Эпилог

      Он вошел неслышно. Но вампир за двести лет привык улавливать даже его бесшумные шаги. Вскочив, Чжань закрыл собой Ибо. Его алые глаза горели гневом и знанием. Он оскалился и зашипел.

      — Я знал, что ты все поймешь, малыш Чжань, — томно протянуло существо.

      — Кто ты такой? — задал давно мучивший его вопрос волк, стараясь выбежать вперед, но сильные и твердые руки вампира, сдержали его порыв.

      — Зовите меня, Хей Тяньгоу*.

      — Тот самый Тяньгоу? — удивился Ибо.

      — Помнишь вопрос, что я задал тебе, малыш Чжань? — проигнорировал оборотня демон.

      Вампир ничего не ответил. Пятясь, он пытался оттеснить оборотня к стене, чтобы самому броситься на древнюю тварь и выиграть этим время для Ибо. Он уже готов был обратиться и сконцентрировался, но демон действовал быстрее. В мгновение ока он оказался рядом. Резкая боль охватила сначала грудь, а потом и все тело. Чжань рухнул под ноги оборотня. Все его силы уходили на то, чтобы следить за каждым движением демона.

      Ибо не понял, что произошло. Любимый упал к его ногам, а проклятая тварь осталась стоять с трепещущим сердцем в руках. Опустив глаза волк увидел зияющую дыру в груди вампира. Из ошметков сосудов вытекали остатки крови. Забыв как дышать и упав на колени, хватаясь ослабевшими пальцами за одежду вампира, он хватал воздух ртом. Тупая боль охватила грудь, а из глаз потоком рванули слезы. Внезапно он ощутил себя беспомощным, маленьким волчонком, что не в силах ничего сделать. Не замечая, что делало существо, которое считал, как минимум помощником, он сосредоточил внимание на бледном лице и затухающих красных глазах, неотрывно смотрящих не на него. И это приносило еще больше боли.

      — Выбирай, — глаза Чжаня распахнулись в ужасе и метнулись в сторону Ибо, — У тебя пара минут прежде чем он умрет. Твоя жизнь в обмен на его.

      — ОН! — не думая не секунды, выбрал волк, — Он. Пожалуйста... — из красных глаз любимого скатились одинокие слезинки.

      — Твоя кровь способна залечить все, но для восстановления сердца и сосудов нужна она вся, — Тяньгоу бросил оборотню сердце.

      Трясущимися руками Ибо вложил сердце на место и схватив со стола нож полоснул себя по горлу, разрезая артерию и яремные вены. Сначала он склонился над вампиром, но по мере того, как вытекала кровь — а вместе с ней и силы — лег ему на грудь.

      — Вы, наверное, думаете зачем я это делаю? — демон уселся у стены напротив пары в позе лотоса, — Я говорил раньше — мне скучно. — Откинувшись, он закрыл глаза и довольно улыбнулся. — А ваше появление это всегда так весело. Защищать и помогать сначала тебе, малыш Чжань. А потом приглядывать и за волчонком. Вы же должны были встретиться, как без этого. Это ведь самое главное во всей игре. А что лучше всего сближает сердца? Правильно — препятствия и беды. Как хорошо, что я могу принять любую внешность. Слово там, слово сям и вот вас уже раскрыли. Ах это было так романтично...

      Демон замолчал на пару мгновений, погружаясь в воспоминания того дня. Вспомнил и Чжань, как его схватили и пришпилили копьем к стволу дерева. А затем сливали у него кровь, чтобы сделать слабым и неспособным дать отпор. Потом везли его куда-то в ящике. На месте, перед тем как накрыть гроб крышкой, напоили кровью. Но только для того, чтобы тот мог исцелить рану от копья и затем мучиться в одиночестве и бессилии, будучи запертым в темном и холодном гробу.

      — У вас в клане очень хорошо умеют закалять, малыш Сяо. Ты знал? Пятьдесят лет мне пришлось ждать, прежде чем ты оказался на пороге. Это, знаешь ли, долго. А ты, волчонок? Двести лет! Ну правда. Мне пришлось сто пятьдесят лет таскать твоему любимому полудохликов, чтобы поддерживать в нем жизнь. Спасибо, что наконец-то нашел. Ну не смотрите вы на меня так, — демон ухмыльнулся, — Я же дал вам время насладиться покоем и счастьем, вы должны быть рады.

