Глава 27, Боль правды и отчаяние

Pov: Адриан Бальсанно

Прошло две недели с тех пор, как я пытаюсь найти какую-то информацию об Анжелике. Я побывал во многих измерениях, во многих местах этого мира, но почти никаких зацепок. А тех, кто был прежде знаком с Анжеликой либо мертвы, либо не знают, кто она такая, так как для них она просто Мишель.

Я сидел в номере отеля в Мюнхене. Там в последний раз была Кэтрин. Возможно, я бы уже давно сдался и вернулся бы обратно в Mistake, но одно не дает мне покоя: видеозапись с одного из ее выступлений. Когда Кэтрин выступала, то одним из журналистов была девушка, безумно похожая на Анжелику. Ее голос, осанка и манера общения – все было, как у Анжелики, а рядом с ней сидел мужчина очень похожий на моего отца, что изменил свою внешность. Аура этих журналистов была такая же, как у моего отца и Анжелики. Они оба были на конференции, а значит они объединили силы и постепенно выходили из тени, скрываясь все это время.

Я пытался выйти на них, но они не хотят этого делать. Так же меня пугает то, что Кэтрин их узнала, также, как и я. Кэтрин не могла их не узнать вживую, так как даже я почувствовал их через экран.

«А если они специально решили так выйти из тени? Может, это был знак для Кэтрин, что они живы и теперь ее планы полетят к чертям собачьим», – внезапная осознание заставила меня переосмыслить ситуацию.

Возможно, без контроля Кэтрин отец с Анжеликой смогли что-то придумать и начали реализовывать свой план.

Но как мой отец может быть жив, если, когда я вернулся домой в тот день и проверил его тело, он и правда был мертв.

«Как и Анжелика, которую я убил. Но вот она жива, и невредимая находилась вместе с журналистами».

Мои мысли прервал телефонный звонок. Я отложил бокал с виски и посмотрел на экран телефона. На нем был высвечен входящий звонок от «Блондинка адвокат». Никогда не забуду выражение этой девушки, когда она увидела, как я ее подписал у себя в телефоне. Думал, что прибьет.

– Самый привлекательный мужчина мира на связи, что тебе нужно? – устало произнес я.

– Ты, придурок, чем сейчас занимаешься? – закричала девушка по ту сторону связи так сильно, что мне пришлось убавить звук на телефоне.

– Господи, что ж ты так разоралась, Блонди. Что уже случилось? Только не ори, прошу! – заныл я.

– Адриан, Кэтрин только что вломилась к нам в штаб и заперлась с твоим братом в кабинете. По звукам думаю они точно не дружескую беседу ведут. Причем, кажется, она не распознала, что это твой брат, а не ты сам. Маттео очень старается себя вести, как ты. Но думаю, если Кэтрин ему разобьет голову, особой важности не будет, кому из братьев достанется. Поэтому давай, бросай это гиблое дело и пулей лети в штаб.

– Я не могу, – встревоженно ответил я.

«Кэтрин поняла, что Анжелика не умерла и теперь думает, что я на самом деле ее не убил. Поэтому пришла «ко мне» поквитаться за это», – подумал я моментально.

– Ты не слышишь, там твоего брата избивают! – снова закричала Оля.

– Угомонись, мы знали, что так случится рано или поздно. Так что пускай они подерутся немного. Маттео знает, что делать, и уж тем более он не такой слабак, как ты думаешь. Ты забыла кто мы? Или из-за того, что ты не наш враг, ты забыла, кем мы с братом являемся? Соберись и не истери! – грубо поставил я ее на место. По-другому бы она не успокоилась и не поняла бы всей серьезности ситуации. – Я ее видел, Оля! – тихо сказал я.

– Что? В смысле видел? – переспросила Оля.

– Анжелику, я ее видел. Она была на выступлении Кэтрин перед журналистами, под прикрытием, – объяснил я.

– Ты с ней говорил? Как она? – радостно спросила Оля. По ее голосу было слышно, что у нее появилась надежда.

– Я видел ее по записи с конференции, меня не пустили туда. Только журналисты были и Кэтрин.

– Но как Анжелика туда попала? – спросила Оля.

– Ума не приложу. Скорее всего силой избранной воспользовалась, – предположил я и замолчал.

