. Дыхание было прерывистым и тяжелым, грудь сжималась от страха, а паника, что всн еще жила во мне, подступала к глазам, заставляя слезы медленно катиться по щекам. Я сжимала зубы, пытаясь подавить крик внутри, а руки дрожали от напряжения, отчаянно пытаясь удержать себя в руках и не показать никому, насколько я растеряна.

Белл: Эй.. эй.. - я почувствовала его присутствие перед ногами, и сердце сжалось от неожиданности.

Он тут же сел на колени передо мной, не прикасаясь ко мне, ведь знал, что я не позволю. Беллами раньше был единственным, кто умел успокаивать мою панику, и я чувствовала, как его присутствие слегка давало мне опору, хотя страх и тревога все еще переполняли меня.

Белл: Посмотри на меня. - он тихо сказал, стараясь не торопить меня и не давить.

-Не хочу я на тебя смотреть. - процедила я сквозь зубы, задыхаясь и зажмурив глаза, чувствуя, как слезы вот-вот сорвутся.

Белл: Пожалуйста.. - он мягко попросил, пытаясь удержать меня взглядом.

Я подняла взгляд на него, сжав зубы, хотела показать всю боль, что он мне причинил. Слезы сами потекли из глаз, и я не могла их сдержать, слезы смешались с усталостью, страхом и паникой, что накрыла меня с головой после всего ужаса, который мы пережили.

Он осмотрел меня и нерешительно подвинулся ближе, обнимая меня, так что моя голова упала в его грудь. Я не выдернулась и заплакала сразу, не в силах больше держать слезы. Тело дрожало, а плечи сотрясались от рыданий, которые вырывались из меня самопроизвольно. Он сжал меня сильнее, взяв в руку мой затылок и поглаживая его, стараясь дать хоть немного ощущения безопасности, которого мне так не хватало.

Белл: Знаю, ты меня не простишь, но я очень тебя люблю, принцесса. - он прошептал тихо, каждое слово проникало прямо в сердце.

Я ничего не ответила, но истерика начала понемногу стихать, постепенно уступая место усталости и облегчению, хоть и небольшому. Я тут же оттолкнула его от себя, протерла рукавом рану на лице, сжала бок рукой и отошла, садясь на ближайший пень, пытаясь собраться и отдышаться.

Монти: Моя мама сдала меня. - голос дрожал, глаза были полны ужаса и отчаяния.

Белл: Вы семья, вы что-нибудь придумаете. - он пробормотал, подходя к нему, пытаясь вселить хоть немного надежды и силы.

Октавия: Откуда ты язык землян знаешь? - она резко встала и подошла к нему, сверля взглядом.

Белл: Когда вы ушли, я попросил Нейтана научить меня этой фразе, а Линкольна попросил привести войско землян сюда. - он говорил спокойно, но в голосе слышалась усталость.

Октавия: Так ты все спланировал? Ты специально загнал Пайка в тупик? - она сжала кулаки, пытаясь сдержать вспышку злости.

Белл: Можно и так сказать. - он кивнул едва заметно, не отводя взгляда.

Октавия: А нельзя было не выкручивать мне руки? - она дернула плечом, вспоминая боль и унижение.

Белл: Ну прости, О. Иначе он не поверил бы. - он устало провел рукой по лицу, избегая ее взгляда.

Монти: И ждал бы, пока застрелил Адди? - он резко повернулся к нему, голос дрогнул от злости.

Белл: Не застрелил бы. - он ответил твердо, почти упрямо, не моргнув.

Я посмотрела на него, удивляясь его уверенности, которая звучала так спокойно, будто он действительно знал исход заранее. Внутри меня все сжалось от противоречий, потому что я сама не была в этом так уверена, как он, и мысль о том, что он мог ошибиться, все еще пульсировала в голове. Но, видимо, он за эти пару дней слишком хорошо узнал Пайка, предавая нас, наблюдая за ним, вникая в каждое его решение. И, возможно, он и правда знал каждый его шаг, просчитывал каждую реакцию, словно это была шахматная партия, где ставки были нашими жизнями.