      Тяньгоу поднялся на ноги и подошел к Чжаню. Поднял лежащего на его груди Ибо за волосы и отбросил, словно ненужную вещь.

      — Умер, — разочаровано протянул Тяньгоу. Красные глаза загорелись огнем. Демон взял вампира тонкими пальцами за подбородок, — Я же обещал, что ты сможешь отомстить. — Он подмигнул и криво, словно с издевкой, улыбнулся.

      — Ты зло, — еле выдавил из себя кровопийца.

     — Мальчик мой, не существует абсолютного зла и добра, — демон поднялся и отвернулся к двери, не смотря на Чжаня, — Каждое существо, каждый предмет, несет в себе и то и другое. Не об этом ли говорят легенды о Тяньгоу, что бывает белым и черным, добрым и злым. Или миф о духах смерти Белом и Черном*. О двух душах небесной и земной*. И я был к вам добр, разве нет? Столько раз давал вам время побыть счастливыми, — демон наконец-то повернулся, улыбка сползла с его лица, — О! Что ж, это было неожиданно.

      Белое лицо вампира было расслабленно, губы расплылись в улыбке, а глаза закрыты. Рядом с окровавленной рукой, лежало неподвижное раздавленное сердце. Тяньгоу присел рядом и ласково провел по ледяной щеке рукой.

      — Вы не устаете меня удивлять, — в этот раз улыбка вышла не кривой, а теплой и доброй.

      На пороге, перед тем как выйти из дома, демон обернулся:

      — До встречи, Инь и Ян.

______________

*黑天狗Hēi tiāngǒu Хей Тяньгоу Черный небесный пес/собака. Тяньгоу (кит. 天狗 — «небесная собака») В качестве благого духа, имеет облик белоголовой лисицы, несёт мир и спокойствие, оберегает от всяческих бед и от лихих разбойников. Упоминается также астрологами как созвездие-хранитель благосостояния. Это созвездие состоит из семи звёзд, и в Древнем Китае называлось «Пёс» (в созвездии Корабль). В качестве злого духа, имеет облик чёрной собаки, обитающей на Луне и пожирающей солнце во время затмения. В мифах о Тяньгоу поясняется, что для того, чтобы отразить нападение Тяньгоу на солнце, следует бить и гнать собак. Тогда, якобы, Тяньгоу выплюнет луну обратно и скроется. Появлением Тяньгоу также считались падающие болиды, которые при полёте издавали треск и внешним видом напоминали собаку; наблюдение такой «падающей звезды» по мнению суеверных людей предвещало близкую войну.

*黑白无常 — это два загадочных духа/демона, которые, согласно китайским повериям и суевериям, после смерти человека приходят чтобы забрать его душу для сопровождения в загробный мир. Один дух черный (黑无常), другой белый (白无常). Большими крюками на цепях могут хватать пытающиеся «сбежать» души. Головы их увенчаны высокими шапками с надписями из 4-х иероглифов: у белого — «你也来了» (ты тоже пришел), а у черного «正在捉你» (хватаю тебя). Лицо Белого духа часто излучает улыбку, а лицо Черного — свирепо и грозно. Духи смерти относятся к степени 10-ти Главных теневых предводителей 十大阴帅 (или лунных князей), подчиняются Владыке загробного мира 阎王. В народе считается, что живым эти духи могут принести как горе, так и счастье, и даже богатство. Это верование порождено тем, что мир духов представляется подобным миру людей — в нём есть и зло, и добро. Существует следующая легенда о том, что Черный и Белый духи смерти когда-то были живыми людьми: Белого духа звали по имени Се Биань (谢必安), Чёрного — Фань Уцзю (范无救). 

* Согласно китайской мифологии душа человека хунь, разделена на две одна душа тела, что распадается вместе с тлением тела и душа разума, что бессмертен и поднимается на небеса, чтобы переродиться.