– Каков твой точный приказ насчет Маттео? – спросила под конец Оля. Я понял, что она уже пришла в себя и паника отпустила ее.

– Следи за дверью и скажи, чтобы Сабрина с Таисией настроили мне прямой портал в штаб, а также через силу начали подпитку брата. Я вернусь, как только закончу с главным.

Внезапно я почувствовал, как мне кто-то приложил к носу тряпку, а руки начали сдерживать мое тело. Мои попытки выпутаться быстро закончились, и меня охватила слабость. В глазах потемнело, сознание затуманилось и наступила темнота.

Спустя время

Вдруг я открыл глаза от внезапного холода. Взгляд еще не настроился, но я уже ощущал, что с меня стекает ледяная вода.

– Какого черта? Что происходит? – разозлившись, произнес я.

– Не «какого черта», а «Добро пожаловать, моя будущая невеста», разве не так тебе положено говорить? – я сразу же узнал этот стук каблуков и голос, что становился все ближе и ближе ко мне.

Попытавшись подняться на ноги, я понял, что был связан.

– Капец, я еще и связан. Ты что, с ума сошла, Кэтрин? Что ты творишь?

– Это я у тебя должна спросить, почему Анжелика все еще жива? И не только Анжелика, почему Мишель жива? Неужели ты хочешь, чтобы я снова забралась в твой мог и подчинила тебя себе? Было же так весело, почему ты так решил поступить? – Кэтрин обвила пальцами мою шею и начала медленно сдавливать ее.

– А ты можешь нормально поговорить? Или у тебя такой фетиш? – задыхаясь, произнес я.

– Конечно же, могу, но так не интересно.

Наконец-то мой взгляд смог сфокусироваться, и я увидел, что нахожусь в каком-то подвале с тёмно-зелёными стенами из бетона. Было очень холодно, на полу выложен кафель. Само помещение было относительно небольшим, но смотрелось немного жутко.

– Какая ирония, когда-то меня здесь держал Бэн в качестве наказания, когда я его первый раз ослушалась. Потом здесь Виктор пытал Анжелику, теперь ты здесь. А я на месте Бэна хочу вершить правосудие.

– Это не правосудие, а резня, которую ты пытаешься прикрыть своей болью и обидой за смерть родителей! – спокойно ответил я.

– Ой, да ладно, как будто тебе это не нравится. Признай, что со мною намного веселее и больше эмоций, чем с этой рыбоподобной Дэ Лоро, – отмахнулась от моих слов Кэтрин.

– А ты классная подруга. Пытаешься перед парнем высмеять свою подругу. Тебе премию «подруга года» не вручали случайно? А то как выберусь, напишу им, что они прогадали с победителем, – и, подмигнув Кэтрин, я получил от нее хорошую пощечину.

– Она никогда не была мне подругой! Ее отец убил мою семью! – закричала Кэтрин.

– Минуточку, он ее отец с магической точки зрения, а биологически ее отец Сергей Анневский. Мишель не передалась генетика Бэна. Она сама не в восторге от того, что он ее отец. Уж поверь, у них не такие теплые отношения, как ты думаешь. После того, как она узнала, что Бэн был с ее мамой и изменил ей с твоей мамой, то возненавидела его так сильно, что как-то попыталась его спалить заживо.

– Да, только потом она вернула его и тебя к жизни, когда избавилась от контроля Виктора.

– Не-е, я говорю про другой случай. В том случае, когда она нас воскресила, ей пришлось это сделать так как она думала, что главный злодей это мой отец. Но какая незадача, это оказалась ты, ее лучшая подруга, которой она доверяла всю себя, – ответил я, посмотрев в глаза Кэтрин.

– Она сильно была разочарована, когда узнала, что это была я? – вдруг спросила Кэтрин.

– Нет, просто выпила бутылку вина, что ты у нее оставила со словами «Мы обязаны его выпить вместе, как лучшие подруги! Наконец-то я дожила до этого момента!».

– А, понятно, – по виду Кэтрин было заметно, что она разочарована, что ее предательство никак не зацепило Анжелику, но потом она, кажется, осознала, что я только что сказал. – Стоп, что? То есть выпила? Там же был... яд?

– Да ты что? Только что дошло? – с сарказмом ответил я.

– Но зачем она выпила вина? Она же не пьет? – удивленно спросила Кэтрин.

