Мультяшные котики

Вдруг в какофонию ворвался новый непонятный звук. Чирк... Чирк... Ребята тут же затихли и устремили свои взгляды в сторону источника. Даже Новак поднял голову с земли, с интересом взглянув туда же. В самом темном углу склада стоял парень с волосами цвета снега. В зубах у него торчала сигарета, и он, по всей видимости, безуспешно пытался ее прикурить, чиркая зажигалкой. Любой бы на его месте постарался смыться незаметно, но этому парню будто было все безразлично. Как ни странно, не его поведение удивляло в первую очередь. Первое, что изумило буквально всех, — его внешность. Таких людей они не видели никогда. Он будто явился с другого мира. Белые, словно лист бумаги, волосы, такие же ресницы и брови, красующиеся на миловидном лице. Белесая фарфоровая кожа. И неописуемо яркие глубокие бирюзовые глаза, что словно смотрели напрямую в душу. «Альбинос?» — пронеслось в голове у Новака. Черное приталенное пальто идеально подчеркивало его худую фигуру и придавало элегантности виду. Он не выказывал ни агрессии, ни дружелюбия, лишь холодное безразличие, отчего казался еще больше не от мира сего. В общем, зрелище завораживающее.

— Простите, что отвлекаю. Ребят, огоньку не будет? — вежливым тоном спросил этот парень. Даже голос его казался странным. Таким сухим и безжизненным. И одновременно с этим он имел странную притягательность. Ему никто не ответил. — Ну нет так нет, — чуть погодя ответил он и продолжил пытаться выдавить из зажигалки немного огня.

От первого шока компания более менее оправилась и стала действовать. Не сказав ни слова, они все как по команде стали окружать белобрысого парня, и когда кольцо замкнулось, он заговорил обжигающе ледяным тоном:

— Не советую, — сказал он спокойно, подняв на Дэна свой невозмутимый взгляд. Новак хорошо уловил, как Дэн дернулся, как только в него впились эти глаза. — Больно будет.

— А ты смелый, — крикнул Бастер и занес руку, намереваясь ударить прутом по голове, что, видимо, успел подобрать, пока все глядели на белобрысого. Его план провалился — ловко пригнувшись, парень избежал удара, а потом подставил Бастеру подножку, которая в сочетании с инерцией удара повалила его на землю. Плюхнулся он прямо лицом в кашу из осколков от битой бутылки, грязи и другого мусора. На щеке и руке, которой он угодил в осколки, появились глубокие порезы. Бастер вскрикнул.

— Я же говорил, — тем же безмятежным, излучающим спокойствие и уверенность голосом сказал белобрысый и поставил свою ногу на голову Бастеру, не давая ему встать.

Вся компания замерла. Все растерялись, даже Дэн.

— Слушай. Ну зачем сразу так? Давай поговорим?— сказал Дэн осторожно, нарушив короткое молчание.

— Ну давай.

— Мы не знаем, кто ты, что тебе нужно? Ты на его стороне или на нашей?

— Ни на чьей.

— И все же ... м-м-м... зачем ты здесь?

— Просто так.

— Просто так?

— Да.

— Я... я не понимаю. Ты пойдешь в полицию? Сдашь нас? Или чего-то еще?

— Нет. Я вас не сдам. Мне ни к чему.

— Тогда что? Что ты хочешь?

— Я же сказал: «прикурить».

— Прикурить?!

— Ну да.

— Ты идиот или притворяешься?

— Так будет, нет?

Этот разговор не прояснил абсолютно ничего. Белобрысый будто специально отвечал максимально странно и не соответствующе ситуации, и, несмотря на то, что перед ним стояло как минимум трое парней сильнее его, он ни капли не испугался. И не было похоже, что он скрывал страх, как обычно бывает с храбрившимися, что желают стать героями и спасти невинных. Нет, ему действительно не было страшно. Да и в целом складывалось впечатление, что никаких эмоций он не испытывал.

— А ты мне нравишься, — после короткого молчания сказал Дэн. — Так и быть, я тебе расскажу кое о чем. Видишь парня на земле? — Он кивнул в сторону Араки.

— Ага.

— Я думаю, ты видел, чем мы тут занимались последние полчаса. Ты же понимаешь, что это не совсем вписывается в рамки закона?