– А ты напряги свою серую массу, что называется у тебя мозгом, и подумай, почему Анжелика, что никогда не пьет, выпила отравленное вино?

– Черт... Я думала она шутит, что теперь пьет.

– Но, несмотря на это, ты подсыпала ей яд! – резко ответил я.

– Я не могла не перестраховаться. Мне нужно было, чтобы ты стал моим, и как видишь, я добилась своего! – и на лице Кэтрин появилась жуткая улыбка.

– Но какой ценой ты этого достигаешь? – тихо произнес я, но мои слова она все равно расслышала.

– Плевать! Я потеряла свою семью, потеряла свой народ и королевство. Мною ничего так сильно не движет, как месть. Каждый, кто причастен к смерти моей семьи и народа, будет уничтожен! – голос Кэтрин был твердый и уверенный, и я понял, в каком сильном отчаянии она находилась.

В этот момент я смог дотянуться до своего кармана и как только я почувствовал там свой телефон, то облегченно выдохнул.

Поэтому пока Кэтрин рассказывала, как она ненавидит Бэна, я старался через свои смарт-часы позвонить Сергею Анневскому. Когда-то за выпивкой он дал мне свой номер телефона, поэтому я старался найти его контакт, чтобы набрать его.

В конце концов мне это удалось, и я молился на то, чтобы все получилось, и он понял, кто главный злодей. Была бы моя воля, я бы уже давно выбрался, но веревки туго связаны и блокируют мою силу. Поэтому мне ничего не оставалось, как сдать Кэтрин главному мафиози.

– Слуш... – раздался голос Сергея и от паники, я накрыл динамик часов руками и закричал: – Кэтрин, как же ты надоела жаловаться. Реально, как маленькая девочка. Неужели ты фильмы не смотрела, в такие моменты только самые тупые злодеи жалуются героям на свою жизнь и рассказывают о своем плане.

– А ты думаешь, я тебе правду рассказываю? Я лишь жду, когда другие тебя найдут. Я не собираюсь тебя убивать. На кого мне потом все свои грехи скидывать? Мне просто интересно, когда Анжелика выйдет из тени. Следила ли она за тобою. Но сейчас я осознала, что она слишком глубоко спряталась от меня. А жаль!

– Тебе не хватило до этого смертей? – спросил я, оттягивая время.

– То были смерти Мишель – избранной миров и главного оружия Сергея и Бэна. А сейчас живет в этом мире Анжелика, что больше не игрушка взрослых дяденек.

– Тогда ты отпустишь меня? Каждый вернется к своей роли. Ты – претворяться доброй и на стороне добра помогать Бэну. А я вернусь к своим ребятам и буду пересчитывать ракеты, что ты мне благополучно доставила, украв у Сергея. Кстати, спасибо тебе, а то мне уже нечем было стрелять по этому миру, думал остановить уже войну, но нет, ты снова решила все за меня!

– Все для тебя, мой будущий супруг! – сказала Кэтрин и приблизилась ко мне так близко, что наши губы почти соприкасались.

Когда я увидел, что дело собирается заходить дальше, а я был связан, то мне ничего не оставалось больше, как, поджав губы, спрятать их, чтобы Кэтрин не смогла меня поцеловать.

Она этого не заметила и, когда наткнулась на твердое вместо моих губ, растерялась. Когда она открыла глаза, то была в замешательстве, потому что я смотрел на нее убийственным взглядом.

И наконец Кэтрин рассмеялась.

– Боже мой, неужели я тебе так противна, что ты не захотел меня поцеловать? – спросила Кэтрин.

– А я смотрю, это у вас с мамой семейное, засматриваться на чужих мужчин? Только прости, я не Бэн, и своей девушке не изменю! – наконец сказал я и снова поджал губы. А то вдруг попробует поцеловать еще раз, пока я говорю. Мало ли что в голове у этой чокнутой.

– Козел! Твоя дорогая Анжелика не выйдет из тени. Слишком уж она ослабла после яда, и плана у нее особо нет, – вдруг Кэтрин задумалась и одним движением руки заставила веревки развязаться.