— Тут и дурак поймет.

— Так вот. Он — самая настоящая угроза нашей цивилизованной жизни.

— Да что ты? — Тон его голоса был насквозь пропитан сарказмом, однако Дэн продолжил говорить:

— Ты же в курсе последних убийств? Думаю, да. Мало кто в этом городе о них еще не слышал. Так вот, представь себе, мы нашли того маньяка! — Будто подтверждая свои слова, он эмоционально всплеснул руками и повернулся к лежащему на земле избитому до полусмерти бедняге. — Ты только представь! Этот ублюдок прикидывался добропорядочным, честным и добрым днем, а по вечерам совершал с девушками, женщинами и совсем маленькими девочками такое, от чего даже у взрослых закоренелых мужчин нутро от омерзения выворачивалось.

Новак, внимательно следивший за их разговором, увидел, как Дэн в обычной для себя манере, когда хочет кого-то в чем-то убедить, постарался установить зрительный контакт. Но только он встретился взглядом с этим парнем, как тут же опустил глаза. Через секунду, правда, уже взял себя в руки и через силу, что хорошо было видно, смотрел на него, но от его былой уверенности не осталось и следа. Впервые Новак видел нечто подобное — Дэн пасует перед другим парнем! Более того перед незнакомцем, что выглядит куда слабее него физически. Будто осознав это, Дэн разозлился, но умело скрыл это под своей улыбкой.

Внезапно белобрысый шевельнулся, он убрал ногу с головы Бастера, про которого все уже напрочь забыли, наблюдая шоу куда интересней. Бастер, кряхтя, перевернулся и жадно стал поглощать воздух.

— Но, к сожалению, весомых улик против него не имеется, одни лишь косвенные, — продолжил свою тираду Дэн. — Видишь ли, он крайне осторожен. Да и деньги на адвоката у него наверняка найдутся. Ну как, ты мне скажи, честным гражданам бороться с таким злом без помощи нашей судебной системы? Ну не могли мы бестолково опустить руки и продолжать смотреть на это. Остается лишь одно. Если государство не может защитить нас и нести справедливость, как ему положено, то нести ее будем мы сами. Мы решили собственноручно наказать это зло и избавить от него мир. И раз уж ты стал невольным свидетелем торжества справедливости, то приглашаем тебя — присоединяйся. Давай восстановим вместе спокойствие и мир в нашем городе?

От всей неестественности сказанного на душе Новака появилось неясное мерзкое чувство. Во-первых, Дэну всегда, сколько знал его Новак, были до лампочки справедливость, мир и спокойствие. Даже наоборот, он скорее был их противником, потому что сам неоднократно проявлял агрессию, прибегал к насилию и поступал несправедливо исключительно ради себя любимого. Он и не думал этого скрывать, и частенько спорил с Новаком на тему, что доброта — проявление слабости. Во-вторых, деньги на адвоката? Они же всей компанией пришли к выводу, что нет у него никаких денег. Не только на адвоката, а даже на менее потасканную временем одежду. И в-третьих, что волновало его сильнее всего, «...собственноручно наказать это зло и избавить от него мир». Они разве собирались наказывать зло? Избавляться от него? Разве они здесь не для того, чтобы узнать правду и только ради этого?

— А если я откажусь? — ответил белобрысый с тем же непробиваемым холодным видом.

— Что ж, тогда нам придется прибегнуть к... — Дэн замолчал на пару секунд. — К тому, чего мы очень не хотим. Ты пойми нас, мы все же люди, и боимся за наше будущее. С точки зрения закона все выглядит совсем не таким, каким является на самом деле. И нам совсем не хотелось бы... — Он вновь замолчал.

— ... оставлять свидетелей, — закончил фразу белобрысый.

— Я бы так не сказал, но суть ты уловил. Так что ты думаешь?

— Во-первых, скажу сразу, все ваши доказательства, какими бы они не были, притянуты за уши. Если нет вещественных доказательств, как насчет хотя бы мотива?

— Мало ли какой мотив может быть у больного на голову человека? — в разговор внезапно вклинился Ли. Видимо, ему надоело стоять без дела.

— Вот тут ты не прав, — сказал белобрысый. — Допустить, что он сумасшедший, можно лишь в том случае, если он действительно является убийцей, но, как ты уже сказал, доказательств, подтверждающих это, нет. Никаких поводов усомниться в его адекватности он не давал. Так что и тут мимо. По сути, у вас лишь пустое обвинение, построенное на непоколебимой уверенности в его виновности. А исходить из этого крайне глупо. Тогда с чего вы решили, что именно он является маньяком?

— Знаешь, я думаю, достаточно просто на него взглянуть. Ты же видел его взгляд? Согласись, невинный, «белый и пушистый»— это явно не про него. Но если тебе нужны более весомые доказательства, то хотя бы то, что он отсутствовал дома во время всех преступлений, что зафиксировали камеры неподалеку от его дома на автостоянке. На каждой записи он шел прямиком к злополучному парку, где, как и говорилось в новостях, он подмечал жертв, — голос Дэна едва уловимо дрожал, да и темп речи был быстрее обычного. «Что-то тут не так» — подумал Новак.

— И этого достаточно для убийства человека? — Дэн и Ли хотели было что-то сказать, но парень им этого не дал, перебив. — Все равно. Я продолжу. Во-вторых, участвовать в этом я не буду, потому что точно знаю, он невиновен. Почему я вам объясню чуть позже. В-третьих, хочу предупредить сразу, что бы вы ни пытались со мной сделать, сами же от этого пострадаете. Доказательство лежит у меня под ногами с изрезанным лицом. Так что, не советую. Ну, а в-четвертых, я очень прошу вас еще раз все обдумать. Начните, наконец, опираться не только на эмоции, но и на такие вещи как: логика, разум, правовые и моральные нормы. Обдумайте все еще раз критически и объективно.

Все, что он сказал, звучало разумно и отрезвляюще. И не было похоже, что он пытался кем-то манипулировать или хоть где-то соврал. Он говорил правильные вещи, что заставили задуматься всех.

— Ты говорил о каком-то неопровержимом доказательстве его невиновности, — сказал Дэн.

— Ах да, конечно, — с наигранным нескрываемо фальшивым удивлением сказал белобрысый. — Тут все просто. Он не является убийцей, потому что реальный убийца стоит перед вами. И вы мило беседуете с ним уже невесть сколько времени.

Казалось, от напряжения воздух потяжелел. Шокировано все смотрели в упор на белобрысого, не зная, верить ли его словам.

— Если вы не верите, то можете спросить любую мелкую подробность про любую из жертв или, если хотите, могу рассказать в красках про любое убийство, — будто угадав их мысли, сказал белобрысый.

— Как выглядела твоя первая жертва? — нарушила молчание Оливия.

— Ты про Лилит?

Как только он это сказал, Оливия изменилась в лице, не удостоив ответом на вопрос. Белобрысый стал говорить дальше, несмотря на молчание.

— ... Длинные волосы до поясницы красивого пшеничного цвета. Прекрасные пухлые губы, пусть и не к месту накрашенные розовым блеском с мелкими стразами. Узкие, но выразительные глаза небесного цвета. Крайне хрупкое на вид телосложение. В тот вечер она надела короткие серого цвета шорты с плотными черными гольфами выше колена, вязаный рыжего цвета свитер, а сверху едко-желтого цвета пальто. Когда я ее увидел, я подумал, что ни эти вещи, ни цвета вовсе не могут сочетаться, но, как не странно, ей эти вещи очень шли...

«Это не доказательство. Об этом можно было услышать из новостей» — подумал Новак. У него в голове не укладывалось, что именно этот интеллигентный с виду человек является маньяком. И остальные, судя по выражению их лиц, думали о том же.

— ... И да, чуть не забыл. На ней еще было забавное, на мой взгляд, нижнее белье. Мало кто такое носит. Белое в мелкий рисунок мультяшных котиков. Веселенькое... Я думаю, этого достаточно, чтобы ты убедилась.

Компания сосредоточено ждала подтверждения или опровержения от Оли, что стояла, побледнев, не в силах выжать из себя и слова.

— Правда — то, что он сейчас сказал, Оли? — твердым приказным тоном сказал Дэн, но в ответ получил лишь нечленораздельное мычание. — Оли! Я спросил, это правда? — еще грубее сказал он.

— А..ага..д-да...

— Но зачем? — внезапно вмешался Ли.