– О-о-о, thank you, дорогая! Надеюсь, мы больше не увидимся! – я уже собирался воспользоваться силами и перенестись в штаб, как пришла одна мысль, которую я хотел ей сказать напоследок. – И это, Кэтрин, начни ты уже укладывать свою челку нормально, смотрится как черт знает что у тебя на голове. Смешно, что продумывать шаги наперед ты умеешь и смерть Бэна у тебя уже распланирована, но челку ты так и не училась укладывать. Попроси Олю, насколько я знаю от брата, она умеет такое делать. Может даст пару советов. Поверь мне, как парню, твои две сосульки смотрятся отстойно!

– Вот же гад! – в этот момент Кэтрин достала клинок и кинула в меня, но, активировав руну и силы стражника, я уже перенесся в штаб.

Pov: Сергей Анневский

Когда мне позвонил неизвестный номер на мой личный телефон, я сразу же ответил, не задумываясь, кто бы это мог быть. Мой личный номер знают не многие, а значит это что-то важное.

– Слушаю! – произнес я. И каково было мое удивление, когда я понял, что мне позвонил Адриан, чтобы я подслушал их разговор.

Быстро сориентировавшись, я включил на телефоне запись экрана. То, что я услышал, полностью перевернуло мой мир. Я был не готов услышать некоторую информацию.

Например, я понял, что моя дочь жива и теперь скрывается под именем Анжелика, но почему тогда Бэн ее отец? То, что Кэтрин является главным злодеем этой истории и мы лично дали ей власть, которой она так долго добивалась. Теперь ее главной целью является моя дочь, моя жена и Бэн. На Бэна мне было все равно, он взрослый мужчина, и пускай сам выкручивается из того, во что вляпался. Но втягивать в это мою семью я не позволю. Пускай эти чокнутые решают свои межгалактические сами, между собою, не втягивая в это мою жену и моего ребенка.

Так же я понимал, что с Натали об этом не поговорить, так как скорее всего она и так уже все знает, но делает вид, что это ее не касается. А значит ее желание в этой ситуации остаться в стороне. Поэтому я так и сделаю. Я позволю ей не вмешиваться, обеспечив ей полную безопасность. После смерти дочери она сама не своя. Когда я приходил домой, то видел, как она кричала и плакала, пытаясь порезать себе вены. Она была похожа на сумасшедшую, что потеряла всякий контроль.

До сих пор мне становится плохо, когда вспоминаю, как приходил домой, из ванны вытекает кровь, а в ней лежит самый дорогой мне человек. Когда же ее спасали врачи, то она кричала, что не нужно было этого делать и должна была уйти за своей дочерью. Ее крик у меня до сих пор в подсознании.

Мне пришлось перенести свой рабочий кабинет домой, чтобы быть чаще с женой и оказывать ей поддержку. Первое время было очень сложно, так как желание моей жены покончить жизнь самоубийством ради дочери росло очень быстро. И я не знал даже, что мне делать, так как кроме меня она больше никого не подпускала к себе. Есть и пить она отказывалась. И приходилось ее часами умолять что-нибудь покушать.

Со временем стало чуть легче, я обратился к психологу, и мы вместе искали пути, как помочь моей жене. И вскоре она снова зажила, но уже не так, как раньше. Эта смерть убила все живое, что было в ней, и причинила настолько сильную боль, что жизни без Мишель она больше не представляла.

Конечно, смерть Мишель на меня повлияла не меньше. Я плакал ночами, пока жена не видела. Иногда пил виски и пересматривал детские альбомы дочери, плача от боли и потери.

Но с восходом солнца я брал себя в руки и заставлял себя работать. Это было единственное, что не давало мне сойти с ума и держать себя под контролем. Я должен был быть сильным ради Натали и ради Мишель, что сделала все, чтобы мы были живы.

И когда теперь я понимал, что возможно моя дочь жива и ее снова попыталась убить Кэтрин, кровь начинала закипать во мне.

– Кэтрин Харрисон...Что ж, Кэтрин, ты даже не знаешь, кого ты только что настроила против себя. Жаль, конечно, ты была лучшей подругой моей дочери. Но мне больше жаль, что моя дочь потратила на тебя свое время, – тихо сказал я, закончив звонок Адриана, когда понял, что ничего больше не услышу.

«Я не оставлю это просто так. За смерть моей дочери ты ответишь и, клянусь, твоя голова будет украшать мою стену в кабинете как трофей. Начинай бояться выходить на улицу, Кэтрин! Теперь ты – мой главный враг!»