— Зачем, говоришь... «Мало ли какой мотив может быть у больного на голову человека?» — твои же слова? — спокойно ответил парень.

— Но... — Ли запнулся. Он не знал, что сказать. Он никогда не отличался острым умом, но тут он был наравне с остальными — никто не понимал, что, черт возьми, происходит. Зачем реальному убийце признаваться? Зачем сюда приходить и мешать им? Он хочет спасти своего пособника? Почему тогда таким способом? Разве не эффективнее было бы вызвать полицию?

«Нет. Он точно не убийца» — четко понял Новак. «Не знаю, какие цели он преследует, но это точно не он. Если бы он был убийцей, то не вмешивался бы».

Дэн выхватил у Оли из рук шокер и направил его на белобрысого, но никакого эффекта. Проволока выскочила из шокера и впилась в руку парню, а он даже не шелохнулся.

— Она весь заряд в Хиро всадила. Можешь не пытаться,— раздался тот же тихий спокойный голос незнакомца с белыми волосами.

Он небрежно смахнул проволоку шокера со своей руки, будто назойливую муху, и уставился на Дэна без тени страха. В этот момент Ли зашел за спину белобрысого, думая, что тот не заметит этого, и попытался взять на удушение. Его попытка оказалась провальной, белобрысый сразу заметил его и, резко развернувшись, ударил своим локтем прямо под ребро Ли. Боль от удара заставила Ли согнуться. Дэн, несмотря на первый провал Ли, решил повторно попробовать сделать удушающий прием, но куда проворнее. Белобрысый тотчас заметил это и нанес удар, от которого у Дэна перехватило дыхание, в область солнечного сплетения. Компании стало казаться, что даже всей толпой этого чудного парня не завалишь. Однако удача не отвернулась от них окончательно. Бастер, все так же лежа на сырой земле, помог им. Схватив белобрысого за ногу и притянув ее к себе, он повалил его на землю, где у него не было возможности увернуться от ударов. Ли сразу воспользовался подвернувшимся шансом и ударил в живот со всей силы удачно упавшего ему прямо под ноги белобрысого. Спустя лишь мгновенье белобрысый подскочил на ноги, не издав ни звука, не хрипнув, не вскрикнув, будто и не заметил удара.

Взгляд белобрысого разительно изменился. И без того жуткий взгляд стал пугать еще сильнее, при этом что конкретно изменилось, сказать было сложно. Исчезла малейшая небрежность, что читалась раньше по его взгляду, и появилась сосредоточенность. Теперь он внимательно следил за каждым их движением, подмечал любую мелочь, словно обжигая своим острым пронзительным взглядом. И, несмотря на это, он все так же был далек от любых эмоций. Он не выказывал злобы или страха, лишь холодно изучал, словно хищник изучает свою добычу, осторожно, но сосредоточившись.

Дэн, Бастер и Ли решили нанести еще один удар и ринулись к белобрысому одновременно. Ли достиг цели первый и занес кулак для удара по лицу. Белобрысый, ловко извернувшись, тем самым увернувшись от удара, крепко схватил Ли за запястье, а потом притянул на себя и чуть вниз. Когда локоть Ли оказался на одной вертикальной линии с коленом белобрысого, он резко поднял ногу коленом вперед, и тут же рука Ли вывернулась в обратную естественному положению сторону. Не услышать пронесшийся эхом громкий хруст было невозможно. Ли взвыл от боли и упал на колени, схватившись за руку, по рубашке на которой стало расползаться кровавое пятно. Хоть все и застыли как вкопанные после этого, белобрысый останавливаться не стал. Следующим стал Бастер, что не так давно встал с земли, намереваясь как и Ли напасть на него. Белобрысый медленным неторопливым шагом подошел к нему. В отчаянной попытке защититься Бастер занес кулак, но тут же согнулся от боли. Белобрысый без труда увернулся от удара Бастера и провел контрудар прямиком в грудину, а после, как только Бастер согнулся, схватил его за волосы и ударил один раз об свое колено, будто повторяя то, что пришлось вынести лежащему на земле бедняге. Коротко простонав, Бастер упал на землю и отключился. Белобрысый перевел взгляд на Дэна, что спокойно стоял и наблюдал, как один за другим страдают его друзья. От безразличия в его глазах Новаку стало не по себе. «Почему он им не помогает?!».